Госпожа Ищейка. Битва за семью

4.

В ожидании, когда проснётся хозяйка дома, мы провели пару часов за довольно интересной беседой с внуками. С виду очень приятные молодые люди, по всем признакам сильно переживающие за свою престарелую родственницу. Но, к сожалению, Глория де Алди так и не появилась перед нами. Внучка Магдалена несколько раз поднималась в её комнату и каждый раз приходила с неутешительным известием о слишком плохом состоянии бабули. Мол, проснулась, но никого не узнаёт.

Пришлось уезжать несолоно хлебавши.

— Что скажешь? — по дороге домой спросил меня задумчивый Ищейка.

— Странно всё, — честно ответила я. — Позавчера Глория спокойно добралась до Борено, нашла нашу контору и даже назвала моё имя… Вернее, чётко помнила, что я являюсь твоей женой и веду расследования. А сегодня даже из своей комнаты спуститься в гостиную не смогла, полностью потеряв память. Такое, конечно, тоже может быть, но… Как тебе брат с сестрой?

— Вполне приличные молодые люди, хотя девушка немного странная.

— Да? Давай поподробнее, — заинтересовалась я.

— Манера речи, — пояснил Марко. — Я долгое время жил в столице. Как и в любом городе, в Реме присутствует свой диалект. Например, простую карету там называют повозкой. Причём все, от мала до велика. Каретами же являются лишь дорогие экипажи знатных господ. Золотые монеты на жаргоне «империалы» или «имперы». Даже нищий, никогда не державший «империал» в руках, всё равно не назовёт его золотым. И таких слов много… Ни одним из них Магдалена не пользуется. А должна, если родилась и выросла в Реме.

Я кивнула, принимая вывод мужа. В моей прошлой жизни тоже было нечто подобное. Это как «поребрики» с «парадными» в Санкт-Петербурге. По ним сразу определишь жителя Северной столицы.

— Значит, девушка не из Рема? Марко, ошибки быть не может?

— Ошибиться могу, но есть подозрение. Ты, Анна, тоже несколько раз при разговоре слегка поднимала вверх правую бровь. Я очень хорошо успел изучить твою мимику. Обычно так делаешь, если чувствуешь подвох.

— Учту на будущее, внимательный мой, — рассмеялась я и тут же посерьёзнела. — Но ты абсолютно прав. Несколько нестыковок в рассказе внучков нашла. Бруно заявил, что доучился лишь до четвёртого курса университета. Потом ему пришлось покинуть учебное заведение, так как нечем было оплачивать образование. И буквально через полчаса я услышала из его уст о сложностях сдачи экзаменов на выпускном курсе. Причём Бруно рассказывал это так, как будто сам их проходил. Несколько раз употребил местоимение «Я».

— Может, просто приврал? — выдвинул версию Ищейка. — Молодые люди таким образом иногда стараются придать себе значимости.

— Допускаю… Но он ещё и не всегда одинаково произносил фамилии близких родственников. Ударение гуляло. А девушка так вообще иногда коверкала. Вот ты бы мог вместо Верутти сказать Винутти?

— Естественно, нет! Всегда бесило, когда переиначивали мою родовую фамилию.

— А они смогли переврать фамилии близких родственничков и друзей семьи! И у Магдалены жених-предатель был то сыном купца, то судовладельца. Также по разорившемуся отцу много вопросов… Вначале у него коварные людишки взяли в долг, а потом вдруг оказывается, что это он им должен был. Нестыковочки, хоть и нечастые, но характерные. И у меня возникло подозрение, что детишки не те, за кого себя выдают. Твои лингвистические уточнения убеждают меня в этом всё больше и больше. Ещё… Ну, тут не могу привести никаких разумных доводов, но с самого начала знакомства было чувство некоторой фальши. Оно витало в воздухе. Просто так, само собой.

— И у меня то же самое, — признался Ищейка. — Милые люди, но есть что-то от театральной постановки в их поведении. Думал, что просто устал от поездки и придираюсь. Но раз уж ты заговорила, то игнорировать чувства не стоит.

— Именно. Но их к делу не пришьёшь. Да и зачем этот спектакль с внуками-самозванцами и сумасшествием Глории?

— Без неё самой сложно будет понять, — разумно рассудил муж. — Но если де Алди от нас скрывают, то как мы можем с ней поговорить? Не силой же вламываться в дом лишь на том основании, что супругам Ищейкам что-то померещилось. Глории вот тоже демоны видятся, но это совсем не значит, что они существуют на самом деле.

— Тогда… — задумалась я. — Тогда едем к Ванессе Грема! Прямо сейчас! Уж она точно знает всю подноготную семейства де Алди! Думаю, причину странных событий нужно искать не в сегодняшнем дне! Заодно и по своим делам с ней переговорю.

Марко не стал со мной спорить. У Ванессы мы оказались ближе к вечеру. Она тепло приняла нас. Когда же я попросила подругу рассказать о де Алди, то внезапно получила достаточно краткий ответ.

— Анна, особо рассказывать нечего. Сама Глория из города Лаго. Удачно вышла замуж и переехала в Борено. Это её и спасло от смерти. Лаго, как известно, теперь мёртвый город. После Чёрной болезни, убившей всех его жителей, никто в нём уже лет двадцать селиться не хочет. Сама же Глория после эпидемии осталась круглой сиротой.

— А её муж что?

— Я хорошо помню Стефана де Алди. И даже его отца застала. Последний был очень неприятным человеком. Он лет пятнадцать судился со всеми родственниками и смог полностью захватить прибыльное дело по разведению лошадей. В результате все близкие отреклись от него. Тогда же отец Стефана и купил титул с фамилией, полностью отгородившись от родственничков не только эмоционально, но и официально.

Да! У него был брат в Реме! Он единственный поддержал де Алди и не отрёкся от него. Но и с ним связь вскоре оборвалась. Дура-дочь братишки вышла замуж за известного мошенника Виго Тилло. Тот попытался тянуть из отца Стефана деньги. Мол, родная племянница нуждается, и помощь богатого дядюшки не помешает. В результате все опять разругались. Уже окончательно.

Сам же Стефан де Алди вырос достойным человеком. Правда, незадолго перед смертью умудрился взять в жёны Глорию, которая почти на тридцать лет была младше его самого. Дуралей старый! Многие в Борено считают, что это Глория его и угрорбила.

— Ванесса, ты ничего не путаешь? — с подозрением поинтересовалась я. — У отца Стефана де Алди точно была не сестра, а брат? Тилло был Виго, а не Виро?

— Могу, — поразмыслив, призналась рассеянная старушка. — Тем более столько лет прошло. Сейчас…

После этого Грема попросила нас немного подождать и удалилась. Вернулась она примерно через полчаса, когда наше терпение уже было на исходе.

— Ничего не путаю! У меня хранятся старые письма, в которых мы с некоторыми подругами обсуждали и Глорию, и её мужа. И даже вспомнила, как звали внучатых племянников Стефана де Алди! Бруно и Магдалена! Одна знакомая, пусть душа её покоится с миром, писала мне, что родились мальчик и девочка. Как две капли воды похожие на своего беспутного папашу Виго Тилло. Оба кучерявенькие и с яркими, почти чёрными глазами! Не дети, а чертенята прямо! Только рожек им и не хватало.

Услышав это, мы с Марко переглянулись. Очередная нестыковка! На этот раз серьёзная! У тех, кто называет себя Бруно и Магдаленой, прямые волосы и зелёные выразительные глаза. А перепутать пол пусть давно умерших, но ближайших родственников — это вообще нонсенс.

— Про цвет волос детей, что сказано в письме? И про веснушки, например? — задала я очередной вопрос.

— Ничего, — пожала плечами подруга. — Всё, что было, пересказала. Правда, не понимаю, зачем вам это нужно. Дела минувших дней, о которых все уже давно позабыли. А кто не забыл, тот уже в могиле. Я одна из немногих осталась, кто хоть что-то помнит. Скоро и мой черёд придёт отправиться к богу. Сейчас перебирала старые письма и вдруг поняла, скольких людей больше никогда не увижу, не смогу написать им, обменяться свежими новостями…

— Ванесса! — обняла я расстроившуюся подругу. — Ты будешь жить долго! Очень долго! Потому что мы все тебя любим! Ещё и на свадьбе нашего ребёнка лихо отплясывать будешь!

— И после танца с женой я сам приглашу тебя! — с улыбкой добавил Марко. — А если повезёт, то и на свадьбе наших внуков потанцуем!

— Идите уж, вруны, — смахнув непрошеную слезу, довольно улыбнулась Ванесса. — Столько мне не прожить, но… Господин Ищейка, про твоё обещание танца я не забуду!

Тепло распрощавшись с Грема, мы приехали домой, попросив Люцию накрыть нам ужин в кабинете.

— Теперь всё встало на свои места, — произнесла я первой. — Дело в наследстве, которые самозванцы хотят себе присвоить.

— Да, — согласился Ищейка. — Именно что самозванцы. По всей видимости, они… Скорее всего, мнимый Бруно знал кого-то из настоящих внуков де Алди. Выведал у них семейную подноготную, но не полностью всю: отсюда и ошибки.

— Да, дорогой! Получается, что Глория де Алди очень богатая и практически без родственников пожилая женщина! Хороший куш! Парочка преступников может его получить, почти ничем не рискуя. Настоящих же наследников здесь никто не знает! А столица далеко. Да и пойди найди в огромном городе детишек какого-то там мошенника? Уверен, он сам скрывается от правосудия.

— Но это не отменяет сумасшествия Глории, — попытался усложнить ситуацию Марко.

— Нет! — произнесла я. — Вернее, нет никакого сумасшествия. Мнимый Бруно очень уверенно описывал университет, в котором постигал естественные науки. Допускаю, что окончил его и там же пересёкся с настоящим Бруно. Быть может, даже были приятелями. Но вернёмся к естественным наукам… Владея необходимыми знаниями, можно спокойно травить Глорию, выставляя её перед всеми, как сумасшедшую старуху.

— Самозванцы живут у де Алди почти год. Давно могли бы подобное провернуть. Зачем столько ждали?

— Чтобы не вызывать лишних подозрений. Марко! Представь сам! Приезжают непонятные внуки, и сразу же бабушке становится плохо! Странное было бы совпадение.

— Да, Анна… Может, наши догадки в чём-то и неверны, но одно я понимаю точно: нужно спасать Глорию. Жить ей осталось недолго.

5.

Легко сказать, но нелегко сделать. Несмотря на всё понимание грозившей Глории де Алди опасности, мы ничего не можем предъявить парочке самозванцев. Только наши домыслы. Кто на них обратит внимание? Только сплетницы Борено. И то, в их глазах семья Ищеек будет выглядеть как парочка дурачков, невесть что себе придумавших. Отступиться? Хороший вариант, если бы женщине не угрожала реальная смерть.

— Придётся рискнуть, — из мрачных раздумий первой вышла я. — Предлагаю похитить Глорию.

— А если она действительно сумасшедшей окажется? — возразил он.

— Переживу. А вот с её гибелью в результате нашего бездействия точно не смирюсь. Так что выбор у нас небольшой.

— Я тоже, но…

Марко начал ходить из угла в угол своего кабинета, явно обдумывая сложившееся положение.

— Надо привлекать капитана де Конти! — наконец-то решительно произнёс он. — Я поговорю с ним, чтобы городская стража помогла нам неофициально. Орландо должен согласиться. Мы незаметно проникнем в особняк де Алди. Устроим в нём засаду. Если наши выводы окажутся неверны, то капитан заявит, что… Например, что гнались за ворами, которые по всем признакам спрятались тут. А хозяевам сообщить не успели. Объяснение чудовищное, но оно будет иметь хоть какую-то официальную силу. И ни слова про саму Глорию!

— И на кого мы будем охотиться? — усмехнулась я. — Нет, дорогой Ищейка. Это всё не то. Нужно именно убрать Глорию от «внуков». Мы её тихо выкрадем и позволим прийти в себя. Если подтвердится, что женщину опаивали, то дальше уже вместе с ней разработаем очередной план. Стражи не нужно. Во-первых, твои бойцы пока что ещё подготовлены лучше их. А во-вторых, в случае неудачи стража окончательно потеряет свой и так мизерный авторитет. Поэтому давай этой ночью…

— Давай, но без тебя, — перебил муж. — Анна, ты уже не просто моя любимая женщина, но и будущая мать. Нужно учитывать подобное в наших планах.

— Лучше со мной, — возразила я. — Пока ещё можно. Когда придёт срок, я сама сяду на мягкую попу ровно и стану заботиться о здоровье. Марко, я вам нужна. Признай это, отбросив в сторону слишком раннее волнение.

— Только в этот раз, — после долгой паузы согласился он. — Но чтобы без моего приказа и шагу ступить не смела!

— Слушаюсь, мой повелитель, — сложив руки, шутливо поклонилась я. — У тебя найдётся мужская чёрная одежда моего размера?

— Господи! Анна! Кто про что, а женщина про наряды! Конечно, нет! Надевай своё старое тёмно-серое платье и не высовывайся из-за моей спины!

Всё оказалось не так и плохо. Всего минут пятнадцать жаркого спора, слегка не дотянувшего до полноценного скандала, и Ищейка признался, что есть у него в отряде боец почти одного роста со мной. К нему и направились за экипировкой. Не буду описывать приготовления к операции. Но моё участие в ней сильно удивило весь отряд. Особенно, когда госпожа Ищейка вышла в мужской одежде.

Даже невозмутимый Дино задумчиво почесал бровь, явно сдерживаясь, чтобы не отвесить госпоже парочку «комплиментов». Зато я была довольна. Всё-таки мода несправедливо обошлась с женщинами! Завязочки, подвязочки, корсеты, юбки, подъюбники. Чулки, туфли с каблучищами, причёски, макияж. Да, это смотрится очень элегантно, но ужасно неудобно.

То ли дело у мужиков! Как говорил опер из моей прошлой жизни Сашка Енотов: «Ширинку застегнул — и на бал!». Правда, он умудрялся произносить «на бал» не очень прилично, добавляя ещё одну невнятную букву, а иногда и дополнительные прилагательные. Но факт остаётся фактом: мужская одежда намного практичнее во всех смыслах.

А уж когда я предложила измазать сажей лица, чтобы они в темноте не светились полной луной, то первым не выдержал муж. Я моментально прилюдно узнала, как относятся в этом времени к женщинам в штанах, а также о всяких дамах, похожих на трубочистов. Но мои объяснения немного успокоили зашоренного господина Ищейку, и все послушно взяли с собой кулёчки с сажей.

Всю дорогу до долины я развлекалась. Видимо, на нервной почве меня пробило на клоунаду. Изображая из себя парня, я баском рассказывала, что мечтаю стать матросом и женить на себе красотку с большим бюстом. Люди Ищейки, быстро раскусив, что я шучу, с удовольствием втянулись игру, подхихикивая и задавая дурацкие вопросы «будущему матросику».

— Приедем домой, точно выпорю, — в какой-то момент, не выдержав моей буффонады, с чувством произнёс Марко. — По самому мягкому месту.

— Слышь, дружбан?! — моментально отреагировала я. — Чё за фантазии такие? Лучше тяпнем по стакану самогона и пойдём баб искать! Только жене своей не говори, а то накостыляет! Я её знаю!

Отряду пришлось остановиться, так как моя незамысловатая игра в морячка заставила всех согнуться от хохота. Как же легко рассмешить местную публику примитивным «петросяновским» юмором! Может, комедийный стендап в Борено организовать? Хорошая продажа билетов гарантирована.

— Господи… Я от тебя скоро с ума сойду, — тихо простонал господин Ищейка, единственный не разделивший моего юмора. — Анна…

— Извини, — честно покаялась я шёпотом. — На самом деле очень боюсь. Вот дурь и прёт.

— Может, вернёшься, пока не поздно?

— Нет, Марко. Дело важнее моих эмоций.

— Ладно. Хотя… Чувствую, что среди моих бойцов ты окончательно стала своей. Я дольше их полного расположения добивался. Но больше так не делай, а то… Ржут, как кони! А ты всё-таки приличная дама!

— Хорошо, дорогой. Извини, не повторится… Тем более повторяться не люблю.

— Анна. Последняя твоя фраза меня нисколько не успокоила.

— А что делать? Просто знай, что я тебя очень люблю.

— Хороший довод. Возразить нечего. Прощена в первый и последний раз.

Но как только мы оказались неподалёку от особняка де Алди, то все сразу забыли о шутках. Теперь парней сможет заставить улыбнуться лишь успешное завершение дела. И меня тоже.

Сработавшаяся команда ищеек быстро и незаметно, с помощью верёвок с крюками перемахнула через стену. Мне попытались помочь, но я сама легко справилась. Дальше перебежками мы миновали большой парк, прячась от немногочисленных сторожей за деревьями. Слава богу, сторожевых псов не было. Видимо, они не очень дружат с лошадьми, а громкий лай посреди ночи хозяевам не нужен.

Потом щуплый парень, у которого я одолжила мужскую одежду, нацепив знакомые по задержанию Пчёлки войлочные тапки, проник через чёрный вход в дом. Несколько минут ожидания и вот открылось окно на втором этаже. Из него была сброшена верёвка с большими узлами. Вначале по ней быстро поднялся Дино. Следом за ним Ищейка и лишь потом я, не желающая оставаться на улице статистом. Остальные же бойцы рассредоточились по парку, мастерски маскируясь среди кустов и деревьев.

Покои хозяйки нашли достаточно быстро. Дверь в них единственная, которая была заперта. Но и это препятствие нас не остановило.

Пожилая женщина лежала на большой кровати. В полумраке, при свете парочки почти догоревших свечей, мы сразу поняли, что это и есть Глория де Алди. Увидев полностью чёрные фигуры, она попыталась закричать, но Марко быстро закрыл ей рот своей ладонью.

— Не волнуйтесь, — громко прошептала я. — Мы никакие не демоны. Вы позавчера приходили к нам за помощью. Я Анна Ищейка, а это мой муж и его помощник. Вы не будете шуметь?

Женщина отрицательно помотала головой. Лишь после этого Марко убрал ладонь.

— Господи! Поверили! — начала скороговоркой и с жуткой одышкой говорить Глория. — Я и не надеялась! Помогите! Они страшные люди! Спасите меня, пока снова не опоили! Они скоро придут. И если не стану пить их адское зелье, то накажут! Больно накажут.

— Кто они? — спокойно спросил Ищейка.

— Бруно, Магдалена. Я приютила их. Я дала им крышу над головой, так как это единственные родственники моего покойного мужа. Я не могла поступить иначе и не знала, что впускаю в дом бесов! Они бесы… Они бесы… Они скоро придут. Уходите! Днём и ночью… Поят и поят… Плюю… Поят… Плюю… Поят…

Кажется, Глория заговаривается. Прояснение рассудка на фоне эмоционального всплеска закончилось, и опять начинается наркотическое сумасшествие. Но главное мы услышали. Тут действительно творятся чёрные дела!

— Значит, скоро должны явиться? — тихо то ли спросил, то ли объяснил Дино. — Господа Ищейки. Что делаем?

— Меняем планы. Берём с поличным! Никакого похищения. Свидетельница есть, и можно устроить засаду! — сразу же ответила я.- Тихонечко стоим за шторами и ожидаем сволочей. Ну, а дальше уже по обстоятельствам.

Ждать долго не пришлось. Вскоре открылась предусмотрительно запертая нами дверь и вошли брат с сестрой. Магдалена держала в руках массивный канделябр, а Бруно — большую склянку с какой-то мутной жидкостью. Уверенно подойдя к кровати, он растолкал впавшую в забытьё женщину.

— Стоять! — выскочив из-за тяжёлой портьеры, грозно приказал Ищейка. — Одно движение и останетесь без голов!

Следом за ним показались и мы с Дино. Единственное отличие: племянник Люции держит в руках саблю, а я стою, скрестив руки.

Немая сцена. Но даже при свете свечей видно по лицам преступников, что они осознали своё незавидное положение. Попались, птенчики!

6.

— Что вы здесь делаете?! По какому праву?! — попытался начать качать права Бруно. — Это произвол!

— Вы обвиняетесь в преступном сговоре против Глории де Алди, — не обращая на этот возглас внимания, сурово произнёс Ищейка. — В попытке её отравления с целью присвоить имущество.

— Отравление? — сделала невинную мордашку Магдалена. — Вы же сами видели, насколько бабушка плоха. Мы с братом всего лишь заботимся о ней. Вот… Лекарство принесли.

— Какие хорошие внуки! — ехидно прокомментировала я подобное заявление. — Тогда, может, сами сделаете по глоточку этого чудодейственного средства? Кстати, а как ваши настоящие имена? И не нужно говорить, что вы родственники, а не самозванцы. Правда всплыла на поверхность. Поэтому мы и здесь.

Ответа не дождалась. Окончательно поняв, что афера раскрыта, лже-Бруно запустил в Дино склянку с отравой и ломанулся к дверям. Его сестрёнка-сообщница тоже не стала стоять истуканом. Размахивая канделябром, словно палицей, она попёрла на меня. Видимо, решила сбежать через окно, путь к которому я преграждала.

Очень глупо! Во-первых, достаточно высоко прыгать со второго этажа, а во-вторых, внизу дежурят наши бойцы. Ну и в-третьих, не Магдалене со мной тягаться.

Быстро перехватив её руку с канделябром, я провела незамысловатый приём и подсечку. В результате девица легла личиком в пол с заломленной за спину рукой. И рада бы подняться, но упёршееся между лопаток моё колено не даёт ей этого сделать.

— Анна! — встревоженно прокричал Марко. — Ты в порядке?!