- -
- 100%
- +
Едем, под колеса бросается соседская собачка. Таня гневно: «маленькая противная собачонка!»
На фестивале было очень весело. Девочки побежали сразу во все стороны – смотреть бой, сидеть верхом на деревянной лошади, туда, сюда. Но Маха сразу сказала, что она больше всего хочет на ярмарку. И на ярмарке она сначала вцепилась в маленькую кожаную собачью морду – брелок, и не выпустила ее из рук, а потом бросилась к стеклянным бусинам, колечкам и всяким блестюлькам. Я еле вытащила ее цепкие лапы из груды всяких сокровищ.
Таня же пошла прямо к мечам, щитам и шлемам. Надела шлем, в котором утонула чуть ли не целиком, схватила щит и заверещала вепрем, когда мы отказались все это покупать. Купили ей деревянный кинжал, и она бросилась сражаться с мешками, набитыми соломой, крича: «дырявая шкура зебры! Сморщенные хвосты носорога!» и прочие боевые кричалки. Кажется, изначально она все-таки была мальчиком, а в девочку ее превратили дозы прогестерона, который я колола для сохранения беременности. Потому что если это и девочка, то из племени амазонок.
А вот кожаная маска чумного доктора была очень к лицу и Махе, и Тане. Но Таня отжала у меня маску летучей мыши, и терлась в ней среди боевого оружия, так что все принимали ее за парня.
Правда, в Махе тоже есть что-то амазонское. Мы ее еле увели от ристалища, бой ее завораживал. Но от палаток со шмотками и игрухами ее увели вообще почти силой))
Дома Маха быстро настроилась на свой обычный философский лад и сказала: «возможно, первобытная кукушка придумала стратегию и рассказала остальным, как лучше всего». Стратегия – свои яйца в чужие гнезда подбрасывать. Однозначно, лучше всего.
Потом Маха взяла машинку-вертолетик, тоже приобретение с ярмарки, и сказала: «а давай испытаем эксперимент!» Она хотела заставить машинку взъехать по ступенькам. Но ничего не вышло, хотя она и инерционная. Пришлось гонять по ровному полу.
А Таня никак не могла перестать махаться мечом. Только за неимением мешков с соломой жертвой этих упражнений оказалась Маха. Хорошо хоть у Тани хватило ума надеть на себя и на нее маски тигров, чтоб хоть как-то защититься. Но Маха была не очень довольна: «она меня мечом тягачит!»
Таня восклицает грозно: «кто хочет умереть последним, а кто первым?» А вариант жить вообще не рассматривается уже, да? Таня прямо в тренде.
Таня: «я хочу стать динозавром-воином. Или палеонтологом. Это неизвестно». Будущее полно тайны, точно.
Маха своего мнения пока не поменяла. На вопрос, кем она хочет стать, отвечает: «летчиком же. Может быть, водителем такой вот летающей машинки. Птерозавра». В общем, тоже с уклоном в динозаврью тему.
Но тут же вечером открылась возможность для обучения девочек мечевому бою, так что быть им обеим амазонками. Ну и мне тоже, а то кто же их тренировать будет.
Девочки в ванне. Таня хватает маруськины пятки: «можно я помассирую тебе лапки? Самым полезным массажем». Научилась у меня))
Надеваю на Маху халат после ванны, она комментирует: «равномерное распределение тепла». О да.
Маха: «если будет мальчик, я назову его Коля. А если девочка, то Ксюша. А если тройка, то запасное имя Аня, а если тройка и мальчик, то запасное Саша». Ну все до мелочей распланировала.
Вчера на ярмарке девочки пытались выпросить эти жуткие интерьерные игрушки из натурального меха. Я в каждой из них вижу только чучело кого-то, кто был когда-то живым, и концепцию упоротого лиса, и все это не способствует покупке. Я объяснила девочкам, что это натурально чучела, а не игрушки. Таня заинтересовалась, как выглядело бы чучело человека: «просто кожа без меха?» Пока я собирала мысли в кучу после того, как представила себе это, Маха рассудила: «кажется, я знаю, почему никто не делает чучело человека. Никто не хочет соревноваться, чтобы отдать свою шкурку». Вот да, именно!
Утром встали пораньше и поехали в церковь. Еле успели к причастию, а после сразу крестный ход. Маха радуется: «это моя любимая традиция!» Это был первый крестный ход, который Маха прошла своими ногами, а не на шее у папы. Местами она, конечно, держалась за мой палец, чтобы не споткнуться о кочки, но это не считается – она сама!
Когда батюшка кропил всех святой водой, Маха пищала: «фонтанчик! Это фонтанчик!» А Таня освятила свой меч, с которым она теперь не расстается, и в церковь тоже пошла вооруженная. И всем его предъявляла: «а у меня меч!»
Таня увидела в толпе прихожан Елену Капитоновну, которая занимается с девочками рисунком, и сказала мне заговорщически: «вон та, посмотри, на кого-то похожа». Я говорю – ну еще бы, Елена Капитоновна похожа на Елену Капитоновну! Это она и есть. Таня была удивлена, у нее произошло смещение планов.
Гулять Таня тоже пошла с мечом, я укрепила его за петельку в ее джинсах, но он оттуда выпал, и она чуть его не потеряла. И после этого уже не выпускала из рук – только если для того, чтобы подбросить и поймать. И говорила: «мам, ты видела, я подкинула меч и снова поймала его!» А Маха: «а попробуй ещё так поджонглировать!» А Таня и рада стараться.
Мы гуляли по теплому солнышку, и было здорово, но потом пришла большущая туча, подул ветер, хорошо – в спину, Махе было легче идти. Она шла и рассуждала: «как-то мы повстречали в Эммаусе того, кто здесь сильнее и грознее всех – не очень сильный ураган». Таня возражала: «это был очень сильный ураган!»
Потом полил дождь. Я дошла до угла улиц, откуда можно было видеть и Маху, и нашу калитку, и отправила Таню бегом домой, а мы с Махой пошли уже со скоростью Махи под моим зонтом. Маха шла и рассуждала: «думаю, тихоходки от слишком большой влаги сделали большие дела». Теперь они обе озабочены тихоходками и ждут Илюху, своего двоюродного брата, который большой специалист по тихоходкам, чтобы их ловить и изучать под микроскопом.
Нарисовала Махе очередные прописи. Маха идет их писать и говорит Тане: «не помогай! Нельзя мне помогать!» Ага, самой захотелось!
Таня: «почему у Полины нет детей?» Вот и задача объяснить девочкам, что есть вопросы, которые их никак не касаются.
Как-то на прогулке шли вдоль реки, а под берегом рыбачил папа с маленьким сыном. И у них звякнул на удочке бубенчик. Я сказала девочкам: «смотрите, клюет!» И мы стали смотреть, как они вдвоем подсекали и тащили к себе рыбу. И когда они вытащили ее из воды, девочки закричали: «ураа!» и вообще так громко радовались, что я увела их оттуда, чтобы не мешали. На прощанье они крикнули рыбакам: «удачи!» И те отозвались: «спасибо!» Социализация везде.
Таня разглядывает книжную полку: «у нас уже полка лопается от книг!» Да и не одна!
Читаем про Древнюю Грецию. Маха называет персов «персики». «А зачем эти персики хотели завоевать Грецию?» Вечно актуальный вопрос.
Утром проснулись, быстро собрались и поехали в Мед-Амко. Я заранее предварила Маху, что мы едем не на массаж и не на расслабон, а делать новые упражнения, и может быть трудно, но ее задача – заниматься, а не верещать. К моему большому удивлению, Маха и в самом деле не верещала. Вот хохотала и дурила – это да, но не протестовала. Иногда пищала: «больно!!» Но я просила ее во всех случаях – больно ли, неудобно ли – говорить словами, что и где. И она говорила: «больно вот тут!» Или: «боль! Там, где он нажимает!» Выучить правило, что мы не говорим в третьем лице о присутствующих, Махе еще сложно.
Время от времени Маха пыталась доктора закадрить: «ах какой пальчик!» При этих словах она пыталась оторвать доктору пальцы. И так же нежно: «какая лапка!» А потом деловито осведомлялась: «мама, сколько я еще должна тут корячиться?» Вот это прозвучало, да.
Потом, когда Маху уже уложили на массажный стол, и я включила ей фильм про антропоцен, пришла Таня. Полезла к Махе, услышала что-то про жидкий азот и сказала со знанием дела: «азот – это такой газ. Он удерживает атмосферу земли». Я вот такого не знала до сих пор. Откуда она все это узнает?
Приехали домой, и девочки тут же потребовали обедать. На них это не похоже, их обычно не уговоришь. Но Маха, видимо, реально хорошо поработала и устала, а Таня за компанию. Только Маха радостно слопала все, а Таня ворчала: «что за ерунда! Перегрели вы всё!»
На прогулку пошли уже ближе к вечеру. Маха шагает и говорит: «из Тани вышел отличный товарищ по играм!» Из Махи тоже.
Таня: «растите-растите, одуванчики, мы вас срывать не будем!» Правда, в конце прогулки Маха не удержалась и сорвала один. И сказала: «этот одуванчик стал прям символом моей души». Как поэтично.
После дождей все вокруг сразу зазеленело. Таня увидела ветлу, всю в молодых листочках, на фоне синей тучи, и сказала радостно: «смотри, как дуб расцвелся!» Ветла по очертаниям издалека и правда похожа на дуб.
Таня: «я буду выводить потомство прямо в этом доме». Да, наш дом идеальный для выведения потомства, тут ничего не скажешь.
Маха: «я найду себе пару, состоящую из парня семнадцати лет». Она как всегда конкретна.
Таня: «перед тем как спариться, я буду развешивать объявление, что свадьба начнется скоро». Вот да, это точно лучше, чем спариваться без предупреждения.
А еще девочкам ради праздника подарили леденцы-соски, и вечер прошел празднично. Маха свой леденец сгрызла, а Таня долго ходила и приклеивала его ко всему, что попадалось под руку, включая меня.
Маха подробно расспросила меня, кто подарил им леденцы, и сказала мечтательно: «а вдруг нам завтра опять случайно перепадёт заслуженная награда?» Формулировка – огонь просто. А Махе лишь бы чего перепало вкусненького или игрушечного, подарков много не бывает.
Читаю про персидские войны, Маха спрашивает: «зачем убивать тех хозяев своей страны? Можно попросту поменяться странами!» Вот, вот именно!
Про Фермопилы я не только им прочитала, но еще и вспомнила стих Симонида, высеченный на памятнике: «О путник, поведай всем гражданам Лакедемона: Здесь мы в могиле лежим, честно исполнив закон». Маха выслушала и сказала: «что-то не верится, что это правда было!» А вот было. На первом курсе, как сейчас помню.
Едем в Мед-Амко. Таня смотрит на территорию котельной: «там кажется скорая медицинская помощь сломанная. Все в порядке, только кабина водителя скрючена и помята». Бедный водитель.
Папа по дороге купил себе поесть, девочки пытались тоже выпросить, но мы только что позавтракали, куда. Тогда Маха начала издалека: «мама, а у тебя есть какие-нибудь картофельные прутья?» Это картошку-фри она так обозначила. А Таня называет их хвостиками.
В Мед-Амко Маха сегодня пела песни на непонятном языке. Занимается теперь с песнями! Вспоминаю первые занятия здесь и думаю – надо же, о таком позитиве поначалу было невозможно даже мечтать! А теперь вот оно, счастье.
Таня: «брахиозавр. Я раньше воспринимала его как брюхозавра!» Недалеко от правды, видимо.
После обеда поехали в лес, искать сон-траву. Маха там рассекала по тропинкам, один раз споткнулась о ветку упавшей сосны и тоже упала. И говорит: «я споткнулась о ветку и упала. Такое ведь бывает. Ну не ругайся, мама!» Хотя я и не думала ругаться.
Елена Капитоновна, которая снова поехала с нами, собирала сосновые почки. На вопрос Махи, для чего, объяснила, что лекарство сделает. А я сказала, что сделает колдовское зелье. Маха так снисходительно мне: «мам, ох ты фантазёрка, да это же только в сказках бывает!» Ну вот уже и помечтать нельзя. А вдруг зелье получится?
Маха шагает по дорожке и говорит: «я читнула в книжке, что могу выше тебя вырасти!» Да, Маха может. Маха все может.
Сон-траву мы тоже нашли, хотя и немного – два кустика и два отдельно растущих еще бутончика. Девочки умилялись, восхищались и трогали цветочки – они же пушистые.
А потом девочкам надоело носиться – ну, или шагать – и они забрались на небольшую полянку, Маха уцепилась за сосну и стала колупать с нее кору, а Таня бегала вокруг и отбивала шишки своим мечом. И говорила: «Маня метит там территорию! Она обдирает кору с дерева». Так метят территорию тигры – обдирают кору. Девочки активно перенимают опыт.
И после своего привала у сосны Маха пошла так криво, и так ужасно подворачивала ногу, что у меня волосы зашевелились от ужаса. К счастью, после отдыха в машине на обратном пути она пошла снова как обычно. Но я поняла, что мох ей пока противопоказан.
В лесу я иногда пропадала из виду детей, случайно, и Таня так возмущенно кричала: «мама! Ты где? Нас нельзя оставлять без присмотра!», что я стала прятаться за елки специально. А Таня кидалась шишками и бухтела, что так нельзя. Я, конечно, все понимаю, но иногда девчонки так допекают, что хочется убежать подальше в лес.
А в итоге подальше в лес убежали девочки, и дома я долго доставала мох и всякие другие изыски из их причесок.
Утром мы спали до упора, потому что сегодня у Махи выходной. И она пришла ко мне, как обычно, а потом стала сползать с кровати, картинно повисла и заметила: «я висела, как статуя Будды». Почему именно Будды, и почему статуя Будды висит, осталось невыясненным.
Потом Маха отлепила от себя остатки тейпов – остатки потому, что отлеплять их она начала еще вчера – и сказала: «свобода от тейпов это благословение». Ну, ей виднее, хотя я тоже тейпы носила и ничего такого не испытывала после их снятия.
Маха вспоминает цветы сон-травы: «давай посадим такого пушистика у нас, к тому же это будет способствовать восстановлению популяции». Маха говорит как пишет. Но мы пробовали сажать лесную сон-траву у себя – восстановлению популяции это не способствовало. Хотя один кустик даже цвел у нас несколько лет.
Маха: «а почему у египтян и греков волосики черненькие? У нас с Таней рыженькие. Да и у тебя тоже слегка рыжеватые». Ну так мы же не греки и не египтяне.
Я сказала девочкам, что если они будут учиться мечевому бою, то потом и в соревнованиях будут участвовать. Маха быстро сориентировалась: «мам, я буду стараться изо всех сил выиграть хотя бы бронзовую медаль». А еще раньше она говорила мне, что хочет «лучше желтую». Сразу на первое место замахивается человек.
Пошли гулять на реку. Там ветер. Маха: «ведь наше поле – регион, в котором всегда ветрено». Именно так. А на вершине поля мы сели на травку, и, пока я заказывала девочкам щиты и мечи, они рвали траву и пытались плести из нее корзинки. А когда у них ничего не получилось, пытались заставить меня их плести. У меня тоже не получилось, но зато мы хорошо отдохнули.
Тут же встретили знакомого песика. Его зовут Лукас, но Маха кинулась его тискать, нежно говоря: «ах ты мой Лучик!» Песик был рад))
По пути домой мы встретили еще одного песика, который напрыгивал на Маху, а она верещала от счастья так, что уши закладывало. А Таня всяких раз подбегает к собачке погладить, а когда собачка изъявляет готовность быть поглаженной и прыгает к Тане, Таня убегает с воплями. Любой песик воспринимает это как самую веселую игру, поэтому мне обычно не растащить их.
Дома Маха после обеда взяла со стола салфетку, а на вопрос, куда она ее несет, ответила обстоятельно: «из нее можно сделать покрывало для кукол. Вот с какой целью я ее попросила». Маха все знает – что, зачем и для чего.
Маха вспоминает белку в Павловске: «у нее наверное там недалеко домик был. Это вряд ли был самец. Некрупная особь была». Маха, конечно, большой знаток белок всех видов и размеров.
Сегодня мы пошли гулять сразу после завтрака, потому что прогноз обещал дождь со второй половины дня, а утром было настоящее лето. Девочки радостно побежали по травке, и Маха тут же стала мечтать: «мама, а ты купишь для меня какую-нибудь игрушку с примесью пурпурного и голубого цветов?» Вот не планировала ничего такого, честно.
У Тани свои планы на прогулку: «мама, давай на галку охотиться!» Таня на каждой прогулке охотится на галок, ни одной, правда, еще не поймала.
Но тут мы встретили знакомого песика, и его хозяйке было с нами по пути, поэтому вся прогулка прошла с писками и загонной охотой на песика с целью поймать его и погладить. Несколько раз у девочек получилось. Маха говорила потом: «мы клали ему на спину руку, чтобы его зафиксировать». Хорошо зафиксированный песик не мог убежать, и девочки гладили его изо всех сил. Думаю, они ему в страшных снах теперь будут сниться.
А потом Маха шла, так криво ставя ногу, что я принудительно замедлила ее и стала тренировать медленный шаг. Воплей было на всю улицу, причем Таня не отставала – ее возмущало, что я обижаю ее сестру. Обижаю, конечно. Ходить учу ровно. Но помогло же, и дальше Маха шла если не идеально, то хотя бы не ужасно.
По случаю тепла я открыла девочкам песочницу и усадила туда Маху прямо в шине. Но Маха теперь крутая, и даже в шине легко смогла вставать и перемещаться по песочнице, а потом и вылезла и гуляла уже по саду. Крутая. А Таня прибегала домой время от времени: «мы тебе подарки принесли! Эта веточка побежков – для того, чтобы поесть, а одуванчик – для красоты. Ты можешь его в волосах укрепить». Мечта же.
Вчера я попросила у папы цветочек аленький, и он привез нам три леденца в виде аленьких цветочков. Маха сразу опознала: «а мне дадите этот тюльпанчик?»
А вечером девочки рисовали с Еленой Капитоновной, то есть клеили мозаику – сначала рвали цветную бумагу, а потом создавали композиции, каждая свою. Получилось атмосферно.
Бабуля положила Тане мясо. Таня: «фу, я ненавижу мясо, терпеть не могу, гадость! Дай мне скорее, я его съем и буду потом есть вкусное!» Вот логика! Таня так всегда – сначала съедает то, что ей меньше всего нравится, приберегая вкусненькое напоследок, а Маха начинает с самого вкусного. И часто у них тарелки в процессе выглядят одинаково, потому что Маха очень даже любит мясо.
Маха стоит у стола и смачно облизывает соляную лампу. Сдается мне, что она и по утрам этим занимается, пока все спят. Скоро не будет у нас лампы, она ее всю слопает.
Маха разглядывает Цыпу: «бантик придает ему красочный контраст».
Таня ложится спать и мечтает: «когда я вырасту, я буду динозавром-тираном!» По-моему, это уже произошло.
Утром мы быстренько собрались и поехали в Мед-Амко. Махе сегодня повезло, она возлежала на массажном столе и смотрела своего «Лунтика» до полной потери чувства реальности. А Таня бегала то на ресепшен, то в кабинет, и везде был «Лунтик». У них будет передоз.
Для успокоения таниного буйства ей выдали картинки с динозаврами для раскрашивания. И помогло – Таня бросилась их раскрашивать, и даже с собой домой их утащила и всем хвалилась, какие классные динозавры и как она красиво их раскрасила.
А дома девочки немного отдохнули и налопались блинчиков, которые сделала бабуля. Таня не велела свой блинчик складывать: «надо несложенный есть. А если сложенный, быстрее съестся». Все по науке.
Я к слову вспомнила стих Верлена «Я бледный римлянин эпохи Апостата», а Маха тут же заинтересовалась: «а Рим сохранил свою первозданность?» Увы, нет. Даже в эпоху Апостата уже не сохранил, не то что сейчас.
Потом мы пошли с девочками гулять – недалеко, до середины поля. У Махи сегодня полувыходной, а к тому же погода штормовая. Но детские дождевики отлично поместились в танин рюкзачок и спасли девочек от намокания. И мы увидели целую тучу радуг, штуки три, и одну – очень яркую, просто волшебную. Маха степенно резюмировала: «и мы стали маленькими свидетелями этого явления». О да.
Выдала Махе кошачью азбуку – Махе надо тренировать написание букв, так что будет не лишним. И Маха радостно стала читать ее и еще более радостно разглядывать картинки. Я читала эти книги девочкам в их года полтора – два, а вот и на новом этапе они до них дозрели.
Таня: «ты милая-милая-милая, обмилая, слишком милая. Я так к тебе привыкла, что ни на кого тебя не сменяю». Отличное признание, главное правдивое.
Маха разглядывает свой палец: «ноготь с зазубринкой. Я точу об него губу, чтобы поддерживать свою доминантность в семействе». Вот это мощно! Маха у нас доминант.
Таня завтракает и рассуждает: «мама, а ты знаешь, что вселенная – это не только космос, но и все, что нас окружает?» Космическая мысль.
После еды девочкам дали по маленькому леденцу – очередное угощение от соотечественников. Маха радуется: «мне каждый день почти может что-то перепасть!» Да, Махе и правда каждый день что-то перепадает, а заодно и Тане.
После завтрака и балансировочной доски поехали в Медное – забрать шмотки для девочек у коллеги и на само Медное посмотреть. Я была с девочками там год назад, но они не все запомнили, а Ваня и Полина там и не были. Сперва заехали к коллеге, где Таня выскочила из машины и затеяла дикую возню с ее дочкой, которая, хоть и больше Тани в полтора раза, почти ей ровесница. Таня везде с собой приносит хаос, и везде наводит суету. Это норма.
Потом мы зашли в местную церковь. Там внутри свежая реставрация, и девочки впечатлились. Таня вошла и выдохнула: «как будто мы на небо попали!» И потом, разглядывая фрески: «изображения богов!» Я объяснила ей уже в который раз, что это изображения святых, но Таня не видит особой разницы.
Оттуда мы поехали на польский мемориал. Маха еще в прошлом году его весь обошла своими ногами, просто потому, что мы не взяли коляску, но тогда это было ей тяжело. А сейчас она шагала бодро и весело, и когда Таня сказала, что устала, и папа посадил ее на шею, Маха откликнулась: «а я не устала совсем!» и бойко пошагала дальше. И правда, молодец.
Маха разглядывала таблички и спрашивала меня, сколько лет похороненным здесь, и просила найти самого молодого. И мы нашли – 24 года самому молодому, если мы, конечно, не пропустили никого. А Таня верхом на папе просила его прочитать имена, и после какого-то их количества сказала: «слишком много согласных!» Да, это особенность языка.
Но вообще Таня и там носилась и скакала, разглядывала фонари подсветки и уверяла нас, что это камеры. Наверное, и позировала перед ними. А Маха увидела море цветущей кислицы и спросила: «а кислица занесена в красную книгу?» Я поняла, что за этим вопросом последует просьба нарвать букет, и ответила, что не занесена, но букет мы здесь рвать не будем, да она и не продержится букетиком. Пусть живет там, где выросла.
А красиво там! Я потеряла где-то на мемориале пуговицу от куртки, а она так подходит и по цвету, и по стилю ко всему окружающему пейзажу, что найти мы ее не смогли. Зато увидели бабочку-траурницу, севшую на таблички с именами. И это было так символично.
Маха: «а ты ленточку повесила с какой целью?» Бдит. А я просто ее постирала и повесила сушиться.
Таня играет в свежеотданную обезьянку: «эта обезьяна похожа на римского гражданина. И еще на батюшку она похожа». На римского гражданина и обезьяне, и батюшке быть похожими лестно, а вот батюшке на обезьяну…
В церковь мы не поехали – батюшка нездоров, службы нет. Таня пришла утром в нашу комнату и нежится с папой. Папа редкость в доме по утрам: «папа, какой ты милый, шерстяной! В Африке появились первые человекообразные австралопитеки, похожие на человека и тебя!» Тут я уже не могла дальше спать от смеха.
Делаем с Махой упражнения. Она сидит в складке и говорит: «а кого-нибудь целовать?» Потому что раньше я клала ей на коленки Цыпу, и она целовала его в клювик и таким образом наклонялась низко к коленям. И сейчас положила, раз Маха сама напомнила))
Маха: «я так же, когда меня что-то возмущает, издаю пронзительный предупреждающий крик». Точнее и не скажешь. Верещать Маха умеет оглушительно.
Пошли гулять. Кругом тучи, Таня их побаивается, но мы сумели погулять без дождя. А Маха шагает и интересуется: «мама, а облака из тумана?»
Пришли на берег и сели копаться в песочке. Таня роет песок своим мечом и говорит: «я построю самый высокий замок из песка и найду череп динозавра». У Тани всегда планы наполеоновские.
Дома Маха взяла игрушку из вчера отданных – имитация телефона, там звучат какие-то песенки, к которым Маха отнеслась одобрительно, и сказки, которые она сразу же отказалась слушать: «сказки совсем для малышей, зачем они нам?» Но в целом они в него играют. И Таня, проходя мимо Махи, схватила у нее из рук эту штуку: «дай пожалуйста мой сматрофон!» Или может смотрофон? Оригинально.
Таня: «у меня лапа измазанная». Маха: «ничего, во время работы это часто бывает». Махе это хорошо известно.
А еще мы готовимся к балу, платья-ленточки-веер, примерить – посмотреть на себя в зеркало. Папа на вопрос, как я выгляжу, ответил: «не по-пролетарски!» А девочки восхищенно ахали и говорили, что я невозможно милая. Приятно!
Таня: «смотри, я слепила маску чумного доктора!» Смотрю, и правда. Только маленькую. Она этих масок насмотрелась на былинном берегу, и хорошо уловила форму.
Маха: «а почему белых акул называют белыми?» Говорю, что в целом вроде очевидно – потому что они белые. Маха: «я не очень вижу там белоты. Только на брюшке». Маха все так буквально понимает.
После завтрака прыгнули в машинку и поехали в Мед-Амко на балансотерапию. Девочки, заходя в Мед-Амко, говорят одинаковыми невыразительными голосами: «Лунтик!», а заходя в кабинет, точно так же говорят: «мультик!» Просто как зомби. Жуть.