Натали

Пролог

Графиня Элеонора Эдельдорф резко опустила кисть для румян и откинулась на спинку кресла. Туалетный столик, уставленный флаконами духов и баночками кремов, вдруг показался ей нелепым напоминанием о прежней, безопасной жизни. Она подняла глаза к зеркалу — и в отражении прочла то, что пыталась игнорировать: предстоящее путешествие могло оборваться трагически. Возможно, это её последний день в родовом имении.

— Густав, — негромко, но твёрдо позвала она слугу, безмолвно ожидавшего за дверью. Он немедленно вошёл в спальню. — Будь добр, позови Натали: я должна с ней попрощаться. И передай Ларси, чтобы приготовили экипаж.

Графиня ощущала глубокую печаль, но долг повелевал ей уехать: её пятилетняя дочь была похищена, и лишь она могла спасти малышку. Анонимное письмо от похитителя содержало жёсткое требование прибыть в Америку — в противном случае он угрожал лишить жизни Элизабет. У графини не оставалось иного выбора, кроме как покинуть Англию. Душа её разрывалась при мысли о разлуке с детьми, однако она не могла остаться: Натали и Анатоль будут в безопасности здесь, тогда как Элизабет грозила нешуточная опасность.

Через пять минут её горестные размышления прервала Натали, вихрем ворвавшаяся в спальню, — как обычно, не постучав. Девушка вбежала в комнату матери и первым делом крепко обняла её за талию. Затем, с раскрасневшимся лицом и растрёпанными волосами, она воскликнула, глядя на мать:

— Ты меня звала, мамочка? Что‑то случилось?

— Да, моя милая, я позвала тебя именно для этого — обнять на прощание, — тихо произнесла графиня, прижимая к себе девочку. — Мне предстоит отправиться за твоей сестрой, и путь будет долгим, но мы обязательно увидимся вновь, обещаю тебе. — Она сжала объятия, словно боялась отпустить малышку хоть на миг.

Графиня нежно поцеловала свою десятилетнюю дочь на прощание и с тяжёлым сердцем продолжила сборы. Лёгким движением она смахнула слезу, застывшую на щеке, уложила последние вещи и, бросив прощальный взгляд на комнату, вышла из спальни.

Глава 1

С момента отъезда матери прошло уже семь лет — от неё по‑прежнему не было никаких вестей. Натали исполнилось семнадцать: в этом году её ждал первый выход в свет и первое путешествие за пределы фамильного имения. Прежде девушка не покидала окрестностей родной деревушки Хэмпсвилл, хотя всегда втайне мечтала о дальних странствиях.

«Как уныла и однообразна деревенская жизнь — а ведь в детстве каждый день казался волшебным приключением! Мне даже нельзя одной покинуть дом без провожатых, а Анатоль, как на беду, вновь уехал. Почему, если работа зовёт его, он не позволил мне отправиться вместе с ним, а обрек томиться в этой глуши? Он‑то сам наведывается сюда лишь раз в полгода… Отчего же мне запрещено жить в городе?» — думала Натали о старшем брате, сидя на диване в гостиной.

Анатолю рано пришлось повзрослеть и начать принимать важные решения. После исчезновения матери он практически стал главой семьи, поскольку их отец скоропостижно скончался. Ещё до маминого отъезда, у него случился инфаркт после известия о похищении его младшей дочери. Графиня только похоронила мужа, и спустя неделю уехала, оставив дочь на попечение няни, сын же ещё учился.

Анатолю пришлось рано повзрослеть и взять на себя бремя ответственных решений. После исчезновения матери он фактически стал главой семьи — ведь их отец скоропостижно скончался ещё до её отъезда. Инфаркт настиг графа сразу после известия о похищении младшей дочери. Графиня едва успела схоронить мужа — и уже через неделю покинула дом, оставив дочь на попечение няни. В то время Анатоль ещё обучался в университете, но обстоятельства вынудили его преждевременно вернуться и принять на себя обязанности, подобающие главе рода.

Помимо службы в порту, Анатоль не мог забыть и о письме, доставленном в имение несколько лет назад. Оно было анонимным, но содержало вести о пропавшей графине — вести, от которых кровь стыла в жилах. В послании утверждалось, что графиня скончалась и была похоронена в штате Калифорния, США. Анатоль застыл, вперив взгляд в строки этого рокового письма, — слова будто застряли в горле, а мысли смешались в хаосе потрясения.

Сестра начала выпытывать у него, что же там написано, вырывать письмо, но он его не отдал и сказал первое, что пришло ему в голову. Он сообщил сестре, что всё хорошо и мама с сестрой очень по ним скучают. Натали запрыгала от радости, но гувернантка не поверила ему, и позже ему пришлось признаться в обмане.

Анатолю пришлось соврать Натали, которой в то время только исполнилось двенадцать лет, чтобы не ранить её чувства. Так что эту ужасную тайну Анатоль и Элли хранили вместе вот уже пять лет подряд. Не успел Анатоль оправиться от этой новости, как Натали начала канючить, прося его поехать в Америку к матери и сестре. Недолго думая, Анатоль уехал, и притворился очень занятым, дабы сестра перестала напоминать ему о его ошибке. Теперь он жил вдали от сестры и каждый день корил себя за то, что не сказал ей правду, но понимал, что момент упущен и если он расскажет сестре всё спустя столько лет, она никогда его не простит. Они итак очень переживали, не получая никаких вестей о матери и сестре целых два года, хоть Анатоль и пробовал что-то разузнать, спрашивая у капитанов, которые ездили в Америку, но уехать самому и оставить младшую сестру он не мог.

Натали встала с дивана в гостиной, и, подошла к креслу возле камина, на котором лежал недовязанный шарф. Она взяла спицы и принялась ловко набирать петли на спицы. Это был шарф её гувернантки и няни по совместительству, она была ей вместо матери после исчезновения графини, она начала его вязать, а потом отвлеклась на домашние хлопоты, а Натали хотелось хоть как-то облегчить ей жизнь. На плечи Элли итак слишком много взвалили, после того, как уволилась миссис Томпсон, чтобы открыть первую пекарню в Хэмпсвилле. Она была прекрасным поваром и отличным кондитером, но проработала много лет, следя за порядком в имении Эдельдорф. Но она всю жизнь мечтала иметь свою пекарню и в конце концов решилась. Все слуги и Натали провожали её как родную, а она в свою очередь напекла каждому любимые сладости. Миссис Томпсон очень полюбила малышку Натали и настаивала на том, чтобы та её навещала, хоть изредка.

Кроме Элли в доме из слуг были две горничные, повар, экономка, дворецкий, лакей и садовник. Элли иногда помогала двум близняшкам горничным в наведении порядка в доме. Все они были верны семейству Эдельдорф и доказали это, когда остались с ними, даже, когда пропала графиня и в их семье настали сложные времена. Многие слуги ушли, оставив Натали на произвол судьбы, пока Анатоль был в частной школе. Зато, когда все нормализовалось, Натали щедро вознаградила их за преданность, а ушедших, даже не пустила на порог, и не стала нанимать другую прислугу, вдвойне платя преданным и надёжным слугам. Вначале было тяжело со всем справляться, но миссис Томпсон и Элли помогали ей во всём и девушка научилась вести хозяйство, обучилась грамоте и рисованию, так что теперь она была уверенной и целеустремлённой особой.

В это время в комнату вошла, уставшая Элли, которая только, что помогала Ванессе с уборкой, и, увидев, что делает Натали, всплеснула руками и воскликнула:

– Натали, я же просила тебя не утруждайся, ты лучше пока займись историей, повтори прошлую тему, а я как закончу, приду и мы вместе продолжим!

– Для меня это не сложно, Элли, я просто хочу помочь, а до истории время дойдёт, вот довяжу тебе шарф и сразу пойду.

– Но, Натали, как же так…

– Элли, ты же знаешь, как я тебя люблю, и мне очень хочется тебя отблагодарить за твою доброту, ведь ты заменила мне мать… Ты для меня намного больше, чем просто няня!

Элли расчувствовавшись, лишь крепко обняла Натали, и, вышла из комнаты, смахивая со щеки слезинку.

Довязав шарф, Натали встала и потянулась, мышцы затекли от долгого сидения. В доме уже пахло жареной курицей и свежеиспечённым хлебом. Девушка поспешила на кухню. На кухне уже все собрались, а повар Эдвард уже разделывал, дымящуюся курицу. Все сновали по кухне, готовясь к ужину.

– О, Натали, ты как раз вовремя, мы уже хотели послать Ванессу за тобой, – воскликнула Элли, которая острым кухонным ножом стремительно стругала огурцы в салат. Натали потянулось за кружком огурчика и получила по запястью шлепок, от весело улыбающейся, Элли.

– Меня привлёк запах, по всему дому распространился просто чудесный аромат, поэтому у меня разыгрался просто зверский аппетит!

– Это всё наш кудесник старается, сегодня он превзошёл себя, – похвалил повара дворецкий Стефан, служивший семье Эдельдорф более двадцати лет. Эдвард лишь усмехнулся, и, закончив с курицей, уложил её на блюдо на столе.

Все уселись за стол, и принялись болтать о своём. Натали уже многое знала о каждом из её немногочисленной прислуги. С момента отъезда Анатоля, она вместо столовой всегда ела на кухне, чтобы не сидеть там, в полном одиночестве. Две добрые и весёлые девушки справа от неё, Ванесса и Инна, были сёстрами, им было всего по 20 лет, они были двойняшками. Элли сидела слева, и, как нам уже известно, из няни перешла в гувернантки, а теперь занимала ещё и должность домоправительницы. Возле Элли сидел дворецкий Стефан, а возле сестёр Себастьян – садовник, красивый молодой человек с карими глазами, который обожал свою работу. Кудесник Эдвард сидел с лакеем Джоном в конце стола, они были закадычными друзьями и Джон, даже иногда помогал Эдварду придумывать новые блюда. Они уже были для девушки больше, чем просто прислуга и помогали друг другу, как в настоящей семье.

В этот вечер, обычно не разговорчивый Джон, решился рассказать забавную историю из детства. Все дружно расхохотались, когда он сказал, как боялся мышей, которых разводил его отец, но однажды увидел Мауса – маленького смышлёного мышонка, и, понял, что ничего страшного в них нет. Маус стал его первым питомцем, прожив долгих по мышиным меркам пять лет, развлекая и успокаивая его в моменты грусти или страха.

Садовник Себастьян, рассказал про ночную фиалку, которая раскрывается ночью и начинает испускать приятный аромат. Он сам их посадил и вырастил, поэтому очень гордился плодами своих трудов.

Заинтересованная, рассказом про необычные цветы, Натали, произнесла:

– Как интересно, я бы тоже хотела насладиться этим зрелищем! Это просто удивительно!

– Давай я тебя разбужу, и ты сможешь сама посмотреть на это чудо! – ласково предложила Элли, подкладывая Натали в тарелку куриную ножку, как всегда проявляя заботу о своей подопечной.

– Это было бы очень любезно с твоей стороны, Элли! – улыбнулась в ответ девушка и они продолжили ужинать, и, увлечённо рассказывать как прошёл их день.

Глава 2

Кристофер ходил туда-сюда по кабинету офиса их семейной конторы, в ожидании отца. Ждал он его уже целых два часа, и терпение его уже было на исходе. И вот, когда он в очередной раз сверился с карманными часами, и нахмурился, дверь распахнулась, и, граф Ламберт быстрым шагом прошёл к столу, небрежным движением бросив пиджак на диван.

– Кристофер, я надеюсь, ты подготовил все документы! Меня задержали дела, но я уже готов обсудить с тобой твоё предложение. Только давай скорее, у меня мало времени!

– Разумеется, отец, всё давно готово! – смиряя раздражение, ответил Кристофер. Он уже привык, что отец всегда в делах и часто задерживается на встречи.

– Тогда приступим, – произнёс он, присаживаясь на стул возле стола, и потирая руки. – Что такого важного ты сегодня хочешь обсудить?

– Я же говорил тебе, что я хочу заключить выгодную сделку для нашей семьи… – начал Кристофер, садясь напротив отца, и они принялись за дело.

У семейства Ламбертов было корабельное дело, и, в данный момент, они решали на каком из кораблей лучше перевезти деньги Национального Лондонского банка, который собирался открыть филиал своего банка в Америке. Их кораблям доверяли самое дорогое и ценное, поскольку их корабли всегда были самыми быстрыми, манёвренными и экипированными.

– Отец, самый лучший вариант это «Елизавета», – произнёс Кристофер, после получасового обсуждения. Они уже обсудили все детали и посчитали, что сделка очень выгодная и им стоит сделать всё возможное для того, чтобы на корабль не напали пираты.

– Согласен. Он самый мощный и команда Джонсона всегда вооружена до зубов, они смогут в случае опасности постоять за себя. Тогда решено, сделай все необходимые приготовления и подготовь документы. Ты молодец, это действительно выгодная сделка! Я горжусь тобой, сын! И ещё, кстати Кристофер, – сделав паузу, произнёс граф Ламберт, – завтра мы ждём тебя на семейный ужин. И никаких возражений…

– Но… – начал было Кристофер, но отец перебил его, не дав ему договорить.

– Никаких но, до завтра. Ты же знаешь, как мать расстроится, если ты не придёшь, от меня ничего не зависит, я лишь посланник. Она же тебя очень любит.

– Хорошо, отец, до завтра, – устало произнёс Кристофер, лишь махнув рукой. Он подал отцу пиджак, попрощался с отцом и вновь уселся в кресло.

«Матушка опять что-то задумала! Надо уточнить у Томаса намечаются ли какие-то сборища невест, на которые мать, скорее всего, и хочет затащить меня в очередной раз», – подумал Кристофер, который очень не любил ходить на бесконечные светские рауты, считая их бесполезными.

Кристофер хорошо знал привычки своей матери, и, обычно, после таких неожиданных ужинов, она ненароком сообщала ему о том, что их семью пригласили на бал, полный самых завидных невест, с которыми она старалась его свести последние несколько лет. Но Кристофер считал, что девушки там легкомысленные и глупые, а умные поголовно страшные до ужаса.

Глава 3

Натали снился чудесный сон, о том, как она вырвалась из загородного имения и нашла маму. Она уже бежала к ней, крича протяжное и громкое «Ма-а-а-ма», как что-то резко вырвало её из объятий Морфея. Что-то неуловимо знакомое и родное, но очень громкое.

Девушка открыла глаза и прислушалась, внизу был слышен гомон радостных голосов прислуги и ещё одного до боли знакомого голоса. Одна догадка тут же всплыла у неё в мозгу, и она поспешила проверить верна ли она.

Натали откинула одеяло, и выбравшись из кровати, наскоро умылась. Быстро одевшись в домашнее платье, девушка поспешила на разведку.

Прислуга столпилась у входа в дом, и, наперебой задавала вопросы высокому стройному мужчине с чёрными волосами и карими глазами, лет двадцати, который оказался её блудным старшим братом.

Натали поспешила растолкать всех, пробиваясь к Анатолю, и, тут же кинулась в объятья к брату.

– Анатоль, как я рада тебя видеть! Я так соскучилась! – воскликнула она, повиснув на шее у старшего брата, крепко стиснув его в своих объятьях.

– Эй, полегче, сестричка, ты меня задушишь! – смеясь, произнёс он, так же крепко обнимая Натали. Он тоже очень соскучился по сестре и был безумно рад её видеть.

Элли уже опомнилась и принялась раздавать распоряжения слугам – накормить лошадей, привести в порядок экипаж, убрать в спальне хозяина и приготовить завтрак. Прислуга быстро разбежалась, а брат с сестрой, наконец отлипли друг от друга.

– Ну, как ты тут, сестричка? – улыбаясь, спросил Анатоль.

– У меня всё хорошо, только вот скучно мне тут без тебя, ты же знаешь, я тебе писала в последнем письме, но ты словно игнорируешь меня, – обиженно произнесла девушка, выкатив нижнюю губку вперёд.

– Давай поговорим об этом чуть позже, я очень устал с дороги, вначале хотел бы привести себя в порядок, а потом плотненько перекусить и вздремнуть, – извиняющимся тоном, произнёс брат.

– Ладно, конечно, я не против! прости меня за бестактность, позже поговорим, – смягчилась Натали, пропуская брата к лестнице на второй этаж.

Натали присела в гостиной, а Анатоль ушёл переодеваться в домашнее и принимать ванну. Через час Элли пригласила их в столовую на завтрак.

Весь завтрак Натали и Анатоль, с набитыми ртами, перебрасывались многочисленными вопросами, и выглядело это очень комично. Им всё время приходилось повторять одно и то же, поэтому в конце концов они решили вначале доесть завтрак, а потом обсудить всё во время прогулки по саду. Но в саду Анатоль долго не выдержал и, спустя полчаса, извинившись перед Натали, направился в свою комнату, отсыпаться, после бессонной ночи.

Проспал он до позднего вечера, а когда проснулся, его уже ждал ужин, и, нетерпеливая Натали, которая каждые пять минут заглядывала в столовую, чтобы узнать поел он или нет. Поэтому, как только он начал отодвигать стул от стола и положил вилку на пустую тарелку, Натали уже была тут как тут. Схватив брата под руку, она увела его в гостиную.

– Ну, давай, допрашивай, – смиренно проговорил Анатоль, присаживаясь на диван.

– Натан, ты надолго?

Анатоль аж скривился от её обращения.

– Ты же знаешь, как я ненавижу это имя?

– Ладно, прости, я забыла, – выпалила Натали, – но ты не ответил на мой вопрос…

– Где-то на месяц, может чуть больше.

– Ммм, хорошо, а мы сможем навестить маму? Ты мне уже давно обещаешь, сейчас как раз всё нормализовалось, и мы можем покинуть поместье и съездить в Америку?– быстро выпалила Натали на одном дыхании, чтобы не тянуть с вопросом, который её интересовал последние несколько лет.

Анатоль аж подавился чаем, который ему только что принесла Элли. Натали удивлённо посмотрела на брата, похлопав его по спине. Воцарилось тягостное молчание, и Натали не выдержала.

– Почему всегда, когда я завожу разговор о маме, ты становишься каким-то другим – прячешь взгляд, теряешься, и поскорее стремишься сбежать из дома. Я смирилась с тем, что ты сказал, что надо наладить дела в поместье, иначе по возвращении нас бы ждала разруха. Да, не спорю, я тоже понимала, что это необходимо. Потом у тебя начались проблемы на работе из-за контрабандистов, потом пираты. А потом ты умудрился подхватить воспаление легких и долго отходил после болезни. Но сейчас же всё хорошо! Почему же мы не можем поехать к маме?! Почему она написала только один раз?! Что вообще происходит, Анатоль? – уже на повышенных тонах, закончила девушка.

Элли присела рядом с Натали и взяла её за руку. Она выжидающе посмотрела на Анатоля и произнесла:

– Мы должны ей сказать, она имеет право знать правду…

– Какую ещё правду? – спросила Натали, смотря, то на Элли, то на Анатоля и ничего не понимая. – Что вы от меня скрываете?

– Ладно, – тяжело вздохнув, произнёс Анатоль, – ты должна меня понять, я сделал это ради твоего блага… Я не хотел, чтобы ты страдала…

– Что ты сделал? – уже чуть не плача, воскликнула Натали, теряясь в догадках.

– Помнишь, пришло письмо от мамы пять лет назад?

– Конечно, помню, это была самая радостная новость со дня маминого отъезда… – начала было Натали, но Анатоль её перебил.

– В том письме говорилось, о том что мама умерла и похоронена в Америке…

– Этого не может быть, ты ведь шутишь, – Натали схватила брата за плечи и заставила посмотреть ей в глаза.

– Нет, прости, я не смог тебе сказать…

– Нет, ты не шутишь, – сказала Натали, с окаменевшим лицом, посмотрев на виноватое лицо Анатоля. – Неужели, ты считаешь, что я не имела права знать? Ты настолько меня не ценишь, что посчитал, что ложь поможет мне и дальше жить и радоваться? Но лучше бы ты мне не врал, сейчас я бы уже пережила эту потерю, но теперь я тебя не прощу… Никогда…

– Натали, послушай! – воскликнул Анатоль, пытаясь обнять сестру, но та вырвавшись, выбежала из комнаты.

Глава 4

Натали прогуливалась в саду, и, размышляла о том, что рассказал ей Анатоль неделю назад. Она до сих пор не смогла простить брата за его обман, и несмотря ни на что не верила, что мама умерла. Пока она самолично в этом не убедится, она не успокоится.

«Анатоль даже не усомнился в правдивости этого письма, не узнал откуда оно пришло, от кого, не съездил в Америку, найти могилу матери, а просто поверил какому-то клочку бумаги, ведь если сестру похитили, то похитителю что-то нужно было. Не может быть, что об этом никто не знает! Я найду того, кто это сделал и маму с сестрой я тоже отыщу!», – пообещала себе Натали, подходя к огромной клумбе с хризантемами.

«Это мамины любимые цветы, она всегда ухаживала за ними сама. Мне нужно разобраться в этом деле и найти маму во что бы то ни стало! Надо расспросить прислугу, что произошло в тот злополучный год и уговорить Анатоля поехать в Америку на поиски».

– Натали!

Девушка вздрогнула от неожиданности, и, резко обернувшись, увидела, шагавшего к ней Анатоля.

– Лёгок на помине, – пробурчала себе под нос девушка.

– Что? – недоумённо спросил брат.

– Ничего! Зачем ты так кричишь? Ты меня напугал! – возмутилась Натали.

– Прости, но мне надо с тобой поговорить, – сказал Анатоль, – пойдём в гостиную, присядем и всё спокойно обсудим.

– Почему же ты не захотел всё обсудить, когда пришло это злосчастное письмо? – иронично спросила девушка.

– Хватит меня обвинять, я же тебе всё объяснил, я не хотел тебя ранить, ты была слишком мала для таких новостей…

– Я даже оплакать её как следует не смогла, потому что считала её живой все эти годы. А ещё больше всего меня удивляет, что ты даже ничего не предпринял для того, чтобы удостовериться правда это или нет…

– Что по-твоему я должен был сделать? Уехать в Америку, чтобы увидеть могилу матери.

– А ты уверен, что эта могила там вообще есть, что это не козни тех негодяев, которые похитили сестру…

– Что за бред ты несёшь? Для чего им присылать такое письмо?!

– Чтобы мы не искали маму, считая её погибшей?

– И в чём же тогда заключается их выгода?

– Я не знаю, но я в отличие от тебя не приму всё это за чистую монету, я разберусь, что там произошло и найду маму…

– Натали не сходи с ума, зачем тебе всё это? Ведь, если бы мама была жива, она бы уже дала о себе знать.

– Нет, если её похитили!!! – воскликнула Натали, уже на эмоциях.

– Всё, я больше не хочу ничего об этом слышать, я вообще пришёл к тебе по другому вопросу! Пошли! – сказал Анатоль и устремился по тропинке обратно к дому.

Натали, кипя от злости, прошлась вокруг клумбы, заставляя себя успокоиться, но всё же пошла вслед за братом.

Анатоль уже сидел в гостиной, ожидая сестру. Зашла Элли и принесла им чай. Брат взял чашку чая и отпил из неё, а Натали решила приступить сразу к делу.

– Так о чём ты хотел поговорить? – разглаживая складки на платье, произнесла она.

– Тебе в этом году исполнилось семнадцать лет…, – начал Анатоль, но Натали его перебила.

– Как здорово, что ты знаешь, сколько мне лет!

– Я не закончил, если так и будешь себя вести, я больше ни слова тебе не скажу, – пригрозил ей брат.

Натали обиженно замолкла, и, скрестив на груди руки, в ожидании посмотрела на брата.

– Я думаю, в этом году ты поедешь со мной…

– Неужели, затворницу решили вывести в свет, – съязвила Натали.

– Именно это я и хочу сделать, и зря ты так иронизируешь, ты знаешь, почему это происходит именно сейчас.

– Да, да, я знаю наизусть все эти премудрости высшего света…

– Натали, прекрати, если ты всё знаешь, то и придерживайся правил приличия, тебе они очень скоро понадобятся. Так ты согласна?

– Конечно, я согласна, дорогой брат, – с притворной улыбкой, проговорила она, – как будто у меня вообще был выбор…

– Если ты не хочешь, можешь оставаться здесь.

– Нет, нет, я очень счастлива, спасибо тебе за заботу обо мне, – поцеловав брата, сказала Натали и вышла из комнаты.

«Это очень хорошо, теперь мне осталось только расспросить Элли и Стефана о маминой поездке, чтобы понять, как действовать дальше, а уж в Брайтоне я найду возможность добраться до Америки», – подумала Натали и пошла в комнату, в которой жила Элли

Элли отнеслась к вопросам подопечной с подозрением и почти ничего не рассказала о том дне, когда графиня уехала. А Стефан с радостью поделился всем, что помнил. Он рассказал и о том, как пропала Элизабет, и о письме, которое получила графиня, после которого у графа случился удар, и о последнем дне графини в имении Эдельдорф. Письмо графиня забрала с собой, единственное, что Стефан помнил, это как графиня, читая письмо, причитала: «Негодяй, какой же он негодяй».