Отпускник

«Машина»

Звон все еще был слышен. Но переливы уже не различаются так ясно, как на десятом километре от колокольни Распятской церкви. Золотой, чистый звук, покидая радиус идеальной акустики, когда каждое дрожание читается, как крупно написанные буквы, уходит к горизонту отблеском, отражением, оттенком тихого вечернего воздуха. Прохор Ильин повернул назад – прогулочный летальный аппарат, который лет сто пятьдесят назад мог называться машиной без кавычек и с маленькой буквы, бережно нес своего единственного пассажира к истоку звона. Сейчас это была «Машина» – рабочий экспонат Большого музея Земли.

Самыми интересными экспонатами были географические. Так считал Прохор Ильин. Среди них Прохор выделял и Александровскую слободу с колокольней Распятской церкви, и город Аркалык, который много раз мог исчезнуть с лица Земли в конце двадцатого и в начале двадцать первого веков. Если бы не Роскосмос, без устали спасавший свои гавани в самые трудные годы. Пять земных лет назад Прохор Ильин провел свой отпуск в Аркалыке. Две сотни лет назад город поднялся на руднике по добыче бокситов. Из добытой руды производился алюминий, сыгравший большую роль в авиастроении. Музейные артефакты показывают, что без авиации не было бы космического строительства. Но Аркалык к космосу имеет не только опосредованное, но и прямое отношение. Здесь приземлялись спускаемые аппараты с международной космической станции. Лучшее место для приземления трудно было подыскать: ровные степи без лесов и глубоких водоемов, не было крупных городов, и плотность населения – низкая. Только климат был не вполне подходящим. Резко-континентальный климат – тоже достояние космических архивов.

Аркалык

В аркалыкском отпуске Прохор узнал, как в 2009 году обледенели спасательные вертолеты. «Погода в районе приземления «Союза ТМА-15» хуже, чем ожидалось». Тревожная строчка из архивной летописи. 1 декабря по календарю Земли информагентства передавали: «из-за сильного тумана и обледенения спасательные вертолеты не смогли подняться в воздух и не смогут в ближайшее время вывезти с точки посадки спускаемой капсулы космонавтов с МКС». Сегодня трудно представить, как ментально реагировали «Роскосмос» и «Росавиация», но аварийный план, разумеется, был предусмотрен. «Мы планируем эвакуировать космонавтов наземным транспортом в специальное медицинское учреждение города Аркалык. И до улучшения погоды они будут находиться там…».

В 2009 году Аркалык принимал только вертолеты. Международный аэропорт пришел в запустение, в таком состоянии он пробыл два десятка земных лет. Космонавтов вертолеты доставляли в аэропорт города областного значения Костанай.

Прохор Ильин с интересом просматривал ролики с традиционными встречами в аэропорту. Космонавтам дарили казахские чапаны, красивые расшитые орнаментом халаты, а к ним – такие же головные уборы. Дарили казахский музыкальный инструмент – домбра – и русские матрешки, в которых прятались маленькие бутылочки с водкой. Музей хранит и эти артефакты. Казахские города Аркалык и Жезказган долгие годы были конкурентами – кто чаще и красивее примет экипажи МКС. Местные журналисты задавали гостям простые вопросы на этот счет и получали простые ответы, благодарные по своей сути, которые потом озвучивали телевизионные каналы и бумажные газеты. Все это сейчас в космических архивах. Там же, где на приколе стоят знаменитые «Синие птицы», как называли в народе специальные машины, перевозившие прилетевших с МКС космонавтов.

Традиции

Прохор Ильин увидел машины в том же ролике от 1 декабря 2009 года. Когда погода была «штатной», космонавтов доставали из капсул и усаживали в кресла на подстилки из овечьей шерсти. А в тот непогожий день их сразу укладывали на носилки и размещали в «Синих птицах», условных космических вездеходах, не боявшихся земных преград. Первым из капсулы был извлечен россиянин Роман Романенко, затем астронавт – канадец Роберт Тирск, а после него бельгиец Франк де Винн. В машине все трое по традиции оставили свои несмываемые автографы.

Традиции для космонавтов остаются важными, переменам они подвержены несравнимо меньше, чем технологии. Долгие годы, до освоения новых планет и галактик, космонавты почти копировали действия Юрия Гагарина 12 апреля 1961 года. Он улетел с советского космодрома в Байконуре, которому долгие годы не было конкуренции. И только в 21 веке «Роскосмос» стал строить новые космодромы. Это была очень долгая и трудная дорога, которая позволила вывести Землю на новый уровень развития. Планета, значительная часть которой стала –санаторием для космонавтов, но где живут и обычные люди с семьями, с детьми. У этих людей нет цели сделать деньги. Эта традиция больше не внушала уважения на Земле. Целью людей стали наука, медицина, искусство, обязательный труд – интеллектуальный и физический. Чтобы вылечить Землю, потребовалось много идей, знаний, подвигов и любви.

Подвиг смерда

Многие века люди не верили в идеальное общество и в идеального гражданина Земли. Они называли утопией рассказы о будущем благоденствии. А сегодня отпускник Прохор Ильин видит, как справа и слева от воздушной трассы, по которой движется «Машина »стелятся цветочные поля. Ряды розовых лепестков сменяются сиреневыми, белыми, снова розовыми, снова сиреневыми цветами. Поля заканчиваются под белыми стенами колокольни высотой, по старой системе мер – 56 метров. Колокольня уходит в небо шатром, как уходил бы в небо прообраз спутника, впервые покорившего космос в двадцатом веке. Но если бы макет этот был сделан в веке шестнадцатом, когда холоп Никита, пристроив к рукам деревянные крылья, улетел с этой колокольни на берег реки. И жив остался. Голову Никите отсекли за дерзость по приказу Ивана Грозного. Колокольня сегодня тоже экспонат. Прохор сверился с карманной библиотекой – память его не подводила, и не могла подвести. На Земле слово «память» – просто термин для обозначения источника знаний. Прохор Ильин один из немногих изучает семантику забытых словосочетаний. Для этого и берет земные отпуска: узнавать то, что здесь когда-то имело смысл. Прохор разглядывал шатер, его разборчивую белизну, в которой проступали связанные друг с другом грубыми, спутанными между собою, веревками колокола. Ничего этого нельзя трогать и менять – музей.

«Он – с Земли»

Прохор Ильин, молодой человек пятидесяти шести лет, ростом 215 сантиметров, отличался идеальными пропорциями, о которых на других планетах пока только мечтали. «Он – с Земли», – это любому было понятно с первого взгляда. Только на старой планете с ее идеальным климатом, рождаются такие красавцы.

«Машина» покружила вокруг колокольни, и точно встала широкими, маленького радиуса, колесами прямо в центр сторожевой площадки. Прохор с интересом смотрел вниз. Колокола уже смолкли, а Солнце в конце длинного, июньского дня все еще закрашивало лучами невидимые снизу трещины на теле колокольни. С этой площадки можно подняться вверх или броситься вниз в безопасном при любой скорости падении, двигаться горизонтально в сторону или зависнуть в любой точке на минуту, на час, на всю ночь. Но можно оставаться и здесь – до полной темноты. Чтобы проверить сообщение о погасшей звезде, под длинным из одиннадцати цифр, номером. Прохор Ильин, не притрагиваясь к панели, вызвал сообщение из глубин серого экрана, но его перебила желтая, экстренной срочности, строка: «Станция тебя ждет. 1643-1667;170;70;98,5;888». Прохор сделал еще один запрос. Он ушел, умчался, его невидимый вектор метался среди звезд, среди солнц, хвостатых комет, огненных метеоров, и среди глухой темноты и тишины космоса. А Прохор Ильин продолжал свой отдых на родной Земле. Ему повезло здесь родиться. Чтобы принять новорожденного на Земле, родителям надо было иметь идеальную родословную. Сейчас здесь мораторий на прием рожениц – экологическая пауза. И у туристов – мертвый сезон. Отдыхать с других планет сюда прилетают зимой. Увидеть снег, лед, надеть лыжи, коньки – на жарких планетах ничего этого нет. Только романтики и отшельники решаются жить здесь в июле на безупречно чистых, безопасных, красивых, теплых территориях старой планеты. . С лица Земли исчезли свалки, рудники, заводы, фабрики, железные дороги. Все леса вычистили, поля вымыли, пустыри озеленили, атмосферу вылечили, океаны, реки и ручьи наполнили прозрачной водой. Чтобы пресная вода вернулась в русла, потребовались новейшие технологии. Над заказами работали на Марсе, на Юпитере и даже в других галактиках. Уникальный проект, его успех вдохновил космос. Старую планету можно оживить и сделать идеальной. В этом было столько сомнений, весь Космос вел дискуссии. Говорили, что не стоит лечить Землю, когда в бесконечном пространстве много молодых планет с полными недрами, бездонными водами и здоровой биологической и разнообразной жизнью. Кто спорил особенно яростно, тот сейчас охотно проводит отпуск на Земле и наслаждается ее благородным покоем.

Прототип

Прохор Ильин уловил мерцание на дисплее. «Станция тебя ждет..ждет…ждет… Прохор Ильин уже был». Появилось изображение человека – лишь сам Прохор Ильин мог понять, что это не он сам, а его предшественник, кто-то из предков – так они были похожи лицами. Но предок выглядит в 26 лет так, как Прохор – в 56. Продолжительность молодости, активности, гормональной и эмоциональной энергии – крупнейшее достижение земной науки. Если раньше, чтобы казаться моложе и красивее, надо было сделать пластическую операцию, в музее есть артефакты, то сейчас надо просто быть землянином, получить воспитание на старой планете, дышать ее воздухом, чтобы не сойти с орбиты жизни.

Раздумья Прохора снова прервал сигнал из Космоса:

«Станция тебя ждет….» снова замерцали буквы.

Прохор Ильин еще раз погрузился в энциклопедии и словари, чтобы понять значение этих слов. Заказ ушел таким же трассирующим сигналом, невидимым обычным глазом, но понятным, доступным и читаемым даже элементарными приборами – они отслеживали миллиарды подобным траекторий, тысячи и миллионы их колец, летящих по космическим просторам, разбросанным по галактикам.

Прохор Ильин ждал информацию, отложив головоломку с погасшей звездой, возможно до следующего отпуска. Он смотрел вниз с колокольни древнего храма, и не мог поверить, что когда-то вокруг было полно людей, глазеющих на смерда Никиту, холопа боярского сына Липитова. . Что было время, когда земляне жили грязно, алчно и жестоко. Так, как сегодня живут брезовиты в 58-ой галактике, если считать от 934-го солнца. Дисплей снова мигнул. Энциклопедисты прислали максимально упрощенное сообщение. По тону письма Прохор Ильин узнал Мудрого Старика. Он всегда говорит, что гениальной бывает только простота.

Срочно нужна помощь!

– Выражение «Станция тебя ждет» означает поправку ошибочного утверждения, что Время – это пустота. Ошибка заключается в том, что события, предметы, живые создания появляются со Временем. Что их не было 1000 или 10000 лет назад (условные цифры), а потом они возникают. В этом ошибка. Во Времени уже все есть. Всегда. Это можно сравнить с движением поезда Поезд – это два десятка вагонов, которые тащит локомотив…

Прохор задал встречный вопрос: полет Гагарина в 1961 году тоже ждал «поезд»? Об этом спросил бы любой из космонавтов: шел двухсотый год от полета Гагарина. На Земле 12 апреля по-прежнему праздничная дата.

Общение с Мудрым Стариком прервало срочное сообщение – строчка красных, пульсирующих знаков:

– Прохор Ильин, Прохор Ильин, срочно, срочно… Координаты: 35000/ 418… Это Урал… Урал Семья ястребов… семья ястребов Нужна помощь. нужна помощь…

Приняв сообщение, Прохор вернулся к стоянке «ЭСО». Чтобы взять аппарат нового поколения и задать координаты полета на Урал. Перед тем, как сменить средство передвижения, погладил теплую панель «Машины». По смыслу это похоже на рукопожатие, которым когда-то на Земле обменивались при расставании. Он оставил «Машину» рядом со стоянкой «ЭСО». Свободных аппаратов здесь достаточно. Прохор выбрал легкий скоростной аэромобиль, работающий от капсулы «ЭСО». Никакого вреда природе. Аэромобиль взлетел очень быстро, с места, он поднялся в воздух, как штопор, делая плавные, нарастающие спирали – на высоте пять тысяч метров спирали становились горизонтальными. Пока ЭСО взлетал, Прохор Ильин быстро вспоминал, что он знает про ястребов . «Красная книга». Был такой документ на Земле. Ястреб-тетеревятник занимал в ней 302 позицию. Но ястреб, как и многие другие птицы, умирал, исчезал, растворялся в земной пыли, выхлопных газах, в засухах, наводнениях и лесных пожарах. Всего двадцать ястребиных пар оставалось на планете к моменту ее лечения. Были еще одиночки, 113 птиц. Сейчас всех в сто раз больше, но каждый ястреб требует заботы.

– Ястреб не любит густых лесов. Ему нравятся лесостепи и тундра. А гнезда вьет на деревьях. Не любит посторонних взглядов, – вспоминал Прохор.

Ястреб

Аэромобиль приземлился в заданном квадрате. Космонавт высадился на темную поляну. Световой день закончился, сейчас Прохор вернет его искусственный аналог. Но не успел он включить панель дневного света, как услышал тонкий печальный звук, похожий на «гиг – гиг – гиг». Здоровый хищник не издает такого тонкого писка. Прохор включил свет и увидел рядом с аэромобилем птицу – кровь на коротких крыльях и длинном хвосте. Человек выхватил из аэромобиля «аптечку». Каждый космонавт умеет ею пользоваться. Обезболивающие и препараты, восстанавливающие кровь. Средства ортопедии, рентген. Прохор оказал помощь птице и осмотрел поляну. На ястреба упало старое дерево. Птице достался боковой удар, он смог, теряя перья и кожу, выползти из-под ствола. И эта маленькая драма сразу была замечена в космосе, и птице пришла помощь.

Полчаса ястреб приходил в себя. Прохор видел, как он выздоравливает, как тонкий писк переходит в крепкие грубоватые звуки: «гиг…гиг…гиг». И вот ястреб уже взмахнул крыльями, поднялся в воздух и улетел так, как умеет летать здоровый ястреб. Но вдруг птица резко затормозила и вернулась к Прохору. Ястреб на короткое мгновение опустился на плечо космонавта. Это было, как «спасибо».

– Пожалуйста, – засмеялся Прохор. Ястреб улетел, и снова на связь вышел Мудрый Старик:

– Движение во времени почти совпадает с движением в пространстве. Все заполнено на пути. Пустота – это кажущаяся, ошибочная субстанция. Полет 12 апреля ждал Гагарина. Но не только его. Поезд шел к станции 12 апреля. Много вагонов, много имен. Ты учил их в школе…

Прохор Ильин отправил вопрос Мудрому Старику:

– Станция для лечения птиц тоже ждала? Я сейчас вылечил ястреба. Надеюсь, остальные птицы на Земле здоровы…

Ответ пришел раньше, чем Прохор Ильин успел подумать на другие темы:

– В старых книгах это называют Судьбой…

– У птиц есть судьба? – спросил Прохор.

Ответ пришел мгновенно:

– На старой Земле – новое Время. Ты сейчас был судьбой ястреба, его жизнью… Земля получила Время, когда судьба есть и у ястреба.

Сеанс связи прекратился. Искусственный день, созданный Прохором на лесной поляне, погас. Птица улетела жить. До конца отпуска еще пять земных дней. Время, чтобы думать о движении Земли – от худшего к лучшему.

Конец рассказа. Спасибо.