Мухаммед. Жизненный путь и духовные искания основателя ислама. 571—632

Дух Византии все более деградировал, каменел. Тот, кто не мог больше его выносить, говорил «прощай» гордой столице, ее Босфору, ее дворцам, ее придворным интригам и отравлениям; он уходил в пустыни умерщвлять плоть и спасать душу. Византийский мир был полон аскетами. Например, святой Симеон оставался семь лет неподвижным, в молитве, наверху столба, чтобы показать, что он полностью растворился в Боге. Другие предпочитали проводить жизнь в могиле, наполовину погребенные; третьи сами сажали себя в тюрьму, обвешиваясь цепями. Встречались люди, объединявшие вокруг себя учеников в пустыне и дававшие начало новым сектам.

Это множество сект привело к деградации христианства в Византии. Духовная жизнь превратилась в сектантские беспорядки. Но опасность грозила и извне. К золотому трону и короне императора, к сокровищам дворцов, к богатству городов и деревень тянулись жадные руки. Нетерпеливые взгляды, жадные вожделения не имели иного предмета.

Старый мир трещал по всем швам. Народы приходили в движение. На Балканах, за Кавказским хребтом, на всех границах империи появились орды кочевников. В двери Византии с силой ломились. Без перерыва, год за годом, императору приходилось защищать восточно-христианский мир от вторжений варваров. Но худшая опасность для Византии исходила не от грубых кочевников, аланов, гуннов и северных славян. Главным врагом был Иран, Персия, страна, в которой правил шахиншах (великий шах) из благочестивой персидской династии Сасанидов.

Священный Иран, страна вечного огня, Ахурамазды, доброго и злого Ангру-Манью, была в те времена плохо известна европейцам. Все, что о ней знали, – это то, что она является могущественным соседом Восточной Римской (Византийской) империи, что этот самый Иран вел продолжительные и кровопролитные войны с Римом, часто бывал побежден, но часто выходил победителем и что он совершенно закрыт для христианского влияния. Все, что происходило внутри его, оставалось неведомым.

Огромная страна. Прекрасная. Загадочная. От византийских границ она простиралась далеко, до глубин Средней Азии, от Персидского залива до вершин Кавказа. Это было зеленое и молчаливое владение священного огня, пророка Заратустры, жрецов Атропатены и великого шаха.

Религия огня была основана за много веков до того Заратустрой. Окруженный учениками, он странствовал по плодородному Ирану, оставляя позади себя храмы священного вечного огня, бьющего из-под земли. Народ падал на колени, а священники пели гимны в честь бога огня. На берегах неспокойного Каспия располагалась иранская провинция Атропатена. Заратустра сделал ее своей землей обетованной. Оттуда поднимались к нему языки священного пламени. Атропатена стала священной землей Ирана. Хозяевами в ней были жрецы; они поклонялись священному огню и из этой прикаспийской провинции решали, кто станет властелином державы, раскинувшейся между Византией и Китаем. Жрецы были очень могущественны и мудры.

Рассказывают, будто они отправили в подарок юному шахиншаху Шапуру, тогда еще ребенку, игру в поло. На металлической доске расположилась искусственная лужайка, по которой готовы были побежать маленькие лошадки. Сложный механизм вводил в игру мяч; другой позволял лошадям передвигаться по лужайке и, бегая за мячом, даже справлять свои надобности, искусственные, как все остальное. Этот подарок должен был одновременно развлечь маленького монарха и внушить ему почтение к священническому сословию. Когда он вырос и игрушки устарели, жрецы изготовили для него двух стальных человек, сопровождавших его во всех поездках.

Примечания