Моё странное пристрастие

© Михаил Юрьевич Ландихов, 2021

Вместо предисловия

Меня зовут Михаил Юрьевич, и я должен вам кое в чём признаться. Дело в том, что у меня есть…

Странность

Это совершенно дурацкое, непонятно что значащее слово – и тем не менее именно его мне и приходится использовать. Сколько раз в своей жизни я об этом слышал? Считать как-то в голову не приходило, но много. Очень много раз. И вот чем дольше я живу, тем чаще задаюсь одним и тем же вопросом. Моя странность – это вообще что? Это мой личный вариант нормальности, та самая индивидуальность, о которой так модно стало говорить в последнее время? Или отклонение от нормы, с которым тяжело живётся, особенно в нашем, всё и всех осуждающем обществе?

О месте человека в современном обществе я задумываюсь уже давно. Каким надо быть, чтобы легче жилось? Или жить легко – иллюзия, которая существует только теоретически? Это, вообще, возможно смоделировать? Рассуждая об этом, я написал свою первую книгу «Простота губит человека. История о простом человеке», и вот парадокс: чем больше ответов я получал, тем больше становилось вопросов. Сейчас, если с простотой всё относительно понятно, то вот странность – элемент для меня неизученный. Стоит ли культивировать её в себе? Стоит ли скрывать от окружающих? Сказать или не сказать? Миллион вопросов…

С собой я всегда старался быть честным. В конце концов, кто должен знать обо мне всё, если не я сам? Нет смысла скрывать от самого себя, стесняться. Вот захотел я написать песни, пошёл и написал. Исполнил сам и выложил на YouTube под собственным именем две песни: «Ты одна девчонка…» и «Ты пытаешься дозвониться». Потому что это правильно – реализовывать себя в том, чего хочется. А люди пусть принимают или не принимают, это их выбор.

Но творчество – это одно, а вот странность – совсем другое. Я с ней живу, я к ней привык, я даже не уверен, что она мне мешает. Но куда от мыслей-то денешься? А вдруг мешает? Вдруг без этого пристрастия мне было бы проще? И был бы я счастливее. Не знаю. Ответа у меня на эти вопросы не было так долго, что я пошёл на крайность и принял участие в проекте телеканала «Ю» «Моя маленькая странность».

Знаю-знаю, о чём вы сейчас подумали! «Чувак, да кто ж правду на телик ходит искать?» Верно, правда и телешоу – полнейшие антиподы, не поспоришь. Но порой мы ответы на свои вопросы находим там, где это кажется совершенно невозможным. Так что я решил рискнуть. А вам я предлагаю не останавливаться и читать дальше. Я расскажу, во что в итоге вылилась моя телетерапия, был ли в ней смысл.

И самое главное – что же это за странность у меня такая?

Вина и воля

А вы знали, что клептомания – одно из тех расстройств, относительно которого до сих пор идут споры? Разделилось мнение просвещённой общественности: одни считают клептоманов людьми больными наряду с алкоголиками и наркоманами, другие же уверены, что клептомания – вымысел, который нужен для оправдания перед законом банального воровства.

Я ни в чью пользу высказываться не буду, я не врач. Скажу лишь, что с этим то ли отклонением, то ли непонятно чем я живу всю жизнь. Да, это и есть моя странность. Я клептоман.

Считается, что принятие – первый шаг к выздоровлению. А вот не всегда. Я себя и свою чудинку принял уже очень давно, только это вообще не помогло мне что-то изменить. С самого детства мне в мозг, как и большинству людей на земле, заложили аксиому, буквально запрограммировали одним простым понятием:

«Чужое брать плохо!»

Вы посмотрите на любую детскую площадку, посмотрите и прислушайтесь. Обязательно хоть от одной мамочки прозвучит вот это заветное: «чужое не бери». И это правильно, конечно, правильно, кто спорит. И растут наши дети с этой правильной установкой, пока какие-нибудь жизненные обстоятельства не заставят эту установку пересмотреть. Ведь вон, есть те, кто миллиардами ворует, и ничего, прекрасно живут. Или, например, есть тебе нечего. Детей накормить нечем. В этом случае воровство – это что? Такой уж прям смертный грех или так, вынужденная мера?

Я это всё к чему? Меня ведь тоже правильно воспитывали. И маленький Миша Ландихов очень точно знал, что делать можно, чего нельзя, потому что мама это много раз объясняла. Но Миша скоро перестал быть маленьким, мальчик вырос в подростка, подросток, как это обычно бывает, прочувствовал на себе весь спектр возможных изменений, внешних и внутренних. И вот тогда, нарушая такую правильную аксиому о плохом воровстве, в голове начали появляться неправильные желания. Знаю, что нельзя, знаю, что плохо… Но хочется! Хочется взять вот то самое чужое, которое с детства было под запретом.

Тогда, в юные годы, меня вначале просто удивлял сам факт возможности такого желания, никаких размышлений на тему, конечно, не было. Это сейчас я с высоты прожитых лет готов остановиться и задуматься. Делает ли клептомания меня плохим человеком? Или вообще кого-нибудь? Если это расстройство личности, то нет, ведь болезнь не может влиять на мораль. Ну, в идеале не может… А если клептомания – не болезнь, а, как говорят скептики, исключительно вопрос силы воли? Так что же, значит, я сам виноват, распустил себя?

Когда ты один на один с проблемой, решить что-то невозможно. Помощь родных вообще может сделать только хуже, потому что к самой проблеме прибавляется чувство вины. Может, поэтому я плюнул на предрассудки и обратился в реалити-шоу. Телеканал «Ю» вообще богат на подобные проекты, и порой такие там ситуации всплывают, что волосы на голове дыбом встают. А моя история чем хуже? Тем более что проект давал возможность пообщаться с ведущим, крутым психологом, который уж наверняка таких как я за свою жизнь повидал немало. Мне было необходимо разобраться с этим раз и навсегда, потому что годы идут. Вина перед родными, которых мои проблемы затрагивают в первую очередь, только крепнет. А вот воля, на которую так бодро мне много раз предлагали положиться, окончательно отказалась работать. Возможно, нечто подобное испытывает человек, страдающий алкоголизмом: знает, что плохо, знает, что вредит любимым, но справиться самостоятельно уже не в состоянии.

Что ж, моя мера, может, и выглядит очень уж радикально, но её последствия однозначно того стоили. Об этом я, правда, узнал уже после проекта, а в тот момент, когда, сидя перед ноутбуком, я просматривал в интернете заявку на участие в шоу, единственным чувством в моём мозгу было сомнение.

Как сказал кто-то из великих, в сомнении рождается истина. Вот именно так я и подумал, когда нажимал мышкой на кнопку «отправить».

Сделал глубокий вдох. И отправил.

Ну да, так было не всегда

Шаг из тупика

Зачастую трудные обстоятельства провоцируют нас на решительные действия. Не имеет значения, добром это кончится или проблемой, главное, что человек решается что-то сделать. Как дворняга, загнанная в угол: неважно, насколько она милая и ласковая, лиши её выбора – и она обнажит клыки.

С человеком так же. В ситуации, когда видимых вариантов исхода не остаётся, могут проявиться и самые крутые, и самые ужасные черты. Не просто же так известны истории о том, как люди, оказавшись лицом к лицу со смертью, шли даже на каннибализм, лишь бы выжить.

Я, к счастью, в настолько чудовищных условиях не оказывался, но общая тенденция была именно такой. Примерно в возрасте двадцати четырёх лет я попал в ситуацию полной безработицы. Вот от слова совсем. Кто бывал на моём месте, хорошо поймёт, через какой моральный ад я прошёл. Взрослый сильный и совсем не глупый парень, для которого, казалось бы, весь мир открыт, элементарно оказывается не способен за еду заплатить. Ну не к маме же мне было обращаться, в конце концов. Наверное, тогда я вообще ощутил бы себя полным ничтожеством.

Нет, я просто не мог себе позволить тревожить родных. И вот на фоне этого ада с перманентным оттенком полного краха в мозгу у меня с особой вкрадчивостью заговорило моё проклятое пристрастие. Сначала тихо, осторожно, потом всё громче и решительнее. А в тот день, когда денег в кармане оставалось только на батон хлеба и палку дешёвой колбасы, моё нутро уже откровенно вопило: «Давай же! Чего стесняться-то? Поздно стесняться, всё!»

Помните, в школе на уроках экономики нам рассказывали про пирамиду потребностей Маслоу? За восемьдесят лет её существования никто ничего более точного так и не смог придумать. Если твоей первой задачей становится элементарный поиск еды для выживания, какие уж там рассуждения о высоком и прекрасном? Какое чувство вины, вы о чём, товарищи?

Вина пришла потом, после того как я вышел из супермаркета, держа под курткой продукты, за которые впервые в жизни не заплатил. А внутри в этот момент клокотал огромный вихрь из чувств и эмоций, сильнейшим из которых был адреналин. Вот это я чётко помню: адреналин, восторг и тут же подкатившая вина за то, что не стыдно. А стыдно не было. Потом, может быть, и да, но в тот момент однозначно не было.

Как вы понимаете, работа для меня не могла найтись тут же, как по волшебству, и проблемы мои решились не скоро. А украсть, как стало потом понятно, было трудно только в первый раз. Я старался быть осторожным, два раза в один и тот же магазин не наведывался, да и брал из продуктов только самое необходимое. И каждый раз убеждал себя в том, что у меня нет выбора. Что всё скоро изменится, и я обязательно компенсирую всё, что взял. Не очень понятно, как я собирался это сделать, но от таких мыслей становилось легче. Забавно, но даже в тот момент, когда я описывал свои налёты на супермаркеты психологу проекта, мне казалось, что я и впрямь собирался всё вернуть.

Собирался. Но человек – существо совершенно ненасытное, на малом он просто не способен остановиться. И подтвердилось это в тот момент, когда я украл уже не еду, а вещь. И не потому, что она мне была нужна.

Я украл её, чтобы продать.

Жила, деловая и не только

Человек, конечно, существо совершенно непостижимое. Ему всегда мало, никогда не бывает достаточно. Сколько бы он ни зарабатывал, потребности всегда будут требовать ещё и ещё. В природе ни одно живое существо подобным не отличается, хищники не убивают больше, чем им нужно для выживания, травоядные тоже редко едят больше, чем это необходимо. Саранча и кролики не в счёт, это редкое исключение. А вот человек будет желать большего, даже если у него вдруг будет всё, вот абсолютно всё, что нужно.

Я не стал исключением. Нет, конечно, в моём случае нельзя было сказать, что у меня всё есть, это было совершенно не так. Походы в магазин, скажем так, на безвозмездной основе, только слегка скрашивали моё крайне печальное финансовое положение, не более того. Хотя ладно, не стану скрывать, сидящее глубоко внутри нехорошее пристрастие счастливо и утробно урчало от таких походов. Короче говоря, в холодильнике было что поесть, а мой внутренний клептоман ликовал.

А потом случилось нечто. Не знаю, почему именно в тот момент, может быть, чувство вины достаточно притупилось, может, привычка начала вырабатываться, как у наркомана, которому постепенно становится мало. А может быть, дело было просто в случайном совпадении этих и ещё каких-то факторов. Честное слово, не знаю. Но в какой-то момент я взял в супермаркете не продукты, а вытащил кошелёк из сумки. Просто какая-то невнимательная покупательница отвлеклась на товар на полке, а я, проходя мимо, сунул руку в её сумку, оставленную в тележке.

Уже дома, когда я держал в руках небольшой прямоугольник из чёрной кожи, меня накрыло отрезвляющей паникой. Адреналин адреналином, но мне же элементарно и очень круто повезло. Могли ведь поймать, и схлопотал бы я тогда адреналина на годы вперёд. В таких раздумьях заглянул я в кошелёк. Что ж, улов был слабый: несколько карт, которые хозяйка наверняка уже заблокировала, да и кто бы в здравом уме стал пользоваться чужой именной картой? Денег наличными получилось пятьсот рублей мелочью, вот, собственно, и всё. Самым ценным во всём кошельке оказался этот самый кошелёк, и, глядя на него, я вдруг сложил два и два.

Кошелёк у меня выкупили уже на следующий день за тысячу рублей, легко и просто, без лишних вопросов, благо всяких барахолок и площадок для продажи б/у в интернете масса. Чувство вины, кстати, всё же вернулось и довольно долго грызло меня изнутри. Ну как долго. День. А потом мне на помощь пришёл я же сам.

Мозг человека устроен так, что все его импульсы, вообще всё, что в нём происходит, направлено на единственную цель – сохранение жизни. А нервы и то самое чувство вины, с точки зрения выживания, очень вредны, поэтому наш мозг и стремится как можно скорее вытеснить из нашего сознания всё, вызывающее беспокойство и переживания. Поэтому человек в сильном стрессе может очень быстро заснуть: работает инстинкт самосохранения.

Ну а мой мозг, чувствуя, что меня скоро снова может накрыть, быстренько запустил в моей голове череду очень логичных и прямо-таки предпринимательских мыслей. Сколько можно было заработать, если продавать украденное? Сколько можно было красть, при этом не переходя границы элементарной безопасности?

Мозг активно считал, внутренний клептоман счастливо улыбался. А я, всё ещё держа в руках тысячу после продажи кошелька, и представить не мог, что менее чем через пять лет дойду до суммы в полмиллиона.

Полмиллиона рублей, товарищи. И паническая атака, когда понял, что надо срочно что-то делать, иначе всё кончится очень плохо.

Полмиллиона за шанс

Больше полувека прошло с тех пор, как мир узнал о «банальности зла», и каждое десятилетие дарит новый смысл этому выражению. Разумеется, Ханна Арендт в своей книге имела в виду вполне определённое зло, у которого было своё лицо, однако книга на то и книга, чтобы находить отклик в душе читателя и приобретать новые смыслы.

Я давно понял, что зло для каждого человека индивидуально, а банальность зависит от того, насколько оно типично. Что есть воровство? Разве не то же самое зло? Снова можно вспомнить всякие священные писания и наставления взрослых из детства, кстати, это, скорее, говорит в пользу не личного, а общественного зла. И всё же оно индивидуально. Просто потому, что каждого человека поражает в разной степени.

Среди моих друзей есть очень принципиальные люди. Я уверен, для них сама мысль о том, чтобы взять чужое, недопустима. Есть люди сомневающиеся. Если брать не много и не часто, к тому же не причиняя особого вреда, то почему бы и нет? Вот и получается, что вполне конкретное зло расползается, буквально растворяется, находит оправдание. Но при этом остаётся всё тем же злом. В конце концов, какая мать не попробует оправдать своего ребёнка, даже если он абсолютное чудовище? Зло материнской безграничной любви.

Банальность же заключается именно в этом оправдании. А в моём случае ещё и в том, что я от него получал совершенно однозначное удовольствие. Украл что-то, продал что-то, заработал и отложил что-то. И знаете что?

Н И Ч Е Г О!

Совершенно ничего, представляете? Чувство вины, которое поначалу как-то тревожило, угнетало, не давало ночами спать, просто исчезло. Я перестал прятать глаза при разговоре с родными, улыбался в лицо собственной матери, смотрел на себя в зеркало. Меня ничто не тревожило!

Должен констатировать печальный факт: за несколько лет я превратился в человека, для которого понятие зла и его банальности перестало существовать. Я ни в чём не нуждался, гордился тем, что могу пойти в аптеку и купить любое лекарство за любую цену! Смешно, конечно, но да, это для меня было очень важно. Оно и сейчас для меня важно, потому что болезнь кого-то из близких всегда была моим самым страшным кошмаром.

Да, я ни в чём не нуждался. И мне очень везло, чего скрывать, ведь дорожка моя была, мягко говоря, скользкой. Деньги откладывались, то, что поначалу напрягало, стало нормой. Моей каждодневной нормой. Есть теория о том, что в мире не существует такой штуки, как менталитет. Нет его, просто в определенном обществе ввиду ряда обстоятельств вырабатывается какая-то норма. И держится эта норма до тех пор, пока общество не почувствует необходимость её сменить.

Вот и у меня выработалась эта норма. И прожил я с ней довольно долго, активно подкармливая своего внутреннего клептомана и всячески наслаждаясь ощущением собственной нормальности.

Так что же случилось? С чего вдруг я задумался о собственной душе или зле? Можно было бы сказать, что я вдруг сам осознал, насколько чудовищной жизнью живу, и захотел всё изменить, но это было бы ложью.

На самом деле я элементарно испугался. Случилось это очень буднично: вроде бы был уже вечер, по телевизору шёл классный фильм. «Место встречи изменить нельзя». Кто бы мне раньше сказал, что от голоса Высоцкого может душа в пятки уйти.

«Вор должен сидеть в тюрьме!»

У меня даже уши заложило. Товарищи дорогие, так ведь и правда могу сесть. Без дураков, есть все шансы! А раньше почему об этом не подумал, а? Эй, клептоман, ну чего молчишь-то? Внутренний голос молчал. И правильно, что ему было ответить в такой ситуации?

На что я был готов, чтобы всё изменить? В ту секунду буквально на всё! Готов был отдать все свои (точнее, не совсем свои) полмиллиона на благотворительность.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.