- -
- 100%
- +
Глава 1
1999
Сладко потянувшись в постели и перевернувшись на другой бок, я закрыла лицо одеялом, плотно укутавшись в этот тёплый, длинный кусок ткани с наполнителем, и вновь погрузилась в сон. Вскоре резко соскочила с кровати, не совсем понимая, что меня заставило это сделать.
– Иззи, ты слышишь? Мы проспали! Вставай скорее, пора ехать! – Мама, все ещё в пижаме и с растрепанным пучком на голове, пару раз чертыхнувшись, направляется к выходу из комнаты.
Ах, так вот от чего я проснулась.
Дожидаюсь, пока сердце перестанет стучать так быстро, и только потом не спеша плетусь в ванную. Вот черт, я ведь хотела принять душ с утра. Так, ладно, мир не рухнет, если я опоздаю. С кем не бывает, верно?
– Иззи! – Слышу я голос мамы за дверью ванной комнаты, стоя в душе. – Ты пошла в душ? Серьезно? У нас нет на это времени!
– Мам, – кричу в ответ, – если я пропущу пару первых уроков, ничего не случится, а ты и вовсе начальница, так что просто пойди и спокойно выпей кофе. И желательно налей мне тоже, пожа-а-алуйста, – милым голоском тяну я.
Какое-то время она молчит, и я уже думаю, что она ушла до того, как я успела ей ответить.
– Да. И чего это я в самом деле? – Она говорит это тихо и больше самой себе, но я всё равно слышу. Затем она говорит чуть громче. – Ладно, я пойду пока сварю кофе.
– Хорошо!
Включаю воду и, напевая песню Vanilla Ice «Ice Ice Baby», всё так же не спеша намываю голову. А что? На протяжении всей жизни мы часто сталкиваемся с ситуацией, когда, проспав, начинаем панически спешить, лишь бы всюду успеть. Раз уж так случилось, что ты не смог проснуться вовремя, то к чему эти переживания? Всегда можно прийти чуточку позже, или даже не прийти вообще, но именно в этот момент стоит позволить себе немного отдохнуть и собраться с мыслями.
Выйдя из душа в банном халате и с тюрбаном из полотенца на голове, направляюсь на кухню, где мама уже сидит с кружкой кофе и смеется с шуток из «Золотых девочек», которые транслируются на маленьком телевизоре.
– Милая, я тут подумала, – начинает мама, обратив на меня внимание, – сегодня ведь пятница. Полагаю, мы можем пропустить один день, верно? Кафе справится и без меня, а школа и подавно тебя подождет. Как насчет того, чтобы съездить в Нью-Йорк? Походим по магазинам. Скоро зима, и надо бы утеплиться.
– Мам, – усмехаюсь я, – сейчас только середина октября.
– Уже начало октября! – Парирует мама, выделяя первое слово.
– Что ж, почему бы и нет? – Пожимаю плечами и тянусь за своей кружкой со свежесваренным кофе.
Не то чтобы я была лучшей ученицей школы, но, по крайней мере, пропускала занятия крайне редко, и то по серьёзным причинам. Однако если мне дают выбор: идти в школу или поехать абсолютно-неважно-куда – очевидно я выберу второе.
И больше всего в этот момент я думаю о маме, которая даже в свои выходные ходит на работу. Моя мама – владелица небольшой закусочной нашего городка. Поправочка. Небольшой, но крайне популярной закусочной среди людей нашего городка. Работы всегда много, и поэтому она помогает абсолютно везде, вплоть до того, что может сама подработать официанткой, если в закусочной полная посадка и не хватает рабочих рук.
Я тоже частенько после школы выхожу на смены, поскольку это отличная возможность заработать карманные деньги, да и, если честно, я очень люблю эту работу, и мне приятен факт, что я могу хоть как-то помочь маме.
– Тогда, – мама встает из-за стола, – я пойду собираться. Можешь спокойно завтракать, не торопиться.
– Хорошо, – киваю я, продолжая набирать сообщение на телефоне другу, чтобы предупредить его о моем сегодняшнем отсутствии в школе.
Джексон: «Ни с того ни с сего просто собрались в Нью-Йорк?»
Иззи: «Да. Если этого хочет мама, то кто я такая, чтобы не согласиться»
Джексон: «Да…ха-ха, понимаю. Вы планируете приехать сегодня?»
Иззи: «Понятия не имею. Как распорядится глава нашей семьи».
Джексон: «Лол1. Держи в курсе»
Иззи: «Да, босс»
Я улыбаюсь нашей переписке. Джексон – мой друг детства и…этим всё сказано. Он буквально второй близкий человек в моей жизни после мамы, и я не шучу. Я не родилась в Корнуолле, но мама переехала сюда почти сразу же после моего рождения, то есть семнадцать лет назад. У меня есть отец, но я с ним не общаюсь и ни разу его не видела. Когда мама забеременела мной, то отец сказал, что он не готов к этому. Они были слишком молоды, обоим едва исполнилось восемнадцать, но, тем не менее, отец принял решение сбежать, а мама отдала все свои силы на то, чтобы дать мне хорошее детство.
И хотя мама никогда не настраивала меня против отца, а даже напротив, много лет пыталась уговорить меня с ним пообщаться. Но, осознав, что я непреклонна, бросила эту затею.
Какой мне смысл общаться со слабаками, вроде него? Нет, я не держу обид, не держу зла. Мне просто не о чем с ним разговаривать. Для меня он значит не больше, чем любой другой посторонний человек. Возможно, жестоко, но это правда. На моё удивление, даже мама искала передо мной ему оправдания: уж не знаю, действительно ли она так считала или же это были очередные попытки как-то поменять моё отношение к нему. Она говорила, что в таком возрасте никто не думает о детях, и не все готовы принять эту ответственность, особенно учитывая, что после окончания школы жизнь только начинается.
Она выражалась так.
Но я слышала лишь:
– «Твой отец был просто слишком слаб, чтобы принять ответственность за совершенное им действие, которое повлекло за собой большие обязательства в виде рождения ребёнка. Всё потому, что легче сбежать и бросить, чем кардинально поменять свои планы на жизнь после школы – и совсем неважно, что в процессе зачатия участвуют два человека».
И я в самом деле не держу зла, и у меня нет к нему ненависти. Почему? Потому что совершенно глупо ненавидеть человека, которого ты знаешь лишь по одному его поступку. Но и желание узнавать его у меня абсолютно отсутствует. Я никогда не думала, что в моей жизни чего-то не хватает. Всегда были мы вдвоем. Я и мама. И этого мне было более чем достаточно. Ровно, как и сейчас.
2 глава
Мы ехали до города уже около часа, и оставалось ещё примерно столько же. Практически на всю громкость в салоне автомобиля играла мамина любимая группа «Roxette», и сейчас как раз они исполняли песню «Listen To Your Heart».
Мама подпевала во весь голос, а я в это время переписывалась с Джексоном. Этот парень, похоже, хоть и присутствует физически на уроках, но ментально он едет со мной в Нью-Йорк.
Джексон: «Кайла и Брэдли снова расстались»
Иззи: «Лол. В который раз за сегодня?»
Джексон: «Кажется, третий. Я просто не был в столовой, может быть, что-то пропустил»
Джексон: «О, да, и ещё есть новость»
Иззи: «Какая? Маршалл снова украл лягушку из кабинета биологии? Он просто неугомонный!»
Джексон: «Нет, у него не получилось, мистер Коллинз поджидал его в шкафу»
Иззи: «Реально? В шкафу? Лол. Они уже не знают, что с ним делать. Так какие новости?»
Джексон: «У нас новенький»
Иззи: «Уу, интересненько. Разузнал что-нибудь о нем?»
Джексон: «Только то, что его зовут Киан Бенсон, и он переехал в Корнуолл с дядей. Ладно, биология начинается. Судя по всему, вместо того, чтобы препарировать лягушек, мы будем снова писать самостоятельную. Удачи. Пиши если что»
Я оставляю сообщение без ответа, поскольку начинает играть песня «It Must Have Been Love» той же группы, и эту песню я просто обожаю, поэтому начинаю подпевать вместе с мамой в унисон.
По пути мы делаем остановку на заправке, закупаемся различными сладостями, чтобы следующий час ехать было ещё веселее.
– Мы останемся в Нью-Йорке или вечером поедем домой? – Спрашиваю я, закидывая в рот очередную шоколадную конфету.
– Милая, у нас впереди ещё два выходных, не считая этот. Зачем нам ехать обратно в этот же день? Можем остаться в гостинице до вечера воскресенья. Походим по магазинам, хоть Нью-Йорк посмотрим. Живем в двух часах езды от такого красивого города, но ещё ни разу толком его не видели. Всегда в спешке. И потом, даже не помню, чтобы мы хоть раз так выбирались вместе.
– Женщина, где моя мама и что вы с ней сделали?
Мама начинает громко смеяться.
– Наверное, я оставила её на работе.
Я тихо прыскаю, потому что у мамы самый приятный и самый заразительный смех.
Когда песни группы «Roxette» подходят к концу, их сменяют песни из саундтрека к фильму «Грязные танцы». Под песню «(I’ve Had) The Time of My Life», я сама пишу Джексону, чтобы сообщить, что мы, скорее всего, приедем только в воскресенье.
Джексон: «В воскресенье? Что вы планируете там делать столько времени?»
Иззи: «Пройдемся по магазинам, посмотрим город. Может быть, у мамы возникнут какие-то новые идеи, я не знаю»
Джексон: «Придется пропустить вечеринку»
Иззи: «Какую вечеринку?»
Джексон: «Ты уже забыла? Брэдли устраивает вечеринку сегодня, мы вроде бы обсуждали её»
Иззи: «А-а, ну, я всё равно не горела желанием идти на неё. Сходи один, может быть, познакомишься с кем-нибудь»
Джексон: «Для чего?»
Иззи: «Есть такая штука, как отношения. Это когда два человека проводят много времени вместе. Общаются, ходят на свидания и так далее…»
Джексон: «Спасибо, капитан очевидность. Я спрашивал, для чего МНЕ это нужно?»
Иззи: «Потому что скоро люди могут перестать верить тому, что мы просто лучшие друзья»
Джексон: «Ещё скажи, что тебе не все равно на то, что подумают люди»
Иззи: «Всё равно. Но я хочу для тебя счастья»
Джексон: «Отлично! Тогда привези мне из Нью-Йорка виниловую пластинку Битлз «Let It Be», и ты сделаешь меня самым счастливым человеком на свете. Ладно, пока, у меня начинается тренировка»
Я вновь тихо прыскаю в кулак, чтобы мама не задавала лишних вопросов. Впрочем, это не помогло.
– С кем ты там общаешься? – Интересуется она.
– А разве мой собеседник когда-либо менялся?
– Ну, – вздыхает мама, – ты ведь могла и новых друзей найти.
– Зачем? У меня есть друг. Джексон.
– Я знаю, но разве тебе не хочется найти подругу для общих интересов?
Я равнодушно пожимаю плечами.
– Нет. Для того, чтобы походить по магазинам и посмотреть сопливые мелодрамы у меня есть ты, а всё остальное мы можем делать и с Джексоном. Наверняка он даже согласился бы посмотреть со мной «Грязные танцы», если бы я попросила.
Мама на секунду поворачивается ко мне, бросает фальшивый злобный взгляд.
– Ну уж нет, это наш фильм! – Выпаливает она, а затем начинает улыбаться.
***
Чем ближе мы подъезжаем к Нью-Йорку, тем больше мне становится заметна разница между нашим сонным Корнуоллом и городом, который никогда не спит. Время близится к полудню, и на улицах города сейчас просто невероятно огромное количество людей. Должна признаться, что каким бы прекрасным я ни считала Нью-Йорк, всё же большее предпочтение я отдаю нашему милому, тихому городку с его медленной, размеренной и уютной жизнью.
Однако внутри меня всё буквально пищит от счастья находиться в Нью-Йорке в октябре. Осень в этом городе удивительно красивая. Сейчас тут довольно солнечно, но учитывая частую переменчивость погоды, это всё может очень быстро поменяться.
Проезжая мимо высотных домов и бизнес-центров, обращаю внимание на проходящих людей. Практически все они куда-то спешат. Мужчины в строгих костюмах и портфелем в одной руке, в другой держат телефоны, прислоненные к уху. Женщины в утонченных нарядах кажутся не менее занятыми, но всё же дают себе возможность расслабиться, сидя на террасе около кофейни, медленно попивая горячие напитки.
Мы решили остановиться в гостинице напротив Центрального парка, чтобы эти пару дней иметь возможность гулять по осеннему скверу. Номер нам достался на девятом этаже, поэтому с него открывался поистине ошеломляющий вид. Меня, девушку, которая большую часть жизни провела в крохотном городке, может удивить буквально что угодно. Ну, ладно, может быть, я слегка преувеличиваю. Но лишь слегка. Жаль, что глаза не умеют фотографировать, я бы очень хотела поделиться этим видом с Джексоном.
Вдоволь насмотревшись в окно, я бреду к своим немногочисленным вещам, чтобы сложить их в прикроватную тумбу, пока мама ненадолго отлучилась в лобби.
Я сижу с «Грозовым перевалом» в ожидании появления мамы, чтобы побыстрее пойти гулять по городу, но как бы я ни старалась – не могу прочесть и строчки. Слишком воодушевлена этой поездкой и тем, что нас ждет в эти выходные.
Вновь слышу, как в кармане джинсовой куртки пиликает телефон, уведомляя о новом сообщении. Мне и смотреть не нужно, чтобы наверняка знать от кого оно. Как я и сказала, мой собеседник не меняется.
Джексон: «Кайла и Брэдли помирились, а затем снова расстались»
Иззи: «Надеюсь, до вечера всё-таки помирятся, потому что иначе вместо веселья вас ожидает многочасовая тирада Брэдли о том, какая Кайла мелочная»
Джексон: «Прошу, не напоминай. Мне и прошлого раза хватило. Если они не помирятся, то я никуда не пойду»
Иззи: «Ещё как пойдешь. Вдруг там тебя будет ждать твоя судьба?»
Джексон: «Не думаю. Новенький – Киан – тоже был приглашен, так что все девчонки, скорее всего, повиснут на нем»
Иззи: «Ооо, малыш Джекси уже ревнует?»
Джексон: «Иззи, не будь занозой»
Иззи: «Если я перестану ею быть, то тебе будет скучно»
В этот момент, когда последнее слово остается за мной, в номер входит мама, и на её лице красуется широкая улыбка.
– Ты чего такая довольная? – Интересуюсь я, сама невольно начиная улыбаться.
– Администратор на ресепшене подумал, что мы с тобой сёстры, – смеется мама, – и я сказала, что ты старшая.
– Спасибо, мам, – я демонстративно перестаю улыбаться, – очень мило с твоей стороны.
– Ой, да брось, старушка, пойдем уже!
Мама хватает меня за руку, вытягивая из кресла, и мы выходим в лобби. Если у вас есть такая мама, как у меня, то тихий отдых вам не обеспечен. Но, как говорится, имеем, что имеем, и мы счастливы.
3 глава
Вот уже битый час мы бродим по торговому центру с кучей фирменных пакетов в руках из различных магазинов. Выбрала для себя множество базовых вещей, которые можно будет сочетать хоть с чем. Я люблю красивое, но больше всего ценю в вещах практичность. А ещё я нашла для себя шикарный красный дафлкот, и уже готова к встрече с зимой. Мама набрала себе строгих костюмов с брюками и юбками, а также красивое тёплое пальто, как и подобает владелице (пусть и небольшого) бизнеса.
Обойдя всевозможные магазины, уставшие, но довольные, мы решили немного передохнуть в кафе, перекусить, выпить кофе, и, наверное, уже вернуться в номер, чтобы как следует отдохнуть. Планов тоже настроили довольно много, мама прямо таки загорелась идеей обойти кучу туристических мест большого города.
Близился вечер, и я подумала, что сейчас, наверное, Джексон уже на вечеринке. Точно, Джексон! Я и забыла про него, ведь оставила телефон в номере отеля. Ладно, как приду, сразу же ему напишу.
– Я кое-что забыла, – вздыхает мама.
– Что?
– Мне нужно выбрать пару комплектов нижнего белья.
– Мы ведь проходили мимо этих магазинов несколько раз точно, – настала моя очередь вздыхать, потому что я уже неимоверно устала, – почему ты не вспомнила об этом тогда?
Вместо ответа мама пожимает плечами и смотрит на меня жалобным взглядом, словно говорящим «я, конечно, уверена, что ты всё равно пойдешь со мной, но я должна сделать вид, что хоть немного раскаиваюсь, чтобы разжалобить твое ледяное сердце». Как минимум пять минут мы сидим в тишине и смотрим друг на друга, ожидая кто из нас первым сдастся.
– Ла-а-адно, – медленно тяну я, признавая поражение, на что мама лишь начинает победно улыбаться. Теперь, вспоминая то, что она сказала мне в номере, будто я старшая сестра, не кажется мне такой уж ложью. Иногда мне кажется, что я гораздо взрослее и серьёзнее, чем моя мама.
Спустя ещё примерно полтора часа в торговом центре, мама наконец-то покупает всё, что хотела, и я безмерно рада, когда мы наконец-то возвращаемся в номер.
Безусловно, первым делом я бегу к телефону, который оставила на подлокотнике кресла, в котором читала «Грозовой перевал» и отвечала Джексону на сообщения. Каково было моё удивление, когда на телефоне высветилось аж десять новых сообщений.
Джексон: «Ура, они таки помирились. Думаю, что пойду на вечеринку»
Джексон: «Отбой. Они разругались, потому что Кайла сказала, что Брэдли как-то «не так» на неё посмотрел. Что с этой парочкой не так? Уж определились бы со статусом своих отношений окончательно»
Джексон: «Они точно издеваются. Под конец уроков всё же помирились. Я иду домой, но перед вечеринкой напишу Брэдли и спрошу, как там у них дела»
Джексон: «Ты где? На уроках без тебя было ужасно скучно. Мистер Коллинз таки заставил писать самостоятельную. Думаю, что я не сдал. Хорошо, что я – гордость нашей школы»
Под гордостью он имеет в виду, что является капитаном школьной футбольной команды.
Джексон: «На обед в столовой давали фруктовый пирог, и одному парню из параллельного стало плохо. Оказалось, что помимо фруктов, в пироге были орехи, на которые у чувака оказалась аллергия. Причем упоминания об орехах в пироге не было. Они обязаны писать о содержимом? Я думаю, что если бы они писали содержимое еды, которую они готовят, то наверняка никто бы никогда больше не переступил порог столовой, лол»
Джексон: «Кстати, я уже на вечеринке. У Кайлы и Брэдли всё в порядке (пока что). И я был прав. Практически все девчонки повисли на новеньком. И зачем я вообще пришел сюда без тебя?»
Джексон: «Какие-то парни не поделили девчонку, и теперь началась жуткая потасовка»
Джексон: «Я не знаю, какой черт меня дёрнул, но я пошел отстаивать права настоящего парня девчонки. А что? Никто не смеет уводить девушек у других парней. Прости, я слегка пьян»
Джексон: «Иззи, тут происходт просто какая-то вакханалияя. Дракд началась нешуточнач»
Джексон: «Я не хотел тебл писать, но должен пока ещ не отключифсч. Мен везут в больнцу. Кажеься у меня сотрясенбк»
Какого черта? Что у него? Сотрясение? Единственный раз я не пошла с ним на вечеринку, и вон чем всё закончилось. Дрожащими руками я набираю номер телефона Джексона, но натыкаюсь на его голосовую почту. Черт тебя дери, Торнтон, ох уж не поздоровится тебе, когда я вернусь. Я принимаю ещё несколько попыток позвонить другу, но всё оказывается тщетно.
Радуюсь, что мамы пока в номере нет, она пошла на ресепшен, потому что ей захотелось взять еще один тёплый халат.
Даже если я подставлю друга тем, что позвоню его родителям, но это лучше, чем ждать и гадать, всё ли с ним в порядке. К счастью, мама Джексона быстро поднимает трубку.
– Миссис Торнтон, здравствуйте, это Иззи, – дрожащим голосом говорю я, – Джексон уже дома?
– Нет, милая, он ушел на вечеринку пару часов назад. Сказал, что вы уехали в Нью-Йорк, это правда?
– Да, – киваю я, хоть и знаю, что собеседник на том конце провода этого не увидит. – Миссис Торнтон, дело в том…Джекси написал мне несколько сообщений, и в последнем было сказано, что его везут в больницу. Если не ошибаюсь, он написал что-то про сотрясение. Я ничего конкретного не знаю, но ужасно переживаю сейчас. Могли бы вы позвонить в больницу? Если что позвоните мне, пожалуйста, когда узнаете о его состоянии.
– О боже мой, – слышу в трубке тихий голос женщины. – Да, Иззи, я сейчас же позвоню в больницу. Спасибо, что сообщила».
Я больше не успела ничего сказать, поскольку женщина сбросила вызов.
У меня буквально не находится слов, чтобы описать, что я сейчас чувствую. Если у этого оболтуса сотрясение, то с этим точно можно жить. Приеду и ещё наподдам, чтоб неповадно было. Почему парни всё время влезают в какие-то непонятные разборки и вечно что-то не могут поделить?
Мама уже вернулась, и теперь лежа в кроватях, одетые в белые махровые отельные халаты, мы смотрели по телевизору «Золотых девочек». Я не стала говорить маме про Джексона, но сама чувствовала себя так, словно внутри всё переворачивается, как в песочных часах. Я боялась за друга, но вместе с тем и жутко на него злилась, не понимая, почему этот чудак полез в драку, которая никоим образом его не касалась. Чертова мужская солидарность.
С того момента, как я позвонила Элизабет Торнтон, маме Джексона, прошло уже больше трех часов. Мама тихо посапывала на соседней кровати, а я не могла сомкнуть глаз, потому что ждала новостей. Я подумала, что, возможно, для семьи Торнтон это была не очень спокойная ночь, так что они могли вернуться домой и пойти отдыхать. Полагаю, если бы случилось что-то очень страшное, то они бы наверняка дали мне знать. Именно так я себя успокаивала.
Я не понимала, почему всё это произошло именно тогда, когда меня не оказалось в городе?!
Не знаю, сколько пролежала в ожидании хоть каких-то новостей, но, так и не дождавшись, провалилась в сон, не выпуская телефон из рук.
***
Ночь была очень беспокойной, я не могла расслабиться, подозревая, что друг сейчас мог находиться в тяжелом состоянии. Резко распахнув глаза, я не совсем понимала, что заставило меня проснуться, пока не обратила внимание на светящийся экран телефона. Быстро поднеся телефон к лицу, зажмурилась от яркого света в глубокой темноте гостиничного номера, и с облегчением отметила, что получила новое сообщение. Часы показывали три часа ночи.
Джексон: «Из, прости, я не хотел тебя пугать. Со мной всё нормально»
Иззи: «Точно? Ты меня прости, мне пришлось позвонить твоим родителям, ведь я жутко перепугалась»
Джексон: «Ты что, прекрати, всё в порядке. Это я должен просить прощения за то, что заставил тебя волноваться. Ты же, как настоящий друг, даже на расстоянии искала возможность мне помочь. И почему ты не спишь так поздно?»
Иззи: «Я спала. Ну, точнее, больше дремала, потому что не могла успокоиться. Что с тобой всё-таки? Сотрясение? И почему ТЫ не спишь?»
Джексон: «Нет, не сотрясение. Кажется, кто-то ударил меня в живот, из-за чего меня вывернуло наизнанку. Судя по всему, кто-то вызвал скорую, и они, вероятно увидев меня в…не лучшем состоянии, решили взять с собой в больницу, чтобы разобраться»
Иззи: «Боже…Ты много выпил?»
Джексон: «Мне казалось, что нет. Я был полностью адекватен, кажется. На животе у меня красуется здоровенный такой синяк, это я ещё молчу про разукрашенное лицо. Я даже не знаю, от кого мне прилетело, там была куча людей»
Иззи: «Джекси, я больше тебя никуда одного не пущу. Если вдруг я не смогу куда-то с тобой пойти, значит, и ты не пойдешь»
Джексон: «Я вот сейчас даже возмущаться не хочу. Будь ты там, я бы точно в драку не полез. Если, конечно, она бы не касалась тебя»
Иззи: «Лол. Тоже мне, герой нашелся. Даже если бы она касалась меня, я бы все равно тебя не пустила. Так почему ты всё-таки не спишь?»
Джексон: «Как очнулся, так и решил сразу написать тебе, чтобы ты не переживала»
Иззи: «Спасибо, Джекси, правда. Теперь, думаю, я и впрямь смогу поспать, зная, что с тобой всё хорошо. И ты иди поспи, ладно? Напиши мне, как проснешься»
Джексон: «Хорошо. Доброй ночи, Марко»
Иззи: «Сладких снов, Поло»
Облегченно выдохнула и улыбнулась тому, что этот чудак вместо того, чтобы продолжить спать, переживал обо мне и написал сразу же после пробуждения. И сейчас, зная, что с другом всё в порядке, я, наконец, могла спокойно поспать хотя бы несколько часов.
Медленно погружаясь в сон, я не переставала улыбаться, думая о том, что даже в такой стрессовой ситуации, как эта, Джекси написал мне. С трудом, конечно, но всё же дал знать о том, что с ним и куда его везут. Конечно, ему бы следовало позвонить родителям, но, наверное, в тот момент ему было не до этого.