Подземный рай

Предисловие

Давным-давно в легендах воспевался славный город, возведенный под толщей земли в острых скалах. Все, кто хотел мира, создавали гармонию в древнем храме. Но отныне его стены покрылись засохшей грязью и пороховой пылью. Усыпанный горами мёртвых изуродованных тел, путь в рай навеки закрылся людям с поверхности. Они утопили землю в крови и нескончаемых войнах.

1

Земли высшего правительства

Империя Эльтиор

Пару лет назад началась война, которую впоследствии окрестят Великой. Мир окунулся в борьбу правых и неправых. Старый город, что располагался на границе империи, давно овеял сумрачный туман. И от былых мирных улиц не осталось и следа. Каждый угол сторожил враг. В свисте ветра слышался грохот взрывавшихся гранат. Из-за каждой стены выглядывали стволы совершенного оружия. И перед жалостливыми лицами свинец был непреклонен. На фоне грома стрелявших ружей искажались лики людей. И живых, и мёртвых. Их разум погряз в жестокости. Плоть изнутри и снаружи раздирали безумие и хаос. Изуродованные тела падали в грязные лужи под колёса военных машин, что переламывали кости. В одном из грузовых автомобилей на переднем сиденье, наклонив корпус вниз, я пряталась от свистевших пуль. И дворники не могли стереть кровь, брызгавшую на стёкла.

За руль машины цепко взялась уважаемая в правительстве женщина-воин. Агрона Майер. Её лик был холоден и бесстрастен. Взгляд не показывал ни страха, ни сожаления. Кожа ещё не знала морщин. Из-под фуражки свисали непослушные пряди собранных чёрных волос. На грубые широкие плечи была накинута старая шинель болотного оттенка. Грудь усыпана наградными знаками.

Я покорно сидела рядом с ней, глядя на улицы умирающего города. На шее всё ещё ощущались следы когтей офицера, когда она, вцепившись в воротник, бросила меня в машину.

Госпожа Майер гордо смотрела только вперёд, когда я, сорвавшись с места, схватилась за её предплечье.

– Зачем я здесь, офицер? – Машина резко свернула влево. Меня откинуло к окну, о которое я ударилась головой. Но эта боль была не страшнее осознания скорой смерти. Голос разума неустанно возражал. – Слабость обычной горожанки не сыграет роли в пылу битвы, офицер!

Госпожа Майер не повернула головы. Под свист раскалённого свинца её голос казался равнодушнее, чем у стального робота.

– Вы призваны на службу Высшим правительством, мисс Вильерс.

Смотря в дрожащие колени, я раздражённо кидала ей колкие фразы. Но лицо офицера было упрямо лишено лютой ярости.

– Империя настолько велика, что не брезгует разбрасываться жителями как пушечным мясом?

Тон женщины-воина был закалён как сталь.

– Не дерзите слуге Высшего правительства, мисс Вильерс. Иначе Вас казнят за предательство.

Опьяненная здешним безумием, я усмехнулась.

– Неужели Высшему правительству недостаёт воинов?

Её взор непоколебимо держался прямо. Позади вспыхнул огонь. Руль закрутился. Госпожа Майер повернула на центральную площадь, у разбитых плит которой немощно рушилась величественная колоннада. К сооружению подступали враги. Но тут же их силуэты пали у подножия храма как мусор. Издалека звучала иноязычная брань. Их спины, прикрытые чёрными плащами, пробил свинцовый дождь наших союзников, и от искорёженных тел остались лишь потрёпанные пыльные одежды, тут же накрытые реками крови.

Фасад центрального сооружения упал наземь. Колонны рассыпались в обломки. Меня окутал страх, пронзающий острыми кольями всё тело. Голос госпожи Майер зазвучал твёрдо и безукоризненно.

– Империя Эльтиор одержит победу в Великой войне, мисс Вильерс.

Мы поехали дальше по разбитой дороге, в чьи трещины стекала кровь и грязь. Обезглавленные тела и истерзанная плоть всё ещё вздрагивали от снарядов и бомб. От содрогания земли трупами были увешаны руины стен. В нос бил запах гнили. К горлу подступала тошнота. Военную машину шатало из стороны в сторону. Из-за металлической дребезжавшей конструкции доносился шум уставшего двигателя. Колёса натыкались на ямы и трупы, оттого неустанно сотрясались сидения.

Рядом разразился грохот от упавшей гранаты, затем последовала череда выстрелов. Машина резко повернула и едва не рухнула, когда я опустилась под сиденье, зажимая ладонь у рта.

Позади из грузового отдела донёсся мальчишеский вопль.

– Я не хочу умирать! Чёртова война! Она угодна лишь Дьяволу! Я не хочу умирать!

Неистовый крик, полный отчаяния и безнадежности, оборвался мычанием.

– Вам приказано молчать, рядовой Файдес.

Помимо меня и женщины-воина в машине ехало ещё как минимум четверо. Одним из них был боязливый юный солдат.

– Кто он, офицер?

По грузовому отделу изнеможённо шатался рыжеволосый воин.

– Его зовут Лукас Файдес. Он призван на службу совсем недавно. И выживал лишь благодаря умелому бегству с поля боя. Отечество для Вас ничтожно, рядовой Файдес, ведь так?

Юнец лишь огрызнулся в ответ, срывая фуражку. Тёмное помещение осветил яркий огонь его переливавшихся прядей. В сравнении с пламенем болотные одеяния стали невзрачны. Один из мужчин пнул испуганного взволнованного рядового Файдеса. Донёсся удар о железную стену и скрежет костей.

– Однако юные солдаты покорны под властью страха смерти.

Издали доносился гул закоренелых военных. Они смеялись, и их душ словно не касалась эта война.

Свернув к старому бульвару, госпожа Майер надменно обратилась ко мне.

– А для Вас величие отечества – пустые слова, мисс Вильерс?

Глядя на пустоту руин, измызганные каменные плиты, тряпьё и раздробленные кости, я пропитывалась страхом и отвращением.

– А для Вас пусты жизни погибших людей, офицер?

В глазах женщины-воина не было ни капли сострадания.

– Они погибли во имя Великой империи, в которой были рождены.

Госпожа Майер была горда славой и силой Высшего правительства. На её губах промелькнула еле заметная улыбка воина. И эта улыбка страшила.

Грузовик свернул в сторону окраин, проезжая по мосту. Выстрелы доносились всё дальше. Позади взрывы поднимали пыль и песок. Но их грохот казался далёким эхом. Снаружи бурлило течение реки. Дверь была заперта. Тогда я вынула старый клинок, и его лезвие разбило окно военной машины. Я собиралась прыгнуть, несмотря на то, сколько порезов могла получить. Но у моего виска тут же возникло оружие. Раздался щелчок снятого предохранителя.

– Вы не так слабы, как уверяли, мисс Вильерс.

Я застыла, покорно бросив клинок в реку.

– Вам следовало связать её, госпожа Майер. Юные бойцы слишком глупы и упрямы.

Она отвечала голосом правой империи, что превозносилась выше небес.

– Воины – не пленники, а почтенные слуги Высшего правительства, господин Кварц.

Госпожа Майер вела машину в поле боя – туда, где мы могли погибнуть во славу Великой империи.

Перед нами к реке бежали дезертиры, чьи тела настиг град пуль их же соотечественников. Глас правительства проникал глубоко в разум и лишал воли всех воинов. Империя диктовала приказы, вселяя безумие и страх. Земли окропились кровью. Машина двигалась к территориям холмов и гор, что так давно хотела захватить Великая империя Эльтиор.

Кругом пахло лишь смертью и порохом. Вечерело.

2

Воспоминания мисс Вильерс

Незадолго до событий призыва на службу

Империя Эльтиор

Окраины старого города

Цветочная лавка

Исцарапанные шипами роз руки опустились в иссохшую землю. Грязь облепила пальцы, когда я вынула умиравшее растение. Поникшие слабые лепестки встрепенулись от дуновения холодного ветра. Приоткрылась дверь, и раздался чарующий звон стеклянных украшений. В лавку вошёл гость. Я поднялась из сада, волоча в руках вялый стебель, и встала за прилавок. Алый цветок наклонился к деревянной поверхности тумбы, когда я смахнула с рук грязь старой рваной газетой. Обессиленный лепесток взмыл вверх.

– Вам, верно, нужны цветы, господин?

Силуэт в чёрных одеяниях направился к витринам. Он загадочно вышагивал, стуча каблуками старомодных туфель. Его одежды были непривычны для нынешней эпохи.

– Наша лавка щедро преподнесёт Вам нарциссы, дицентры, гиацинты, лилии. Что Вас интересует?

Облетевший всё помещение алый лепесток упал на широкие поля его чёрной шляпы, которая закрывала лицо.

– Ваши цветы изящны и красивы. – Опустив шляпу ещё ниже на глаза, тёмный господин снял с головы лепесток розы и нахмурился. – Но полны ли они жизни в этих землях?

Тень от широких полей закрывала смутные очертания его лика. Грубые мужские пальцы безжалостно сжали бархатные края лепестка, и он рассыпался в прах.

– Прошу не волноваться, господин. Они восхитят любого. – Со свежим глотком воздуха я вышла из-за прилавка и шагнула к мужчине, чтобы указать на особенные цветы. – Для кого предназначен Ваш букет?

Раздумывая, гость в чёрных одеяниях провёл по щетине, обхватывая подбородок, и на мгновение края его уст чуть приподнялись.

– Для той, чей лик прекраснее Света далёкого Солнца.

Я смутилась от изящности слов. Его чувства были столь искренни и далеки от прогнившего людского мира. Однако облик продолжал таить в себе неподвластную черноту.

– Вы знаете о её излюбленных цветах? – Я не заметила, как его губы сжались, а ладони обратились в кулаки. Моё расположение к гостю было пустым щебетанием. – Её могут удивить и влюбить в себя красоты редких, собранных с гор махровых лепестков.

Сжав ледяной рукой предплечье, он грубо толкнул меня к витрине. Стекло треснуло, едва не разбившись. Подкашивались колени. Страх тут же окутал с ног до головы. Сердце замирало от жуткого испуга.

– Она мертва, мисс.

Его дыхание было холодно, как и вся аура, исходившая от него. С уст сорвалось зловещее, подобное звериному рычание. Оно заставило вздрогнуть.

– Я бестактна. – Голос окутался дрожью. – Прошу извинить, господин.

Должно быть, им правила слепая ярость, безумием наполнявшая его разум. Остыв, тёмный господин отпустил меня и отстранился, принося свои извинения за столь чудовищный жест.

– Война заполонила эти земли и убила ту, которой я отдал сердце.

Я одарила мужчину поклоном. Не видя его глаз, я чувствовала, что они были полны печали и тоски.

– Примите мои соболезнования, господин. В нынешнюю эпоху так много тех, кто покупает цветы для надгробий.

С розы, что я держала, упала ещё пара увядших лепестков.

– Вы гордитесь Империей Эльтиор, мисс?

Его вопрос напрягал и давил неосознанным страхом.

– Вы из Высшего правительства?

По его лицу пробежала усмешка. Он чуть ли не засмеялся, выдавая в себе безумца.

– Власть империи стала неоспорима, когда в людях исчезло сочувствие. Их души захватила жажда власти и могущества.

На его лике снова проступила суровость и хмурость.

– Вы ненавидите империю, господин?

За окнами сильный ветер поднимал пыль.

– Правители стали слишком алчны до ресурсов и богатств. Но это прихоть любого человеческого существа. И презирать жадных королей – признак лицемерия, когда как сами горожане не лучше царей, которых выбрали.

Небо заполонили грозовые тучи, погружая во мрак весь город.

– Ваши чувства понятны тем, в чьих душах ещё осталось милосердие, господин.

Он деликатно взял из моих рук умиравшую розу, пытаясь ощутить её давно ушедший аромат.

– Как Вас зовут, мисс? Я не соврал, когда говорил, что эта лавка прекрасна.

От смятения глаза опустились. Тогда я отвела гостя в сад, что располагался за шторой прилавка, – там он мог увидеть более необычные цветы.

– Я Астория Вильерс. И эта лавка принадлежит тем, кого Вы смеете презирать.

Ухмыляясь, он последовал за мной. За спиной всё ещё угнетал его тёмный, таинственный, но необыкновенно чарующий силуэт.

– Однако именно Вы ухаживаете за цветами в ней, мисс Астория Вильерс. С каких краёв это имя?

Никто прежде не спрашивал меня об этом.

– Это имя мне досталось от обезумевшего отца, который служил военным. Он побывал в разных местах и грезил отыскать тайны, немыслимые для человека.

Сад был полон роз цвета янтаря, чистого неба и даже густого тумана. Вдали выглядывали алые орхидеи и фиалковые нарциссы.

– Должно быть, у него была мечта. Вы говорите о нём в прошедшем времени. Я прав?

Незнакомец поднёс изнеможденную розу к влажной почве, предлагая помощь. Но я отринула её, вновь пачкая руки в мокрой земле.

– Отец умер давным-давно. Всю жизнь он посвятил тому, чтобы отыскать подземный город, скрытый в неведомых горах под толщей земли, которая никому не принадлежала. Таковы были его рассказы. Все считали его сошедшим с ума. Моя мать умерла вместе с ним.

Стебель розы воспрянул. Шипы снова исцарапали кожу.

– Значит, Вы росли одна? Позвольте и мне проявить бестактность. Сколько лет Вам в тягость эта жизнь?

Я несколько растерялась, переводя взгляд со своих грязных рук на бледные кисти незнакомца.

– Миновало уже шестнадцать лет, как я рождена в прославленной Великой империи, что умела лишь убивать наши мечты.

Пальцы гостя были увешаны множеством серебряных перстней. Было жаль марать их в грязи.

– Впредь земли будут усеяны только чёрными розами, мисс Вильерс.

Он направил взгляд в дальний угол сада, где цвели украшения Тьмы.

– Они красивы, но значат лишь смерть и погибель, господин.

Я так и не спросила его имени, смотря на колыхавшийся плащ.

– Я сорвал свой букет.

Он вернулся с сияющей улыбкой, полной сожаления.

– Это символ Вашей скорби? Не слишком ли мрачно? Говорят, в этих цветах собрана чёрная аура. Однако они рождены из пороха и ядовитого дыма войны.

Мне не дано было понять смысла его визита. За окном всё сгущались мрачные облака. Упали первые капли дождя.

– Я вручаю его Вам, мисс Вильерс. Ведь это Ваши любимые цветы. Берегитесь смерти.

Тёмный господин бережно вложил в мои руки букет чёрных роз. Его кисти, что легли поверх моих пальцев, коснулись подобием пепла. Едва я успела ощутить холод шершавой кожи, совсем несвойственной для человека, как бледные ладони тут же отстранились. Из-под широких полей шляпы пристально смотрели чёрные глаза, под взором которых моя душа застывала в смятении. Дрожащие руки всё ещё помнили его касания, словно храня на себе незримый след пыли.

По крышам бил град. Тёмный силуэт испарился в чёрном дыме. Гость остался в памяти лишь призраком давно минувшей эпохи, а тот день казался лишь сновидением, знамением того, что не изменить. И старому городу не суждено было избежать войны.

3

Граница империи Эльтиор

Северная долина

Военная машина миновала окраины старого города. Стекло разбила пара пуль, что пролетела у моей головы. Свинец продавил стену грузового отделения, оставив вмятины. Пребывая в абсолютном спокойствии и сосредоточении, госпожа Майер остановила грузовик. Её лик был также пуст, а душа готова к бойне без правил и законов.

Звук мотора затих. Среди шелестевшей листвы затаилась пугающая тишина. Офицер вышла первой, приказывая своему отряду осмотреться лишь одним щелчком пальцев. Послышались шорохи шагов военных. Я неуёмно гневалась на их молчание.

– Это ведь враг, офицер?

Закрыв за собой дверь, она не ответила. Раздался жуткий скрип, и ближайшая дверь машины отворилась. Военные схватили за мои тёмные лохмотья и выставили наружу. Ноги опустились на мягкую траву, отличавшуюся ярко салатовым оттенком. Грузовая машина остановилась в поле, ещё нетронутом грязным топливом человеческих созданий. Склонившаяся под ветром трава расстилалась гладким ковром. Кругом всё окутал густой туман. Вдали едва ли проглядывались вершины деревьев. Рядом меня сторожили двое громоздких мужчин. Грязный болотный цвет их формы тускнел на фоне яркой листвы. Ботинок случайно утоп в одной из луж от недавних проливных дождей. Земля стала вязкой и скользкой. Я пошатнулась на кочках, отходя назад, но в предплечья вцепились охранявшие офицеры. Фыркнув, я тщетно дёрнула рукой. Впереди из машины выбежал юный солдат, убирая в фуражку лучисто-рыжие волосы.

– Вам некуда бежать, мисс Вильерс. – Его тон был смиренным. – Весь мир охватила война.

Рядовой ступил по свежей траве, оставляя мокрые следы. В сгорбленном силуэте он ступил вперёд к туману, где стерегла врага офицер Майер. Она гордо вышагивала, направляя совершенное оружие в любой шорох.

– Но Вы в той же клетке, что и я. – Мои слова бросились в спину юного солдата. – Не Вы ли бранили эту войну, мистер Файдес?

Он неловко обернулся и заправил за ухо выскользнувший рыжий локон. Усеянное мелкими порезами лицо было покрыто грязью и пылью. Зацепившийся за меня серый взгляд отражал мрак пережитого и страх, что терзал его до тех пор. Рядовой Файдес был не старше цветочной лавки, что открылась двадцать лет назад. Он был рождён в ту же эпоху, что и я. Военный, что стоял справа, неприятно сдавливал непослушную руку. Его ладонь ковалась словно из железа.

– Вы сжаты кулаками высшего правительства, юнцы. Сюда призывают и неугодных, и услужливых. В бою нет разницы между людскими жизнями.

Насмехательства вне битв давно стали привычными для верных безжалостных слуг правительства. Одним из них был наемный военный – господин Кварц. Опытный боец убивал нещадно и жестокосердно за блеск золотых монет. Его устраивали любые приказы, если результат приносил доход. И руки, и лицо были покрыты множеством шрамов после его победных боёв. На многих местах тела ужасала обугленная кожа, что уродовала и без того суровые черты. С шеи свисал наградной жетон.

– И, будучи опытным военным, Вы уважаете правительство, господин Кварц?

Я понимала его лишь денежный интерес. Закоренелый военный плевал на любые морали и саму честь, когда главнее всех оставалась власть.

– В верности отечеству непоколебима лишь одна офицер Майер. А я признаю только силу и жажду биться, невзирая на боль и страх.

Вдали каркнул ворон и, вылетев из тумана, приземлился на военную машину. Его перья переливались грязным мокрым оттенком. В клюве он держал окровавленный человеческий палец. Положив конечность, птица обдирала с него плоть.

– И не дико ли бросать в бой тех, кто обречён лишь погибнуть в нём?

Окутанные суровостью, иссохшие губы обнажили золотые зубы.

– Слабость всегда пожиралась силой, мисс Вильерс.

Тишина окружала нас как сужавшаяся темница. Слабо колыхались кончики травы. Ветер едва ли рассеивал густой туман. По правой части территории протекал ручей, уходящий то ли в озеро, то ли в болото.

– И где мы? На карающем суде?

В воздухе повеяло запахом гнилой плоти. Юный солдат спрятался за военной машиной, брезгливо покосившись на доедавшего падаль ворона. Донёсся неприятный писк.

Офицер Кварц вынул из короба пистолет и заменил обойму.

– Это место последнего боя главных войск высшего правительства, мисс Вильерс. Вы здесь и были избраны, чтобы исполнить роль для Отечества.

Раздался щелчок снятого предохранителя. Совершенное оружие было нацелено на врага. Но горизонт закрывал густой туман. Рыжеволосый солдат неумело уронил громоздкую винтовку, и отдал её в руки другому военному, услышав наш разговор.

– Эти земли находились на границе между империей Эльтиор и старым королевством Лоэр.

Офицер Кварц грозно возразил.

– Но я прошу заметить, рядовой Файдес, что прошли сотни лет с тех пор, как король Лоэра стал уже давно лишь призрачной смутной личностью в истории нашего мира. Эти земли не принадлежат никому, оттого так велик соблазн завладеть ими.

Юный солдат недовольно скривил гримасу и топнул ногой в грязь, словно оскверняли его ценности.

– Однако до сих пор ходят легенды о том, что границу стерегут стражи старого королевства.

Офицер Кварц сплюнул.

– Это чушь!

Военный, стоявший слева, огрызнулся.

– Королевство Лоэр – старая сказка, мелкий ублюдок.

От тумана шагнула назад госпожа Майер.

– Стражи границ? – Офицер высокомерно и холодно усмехнулась. – Это иллюзия правды, поработившая юные умы, товарищи солдаты.

Послышались взмахи множества крыльев. Шелохнулись ветви далёких деревьев, и из тумана вылетела стая недавно пировавших воронов. Застоявшиеся сгустки дыма переместились в старый лес, открывая ужасную картину. Из-за туманной завесы показались горы окровавленных трупов. Их тела смешались с грязью и порохом. Оторванные конечности уносило вороньё, жадно опустошая и глазницы. Подобное зрелище устрашало любого.

– Они все мертвы…

Голоса военных дрожали, перекликаясь друг с другом тихим недоумевающим эхом. Страх коснулся и их душ.

– Все воины высшего правительства пали…

Сраженного отвращением юного солдата вырвало на склизкую зелёную траву. К моему горлу подступила тошнота, и я отвернулась, запертая в ощущении кошмара.

Раздались щелчки. Оружие было к выстрелу. Я обернулась, когда офицер Кварц толкнул меня. Мимо пролетел метательный нож, плотно вонзившись лезвием в мокрую землю.

Началась стрельба. Пули впустую рассекали дым. Землю засоряли гильзы. Офицеры растратили всю обойму, зазря пробивая тела бывших товарищей. Но изувеченные лица более нельзя было узнать.

Из-за горы трупов, с пошатнувшейся вершины которой скатилась пара искалеченных тел, вышел таинственный силуэт, ступая по растерзанной плоти. Он был облачён в чёрную мантию подобно врагам из иной страны. Магазины оружия заправили новыми патронами, и тёмную фигуру обдал свинцовый дождь. Пролетавшие над мертвецами падальщики протяжно каркали. Всю местность заполнил их звонкий гул, после чего раздался последний выстрел. Под стволами стольких ружей враг не мог выстоять, однако его мрачная фигура по-прежнему стояла, швырнув вперёд тело погибшего солдата, которым он прикрывался. Лица военных исказились в некоем испуге. Чёрная аура неизвестного противника тяжелила плечи. С его уст безудержно, но протяжно зазвучали бравые речи.

– Империя Эльтиор гордилась этими бойцами, готовыми сражаться до последнего взмаха мечом! Не правда ли? – Его нога в иноземном сапоге продавила один из черепов, расколовшийся на мелкие кости. – Когда я лишал их рук, ног, выкалывал глаза и срезал кожу, они продолжали кричать о ненависти ко мне.

По его бледному лицу пробежала сумасшедшая улыбка. Воины застыли в неподвластном недоумении. В наших рядах заскользил неуёмный шёпот.

– Кто он?

Рядовой Файдес скрючился на земле, вырывая собственные волосы. Огненные локоны рассыпались по зелёной траве.

– Он один убил целый отряд высшего правительства?

Офицер Кварц выступил вперёд, защищая величие правителей, плативших ему. Из-за спины он достал массивный пулемёт и заменил патронную ленту.

– Ваш гниющий король ответит за смерть каждого воина из империи Эльтиор!

Чёрная мантия врага всколыхнулась от порыва ветра. Под пулеметную очередь тот мимолётно скрылся за горой. Пули продырявили развевавшийся плащ, даже не коснувшись изворотливой фигуры. Всех мучил вопрос: «Почему он не нападает?»

Из-за останков прозвучал вновь баритонистый глас врага.

– Однако Великое правительство, которое мнит себя высшим, бросило своих сынов, как сгнивший мусор, погибать здесь за лживое Отечество!

Из-за трупов донёсся его жуткий безумный смех. Казалось, что разрывался от смеха сам Дьявол. Позади чертыхался господин Кварц, чуть ли не ломая коробку пулемета. Офицер Майер, убрав тревожную гримасу, двинулась к затаившемуся противнику. Её рука затеребила рукоять пистолета.

– У них была честь, в отличие от Вас, нахального горделивого убийцы без рода. Не так ли?

Под неунимавшийся сумасшедший хохот врага офицер Кварц материл юного солдата, судорожно лежавшего в траве. Другой военный пнул рядового Файдеса, после чего рыжеволосый юнец тут же метнулся за патронами.

Госпожа Майер обходила гору останков с другой стороны, наблюдая за движением серого дыма.

– Кто Вы? Сторожевой пёс короля Лоэра?

Тёмный силуэт выскочил с другой стороны. Женщина-воин выстрелила, донёсся звук выскользнувшего лезвия. Клинок врага отразил пулю.

– А вы, воины, в чьи сердца вкладывают лишь ненависть, в руки – оружие, что Вы гордо называете совершенным? А где же сила духа?

Офицер Майер не спешила сокращать дистанцию. Я заметила, как даже её каменное лицо обуздал страх. Она всё сильнее сжимала зубы от злобы.

– Вы, верно, презираете творения Великой империи? – Она наигранно надевала маску ненасытного властолюбца. – А оно убило тысячи верных стражей призрачного короля.

Убрав назад упавшие на лоб чёрные локоны, враг провёл по острому лезвию своего клинка. С ладони упала капля крови.

– Вы убиваете, не касаясь и пальцем. Отдаёте вину железным бездушным машинам. – Ухмыляясь, он раздавил ногой один из потёртых пистолетов, чью рукоять сжимала кисть мертвеца. – Когда как я пронзил клинком тысячи имперцев, чувствуя руками их ещё тёплую кровь. И кто же достоин поединка со мной, если вас учили лишь нажимать на спусковой крючок?