Точка невозврата. Книга третья: Новое измерение
- -
- 100%
- +
Действие закона мы чувствуем уже сегодня. Посмотрите статистику катастроф за последние пятьдесят лет. Сухие цифры ясно говорят. Катаклизмов с каждым годом становится больше. ХХ век принёс нам две разрушительные войны. Это первая и вторая мировые войны. Ещё были Хиросима и Нагасаки, Титаник, 11 сентября, прорыв плотины в Италии, землетрясение в Японии, цунами в Индонезии. Включите новости. Каждый день где-нибудь что-либо взрывается, локальные войны ведутся до сих пор.
Угроза третьей мировой войны висит над нами до сих пор. Любая локальная война может перерасти в третью мировую. Если это произойдёт, то у нас не останется шансов на спасение. Мы уничтожим сами себя.
Земля – это не просто мёртвый кусок камня, вращающийся вокруг Солнца. Это живой организм. Как и всё живое, планета обладает разумом. Сознание Земли управляет, координирует планетарные процессы. Основная задача разума – это сохранить жизнь на планете во всём его многообразии.
К великому сожалению, современное человечество превратилось в раковую опухоль планеты, в вирус. Мы уничтожаем себя, разрушаем свой дом.
Планета уже не раз бралась за скальпель. Вспомните ХХ век и его разрушительные войны. Природа запустит свои защитные механизмы, она начнёт вычищать свой организм от раковых клеток, от носителей отрицательной энергии.
Единственный способ спастись – это не просто прекратить генерировать разрушительный поток, а изменить вектор мышления. Нужно начать мыслить позитивно, начать духовно развиваться и совершенствоваться. В этом наше спасение, в этом наш шанс».
– Питер, что вы думаете о сюжете?
– Я согласен с Виктором и готов подписаться под каждым его словом. Он довольно точно обрисовал нынешнее положение дел.
Измотанный Питер Джексон вернулся домой. На улице было уже темно. Питер включил свет. Он медленно разделся и сел на край кровати. «Всё оказалось напрасным», – пробурчал герой себе под нос.
Подул лёгкий ветерок. Питер посмотрел на восходящее солнце, на колоритное небо, расписанное талантливым художником в яркие сочные краски. Он поднял руку. Меж пальцев посыпались крупинки песка. «Проклятая пустыня», – воскликнул он, и серые тучи тут же затянули небо. «Пора бы уже запомнить, что здесь злиться нельзя», – сказал Джексон сам себе.
«Скоро будет жарко, надо идти», – произнёс Джексон более спокойно и встал. Он брёл несколько часов. Немного уставший Питер остановился, чтобы перевести дух. Он обернулся и увидел большую чёрную собаку. В её зубах был теннисный мяч. Псина подошла и положила мячик к ногам Джексона. Пёс совал свою морду в ладонь, напрашиваясь на ласку.
«Ну, здравствуй, собака. Давно не виделись. Ты сильно изменился с нашей последней встречи. Мышцами и шёрсткой оброс», – сказал Джексон и погладил теплокровное животное. Псина довольно виляла хвостом. «А где твой друг?» – спросил герой. Собака смотрела на Джексона умными глазами, так как будто всё понимала. Питер услышал собачий лай. Вторая собака не заставила себя долго ждать.
«Вы мне тогда сильно помогли. Спасибо Вам», – промолвил он и почесал за ухом псины. «Только играть с вами я сейчас не могу. Мне нужно идти», – произнёс Питер Джексон и собрался уже тронуться в путь, но не тут-то было.
Пёс потянул Джексона за подол пиджака в противоположную сторону, как бы указывая правильное направление. «Мне туда?» – спросил герой. В ответ другая собака два раза гавкнула.
Безжалостное солнце оказалось высоко на небосводе. Питер Джексон спускался с сыпучего холма. Его сопровождали два сторожевых пса. Собаки показывали герою дорогу. Измученный жаждой Питер кинул свой взор вдаль. Там он заметил маленькую чёрную точку. «Что это? – спросил он и прищурился, пытаясь разглядеть непонятный объект. – Надо подойти поближе».
Через полчаса Джексон приблизился к предмету. Это оказался дверной косяк со сломанной дверью. «Дверь? Откуда она здесь взялась? Кругом одни барханы», – удивился Питер. Джексон осмотрелся вокруг, далеко на горизонте виднелись горы, собаки бесследно исчезли.
Джексон обошёл косяк со всех сторон, изучая странную находку. «Что бы это могло значить?» – задался вопросом Джексон. Так и не найдя внятный ответ, Питер остановился. Он прошёл в дверной проём и снова обошёл загадочный объект. Но ничего не произошло. «Чёрт!», – выпалил Питер Джексон и с силой пнул дверь. Та, сорвавшись с петли, упала на раскалённый песок. «Чёрт, чёрт, чёрт!», – не сдержался Питер в очередной раз.
Тучи на небе сгустились, и поднялся сильный ветер. «Зачем я здесь? Что я тут потерял?» – крикнул он гневно и упал на колени, защищая лицо от песчаных вихрей. Через пару мгновений Питер проснулся от слабой боли. Джексон лежал на полу, рядом со своей кроватью. Свет в комнате горел. Было уже засветло.
Джексон вытирался большим махровым полотенцем. Он ощутил некоторый прилив сил после освежающего душа. Облачившись в домашнюю одежду, он включил телевизор.
«ЧП на северо-востоке Пакистана, имеются жертвы. Этой ночью произошла авария на крупнейшем химическом заводе города Лахор, в провинции Пенджаб. В результате произошла утечка ядовитого газа. Всего за 2 часа в атмосферу было выброшено около 15 тонн едких паров. Облако газа накрыло близлежащие жилые кварталы и железнодорожный вокзал, находящийся в километре от предприятия. Спящие жители просыпались от чувства жара в горле и глазах», – говорил корреспондент. Питер прибавил громкость и сел на кровать.
«К этому часу известно о 1037 погибших, пострадало ещё около 3 тысяч человек. У всех – признаки сильного отравления. В районе катастрофы объявлено чрезвычайное положение. Эвакуировано более 70 тысяч человек. Продолжается массовая эвакуация людей. Специалисты проводят дезактивацию территории, однако едкие пары продолжают распространяться. Сейчас облако ядовитого газа движется в сторону центральной части города.
Большое число жертв объясняется высокой плотностью населения, несвоевременным информированием населения, нехваткой медперсонала, а также неблагоприятными погодными условиями – облако тяжёлых паров разносится сильным ветром.
Сейчас проводится экспертиза, чтобы установить, какие точно отравляющие вещества были выброшены в воздух. Все попытки связаться с руководством завода не увенчались успехом. В первые часы владельцы завода намеренно не называли состав ядовитого газа, ссылаясь на коммерческую тайну предприятия. Это увеличило количество жертв, так как врачи не могли подобрать эффективное лечение.
Специально созданная комиссия выясняет причины трагедии. Среди версий преобладают грубое нарушение техники безопасности и намеренное саботирование работы предприятия. Версия теракта исключается».
«Жертв будет больше», – произнёс Питер Джексон тихо и выключил телеприёмник. Неожиданно он ощутил лёгкую дрожь. Питер не мог найти себе места. Тревога возникла неизвестно откуда.
«Что происходит? Что меня беспокоит?» – спросил Джексон. Он с минуту прислушивался к себе. Полученные ответы не понравились Джексону. Ответы только усилили его внутреннее смятение.
Питер Джексон быстро оделся, схватил телефон, кошелёк, связку ключей и пулей вылетел из квартиры.
«Что за ерунда? – спросил Джексон себя и посмотрел в зеркало заднего вида. – Ничего не понимаю». Он повернул ключ зажигания и нажал на педаль газа.
Питер Джексон залетел в трёхэтажное здание национальной библиотеки. Внутри он незамедлительно подошёл к алфавитному каталогу, расположенному в центре огромного зала. Он перебирал потрёпанные карточки. «Нет, этого не может быть. Определённо, не может быть. Ну, не бывает так в жизни», – уговаривал Питер себя. «Так не должно быть. Это неправильно», – лепетал он нервно. Тут герой резко выдернул ящик с карточками и бросил на пол. Читатели и работники с удивлением посмотрели на Питера, а потом переглянулись между собой.
Джексон попятился. Он услышал перешёптывание и ощутил кожей неодобрительные взгляды посетителей. Осмотрев просторное помещение и находящихся в нём людей, Питер Джексон тотчас же удалился вон.
«Так не бывает, не бывает, – повторял Джексон. – Так не бывает». Он как угорелый спускался по лестнице. Питер плохо понимал, что происходит. Он с трудом мог оценить ситуацию. Питер находился во власти сильных эмоций. Он ничего не замечал вокруг себя. Это дало о себе знать. Питер споткнулся и ударился головой обо что-то твёрдое. В следующую секунду в глазах Питера потемнело, и он потерял сознание.
Питер Джексон оказался в чёрном пустом пространстве. Тут капелька воды попала на лицо Питера. Через секунду ещё одна упала на плечо, потом другая опустилась на волосы. Пошёл сильный дождь.
Начало светать. Джексон стоял посреди кладбища. В пяти метрах от себя он заметил группу людей. Все были в чёрном, они стояли под зонтами. Священник говорил что-то своё. Внутреннее чутье подсказывало, что нужно подойти.
Джексон приблизился. Он узнал сына, узнал Джима Кёртиса, его жену. Лица остальных людей он не увидел. «Кто умер?» – спросил Питер, но его вопрос улетел вникуда. Никто не обернулся, никто из присутствующих не заметил Питера.
Джексон положил руку на плечо своего мальчика. Рука плавно прошла насквозь. Питер Джексон ощутил жуткий холод. «Кого хоронят?» – прошептал он и взглянул на могильную плиту. Питер не поверил своим глазам. Он прочитал собственное имя.
Тут всё вокруг растворилось словно мираж, и мгновением позже Питер Джексон оказался совсем в другом месте – в светлом просторном зале с высокими потолками и стройными рядами мраморных колонн по периметру. Он сидел в старом рваном кресле, из многочисленных дыр которого торчала набивка. Напротив расположилась деловая часть личности.
– Ну, здравствуй, Питер!
– Здравствуй!
– Что с тобой творится? Что ты так паникуешь?
– Я посмотрел бы на тебя, что ты делал бы на моём месте, если бы узнал, что вернулся к тому, с чего начинал, – выпалил Питер оживлённо.
– Всё правильно. Ты вернулся к началу.
– Как? Почему? Не понимаю. Я же принял мечту. Я сделал всё, что вы говорили.
– Сделал, да не сделал.
– Это как? – спросил Питер удивлённо.
– А так. Ты всё делал для сына, а не для себя. А значит, ничего не сделал. Других можно обмануть, но не себя. Поэтому ты вернулся к началу. Ты вернулся, чтобы повторить пройденный путь. Ты вернулся, чтобы подтвердить свой выбор. Помнишь, мы с разумом заключили временный договор? Через три дня срок истекает. Нет договора, нет единства, нет мечты.
– А если я откажусь, что тогда будет?
– Ты помнишь свою первую пресс-конференцию? Помнишь, что тогда говорил?
– Да, помню, – Питер на секунду задумался. – В смысле, если я повторно не приму свою мечту, теперь уже для себя, то я через три дня умру? Поэтому я видел свои похороны?
– Именно. Ты всё правильно понял.
– Э-э-э, нет. Мы так не договаривались. Я не могу умереть.
– Почему? – поинтересовалась деловая часть личности. – Ты ведь человек. А люди умирают. Значит, и ты можешь умереть.
– Но я должен жить, – настаивал на своём Питер. – Мне есть ради чего жить. Мне сына нужно воспитывать.
– Неверная постановка вопроса. Человек не может жить ради другого. Я уже говорил тебе об этом.
– Да, помню, – произнёс Питер Джексон и опустил глаза.
– Человек может жить только для себя, – продолжила деловая часть. – Хочешь жить, то живи для себя. Живи ради своей мечты. Иначе не получится.
– Три дня, значит. И что мне делать?
– Будь честен с собой. Обман рано или поздно всё равно вскроется. Тогда снова вернёшься к исходной точке. И это будет продолжаться до тех пор, пока не сделаешь всё правильно.
– Это всё?
– А теперь главное. Доверяй себе, слушай своё сердце. Тогда ты всё поймёшь.
– Опять загадками начал говорить, – пробубнил Джексон разочарованно.
Только он это сказал, как почувствовал резкий, неприятный запах. Питер Джексон открыл глаза и увидел женщину в белом. Рядом стояла карета скорой помощи, вокруг собралась толпа зевак. Питер лежал на асфальте. Голова немного гудела.
– Так. Хорошо, – сказала врач и убрала вату в карман. – Сесть сможете?
– Да, – произнёс Джексон. Перед глазами Джексона всё поплыло.
– Следим за рукой, – Джексон чётко выполнял все указания врача. – Как ваше самочувствие?
– Вроде нормально.
– Голова кружится? Тошнит?
– Голова немного болит. Тошноты нет.
– Это нормально. Скоро пройдёт. Идти сможете?
– Думаю, что да.
– Помогите Питеру встать, – обратилась женщина к юноше.
– Спасибо вам.
– Да, не за что. Вы следующий раз так не носитесь. Вам ещё повезло, что под колёса не угодили, – сказала женщина в белом и закрыла свой чемоданчик.
– А откуда вы знаете, как меня зовут?
– Странный вопрос. Вы Питер Джексон. Провидец. Вас все знают.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Герой сидел за столиком в ресторане «Президент» и изучал меню. Пропустив карту вин, Питер переключил своё внимание на холодные блюда. Он с минуту смотрел на открытую страницу и сам не заметил, как задумался. Через какое-то время он отложил меню на стол и посмотрел на друга.
– Интересное кино получается, – произнёс он.
–Ты это к чему? – поинтересовался Джим Кёртис.
– Да всё к тому же.
– Пока ты говоришь загадками. Ты хоть ключ к своему ребусу дай. А то я тебя пока что не понимаю.
– Я про города-призраки говорю. Вчера активизировались ещё пять городов – Багдад, Торонто, Лагос, Сантьяго и ещё Токио, кажется.
– Всё верно. Токио оживился, – подтвердил Кёртис.
– Итого на сегодняшний день проснулись восемь городов-призраков.
– Ты всё это к чему? Я пока тебя не пойму.
– Сначала один город, затем два города, теперь пять городов. Что-то вроде геометрической прогрессии получается. Это значит, что в следующий раз проснутся десять городов, затем остальные двенадцать. Примерно так.
– В общем, ты прав, – согласился Джим.
– Мне вот интересно, почему официант не подходит? – переключился Питер.
– Ты куда-то торопишься?
– Нет. Я голодный как волк. Буйвола бы съел.
– Ясно.
– Ну, наконец-то, – обрадовался Питер, когда увидел официанта.
Экран монитора мигнул один раз, и изображение восстановилось. За беседой Питера и Кёртиса наблюдали девять пар глаз. За большим круглым столом сидели восемь воплощений Питера Джексона и разум. Все они находились в большом светлом зале. Помещение потрясало своей красотой и роскошью.
– Разум, не пугайся. Это помехи. Такое время от времени бывает, – пояснило воплощение Питера в джинсах.
– У вас тоже бывают помехи? – удивился разум.
– Как видишь, бывают. Такое случается, когда связь ослабевает. Но вернёмся к делу.
– Вы только посмотрите на него, – вступила в беседу другая часть личности. – Ему два дня жить осталось, а он о еде думает, и о городах-призраках рассуждает.
– Что делать-то? Помрёт ведь так. Тогда миссия накроется медным тазом, – высказалась третья часть.
– Нужно определённо вмешиваться. Тогда мы правильно собак к нему послали. А то блуждал бы по пустыне ещё год.
– А что толку-то? Какой день сидит и ждёт. И ничего не делает, – прокомментировал банкир – четвёртая часть личности.
– Значит, надо намекнуть так, чтобы понял что к чему.
– Надо намекнуть. Ваши предложения, господа? – сказал модератор – одна из частей личности.
– Надо запускать план Б.
– Какой план Б! Это же тупик. Он же упёртый как осёл.
– Что верно, то верно. Упёртый. А что тогда делать? Сроки-то поджимают.
– Верно, все сроки уже горят. Нужно принимать экстренные меры, – произнесла деловая часть.
– Ты про план Д?
– Да, про план Д.
– Но ведь это опасно, – возразил телохранитель.
– Да, признаю. Риск есть. И большой.
– Мы так, и так рискуем. Ещё два дня и всем нам придёт конец.
– Тогда ничего не остаётся, как запускать линию Д, – сделал вывод хранитель.
– Если кто-то против, высказывайтесь сейчас. Потом уже поздно будет предъявлять претензии.
– Но здесь есть такой вариант, где Питер становится инвалидом. Посмотрите на график. А в этом случае, он вообще может коньки отбросить.
– Да, такие риски есть. Вероятность, что он станет инвалидом всего пять процентов, А вероятность смертельного исхода и того меньше. Цифры маленькие, статистически незначимые, так что можно пренебречь этими вариантами, не брать их в расчёт.
– Да, да. Я бы не стал так делать.
– Да, ты вечно перестраховываешься.
– И где мы сейчас были бы, если бы не я.
– Стоп. Мы здесь собрались вопросы решать, а не ругаться, – отрезал модератор. – А ты успокойся. Мы всё знаем, что твоя задача – это обеспечить безопасность Питеру, сохранить его жизнь и здоровье.
– Если на то дело пошло, то все планы сопряжены с определённым риском для жизни и здоровья. Посмотрите сюда, сюда и сюда. Да везде есть риски. Тогда давайте откажемся от всех планов и ничего делать не будем. А через два дня нас не станет вместе с Питером. А здесь стопроцентная вероятность. Я лично проверял. Если Питер не примет свою мечту, то смерть неизбежна. У нас нет другого выбора. Нужно реализовывать план Д, нужно решаться.
– Можно ведь создать новый план? – вставил своё слово разум.
– У нас мало времени. Мы просто не успеем.
– Можно пересмотреть другие планы ещё раз.
– Я сто раз смотрел. План Д самый эффективный.
– Я поддерживаю деловую часть. Он верно говорит. Мои расчёты подтверждают его выводы.
– Тогда давайте голосовать? – предложил модератор.
– Давайте, – сказал банкир и поднял руку. Остальные части личности вслед за ним подняли руки, тем самым выразив своё согласие.
– Решение принято единогласно. План Д запустится сегодня через 15 минут.
Питер Джексон и Джим Кёртис вышли из ресторана. Они мило беседовали и громко смеялись. Друзья направились на автостоянку.
Уже через пару минут они ехали в потоке машин и слушали музыку. Загорелся красный свет светофора, и Джим Кёртис плавно нажал на педаль тормоза. Чёрный внедорожник Кёртиса остановился у железнодорожного переезда. Впереди остановились ещё четыре легковых автомобиля.
Питер посмотрел через лобовое стекло. Десятилетний мальчик в автобусе скорчил смешную рожицу. Питер в ответ улыбнулся. Но автобус с детьми почему-то не останавливался. Джексон насторожился. Он посмотрел на светофор, по-прежнему горел красный свет, потом на шлагбаум, он был поднят.
– Смотри, водитель автобуса на красный прёт. Он слепой что ли? – обратился Джим к другу.
Тем временем машина с детьми выехала на железнодорожные пути. Секундой позже поезд на полном ходу протаранил школьный автобус. Послышался скрежет и треск металла. Удар был настолько сильным, что автобус моментально превратился в груду искорёженного металла, которую ещё несколько сот метров тащило по насыпи вслед за составом.
Питер и Джим находились в состоянии шока. Они не могли вымолвить ни слова. Через минуты три Питер немного пришёл в себя. Он вышел из автомобиля и посмотрел на асфальт. На земле повсюду были разбросаны детские ранцы, книги и игрушки. Он поднял плюшевого мишку и вернулся в машину.
– Нужно ждать полицию.
– Да, надо, – согласился Джим.
– Звонить не надо. Вон в той машине уже позвонили.
– Хорошо, – произнёс Кёртис и положил сотовый телефон.
– Извини меня, Джим.
– За что?
– Ты увидел этот кошмар только потому, что ты был рядом со мной.
– Я так не думаю. И вообще ты в этом не виноват. Я – взрослый человек и знаю, что делаю. Я знаю, кто ты. Я такое предполагал, допускал, что когда-то увижу что-то подобное. Я допускал, что рано или поздно происходящее с тобой коснётся меня лично. Но несмотря на это согласился встретиться с тобой. Это мой выбор, моё решение. Так что тебе не за что извиняться. Поэтому не зли меня.
– Ладно, как скажешь. Впервые вижу тебя таким.
– Мы с тобой впервые в такой ситуации. Поэтому в первый раз видишь меня таким.
– Я надеюсь, что в первый и в последний раз.
– Хотелось бы. Но в нашем мире так повелось, что человек желает и планирует, а жизнь вносит в планы людей свои коррективы. Я не думаю, что кто-то в автобусе сегодня планировал умирать.
Беседу друзей прервал стук. Это был полицейский. Кёртис выключил радио и опустил автомобильное стекло.
Питер вернулся домой далеко за полночь. Минувший день дал о себе знать. Усталость проникла в каждую мышцу тела героя. Джексон медленно разделся и лёг в кровать. Он вспомнил страшную аварию, свидетелем которой стал. То и дело перед глазами всплывали трагические картины. Он не мог поверить в случившееся. Это никак не укладывалось в голове. «Погибли 47 детей. Неужели все они не приняли себя? Они же дети. У них вся жизнь была впереди», – размышлял Питер.
– Это не твоя забота, – послышалось откуда-то сверху.
Джексон оказался на месте жуткого столкновения. Но всё вокруг было каким-то необычным. У Питера возникло такое ощущение, как будто он оказался на съёмочной площадке, а режиссёр, оператор и актёры ушли на обеденный перерыв.
Перед переездом были оставлены пустые автомобили. На путях застыл локомотив, таранящий искорёженный школьный автобус. Вокруг были разбросаны детские вещи.
– Как не моя забота? Они ведь умерли у меня на глазах, – возразил Джексон.
– А так, – к Питеру подошла деловая часть и передала плюшевого мишку. – Эти дети при любом раскладе умерли бы. Сегодня или завтра, при других обстоятельствах, но умерли бы.
– Тогда я ничего не понимаю.
– А что тут непонятного? Смерть ходит рядом с тобой. Тебе осталось жить сутки. Вместо того, чтобы подумать о себе, ты думаешь о других.
– Такова моя миссия. Я должен думать о других.
– Э-э-э, нет, брат. Во-первых, это пустая трата времени. Ты ведь не можешь за людей принять решение, не можешь выбрать за них. Свободу выбора ещё никто не отменял. А во-вторых, мёртвый ты не сможешь материализовать свою мечту. Если ты умрёшь, то твоя мечта умрёт вместе с тобой, и тогда человечество будет обречено.
– Почему? Я не понимаю.
– Ты играешь ключевую, важную роль во всей этой истории. Ты задаёшь основной тренд, определяешь главное направление. Остальные люди лишь усиливают твой выбор, поддерживают тебя в твоём решении, питают твоё начинание энергией.
– Разве так бывает, чтобы весь мир крутился вокруг одного человека?
– Бывает. Время от времени рождаются особенные люди. Они способны изменить мир, способны разбудить людей, воодушевить их на великие дела, способны повести за собой. И ты один из них.
– Почему вы мне об этом не говорили раньше?
– Всему своё время. Ты прекрасно знаешь об этом.
– И что теперь?
– Пора подтвердить свой выбор. Перед тобой две двери. Правая дверь – это дверь к твоей мечте, к твоей новой жизни. Левая дверь ведёт к твоей смерти и к гибели человечества.
– А если я откажусь делать выбор?
– Это мы уже проходили.
– Я умру и всё человечество в придачу, – сказал Питер грустно и опустил голову.
– Именно. Я вот смотрю на тебя и всё никак не могу взять в толк, что тебе мешает? Ведь мы уже вроде бы во всём разобрались. Что тебя смущает?
Джексон на минуту задумался.
– Я уже много лет ничего не делал для себя. Наверное, разучился.
– Эта проблема решается легко. Вспомни своё детство до того страшного случая на спортивной площадке, и этот навык вернётся к тебе.
– Ладно, я попробую.
– Не нужно пробовать, надо действовать. Попытка предполагает неудачу. А действие подразумевают успех.
– Хорошо. Я всё понял.
Питер Джексон подошёл к правой двери и закрыл глаза. Герой сосредоточился на себе, на своих мыслях и ощущениях. Перед глазами Джексона проносилась кинолента его жизни. Тут он оказался на собственном дне рождения. Он увидел своих друзей, своих родителей. Он увидел маленького себя. Играла приятная музыка, отовсюду доносился смех. Это было счастливое и безмятежное время. Питер вспомнил то ощущение лёгкости, о котором давно забыл. Он вспомнил ту радость, которую много лет не испытывал. Добрые, светлые воспоминания завладели всем существом Питера. И яркий тёплый свет заполнил всё вокруг.
Питер открыл глаза и осмотрелся по сторонам. Джексон стоял в центре арены амфитеатра. Тысячи глаз были устремлены на него. Питер не успел опомниться, как трибуны взорвались мощным эмоциональным всплеском. «Он сделал это. Он принял свою мечту для себя», – скандировали зрители. Отовсюду послышались радостные возгласы, на сцену полетели цветы и мягкие игрушки, в небо устремились сотни воздушных разноцветных шаров. На кристально чистом голубом небе появилась радуга.
– Вот видишь, все части твоей личности ждали этого момента. Они долго ждали и надеялись. Они радуются, они ликуют, – сказала деловая часть личности.
– Я вижу. Честно говоря, я не ожидал такой реакции.
– Ты что? Сегодняшний день войдёт в историю твоего мира как самое важное событие. Этот день будут отмечать как величайший праздник.