Релокантка

Валя смотрела в окно, и за стеклом самолетов возникали волшебные облака, белоснежные и пушистые, как её мечты. От них исходил свет, и казалось, что они собирают в себе все надежды на новую жизнь, на новую Грузию. Но в груди у Валентины бурлили тревожные мысли, как ураган, обрывающий тишину спокойного вечера.

Салон самолета был наполнен напряжением. Пассажиры, уставшие от долгого ожидания, погружались в свои дела: кто-то читал, кто-то уткнулся в экран телефона, а кто-то просто смотрел в никуда. Но каждый из них был погружен в свои переживания, и Валя чувствовала это, как невидимую нить, связывающую всех вместе.

Она потянула руки к рюкзаку, стараясь найти в нем что-то, что могло бы отвлечь её от гнетущих мыслей, но только обшарпанный блокнот и ручка попались под руку. Валя вытащила их, одновременно ощущая в воздухе запах нового, невыразимого – запах надежды, смешанной с легкой тревогой. Достала ручку и начала рисовать облака; каждый штрих позволял ей забыть о Максиме, который оставил в её сердце глубокую рану.

«Почему я не могу отпустить это?» – думала она, сжимая кулаки, как будто самоконтроль мог бы помочь ей справиться с нежелательными эмоциями. Она попыталась перевести взгляд на других пассажиров, надеясь найти среди них утешение. Вдруг её внимание привлекла пожилая женщина с доброй улыбкой, которая листала старые фотографии, на которых запечатлены её счастливые воспоминания. Валя почувствовала острое чувство одиночества.

«Как же мне не хватает компании», – мелькнула мысль, и Валя снова посмотрела в иллюминатор. Тишина облаков за стеклом скрывала её страхи от окружающего мира, но не могла заглушить внутренний голос. «Что если я не справлюсь? Что если это было ошибкой?»

В этот момент к ней повернулась соседка, молодая мама с малышом на коленях. «Извините, я слышала, как вы вздыхаете. Вы в первый раз в Тбилиси?» – с интересом спросила она, прикрывая рот, чтобы не разбудить ребенка.

«Да, – слабо улыбнулась Валя, – надеюсь, это будет начало чего-то нового».

«Это точно! Я была там пару лет назад. Грузия – удивительная страна. Еда, культура… и люди!» – женщина говорила с такой страстью, что Валя почувствовала, как внутри неё загорается искорка надежды.

«Правда? Я не знаю никого там… и как только я начну работать…», – продолжала Валя, но голос её немного дрожал, и она замялась.

«Не стоит волноваться, – поддержала её мама, – вы встретите много людей. И работа – это просто шаг на пути. Главное – не забывать о своих мечтах!»

Валя кивнула, её сердце забилось быстрее. «Мечты? У меня их было столько… но теперь это просто тень того, что было».

Мама с малышом усмехнулась. «Мечты – это то, что ведёт нас вперёд. Если бы я не решила сменить обстановку, я бы не узнала о том, что такое настоящая жизнь. Просто доверьтесь себе!»

Валя посмотрела на неё и поняла, что эта простая беседа помогла ей немного успокоиться. Может, в Тбилиси и правда есть шанс начать заново, оставить боль позади и поверить в себя. Она вернулась к своему блокноту, и, пока улыбка на лице соседки оставалась в её памяти, начала рисовать заново – облака, которые теперь казались такими же яркими, как её надежды.

«Я сделала шаг», – тихо произнесла она в мысли, глядя на облака, которые, казалось, манили её в безмятежное будущее.

Тёплый, насыщенный солнечный свет обнимал Валю, когда она сделала шаг за пределы самолета. Аэропорт Тбилиси, с его яркими вывесками и звуками, будто бы танцевал вокруг неё. Чувство облегчения, что она наконец-то здесь, быстро сменилось тревогой. Лёгкий ветерок, проносящийся по её лицу, внушал надежду, но в сердце раздавался тревожный стук. Где же мой чемодан?

Она остановилась, пытаясь разобраться в бурлящей толпе. Люди спешили мимо, каждый со своей историей, своими мечтами и заботами. Валя почувствовала, как её уверенность тает, как утренний туман под первыми лучами солнца. А что, если чемодан потерялся? Она мысленно прокручивала варианты: кто-то мог его забрать, а может, он остался в другом городе, в другом времени.

– Где же мой чемодан? – произнесла она, глядя на бесконечную череду багажа, которая надвигалась и исчезала в тени. – Я не могу остаться без него в этом… в этом чужом городе.

Внутри неё нарастала паника. Она металась по перрону, стараясь не потерять из вида коричневые корзины с багажом, но её взгляд вдруг наткнулся на группу людей, которые обсуждали что-то на грузинском. Их смех казался дружелюбным, но Валя не могла понять ни слова. В голове кружили мысли о том, как могла бы выглядеть эта минута, если бы всё пошло по плану.

Ощущая, как сердце колотится в груди, она подошла к информационному стенду. Указатели, написанные на нескольких языках, мелькали перед глазами, но ни один из них не говорил ей, куда идти. Тревога нарастала, как волна, готовая сломать берег.

– Так, Валя, соберись, – шептала она себе, глядя на помятый листок с адресом. Пальцы нервно щупали бумагу. – Это всего лишь чемодан. Я смогу без него обойтись, наверное… Но адрес коливинга…

В этот момент к ней подошёл работник аэропорта, с добрым выражением на лице, явно заметив её растерянность.

– Извините, могу я помочь вам с чем-то? Вы выглядите, как будто потеряли нечто важное.

Она кивнула, чувствуя, как голос застревает в горле.

– Да, мой чемодан не прилетел со мной. Я… мне нужно знать, что делать. Я только что приехала, и у меня есть адрес, но он… – Валя показала на листок, как будто он мог волшебным образом исправить ситуацию.

Работник с пониманием кивнул, его голос был ободряющим.

– Не переживайте, это довольно распространённая ситуация. Заполните эту форму, и мы постараемся найти ваш багаж. А с адресом вы не сможете справиться? Могу я помочь найти что-то на местном языке?

– Ох, спасибо! Но он у меня… – Валя взглянула на бумажку с каплями воды, которые размочили её надежды. – Теперь, видимо, испорчен. Я не знаю, как это объяснить.

– Давайте мы подумаем вместе. Возможно, есть какие-то известные места, куда вы направляетесь, и я помогу вам, – предложил работник, уже доставая свой телефон.

Валя почувствовала, как надежда медленно возвращается, и в её груди зажглось небольшое пламя.

– Ох, спасибо. Я… я очень ценю это.

Она старалась собрать свои мысли, когда работник начал пытаться кому-то позвонить. Внутри неё всё ещё царила неуверенность, но постепенно чувство безысходности начинало отступать.

– Если он поможет, может быть, всё будет нормально? – шептала она про себя, ощущая, как внутри неё загорается желание начать всё заново.

Валя внимательно следила за действиями работника, надеясь, что ситуация вскоре разрешится. Она вновь ощутила на себе тепло солнечных лучей, которые сияли высоко в небе, и ей показалось, что, несмотря на все трудности, её новое начало всё еще возможно.

Но уже спустя несколько часов Валя одиноко стояла под широкими листьями дерева, укрываясь от ливня, который не щадил ни её, ни город вокруг. Вода струилась по её волосам, мокрые пряди прилипли к лицу. Она сжимала в руках размоченную записку с адресом коливинга, пока её надежда постепенно затихала под напором дождя. Каждый проходящий мимо человек казался ей тенью, чужим, непонимающим её тревожную ситуацию.

Она глубоко вздохнула, придавая себе смелости. Тбилиси был для неё новым и незнакомым, но каждая улочка, каждое здание скрывало в себе историю, и она была намерена стать частью этого места. Валя сделала шаг к мужчине средних лет, стоявшему рядом с автомобилем и вытирающему стекло.

– Извините, не подскажете, как добраться до коливинга на улице Батуми? – её голос дрожал от волнения и надежды. – Я только что переехала в Тбилиси, и у меня немного проблемы с ориентацией…

Мужчина на мгновение задумался, затем ответил, взглянув на неё с настороженным интересом.

– Коливинг? На Батуми? Хм… Да, это недалеко. Вам нужно пройти до следующего поворота, там будет маленький зелёный рынок. Перекресток, и налево.

Валя сделала шаг ближе, но дождь продолжал лить, заливая ей ноги и пробираясь под куртку. Она ощутила, как её сердце забилось быстрее, когда надежда зажглась в её груди.

– Спасибо огромное! – воскликнула она, не в силах скрыть волнение. – У вас не будет времени, чтобы показать мне, куда именно надо идти? Я просто… совсем потерялась.

Мужчина, увидев её глаза, полные отчаяния, колебался, но, казалось, всё же решился.

– Знаете, у меня сейчас дела. Но, если честно, это не самый удачный район для блуждания в такую погоду. Возможно, лучше подождать автобус.

Валя посмотрела на дождь, который забивался ей за воротник, и покачала головой.

– Да, но я не могу просто ждать! У меня весь день наперекосяк, и я не могу позволить, чтобы это дальше так и продолжалось.

Её голос звучал настойчиво, и, кажется, это подействовало. Мужчина, оценивая её упорство, наконец, вздохнул.

– Ладно, слушайте. Если пойдём вместе, я покажу вам путь. Но только если вы не будете меня мучить вопросами, а просто следуйте за мной.

– Конечно, я буду просто благодарна за помощь! – облегчённо ответила Валя, и они начали двигаться в сторону указанного направления.

Дорога была усеяна лужами, отражающими мерцающий свет фонарей, а запах мокрой земли и асфальта смешивался с ароматом кофе из близлежащих кафе.

– Это мой первый раз в Тбилиси… – произнесла она, стараясь разрядить напряжённую атмосферу. – Я всегда мечтала приехать сюда. Надеюсь, что коливинг будет таким же замечательным, как и город.

Мужчина лишь покачал головой, и Валя заметила, как его лицо слегка смягчилось.

– Тбилиси – интересное место, много историй, но бывают и свои подводные камни. Не всегда люди такие добрые, как я.

Её сердце чуть подскочило, но она старалась сохранять оптимизм.

– Должно быть, это только начало. После дождя всегда видно солнце, – произнесла она, чувствуя, как её слова, как лучи надежды, пробиваются сквозь завесу серых облаков.

Он ускорил шаг, но Валя, ощущая себя немного более уверенной, продолжала углубляться в свои мысли о новом месте, о том, как каждое мгновение приближает её к дому, даже если он ещё не стал знакомым.

– Я надеюсь, что это всё того стоит, – прошептала она про себя. – Каждый шаг – это шаг к новой жизни. И, возможно, в этом городе я смогу найти своё место.

Валя поднялась по узким лестницам старинного коливинга, её сердце стучало в груди, как будто пыталось вырваться на свободу. Тихие шаги напоминали о том, что она действительно здесь, в этом новом, полюбившемся ей городе. Высокие потолки над головой излучали тепло вековой истории, а запах свежего дерева и старых книг, словно охватывающий её, добавлял уверенности. Но чем ближе она подходила к двери своей новой квартиры, тем сильнее в ней росло напряжение.

Она открыла дверь, и её радость, как яркая искра, потухла при виде Нины. Бывшей девушки Максима, теперь уже ее бывшего парня. Эта встреча была как холодный душ, срывающий с неё последние остатки уверенности. Нина стояла, скрестив руки на груди, с усталым, но оценивающим взглядом. Вся комната, пропитанная ароматом свежезаваренного чая, вдруг показалась Вале серой и тусклой.

– Привет, – произнесла она, хотя голос её дрожал, как осенний лист на ветру. Она сжала сумку, словно это поможет ей удержаться на плаву, но внутри бушевала буря: смешение страха, гнева и потери.

Нина посмотрела на неё с легкой иронией, но её глаза были холодными. Они словно остекленели, и от этого взгляда Вале стало ещё тяжелее. Ощущение, что они застряли в прошлом, вернулось с новой силой.

– О, Валя… Привет, – ответила Нина, её тон был не слишком сердечным. Она сделала шаг назад, словно высекла границу, которую ни одна из них не осмеливалась пересечь.

Валя чувствовала, как её ноги подкашиваются, и без того измождённое сердце вновь забилось быстрее. Она пыталась говорить уверенно, но слова с трудом сбивались в предложение. – Не ожидала тебя здесь увидеть.

Слова давались с трудом, как будто каждая буква требовала от неё огромных усилий. Она ловила себя на мысли, что хочет просто уйти, но что-то внутри заставляло её оставаться, искать связь, даже если бы это было только на мгновение.

Нина усмехнулась, в её голосе слышалась горечь. – Да, похоже, мы теперь соседи. Хорошо, что ты не заблудилась.

Валя пыталась найти в этом разговоре хоть каплю тепла, но Нина лишь скрестила руки на груди, и это движение выдало её защитную позицию. Она не желала открываться, избегала даже взгляда, который мог бы выдать её истинные чувства.

– А ты как? Как дела? – произнесла Валя, хотя понимала, что этот вопрос звучит пусто. Это было просто вежливый способ заполнить гробовую тишину, которая нависла между ними.

– Нормально. Занята, как всегда. Работа, дела…

Усталый тон Нины только подтверждал, что их разговор – всего лишь формальность. Валя смотрела вниз на пол, стараясь не дать всплеску эмоций взять верх. Воспоминания о Максиме, о том, как они смеялись и мечтали о будущем, снова накатывали, как волны на берег. Нина стояла перед ней, но между ними простиралась пропасть, которую обе понимали, но не могли преодолеть.

– Понимаю… – прошептала Валя, её голос стал тише, как будто она боялась нарушить это хрупкое равновесие.

– Иногда мир кажется слишком тесным, не находишь? – произнесла Нина, поднимая взгляд к потолку, словно искала там ответ на свои мысли. Это прозвучало как ирония, но в её словах проскальзывала истина, которую обе знали: они не могут просто игнорировать то, что связывало их в прошлом.

Валя кивнула, её сердце сжалось. – Да, тесным…

Слова застряли в горле, и они обе почувствовали, что это не просто разговор о соседстве. В воздухе витала недосказанность, словно невидимый щит, разделяющий их. Ни одна не собиралась делать шаг вперед, ни одна не хотела углубляться в эту незаслуженную боль.

– Ну что ж, давай постараемся не усложнять всё. Просто живем, как соседи, – произнесла Нина, её рука слегка двинулась, словно она пыталась обозначить границы, которые ни одна из них не должна пересекать.

– Да, конечно… – Валя ответила с легким дрожанием в голосе. Она знала, что это всего лишь попытка сохранить дистанцию, но её внутренний мир, полный воспоминаний и переживаний, опять стал болезненно острее.

Между ними повисло молчание, которое, казалось, могло длиться вечно. Валя и Нина обе чувствовали, что эта встреча – не просто случайность. Но ни одна не была готова к тому, чтобы открыть свои сердца и поделиться тем, что их мучило. В этом старинном коридоре, полном теней и эха прошлого, они остались в своих мирах, запертых в невидимой борьбе.

На кухне коливинга стоял вечер, утопая в теплых, но неуютных тенях. Стены, окрашенные тусклым бежевым цветом, хранили в себе запах свежезаваренного чая и остатки еды, которые так и не убрали со стола. Мягкий свет лампы бросал скромные блики на расставленную посуду, но атмосфера здесь была далеко не дружелюбной. Она пропиталась напряжением, словно два незнакомца, оказавшихся в одной комнате, никогда не могли бы стать друзьями.

Валя стояла у плиты, пытаясь найти подход к Нине, которая, казалось, с каждым ее словом становилась все более недоступной. Она вспомнила, как в детстве мама учила ее готовить, как с удовольствием она смешивала ингредиенты, желая создать что-то хорошее. Но сейчас кулинарные навыки не помогали ей наладить контакт с соседкой.

– Нина, как ты справляешься с этими новыми людьми? – произнесла она, заставляя себя говорить ровно, хотя внутри всё клокотало. – Мне кажется, что все здесь такие дружелюбные, но… я не знаю, как начать. Может, нам стоит вместе пообедать? Это бы мне немного помогло.

Нина, опершись на стол, бросила на Валю скептический взгляд, в её глазах заиграли огоньки недовольства.

– Пообедать? С тобой? – её голос звучал как холодный удар. – Ты ведь всё равно не знаешь, как приготовить чай по-грузински, который мы здесь пьём.

Валя почувствовала, как сердце её сжалось.

– Но я только начала! – возразила она, стараясь не выдать своего обиды. – Я же не могу знать все сразу, а ты в этом так уверенно себя чувствуешь.

– Уверенность приходит с опытом, Валя, – произнесла Нина с сарказмом, пытаясь подчеркивать свою позицию. – Ты должна научиться адаптироваться. Если ты будешь продолжать метаться, то никогда не найдешь свое место.

Слова Нины, словно острые иглы, всаживались в Валю.

– А ты, кажется, отлично устроилась, – произнесла она, пытаясь сохранить спокойствие. – Все вокруг тебя, а я… просто пытаюсь не потеряться.

У Нины на лице появилась усмешка, но она быстро её спрятала.

– Да, я устроилась. Наверное, именно поэтому у меня есть друзья и работа. Я не жду, пока кто-то придет и сделает все за меня.

Валя ощутила, как внутри неё закипает раздражение.

– Как будто это так просто! Знаешь, иногда мне кажется, что ты делишь людей на успешных и неудачников, но не все могут быть такими, как ты!

Нина приподняла бровь, её холодный взгляд пронзил Валю.

– О, возможно, у тебя просто недостаточно амбиций. Это не моя проблема, знаешь ли.

– Это не вопрос амбиций! – почти закричала Валя, но в её голосе слышалась не только ярость, но и глубокая обида. – Это вопрос того, чтобы найти общий язык! Я просто хочу, чтобы тебя интересовало, как я себя чувствую.

Нина, казалось, не поддавалась на провокации, её спокойствие было раздражающим.

– И ты думаешь, что, если я буду проявлять интерес, это решит твои проблемы? Ты должна сама справляться.

Валя вдруг осознала, что сквозь стену невидимого противостояния проскользнула искра понимания.

– Ты не понимаешь! Я не прошу помощи, я хочу, чтобы ты хотя бы выслушала меня!

Нина задумалась, но её привычная хладнокровность не исчезала.

– Слушать? Это занимает время, а у меня его нет. Каждый сам за себя здесь, Валя.

Словно по щелчку, в воздухе повисла тишина, но она была натянута, как струна. Валя почувствовала, что этот разговор зашел в тупик, и ей стало обидно, что Нина не способна понять её.

– Тогда, может быть, ты просто одна из тех, кто не умеет дружить? – произнесла она, не сдерживая себя.

Нина усмехнулась, её глаза сверкнули.

– И ты одна из тех, кто просит о сочувствии вместо того, чтобы действовать. Смешно, не так ли?

Валя стиснула кулаки, ощущая внутри себя смешение ярости и глубокого разочарования.

– Смешно – это как ты щелкаешь языком, когда тебя никто не понимает. Могу я сделать что-то, чтобы добиться твоего уважения?

Нина, неожиданно удивлённая, приподняла голову.

– Уважение? Ты его не получишь, пока не научишься быть сама собой. Не зависеть от других.

Валя замерла, осознав, что, возможно, именно это и было её слабым местом. Она вдруг поняла, что её страх одиночества обостряется в моменте, когда Нина закрывает перед ней двери.

– Возможно, это именно то, что меня и тревожит, – ответила она, стараясь говорить спокойно. – Но вместо поддержки я вижу только холод.

Нина лишь пожимает плечами, её лицо не выдает эмоций.

– Это твой выбор. Хочешь, чтобы кто-то был рядом? Сначала стань сама собой.

Валя почувствовала, как её решимость крепнет, как будто на ее глазах образовывались новые границы.

– Может быть, я и стану, но не за счет твоих острот.

Нина с усмешкой взглянула на Валю, в её взгляде промелькнуло что-то, что могло быть уважением или, по меньшей мере, интересом.

– Хорошо, посмотрим, как далеко тебя это заведет.

Между ними снова повисло молчание, но теперь оно звучало иначе. Это был не просто разрыв, но и нечто большее – обе девушки, хоть и находились на разных берегах, были готовы к тому, чтобы, возможно, однажды построить мост.

Валя с нетерпением смотрела на экран своего планшета, повторно надеясь, что чудо все-таки произойдёт. Сигнал wi-fi продолжал игнорировать её попытки подключения, и каждый миг без доступа к интернету вызывал в ней растущее ощущение тревоги. Она нервно стучала пальцами по столу – звук, похожий на капли дождя об окно, терялся в уединённой атмосфере кафе. Аромат свежезаваренного кофе смешивался с запахами выпечки, создавая уютный кокон, но Валя чувствовала себя абсолютно изолированной. Голод напоминал о себе всё настойчивее, поднимая волну раздражения.

На часах уже близился вечер, а вместе с ним и её усталость. Она мечтала о чём-то простом – тёплом, утешительном. Возможно, кусочке хачапури, который согрел бы её изнутри, как встреча с добрым другом. Мысли о еде перемешивались с нервозностью, и Валя уже почти готова была сдаться, когда в её поле зрения появился Гиорги.

– Извини, я нашёл твой телефон на стойке. Ты в порядке? – спросил он, с доброй улыбкой, которая, казалось, излучала тепло даже в тусклом свете кафе. Его глаза светились, и, неожиданно, Валя почувствовала, как её тревога понемногу отступает.

– Да, просто пытаюсь подключиться к интернету, – вздохнула она, чуть смущаясь от его внимания. – Вот только не получается.

Гиорги присел рядом, его присутствие напомнило о том, что в этом мире есть люди, готовые поддержать. Он наклонился к ней, как будто намереваясь поделиться чем-то важным.

– Меня зовут Гиорги. Могу помочь, если хочешь. Иногда нужно просто перезагрузить, —сказал он, и в его голосе была такая уверенность, что Валя не могла удержаться от улыбки.

– Валя. Приятно познакомиться. Перезагрузить? Звучит проще, чем кажется. Но, кажется, тут нужно что-то ещё… – она взглянула на экран, где снова высветилось сообщение о неудачном подключении. – И чем дольше я не подключаюсь, тем больше мне хочется есть.

– А ты что-то хотела поесть? В этом кафе есть потрясающие хачапури. Я сам их обожаю, – его глаза засияли, словно он открыл перед ней целый мир вкусов.

– Хачапури? Я слышала о них, но никогда не пробовала… – Валя почувствовала, как лёгкость от общения начинает затмевать её прежнюю напряжённость. – Звучит заманчиво. Видимо, мне нужно попробовать.

– Давай закажем их прямо сейчас! Ты сможешь попробовать, и я расскажу, как правильно их есть. Это целый ритуал в Тбилиси, – предложил он с азартом, и Валя не могла не ответить его радостью.

– Да, было бы здорово. У меня даже слюнки текут при одном слове «хачапури». Звучит, как идеальное решение для голода, – она смеётся, почувствовав, как её сердце наполняется теплом.

Гиорги, заметив её радость, предвкушающее улыбнулся.

– Знаешь, Тбилиси на самом деле такой удивительный город. Здесь можно найти такие необычные места, которые вдохновляют. И еда, конечно, – часть культуры.

– Я всегда мечтала посетить Тбилиси. Все говорят, что он очень красивый. А ты живёшь здесь долго? – спросила она, заинтересованно всматриваясь в его лицо, которое вдруг стало более открытым и искренним.

– Вырос здесь. Но иногда мне кажется, что я открыл для себя этот город только недавно. Каждый раз, когда возвращаюсь домой, нахожу что-то новое, – Гиорги говорил, и в его голосе слышалась некая ностальгия, которая наполняла кафе теплом и атмосферой доверия.

– Это звучит прекрасно. Мне бы хотелось, чтобы у меня был такой дом, который не перестаёт удивлять, – произнесла Валя, чувствуя, как её собственные мечты становятся чуть яснее.

– У каждого есть свой «дом». Иногда это место, а иногда – люди, – сказал он, и в его словах проскользнула некоторая глубина, которая заставила Валю задуматься.

– Это правда. Наверное, мне с тобой повезло, – её голос стал чуть мягче, и она не могла сдержать улыбку.

– Я рад, что смог тебе помочь. Давай попробуем подключить этот роутер, а потом закажем хачапури, – с лёгким смущением произнёс Гиорги, а его искренний интерес к её проблемам только укреплял их связь.

– Давай! Надеюсь, что всё получится. И хачапури, конечно, не помешают, – ответила Валя с новой уверенностью, ощущая, как её тревога растворяется в тепле общения.

Гиорги начал объяснять, как работать с роутером, и Валя с интересом слушала его, забывая о своих проблемах. В кафе царила расслабляющая атмосфера, и, казалось, весь мир вокруг затих, оставив их вдвоём за столом, наполненным ароматом кофе и свежей выпечки.

В уютном кафе, где свет мягко рассеивался по стенам, создавая атмосферу тепла и уюта, Валя и Гиорги продолжали свою игру с языком и жестами. Стол был покрыт салфетками, на которых появились рисунки – простые, но полные жизни. Запах свежезаваренного кофе и сладкой выпечки витал в воздухе, смешиваясь с лёгким гулом разговоров других посетителей.

– (улыбается, показывая на телефон) Давай попробуем ещё раз! Это «пицца», а это… – она быстро начала рисовать на салфетке, оставляя линии, которые будто сами по себе начали принимать форму. «Круассан!» – добавила она с энтузиазмом.

Гиорги наклонился ближе, его глаза загорелись от интереса. Он с любопытством смотрел на её рисунки, его улыбка становилась шире с каждой новой находкой.