Когнитивный диссонанс
полная версия
Аннотация
Читать онлайн
- -
- 100%
- +
Как я провёл лето
(Отчёт о том, как я гостил у
Зои Павеловны и Александра
Александровича на их даче,
которая, на трезвую голову,
легко находится, неподалёку от
«платформы 43 км.» Ярославского
направления Московской ж/д.)
Мужики на веселие падки,Ради, «выпить и закусить»,Сорок вёрст, пробегут без оглядки(Сорок три, чтоб точнее быть).Я уж с вечера вымыл руки,Перхоть с галстука отряхнул,И, чтоб с пищей не длить разлуки,В электричку с утра шагнул.Бабе, надобно чем-то «потрафить»,Умилить её, как-нибудь,А иначе – пошлют вас на «фиг» —Зря проделаешь трудный путь.Коль ты к Нинке пришёл, надо выпить,Спеть романс, анекдот «загнуть».Коли к Зойке – конечности вымыть,Губы вовремя промокнуть.Если б знали вы, как я старался,Как культурно и правильно ел,Всё живот подтянуть пыталсяОттопырив, мизинец сидел.Зойка ж, снова глядит неласково,Шепчет через губу: «Утомил»!Видно, руки не там я протаскивалИ, чего-то, не то, зацепил.Я всю жизнь проторчал на стройке,Где уж мне манеры «завéсть»,Помогите мне Боги! Ведь, Зойка!Пригласила: попить, поесть!И, по-моему, было не скверно:Тихо к вешалке я шагнулИ, изящно, мол, здесь не таверна,К нужной тряпочке длань протянул.Я был светел и горд, как Юпитер!Ан, опять я… всё сделал не так.Зойка вскрикнула: «Чем ты вытер»!И добавила веско:«Дурак!Мужики есть, настолько грубые,Не умеют прилично есть,От борща не утёрши губы,Ими ж, в чай норовят залезть.Вечно ты, всё не то хватаешь!Как, вообще, у тебя с головой?Если, вечно во всё залезаешьНе вполне «кАпичёной» рукой»!? —«Что нам, Зоинька,думать о вечности.В вечности, человек – пустяк.Боги двигают наши конечности,Задвигают то эдак, то так.Волю их, ну никак, не нарушу яИ, бывает, очнувшись от дел,Я персону свою обнаруживаю,Совершенно не там, где хотел.Ты пойми, коль другим боги заняты,Всё выходит, немного не так:Губы вытянешь для лобзания и…По морде получишь «в оттяг».Ну, куда же ещё со мной строже!Я и так, потерял аппетит —Коль не дать ему, тряпкой по роже,«Человек» – очень гордо звучит.Да, не тою я тряпкой рот вытер,Перед тем, как чайку «возалкал».Что ж я сделаю, коль, Сам Юпитер,Эту тряпку мне в руки толкал!?Вакх с Венерою зренье мне застили,Что им, смертного обмануть,Отвернулися боги и замерли,Я и встал на неправильный путь.Вот преступной своею десницейЭто «чудо творенья» держу —Поздно! Мне уж не объясниться,Все же, я, в оправданье, скажу:«Сучат Парки судьбы нашей нити,Наша ж воля – ничто, суета!Ну, не видел я надпись, не видел!Так и вышло, что тряпка не та.Твой укор будет долго мне сниться,Наставленьям твоим вопреки,Протянувши пустую десницу,«Цапнул»… тряпку для левой руки».Жизнь частенько нас жжёт и тревожит.Мы ж, надежду терять не должны,Ведь, спасенье явиться нам можетС неожиданнейшей стороны.Зойкин Сашка – мужик суровый, Весь «шершавый» такой, мужик,Не приветствует бранное слово И командовать в доме привык.Провещает: «Скажу вам, как доктор» —Значит, спорить с ним…лучше не надо.Ну, а ввяжется, сдуру, кто в спор —Этот спор… затянется на год.То с горелкою он, то с лопатой —Занятой весь, не подойдёшь —Всё работает, как виноватый,С ним и сам работать начнёшь.Этот мрачный портрет я дополню…Не сейчас, а потом, так и быть,Но, для некоторых, напомню,Что и с Сашкою можно жить.Положенье не столь уж бедственно,Усмирите душевную боль,Есть на Сашку надёжное средство:Называется «алкоголь» —Лишь в крови заиграют «промили»,Сашку, можно сказать, подменили,Он готов, хоть на грядку с луком,Для салатика вашим внукам.Вон, из зарослей он наблюдает,Лук сжимая, как Робин Гуд:«Кто там, вдов и сирот обижает,Чо, так долго шашлык не несут»!!!?Зорко щурясь, сквозь заросли лука,Всем на помощь бежать готов,Сашка зрит, на челе его мука:Чьи там ноги торчат из кустов?И, прокравшись, как татьвдоль забора,Он узнал: это ж гость,тот, который…Содрогаясь, истерзанным телом,Я, морально убитый лежал.Рядом, высилась Зойка, вся в белом,Ну, а я… так сказать…оплошал.Оценивши масштабы увечья,Сашка с мудрою выступил речью:«Ты, блин, Зойка – отрав… отрада!Ты ж, любимейшая жена!Мужиков бить, конечно, надо,Но, по голове… нахрена!?Ты бы, лучше его по этим…Ну, которые впереди…По «граблям», по…всему на свете,Но по голове – погоди.Выпить я «другана» пригласил,Ну, а ты его, что было сил,Человек же, с бутылкой пришёл —Ну, а ты его…нехорошо!Вы уж, бабы меня извините,Но я тоже, угла не видал,Где бы муж ваш иль ваш«покровитель»,Где б мужик ваш, от васне стонал.Баба, с умною, вроде, рожей,По башке человека бьёт,А того и понять не может,Что мужик головою пьёт!Ты паши, аль избу восстанавливай,Это ты уж сама решай,Хоть, коней на скаку останавливай,Только, пить мужику не мешай.Человек пить не должен нервно:С гордо поднятою головойОн стакан принимает первыйИ тотчас – наливает второй.Мы не станем в кустах, незаметно,Мы, как люди, за стол пойдём,Ведь, мужик должен бытьконкретнымИ уметь стоять на своём.Я люблю тебя, Зой, но с гостямиВыбирай понежнее слова,Не бросай в них упрёки горстями,И вообще, ты, слегка не права:Жить легко и красиво и весело —Он, ведь, тоже,когда-то, мечтал.Ты неправильнотряпкуповесила! – Это я вам, как доктор, сказал.Ты же, друг, не печалься,нисколько…Что, слегка… пожурила Зойка…Ну, побила, чуть-чуть, бывает,Да к утру, она всё забывает.Зойка добрая и хлебосольная,И гостям, завсегда, довольная.Хочешь, лично проверить это,Заходи каждый день к нам, всё лето».Я, счастливо, заулыбался,Но на Зойку случайно взглянул…И всё лето, зайти…не собрался,Как-то, знаете ли, не рискнул.Увольнение на берег
«Вино горчит! Всё это, странно, право…И интерьер здесь… как-то, не по мне»! —«Не бойсь, браток, возможно, не отрава,А… сорт такой. Мы, всё ж,в чужой стране». —«Ну, рожа у хозяина, однако…А у хозяйки, как-то, странно косит глаз». —«Ты, парень, пей!Тут не Рязань – Монако…Европа! Что подумают о нас»!?«Как ты сказал: Марсель!?…Нехай… не спорю!Нам, лишь бы пить, а, что:кисель иль квас…Всё ж, в увольнение ходить —не то, что в море…» —«Гляди, он замышляет, против нас!Гляди, гляди: вишь, нож с ухмылкой точит,Полез за печку, шпаги достаёт!»…«Что?!.. шампуры! А, я решил, что хочет…Шашлык – пускай… и пусть ещё нальёт». —«Грибы не трогай! На, возьми орешка.Тут случай был со мной —вообще «капец»:Попалася китайская «кафешка»,Грибков поел —и сутки… не боец!Мы на рассвете, прогуляемся вдоль моря;Тут, чудо, что за пляж, рыбачки, паруса.Здесь, ежели с умом,легко прожить без горя…Пожалуй, посидим ещё,два – три часа.» —«Во, блин, нагнулась – драные колготки,А глазом зыркает, но это не ко мне!Мне никогда не выпить столько водки!Отрава… Хуже горечи в вине!Флажок на подоконнике Российский!А, чё он… как-то, боком! Что вы так!?Ты, сволочь,Греческий верти или Английский, Да, хоть Японский,но за Русский флаг»…Ох! За границею нужны такие «невры»!А, про народ – без мата не сказать:Тут, через слово слышишь:«евры», «евры»!Вы, что сдурели! Нам-то, где их взять!?На русских моряков кричать – не гоже,Вот так вот, защищая честь страны,Таки, пришлось: хозяину – дать в рожуИ глаз «подправить» у его жены.Третий сон отца Владимира[1]
«То, что нас не убивает,Делает нас крепче»!Тем, кто это понимает,Жить ничуть не легче.Нас лупцуют – мы крепчаем,Нас опять – и мы опять,И уже почти не чаем,Так зажить, чтоб не крепчать.А вчера мне сон приснился,Что я к Богу обратился:«Всё вокруг меня тревожит,Мне здесь зябко! Боже! Боже!!!Коли я – венец творенья,Ну, а жизнь – одно мгновенье.Боже! Слышишь ли мой крик!?Дай же мне – «венцу творенья»,Счастья дай мне, дай на миг!В мире всё Тебе подвластно,Дай же счастье нам, несчастным»!Тотчас, прям через обои,Вышли (в чём-то светлом) двое,А потом, ещё один,В тоге, прямо из гардин.И сказал, одетый в тогу:«Энтот, что ли… хочет к Богу»!?И сверкнул улыбкой бл… «гадской» —«Кто вы!? Ангел»?! —«Я!.. – «прынц» Датский.Ты должóн мне объяснить,Быть желаешь иль НЕ быть!Коли, жить ты не готов,В этом, лучшем из миров,Мы в два счёта всё исправим,В мир иной тебя отправим». —«Принц, примите извиненья,Я поддался настроенью иНаговорил… всего.В общем, я прошу… тово…Коль не поздно, всё исправить,Здесь, пока, меня оставить»! —«Вот как!!?Что ж, твоё желаньеБудет выполнено враз.Ты, ведь, сам просил сейчас,Ну, а мне дано заданье:Выполнить твоё желанье…Повезло тебе, сынок,Ты мгновенье подстерёг,Был бы ты через мгновеньеВ этой… в «Огненной Геенне»(На Меркурии она,солнечная сторона).Там согрелся б в два мгновенья,А оставшуюся жизнь,поплясал бы,Там каменья пляшут так,Что, брат, держись…Понимаешь ли, старик,Выбор, в общем, невелик.В прошлой жизни ты скиталсяВ ледяных пустынях Марса,А потом тебя сюда…Отдохнуть…ну а когда…«Кочевряжиться» ты начал,Нас Господь сюда послал,И меня, к тебе назначил,Как-бы, в качестве посла,Бог сказал: «Скорей, беги,Человеку помоги,Случай там у нас пожарный,Прям – беда!Там хлопец гарныйЗамерзает на Земле.Коли, он там, как в петлеМучается и тоскует,Пусть оценит жизнь другую.Ты местечко потеплееПриищи ему скорее»!«Ну и, мы к тебе примчалися,Чтоб ты, боле, не печалился,Чтоб не мыкался ты боле,На неласковой Земле,Чтоб себе ты выбрал долю,Ту, что для тебя милей…Так что, отдышись, постой…Радуйся, пока живой,Не печалься и не ной,Помни: Бог всегда с тобой,Коль не хочешь жить по Божьи,Не живи – мы в том поможем.«Здесь жить хочешь»? – «Так и быть»!Но, при этом, понимай:Выбрал жить – знать, будут бить!Ну, привет! Живи давай»!Я живу и радуюсь,Ни на что не жалуюсь,Ни о чём я не жалеюИ обои переклеил.Счастлив я, но, всё же:«Что ж, так больно, Боже»!Перекур
Во, дрянь! Ну, что же за дрянь, эти сигареты, в горле першит… и вообще…» – Сказал «длинноволосый», закашлявшись.«Ну, вы, господа, просто зажрались! Дай-ка… А и вправду дрянь! Раньше-то, куда лучше были. Эх! Довели страну, ничего путёвого не осталось!» – Сказал «бритоголовый», зашвыривая окурок. —«Ладно, давай за работу.Тебе ещё убираться, да внучку из садика… так что, не тяни…» —сказал «длинноволосый»; он поддёрнул брюки, встал на колени и аккуратно положил голову на плаху.«Во, работа! Ни покурить толком, ни поговорить с человеком» – Сказал «бритоголовый», берясь за топор.Китайская мудрость
«Сиди у реки достаточно долго, и ты увидишь, проплывающие мимо тебя, трупы врагов».
(приписывается Конфуцию).Я полдня просидел у реки,Так здесь тихо, тепло, – просто, Рай здесь.Что же долго вы так, мужики!?Проплывайте уже, не стесняйтесь.Где же ваша хвалёная прыть,Я хочу вас увидеть, ребята,Сколько счастья могли б подарить,У меня завтра круглая дата.Мне вам столько хотелось сказать,Не оттягивайте ж нашу встречу.Я уже утомился вас ждать,Мне уж нечем сидеть, просто нечем.Я готов подождать был полдня,Ждать весь день, для меня это слишком…Кун Фу-Цзы, ты простишь ли меня?!Побегу ка я, всё ж, за ружьишком.«Дон Жуан» в подводной лодке
«А, куда ты денешься из подводной лодки»! —Эта пошловатая фраза уже четвёртый этаж крутится в моей голове.Мы с…с одной знакомой…едем в лифтек ней в гости… пить чай.Вчера, когда мы договаривались,я был приятно возбуждён,«расширенное» чаепитие рисовалось весьма занимательными картинками, которые, как-то, сами собой складывались…а, то, что знакомая, по возрасту,как моя внучка, придавало грядущим событиямподзабытую остроту.Но, собственный возраст, как ни старайся, никуда не деть. Впрочем, на возраст я не жалуюсь, да и кто жалуется-то?Жалуются люди не на возраст, а на то, что работа некоторых органов, за последние пятьдесят лет, несколько… ухудшилась:глаза хуже видят,ноги хуже ходят…(кому охота, продолжите сами).Но, самые неприятные, самые тревожные изменения,связаны с,так называемой,«умственной деятельностью».Поговорка «Рыба гниёт с головы» подтверждается на сто процентов, если верить, что вырост на верхнейчасти туловища,заведует самооценкой,оценкой опасностей и прогнозом последствий.С годами, мы проникаемся к себе чувством, подозрительно похожимна любовь,наверное, поэтому,оценка своих истинных возможностей – отстаёт от возрасталет на двадцать.Сколько же неприятных или, в лучшем случае, неприличных вещей, происходят с человеком, который вдруг, решится сделать то, что обычно делалещё лет двадцать назад.Знание столь низкой истины, не позволяет со щенячьей радостью бросаться «навстречу новым приключениям». Я начинаю прогнозировать ближайшие события: «Конечно, при большом желании,я наверняка добьюсь результата.Разница в возрасте, здесь не помеха. Как говорил знакомый грузчик:«Большая сила не нужна, надо знать, как взять».Да, только, этого самого, «большого желания» я в себе,что-то не нащупал.В голову лезут «умные мысли»:«Между нами установились«доверительные отношения», я не хочу её обманывать»! —«Дурак»!!! —Откликаются с «первого этажа» (как известно, кроме черепного мозга есть и другие мозги,расположенные пониже) —«Доверительные отношения» у неё с подружками, а ты,«чтобы её не обмануть» должен… Должен сделать,что должен!Не умничай,будь просто мужиком,вспомни: «Боящийся, несовершенен в любви»…и, как писал, известный матадор:«У меня только одна мысль:«Улучить момент и вонзить»!Я не должен думать, что там, на конце шпаги, и каково ему там.Я – продолжение шпаги, и шпага продолжение меня.Мы едины, я не должен допустить и тени сомнения, иначе шпага может отклониться или вывернуться из руки…а это – гибель или бесчестье». —«Матадор», —«Пожалуй, это не про меня» – Сказал «черепной мозг» – «Без тени сомнения»!?..«Я так не смогу, да и не привык…Меня ещё с вечера преследуют«тени сомнений»,длиннющие тени,как и положено на закате…на закате жизни…«Тени» рождают дурацкие вопросы:«А, что потом»?«А, надо ли»?«А, смогу ли я»?Словом, «Дон Жуан», вошедший в лифт на первом этаже, со второго этажа начал подумывать о «десантном люке».Как познакомились?Да живём мы в одном подъезде… Примелькались,«приДобрыйденьствовались», привыкли делать вид, что рады встрече…Впрочем, я-то радовался совершенно искренне:ну, нравится мне,когда рядом молодое, непритворно жизнерадостное существо,молодая яблонька… при этом, «набухающие почки» поневоле запускают мысли…Опытный садовник, знаете ли,по бутонам определяетвиды на урожай…Приехали!Я пропустил её вперёд, (воспитание… к тому же:«В опасном месте, настоящий джентльмен всегда пропустит даму вперёд»).Выходя, я мельком взглянул на себя в заплёванное зеркало лифта —где-то я уже видел подобное выражение «морды лица»…Пока «яблонька» возилась с ключами, я вспомнил: пёс, примерно моего возраста (в пересчёте на собачий, конечно), с вялым интересом смотрел на вертящуюся, заигрывающую с ним молоденькую сучку,но, когда она, несколько раз ткнув его носом в бок, дала понять, что на всё готова, он, именно с таким выражением морды, скрипя, поднялся.Дело было за городом. Это был весенний день, снег только сошёл, везде мокровато, но небольшой кусок земли высох совершенно.Зимой здесь лежали плиты, и когда их убрали, образовалось бесснежное место.День был не просто весенний, это был особый день, таких дней в году бывает два или три.В такой день в воздухе разлита особая благодать (или особая дурь), какое-то предвкушение любви.Увидишь на улице девушку, хочется бросить всё, взять её за руку и повести на край света…Но, до края света не довести, а шага через три начать приставать,ни на кого не обращая… И, судя по лицам,все девушки хотят сегоднячего-то,эдакого…Что бы потом, помнить всю жизнь…В такой день работать – сущее наказание…Итак,пообедав, чем Бог послал,я отошёл от бытовок к лесу,там, на опушке: мы соорудили скамейку, сейчас на ней никого, видно, кроме меня, не нашлось охотников тащиться сто метров по жирной грязи.Я выпростал из сапог белёсые ноги, разлёгся на скамье и, поневоле, стал наблюдать за собачьими игрищами.Небольшая стайка собак тоже решила провести послеобеденный отдых на этом месте…Игра под названием «она бежит, а он её догоняет» подходила к неизбежному финалу.Не то, что «соревнующиеся» утомились, вся площадка была шесть на три метра, да ещё часть занимали зрители – пяток собак, похоже, «участники» решили, что ритуальная беготня окончена, пора переходить к делу.Бесстыжие зрители приподняли головы и… узрели явную теоретическую неподготовленность одного из участников:«обнюхаться – это, конечно дело правильное, но ты ж, не вертись…где твоя совесть собачья»!Вскоре, опыт одного из партнёров, всё же, сказался:как школьный учитель, терпеливо пытающийся объяснить школьникам, что такое «медиана», наш «Барбос» всё повторял и повторял попытки, хотя казалось, что у учеников на уме совсем другое, и ничего полезного… в них не внедрить…Но…несколько раз перешагнув через вертящуюся ученицу, педагог, всё же занял правильную позицию,ученица замерла и…Возмущённый визг, в котором негодования: «Да за кого вы меня принимаете»!!! было ещё более, чем испуга.«Партнёры», оскорблённые в лучших чувствах, отскочили друг от друга.«Она стояла гордая, высоко подняв голову, и нервно теребила белые перчатки»…«Вот, сука»!!! – Возмутилась стая и отвернула головы.«Вот, сука»! – Сказал «Барбос», плюхаясь на землю.«О, женщины, женщины»! – Повторил я, то же самое, на человеческом языке.Люблю сказки с хорошим концом, сказки, которые учат нас верить в лучшее, помогают жить красиво и счастливо… а тут, ребята, запахлохроническим неумениемсуществовать на этом свете.Я ещё немного, раздражённнно понаблюдал, как «благородная девица», поуспокоившись…снова начала крутиться, демонстрируя свои прелести, и тыкатьносом в бок обиженному «барбосу»,но, когдаон снова поднялся… Я, пробормотавши:«Да вы романтик, синьор Барбозо»! —закрыл глаза…Видать, я несколько застрял в собачих приключениях и дольше, чем мадам рассчитывала, топтался на коврике перед дверью…Меня разбудил раздражённый оклик: «Войдёшь»!? —Провокационный, какой-то вопрос. «Дон Жуанам» такие вопросы не задают.(Конечно, войду, «Дона Анна»,ещё как войду-то). Я притворил за собой дверь. Дождавшись, пока «Дона Анна» повесила куртку, я подошёл и плотно взял её за плечи.«Погоди»! —вывернулась «Дона Анна», —«Вот тапки, вымой руки»! —«Вымыть руки тапками»!? —Пошутил я, заглядывая в её глаза – заглянуть было не во что —глаза косили, бегали по сторонам… Я почувствовал себя кондуктором, возгласившим:«Предъявите билетики»!Наверное, ей только сейчас пришло в голову, что она не сможет контролировать…дальнейшие события.Она даже не попыталась улыбнуться,так бывает, когда желания«захлёстывают» женщину, она уже не понимает…и, только океан желанийплещется…Я, всё-же, сумел заглянуть в глаза, нужно было понять, как действовать дальше.Хочет ли она, чтобы я набросился прямо сейчас, прямо в прихожей, или надо сначала поговорить…Послевкусие в отношениях зависит, в том числе, и от того, что именно, она действительно, непритворно желает.Три желания я увидел сразу: «Первое» – чтобы я её отпустил,«Второе» – чтобы я ушёл,«Третье» – чтобы всё это,прямо сейчас —«Вот те на»!!! —Я-то, был уверен…Ну, хотя бы, что удовлетворю её любопытство…О, женщины! Умеете вы поставить нашего брата в неловкое положение…Я махнул хвостом…Нет, не как обиженный, обманутый в лучших чувствах барбос, но, как, способная удовлетворить любое желание, «Владычица морская – Золотая рыбка»…Я поправил корону и с гордым видом, мол, не очень-то и хотелось… немедленно удовлетворил все её желания.Она с облегчением заперла дверь на два оборота и, на всякий случай, наблюдала за мной в глазок.«Небось, сейчас побежит и проверит, целы ли в шкатулочке её золотые серёжкиили, что у неё там…»«Эх, не те пошли мужики» —Провещал мозг, ну, тот, который заведует «первым этажом». —«Глаза, вишь, ему не понравились! А, помнишь, Казанова писал:«Женщина с такими глазами, что блески красота одного из них, полностью возмещал отсутствие другого».«Вы, батенька, не «Дон Жуан» и, даже не барбос, а… Впрочем, можете себя считать рыбкой…«Не очень-то и хотелось» —вот то-то и оно!Настоящий «Дон Жуан» – он мужик! Он… не доктор-окулист,он бы в глаза не заглядывал, и не стал бы, ни о чём спрашивать,прижал к стене и…Потом бы, они перешли в спальню,потом…А, ты… одно слово: «голова»,ещё умничал:«Когда в любви не хочешь поражений, не стоит слушать женских возражений»!И вообще, думаешь только о себе: «Я и подумать не могу о том,чтобы причинить ей»…«О теле, о своём подумай,если никому не «причинять» —«причинялка» отсохнет».Я нажал кнопку вызова лифта, «черепной» мозг, в это время оправдывался:«Тем не менее, потом, она будет довольна сегодняшним приключеньецем… да и я тоже:мы пощекотали друг другу нервы,всё обошлось без обид ибез последствий.Страшно подумать,завтра, пришлось бы вести её в кино или ещё куда… слушать её щебетание, кивать…Или, ещё того хуже,ей мог померещиться…принц из сказки…а, про девиц,связавшихся с мужиками,которые…«сильно их постарше»,в надежде, что в кармане телогрейки спрятана корона, с уверенностью можно сказать только одно:«Они плохо кончат». —С «первого этажа» послышалосьнеприличное хихикание.Мягкое сильнее твёрдого
Тихо Браге, известный датский астроном, родился в 1 546 году.Он так много занимался науками, что на боевые искусства времени почти не оставалось. Поэтому, когда ему, всё же, пришлось вызвать «этого негодяя» на дуэль, получилось не очень хорошо…Тихо Браге выжил, но часть носа пришлось заменить протезом из серебра и золота.Когда, через неполные триста лет после его смерти, тело гордости страны Датской, решили перезахоронить, выяснилось, что само тело хорошо сохранилось, а вот протез…протез – испарился…Как тут не вспомнить, известное китайское правило: «Мягкое сильнее твёрдого»!Геронтология
Есть в старости начальнойПриятная пора,Неспешный, беспечальныйСекс «почадит» с утра…И ты уж, как патриций,На ложе возлежишь —Ноль мыслей, ноль амбицийВоспоминанья лишьВ седой главе клубятся:«Недавно, лет пятнадцать,Не более того,Одна вдова любила мужчину одного…На ней в цветочек платьеи лямочка сползла»…Морфей в свои объятья,не причиняя зла,Возьмёт. И до обеда Над старостью победа.А идите вы…
«И я бы мог, как шут на…»
«праздник,
Сплясать вам русскую в петле,
Зане у Власти на земле
Есть много развлечений разных:
Бичи, колеса, топоры,
И гильотина и гаррота…
Все это дремлет до поры
И терпеливо ждет кого-то.»
А.Пушкин. Г.Сапгир.Теперь, когда я с головой расстался,Со мною разговаривать легко.Легко сказать, что я вас испугался —Мне наплевать, я очень далеко.Пинайте обезглавленное тело,Порвите в клочья новое пальто.Я горд, что невозможное – я сделал!Как надо сделал! И я горд, за то,Что не продался вам, за рубль двадцать,А всех послал… и хлопнул по столу…Что голова, неделю на колу,Нахально щурясь, будет улыбаться.Реквием
…начала неудержимосползать с дивана на пол.Её, как сбросило с высоты: лежит ничком, голова набок, руки обняли пол, ноги чуть вбок.Так, наверное, начинающий наездник лежит «верхом» на спине лошади и очень боится упасть.Поза, какая-то… криминальная. Не хватает, разве, контура мелом…«Воду!.. на голову!.. вылей!…» – Проговорила чужим, огрубевшим,механическим каким-то голосом…И замерла…«Нет!!!… Не трогай!!!… Отстань!!!…» – на все попытки вернуть её на диван… или, хотя бы, как-то облагородить позу…А тут и звонок в дверь – «скорая» приехала… Вот и они: девчонка ислегка потёртый «юноша» с пластиковым ящиком.И, что за волшебное такое название: «Скорая помощь» – пока ждёшь, думаешь: «Какая же она, нафиг, скорая»;а, когда приедет – понимаешь: да она такая же «помощь», как и «скорая».Идиотские расспросы, идиотским казённым тоном.Да я и так понимаю: при исполнении вы!Но, анкету-то, ведь, можно потом!Или не видите: плохо ей!!!Ну давайте же, скорее!Где там у вас,где волшебная таблетка… или волшебный всеисцеляющий укол!Давайте его сюда!Пусть она откроет глаза, удивлённо посмотрит по сторонам и, вздохнув, скажет: «Ах! Как долго я спала».«Нет, братан, чудесных уколов сегодня не завезли» – я это почти сразу по их отстранённым рожам понял.Тут на меня изнутри накатило такое зудящее желание выгнать их к…матери«Тоже мне, приехали… Дед Мороз со Снегурочкой. Подарки-то где»!!!Наверное, в глубине души, я знал, кто и с чем приедет, и что от них можно ждать. Ничего-то, я им не сказал…Начали обсуждать ситуацию, мол, в больницу её в таком виде не довезёшь. «Тут вы, ребятишки, правы!А, и довезёшь, лучше ли это?!Пусть уж, если что, помирает дома, здесь её, по крайней мере, любят.Мы и так, постоянно в окружении чужих…А, вот, может быть, её чем-нибудь уколоть, для пользы»…Тут-то, нам и было явлено…Вот, на диване с закрытыми глазами лежит беспомощное существо, точно в той позе, в которуюмне удалось её переложить…И вдруг…«Скорая помощь» категорически настаивала, чтобы я поднял больную с пола.Мне бы их послать, видно же, что толку от них… Наверное я испугался остаться совсем без каких-нито врачей, к тому же, мне самому, наверное, хотелось переложить её поприличней…Перетащил я её с пола, хотя ей там было лучше.Вот, лежит она в той же позе, итолько пульс на шее трепещетчасто часто, как листик на ветру…»И вдруг…Тело, вдруг заговорило (не она, аименно, тело или кто-то другой внутри).Голос был совсем не её, какой-то мужской или, даже механический.Так, думаю, говорил бы Бес, изгоняемый:«Не трогайте меня!!!Не мучте меня!!!Выключите меня!!!Я не могу больше»!!!Ну, укол ей, всё же сделали. Это был «Дексометазон» из наших запасов.(И нафига, скажите, нужна «Скорая помощь», если с лекарствами у них такой «напряг»)…Давление ещё раз померяли: 1 00 на 60, я их и выпроводил. Бумагу, какую-то подписал. От денег они категорически отказались и предупредили меня, что состояние больной крайне тяжёлое.Спасибо, сам бы я, ну ни за что бы, не догадался! А теперь,«я предупреждён – значит вооружён»…И вот вам картина:Жаркий день, двуспальная кровать, на которой лежитголая, бледно-белая,еле живая женщина.Я стою над ней. Зачем я стою!?Надо срочно что-то делать!!!Бежать за помощью??!Уж не за «Скорой» ли!?А в голове, как бы открылся люк: одновременно слышны какие-то идиотские куплеты и вялый нравоучительный голос, скучно объясняющий мне то, что я и так знаю:это мать моих детей (дурацкое выражение),это моя любимая жена (любимые жёны, дяденька, бывают у султанов,у меня жена единственная),это мой родной иочень больной человек (тут ты, дядя, попал в точку, дальше-то что?). Я стою и жду.Что мне делать-то,ГОСПОДИ!!!ВСЕМИРНЫЙ РАЗУМ!!!ВСЕЛЕННАЯ!!! – ну,подскажите хоть кто-нибудь!Да, жизнь наша…Едешь, эдак, в карете на бал, полируешь ногти и уже мысленно…Вдруг, бац!!!Карета в болоте, кружева на рубашке в грязи. Ты продолжаешь полировать ногти, но потихоньку до тебя доходит, что можно более не трудиться.И пожаловаться некому. Ты, значит, с претензией на Самый Верх, почто, мол, прям сейчас-то, ужели нельзя было после бала…А тебе сверху: «Пошёл к Дьяволу! Раньше надо было думать»!Скажете, тоже…Чтобы раньше думать про сегодня, надо, хоть немного, себе это «сегодня» представлять.Такого, «сегодня», я себе и представить не мог…Когда-то, когда я был моложе и лучше выглядел…я не думал, что наше знакомство настолько затянется…И, когда поженились, не думал.Каждый день, она на меня обижалась, и я сердился.Каждый день, она на меня сердилась, и я обижался.Я никак не мог понять, как же можно так обижаться.Она никак не могла понять, как же можно так жить.Сколько раз я собиралсявсё это бросить. И то сказать: «завёл себе геморрой, где удовольствие от жизни то??!Да и зачем мне, такое счастье!!?»Кто-то скажет: «Судьба»! —«Да»! – скажу я – «Теперь, всё это, безусловно, судьба, но раньше то!??И, ведь, было время всё поправить»!Кто-то скажет: «Любовь»! —«Конечно»! – скажу – «Потом и любовь, но потом, потом»…Что же сначала-то!? Привычка!?? Откуда она, привычка сначала?Может, всё-таки, просто лень!? Лень что-то менять, дёргаться.А любовь?! «…Себя любите, мой читатель» – писал Пушкин.И, хотя, сейчас стало модным отрицать абсолютность его поэтического дара, его авторитет в вопросах любви, пока, незыблем.Наверное, любил-то я, в основном, себя, а моё тогдашнее отношение к Валентине, вполне умещалось в «Хотел не обижать, хотел, как лучше».Говорят: «Благими намерениями вымощена дорога в АД».Означает ли это, что дорога в РАЙ вымощена исключительно мерзкими намерениями, или благих намерений хватило на обе дороги – не знаю.Знаю лишь, что моих намерений, в благости коих, я теперь сильно сомневаюсь, нам хватало, чтобы регулярно посещать оба эти заведения. «Нам не дано предугадать»…Нам ничего не дано предугадать…«Идиот»!!! – окликнул я себя, – «Ну, чего разнылся! Понятно, что сорок лет назад, всё было по-другому, а слово «рак» ассоциировалось с совершенно другими вещами.Но, если бы, я её больше любил…Или, если бы, я её сразу бросил и завёл другую…Всё равно, теперь уже ничего не исправить, да и гарантии нет, что мне удалось бы избежать…чтоб всё было по-другому, и, спустя сорок лет не стоять перед еле живым телом, как Иван-Дурак перед камнем и… и куда бежать-то, Господи!Впрочем, мне не себя, мне её жалко… наверное я что-то мог…что-то должен был». Как-то, Катька принесла домой котёночка. Я был возмущён: «Почему без спроса! Отдать эту зверюгу немедля»!Пока искали «хорошие руки»…В общем, через неделю я объявил, что зверюга прижилась. Возможно, это было самое приятное, что Валентина в этой жизни от меня услышала.Котёнок, из тоненькой серенькой верёвочки с круглым ушастым шариком,довольно быстро превратился в упитанного любителя поиграть с верёвочкой…Происхождения наша кошка была дворового, манеры соответствующие.Когда она, серая, короткошерстная, ела из своего блюдечка, хвост перекрывал всю кухню.Мы её звали «Крыса» за внешнее сходство, а Валентина звала её «Серый».Прожила Крыса с нами восемнадцать лет. Длиною она сделалась под метр, а весом – под пуд.Перечислить всё, что, эта мерзость, над нами учиняла, я уже не в состоянии. Помню, как любила она спать на груди. О! Это волшебное ощущение живой тёплой тяжести на груди… через некоторое время оно превращалосьв ощущение непомерной тяжести. За секунду до того, когда терпеть уже не было возможности, Крыса с презрением воздвигалась на ноги.Она не фыркала, не смотрела своимтяжеленным желтым взором, она тихо отходила и укладывалась носом в угол дивана, оставляя нам для извинений широченный зад.Но ощущение, что она плюнула и обматюгала, было ярчайшее.Вышесказанное, вовсе не означает моего недовольства, от знакомства с этим своенравным существом.Послана нам она была, непосредственно от БОГА, недаром Катька притащила её из церкви.Я не видел ничего красивее, чем сочетание серого и белого цветов на её груди и лапах.Померла она от рака. Мы понесли её усыплять, чтобы она более не мучилась, а на обратном пути ревели, не глядя друг на друга.Придя домой, поняли, что непоправимо осиротели.Крысятина, сколько могла, оттягивала от Валентины болезнь на себя, и, толькокогда у неё совсем не стало сил, заболела и Валентина.Мы не стали более никого заводить, хотя постоянно оглядывались на котов, в особенности на серых.Прошло столько лет, но вид серой кошки, до сих пор, заставляет моё сердце усиленно колотиться.И, если прямо сейчас, раскроется стена, оттуда выйдет серая кошка и протянет мне лапу, я пойду за ней, не спрашивая: «куда»?Для чего я это всё? Да для того, что не знаю я, почему мы с Валентиной прожилисорок с чем-то лети жили б ещё…И, как оно, так получилось,что чувствую я себя лягушкой в крынке с молоком из сказки Толстого.Да, только в сказке, лягушка взбила молоко до масла и выпрыгнула,а тут, бьёшься, бьёшься…Не то, видать, молоко нынче.Впрочем в тот раз, всё кончилось,счастливо,умирать она передумала.Через пару дней, ей стало лучше. И с каждым днём становилось всё лучше.Мы справили день её рождения,пережили жару, гарь, слухи, что наркотики исчезнут из аптек.Мы начали строить планы, на будущее не переставая читать«Акафист Божьей Матери»…Прошло около четырёх месяцев и выяснилось, что достаточно было… просто читать «Акафист»…Да, в ТОТ раз, всё окончилось хорошо. С моей точки зрения, хорошо.А, с её??? Она год, а, наверное, и не один жила на фоне боли,сильной боли,запредельной БОЛИ,или терпимой боли,с её точки зрения, терпимой боли.Продолжение жизни, для неё означало – продолжение БОЛИ, боли терпимой, сильной, запредельной.Она просила меня, как-то помочь, как-то, помочь, эту жизнь прекратить.Я не знал, КАК. Возможно, я должен был её задушить – я не смог этого сделать, не решился.Я обратился к врачам, дескать, ладно уж, похоже, вам её не вылечить, давайте хоть, прекратим её мученья.На меня посмотрели, как на дурака (и, в общем-то, не ошиблись. Ох, уж, эта детская вера в доктора Айболита, который всё может).Я продолжал помогать, ей жить, понимая, что продлеваю муки.Ухаживающий, за безнадёжно больным, незаметно для себя начинает мыслить в категориях творца:«Я ПОМОГАЮ! Я ПРОДЛЕВАЮ!Я НЕ ДАЮ УМЕРЕТЬ»!!!Грешно ли так думать!? – Безусловно, грешно!Но, что надо делать-то, скажите! Если попробовать думать «правильно»:«Я каждым своим действием усугубляю ситуацию», то, как бы,с последнего ума не спрыгнуть. Понимание, что все мои действия только во вред, вкупе с невозможностью перестать, устроили в моей голове некое замыкание.Я делал всё, что мог, по ситуации и старался думать,что я, всё равно, хороший. Я – лягушка в крынке с молоком, и, фиг с ним, что молоко не такое,сколько есть сил…Я перестал «бить лапками», когда третья за день скорая…И фельдшер сказал, что она в КОМЕ, зрачки не реагируют на свет и, вообще,УЖЕ ВСЁ!!!До этого момента, я несколько часов,упорно и тупо, мешал ей умирать.Это не было «искусственное дыхание» я держал её за локоть и двигал всем её плечом, в такт её,всё ещё дыханию.Это началось… Это давно началось… Я почувствовал, что ей трудно дышать, взял локоть и начал двигать, стараясь попасть в такт…Сначала, я ей явно помог, она была ещё недалеко… Потом, не знаю, здесь она была, или…но отцепиться я не мог…Был период восковой бледности, все черты заострились, и она стала очень похожа на своего отца.Позже, лицо приняло обычное, даже спокойное выражение, потом пробежала по лицу какая-тонедовольная гримаска…она подышала со мнойещё некоторое время…И всё.ПОСЛЕ ВСЕГО.Последняя «Скорая» уехала в половине первого ночи. Перестала Вася дышать в час двадцать 29 октября 201 0 года.Затем «Скорая» для свидетельства о смерти, милиция, «труповозка»…Когда ребята проснулись, я был уже один.На отпевании человек 35, тех, кто её любил, из родственников, только дети.На кладбище, весь холмик утыкан живыми цветами.Я был у неё на девять дней, потом в воскресенье (шёл 1 7 день) —ни один цветок не завял.«Погода»! – Скажите Вы. —Конечно, погода – тепло и дождь. Но, погода делается там, где она сейчас.Перед Новым Годом зашёл к ней, принёс сосновую ветку и пару шариков.Она любила этот праздник.Холмик весь в снегу. До этого были и морозы, и ледяной дождь, и снег.Я пробил наст – показались цветы. Нет, конечно искусственные, «живые», там тоже были, но дальше и, наверное, уже не живые.Я не стал расчищать весь холмик, воткнул две свечи и поджёг. Приладил ветку, повесил на неё шарики —вышло здорово! То ли ветер дунул, то ли мысли мои улетели в неправильном направлении, но свечи погасли.Я попросил у Господа прощения за неправильные мысли, и церковную, тоненькую свечку мне удалось зажечь.Вторая, хозяйственная,не желала загораться ни в какую.А я её взял за то, что толстая, такую уж ветер не задует.Пол коробка спичек извёл…Зато, церковную, я подпихнул поглубже, и она горела долго, долго.Могильный холмик освещался, как бы, идущим изнутри светом.Померещилось, что пробитая в ледяном насте дыра – дверь в иной мир, и оттуда пробиваетсяэлектрический свет.Я уже не позволял мыслям уйти, и свечка горела и горела.Темнело, но мне пришло в голову, что неправильно уходить,пока свеча не догорит. Так я и стоял, наблюдая за этим таинственным светом. Свечка где-тов глубине, а она всё горит.На неё капает тающий снег – шипит и горит. Прямо на свечу упал кусок мёрзлого снега, размером с пятак (пятак 1 991 года), я его скинул – пламя затрепетало и… продолжало гореть.И ещё, и ещё…Потом, язычок пламени, отчаянно и безнадёжнозаметался из стороны в сторону…Так, на прощанье машут ладошкой, из окна, уходящего навсегда поезда…Так она дышала в последние часы…И СНОВА ВСЁ…Или… Сейчас смотрю на её фотографию – живёт фотография то…