Убийство на острове Фёр

Anna Johannsen

Das Mädchen am Strand

© der Originalausgabe 2018 By Anna Johannsen

© Зубарева А., перевод, 2022

© ООО «Издательство АСТ», 2023

Оформление обложки Александра Воробьева

Пролог

17 июля

Я не могу их ненавидеть. Не хочу их ненавидеть.

И отрекаться от Бога тоже не хочу.

Хотела бы я знать, почему все так сложно…

Неужели существует лишь один правильный путь? Но Бог создал всех нас…

Да не осуди ближнего своего…

Каждый имеет право на жизнь.

И я, я тоже его имею!

Глава 1

Лена Лоренцен стояла на палубе, не обращая внимания на легкий сентябрьский дождь. Через считаные минуты паром пришвартуется в Витдюне. После череды напряженных рабочих будней Лена наконец-то вырвалась из участка, но день уже клонился к вечеру, и ей очень повезло, что она успела на последний паром. Впереди – шесть дней в компании Эрика. Они будут отсыпаться, гулять, готовить и, как Эрик уже намекнул по телефону, «разговаривать».

Они встречаются уже два месяца. «Встречаются». Лена старалась даже мысленно не произносить это слово – считала, что оно неточно описывает их с Эриком отношения. Они расстались четырнадцать лет назад, когда Лена сбежала с Амрума. В начале лета она вернулась на остров из-за расследования и в первый же день встретила Эрика. А потом произошло то, что она считала невозможным. Но все факты указывали на то, что после четырнадцати лет разлуки Лена снова влюбилась в Эрика. Может быть, в глубине души она всегда его любила? Последнее время Лена с удовольствием уезжала из Киля, оставляя за спиной работу, и возвращалась на Амрум, в этот хорошо знакомый ей мир. Недавно Эрик приятно удивил ее, устроив романтическое свидание на маяке – с шампанским. Лена невольно улыбнулась. О, она не скоро забудет этот вечер! Но вместе с тем Лена понимала: рано или поздно перед ними встанет вопрос о будущем.

Паром замедлил ход. Глубоко вдохнув соленый морской воздух, Лена направилась к своей машине. Уже через несколько минут она ехала по Витдюну. Дождь прекратился, для начала сентября погода стояла теплая – около двадцати градусов. Вскоре дома остались позади, и на горизонте замаячил красно-белый маяк. В лучах заходящего солнца пейзаж напоминал картинку из какого-нибудь путеводителя по здешним местам.

Лена неторопливо ехала по улочкам Небеля – коммуны, которая находилась посреди острова. Сегодня старые фризские дома, большинство из которых были построены в восемнадцатом-девятнадцатом веках капитанами, вернувшимися из мореплаваний, стали неотъемлемой частью местного пейзажа. Эрик жил в Нордорфе, в небольшом доме, который достался ему от родителей, а тем – от его покойной бабушки. Нордорф наравне с Витдюном был центром местного туризма – здесь располагались отели, гостевые домики, ресторанчики и кафе.

Лена остановилась перед нужным ей домом и вышла из машины. На первом этаже ярко горел свет, одно из окон было приоткрыто, из него лилась тихая соул-музыка. Закинув на плечо сумку, Лена направилась к парадной двери. Несколько недель назад Эрик попытался дать ей ключ, но она отказалась под предлогом, что он все равно никогда не запирает дверь. В коридоре пахло жареной рыбой. Лена опустила сумку и прошла на кухню.

Эрик стоял у плиты в клетчатом фартуке и помешивал содержимое небольшой кастрюльки. Лена подкралась к нему со спины и обняла.

– Зачем ты заморачиваешься готовкой? – со смехом поинтересовалась она. – Можно же сходить в ресторан.

Эрик нежно поцеловал ее и ответил:

– Готовка помогает убить время до твоего приезда. К тому же дома уютнее, чем среди шумных туристов.

Лена погладила Эрика по щеке и отстранилась.

– Я быстро в душ. У меня же есть минутка?

– Даже десять. А потом, надеюсь, ты будешь сидеть за столом и восхищаться моими кулинарными талантами.

– Только кулинарными? – рассмеялась Лена.

– А это как хочешь. Уходи, мне нужно сосредоточиться на готовке.

Стоило Лене выйти из душа, как зазвонил телефон. Она взглянула на экран и страдальчески вздохнула.

– Добрый вечер, господин Варнке, – поздоровалась она, отвечая на звонок начальника. – Простите, но я сейчас не в Киле. У меня отпуск.

– Добрый вечер, госпожа старший комиссар, – медово-сладким голосом произнес Варнке.

Лена насторожилась. После расследования на Амруме они с Варнке заключили своего рода перемирие, но в их отношениях оставалось некое напряжение. Наверняка Варнке любезничает не просто так.

– Конечно, я знаю, что вы взяли отпуск. Можно поинтересоваться, где вы сейчас находитесь?

– На Амруме.

Немного помолчав, Варнке продолжил:

– Вчера на острове Фёр пропала четырнадцатилетняя девочка. Это же рядом с вами? Местная полиция при поддержке пожарных и волонтеров ведет поиски, но пока они не дали результатов. Завтра утром два полицейских отряда продолжат розыскные мероприятия. Было бы здорово, если бы к ним присоединился компетентный сотрудник, который знает окрестности и местных жителей…

У Лены перехватило дыхание. Четырнадцатилетняя девочка, еще совсем ребенок… Лена ненавидела, когда расследование затрагивало детей.

– Простите, но…

– Вы окажете мне большую услугу, если займетесь этим делом. Учитывая обстоятельства, возможно, девочку найдут уже завтра. Тогда мы просто продлим ваш отпуск на денек-другой. Я был бы вам очень признателен…

Лена пожалела, что не выключила мобильник. Конечно, можно придумать какую-нибудь отговорку, но это не в ее стиле. И потом, почему бы не принять участие в поисковой операции, раз уж она все равно оказалась поблизости… Эрик работает на себя, а значит, сможет подкорректировать свои планы. А если поиски затянутся, то Лена останется с ним дольше, чем собиралась.

– Это дело касается вас лично? – спросила она, поддавшись чутью.

– Нет-нет, ничего подобного, – немного поколебавшись, ответил Варнке. – Но я бы хотел, чтобы кто-нибудь из отдела был там на случай… – Он осекся.

Лена насторожилась еще больше. Чтобы сотрудник уголовной полиции участвовал в поиске пропавших – это что-то из ряда вон. К тому же дела о пропаже подростков чаще всего заканчиваются благополучно. Но учитывая просьбу Варнке, похоже, дело куда серьезнее, чем кажется. Видимо, Варнке не хочет – или пока не может – рассказывать подробности.

– Доверьтесь мне, – продолжил он.

– Дополнительные сведения мне бы не помешали.

Из трубки послышался вздох.

– Родители девочки принадлежат к так называемой Свободной церкви. Это… очень религиозная церковная община. Да, она бы, наверное, так ее описала.

– «Она»?

– Моя жена. Она… знакома с некоторыми членами этой общины. Поверхностно знакома. – Лена услышала в словах Варнке невысказанное, но очевидное «пока что». – Она, то есть моя жена, попросила меня… Она не верит, что девочка сбежала из дома. Как я уже сказал, мы с женой не знаем эту семьюлично. – Варнке снова вздохнул. – Вы окажете мне огромную услугу, если…

Постепенно голос Варнке менялся. Если вначале Лена слышала начальника полиции, то сейчас к ней обращался обычный человек. Первому она была ничем не обязана, но второму не могла отказать.

– Хорошо. Я отправлюсь туда завтра первым же паромом. Пожалуйста, предупредите местных полицейских о моем приезде.

– Спасибо. И еще раз извините за беспокойство.

Распрощавшись с Варнке, Лена вздохнула и вернулась на кухню.

– Ты как раз вовремя! – воскликнул Эрик, доставая рыбу из духовки. – Садись и наслаждайся!

В бокалах уже искрилось белое вино. Поставив на стол кастрюлю, Эрик взял один из бокалов и, подняв его, провозгласил тост:

– Выпьем же за то, чтобы в ближайшие дни не случилось никаких преступлений!

Лена натянуто улыбнулась и, когда Эрик кинул на нее вопросительный взгляд, сказала:

– На Фёре пропала девушка, и я должна…

Эрик нахмурился, но через мгновение снова расплылся в улыбке:

– Видимо, во всем Шлезвиг-Гольштейне есть только один компетентный полицейский!

– Похоже на то, – кивнула Лена, вздохнув с облегчением.

– Когда отправишься?

– Завтра с первым паромом.

Эрик взял тарелку и спросил, меняя тему:

– Тебе положить?

Лена кивнула, и он положил ей кусочек окуня с тушеным луком и ароматным рисом басмати.

– Соус будешь?

– Конечно, – ответила Лена и взяла протянутую тарелку. – Пахнет просто фантастически.

– Это все гауда и зелень. – Эрик поднял взгляд. – Приятного аппетита.

– Ты не сердишься из-за того, что завтра я уеду? – тихо спросила Лена.

– Мне придется привыкнуть к тому, что ты не сидишь в офисе, – пожал плечами Эрик. – И нет, конечно, я не сержусь. Такая уж у тебя работа. К тому же ты мастер своего дела. А пока давай притворимся, что никто тебе не звонил.

С этими словами Эрик снова поднял бокал.

– Сегодня я еще не говорил, насколько сильно я тебя люблю.

Лена стукнула свой бокал об его и улыбнулась:

– И насколько же?

Эрик пригубил вино, поставил бокал на стол и резко посерьезнел.

– Настолько, что почитал про Киль в Интернете.

У Лены на мгновение перехватило дыхание.

– Ой! Тебе там не понравится. Да и потом, как же твоя работа?

Эрик обслуживал гостевые дома, причем не только заботился об отдыхающих, но и ремонтировал трубы и технику, если та ломалась. И, вдобавок ко всему вел рекламный сайт. Эрик назвал это пакетом «все включено».

– А в Киле нет гостевых домов?

– Не знаю. Если и есть, то мало.

– Тогда придется подыскать другую работенку, – сказал Эрик, выдавив улыбку. – А теперь давай есть, пока не остыло.

Лена нежно погладила Эрика по груди. После ужина они убрались на кухне, старательно избегая говорить о возможном переезде Эрика в Киль и о работе Лены, и теперь устроились на диване в маленькой гостиной.

– Мне с тобой хорошо, – прошептала Лена. – Ты такой знакомый и в то же время незнакомый. – Она нежно поцеловала его в губы. – Давай наслаждаться моментом. Я не хочу думать о будущем, не хочу строить планы о совместной жизни в качестве нормальной пары…

Некоторое время Эрик молчал, а потом тихо спросил:

– Думаешь, у нас получится? Наслаждаться моментом и ни о чем не думать? Нам с тобой уже не по восемнадцать. Да и когда было по восемнадцать, не получилось.

Лена невольно подумала о тетушке Бекки, которая всю жизнь прожила на Амруме. Да и мама тоже любила этот остров… Она давно погибла: после ссоры с отцом Лены ее сбила машина. Лене тогда было восемнадцать. Через несколько месяцев после случившегося Лена поставила крест и на отце, и на Амруме. А Эрик после долгих раздумий отказался уезжать с ней на материк, решив остаться на острове.

– Все это было в прошлой жизни, – сказала Лена. –Яуже не та, что прежде. И потом, у меня не было другого выбора.

Эрик привлек ее к себе и поцеловал.

– Знаю. Но я боюсь, что снова тебя потеряю. Кроме Бекки, никто тебя здесь не держит.

– С каких пор ты стал «никем»? Но да: я больше ни разу не разговаривала с отцом. А с его новой женой – так и подавно.

– Новой женой? – переспросил Эрик. – Они женаты почти тринадцать лет.

– Для меня она всегда будет «новой», – возразила Лена, вложив в это слово как можно больше презрения. Она никогда не подаст руку этой женщине. А отец для нее давным-давно умер. Тетушка Бекки – вот ее единственная семья.

– Я столкнулся с твоим отцом недели две назад, – сказал Эрик. – Он подошел ко мне и…

Лена приложила указательный палец к его губам и покачала головой.

Глава 2

Глубоко вдохнув, Лена переступила порог полицейского участка Фёра – неприметного двухэтажного здания, которое находилось прямо в гавани, недалеко от паромного причала. Несмотря на раннее время, работа здесь кипела: видимо, прибыл поисковый отряд с материка. Лена спросила, где нужный ей кабинет, и вскоре уже стояла перед начальником полиции Арно Брандтом. Продемонстрировав свое удостоверение, она буквально почувствовала, как температура в помещении упала на несколько градусов.

– Старший комиссар Лоренцен из Управления уголовной полиции города Киль? – хмыкнул Брандт, возвращая удостоверение. – Чем обязаны такой честью? Я думал, управление занимается только действительно серьезными делами.

Брандт сделал полшага назад и окинул Лену равнодушным, почти пренебрежительным взглядом, словно не желал иметь с ней ничего общего. Наверное, решила Лена, он слышал об амрумском деле и о том, что во время расследования возникли проблемы с местной полицией…

– Я оказалась поблизости, и меня попросили присоединиться к вам в качестве подкрепления.

Брандт дернул кадыком.

– Ясно. Само собой, нам пригодится любая помощь. Я собираюсь на брифинг. Не хотите ли присоединиться?

Кивнув, Лена последовала за ним.

В зале для совещаний перед большой картой, прикрепленной к вайтборду, стояли двое полицейских. Брандт представил их как руководителей поисковой группы и спросил у Лены:

– Полагаю, дальнейшее руководство операцией вы берете на себя?

– Как я уже сказала, меня прислали в качестве подкрепления. Давайте начнем брифинг, а там видно будет. Что нам известно на текущий момент?

Брандт шумно вздохнул и встал перед вайтбордом. Кроме карты, на нем висели три фотографии, на всех была изображена юная девушка с длинными темными волосами.

– В последний раз Марию Логенер видели позавчера днем. Вчера утром сестра Марии сообщила об ее исчезновении, и мы первым делом отправились на пирс. Никто не видел, чтобы девочка покупала билет на паром. На самом пароме ее тоже не видели. Мы проверили записи с камер – тоже ничего. Улететь Мария не могла, а значит, она все еще находится здесь, на Фёре. – Брандт отметил точку на карте. – Они с родителями живут в Ольдзуме. Сначала мы обыскали окрестности, потом собрали небольшую поисковую группу. – Он провел пальцем по карте. – Один отряд направился на север, другой – на запад. Пока ничего не нашли.

К Брандту подошел один из полицейских с материка.

– Примерно через полчаса прибудет паром с двумя поисковыми отрядами. Как думаешь, нам начать поиски с нуля или пропустить область, которую вы исследовали вчера?

– Хороший вопрос. Думаю, важнее расширить радиус поисков. Конечно, вчерашний отряд не специализируется на поисках, но не думаю, что они бы проглядели ребенка.

– А что насчет этой реки? – осведомился полицейский, указывая на карту. – Все тщательно обыскали?

– Не по воде, – ответил Брандт. – Но сегодня я попросил коллег из водной полиции оказать нам содействие. – Он взглянул на часы. – Они вот-вот начнут поиски вдоль реки.

– Хорошо. Тогда сосредоточимся на земле. Мои люди возьмут на себя территорию до Утерзума. А Хайно… – он оглянулся на своего коллегу, – …направится в другую сторону. К полудню мы должны закончить и тогда оба отправимся на юг.

Вернер Майер, один из руководителей поисковой группы, кивнул и спросил:

– Подразделение, отвечающее за снабжение, должно прибыть через три часа. Вопрос со спортзалом уладили?

– Да, – подтвердил Брандт. – Его как раз готовят. Самое позднее к полудню там будут кровати и все необходимое.

– Отлично! – Мейер повернулся к Лене. – А вы что скажете?

– Удалось узнать что-нибудь важное из опроса родителей или друзей? Куда девочка любит ходить? Что говорят ее друзья? Где ее видели в последний раз?

Брандт ответил усталым взглядом.

– Родители не горят желанием с нами сотрудничать.

– В каком смысле? – уточнила Лена.

– Церковь, в которой они состоят, не любит представителей власти. Отец Марии даже не участвовал в поисках. Вместо этого он молится… Все, что нам сейчас известно, сообщила сестра девочки. Она приехала сюда погостить и мало что знает. Она же сообщила о пропаже Марии.

– Хорошо, – кивнула Лена, – Дайте мне отчеты, и я сама опрошу семью.

Мейер прочистил горло.

– Вы закончили? Мы бы хотели ознакомиться с местностью до того, как прибудет подкрепление.

– Конечно, коллега. Как и договаривались, через час я согласую операцию на месте, – сказал Брандт. – Все уже готово. Желаю вам удачи.

После того, как двое полицейских вышли из комнаты, он повернулся к Лене:

– Давайте взглянем на отчет.

Положив на пассажирское сиденье папку с отчетом, Лена выехала из Вик-ауф-Фёра. Не доезжая до Овенума, взяла левее, миновала Алькерзум и оказалась у Ольдзума. По обе стороны от дороги тянулись широкие поля, на которых паслись коровы. Лена и забыла, что за пределами Вик-ауф-Фёра, так называемой «столицы» острова, взгляду предстает пасторальная сельская местность.

В Ольдзуме Лена свернула направо, следуя указателю на «Станцию охраны Ваттового моря», потом снова свернула направо и остановилась перед бывшей фермой. Припарковалась, вышла из машины и направилась к дому. В глаза бросились новые деревянные окна, да и крыша, судя по всему, была недавно заново перекрыта черепицей. Ухоженный палисадник, аккуратно подстриженный газон, ровный ряд цветов… дорожка, казалось, была подметена только сегодня. После второго звонка дверь приоткрылась. В узкую щель выглянула женщина лет пятидесяти и недружелюбно посмотрела на Лену. Роза Логенер, мать Марии. Лена уже видела ее – на одной из фотографий, висевших на вайтборде в полицейском участке.

– Мы ничего не покупаем, – сказала женщина и уже собиралась закрыть дверь, когда Лена показала ей удостоверение.

– Старший комиссар Лена Лоренцен из Управления уголовной полиции города Киль. Мы можем поговорить? Речь пойдет о вашей пропавшей дочери.

Роза Логенер медленно распахнула дверь.

– Моего мужа нет дома. Не могли бы вы вернуться через час?

– Нет, госпожа Логенер, простите. Мне нужно переговорить с вами сейчас. Это важно.

Женщина нерешительно отступила, впуская Лену внутрь. Потом прошла вперед и открыла перед ней следующую дверь.

– Проходите.

Лена вошла в большую кухню. Справа стояли плита, холодильник и раковина, а напротив – стол в окружении четырех стульев. Судя по всему, госпожа Логенер прибиралась, когда пришла Лена.

– Не хотите ли чаю?

– Если вас не затруднит, госпожа Логенер.

– Конечно, не затруднит.

Роза Логенер отвернулась, и некоторое время Лена молча наблюдала за тем, как она хлопочет по кухне. Роза была примерно на голову ниже ее. Собранные в пучок волосы, темно-синее клетчатое платье, похожее на фартук, не тронутые помадой губы, да и вообще – никаких следов косметики… Налив чай, Роза поставила чашку перед Леной на стол и нерешительно застыла.

– Не стойте, садитесь, – попросила Лена.

Поколебавшись, женщина выдвинула стул и села.

– Вчера вы… точнее, ваша дочь Иоганна, заявили о том, что Мария пропала. Вам наверняка известно, что пока поисково-розыскные мероприятия ни к чему не привели. Сегодня с материка прибудет подкрепление, и поиски продолжатся.

– Да, муж мне говорил.

– Но поиски – это одно, госпожа Логенер. Нам нужно узнать о вашей дочери как можно больше, чтобы поскорее ее найти.

Роза кивнула.

– Мой муж…

– Уверена, вы тоже сможете мне помочь, – мягко перебила Лена. – Когда вы в последний раз видели Марию?

Роза опустила взгляд на руки. Лена испугалась, что женщина снова заведет речь о своем муже, но вместо этого она тихо ответила:

– В понедельник. Утром Мария, как обычно, отправилась в школу. Она ездит в Вик на автобусе.

– Больше вы ее не видели?

Роза не торопилась с ответом.

– К обеду она вернулась домой.

– Что было потом?

– Мария сказала, что ей нужно делать уроки, и поднялась к себе в комнату.

– В котором часу это было?

– Около двух, – призадумавшись, ответила женщина. – Мы всегда обедаем в это время.

– Ваш муж и ваша старшая дочь обедали с вами?

– Вернер уехал на материк.

– А Иоганна?

– Она… ее здесь не было.

– Значит, вы с Марией были одни. Что случилось потом?

– Не знаю. Я зашла к Марии в комнату, но там ее не оказалось. Я обыскала весь дом, но нигде ее не нашла.

– У Марии есть мобильный телефон?

Роза молча покачала головой.

– У нее нет телефона? – уточнила Лена. – Или он сломан?

– Мобильный телефон есть только у моего мужа. Он нужен ему для работы.

Лена сделала пометку в блокноте.

– Следующим утром ваша старшая дочь Иоганна позвонила в полицию и сообщила об исчезновении Марии. Почему позвонила она, а не вы или ваш муж?

Роза не ответила.

– Где Иоганна сейчас? – спросила Лена и, снова не получив ответа, задала следующий вопрос: – Один из коллег сообщил, что Иоганна живет не с вами и приехала на остров погостить. Это так?

– Иоганна учится. Она не захотела оставаться со своей семьей.

– Где учится?

– В Киле. Она собирается стать аптекарем.

– Значит, она изучает фармацевтику в Киле и сейчас у нее каникулы. Как долго Иоганна пробудет на Фёре?

– Не знаю.

Лена подавила вздох. Неужели эта женщина ничего не знает о своих дочерях? Или просто не хочет говорить? Похоже, она совсем не переживает из-за исчезновения Марии. Лене не раз доводилось опрашивать людей, у которых пропали дети. Некоторые из родителей так волновались, что и слова не могли вымолвить и сидели перед ней истуканами, другие беспокойно ходили по комнате, засыпая ее бесчисленными вопросами… Но Лена впервые видела мать, которая вела себя так спокойно и бесстрастно.

– Я бы хотела осмотреть комнату Марии, – наконец сказала она.

Роза нерешительно привстала из-за стола.

– Мой муж вот-вот вернется… Мы можем дождаться его?

Лена глубоко вздохнула, заставляя себя сохранять спокойствие.

– Извините, но нет. В таких делах на счету каждая минута. Уверена, вы и сами это прекрасно понимаете. Где комната Марии?

Некоторое время Роза нерешительно переминалась с ноги на ногу, словно не зная, как поступить, а потом прошла мимо Лены в коридор, поднялась по лестнице в комнату своей младшей дочери. Комната была небольшая, метров пятнадцать. У одной стены стояли кровать и маленький письменный стол, у другой – шкаф и кресло с книжным шкафом. На стенах не было ни плакатов, ни постеров. Ничего в комнате не указывало на то, что здесь живет девочка-подросток. Все казалось стерильным, как в больнице.

Лена подошла к полке и просмотрела стоящие на ней книги. Библия, какие-то религиозные трактаты, несколько классических романов, взятых из библиотеки…

– Мария ведет тайный дневник? – поинтересовалась Лена.

Роза Логенер вздрогнула и во все глаза уставилась на нее.

– Наша Мария – хорошая девочка!

– Не сомневаюсь, но нам нужно больше информации, чтобы найти вашу дочь.

– У Марии нет дневника.

– А компьютер? Или ноутбук?

– Нет.

Было заметно, что каждое слово дается женщине с трудом. Интересно, почему? Неужели мать не хочет, чтобы ее дочь нашли как можно скорее?

У Лены на руках оказалось несколько кусочков мозаики, которые никак не хотели складываться вместе. Исчезновение Марии казалось загадочным и необъяснимым – на такой ранней стадии расследования это обычное дело, но все же… До сих пор нет никаких доказательств того, что девушка покинула остров. Никто не видел, чтобы Мария садилась на паром, да и на острове ее тоже не видели… Вдобавок ко всему Роза Логенер вела себя крайне подозрительно, хоть Лена и гнала из головы нехорошие мысли.

– Не возражаете, если я обыщу комнату Марии? – словно мимоходом поинтересовалась она.

Роза открыла было рот, собираясь ответить, но тут позади них прогремел грозный мужской голос:

– Что здесь происходит? Что вы делаете?!

Лена обернулась. В дверях стоял крепкий мужчина лет пятидесяти, устремивший на нее стальной взгляд.

– Господин Логенер? – Лена протянула ему свое удостоверение. – Я – старший комиссар Лоренцен из Управления уголовной полиции города Киль. Я участвую в поисках вашей дочери.

– В таком случае, что вы делаете в ее комнате?

– Ищу улики, которые могли бы помочь ее отыскать. Дневник, записи в ноутбуке или что-нибудь в этом роде.

– Здесь ничего нет, – с каменным выражением лица отчеканил господин Логенер, отошел в сторону и махнул рукой, настойчиво прося Лену покинуть комнату. – Пройдемте в гостиную, – не терпящим возражений тоном добавил он.

Лена кивнула Розе и последовала за ее мужем.

Гостиная семейства Логенер оказалась по меньшей мере вдвое больше кухни. В углу стоял диванчик, неподалеку – длинный стол, окруженный множеством стульев. Вернер Логенер указал на один из них, дождался, пока сядет Лена, и сел сам. Его жена осталась стоять в дверях, словно ожидая указаний. Логенер не обращал на нее внимания, поэтому вскоре она ушла.