Николай Алексеевич Зарудный: путешественник, зоолог, коллектор, охотник и замечательный человек

© В.Ю. Ильяшенко, 2020.

© ИПЭЭ РАН, 2020.

© ООО «КМК», издание, 2020.

От редактора

Жизнь многих естествоиспытателей-натуралистов России конца XIX – начала XX веков – это научный подвиг. Опасные путешествия в неизведанные края, катастрофические события в Российской империи этого времени и вокруг нее – все это наложило отпечаток и на жизнь исследователей природы того времени.

В полной мере это можно сказать и о выдающемся русском зоологе Николае Алексеевиче Зарудном – фаунисте, систематике и неутомимом путешественнике по Закаспийскому краю и Ирану. Научные заслуги, некоторые сведения о жизни этого ученого, внесшего огромный вклад в отечественную орнитологию, и ранее приводились в отдельных научных статьях и воспоминаниях современников. Тем не менее, о жизни нашего соотечественника, могила которого теперь волею судеб оказалась в другом государстве, известно очень мало.

Книга В. Ю. Ильяшенко восполняет недостаток биографических сведений о Н. А. Зарудном. В ней автор описывает не только становление будущего ученого-натуралиста, начиная с его детских лет, обучение в петербургском кадетском корпусе, первые исследования в Оренбургском крае и последующие в Закаспии и Иране, но и приводит описания встреч и материалы переписки Н. А. Зарудного с выдающимися учеными рубежа веков. Подробно описан Туркестанский период его жизни, научной и общественной деятельности.

Монография иллюстрирована выдержками из рукописей, дневников Н. А. Зарудного, фотокопиями страниц разнообразных документов, связанных с его жизнью и путешествиями, многочисленными фотографиями, в том числе сделанными во время экспедиций. Большинство уникальных документов и оригинальных фотографий, приведенных В. Ю. Ильяшенко, хранятся в архивах Ташкента и Санкт-Петербурга и ранее не публиковались. Некоторые документы считались утерянными. Автор не только изучил эти архивы, в которых нашел массу интересных сведений о жизни, работе и путешествиях Н. А. Зарудного. Он сподвиг узбекистанских зоологов на проведение первой международной конференции памяти Н. А. Зарудного и собрал пожертвования на памятник этому выдающемуся зоологу-орнитологу в Ташкенте.

Книга написана живым эмоциональным языком, который отражает восхищение автора Николаем Алексеевичем Зарудным и теми полными опасностей и приключений экспедициями, которые осуществил этот выдающийся путешественник и натуралист.

Предисловие

В 2019 году исполнилось 160 лет со дня рождения и 100 лет со дня кончины великого дерзкого путешественника, знаменитого фауниста и систематика, орнитолога, неутомимого коллектора, страстного охотника и замечательного человека Николая Алексеевича Зарудного.

В 1940 году Н. А. Бобринской, по поручению Московского общества испытателей природы (МОИП), подготовил биографию Н. А. Зарудного (Бобринской Н. А. 1940. Николай Алексеевич Зарудный. Зоолог и путешественник (1859–1919) с приложением статьи А. П. Семёнова-Тян-Шанского «Памяти Н. А. Зарудного» (М. Изд-во МОИП. 73 с.) и опубликовал ее в юбилейном издании (к 135-летнему юбилею Московского общества испытателей природы (1805–1940).

В 2011 году мы с М. Г. Митропольским – зоологом, сотрудником Госбио-контроля Госкомприроды Республики Узбекистан, посетили кладбище в Ташкенте, где был захоронен Н. А. Зарудный, Музей природы Республики Узбекистан, где хранится коллекция собранных им кладок, кафедру зоологии им. Н. А. Зарудного Национального университета Узбекистана, где хранятся коллекция тушек птиц, библиотека, архив с наградами, письмами, «Послужным списком» и оригинальной картой маршрутов по Персии Н. А. Зарудного. Договорились установить памятник и организовать проведение международной конференции, приурочив ее к 100-летнему юбилею экспедиции Н. А. Зарудного в Кызыл-Кумы (1912 г.). М. Г. Митропольский блестяще осуществил задуманное.

Предлагаемая читателю монография основана на уточненной информации из публикации Н. А. Бобринского, архивных материалах Национального университета Узбекистана имени Мирзо Улугбека, публикациях самого Н. А. Зарудного, иных опубликованных источников, сведений из интернета, предоставленных Е. Э. Шергалиным исторических материалах и редких изданиях, переданных Р. Д. Кашкаровым фотографиях архива и коллекции Н. А. Зарудного. М. Ф. Матвеева предоставила возможность ознакомиться с рукописями, дневниками и фотографиями Н. А. Зарудного в Научном архиве Русского географического общества в Санкт-Петербурге, В. М. Лоскот – с рукописью монографии «Птицы Туркестана» в Зоологическом институте РАН, Н. Г. Антипов предоставил для публикации фотографию преподавателей Ташкентского кадетского корпуса из фонда Музея истории российского кадетства, ГМЗ «Ростовский кремль» – фотографии медали имени Н. М. Пржевальского Императорского русского географического общества из фонда музея.

Известный эстонский исследователь биографий ученых Е. Э. Шергалин, сотрудник Национального университета Узбекистана, куратор коллекции, библиотеки и архива НА. Зарудного Р. Д. Кашкаров и доцент Оренбургского государственного педагогического университета А. В. Давыгора внесли существенные дополнения в рукопись предлагаемого издания.

Жизнеописание Н. А. Зарудного изложено в хронологическом порядке. Это было время глубоких исторических перемен во внутренних и внешних событиях в конце существования Российской Империи – крестьянские и рабочие волнения, бунты и погромы, реформы Столыпина, русско-японская война, Первая мировая война, национальные вооруженные волнения в Средней Азии, революция, Гражданская война, борьба с басмачеством. На этом фоне продолжалась российско-английская «Большая игра» за влияние на Персию, Афганистан, «Китайский» и «Русский Туркестан». Несмотря на такие события, были и патриоты, не стремившиеся к служебной карьере, не участвовавшие в политических и военных баталиях. К ним и относился Н. А. Зарудный. Он был самоотверженным, мужественным солдатом науки, служил ей преданно, честно и, безусловно, ему принадлежат одни из самых ценных и ярких страниц в истории изучения природы Украины, Оренбуржья, Псковщины, Средней Азии и Персии. Вся жизнь Н. А. Зарудного – это череда сложнейших задач, которые он ставил перед собой и никогда не отступал от их решения.

Род Зарудных

Николай Алексеевич Зарудный принадлежал к старинному, известному потомственному дворянскому роду, к воинской династии. Самойло Богданович Зарудный, малороссийский (запорожский) генеральный судья, один из предков Николая Алексеевича, послан гетманом Войска Запорожского Богданом Хмельницким в 1652 году к царю Алексею Михайловичу с просьбой принять Малороссию в российское подданство.

Другой предок – Григорий Федорович Зарудный (?– 1708), миргородский полковой есаул и судья, участвовал в Крымских походах 1687–1689 годов. 27 апреля 1699 года послан к Турецкому султану с царской грамотой. Универсалами гетмана Войска Запорожского Ивана Мазепы и царскими грамотами (1690 г.) пожалован поместьями. Его потомство внесено во II часть родословной книги Полтавской и Харьковской губерний.

Свод законов Российской империи определял дворянство как сословие, принадлежность к которому «есть следствие, истекающее от качества и добродетели начальствующих в древности мужей, отличивших себя заслугами, чем, обращая самую службу в заслугу, приобретали потомству своему благородное нарицание. Благородными разумеются все те, кои от предков благородных рождены, или монархами сим достоинством пожалованы». Одним из важных прав, которые давали исключительно дворянам, было право иметь родовой герб. Такой герб можно определить как композицию символов (эмблем), поясняющих происхождение, заслуги и современный статус рода. Герб закреплял право на потомственное дворянское достоинство, родовые титулы и делал их видимыми.

На гербе в голубом поле – сердце, пронзённое сломанным копьём. По сторонам от него кавалерский крест и лев, снизу – в красном поле лодка с пушкой. Нашлемник – шапка с пером, пронзённым стрелой. Это самобытный малороссийский герб, т.е. в Российской империи официально не утвержденный. Значения символов герба могли бы объяснить только обстоятельства его принятия – дарование, семейное историческое событие и так далее. Современная семантика элементов герба здесь не применима. Зарудные – малороссийский (запорожский) по происхождению род. В гербах казачьих старшин часто встречаются сердце, стрелы, звезды, иногда пришедшие из польской геральдики. Семейные предания о значении элементов герба не сохранились. Во всяком случае, лодка с пушкой, как и сердце, пронзенное копьем, очевидно, связаны с какими-то эпизодами из жизни Самойло Богдановича Зарудного.

Родовой герб Зарудных

Дед Н. А. Зарудного – Андрей Андреевич, родился около 1786 года. Служил в Инженерном корпусе, Ладожском пехотном полку, откуда подпоручиком в 1810 году ушел в отставку. За ним с братьями в 1842 году в Изюмском уезде Харьковской губернии числилось 300 душ мужского пола и 3500 десятин земли.

Отец Н. А. Зарудного, Алексей Андреевич (21 мая 1826 – 5 января 1885), состоял на военной службе в Кирасирском великой княгини Марии Николаевны полку. Выйдя в чине ротмистра в отставку, занялся литературными трудами. В 1860-х годах он вместе с братом Николаем Андреевичем издавал газету «Петербургский Листок» (1866–1870 гг.), по результатам публикаций в которой пришлось вести судебные процессы, давшие ему печальную известность. Жил с женой в Петербурге широко открытым домом. Отличался страстной, неуравновешенной натурой, был азартным картежником и не оставил своему потомству никакого состояния. Погребен на Никольском кладбище Александро-Невской лавры в Петербурге.

Мать – Евдокия Николаевна, добрейшая, но малообразованная женщина, после смерти мужа вернулась в с. Гряково. Умерла 23 июня 1908 года.

Село Гряково Банковского уезда Харьковской губернии (в настоящее время Полтавская область, Украина) возникло в начале XVIII века. Владела им семья Куликовских. С 1835 года оно перешло к дочери Н. М. Куликовского Софье Николаевне – жене подпоручика Алексея Андреевича Зарудного. С этого времени с. Гряково и окружающие села принадлежали роду Зарудных, распоряжалась ими Вера Андреевна, сестра Алексея Андреевича, у которой при дер. Гряково-Софьевка было 846 десятин земли.

У Зарудных двое сыновей. Старший, Алексей (1856–1918), получил образование в Елисаветградском кавказском юнкерском училище, был холост, дослужился до подполковника Пограничной стражи, участвовал в кавказской кампании 1877–1878 годов, награжден орденами и медалями, расстрелян большевиками в Киеве в 1918 году. Своему младшему сыну Николаю родители уделяли мало внимания, и мальчик все детство провел на родине, в имении дяди и тети.

Николай Алексеевич Зарудный родился 13 (26 по новому стилю) сентября 1859 года. До 11 лет воспитывала его незамужняя тетя, Вера Андреевна Зарудная, последняя помещица с. Гряково. Немалое влияние на интерес к природе оказал и дядя, Николай Андреевич. Николай Алексеевич Зарудный пишет об обыкновенной чечевице: «Это одна из самых обыкновенных птиц в заросших ольхой и ивою болотах в долине Орчика. По словам моего дяди Н. А. Зарудного лет тридцать пять тому назад красный воробей нигде не встречался в нашей местности». Николай Андреевич с любовью относился к своему саду с «искусственными насаждениями многочисленных видов и пород разных дерев и кустарников, частью туземных, частью совершенно чуждых нашей стране, но усвоенных ей трудами моего дяди Н. А. Зарудного».

Как вспоминали старожилы, «у гряковских помещиков Зарудных барщина доходила до шести дней на неделю, а труд длился от восхода до заката солнца». В 1854 году отец, Алексей Андреевич Зарудный, выиграл в карты сорок семей у помещика села Буково-Медведского Данковсько-го уезда Рязанской губернии. Переселенным в Гряково крестьянам пришлось жить в землянках и сараях. Но их ожидала новая беда: через пару лет Зарудный продал 33 семьи в Барвенковський уезд.

Социально-экономическое положение крестьян Полтавской и Харьковской губерний в следующее десятилетие, после отменившей крепостное право реформы 1861 года, было чрезвычайно тяжелым. Малоземелье, обременительные выкупные платежи, многочисленные налоги и тяжелая эксплуатация полукрепостничества приводили к разорению и упадку крестьянских хозяйств. Из года в год росли количество безземельных и малоземельных крестьян, а также таких, которые не имели ни рабочего, ни производительного скота. Крестьяне-крепостные по всей стране не мирились со своим положением. Учащались подпалы помещичьих имений, физические расправы над помещиками. Происходили и массовые выступления. Ощутимо это было и в имениях Зарудных, где был жестокий управитель.

Детство и учеба

С раннего детства у мальчика Николая Зарудного, жившего в поместье «на воле», по-видимому, не было интереса к социальной жизни. В своих воспоминаниях об этом периоде он пишет:«Уже с давних пор зародилась во мне страсть к природе, к странствиям, охоте и наблюдениям за образом жизни животных. Еще, будучи мальчиком, ловил я насекомых и птиц, собирал растения, ставил ловушки на зверьков, добывал птичьи гнезда и яйца. И не было для меня, как нет и теперь, ничего дороже свежего воздуха, синего неба, простора степей и лугов, чащ лесных, крепей болотных…».

Коля Зарудный в первые годы обучения в Петербургском кадетском корпусе

В 11 лет Коля был отдан в кадетский корпус в Петербург, очевидно, под присмотр родителей. Однако он возненавидел его казенный режим и городскую жизнь – и бежал. Известно, что в учебное время зимой 1878 года он в Москве, а в апреле 1879 года – в Самаре. По воспоминаниям А. М. Никольского он пытался бежать в Америку. Его ловили и водворяли обратно. Но корпус так и не закончил. Как вспоминал сам Зарудный, «из школ меня выгоняли за любовь к природе и странствиям». Примечательно, что этот мальчик, не подчинявшийся казенной школьной дисциплине, по отношению к себе был чрезвычайно дисциплинированным и вел с исключительной методичностью дневники, написанные аккуратным, четким почерком.

Оренбургский Неплюевский кадетский корпус

Постоянно скитаясь, Николай, тем не менее, закончил в 19 лет Учительскую семинарию военного ведомства и Оренбургское юнкерское казачье училище. Прямо из училища назначен 1 июня 1879 года учителем в Оренбургскую военную прогимназию (по другим данным он преподавал и в училище, и в прогимназии), а затем штатным преподавателем естественной истории, географии и рисования в преобразованный из прогимназии Оренбургский Неплюевский кадетский корпус.

Удивительны качество образования в военных учебных заведениях того времени и способности нерадивых выпускников!

Оренбург

С этих пор он стал жить исключительно на свой заработок и проводить все свободное время осенью, зимой и весной на охоте и экскурсиях, главным образом в окрестностях Оренбурга. Весной, когда начинался пролет птиц, он ухитрялся сбегать пострелять даже в большую перемену между уроками в Зауральскую рощу.

В первые годы молодой учитель старался вписываться в учебный процесс и использовал для более отдаленных поездок только двухмесячные отпуска. В «Послужном списке» за 1880–1883 годы есть записи о том, что он «был в каникулярных отпусках с 1 июня по 5–8 августа».

Об этих первых годах он пишет: «Я бродил по обширным луговым пространствам Илека, по окрестным степям и рощам, я проводил ночи на берегах многочисленных там озер и лиманов, я посещал непролазные топи и болота и всюду наблюдал за деятельностью, неугомонною, бурною жизнью вечно беспокойных птиц, и теперь с каким удовольствием вспоминаю тот свободный воздух, которым дышать мне никто не мог помешать, с какой ясностью возобновляется в моей памяти то высокое чувство свободы и воли, которым я наслаждался, бодро шагая по просторной степи, по барханам и лугам. Много скучных месяцев пройдет моей тусклой, бесцветной учительской деятельности, много раз с тоской буду вспоминать минувшие, настоящей жизнью кипевшие дни, пока опять поведу их так, как привык с давних пор, а не как велят мне другие».

В это время у него уже была большая коллекция птиц, и своей страстью коллекционирования он заразил и некоторых своих товарищей по корпусу. Один из этих сослуживцев тоже собрал порядочную коллекцию птиц, но меньше в них понимал. Случалось, что ему попадался какой-нибудь редкий экземпляр. Тогда Зарудный устраивал мену на какую-нибудь редкость из своей коллекции, а редкость эту приготовлял собственноручно. Например, к туловищу трясогузки пришивал голову овсянки и выдавал это свое произведение за помесь трясогузки с овсянкой. Сослуживец охотно менял свой экземпляр на такую «редкость».

Уже в 1881 году Зарудный публикует первую статью в московском журнале «Природа и Охота» – «Наблюдения над птицами в окрестностях Оренбурга», в которой на 45 страницах приводит данные по 151 виду, главным образом фенологические. Всего за первые четыре года публикует в этом журнале шесть статей, в том числе по содержанию птиц и корсака в неволе. В 1884 году продает коллекцию птиц в Зоологический музей Императорской академии наук, а рукопись монографии «Орнитологическая фауна Оренбургского края» передает профессору М. Н. Богданову, с которым состоял в переписке с 1883 года. Рукопись опубликована в 1888 году, уже после смерти М. Н. Богданова, и вышла под редакцией Ф. Д. Плеске, заведующего в то время орнитологическим отделением Музея. В своём предисловии Ф. Д. Плеске, который также состоял с Зарудным в переписке с 1883 года, пишет: «Описание географического распространения и образа жизни птиц Оренбургского края составлено Н. А. Зарудным превосходно, так что его работа может считаться достойным продолжением и дополнением известного труда покойного проф. Эд. А. Эверсманна «Естественная история Оренбургского края»».

В этой первой большой работе Николая Алексеевича уже вполне сказались характерные черты его последующих фаунистико-биологических трудов – обилие и свежесть фактического материала, наблюдательский и писательский талант, вдумчивое отношение к фактам. Она заняла выдающееся место среди орнито-фаунистических работ и широко использована М. А. Мензбиром в сводке «Птицы России» (1895), где биологические описания ряда видов основаны, главным образом, на данных Зарудного и 15 видов введены в фауну России исключительно на основании его находок. Труд 25-летнего юноши, не имевшего специального биологического образования, научных руководителей и консультантов, изложен на 338 страницах, и по современным требованиям без сомнения являлся бы образцом докторской диссертации.

Псков и Закаспий

В 1881 году к России присоединена Закаспийская область с центром в городе Ашхабад.

С 1884 года наступает переломный момент в исследовательской жизни Зарудного. На собственные сбережения и на деньги от продажи части коллекции оренбургских сборов он предпринял первую отдаленную поездку в совершенно неисследованный Закаспий. Места были незнакомы, глубинные его части не посещал ни один зоолог, а времена – крайне беспокойные.

В «Послужном» списке отмечено следующее: «Был в отпуске с 4 июня по 14 августа 1884 г., из коего прибыл 28 сентября 1884 г., просрочка эта признана Начальством уважительною, как это видно из предписания Главного управления военно-учебных заведений».

В экскурсиях, странствуя один, он сильно отдалялся от русских опорных пунктов. Ночевал под открытым небом, греясь у костра. Питался дичью и собирал все, что мог добыть ружьем, энтомологическим сачком или просто руками. Сборы, в том числе 600 птиц, передал в Зоомузей Академии наук, а рукопись статьи направил М. А. Мензбиру, с которым в 1885 года вступил в оживлённую переписку и стал отправлять птиц для проверки своего определения.

В статье, опубликованной на французском языке М. А. Мензбиром в Бюллетене МОИП (1886), Зарудный сообщает биологические и географические сведения о 184 видах, из которых некоторые снабжены и замечаниями по систематике. В предисловии МА. Мензбир дает следующую оценку этой публикации: «Располагая очень небольшими деньгами, лишенный необходимых припасов, предоставленный собственным силам, Зарудный исследовал в зоологическом отношении Ахалтекинский оазис, и его результаты превосходят всё полученное даже целыми экспедициями, работавшими в соседних областях». Сам Зарудный (1915) пишет: «Судьба перенесла меня в Туркестан, где охоты и экскурсии оказались, конечно, более пышными, разнообразными и добычливыми. Дичь дичью, но я привык, как на экскурсии, так и во время охоты, обращать внимание не только на одно «мясо»».

Уже 19 декабря 1885 года Зарудный по предложению М.А. Мензбира и К.Э. Линдемана избран действительным членом Императорского Московского общества испытателей природы.

9 мая 1885 года Зарудный избран действительным членом Санкт-Петербургского общества естествоиспытателей.

23 мая 1885 года он опять едет в Закаспий, на этот раз со студентом А. М. Никольским. Первоначально они предполагали исследовать р. Атрек вдоль русско-персидской границы, не выходя за пределы России. Но азербайджанец, хозяин лачужки, в которой они устроились, предложил переплыть на лодке по морю, купить лошадей и двинуться вглубь Персии. Себя рекомендовал в качестве переводчика с фарси. Авантюрный план был принят, и они отправились в путь. Однако уже 11 июня давно болевшая нога Зарудного окончательно отказалась служить, разыгралась и малярия, да так, что он был вынужден покинуть спутников и поехать в Астерабад, в горных окрестностях которого немного экскурсировал. 25 июня, еле сидя на лошади, отправился в Гязь, но через неделю малярия настолько усилилась, что он был вынужден пароходом вернуться в Россию «с самыми нищенскими научными результатами». Однако в статье по результатам поездки «Материалы для орнитологической фауны Северной Персии» (1892) приводит сведения о 129 видах птиц.

Уведомление об избрании Н.А. Зарудного действительным членом МОИП

Диплом об избрании Н.А. Зарудного действительным членом МОИП

Диплом об избрании Н. А. Зарудного действительным членом Санкт-Петербургского общества естествоиспытателей

С конца июля деятельно начал экскурсировать в окрестностях Оренбурга. В конце года обращается в МОИП за финансовой помощью для продолжения работ в Закаспии и получает всего 300 руб. На эти средства с 15 апреля по 7 сентября 1886 года совершает третью поездку. Подробные результаты опубликованы и содержат общегеографические и климатические сведения, данные о 42 видах млекопитающих, свыше 300 птиц и 39 пресмыкающихся и земноводных. Таким образом, работа представляет основательный обзор наземных позвоночных Туркмении.

Летом 1887 и 1888 годов ограничился поездками по Оренбургскому краю.

В апреле 1887 г. на заседании Физико-математического отделения Императорской академии наук монография «Орнитологическая фауна Оренбургского края» и результаты исследований в Закаспии номинированы на премию имени академика Брандта, которая и была присуждена Зарудному в 1888 году.

Копия решения Физико-математического отделения Императорской академии наук

Это первая награда Зарудного. На молодого ученого и опытного коллектора обратили внимание ведущие зоологи страны и всячески способствовали его исследованиям.

В дальнейшем в «Послужном списке» отмечено, что по домашним обстоятельствам с 30 марта по 1 сентября 1889 года был в отпуске без содержания, прибыл на службу 20 сентября. Однако в это время, при финансовой поддержке МОИП, он, в сообществе со студентом Петербургского университета А. Л. Ященко, в четвертый раз широко обследует Закаспий. Публикует статью о птицах Амударьи (1890). А. Л. Ященко по результатам этих экспедиций написал свою единственную исключительно орнитологическую статью «Орнитологические наблюдения на средней Аму-Дарье в районе Чарджуй-Келиф».

Лето 1890 года проводит на родине у тетки и публикует небольшую статью «Птицы долины р. Орчика и окололежащей степи» (1892), а по возвращении деятельно коллектирует до весны 1891 года в окрестностях Оренбурга. 27 апреля, по словам Зарудного, случился «погром», в результате которого, по-видимому, значительная часть оренбургской коллекции погибла.