Hematophilia

Редактор Валентина Курчатова

Редактор Анастасия Скуратенко

Корректор Алёна Баранцева

Художник the.net.comics

© Анастасия Эвелин, 2025

ISBN 978-5-0059-1783-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

– Майкл, опусти грёбаный пистолет, пока я не прострелил ей башку!

– Льюис, – оскалился рыжий, – мне поебать, даже если выпустишь в неё всю обойму.

– Не приближайся ко мне! – Льюис с застывшим ужасом в глазах, попятился назад, утаскивая за собой Анну, прижатую к его телу чуть подрагивающими руками. – Рид, я не шучу!

– Стреляй! – неожиданно рявкнул рыжий. – Стреляй же, ну! Чего ты медлишь?! Давай, вышиби этой суке мозги!

Один неловкий шаг назад. Несколько секунд, потраченных впустую на то, чтобы растерянно обернуться и понять, что это было огромной ошибкой. Ведь тонкая, но невероятно сильная рука Анны уже вспорола воздух, занося лезвие для удара. Одновременно с этим раздался выстрел, напугавший парочку голубей, что секунду назад ютились на подоконнике старого заброшенного склада, а теперь с зашедшимися в панике сердцами полетели прочь. Алое пятно крови разлилось океаном под падающими, как в замедленной съёмке, телами.

– Анна! – Отбросив Глок, Майкл побежал вперёд, перепрыгивая сваленные в непонятные кучи ящики и заржавевшие от времени инструменты, запинаясь, но не давая себе малейшего, даже самого крошечного шанса упасть и потерять драгоценные секунды. Рухнул на колени, вырывая задыхающуюся от слёз девушку из побелевших рук Льюиса. Прижал к своей груди. – Малышка! Боже, нет-нет!

– Май… кл… – прохрипела, давясь кровью, стремительно бледнеющая Анна, вместо слов выплевывая из себя бордовые ручейки. Попыталась остатками помутневшего разума собрать нужную фразу воедино, чтобы последний раз, глядя прямо ему в глаза, успеть сказать, – я люблю… те…

Глава 1

«Это последнее задание, Майкл, ты справишься».

Пальцы запутались в волосах, пытаясь разделить рыжие пряди. Но наткнувшись на очередное препятствие в виде запекшейся крови, бросили бесполезное занятие. Медленно скользнули по небритым щекам к подбородку.

Он устал от этого города и этой работы. Выбивание долгов у местных толстосумов из приятной обязанности со временем превратилось в однообразную рутину. Имена и цифры слились в неразличимое пятно, в бесконечный список определённых действий. Фотография, изучение распорядка дня. Подгадать удачный момент, чтобы лишний раз не засветиться перед фараонами. Угрозы, разбитые носы и вывихнутые руки, обещание расправы – и снова по кругу.

Балтимор уже давно погряз в преступности. Засосал в своё чёрное чрево вся и всех. Стоило однажды переехать сюда вместе с остальными членами банды «Гринхоллдские Жнецы», как Майкла Рида закружил водоворот вечных перестрелок, делёжек территории и опасности. Но больше всего мужчину бесило, что во всё это дерьмо оказалась втянута Анна – его женщина.

Он совсем упустил из виду, когда она из нежной, скромной девушки превратилась в бесстрашную и сильную женщину. Как он смог допустить, что Анна вслед за ним вступит в банду? Как просрал момент, когда в её тонкие, совсем не подготовленные для этого женственные ручки попадёт пистолет? Чарльз был доволен, когда она вернулась с первого задания. Когда стирала кровь с ладоней и улыбалась. Нет, с одной стороны, Майкл был очень зол на босса. За то, что допустил её к делам банды, за то, что втянул туда, куда не следовало. Но с другой, Риду было спокойнее, зная, что она всегда рядом и находится под защитой Жнецов. Они стали этакими Бонни и Клайдом, только вместо того, чтобы грабить – научились убивать.

Только дома, в их отдельном закрытом мирке, Анна всё так же оставалась нежной и любящей. Иногда устраивала истерики, иногда трахала мозги просто потому что. Но он был этому только рад. Ведь по крайней мере так Майкл знал, что он всё ещё жив и что он не один. Только когда дело касалось работы в нём снова просыпался старый ворчливый дед, не желающий признавать того, что его любимая – отбитая на голову маньячка, обожающая запах крови.

В любом случае он больше не собирался оставаться здесь. Балтимор не тот город, где можно осесть и завести семью. Жить в постоянном страхе из-за принадлежности к банде, бояться не проснуться однажды утром или банально не вернуться с очередного задания. Такая жизнь больше не для него. Всё, чего хотел Майкл – спокойствия. Без стычек, драк и должников. Без въевшегося в кожу чужого запаха крови. Настало их время, и теперь, когда до конца оставались считанные секунды, он мог только довольно ухмыляться.

Мужчина выпрямился, разминая затёкшие суставы пальцев. С ласкающим слух хрустом поочерёдно нажал на каждый до упора фалангой большого другой руки. Привычно саднящие костяшки отдались приятной болью, изнывая от предстоящей встречи с лицом очередного должника Жнецов, что замер в полуметре от Майкла со смесью боли и ужаса на лице. Потный грузный мужичок, по глупости оказавшийся в баре «Мрачный Жнец», где не прощают и не дают вторых шансов, заламывал руки, заходящиеся нервной дрожью. Наблюдал, стуча зубами, как медленно и с наслаждением Рид потирает окровавленные кулаки и закусывает губу, чтобы не застонать от дурманящего аромата крови.

Только в такие моменты, когда он видел ужас, застывший на чужой мерзкой харе, появлялось что-то похожее на ностальгию. Но он не будет скучать. Это воспоминание он задвинет далеко вглубь себя, запечатает десятью замками. Всё это – часть его жизни. Однако новая жизнь играет более яркими красками, и это именно то, к чему стремится мужчина.

«Последнее задание, Майкл, ничего сложного, – успокаивал он себя мысленно, любовно натягивая на припухшие от ударов костяшки металлический кастет, – просто заберу деньги и вернусь к малышке. Интересно, что она приготовит сегодня на ужин?»

Майкл хмыкнул, представляя, как заходит домой, где на пороге встречает любимая. На ней обязательно будет надет смешной фартук в горошек, а тёмные волосы – собраны в небрежный пучок на затылке. Пританцовывая, она приблизится к нему и, игриво прикусив губу, скажет что-нибудь безумно милое. А он закатит глаза. Не потому, что посчитает глупой, нет. А потому, что будет рад увидеть ту, ради которой живёт. И скорее всего поцелует её крепко, так, что перехватит дыхание. Да, точно. С ней невозможно иначе.

А затем Анна позовёт его ужинать и будет болтать, рассказывая о сегодняшнем дне. О том, как устала на работе – для прикрытия Ан работает флористом в цветочном магазине – или про очередную пару туфель, за которыми они обязательно съездят завтра. Он не сможет ей отказать, и не важно, чего она действительно захочет: туфли или набор метательных ножей. Любая её просьба исполнится незамедлительно.

За последние десять лет он настолько привык к присутствию Анны Морено в своей жизни, что уже не представляет, каково это – быть вдали от неё. Они вместе так долго, что мужчина даже вспомнить не может, что с ним было до её появления. Как он жил, чем дышал? Не жил и не дышал вовсе, пока однажды не столкнулся с миниатюрной брюнеткой в торговом центре: Анна спешила куда-то, а он так глубоко задумался, что попросту её не заметил. Сбил с ног, после чего в качестве извинения предложил выпить кофе. Ей было тогда почти семнадцать, а Майклу только-только стукнуло девятнадцать лет.

Когда у неё начались проблемы в семье, он был первым, кто пришёл на помощь. Забрал, угрожая матери Анны обратиться в соответствующие инстанции, если та не прекратит терроризировать собственную дочь. Именно он замазывал её синяки и залечивал ушибы. Именно он стал её лучшим другом. Её первым и единственным мужчиной. И именно с ней планировал провести остаток жизни. Не важно сколько им отведено, главное, что они будут вместе.

– Так что, Джонс, – будто мурлыча, Майкл тянул слова, наслаждаясь страхом человека напротив. – Говоришь, твоей жене нужны были деньги на операцию? – Тот дёргано кивнул, словно игрушка-собачка с приборной панели. Вжался в стену толстым задом. Поднял руки к лицу в слабой попытке защититься от рыжего Жнеца, что неумолимо приближался.

Рид растянул губы в совершенно безумную улыбку, которая делала его похожим на Джокера из одноимённых комиксов DС. Неспроста Чарльз назначил именно его главой «коллекторского отдела». Лучший из лучших – это про Майкла. Ведь в вопросе выбивания долгов ему нет равных. Безжалостный, хладнокровный, привыкший добиваться своего. За свою продолжительную карьеру этот Жнец успел зарекомендовать себя: ещё ни один гад не ушёл от него не заплатив.

Майкл остановился в паре сантиметров от трясущегося Джонса. Занёс руку с надетым на неё кастетом и резко выбросил кулак прямо в мокрое от испарины и слёз лицо, удовлетворённо слушая, как мерзкий хруст сломанного носа заполняет собой небольшой закоулок.

– Почему меня должно это ебать, а?!

Тело, источающее тошнотворные запахи пота, крови и страха упало мешком, цепляясь спиной за неровности кирпичной стены, и затряслось в рыданиях. Холодный голос Майкла разрезал тишину пустынной улицы, отделённой от большого города высоким забором с одной стороны и парочкой полуразвалившихся домишек с другой:

– Неделя, Джонс. Иначе Жнецы придут за твоей женой. – Плевок приземлился на землю в сантиметре от красного из-за крови лица. Смешался с хлещущей из носа жидкостью, вобрав в себя её цвет. – Время пошло.

«Всё! Господи, неужели это всё?! Не верится. Теперь нужно как можно скорее вернуться домой и смыть с себя этот ебучий день. Малышка наверняка волнуется. – Майкл бросил взгляд на дорогие наручные часы. Заметив на них пару капель крови ублюдка Джонса, поморщился. – Боже, как же я хочу поскорее сжать её в своих объятиях…»

Дорога домой заняла около получаса, пока Майкл ловко петлял на чёрном Харлее между жирными тушами набитых под завязку автобусов и желтоглазыми такси, несущими в своих чревах совершенно разномастную публику. Начиная с уставших после длительной смены работяг и заканчивая проститутками, которые по прибытии в пункт назначения, смачно причмокивая губами, отсосут таксисту вместо оплаты, позволяя полапать себя за грудь, а после исчезнут в ближайшем переулке.

Припарковав мотоцикл, Рид прокрался вдоль стен, чтобы меньше светиться перед вечно сующими свои носы куда не надо соседями.

Юркнул на лестницу, игнорируя лифт, и рванул, перепрыгивая за раз через две ступени, наверх. Почти каждый житель многоэтажного дома на Восток-Ломбард-стрит знал, что на восьмом этаже живёт бандит – один из членов опасной группировки «Гринхоллдские Жнецы». Майкла мало интересовало мнение окружающих, и чаще всего презрительные взгляды соседей просто смешили. Но тем не менее он был рад тому, что его работа в банде окончена, и теперь он сможет забрать любимую, чтобы навсегда покинуть ненавистный город вместе с его чокнутыми жителями, занятыми только пустыми сплетнями и своими надуманными проблемами.

Порадовавшись, что не столкнулся ни с одним их них, Рид тихонько приоткрыл дверь собственной квартиры и зашёл внутрь.

Анна крутилась на кухне, что-то мурлыча себе под нос и отмеряя прозрачным пластиковым стаканчиком белое вино, которым собиралась полить мясо, запекающееся в духовке. Отпила немного прямо из бутылки и тут же резко обернулась.

– Дорогой, от тебя кровью разит за милю. – Сморщила красивый тонкий носик, приближаясь к мужчине. Опустила ладони на грудь, с силой втягивая ноздрями головокружительный коктейль, вобравший в себя ароматы бензина, кожи, крови и собственного запаха тела Майкла. – Обожаю, когда ты так пахнешь. Как задание?

– Всё, малышка, – довольно выдохнул Рид, прижимая хрупкое тело девушки к себе. Припечатал свои пересохшие от ветра губы к её нежным, отдающим тонким букетом вина. Смял жадно, ненасытно, словно желал съесть вместе с их обладательницей, что льнула к нему всем телом. – Я так люблю тебя, маленькая. Теперь мы сможем уехать куда угодно, понимаешь? – Майкл нехотя отстранился от Анны только для того, чтобы скинуть в прихожей пропахшую чужой кровью куртку Жнецов, и снова сгрёб девушку в охапку, отрывая её ноги от пола и продолжая поцелуй.

– М-м, Майкл. – Она с трудом вырвалась из его объятий. – Мясо сгорит!

– Вот чёрт! – Театрально схватился за голову мужчина, наблюдая, как любимая несётся на кухню, на ходу натягивает на тонкие ручки слишком большие для неё прихватки и с усилием дёргает дверцу духовки на себя.

– Дорогой, сходи пока в душ, – крикнула Морено, досадливо кусая губы, на что Майкл лишь улыбнулся, качая головой из стороны в сторону и осознавая, что теперь каждый их день будет проходить именно так. И пусть они станут похожи один на другой.

Главное, что он и Анна будут далеко отсюда без сковывающего чувства страха потерять друг друга на этой нелепой войне. За последние полгода ситуация между бандами заметно накалилась, и Майкл стал всё чаще ловить себя на мысли, что банально боится не вернуться с задания домой. А может, не вернётся она… В конце концов мужчине надоело это вечное противостояние, и он решил, что пора завязывать. Что он мог дать любимой, когда она точно так же, как и он сам, думала лишь о том, что в какой-то момент останется совершенно одна? Конечно, в своё время банда дала им защиту, кров и чувство определённости. Майкл получил престижную должность. Малышка ни в чём не нуждалась, а при желании могла и сама заняться расправой над одним из врагов Жнецов. Чарльз был не против, ведь на мнение Майкла боссу было в основном глубоко наплевать. Но пора двигаться дальше.

Горячий душ успокаивал кожу, стекая обжигающими струями по телу. Уносил с собой в сточные воды алые разводы. Ноющие от ударов сбитые костяшки приятно горели, пока Рид, запрокинув голову, жмурил глаза от того, как сильно вода хлестала по лицу.

Умиротворяющее чувство свободы разносилось по каждой клеточке, даря небывалое ощущение счастья. Последнее задание Жнецов за спиной, на счету в банке кругленькая сумма, малышка Анна рядом – осталось только купить билеты и свалить как можно дальше отсюда. Возможно, в Канаду или на Гавайи. Они ещё не решили куда, да это и не важно на самом деле. Привыкли жить одним днём: поэтому глупо строить долгосрочные планы. Цель одна – свалить. Остальное приложится.

Обмотав большое пушистое полотенце вокруг талии, Майкл вернулся на кухню, где витали дразнящие запахи запечённого мяса, ароматного картофеля и любимого вина Анны «Арабарте Бланко» с лёгкими нотками ананаса и яблока. Девушка с умиротворённой улыбкой колдовала над столом, зажигая свечи, но, бросив один мимолетный взгляд на мужчину, недовольно нахмурилась.

– Не хочешь одеться?

– Не хочешь раздеться? – парировал Майкл, спокойно скидывая полотенце на спинку стула.

– Нет-нет, дорогой! Быстро иди в комнату и натяни на свою прекрасную задницу штаны. – Анна хихикнула, скользя взглядом по его обнажённому телу, подмечая, как завораживающе красиво стекают капли воды по рельефному торсу, вырисовывают каждую мышцу и теряются ниже. Там, куда смотреть сейчас вообще не стоит, чтобы не отвлекаться от ужина, который девушка так старательно готовила несколько часов кряду.

Перехватив её затуманенный желанием взгляд, Майкл подошёл ближе. Забрал из рук Анны свечи и осторожно опустил обратно в коробку. Девушка судорожно выдохнула в мужскую ключицу, рисуя ногтями тонкие дорожки по сильным плечам, пока он, склонившись к её лицу, смотрел прямо в глаза и до боли прижимал хрупкое тело всё ближе к себе.

– Я люблю тебя. – Майкл осторожно куснул кончик её носа, а после сразу поцеловал, будто зализывал рану. – Завтра мы уедем из этого чёртового города, и больше никто не помешает нашему счастью. Ты мне веришь?

– Верю! – Анна выдохнула, с шумом втягивая воздух обратно. Прижалась носом к губам Майка. – Конечно, верю. Я люблю тебя.

– Хорошо. Пойду оденусь, а потом поужинаем. Голодный как сволочь! – Высвободив девушку из объятий, Рид двинулся в сторону спальни, на ходу включая телевизор, расположенный на противоположной от обеденного стола стене.

Голубое свечение наполнило маленькую тёмную кухню, и сухой голос ведущего вечерних новостей разнёсся по квартире, обрисовывая ситуации на дорогах и последние события неугомонного Балтимора, известного своей криминальной историей и бесконечными стычками местных группировок. За перечислением преступлений, совершённых сегодня, Майкл краем уха услышал знакомое имя и, вернувшись на кухню, замер на пороге. Немолодой мужчина с аккуратной бородкой зачитывал новость об ужасном убийстве, произошедшем пару часов назад:

«Тело Алана Джонса со следами насильственной смерти обнаружено сегодня на юге города около пяти часов вечера. По описаниям очевидцев, жертва была замечена чуть ранее в том же районе в компании молодого белого мужчины с рыжими волосами, ростом около шести футов и пяти дюймов. На подозреваемом была надета чёрная кожаная куртка с изображением Жнеца на спине, что говорит о его принадлежности к одной из местных группировок, известной под названием „Гринхоллдские Жнецы“. Полиция уже составляет фоторобот подозреваемого. Любого, кто обладает какой-либо информацией, просим позвонить в департамент полиции города».

Рид молча выключил телевизор, щёлкнув пультом и опустив обратно на кухонную тумбу, а затем медленно обернулся к Анне, которая застыла у плиты с керамической формой в руках и удивлённо хлопала длинными ресницами.

– Алан Джонс?

– Малышка. – Мужчина сделал шаг в её сторону, протягивая руки ладонями вверх. – Я не убивал его. Ты же знаешь.

– Алан Джонс? – повторила она, поворачиваясь корпусом к мужчине. – Твой последний «клиент»? – С грохотом опустила запечённую свинину на стол. Замерла на мгновение, а затем резко воткнула в блюдо вилку для мяса. – Тебя объявят в розыск?

– Я знаю не больше твоего, Ан. Давай успокоимся и поедим, пожалуйста.

– Пиздец, – резюмировала девушка, принимаясь нервно резать ароматную мякоть, что никак не желала делиться на ровные куски одинаковой толщины. – Думаешь, теперь нам удастся уехать незамеченными? Каждая собака в городе меньше чем через час будет знать, как ты выглядишь! Все аэропорты и железнодорожные вокзалы обклеят твоими портретами, а ты думаешь о том, как бы пожрать! Ты серьезно, Майкл?

Устало потерев переносицу двумя пальцами, мужчина опустился на стул, придвигая к себе тарелку с салатом. Морено старалась не смотреть на него, чем невероятно бесила Майкла. Лучше кричи, швыряй посуду, царапай лицо, но только не молчи. Не игнорируй. А именно это она собиралась изображать в ближайшее время – полное безразличие. Рид знал, что означала эта тонкая морщинка между бровей и поджатые губы. Анна злилась, пытаясь всеми силами удержать ярость в себе.

– Малышка, собирайся. Поедем на твоей машине к Чарльзу. Нет смысла ждать до утра, когда в любую минуту может нагрянуть полиция, – решительно произнёс мужчина, встав из-за стола и так и не притронувшись к еде. – Возьми все документы и кое-какую одежду. Возможно, нам придётся залечь на дно на некоторое время. Я соберу остальное, – подразумевая оружие и прочие средства нападения защиты, попросил Рид, направляясь в спальню.

Через двадцать минут маленький чёрный Фольксваген выехал с парковки большого многоквартирного дома на Восток-Ломбард-стрит и свернул в сторону Орлеан-стрит, аккуратно вливаясь в поток машин. Анна нервно барабанила по рулю пальчиками, иногда искоса поглядывая на Майкла, который уже в десятый раз набирал номер бара, но в ответ слышал лишь раздражающие длинные гудки.

– Дьявол! Что происходит? – Вежливый женский голос снова перенаправил его на голосовую почту. – И Тай, блядь, туда же.

– Не психуй. – Девушка осторожно провела рукой по его бедру, задержавшись на пару секунд в районе паха. – Мне тоже это не нравится, но сначала нужно поговорить с Чарльзом. Должно быть, это какая-то ошибка. Ты не палач, и я уверена, что не покалечил Джонса больше, чем того требовали обстоятельства.

Рид ничего не ответил, продолжая названивать по всем номерам Жнецов, что были в телефоне. Странное предчувствие сдавило горло сухой костлявой рукой, до боли сжимая трахею. Разлилось вязкой жижей по лёгким, не давая дышать полной грудью, отчего сердце гулко билось о рёбра, практически насильно заставляя кровь бежать по венам.

Не могло его последнее задание случайно закончиться преднамеренным убийством, тем более, когда он своими глазами видел, что Джонс в порядке, не считая легкого испуга и разбитого носа. Майклу не было никакой выгоды убивать несчастного мужчину, ведь тот торчал довольно крупную сумму денег Жнецам. Какой в этом смысл, если они планировали выбить из него всё до последнего цента, дав ещё целую неделю на сборы необходимой суммы? А теперь труп Алана ждёт своего часа в морге полицейского участка.

– Приехали. – Бесцветный голос Анны вырвал мужчину из размышлений.

Девушка вышла из машины первой, нервно озираясь по сторонам, и, не дожидаясь Майкла, пошла прямо к чёрной металлической двери без каких-либо вывесок и других опознавательных знаков. Если не знать, что там, за закрытой дверью, находится логово одной из опаснейших банд Балтимора, можно подумать, что строение давно пустует. И только избранные имеют доступ к бару Жнецов, сокрытому внутри.

Конечно, бар всего лишь прикрытие. На самом же деле банда предоставляет иные услуги: займы. Их предводитель Чарльз Моррис – суровый мужчина сорока трёх лет уже давно отирается в кругах, именуемых «сливками общества», умело притворяясь честным бизнесменом. Все, начиная с мэра города и заканчивая неудачливыми предпринимателями хоть раз, но пользовались услугами банды. Простым же смертным доступ к деньгам Жнецов был недоступен. Моррис не видел смысла размениваться по мелочам, когда можно получить «бо́льшую прибыль с зажравшихся богатеев». Ну а выбиванием долгов, которые несчастные мужчины впоследствии не могли выплатить, занимался именно Майкл – главный коллектор.

Три коротких лёгких удара по двери, два тяжелых громких, и снова один быстрый. Крепко сжав ладонь Морено своей, мужчина несколько раз дёрнул плечами, стряхивая напряжение.

– Кто?

– Тиг, это Анна, – отозвалась девушка. – Открывай, я с Майклом!

– Мне велено вас не пускать, – чуть помявшись, произнёс глухой голос по ту сторону двери, отчего брови парочки синхронно поползли наверх. Вот это новости.

– Какого хрена, Тиг! – рявкнул Рид, нанося по металлическому полотну удар тяжелой подошвой байкерского ботинка. – Мне нужно поговорить с Чарльзом!

– Прости, Майкл, ничем не могу помочь.

– Сука! – Отвесив ни в чём неповинной двери ещё один мощный пинок, мужчина резко развернулся на пятках, утаскивая за собой побледневшую Анну. – Чёрт! Какого хрена здесь происходит?! Ар-р-р, – зарычал, запустив пальцы в волосы и до боли оттягивая пряди.

Звенящая тишина, повисшая в переулке, не нарушаемая даже визгами сирен, прорывавшихся сквозь обычный городской шум, заполняла вакуумом черепную коробку. Грозилась расплавить и без того закипающий от осознания тотального пиздеца мозг.

– Садись в машину, – уже более спокойно попросил Майкл девушку, даже не поднимая на неё взгляда. Он прекрасно знал, что его глаза сейчас налились кровью от ярости, поэтому попросту не хотел пугать любимую, которая и так тряслась, как осенний лист на ветру. – Поехали к Тео. Оставлю тебя пока там. И не спорь! Я сам разберусь с чертовщиной, что здесь творится. Всё! Погнали, малышка!..

Глава 2

Ночному визиту брата Рид-младший оказался совсем не рад, встречая Майкла с битой наперевес и в старом засаленном халате. Он боялся его, и воспоминания об общем, не самом приятном прошлом, тут же всплыли в памяти, вынуждая Тео болезненно поморщиться. Он так надеялся больше никогда не встретиться с братом. Но желанию не суждено было сбыться: Майкл стоял на пороге его дома и сверкал довольной улыбкой, больше похожей на волчий оскал. Добравшись в Пайксвилл ближе к двум ночи, постоянно петляя закоулками и срезая объездными дорогами, Майкл с Анной устало ввалились в просторную гостиную уютного домика Теодора, оставляя после себя дорожную пыль на белом ворсе пушистого ковра. И все это – под недовольное ворчание хозяина дома.

– Какого ты припёрся, Майкл? – зашипел раздражённо мужчина, нервно поглаживая аккуратную рыжую бородку дрожащей рукой.

С появлением брата тремор рук возвращался, словно напоминание о событиях прошлого, которые Теодор всеми силами старался забыть. Сколько раз он вот так встречал брата, заявившегося домой под утро и всего в крови? Сколько раз стирал красные разводы с его разбитой физиономии и накладывал швы? Да с его опытом, Тео спокойно мог поступить на медицинский! Помнил он и, как рыдала мать, когда заставала старшего сына за чисткой оружия. Постоянные истерики, слёзы, седые пряди, появляющиеся от бесконечного стресса и страха за жизнь. Майкл всегда лишь презрительно фыркал в сторону родственников, а потом опять пропадал сутками, неизменно возвращаясь с новыми ранами и просьбами обработать ссадины. Его работа в банде пугала до чёртиков. Тео как мог старался отвлечься, с головой погружаясь то в учебу, то в заботу о матери, у которой уже просто не выдерживало сердце. Им хотелось проснуться однажды и понять, что всё, что творилось с их сыном и братом – всего лишь страшный сон. Что тот, кто ближе всего на свете, не попал в плохую компанию и это не он постоянно мотается на какие-то разборки с другими членами банды. Ни Тео, ни мама не могли понять, когда он успел свернуть не туда. Стать озлобленным и кровожадным. Стать тем человеком, что спокойно плевал на родную семью, с легкостью разменивая её на другую – Жнецов. Что такого с ним могло случиться, что из милого, доброго парня, капитана школьной команды по баскетболу и любимца многих девушек он стал зверем?