Три трупа в Блэкхолле

Глава 7. Досье на убитого

Шериф привёз миссис Гаррисон обратно в участок. Женщина села в свой красный мерседес и направилась домой. Гаррисоны владели огромной усадьбой недалеко от церкви – не считая того, что им и так принадлежало полгорода.

Ричардс посвятил несколько часов бюрократии и передал данные по делу в управление штата Мичиган. Оставшейся бумажной волокитой занялись Полсон и Андреас. Шериф дал себе полдня, чтобы передохнуть как следует и вернуться в колею; силы почти покинули его. Он не мог, как раньше, работать без перерывов и выходных и жить на десяти стаканах кофе в день.

В своём собственном доме он не был уже трое суток. За порогом его встретил запах затхлости. Дом опустел с тех пор, как миссис Ричардс уехала с детьми. С тех самых пор здесь не звучал весёлый смех, не собирались гости, не праздновались шумные дни рождения… И в сорок пять тяжело грустить о днях, что ушли навсегда, а в шестьдесят – и вовсе невыносимо.

По старой армейской привычке шериф выполнял всё быстро: наскоро принял душ, поджарил яичницу с беконом и позавтракал. Засиживаться дома он не намеревался. Досье на Гаррисонов Рич обнаружил там же, где оставил его много лет назад – в выдвижном ящике своего стола, защищённом обыкновенным замком. Помнится, его сын раньше баловался воровством личных дел и незаметно утаскивал самые интересные материалы. Маленький хитрый замок обеспечивал конфиденциальность, но найти маленький серебряный ключик стоило ему двух часов времени. В конце концов, он нашёлся в его старых армейских штанах.

Досье на Шона Гаррисона покоилось в столе уже лет восемь. Здесь шериф собрал всю информацию, какую сумел найти, о его наглых махинациях и коррупционных делишках. К стыду своему, отправить это в главное управление он так и не решился. Старший Гаррисон отчётливо дал ему понять, что с ним станется, если он попадёт за решётку. К тому же, доказательств всех этих тёмных делишек у него недостаточно – именно с такой формулировкой ему и откажут в заведении уголовных дел. Рич до сих пор лелеял надежду, что час возмездия наступит рано или поздно. И если не он принесёт его, то кто-то другой – из тех, кому ушлый мэр уже наступил на хвост.

С Уильямом всё обстояло куда проще. Мальчишка своё получил, это правда. Но тех, кому он вредил все эти годы, это вряд ли утешит. Его досье было толщиной с большой палец. Не каждый бывалый преступник может таким похвастать, а тут – юнец. Впервые Ричардс – тогда ещё просто офицер, а не шериф – заинтересовался мальчишкой, когда тому было лет двенадцать. Его подозревали в поджоге той злосчастной заправки, даже нашёлся свидетель, перед которым маленький идиот поджигал спички. Но сам хозяин предприятия ни с того ни с сего отказался подавать заявление. Мэр то ли деньгами, то ли угрозами убедил беднягу оставить обвинения при себе и уехать из города.

Рич, как почётный служитель закона, сразу почувствовал в мальчишке угрозу. У него был потенциал преступника. И, хоть шериф и ненавидел Блэкхолл, он не мог позволить бесчинствовать на вверенной ему территории. Он не следил за Уиллом специально, но внимательно прислушивался к любым сплетням горожан и с пристрастием допрашивал местных детей о всех известных ему происшествиях. Он и сам был когда-то ребёнком и знал, что от таких избалованных ублюдков в первую очередь страдают ровесники.

Послужной список Гаррисона занял чуть больше семидесяти страниц. Шериф мысленно вычеркнул все мелкие пакости, вроде оскорблений учителей и краж в супермаркете, и начал переписывать самые серьёзные проступки с именами пострадавших.

2009 год. Октябрь. Поджёг заправку 51-летнего Эндрю Доусона. Доусон отказался дать показания, не подал заявление, продал дом и уехал. Вероятно, получил взятку.

2010 год. Декабрь. Взял отцовскую машину и сбил пожилую Мэгги Уилкорт. Она не стала предъявлять обвинения. До конца жизни передвигалась на инвалидной коляске.

2011 год. Май. Устроил сезон охоты, отправился с друзьями в лес, прихватив отцовское ружьё. Выстрелил в ногу Сэма Рокуэлла (якобы случайно). Ни пострадавший, ни его родители обвинений не предъявляли.

2011 год. Сентябрь. Проник в дом Бейтсов ночью. Украл старинный сервиз, несколько бутылок французского вина, сигары и деньги (около 900 долларов). 35-летняя Меган Бейтс услышала шум и застукала его. Гаррисон нанёс ей удар ногой в живот, затем в голову, и сбежал. Женщина попала в больницу с сотрясением мозга. Семья предъявила обвинения. Адвокат отмазал его, отделался мизерным штрафом. Бейтсы уехали.

2013 год. На женщин начали нападать в лесу. Жалобы подали несколько жертв. Возраст варьировался от 15 до 32. Нападавшим совершались действия сексуального характера. Две пострадавшие признались, что узнали младшего Гаррисона, но в конце концов отказались от любых обвинений.

2013 год. Август. Ограбил магазин и нанёс увечья средней тяжести двум продавцам. Оба попали в больницу. От обвинений отказались.

2014 год. Май. Совершил нападение на 16-летнюю Кэтлин Милтон. Гаррисон подкараулил её в лесу, избил и надругался. Пострадавшая попала в больницу. Родители предъявили обвинения. Было заведено уголовное дело, адвокат снова отмазал его. Милтонам выплатили компенсацию. Семья уехала из Блэкхолла.

2014 год. Август Напал на 16-летнюю Кэссиди Берроуз…

Занятие шерифа прервал звонок. На экране телефона высветилось имя Кингсли.

– Я полностью уверен в причине смерти. Парень захлебнулся, его лёгкие полны воды, – сказал он. Шериф мысленно позавидовал. В голосе у него не было ни капли сна – как будто он вовсе в нём не нуждался.

– Ясно. Значит, в конце концов, он утонул после полученных травм?

– Я сказал, что он захлебнулся. О том, что парень утонул, я ничего не говорил, – ответил Кингсли с чувством превосходства. Явно довольствовался триумфом. – Я кое-что обнаружил, шеф. У него на шее остались малозаметные следы. Кто-то держал его в этом болоте и смотрел, как он захлёбывается. Кто-то явно очень хотел увидеть, как жизнь покидает его.

Шериф смерил взглядом досье умершего и сказал:

– Я не удивлён. Совсем не удивлён.

Ему сразу стало не по себе от собственных слов. Полицейскому, наверное, не следовало радоваться ничьей гибели, и любое убийство должно вызывать в нём отвращение. Одобряя подобное он как будто становился в один ряд с убийцей. А ведь они стоят по разные стороны игрового поля.

– Что-то откопал? – поинтересовался Кингсли.

– Много всего.

Он отключился, связался с Полсон и передал ей слова патологоанатома.

– Нам необходимо переговорить с миссис Гаррисон, – заключил он. – У неё может быть информация об убийце. У парня наверняка было много врагов.

– Я связалась с ней. Она пока не в состоянии давать показания, сэр. Попросила дать ей время. Но если вы настаиваете, я…

– Нет. Нет, – произнёс Рич. – Это подождёт. Дадим ей время. У нас и без того есть работёнка. Расспросим местных. Насколько я понимаю, он много времени проводил в барах. Может, там и завёл себе врага.

– А как же досье, сэр?

– Я передам тебе всё, что мне удалось раскопать. Но, откровенно говоря, я сомневаюсь, что кто-то из старых знакомых решил ему отомстить. Большая часть тех, кому он навредил, живёт далеко отсюда. Уверен, никому из них дела нет до Гаррисона. Скорее, кто-то разделался с ним по пьяни, а теперь прячется.

Он счёл разговор оконченным, но Полсон удивила его своим возражением.

– Не знаю, сэр… – протянула она сомнительно. – Это не похоже на убийство в состоянии алкогольного аффекта. Наоборот, всё кажется очень продуманным. Посмотрите сами: некто неизвестный выследил его или специально завёл в эту глушь, а затем спокойно расквитался. Пьянчуги так не поступают. Убийца был очень хитрым, последовательным и предусмотрительным.

– Ты что, училась на психолога?

– Да. Ещё до академии.

– Вот оно что, – пробормотал он, сдерживая зевок. – Ну, это может нам помочь.

– Способ убийства тоже весьма необычный. Чаще убийцы используют одно оружие и с ним доводят дело до конца. Но наш применил сразу три варианта. Сначала – ударил в живот ножом, затем двинул по голове чем-то металлическим, а после опустил в воду и наблюдал, как тот задыхается. Похоже, будто он пребывал в аффекте и не мог определиться, как же его убить. Думаю, сначала он планировал нанести ему смертельные ранения ножом, но потом резко переменил свои планы. Но почему – я не знаю.

– Хорошо. Подумай над этим на досуге. Увидимся через пару часов.

– Ещё кое-что, сэр. Миссис Гаррисон сказала, что у Уильяма была машина. Синий Порше 2020 года выпуска. В гараже её нет, рядом с местом преступления её тоже не обнаружили. Форд и Хёрдстоун прочесали ту часть леса и трассу, но машину не нашли.

– Вероятно, её угнал убийца. А, может, и уничтожил – как улику. Подай в розыск. Если нам сильно повезёт, мы быстро найдём и её, и убийцу.

Шериф отключился и вернулся к своему занятию.

2014 год. Август. Напал на 16-летнюю Кэссиди Берроуз. Пострадавшей удалось сбежать. Она обратилась в полицию. Тогдашний шериф отказался принять заявление.

2014 год. Август. Судя по всему, устроил пожар в доме Уотерфордов. В результате погибли двое. Доказательств не обнаружилось…

Шериф отложил записи. Голова потяжелела. Сон наваливался на него тяжёлым одеялом. Он вспомнил девочку Берроуз из дома у церкви. Она была не из этих мест: переехала в Блэкхолл к свой тётке Бет после смерти родителей. Ни в каких тёмных делах Кэссиди не участвовала, с дурными ребятами не водилась, от Гаррисона и его компашки держалась подальше. Ничем себя не замарала, а ведь для Блэкхолла это редкость. Уильям, говорили, в юности увивался за ней. Ещё в неё был влюблён Финн Уотерфорд – тот несчастный мальчик с ужасной судьбой.

Шериф и сам не заметил, как поддался объятиям сна. За секунду до этого в его сознании пробудилось старинное воспоминание. Двое подростков, мальчик и девочка, бегущие наперегонки к лесу…

Глава 8. Преступление без наказания

Родители Кэссиди умерли в автокатастрофе. Виновник аварии скрылся с места преступления и до сих пор не был найден. После смерти родителей Кэсси взяла под опеку тётя, родная сестра отца, и увезла из Вашингтона в эту глухую обитель. С той поры прошло уже шесть лет.

Она на удивление хорошо помнила Вашингтон и с упоением рассказывала о зданиях-гигантах высотой в небо, ботанических садах, красивых фонтанах. Однажды она даже побывала на экскурсии в Белом доме: у неё и фотография сохранилась. Ещё Кэссиди в красках описывала их пикники и сплавы по реке Аннакостия и пешие прогулки по подножию горы. По словам её тёти Бет, Берроузы были заядлыми путешественниками и объехали половину штата в поисках приключений.

Финн мог догадаться, как бережно она хранила эти воспоминания – последние ниточки, связывающие её с родителями. Точно так же он оберегал обрывки из того дня, когда видел свою мать в последний раз. Мальчик, при должном усилии, мог представить запах фирменных блинчиков с кленовым сиропом, которые она приготовила тем утром, и то, как ласково, со слезами, она обнимала его у ворот школы…

Тогда она уже знала, что уйдёт. А Финн и не догадывался, что, вернувшись днём, уже не застанет её.

Дети, как водилось в их возрасте, запросто делились друг с другом своими сокровенными тайнами без страха быть рассекреченными. Им невдомёк было, что такое предательство и подлость, и они доверяли друг другу так, как только могут доверять дети. Тем более, ни с кем иным поделиться своими радостями и тягостями они не могли. Бет Берроуз пропадала на работе в местном баре, и тревоги племянницы её волновали в последнюю очередь. А Джек Уотерфорд был озабочен одной-единственной персоной – самим собой, и зачастую не решал проблемы, а создавал их.

Дружба между детьми крепла незаметно, как маленький цветок, распустившийся ранней весной посреди талого снега. Кэссиди стала неотъемлемой частью жизни Финна, как он стал частью её. Он уже не считал её странноватой девчонкой из леса; напротив, совсем скоро стало ясно, что Кэсси разумнее и мудрее многих взрослых здесь. Его отца она точно превосходила во всём, и когда Финну требовался совет или утешение, он поверял свои беды исключительно ей.

– Мужчины не ноют, – заявил Джек Уотерфорд, когда сын поведал, как двое старших ребят в школе грозились сломать ему руку. – Ты что, девчонка? Что ты мне всё время жалуешься, а? Мне своих бед, что ли, мало?

Старший Уотерфорд искренне считал себя несчастным человеком на свете. Изгнанный с самых верхов и вынужденный заниматься унизительной работой, он был поглощён болью своего растоптанного эго и не замечал ничьих несчастий, кроме своих.

В тот раз Финн отчётливо понял, насколько бессмысленно ждать от отца помощи, и перестал обращаться к нему вовсе. Более того, даже находиться с ним в одной комнате ему было противно; он старался побыстрее съесть завтрак и ужин и скрывался с его глаз под любым благовидным предлогом. Но Джеку и без того не было до него дела. Возвращаясь домой по вечерам он принимался за очередную бутылку и полностью растворялся в газете или глупой телепередаче.

В школе Блэкхолла было предостаточно враждебных личностей. Финн даже слегка завидовал Кэсси, которая обучалась на дому. К ней несколько раз в неделю приходила пожилая учительница и помогала с предметами, необходимыми для получения аттестата.

– И что, ты совсем не хочешь возвращаться в школу? – спросил он из чистого любопытства.

Они прогуливались по лесной опушке, разыскивая кислые осенние ягоды. Тётя Бет каждый год готовила кучу варенья и морс. Кэсси сосредоточенно выискивала среди травы ядовито-красные бусинки спелых ягод.

– Не хочу, – нахмурилась она. О школе ей говорить совсем не нравилось.

– Тебе там тоже было плохо?

– Угу.

Финн почувствовал, что расспрашивать дальше не стоит. Они собирали ягоды молча, пока не услышали издали несколько позывных воплей. Кто-то другой мог бы спутать их с криками диких зверей, но они двое безошибочно угадали Гаррисона с его компанией.

– Надеюсь, мы на них не наткнёмся, – буркнула Кэсси.

Он и сам не горел желанием встречаться с хулиганами. Эти гады во главе с Уиллом поставили всю школу на уши и, к восторгу остальных дегенератов, ежедневно творили всякие бесчинства. Не далее как вчера они заперли женский туалет снаружи и не давали старшеклассницам выйти. Не говоря уж о том, как Уилл налепил на спину преподавательнице истории бумажку с неприличным словом. Наказание тогда получили все члены банды, за исключением главного виновника.

Внезапно раздалась череда девичьих воплей.

– Не надо! Пожалуйста! Уилл, прекрати! Что ты делаешь?!

Ответом ей был громкий смех. Финн и Кэссиди разом насторожились.

– Что у них там происходит?

– Пойдём посмотрим.

Она спрятала корзинку с ягодами за дерево. Дети направились на непрекращающиеся крики и вскоре увидели мелькающие разноцветные пятна нескольких курток. Они подобрались ближе незаметно – из-за криков шагов никто не услышал – и спрятались за толстым стволом дуба. Финн на какой-то миг почувствовал себя шпионом.

Зрелище им открылось странное и ужасающее. Пять мальчишек во главе с Уиллом Гаррисоном окружили лежащую на земле Корнелию Белгроув. Она лежала перед ними, словно добыча перед стаей хищных гиен. У неё отобрали школьную сумку и шапку, с неё сняли пуховик. Лоб и щёки её были вымазаны грязью. Финн Корнелию не любил, но её перепуганный насмерть вид вызвал в нём острую жалость.

– Уилл, что ты от меня хочешь? – спрашивала она, вытирая слёзы со щёк.

– Я тебе говорил не пререкаться со мной, – бросил тот презрительно. – Я сказал, что устрою поджог – значит устрою. Мы тебя разденем догола. Вернёшься домой в чём мать родила и в следующий раз будешь думать, прежде чем возникать.

Он бросился на неё своим высоким мощным телом и принялся стаскивать свитер. Мальчишки заулюлюкали. Финн и Кэссиди, не сговариваясь, выбежали из своего убежища. Гаррисон и не понял, как его оттащили от жертвы в четыре руки. Его подпевалы изумлённо взирали на пришедших и не шевелились.

Уилл воззрился на кровных врагов снизу вверх. Его глаза округлились, как монеты. Корнелия, подхватив рюкзак и пуховик, убежала, куда глаза глядят. Но Гаррисона уже не волновала вдруг исчезнувшая жертва.

– Как вы смеете ко мне прикасаться? Отрепье, – зашипел он. – Я вас обоих прирежу!

Он достал из штанов складной ножик.

– Только тронь нас. Сядешь в тюрьму, – с небывалым спокойствием сказал Финн.

Уилл демонстративно провёл ножиком по своей голой шее.

– Таких как я не сажают в тюрьму, – заметил он.

– Таких как ты просто убивают, – бросила Кэсси с убийственным презрением.

Финн схватил её за руку и оглянулся, незаметно выискивая пути отступления. Самого Гаррисона он не боялся, но с его компанией ушлёпков им двоим было не сладить. Хотя Кэссиди, кажется, придерживалась другого мнения.

– Взять их, – сказал Уилл друзьям, словно отдал приказание послушными дворовым шавкам.

Финн дёрнул её за руку и потянул прочь. Они бросились вглубь леса, в самые густые заросли травы и зелени, где отыскать их было под силу только опытным охотникам и следопытам. Но преследователи, кажется, и сами не горели желанием их вылавливать, только сам Гаррисон бежал изо всех сил и орал что есть мочи, осыпая их проклятиями и угрозами.

Финн не заметил, в какой момент они с Кэссиди разделились. Внезапно он осознал, что стоит совсем один посреди незнакомого луга. Его ботинки до верху погрузились в коричнево-зелёную жижу: он выбрался из неё, держась за старую корягу. Никогда он не забредал так далеко в лес, да и Кэссиди вряд ли когда-то бывала в этих местах.

– Кэсси! – закричал он, что есть мочи. Неподалёку бродил разъярённый Уилл, но на это уже было плевать. – Кэсси!

– Фи

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.