- -
- 100%
- +
Утром Маха проснулась за 5 минут до того, как я собиралась идти ее будить – переиграла меня)) Прицокала своими туторами в мою комнату и говорит: «после того как проснулась, долго еще лежала, пытаясь решить некоторые факты». О да, я и не сомневаюсь. Мыслитель Родена.
Потом Маха предложила: «давай посмотрим, как Таня спит. Спящая Таня так похожа на этих утей!» Да, согласна, спящие дети очень милые. Я поставила Маху на стол, и она как раз оказалась на одном уровне с Таней, и очень смеялась, глядя, как Таня просыпается и что-то сразу начинает говорить с закрытыми глазами еще.
Причесываю девочек, и тут одна тигриная маска от движения воздуха упала. Маха говорит: «твоя маска тихо слетела с кроватки и плавно упала». У Махи стиль повествования совершенно пришвинский – обилие прилагательных, создающих атмосферу. Уже готовый писатель.
За завтраком Маха выступила в амплуа профессора и сказала бабуле: «творог, как уже выяснилось, ты предпочитаешь с медом». Бабуля забыла и про творог, и про мед под впечатлением от этой фразы.
Потом мы поехали в Мед-Амко. Маха на этот раз смотрела во время массажа не мультик, а фильм про павианов, который мы не досмотрели вчера вечером. Родственные души! А Таня смотрела мультики на ресепшене и время от времени приходила к нам проверить, не растворились ли мы в воздухе.
Я жмякаю Махе ноги после балансировочной доски, тут подходит Таня и начинает кусать меня за уши. Она конечно аккуратно покусывает, но мне все равно страшно. Покусывает и говорит: «да, я страшненькая. Опасненькая!» Вот именно. Никогда не знаешь, в какой момент укусит по-настоящему.
Одеваемся на прогулку, дошло дело до перчаток. Маха говорит: «перчатки это особый труд. Пальчики должны поделить комнатки в прогулочном домике». И с этим проблема – что у Махи, что у Тани пальчики постоянно занимают чужие комнатки.
Сегодня мы дошли до реки, а на обратном пути завернули к бобрам, посмотреть, как у них дела. Еще осенью мне и в голову не пришло бы, что Маха когда-нибудь в обозримом будущем сможет так ходить, и сейчас я смотрю и глазам не верю. По кочкам, в горочку, с горочки, по краю обрыва, как угодно – она бодро и весело шагает, и еще впереди нас с Таней. Это больше, чем мечта.
Маха принесла мне брошку-попугая и попросила приколоть ее к платью: «идеальная брошка для сегодняшнего дня! Мы ее запросили как-то у дефектолога. Мы запросюшки потому что!» Вот это прям не то слово, какие запросюшки! И выпросюшки.
А еще девочки прошли филиппинский тест. Правда, дотянулись рукой только до верхнего кончика уха, но дотянулись же! Осенью еще не могли.
На прогулке мы увидели, как быстрое течение уносит белый буй. Маха очень развеселилась: «бакен превратился в кораблик!» Так поэтично!
Стригу Махе ногти на ногах и говорю страшным голосом: «ааа сейчас будет страшно!» Маха с удивлением: «да я же не боюсь стричь ногти!» Да, не боится, и ее не напугать. Правда, для приличия она попищала, а когда я спросила, было ли больно, она сказала: «нет». А зачем орала, спрашиваю? Маха: «для удовольствия!» Оно и видно.
Зато когда пришла очередь Тани, она стала картинно страдать, а я сказала ей страшным голосом: «трипищи!» Таня: «я не хочу трипищать!» И не трипищала.
Маха: «мама, а сколько дней мне осталось для просмотра „Лунтика“?» Это так изящно Маха сформулировала вопрос, сколько еще осталось сеансов массажа. Много, говорю. Мы же только начали.
Маха рассказывала бабуле про фотосессию и сказала, что ей дали подержать «какой-то цветок, вроде подсолнух». Это была желтая гербера, но Маха в такие детали не вдается. Большой, желтый, с лепестками как у ромашки – конечно, подсолнух!
Таня проснулась и сразу начала рассказывать свои сны про тираннозавров и прочие ужасы, потом плавно перешла на каких-то мальчишек, которые были «белые, синие и красные, в честь российского флага». И мне вот интересно, откуда она знает цвета и порядок их расположения на флаге лучше многих других?
Собираемся в Мед-Амко. Девочки начинают нежиться друг с другом и обниматься. Маха: «мы друг для друга утята!» Ох ты ж милота.
В Мед-Амко девочки снова залипали на «Лунтика», так что я еле увела их, и то, пообещав, что покажу его во время упражнений на балансировочной доске. Но доску мы по случаю хорошей погоды оставили на десерт, а сначала пошли гулять. Сегодня совсем тепло, весна, а девочки вообще говорят, что лето. Я достала Тане джинсы, и она оделась и долго на себя любовалась: «я буду просто классная. Пафосная!» Не то слово.
Маха снова отшагала километра два, не меньше. Она проходит все больше и быстрее – вся прогулка у нас заняла полтора часа, и это даже с остановками. На берегу реки девочки роются в песке и тащат домой кучи камней и камешков, и Маха несет их очень осторожно: «после потери кольца я уже более внимательная, потому что я понимаю, что удача может выпасть не всегда». Да она молодец, делает выводы из жизненных событий.
А уплывший бакен догнали и вернули на место, так что он стоит на прежнем месте, и девочки радостно ему помахали.
Пришли домой, а следом за нами пришел и папа с работы. И говорит, что весь вспарился. Я смеюсь: «с кем это ты там спарился?» Таня тут же вступает в разговор: «человеческое вспаривание называется как-то по-другому. Я знаю, но вам не скажу!» Маха: «свадьба?»
А после обеда снова был урок ИЗО, где девочки рисовали, раскрашивали и вырезали бабочек. У Махи уже начинает получаться раскрашивать, и, следовательно, ей начинает нравиться. Устает она быстро, но у нее уже появилась уверенность в своих силах и мотивация продолжать старания.
Девочки плавают в ванне. Таня: «не бойся, я тебя не буду кусать! Я тебя просто так не кусаю». Хорошее уточнение. Кусает Таня всегда по делу, но вот что именно может послужить «делом», ведомо только ей.
Переплетаю Маху на ночь. Маха: «в таком случае, я сразу к трапезе не приступаю. Я терпеливо жду». Ну, прямо скажем, не очень терпеливо, но подождала, да.
Утром Таня, не успев проснуться, принялась рисовать бабочек: «это карликовая бабочка беркокрыл». Оно и видно.
Маха тут же: «для меня было главным не заботиться о завтрашнем дне». Вот и для меня это тоже стало главным. А вообще я научилась уже слышать одним ухом Таню, другим Маху, и даже частично понимать, что они говорят. Разом и каждая о своем.
Таня: «если покрутить компас в руках, его стрелка все равно будет указывать на север?» Внезапно. Опять мультиков насмотрелась в Мед-Амко, потому что мы ей вроде компас не давали.
На прогулку Маха выходит и сразу разгоняется с места в карьер. И еще успевает комментировать: «такие пробеги я буду делать целый день. Они очень полезны для мышец ног, я считаю». Она так и произносит: «мышец». И ведь правда, пробеги так и делает. Я уже не всегда успеваю ее догнать и пресечь социально не одобряемые действия.
Таня за обедом: «а я могу вырасти выше своей бабули? Интересно, а сколько я проживу? 150 лет это уже редкость!» Рассказала ей про мою прабабушку, ее, значит, прапрабабушку, которая прожила 98 лет. Таня: «98? Ну, много! Я тоже хочу так жить. Хочу лучше 100». Уфф, главное, чтобы меня при этом не было. 100 лет таких воплей я просто не выдержу.
На балансировочной доске Маха опять стояла под «Лунтика», но если вчера мы, закончив упражнения, спокойно его выключили, то сегодня девочки обе верещали так, что папа прервал урок и пришел посмотреть, что я с детьми такое ужасное делаю. Тут я вспомнила, почему мы им не показываем мультики, и снова объявила мораторий на полгода минимум. Вот, их предел – два дня.
Тут еще, видимо, погода будет меняться, а у девочек это всегда сложный момент. Таня начала нудеть еще в начале прогулки, а у Махи сорвало резьбу попозже, после балансировочной доски, но тут они начали вопить уже вдвоем. Это весеннее обострение меня утомило.
Таня: «думаю, весело быть динозавром!» Обалденно весело. Динозавру. А вот людям, которые вынуждены изо дня в день с этим динозавром жить и общаться, такое себе.
Таня время от времени покрывается прыщами и комментирует это так: «чесоточные зудни всю меня исчесали! Это все из-за чесоточных зудней! Я в книге читала». Таня сама один большой чесоточный зудень. Просто мы диету нарушаем, а оно карается кожными реакциями.
Таня: «а бывает, что у диплодока рождаются тираннозавры?» Да сколько угодно, говорю, вот вы же у меня родились. Спустя некоторое время Таня уже утвердительно: «бывает, что динозавры меняются яйцами, и у травоядного вырастают дикие детеныши, как мы у тебя». Я, конечно, не такая уж и травоядная, но по сравнению с ними да, пожалуй.
Вечером я предупредила девочек, что завтра буду спать до упора, и кто меня разбудит, тот об этом пожалеет. И девочки вняли моим словам и утром проснулись и тихонечко сели читать книжки, даже Маха, о чудо! А потом стали рисовать, и тоже тихо. Так поспала я на славу. Дети могу быть благоразумны иногда.
Причесываю Таню, тут она тянется к какой-то маруськиной игрушке, а Маха ее не дает и говорит рассудительно: «Таня была полностью зафиксирована и не могла пока вступить в драку». Еще бы – пока я заплетаю девочек, вступить в драку они могут только ценой утраты собственного скальпа, и им обеим это хорошо известно.
Таня сняла тигриную маску, сказав, что в ней она хуже видит, а надо выбрать журнал для чтения в растяжке. Маха тут же: «а у меня глаза всегда плоховато видят, я так и буду очкариком». Откуда она взяла это слово, я не знаю, не помню, чтобы произносила его. Но сказала, что может быть ей и отменят очки, зрение ведь улучшается. Маха: «а ты еще говорила про какие-то штучки…» Про линзы – да, я ей говорила, что взрослые иногда вместо очков носят линзы. Но сейчас я ей кратко рассказала про санкции и импортозамещение и посоветовала не мечтать особенно о линзах. Оправу и ту успели купить, а больше нет привоза. Правда, линзы Махе если и потребуются, то не так уж скоро, но тем не менее.
Девочки зовут меня заниматься с Махой. Я попросила их убрать разбросанные игрушки, чтобы было куда положить ковер. Они убрали, Таня пришла и докладывает: «технически мы все убрали». Прекрасно.
А как только упражнения закончили и поели, девочки снова раскидали все игрушки. Маха: «мы делаем раскопки!» Археологические. И судя по количеству выкопанного, они добрались до самых древних слоев.
Девочки рисуют. Таня: «мама, Маня меня достает! Она командует, а я хочу сама командовать!» Маха: «нет, я главная!» Таня моментально соглашается: «хорошо, будь ты главная». Потом вдруг опомнилась: «не спорь со мной! Не спорь со мной! Давай не будем заводить драку!» У Тани главный аргумент – драка. Вот просто государство и общество в миниатюре. Я смотрю на них и начинаю многое понимать.
Таня: «сегодня день отдыха, поэтому мы ни одного орева сегодня не делаем». А можно почаще такие дни отдыха устраивать?
Я сбежала от детей сначала по делам, потом прогуляться, и они полдня были с папой. Вечером меня заплющило их нежностями. Сначала пришла Таня, потом Маха: «ты моя кисочка, какая милая лапка! Ты такая милая!»
Таня: «мама, а почему ты редко моешься и по утрам только?» А вот сейчас обидно было! Я вообще-то и по вечерам тоже моюсь, но когда дети уже спят. У меня до сих пор сильна мамская душевая шизофрения.
Таня ужинает: «лапша похожа на машинное масло. И вкус совершенно такой же». Интересно, где Таня имела случай попробовать машинное масло? На мой вопрос об этом она сказала: «просто я так думаю». Но, судя по всему, машинное масло вкусное: лапшу Таня съела быстро и всю порцию.
Утром мы собрались и поехали в церковь. Таню к машине принесло прямо ветром, ей и напрягаться идти не пришлось. Она радостно заметила: «ветер – это символ весны!» Какая весна, такой и символ, да.
В церкви девочки настреляли себе вербы – то есть Таня настреляла, а Маха наревела. Она была сегодня какая-то очень капризная, и ей в утешение дали веточку. Так что пришли мы в церковь без ничего, а ушли с букетом вербы. Дети-добытчики. Когда вербу кропили святой водой, Маха радостно говорила: «фонтанчик!» А то. Освятили даже Шестилапого – эту плюшевую ехидну, которую Таня сегодня решила воцерковить.
После завтрака, и балансировочной доски, и еще тучи дел мы все-таки пошли гулять, только не на реку – там вообще сдует. Пошли в поселок. Маха сначала страдала, что очень устала и хочет домой, а потом вспомнила, что хочет в магазин, и пошла неутомимо. В какой-то момент ветер принес запах не то дегтя, не то мазута, и Маха сказала: «пахнет запахом одной книги и нашими мелками». Теперь мне хочется понюхать их мелки.
Маха: «я умею гроздья бананов изображать на веточках. Пальцы это бананы, а руки это веточки». В доказательство Маха опустила кисти рук и зашевелила пальчиками. Типа это бананы на ветру колышутся?
После обеда я легла отдохнуть, но тут же на меня сбежались девочки. Таня возилась с игрушками, а Маха легла рядом, сказала, что она тоже будет спать, но вместо этого начала меня препарировать: «ключичка! Она напоминает те бугры, которые на дороге». Это ей моя ключица напомнила «лежачих», которые во множестве встречаются у нас на дороге. Оригинально.
Дальше Маха разлепляла мне глаза и говорила: «а что это под ресничками такое розовое?», потом делала мне логопедический массаж – она теперь умеет, побыла в пятницу моделью: «щечки! Я инстинктивно старалась сделать больно». Инстинкты у нее очень хищные, прямо вообще.
А потом пришли гости с девочкой на год младше и малышом полутора лет, и вот тут развернулась Таня. Она отбирала у малыша все игрушки, а когда он начинал рыдать, отдавала ему все обратно: «не плачь, миленький!» И так миллион раз. И потом: «он глупый, уберите его!! Приходите еще!» Последовательность – не наш конек.
Маха: «наверное не получится рисовать в блокноте с помощью проектора? Проведем завтра эксперимент». Маха у нас известный экспериментатор.
Утром мы снова поехали в Мед-Амко. Пока мы собирались, и я торопила Маху пить воду, Таня бурчала: «Маня моя сестренка, я никому не дам ее обижать!» Похвально. Правда, мотив тут скорее тот, что Маха нечто вроде таниного заповедника – обижать Маху разрешено только Тане. А другим да, нельзя. Таня не позволит.
После массажа, на котором Маха была особенно сонной, хотя проснулась сама, мы поехали домой, постояли на доске и пошли гулять. Маха сегодня герой – покоряла любые горки, спускалась с них тоже сама, и мы с ней прошли сегодня большой круг – до реки, потом до конца поля, оттуда вверх на дорогу, и по дороге уже до дома. Это больше двух с половиной километров, и на все про все у нас ушло два часа. Правда, мы взяли с собой мыльные пузыри, а там был ветер, который чудесно их выдувал. И стоило Махе чуть устать, я обещала ей повыдувать пузыри вооон за тем поворотом, и она шагала к нему очень бодро. Правда, я просила ее ловить пузыри не на ходу, а стоя, потому что все попытки идти и одновременно ловить пузыри заканчивались эпичными шмяками. Когда Маха при очередном падении наелась земли, я велела ей стоять неподвижно, и на какое-то время ее хватило.
В горки она поднималась, говоря: «моя задача – преодолеть возвышенность». И она ее преодолела! Все преодолела.
Прошли мимо двух рыбаков на машине. Маха заметила: «какая у них красивая машинка!» Чуть поодаль они нас обогнали. Маха посмотрела и говорит: «это как раз тот франт, что я видела остановленным?» Ее ведь никто не учил языку Тургенева, но вот оно как-то само.
На вершине поля Маха начала уставать: «я немного выбиваюсь из сил». Постояли отдохнули, и снова на помощь пришли пузыри. А когда уже до дома оставалось метров 200, Маха совсем устала, и пузыри прямо спасли ситуацию – она за ними втопила, как будто не обошла перед тем всю поляну. Конечно, тут же и шмякнулась, встала и пошагала дальше, говоря: «после падения походка бывает еле-ельной». Есть такой момент, да. Причем Маха никогда не падает, когда просто идет. А вот если на ходу она ощипывает травку, или ловит пузыри, или разглядывает летящих птиц, то тут, конечно, падает. Многозадачность во время ходьбы еще не отработалась.
Но это все такие мелочи! Я только попробовала прогуляться с Махой по нашему маршруту, по которому мы осенью, до снега, гуляли с коляской, и еще тогда она следила, чтобы я не заставила ее идти лишнюю дистанцию. А я обещала ей, что со временем у нее не будет дистанции номер один, номер два, а просто вся прогулка станет одной большой дистанцией. Но я даже не думала, что это будет так скоро. А вот оно! И сейчас Маха даже не замечает, сколько своих прежних дистанций она прошагала. Она гуляет и кайфует от этого. Круто же!
А Таня рисует, и бумаги ей уже не хватает – она рисует и на Махе тоже: «мама, смотри, я Маню разукрасила! И на щеке тоже!» Ну красота же. Хорошо, что эти фломастеры смываются водой.
Таня: «ааа, мама, ты какая-то не такая! Всегда!» Если я всегда какая-то не такая, значит, я как раз такая, ухахаха.
Сегодня нам в Мед-Амко было назначено не с утра, и поэтому я спала, а по мне ползали Маха с Таней – то по очереди, то вместе. И рассказывали свои сны, и вообще всячески самовыражались. А потом мы не спеша собрались, постояли на доске, и поехали.
Таня взяла с собой тигриную маску, чтобы всех пугать, но как только вошла в Мед-Амко и увидела экран, сразу обо всем на свете забыла и залипла на своего «Лунтика». Правда, когда я ей напомнила, она маску надела и порычала, ну чисто чтоб отметиться, что не зря ее брала.
Вернулись домой, перекусили и сразу пошли гулять. Маха смотрит на отпиленный кусок дерева на пне: «на этом пеньке лежит кусочек деревянного арбуза». Да, потому что всякий раз, когда к нам приезжают племяшки, они раскрашивают мелками этот кусочек как арбуз, к полному восторгу Тани и Махи.
Таня все еще негодует: «ты никогда не бываешь какая надо! Бываешь такой все реже и реже!» Правда, потом меняет гнев на милость и говорит: «нет, ты такая как надо!» Просто ей надо в разное время разного.
Я ем кукурузные хлопья прямо из пакета. Таня: «это потому, что у тебя такая большая пастичка?» Именно поэтому!
С реки нас сегодня сдуло, и мы пошли надувать пузыри на огороде. Благо, Маха теперь отлично ходит по нашим кочкам. Таня смотрит на огород и говорит: «дедуля сказал, что посадим здесь картошку. Будет картошки у нас сколько душа запросит». А душа у Тани просит всегда как следует.
Маха: «сегодняшним летом мы заменим качели на гамачок – это хорошая лежанка, когда хочешь вздремнуть под солнцем!» Да, девочки любители. Они же на каком-то интервью сказали, что лучший отдых для них – это лежать и спать.
Маха набрала кучу открыток и книжечек в гостиной и тащит их наверх. А это, хотя она и умеет уже идти по лестнице, держась одной рукой, еще не так-то просто для нее. Идет и говорит: «а я тебе открытки несу. Поможешь донести?» Так мило попросила, как не помочь?
Потом, когда открытки были уже наверху, Маха принялась их разглядывать: «мы распотрашиваем и смотрим картинки, что внутри». Потрошитель.
Таня на мои замечания бурчит: «бывают же такие люди, непослушные, как я! Но я вообще-то послушная». А когда я попросила ее не мешать мне набирать текст, она ушла в детскую и стала бубнить там: «вы мне мешаете, но вы мне нужны для жизни». Очень меткое наблюдение. Точнее и не скажешь.
Маха про сок: «мой традиционный напиток!» Таня чаще выбирает чай.
Маха идет в ванну на руках. Мы так иногда делаем в качестве упражнения. Таня смотрит: «Маня, ты похожа на динозавра!» Даа, на огромного варана!
Таня: «а можно я папин телефон возьму? Всякие кнопочки понажимаю, всякие гадости напишу и разным людям пошлю! Незнакомым людям!» А Таня прямо в корень зрит – поняла, как вообще это работает, и что люди по большей части делают в соцсетях.
Собираемся утром в Мед-Амко, девочки уже позавтракали и хотят всяких десертов, а я ношусь по кухне как электровеник. Таня просит хлеб с маслом, но мне некогда мазать. Говорю, вот тебе яблочные сухарики. Таня ноет: «их мало!» Маха ей наставительно: «довольствуйся тем, что есть!» Зрит в корень. Скоро все мы будем довольствоваться тем, что есть.
По дороге они фонтанировали идеями. Маха: «а давай придумаем восьмой день недели! И назовем его восьмой кочешок». Таня: «он будет располагаться между субботой и воскресеньем». Прекрасная идея, как по мне.
Приехали, Таня начинает дразнить Маху дурочкой. Маха не обижается, а смеется и дразнит Таню в ответ. На наши замечания Таня говорит: «только мне можно обижать сестру!» Да я уже давно это знаю.
Бабуля насушила вкусных сухарей, и Маха, едва успев помыть руки, примчалась на кухню: «сухари меня просто сюда притянули!» Потом они притянули туда и Таню, и меня, и мы все сидели и грызли их.
Маха собрала какую-то абстрактную фигуру из деревянной игрушки-трансформера и говорит: «это что-то похожее на созвездие Большой Медведицы». Да, что-то такое есть.
Планируем, куда пойдем гулять. Таня просится в магазин, купить очередной набор динозавров. А поскольку у Тани утром обнаружился новый зуб, а старый и не думает выпадать и даже не шатается, я записала ее на удаление и согласилась купить динозавра, потому что никто, кроме динозавра, удержать ее в зубоврачебном кресле не сможет. Таня это вам не Маха. Да и на реку идти не хотелось – там ветер сдувает все. И Маха довольна: «пойдем через гаражи! Это будет наиболее короткий путь».
Наиболее короткого пути не получилось, потому что мы из магазина динозавров дошли почти до самой трассы, но Махе показалось, что это было недолго, и она вообще не просила отдыхать.
Еще перед прогулкой я попросила девочек поиграть немного, пока я поем. И Маха пошагала радостно: «мама разрешила нам поиграть, пока обедает!» Всегда мечтала, чтобы дети звали меня maman и на Вы, и вот Маха, насколько может, это реализует.
Таня набрела на кучку рассыпанного пшена и сказала: «природный источник пищи для голубей и ворон». Насмотрелись фильмов про природу, сразу видно.
Таня: «с помощью мозга я составила карту поселка». И это круто, потому что иногда карты составляются без помощи мозга, а по ним потом ориентироваться.
Таня: «вместо лошади я, бывает, скачу на диплодоке». Да Таня постоянно скачет на диплодоке, тут и сомнений нет.
Снимаю с Махи шину после прогулки. Маха: «я с шиной в этот день могу попрощаться, и это определенная свобода». Идеально сказано. Свобода не вообще, а определенная – без шины.
Маха приносит мне двух одинаковых куколок с разными волосами: «мама, я назвала их Катерина и Ирина!» А я как раз креплю фотографии к воспоминаниям прабабушки, готовлю книгу к изданию. Маха: «я буду наблюдовывать!» Наблюдовыватель неусыпный.
А еще девочки такие плюшевые. Стоит их поцеловать-обнять, как они тут же начинают нежиться и пищать, что я очень милая, и они меня любят. Чувствую, не зря живу))
Маха заразилась примером Тани и теперь тоже читает. Правда, пока еще не толстые книжки, а журналы, но читает очень увлеченно.
Таня увела у Махи деревянную игрушку. Маха ноет, Таня: «я тебе ее отдам, только слушай мои слова. Вот тут узор – одна диагональная линия, вот вторая…» Умная стала, жуть берет.
Маха: «Катерина и Ирина, о которых я тебе рассказывала, являются сестрами. Как и мы». Слог у Махи иногда совершенно официальный, хоть сейчас в отчет.
Таня: «мама, а мои дети сами научатся ходить, или придется учить их, как Маню? Или как мы, один сразу научился, а другой потом? Или сразу всех придется учить ходить? Какая была бы это тяжелая работа!» Таня не понаслышке знает, какая это тяжелая работа, но я объяснила ей, что хотя от ДЦП никто не застрахован, все-таки это не так часто встречается, и, скорее всего, ее дети научатся ходить сами.
Утром я проснулась и тихонечко крадусь мимо детской. Заглядываю туда – а Маха как раз вылезает из кровати, увидела меня и говорит: «здарова! А сестрица еще дрыхнет!» И тут сонный танин голос со второго яруса: «а вот и не дрыхнет!»
Маха предвкушает Пасху – подарочки, вкусняшки, а поскольку на Пасху мы и Таню к зубному записали, а после удаления зуба ей дадут динозавров, то и это тоже радостное событие. Маха говорит: «сколько важных событий ожидает нас в этот день!» На то она и Пасха.
Таню интересуют практические вопросы: «а зубик удалять больно?» Я посоветовала спросить у Махи, потому что ей удаляли вот в январе. Маха тут же охотно ответила: «почти не больно, не больнее, чем прививочка!» Тут Таня уже почесалась и говорит: «что-то я немножко побаиваюсь». Я напомнила ей про динозавров, которые ждут ее прямо возле стоматологического кресла, и она успокоилась.
В Мед-Амко Таня хвалилась перед всеми своим динозавром, а Маха требовала себе мячики и мешочки из набора для балансировочной доски, потому что в этот раз мы были в кабинете, где обычно у Махи балансотерапия. А Маха обожает эти мячики и мешочки. И кусать новый массажный стол она любит. Вчера, правда, сгрызла кусочек янтаря с собственного браслета. Грызун.
Маха все время напоминает мне, чтобы я им почитала. Это ничего, что они сами умеют, им хочется, чтобы вслух. Делаем с ней упражнения, я говорю, что тогда делай их быстрее и не с 15-го напоминания, а то у меня голос устанет раньше, чем я начну чтение. Маха тут же прибавила скорости и сговорчивости: «надо поопытнее». Вот именно.