Принц-Блинчик

Тяжело принцу смириться с судьбой, когда комом, вопреки всем поговоркам, вышел именно младший сын правителя Блинного королевства.

Старшие братья все как на подбор. Румяные, круглые, масло так и блестит на их лицах. А он сгорбленный рулетик с подгоревшими краями, того и гляди, корочка по краям осыплется. Стыда не оберёшься. Разве такой наследник может радовать царственных родителей?

Вот и Блинчик бежал подальше от родительских глаз и родного дворца на улицы королевства, прятался у простых людей. Всему учился, всё подмечал, всем помогал. Тётушка Сдоба научила его разговаривать с животными. Две малых сестрички Хлебные Крошки показали, как искать в лесу грибы да ягоды. Дед Крендель обучил мужским ремёслам и премудростям.

Блинчик в благодарность за новые знания пел своим поданным чудесные песни. С ними и работа ладилась, и тесто подходило, и вся тоска уходила прочь. Никто и подумать не мог, что в Блинчике, который уродился комом, такой сильный голос и огромная душа. Простой народ любил Блинчика за доброе сердце и величал Принцем-Блинчиком, вот только его братья придумали иное прозвище:

– Комочек! Комочек! К нам катись! – позвал первый, самый старший брат.

– Не прикатится, не умеет он, – рассмеялся второй, самый круглый, самый большой из всех блинов королевства.

– А ты прыгай, Комочек, через голову! – посоветовал третий брат.

– Вот так! Вот так! – сделал колесо четвёртый, самый лёгкий и воздушный брат.

Принц-Блинчик и не думал к ним подходить. Хотел, по обыкновению, дождаться сумерек в саду и доковылять до своих покоев в темноте, но братья заметили его, словно выжидали.

Не знал Блинчик, что в его отсутствие ведьма посетила Блинное королевство. Глазища страшные, руки тощие, волосы путанные, душа чёрная. Запросила у короля обещанное – сына солнцеподобного для жертвы в день весенний да праздничный. Плакала королева-мать, у самого короля сердце сжималось от тоски, но не мог обмануть ведьму правитель Блинного королевства. Велел старухе в свои земли отправляться, а сына обещал следом за ней отправить. Смекнули братья, что солнцеподобные лишь они четверо, и никто из них не хотел покидать отчий дом. Стали думать и гадать, как им вместо себя брата младшего отправить, и надумали. Подстерегли его в саду. Обступили кругом. Чует Блинчик, горелым пахнет, да не выбраться уже. Братья сильнее круг сжимают.

– Пустите меня!

– А куда тебе спешить, Комочек? – зашептал старший брат.

– Я…я…, – Блинчик посматривал на братьев, но против четверых шансов у него и вовсе не было.

– Пожалуешься? Комочек-то у нас ябеда! – третий брат принялся щекотать подгоревшие бочки младшего брата.

– Пустите! – Блинчик попытался пробиться, но братья крепко держались друг за друга. Мышь не проскочит, муха не пролетит, куда там неповоротливому младшему принцу.

– Погоди, Комочек. Мы же как лучше хотим, – молвил второй брат.

– Говорят, далеко-далеко от нашего королевства живёт ведьма, – подхватил самый старший.

– Да какая она ведьма?! – перебил третий брат.

– Добрая колдунья, – заявил четвёртый.

– Но, может, и недобрая! – усомнился старший.

– Колдовать-то умеет, – недобро улыбнулся самый сильный и большой второй брат.

– Я-то здесь при чём? – Блинчик переводил взгляд с одного на другого.

– А то! – принялся объяснять старший, – пришла она к нам, грозится гибелью всему Блинному королевству…

– Так что же вы молчите, – встрепенулся Блинчик, – нужно срочно собираться!

– Вот, а ты рассказать не даёшь, – укорил третий брат.

– Есть спасение…, – поделился старший своим знанием, будто секретом.

– Какое спасение? – доброе сердце Блинчика не могло допустить гибели всего королевства.

– Пришла ведьма к нашему королю-отцу, и сказала: «Есть у тебя сын-уродец. Ни круглый, ни масляный. Если он ко мне до праздника весеннего дойдёт, то земли ваши беда обойдёт», – старший перешёл на шёпот.

– Так почему они мне ничего не сказали? – удивился Принц-Блинчик.

– Матушка не хочет расставаться с тобой, плачет всё время. Вот и батюшка наш в печали, – подмигнул младшему самый сильный и большой брат.

– Когда мы отправляемся? – Блинчик решил, что они все вместе пойдут. И ведьму победят, и королевство спасут. Но братья решили иначе.

– Так сейчас и отправляйся, быстрее выйдешь, раньше дойдёшь! – заявил четвёртый брат.

– Один? А что я ведьме скажу? Что делать там буду без вас? Как ведьму одолеть?

– Это никому не ведомо, – опустил глаза старший.

– Может, и сражаться с ней не надо, а она тебя круглым и ровным сделает, – подбодрил третий брат.

– Будешь нам ровня, а не позор. Иди скорее в дорогу! – четвёртый снова сделал колесо без рук, будто указывая нужное направление.

– Боязно как-то. Ведьма всё же. Может, я отцу нашему скажу, что отправился в дорогу. Чтобы не переживал. И с матушкой попрощаюсь перед дальней дорогой.

– Нечего их беспокоить и расстраивать.

– Не трусь, Комочек!

– Трусливый Комочек!

– Я не трус!

– Так докажи!

Забилось быстро-быстро храброе и доброе сердце Принца-Блинчика. Ни слова он больше не сказал братьям. Пошёл, как был, со двора в город, там за ворота и в дальний путь.

Шёл он полями, крутыми берегами, мрачными лесами. Сотни тропок исходил, десятки мостов перешёл, пяток городов обошёл.

Утром ранним пробирался он пролеском, увидел, в стороне от тропинки бьётся птичка-синичка, угодила невеличка в силки. Освободил бедную пичугу Принц-Блинчик, зачирикала она в ответ, но не прошли даром уроки тётушки Сдобы, понял он всё, что птичка ему сказала.

– Добро твоё не забуду. За жизнь принято платить жизнью. Поймёшь, что твой смертный час пришёл, позови меня. Только понапрасну не зови! Запомни хорошо и ничего не напутай:

Попала как-то в сети птичка,

Но Блинчик – молодец,

Спаси теперь меня синичка.

Чтоб принцу не пришёл конец!

Взмахнула синичка крыльями и улетела. Хотел было и Принц-Блинчик в путь отправиться, но схватила его поперёк тела чья-то рука и подняла вверх. Испугался принц, чуть было птичку не стал звать, но преодолел первый страх. Смотрит он прямо в глаза своему пленителю, а перед ним мальчуган чумазый да голодный.

– О, Блинчик! Ты меня обеда лишил, птицу освободил, я тебя и съем.

– Не надо меня есть! И с птицы той, много ли мяса было бы?

– Много ли мало, но у меня несколько дней во рту ни крошки.

– С меня тебе только плохо будет.

– Чем ты плох, Блинчик?

– Не круглый, не румяный.

– Зато вкусный!

– Стой! Стой! – Блинчик упёрся в щёки мальчика, когда над ним навис ряд не очень чистых зубов.

– Чего кричишь?

– Давай я песенку тебе спою. Ты уснёшь, а как глаза откроешь, будет перед тобой корзина грибов и корзина ягод.

– Обмануть хочешь? Я усну, а тебя и след простыл.

– Разве я похож на обманщика?

– Ты похож на вкусный блинчик.

– Я не просто блинчик, я Принц-Блинчик. Даю слово. Никуда не уйду.

Запел Блинчик волшебную песню. О тёплом огне очага, о нежности материнских рук, о вкусных пряниках и большой ярмарке. Уснул мальчонка и пока видел яркие сны, пошёл Блинчик в лес, как его сёстры Хлебные Крошки учили, разыскал полянку с грибами и ягодами. Из лыка корзины наплёл, набрал лесного угощения и отнёс на поляну. Проснулся мальчик, глазам своим не поверил, запустил ручонку в чёрные блестящие ягоды. Вдохнул черничный аромат и съел лакомство прямо с ладони.

– Вкуснота!

– Много сразу не ешь! Живот заболит!

– Всё ты знаешь, Принц-Блинчик. Обещание исполнил. Давай и я тебе помогу. Куда ты путь держишь?

– В далёкие-далёкие земли, где живёт ведьма. Через лето, осень и зиму, прямиком к весеннему празднику.

– Да уж, нелёгкая дорога и путь неблизкий!

Соорудил мальчик лодочку из дерева, сделал парус из бересты, и получился настоящий корабль. Взошёл Капитан-Блинчик на борт, ухватился за мачту крепко. Мальчик спустил корабль на воду и отправил вниз по течению.

Долго ли, коротко ли плыл корабль Принца-Блинчика по широкой реке, но в одну из ночей пронзили небеса острые молнии, хлынули потоки воды прямо на голову, завыл жуткий ветер. Бросало корабль из стороны в сторону. Сам себе капитан, сам себе матрос. Изо всех сил боролся он со стихией, лишь под утро привязал себя к мачте и провалился в сон от усталости.

Утром гонимый ветром корабль выбросило вместе с Принцем-Блинчиком на берег. Очнулся Блинчик и чувствует, что опять его чья-то рука сжимает, уже и горло сдавила. Ещё немного и дышать нечем будет. Позвал бы он птичку, да слово вымолвить не смог. Смотрит только на смерть свою, что пришла к нему косматым бородачом. Стоит мужик. Глаза блестят, губы облизывает и приговаривает:

– Маленький да удаленький. Домой тебя возьму, деток покормлю!

Выдохнул Блинчик и разомкнул свои сухие губы:

– Много ли с меня проку? Разве мной всю семью накормишь?

– В голодную годину и одна крошка за каравай сойдёт.

– Что же ты? Семью одним блинчиком кормить собрался?

– Стихия лютует, сети порваны, рыбы нет. Тебя мне Морской Бог прислал!

– Меня никто не присылал, я сам плыл. Не ешь меня, я тебе песню спою.

– Песнями сыт не будешь.

– А это не просто песня. Я спою, ты уснёшь, а у тебя к столу будет рыба.

– Обманешь, прохиндей!

– Слово Принца-Блинчика! И сам не уйду, и рыбу наловлю!

Послушался бородач, лёг на берегу. Запел Блинчик тихо-тихо красивую балладу о дальних берегах и героических странствиях, о чёрных морях и морском чудовище, о дивных красавицах с рыбьими хвостами и храбрых моряках. Уснул рыбак и увидел во сне себя мореходом, а Принц-Блинчик тут же взялся за работу. Сеть починил, рыбу наловил.

Просыпается мужичок, а об улове таком он только в сказках от своего деда слышал, а тому деду его дед ещё рассказывал. Тут не только одну семью прокормить, тут всю деревню накормить можно, и на ярмарку ещё отвезти останется. Обрадовался рыбак.

– Как же тебя отблагодарить, Блинчик, за чудеса такие?

– В непогоду я попал, потерялся, не знаю, куда идти, отправлялся к ведьме в далёкие-далёкие земли.

– Не слышал я ни о ведьме, ни о землях. Но вот что тебе скажу, есть у нас в этих местах кочевой народец. Везде бывают, всё знают. Отправляйся прямо к ним. Дорогу тебе подскажу.

Копнул рыбак землю, вытащил дождевого червяка и положил прямо перед Блинчиком. Лежал червячок неподвижно, но потом вытянулся и пополз.

– Ступай за ним. Медленно, но верно. До цыганки дойдёшь, уж она тебе точно с дорогой поможет.

– Благодарствую, рыбак!

– И тебе доброго пути, принц!

Отправился Блинчик вслед за дождевым червячком. Долго шли и медленно. Сорок ночей сменились рассветом, сорок дней погрузились в темноту, как вышли они на поле. Глядит Блинчик – вдалеке стоит одинокая кибитка с лошадкой. К ней ли ему идти или не к ней, он не знал. Червячок юркнул в землю и был таков, не оставив принцу иного выбора.

Дошёл Блинчик до кибитки и видит – цыганка, в годах почтенных, в юбке цветастой сидит. А у кибитки колесо поломано, вот и встали посередь поля.

– Любезная кочевница, – Блинчик хоть и был принцем, но всё же поклонился, – ищу я ведьму, что живёт в далёких-далёких землях.

– Что говоришь?

– Ведьму, говорю…

– Ай? Ведьму?

– Да. Из далёких…

– Далёких или далёких-далёких?

– Далёких-далёких!

– Как плохо тебя слышно! Подошёл бы ты ко мне поближе, не слышу ничего!

Запрыгнул Принц-Блинчик на облучок поближе к цыганке, тут она его и схватила. Испугался было Блинчик, снова чуть ли синичку на подмогу не позвал, но решил, что не ему, Принцу Великого Блинного королевства, бояться одинокой цыганки. Заговорил первым:

– Колесо сломала, от своих отстала, голодная сидишь, съесть меня хочешь.

– Ой, хочу, Блинчик!

– Не ешь меня, цыганка. Ребёнок меня не съел, я его ягодами одарил. Рыбак меня не съел, так увидел улов сказочный. Я тебе тоже волшебство сотворю.

– А ты не простой блинчик получается?

– Я Принц-Блинчик. Песню спою, ты красивые сны увидишь, а как глаза откроешь, так колесо целое будет. Хоть сразу в путь отправляйся.

Решил Принц-Блинчик, что справится с починкой. Не зря у Деда Кренделя полезным вещам учился. Но цыганка, видимо, решила, что сытый желудок важнее спицы колеса.

– Песни я тебе и сама спеть могу, после того как поем плотно.

– Много ли с меня пользы? Маленький блинчик, кто таким питается? Масла и то совсем нет.

– Масло – дело наживное. Главное же вкус.

– Невкусный я, был бы вкусным, разве бы я так выглядел?

– Уговорил, Блинчик, пой свою песню! – разрешила цыганка и разместилась в кибитке, руки под голову положила, глаза закрыла.

Затянул Блинчик про коней и дороги, про быстрый ветер, про гитару, что струнами рвёт сердца, про душу одинокую и лекарство, от того одиночества. Уснула цыганка, и пока во сне она юной красавицей неслась на златогривом жеребце наперегонки с ветром, Блинчик починил колесо.

Проснулась цыганка, а они уже и в путь готовы отправляться.

– Вот, Блинчик, вот молодец! Знаю, куда ты путь держишь! Прямиком до ведьмы довезу! Хочешь, Блинчик, на любовь нагадаю, на счастье?

– Не надо мне любви и счастья, отвези меня к ведьме, мне нужно королевство своё спасти.

– Как знаешь, Принц-Блинчик.

Отправились они в путь. Долго ехали. Листья уж сбежали с деревьев, замела зима всё белым саваном, морозы трескучие сковали быстрые реки. Пришлось Принцу-Блинчику оставаться зимовать у кочевого народа среди плясок и песен. Едва начала зима отступать, дни стали теплее, кое-где и снег начал таять, собралась цыганка в дорогу и исполнила своё обещание, довезла принца прямо до села, где жила ведьма. Спрыгнул с кибитки Принц-Блинчик у околицы и отправился напрямик к крайнему дому, на который цыганка указала.

Перед ним стоял красивый, резной терем, пусть и на окраине. Крыша золотом на солнце блестит. Заборчик высокий дом окружает. Деревце к деревцу. Пролез Блинчик между тонкими стволами, и видит девицу-красавицу, глазки – две сладких изюминки. Румяна, белоснежна. Прижалась к крыльцу, дрожит вся. А над ней пёс огромный и лохматый скалится. Хочет красоту такую на свой зуб попробовать. Слюна с его пасти так и капает на творожную красавицу. Подкрался Принц-Блинчик поближе к псу, прыгнул, схватился за ошейник и закричал:

– Прочь! Прочь!

Оскалился пёс:

– Была одна ватрушка, а теперь будет к ней подружка!

– Не ешь нас!

– Ты говоришь и меня понимаешь? – зарычал пёс.

– Иди на место!

– Что ты, как принц какой, раскомандовался?!

– А я и есть Принц!

– Это хорошо! Принцев, я ещё не ел, только деревенских простушек.

Боднул пёс головой, попытавшись скинуть принца, но Блинчик крепко держался, выкрутился, на спину заскочил, взялся за ошейник, как за вожжи. Рухнул пёс на спину, принялся кататься. А Блинчик с него спрыгнул и к будке. Приметил он там блестевшую на солнце цепь. Пёс от Блинчика избавился и к девице пошёл, а она, верно, совсем обезумела от страха. Стоит, не двигается, только глаза-изюминки дрожат. Раскрыл пёс свою страшную зубастую пасть, но Принц-Блинчик вовремя подскочил, закрепил цепь на ошейнике, рванул на себя. Пёс попятился и залаял:

– Убью, Принц! Убью! Убью и съем!

– Достань сначала, – Принц-Блинчик отряхнул руки от собачьей шерсти и направился к девице-красавице.

– Благодарю тебя, незнакомец, – изюминки часто-часто заморгали.

– Принц-Блинчик!

– А меня Ватрушкой кличут, местной хохотушкой! Думала, съест меня зубастый, но ты пришёл и спас меня.

– Разве я мог допустить, чтобы такую красавицу съел невоспитанный пёс?

– А воспитанному псу, значит, можно было бы меня съесть? – поинтересовалась девица.

Принц-Блинчик не нашёлся что ответить. Но, на его счастье, отворилась дверь терема, и вышла хозяйка. Кажется, и не ведьма вовсе: лицо милое, платье светлое, волосы седые.

– Шельмец какой! Украл, – покачала она головой, нависла чёрной тенью над крыльцом и схватила Ватрушку.

– Спаси, Блинчик! – запричитала девица и зажмурила от страха свои изюминки. Бесстрашно прыгнул Принц-Блинчик прямо в руки старухе.

– Вот это явление, – изумилась хозяйка терема, – неужто это и есть подобный солнцу сын властителя Блинного королевства? Не врёт молва, видимо, у них все только комом и урождаются.

Занесла их ведьма в дом. Постелила полотенце, блинчик на блюдечко положила, ватрушку рядом примостила, сверху краями полотенца прикрыла и скалкой придавила. Да так, что и не пошевелиться им обоим.

Пригорюнилась Ватрушка, залилась слезами.

– Не плачь, Ватрушка. Всё уладится, – если совсем беда будет, позовёт синичку, решил принц.

– Блинчик, сожгут нас! Спаси.

– Как это сожгут?

– Для праздника. Богам – жертва, нам – смерть!

– Не переживай и не плачь, придумается что-то.

– Не хочу в жертву, Блинчик, не хочу к богам. Хочу твоё Блинное королевство посмотреть!

– Я нас спасу.

– Поздно будет, Блинчик.

– Давай так, я тебе спою песню красивую, ты уснёшь, а когда проснёшься, будешь уже спасена.

– Отправиться к богам, тоже своего рода – спасение, так я хотя бы в пасть зубастого не попаду.

– Ты мне что, не доверяешь?

– Хотелось бы доверять. Но вот песню споёшь, а меня не спасёшь. Что тогда?

– Спасу. Песни-то у меня волшебные.

– Спаси нас, Блинчик.

Запел принц о своей судьбе и великом Блинном королевстве, о масляных реках, о мучных берегах, о тётушке Сдобе, о девочках Хлебных Крошках, о Деде Кренделе, о птичке-синичке, о приключениях опасных, о встрече с творожной красавицей. Долго пел Блинчик, ворочалась Ватрушка, засыпать не хотела – так ей интересно было. Но всё же, спустя время, с улыбкой на лице погрузилась Ватрушка в объятия сна.

А Блинчик принялся за план побега. Но не смог он ни скалку сдвинуть, ни из полотенца выпутаться, будто заколдовала их ведьма. Мелькнула у него шальная мысль, что стоит позвать птичку, но решил, что, если синица его таким беспомощным увидит, а потом кто-то о таком прознает, то старшие братья со свету и вовсе его сживут. Мало что комом родился, так ещё и полотенце победить не смог.

Раздались с улицы крики, песни, кто-то на свиристелке весело играл. Дети смеются. Собаки лают. Народ гогочет. Скрипнула дверь терема, подошла хозяйка, сняла путы, подхватила Блинчика и спящую Ватрушку. Принц мог бы спрыгнуть с блюдца и сбежать, но как ему Ватрушку оставить? Ведь она спит глубоко, от гуляний уличных и шума не просыпается, во сне улыбается.

Несут по селу куклу ряженую, сама из соломы, в волосах ленты яркие, платье женское, на шее бусы в семь рядов висят. Донесли её до центра села и поставили. Стоит ряженая, своими неживыми глазами на народ смотрит. А все, кто стар, кто млад к ней на поклон, угощения оставляют, подарки. Ряженая всё принимает, только ветром солома колышется. Одобряет.

Настала очередь ведьмы, поднесла она блюдечко с Блинчиком и Ватрушку, на алтарь у чучела поставила. Весны скорой пожелала и солнце за возвращение благодарила.

Поднесли огонь к ряженой. Вспыхнула солома, запылало чучело с людскими дарами к богам отправляясь.

Жарко Блинчику стало, на лбу испарина. Блюдечко раскалилось, и сам он по блюдечку растекается. Крикнул он, чтобы позвать птичку, но подавился едким дымом. Наполнил тот рот, дышать тяжело. Закашлялся Блинчик и не смог птичку позвать. Ватрушка проснулась и заплакала. Так вместе и сгорят. Сначала он на блюдце расплавится, а там и творожную красавицу до черноты зарумянят.

Снова попытался позвать Блинчик птичку, но боль во всём теле сковала, словно раскатали его целиком по блюдечку. Закричал он, а от его крика и Ватрушка сильнее заплакала. Стиснул зубы Блинчик и прошептал, уже без всякой надежды, что его услышат:

– Попала как-то в сети птичка,

Но Блинчик – молодец,

Спаси теперь меня синичка.

Чтоб принцу не пришёл конец!

Вспыхнуло пламя совсем рядом с ним, припекая всё его тело. Сжал он зубы от боли. Зажмурился. А когда открыл глаза, видит – языки пламени рядом с ним будто бы и меньше стали. Дым повалил.

Птичка-синичка Принца услышала, прилетела на зов, крыльями огонь встречный потушила, схватила Принца-Блинчика и стала поднимать в воздух, а он рукой за Ватрушку схватился. Поднимает их двоих синичка высоко-высоко в небо. А внизу народ радуется, гуляет, весну встречает, зиму провожает.

Долго они летели. Направилась синичка прямиком во дворец в Блинном королевстве. Приземлились в красивом саду, откуда Принц свой путь начал. Бросились было к нему родители, да не узнали сына. Стал Принц-Блинчик больше и круглее, выпрямился, подрос, такого уж молодца комочком и рулетиком не назвать. Стал Принц-Блинчик красавцем всем на загляденье.

Ватрушку-девицу приняли, как родную дочку. Узнал Принц-Блинчик, что радость большую родителям принёс, и королевство своё от беды спас. Не вернись он, не было бы конца слезам матушки и горю батюшки.

Когда исчез младший сын, король-отец немедля отправил на его поиски старших сыновей. Но ни один не вернулся. Только сороки-торговки дурные вести на хвосте приносили.

Дошёл старший брат до жуткого леса, встретил чудище чумазое и съело его чудище, даже не подавилось. Средний, что был самым сильным, самым круглым переплыл широкую реку да оказался в племени блиноедов. Там в него завернули рыбную начинку и к ужину подали.

Третий и четвёртый братья еле ноги от блиноедов унесли, но разошлись их дороги. Один пошёл лесными тропами и полями, да закончил свой путь на костре кочевого народа. А четвёртый не боялся, не таился, шёл по тракту проезжему до самого села. Хотел брата младшего освободить, королевство от беды спасти, но пал от зубов и лап мохнатого дракона, что в цепи закован и воет злобно, а слюна у него так и капает.

Король-отец думал, что младший сын нашёл врага и свой конец в таком жестоком мире. Но Принц-Блинчик и сам вернулся, и вернул королевству счастливое будущее, да и Ватрушке данное обещание исполнил.

Осталась творожная красавица в Блинном королевстве на целый год, чтобы всё увидеть, везде побывать. А как прошло время, так уже и возвращаться домой не захотела, чтобы с Принцем-Блинчиком не расставаться.

Сыграли в тот же год большую свадьбу, закатили пир на всё Блинное королевство. Стали Блинчик и Ватрушка жить-поживать, в масле кататься, вареньем поливаться да мёдом угощаться.