У меня на вас совершенно нет времени

Глава 1

Сознание возвращалось неохотно. В груди все сдавило, и легкие горели, как будто я некоторое время не дышала. Тело ломило, а затылок вообще отзывался острой болью, словно по нему нанесли удар каким-то тупым предметом.

«Что происходит?»

Голова раскалывалась, а память никак не хотела возвращаться. Мелькали лишь обрывочные воспоминания, по которым я с трудом поняла хоть что-то из произошедшего.

Вот я иду по какой-то стройке, справа от меня возвышается башня крана, вот обхожу гору насыпанного прямо посреди дороги щебня и подхожу к возведенному трехэтажному зданию, чей фасад густо облеплен строительными лесами.

Следующее воспоминание, как пухлый прораб в белой каске машет мне призывно рукой, и я, крепко зажав под мышкой папку с документами, матерясь и оступаясь на каждом шагу, пробираюсь к нему через кучи строительного мусора.

А потом… Я вижу, как глаза толстяка расширяются от ужаса, и он что-то мне орет, размахивая руками. На инстинктах я поворачиваю голову и словно в замедленной съемке смотрю, как на меня пизанской башней падает целая секция лесов.

Последней мыслью было вроде: «Опять эти гастарбайтеры на анкерах сэкономили».

Значит, мне прилично досталось. Странно, что вообще жива. И почему до сих пор никто не вызвал скорую?

Собрав мысли в кучу, я для начала вспомнила свое имя, а следом по кусочкам начала восстанавливать картину своей жизни.

Что ж, имя свое я вроде помню, уже хорошо. Зовут меня Аня, верней, Шапилова Анна Гавриловна. Что еще… Не так давно отпраздновала свое тридцатилетие, но семьей до сих пор не обзавелась – живу одна в просторной двушке, доставшейся мне от бабушки. Мать с сестрой жили в другом городе, и виделись мы с ними редко, предпочитая общаться по телефону.

Так уж получилось, что карьера заменила мне личную жизнь, и, дослужившись до начальницы строительного департамента в крупной строительной фирме, я делила свою жилплощадь только с аквариумными рыбками, да и те регулярно дохли из-за недостаточной заботы о них. Мне все казалось, что у меня полно времени, и все успеется, а редкие встречи с очередным ухажером однажды перерастут во что-то большее. Но, видимо, кто-то свыше решил дать мне ускоряющего пинка, ведь именно в таких случаях и начинаешь переосмысливать свою жизнь.

Собравшись с духом, я с трудом разлепила веки. Проморгавшись и отогнав мельтешащие темные пятна, попыталась приподняться и оглядеться, но очередной приступ боли заставил меня крепко зажмуриться и откинуться обратно. А следом вернулся слух – только сейчас поняла, что до этого меня окружала полная тишина.

– Леська, ну же, вставай, ты чего?! – испуганно причитала рядом со мной незнакомая мне девчонка. – Хватит меня пугать! Я ведь подумала, что ты уже умерла…

Тут она замолчала и начала всхлипывать, а я подумала, что теперь вообще ничего не понимаю. Пора подниматься и выяснять, что случилось и кто во всем виноват.

«Вот же уроды, даже в больницу меня не отправили, – я начинала потихоньку закипать. – И где этот чертов прораб?»

Я снова открыла глаза. Зрение постепенно возвращалось, картинка становилась все четче, но от увиденного легче не стало. Над головой выкрашенный белой краской потолок, облицованные плиткой стены, все это было похоже на обычный санузел. По полу несло сквозняком, и тело уже начала пробирать дрожь.

«Что-то мне все это не нравится, – подумала я. – Какие-то нехорошие ассоциации… Потеря сознания, туалет… Где я вообще, черт возьми?!»

Скрипя от боли, я потихоньку перекатилась на бок и, ухватившись за стенку, попыталась встать хотя бы на четвереньки.

– Давай помогу! – взывавшая к какой-то Леське девушка перестала, наконец, реветь и, подскочив, подхватила меня под руки.

Толку от ее помощи было немного, только со второй попытки я смогла подняться на ноги. Меня знатно шатало, к горлу подкатывалась тошнота, да и тело слушалось с трудом, я едва могла стоять.

– Попить есть? – прохрипела я пересохшим горлом, надеясь, что мне сейчас не предложат водички из-под крана. Доверия к водопроводной воде у меня никогда особого не было.

– Да, конечно! – подружка бросилась к своей сумочке, что небрежно валялась на раковине возле зеркала.

Вот только ей пришлось отпустить меня, и мои колени тут же подкосились. Вцепившись в край раковины, как в спасательный круг, я все же смогла устоять и не распластаться на полу.

Девушка ойкнула и, подхватив сумку, кинулась обратно.

– Прости, прости, – виновато затараторила она, снова хватая меня за руки, да так, что я невольно скривилась.

– Воды, – напомнила я, прерывая готовые вырваться наружу очередные извинения.

Напившись, почувствовала себя немного лучше и смогла, наконец, осмотреться. Местный туалет с рядами кабинок и раковинами вдоль стен ничем не отличался от множества своих собратьев, разве что здесь было на удивление чисто. В голову начала лезть всякая ерунда о том, каким образом меня сюда занесло, и почему эта странная незнакомка принимает меня за другого человека.

Правдивых версий этого у меня не было, на ум приходила только всякая ерунда про пришельцев и правительственный заговор. Соображала я сейчас с трудом, и все переживания и волнения как-то сами отступили на второй план. Плюнув на свое богатое воображение, решила, что разберусь по ходу действия. С такими мыслями я потянулась к крану, чтобы освежиться, и на автомате бросила взгляд в зеркало.

– Чего?! – я испуганно отпрянула назад и чуть снова не упала, увидев в отражении совсем не то, что ожидала.

Та, что привиделась мне в зеркале, была совершенно на меня не похожа, еще и моложе лет на десять. Вытянув вперед руку, я ошарашенно уставилась на бледную маленькую ладошку, никогда не знавшую тяжелого труда, и ухоженные ногти. Черная прядь, выпавшая из собранных в хвост волос, порадовала меня своим цветом, которого у меня отродясь не было. Да и одежда на мне странная, похожа на школьную форму: блузка, пиджак, юбка, туфли на ногах.

Я что – школьница? Это что, сон? Или я в больнице, и впала в кому? И все мне это просто кажется?

Как и полагается в таких случаях, я от души ущипнула себя за руку и тут же тихо выругалась. Больно было по-настоящему. Накатило осознание того, что я все-таки попала. В чужое тело, а возможно и в другой мир, что означало только одно – настоящая «я» умерла.

Прислонившись к стене, я сползла вниз, закрыв лицо руками, тихо застонала. Теперь-то меня накрыло по полной программе.

– Что такое? Тебе снова плохо? – девчонка присела рядом со мной на корточки и зачем-то потрогала лоб.

Чувствовалось, что она искренне переживает за меня, и мне стало как-то неловко за свое поведение.

– Все нормально, – дрожащим голосом ответила я, хотя ни черта нормального сейчас не происходило. – Просто голова болит, наверное, сильно ударилась.

Тут мне в голову пришла «гениальная» идея, навеянная опять же обстоятельствами, в которых я оказалась.

– Знаешь… Похоже, у меня проблемы с памятью после этого. Я даже имя твое не помню. В голове все смешалось, – я развела руками и тяжело вздохнула, наблюдая за реакцией своей нынешней подружки.

– Ой, какой кошмар! Довел все же тебя этот Меньшиков. Я ведь говорила, надо было сразу к ректору идти. Но ты не захотела его вмешивать, и вот к чему все привело…

– Подожди, – поморщившись, перебила я этот поток словоблудия, – какой еще Меньшиков? Кто это вообще такой?

– Ты и его не помнишь?! – вскочив на ноги, девушка всплеснула руками. – Да что ж это творится то…

– Не помню, – честно ответила я, пытаясь справиться с приступом дурноты.

– Да, да, конечно, я все тебе расскажу… – торопливо закивала девчонка. – Мое имя Нина, я твоя лучшая подруга, а тебя зовут Олеся, или просто Леся.

– Ну, свое-то имя я не забыла, – я слабо усмехнулась.

Ты, подруженция, так голосила, что трудно было его не услышать.

– Это хорошо, что ты его помнишь, – обрадовалась Нина. – А что еще ты хочешь узнать? Что-то не знаю, с чего начать.

– Начни сначала, а там разберемся, – я уселась поудобней и прикрыла глаза.

Головная боль слегка утихла, но слабость не отпускала и все так же подташнивало. Пусть я не до конца осознала все происходящее, но несмотря на это, информация лишней не будет.

Она начала свой рассказ, и мои глаза постепенно становились все круглей от услышанного. Периодически я прерывала ее, задавая нужные мне вопросы и направляя сбивчивую, эмоциональную речь в нужное русло. По выхваченным из рассказа деталям я узнавала об этом мире все больше интересного.

Оказывается, здесь есть магия! В этой реальности, и конкретно в Российской империи, где мы сейчас находились. Похоже, в этой стране нет, и никогда не было ни демократии, ни президентов, а заправляют здесь всем аристократы. Судя по всему, век и год тут примерно тот же, какой был в моем мире, когда я сюда попала.

Олеся и Нина учились в университете (уже лучше, чем школа!), предназначенном исключительно для аристократической братии. Обучали тут как магов, так и лишенных какого-либо дара, или просто «лишенцев», как их тут принято называть. Сама Олеся, в теле которой я очутилась, тоже происходила из знатной семьи Бестужевых (ну хоть не простолюдинка, и то хорошо), не очень богатой, но принадлежащей к древнему роду. И потому девушка была бы завидной невестой, если бы не отсутствие магии.

Бестужевой и ее подруге не так давно исполнилось по восемнадцать, так что они могли считаться вполне взрослыми. Учились они на первом курсе, поступив сюда вместе всего лишь полгода назад, и сразу как-то сдружившись. Это рыжеволосое и конопатое чудо, наверное, трудно было не заметить, тем более что они попали с ней в одну группу.

Да уж, повезло, так повезло. Умереть в самом расцвете сил и попасть именно в это тело. Олеся была болезной и слабой девочкой, лишенной какой-либо магии, а потому была не способна постоять за себя. И это в мире, где аристократы отнюдь не белые и пушистые, а владение магией является основным показателем силы.

Ненавижу быть слабой. В моей жизни хватало ситуаций, когда я чувствовала себя совершенно беспомощной, как физически, так и в плане уверенности в себе, и это всегда меня ужасно злило. Наверное, только из-за этого в свое время как одержимая начала пробовать все, что могло сделать меня сильнее. Пара лет метаний от рукопашного боя до стрелкового клуба, бега трусцой по утрам и волейбольной секции окончились в качалке. Почему-то именно «железо» пришлось мне по душе больше всего. Нет, конечно, я не стремилась стать похожей на тех накаченных-перекаченных девиц, коих хватало в нашем тренажерном зале, но уверенности в себе у меня прибавилось ощутимо. Уже через год я стала практически другим человеком, дела пошли в гору, на работе все наладилось, и я даже стала строить какие-то планы.

Планы, ага… Попаданка гребаная. Говорили мне, меньше надо читать всякую фантастику, вот и допрыгалась. Теперь на своей шкуре испытаю, каково это.

Одна надежда, раз тут есть магия, может, и способ вернуться найдется. Хотя куда там возвращаться, меня той кучей металла наверняка так расплющило, что я вернуться смогу только в качестве зомби. Мда, нехило так помятого зомби… Ладно, соберись, тряпка, сопли будешь размазывать потом, когда разберешься с текущими проблемами. И не в такие переплеты попадали.

Пока я слушала Нину, мое самочувствие превратилось из откровенно хренового в более-менее нормальное. Пытаясь переварить вываленную на меня информацию, уже самостоятельно поднявшись, я снова подалась к раковине, чтобы привести себя в порядок.

Расправив, как могла, помявшуюся форму и, подтерев потекшую тушь, я обернулась и посмотрела на Нину. Та все это время молча наблюдала за моими действиями.

– А где моя сумка? – поинтересовалась я у подруги, спохватившись вдруг, что у меня с собой не оказалось никаких вещей.

– Ты ее в аудитории оставила, – печально поведала мне Нина. – Мы думали быстро сбегать в туалет на перемене, но тут появился этот мерзавец, и вот теперь мы тут сидим, ждем следующей перемены.

Того мерзавца, про которого говорила девушка, звали Владом Меньшиковым. И эти полгода он просто не давал ей прохода, пытаясь добиться девушки, не гнушаясь при этом самых грязных способов. От него-то она и пряталась в туалете, как делала все это время вместе со своей подругой. В этот раз он довел ее своими нападками до такой степени, что слабое сердце девушки просто не выдержало. Со слов Нины, стоило им с Олесей забежать внутрь, как та вдруг рухнула без сознания. Наверное, как раз в этот момент моя душа пролетала мимо, можно сказать, мне повезло…

– Понятно, – ответила я ей, постепенно закипая от злости на незнакомого пока мне аристократа, по чьей вине погибла молодая девчонка.

Да, я выжила за ее счет, но этот козел все равно заслуживает наказания. И я не собираюсь тут торчать до перемены, дрожа от страха за свою невинность.

«Прости, Олеся, но теперь я буду заботиться о твоем теле. Пусть только попробует снова подкатить ко мне свои я… Кхм, короче, еще раз полезет – недосчитается одной, самой важной для него части тела».

– Леся, ты что, собралась выйти? – растерянно проговорила девушка, увидев, что я направляюсь к двери. – Но до конца пары далеко! В коридоре сейчас только Влад со своей свитой, и никто не сможет за нас заступиться!

–Ничего, своих подчиненных смогла построить, уж с каким-то мелким гаденышем и подавно справлюсь, – пробурчала я себе под нос, берясь за дверную ручку.

Решив кое-что уточнить, я снова повернулась в сторону Нины, которая так и стояла, как вкопанная посреди туалета, не понимая, что я задумала.

– Скажи, – я сделала паузу, размышляя над своими дальнейшими действиями, – драки в школе запрещены? Или просто не одобряются? И еще, можно ли использовать магию против других студентов? Что за это будет?

– Что? – подруга недоуменно заморгала, похоже, у нее случился когнитивный диссонанс в моем лице.

– Ну, так что, – терпеливо повторила я, ожидая, пока она «отвиснет».

– Ээ… – пробормотала она, – подраться-то тут любят. Но, по-моему, руководству университета без разницы, пока никто не пострадал серьезно. Ну а магию можно использовать только в специальных аудиториях и на учебных полигонах. Наказание суровое, вплоть до отчисления, правда, это не всех останавливает.

– Понятно, – довольно кивнула я и открыла дверь.

Глава 2

Коридор университета для аристократов не поражал воображение своим внешним видом. Ни тебе лепнины на потолке, ни дорогих гобеленов по стенам, обычный евроремонт и такая же, как в туалете, почти стерильная чистота. В коридоре было пусто, как и сказала Нина, сейчас шла пара, и студенты томились в аудиториях.

– О, никак, наша принцессочка, наконец, набралась храбрости и решила выйти? – мерзкий голос прозвучал совсем рядом, и мне стоило больших усилий не вздрогнуть.

Нет, кажется, не все студенты добросовестно просиживают штаны на уроках и грызут гранит науки. И, похоже, бывшая хозяйка тела просто до ужаса боится обладателя этого голоса, это на уровне рефлексов.

Сделав глубокий вдох, чтобы унять участившееся сердцебиение, я повернулась к говорившему. Белобрысый парень, в брюках и небрежно расстегнутой на несколько пуговиц рубашке, перекинув пиджак через плечо, стоял у стены, облокотясь на нее спиной. Весь вид Меньшикова был призван говорить о том, какой он неотразимый, и как повезет той, на кого он обратит свое внимание.

Рядом с ним терлись прихлебатели мажора – пара пацанов помладше, с виду такие же типичные представители «золотой» молодежи.

Влад Меньшиков был родом из семьи чуть похуже, зато он был магом, как и его отец, а уж амбиции у главы их семейства были королевскими. Не так давно у Бестужевых появилось одно прибыльное дело, на которое они установили практически монополию, и их позиции в кругах аристократов резко выросли. Как я поняла из сбивчивых объяснений Нины, Меньшиковы тоже положили глаз на этот бизнес, но Бестужевы их нагло опередили.

Понятно, что они воспылали к конкурентам самой черной завистью, но поделать ничего не могли. А потому сделали ход конем: чтобы отжать у них этот бизнес, или хотя бы поучаствовать в дележке прибыли, они решили породниться с Бестужевыми и сосватать своего наследника за старшую дочь семьи своих неприятелей. Но, у той был жених, и они переключили свое внимание на младшенькую. Конечно, истинных причин этого никто не озвучивал, свое решение глава Меньшиковых объяснял лишь желанием примириться и установить добрососедские отношения.

Бестужев-старший не был дураком, прекрасно понимая, что стоит за этим предложением и, пусть и в мягкой форме, но все же отказал ему, не желая своей дочери подобной судьбы.

И потому Меньшиков-младший делал все в попытке соблазнить неискушенную в подобных игрищах девушку, постоянно твердя, что кроме него она никому не нужна. Домогаясь ее, он не гнушался ничем. Однажды, затащив Олесю в пустую аудиторию, он решил взять ее силой, чтобы потом было проще предъявить на нее свои права. И только бдительность Нины спасла Олесю от страшной участи. С тех пор она стала бояться его как огня.

– Что-то ты бледная совсем! – с фальшивым сочувствием протянул Влад. – Наверное, редко бываешь на свежем воздухе. Ну, так вечно же торчишь в туалете. Может, у тебя проблемы с пищеварением?

Он гадко хохотнул, довольный собой, и его «свита» тоже захихикала, смеясь над словами своего вожака.

«Стая гиен, право слово. Прямо кулаки чешутся припечатать им в морду».

Приняв невозмутимый вид, я схватила за руку робко выглядывающую из-за двери туалета Нину и силком потащила ту за собой, намереваясь обойти эту аристократическую гоп-компанию. Еще теплилась надежда избежать конфликта, уж очень мне не хотелось начинать свою жизнь в этом мире с подобных разборок, и наживать себе врага. Но мои призывы к высшим силам остались неуслышанными. Впрочем, я не была удивлена. Подобные типы, как этот Влад, почуяв в противнике жертву, не отстанут, пока не добьются своего.

С выражением вселенской скорби на лице, Меньшиков-младший шагнул ко мне, перекрывая мне один из путей отступления. Его друзья заходили с другой стороны, чтобы я не смогла сбежать в том направлении.

– Куда же ты? – притворно вздохнул мой преследователь. – Неужели ты снова оставишь меня одного? Ты пойми, Олесенька, я ведь о тебе забочусь. Кто же еще, кроме меня, согласится взять в жены «лишенку»? А будешь послушной девочкой, я так и быть, позволю тебе…

– А не пойти бы тебе нахрен, дружочек? – спокойно заявила я, прерывая его влажные мечты.

– Что ты сказала?! – ошарашенно переспросил он.

– Повторяю для особо тупых, заткнись и уйди с дороги, придурок.

Аристократик покраснел и открыл рот, хватая воздух, как выброшенная на берег рыба.

Не дожидаясь его ответных действий, я быстро подошла к нему вплотную и нанесла короткий удар в пах. Влад тут же с громким стоном сложился пополам, превратившись из уверенного в себе парня в жалкое существо, вся жизнь которого – боль.

Получилось не так сильно, как хотелось, но я-то привыкла рассчитывать на свое «прошлое» тело, а это вон сразу повело от такого, самого простого приемчика. Но, в принципе, этому уроду и так хватило. М-да уж, первым делом нужно будет заняться своим физическим развитием. Сразу, как разберусь с основными проблемами.

С трудом удержавшись, чтобы не добавить своему обидчику, пока он беспомощно валяется у меня в ногах, я склонилась над его ухом и прошептала так, чтобы услышал только он:

– Слушай сюда, козел. Как раньше больше не будет. Считай, что я теперь другой человек. И если ты еще хоть раз подойдешь ко мне, я больше сдерживаться не буду, и твой отец навсегда лишится возможности иметь внуков. Надеюсь, ты меня услышал.

Мысленно сплюнув, потому как воспитание не позволяло сделать это вживую, я отвернулась от поверженного противника и нашла взглядом Нину. Она стояла как вкопанная ровно там, где я ее оставила, и на ней просто не было лица.

«Да уж, выдержки мне точно не хватает. Впрочем, он сам напросился. Только теперь, поди, объясни девчонке, что не так с ее подругой».

Позади нее, в похожем состоянии, остолбеневшие от происходящего, замерли дружки Влада. Они даже не попытались кинуться своему главарю на помощь, настолько их поразило увиденное.

Подхватив девочку под локоть, я буром поперла на пацанов, скорчив самую угрожающую физиономию, и те невольно расступились, дав нам пройти. Находясь в полной прострации, Нина покорно пошла за мной, не делая попыток вырваться.

Не знаю, чем я думала, когда оставляла за спиной своего новообретенного врага. Возможно, не ожидала, что он так быстро оправится от моего удара, а может, мне в голову не могло прийти, что он настолько разозлится и наплюет на все запреты. Но когда я ощутила холодок между лопаток, а на лицах стоящих по бокам парней прочитала смесь ужаса со злорадством, мне стало ясно, что моя жизнь в этом мире скоро может закончиться, едва начавшись.

Резко оттолкнув Нину от себя, я крутанулась на месте, собираясь встретить опасность лицом к лицу. В мою сторону летел огненный сгусток, больше похожий на плазму, чем на классический фаербол, какие любят описывать в книгах. Наверное, после столкновения с ним я не выживу: сомневаюсь, что у обычной «лишенки» есть защита от огненных заклинаний. Уклониться я при всем желании не успевала, а потому, крепко зажмурив глаза, с безумством храбрых шагнула навстречу своей очередной смерти. Страха почему-то не было, как и остальных эмоций, в голове царила звенящая пустота.

Секунда, другая прошли, а до сих пор жива, и даже не сгорела. Удивленная, я открыла глаза. Мое удивление переросло в шок, а челюсть отпала чуть ли не до груди.

«Похоже, я все-таки сплю. Или нет, я попала в дурку и меня накачали всякой дрянью, отчего крыша поехала окончательно. Да, точно…»

То, что я сейчас наблюдала, больше походило на спецэффекты из какого-нибудь фантастического триллера. Потому что мир вокруг меня вдруг замер, время остановило свой бег, и я могла детально разглядеть некоторые вещи, которые обычно не успеваешь заметить. Например, пылинки, застывшие в луче света, или замершая в падении Нина, чье тело сейчас, попирая законы физики, зависло над полом под углом в сорок пять градусов. Ошеломленная, я нерешительно сделала маленький шаг вперед, подходя ближе к зависшему в воздухе огненному шару, и завороженно коснулась одного языка пламени, что как протуберанцы, во множестве покрывали шарик, превращая его в подобие маленького солнца.

– Ай, жжется! – я отдернула руку и начала усиленно дуть на обожженное место, ругая себя на все лады за глупость.

Ведь огонь запросто мог перекинуться на меня, и я бы уже полыхала, как спичка. Но, наверное, этот эффект остановки времени действовал и на магическое пламя, а потому все обошлось.

Боль привела меня в чувство, и я обратила внимание на другие, не менее важные вещи. С опаской обойдя «солнышко», я направилась к своему недругу, чье лицо искажала гримаса ненависти, а сам он тянул в мои сторону руки, как будто хотел схватить. Подойдя к нему, я остановилась в раздумье.

–Ну и что же мне с тобой делать? – задала я вопрос в пустоту. – Убивать я тебя, конечно, не стану, хоть ты и пытался это сделать со мной. Но, и оставить все, как есть, не могу, иначе ты вообще почувствуешь себя безнаказанным.

Я вздохнула и, не дав себе времени передумать, обыскала карманы Меньшикова. Нашла я немного, пластиковую банковскую карту, пару купюр местных денег, крупного номинала, и всякую неинтересную мне мелочевку. Сложив все, кроме купюр, назад, я брезгливо вытерла о форму руки.

Нет, все не то. Надо найти что-то, что важно для него. Чтоб и такого мерзавца проняло.

Без особого интереса скользнув взглядом по фигуре парня, за отворотом расстегнутой рубашки я уловила блеск и заинтересованно подалась вперед. На шее Влада висел на цепочке золотой медальон, достаточно дорогой на вид, инкрустированный сверкающими камнями.

– Ну что ж, может эта вещица дорога для тебя.

Расстегнув цепочку, я аккуратно сняла ее, и спрятала к себе в карман, стараясь не прикасаться к оголенной шее противника больше нужного. И все равно захотелось вдруг руки с мылом вымыть.

– Так, ну и что теперь? Как снова запустить время?

Я отчего-то была уверена что все эти трюки со временем, это моих рук дело. Правда, я понятия не имела, магия ли это или какая-то сверхспособность, которой наградили меня неведомые силы. Но не думаю, что светить подобным талантом перед всеми будет разумно. Кто знает, как тут относятся к таким, как я.

Потому возвращаемся на место, только немного в сторону отойдем, чтобы нас не зажарило, но и чтоб не бросалось в глаза. И начинаем думать, как сделать, чтобы мир снова ожил.