- -
- 100%
- +
© Владислав Юр, 2023
ISBN 978-5-0062-0535-2
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
ТИХОЕ МЕСТО. Тройка рейдеров появилась у границы кластера ближе к вечеру. У всех, кто когда-то бывал в нем, он пользовался дурной славой. Шириной около трех километров, в длину, он вытянулся на все десять- двенадцать. Ничего интересного в нем небыло. Обыкновенная городская застройка, без воинских частей, складов и прочих полезных в Стиксе объектов. Но тем не менее у него даже было собственное имя, а не просто цифровое обозначение на немногочисленых для Улья картах – Мутный шланг. Про него ходило множество неясных слухов, на что самое невероятное он считался относительно безопастным. Всех кто входил в него встречала чуткая тишина…
Грузился кластер раз в полтора месяца. И вроде бы и заражение грибницой должно было быть долгим, но и здесь было все в перекос. Люди начинали клацать зубами уже через пару часов. Они не бросались на еще не успевших обратится, или друг на друга, они молча и потеряно разбредались в разные стороны, спеша покинуть новую и неласковую родину, границу кластера. Зараженые всех мастей, от низших до элитников, не ломились в кластер со всех
сторон, не спешили полакомится легкодоступным пиршеством из людей. Еще на границе кластера их что-то останавливало, они оглядывали дома, улицы, после чего, недовольно ворча, уходили прочь, искать добычу в другом месте. А, еще, в кластере ни когда не появлялось иммуных. Все население сплошь пустыши. Они рабредались по окрестным сотам Улья. Ни одного случая, ни слухов о том, что кто-то встречал свежака из Мутного шланга.
Старшим в тройке рейдеров был Синица. Не особо разговорчив, он тем не менее спокойно переносил пустой тихий треп своих подопечных на тему Мутного Шланга, благо вблизи его границ зараженые наблюдались крайне редко и было можно чуть расслабиться. Болт с Пандой были еще те любители поспорить и похохмить, когда для этого выпадала возможность. Чем они сейчас и занимались. Синица первым даром имел снайперскую стрельбу, второй дар был сенсора. Слабый метров до пятидесяти, и пока этого ему хватало. Сейчас он активно сканировал округу. Руки чуть расслаблено лежали на висящем через шею на ремне» ВСС Вал-«винторез», за спиной в специальной крепежной системе была жестко зафиксирована дальнобойная крупнокалиберная винтовка. При первых признаках опасности «винторез» в доли секунды взлетал, приклад упирался в плечо, глаз через оптику прицела ловил цель. Болт с Пандой были еще теми «кадрами». У Болта был хорошо развит дар телекинеза и он метко швырялся в противника подручными предметами, коих в Улье было более, чем достаточно. В ход шло все-куски бетона, трубы, стекло. Один раз, вовремя одной стычки в строительном отделе супермаркета, в забредших в него в поисках пожрать двух лотерейщиков и кучки пустышей, полетели унитазы, краны и прочая сантехническая дребедень. В стабе, потом, нередко, похохатывали вспоминая про этот белоснежный фейерверк из осколков сантехники. У Панды дар был тоже неплох. Знахарь в стабе не дал ему точного определения, но кое что пояснил. С подачи дара Панда мог толи замедлять, толи ускорять течение времени. И получалось, что при ативации дара все вокруг замедлялось. И Панда для себя решил стать рукопашником. Подучился у одного, перенял что либо у другого, подсмотрел у третьего, в общем плотно занялся самообученим. Сначала было тяжеловато, но втянулся. Попутно начал тренировки с «холодняком». А чтобы было на что жить, есть, на ночлег, иногда и выпить что покрепче, пристроился в команду снабжения стаба. Мотался в рейды за продуктами, хозяйствеными принадлежностями и прочим, все что закажет в разнарядке руководство. Там же в рейдах, не в ущерб делу, отрабатывал удары и броски на пустышах. Вместе с применением дара выходило очень даже неплохо. Чуть позже неслабо стало доставатся бегунам и лотерейшикам. В общем, дело пошло.
В тандеме, со своими дарами, Болт и Панда, без огнестрела, гарантировано валили матерого рубера. Могли и прилично навалять молодой элите и даже с летальным исходом. Но обычно в этих случаях в ход уже шел огнестрел. Крупнокалиберная дура Синицы,» ШАК 12» Болта,» ШК «Гроза» Панды и малокалибреный гранатомет револьверного типа, носимый обычно Болтом, вся эта огневая мощь всегда позволяла вернутся в стаб без потерь и с добычей. Не связывалась эта удачливая троица с матереющей элитой. У той уже мог проявится дар и исход боя с ней мог быть непредсказуем. Про матерую и говорить не имело смысла. Шутка даже такая ходила среди бродяг Улья: «Увидел матерую-беги и матерись! А матерится то зачем? Примет за своего, догонит, и сожрет… не больно…»
Граница кластера проходила по придомовой территории. Пятиэтажные, бетоные коробки жилых когда-то домов здесь были выстроены по принципу «и так сойдет». Видимо архитектор города когда-то задумал для них общий дворик. Построили один дом, торцами подвели по краям еще два, закрыв три стороны, и оставив между углами домов трехметровые проходы. Получилась буква"п.» А потом взяли и прилепили с четвертой стороны еще один дом. И построили не фасадом внутрь двора, чтобы заверщить квадрат, а торцом, да еще и прилично углубив внутрь этого самого двора. Получилась этакая трехзубая вилка с отвалившимся средним зубом. Зато дворов вышло два. Чтоб обидно никому небыло.
Кластер начинался как раз на этом"неправильном» доме. Оттяпал, разрезал словно гигантской бритвой, треть от него. За одно и прихватил по одному подъезду от стоящих по краям домов. Обнажил внутренее содержание квартир. Гуляющий по спирали во дворах ветер повыдувал из них все что было не приколочено, приклеено, привязано. Все на что у него хватило силы. Оба двора были завалены пластиковыми пакетами, легкой одеждой, цветочными горшками. Ближе к закату ветер терял силу и сейчас устало шевелил бумажные прямоугольники газет, лениво шелетел страницами журналов. Соседний с Мутным шлангом безымянный кластер из себя вообще ничего не представлял. Поле, овраги с логами, редкий перелесок. Это не Пекло, где куски мегаполисов копировались едва ли не друг на друга. Поля в Улье не интересовали ни кого. Для зараженых в них небыло еды, имунным в них было до лампочки. Не картошку же в сажать, и копать ее в перезагрузку! Дураков небыло.
Синица шел первым. Метрах в трех до Мутного шланга, встал.
– Стоим, вернее сидим. Привал и инструктаж. – и первым, с явным удовольствием, присел на короткую травку. Вытянул подуставшие ноги.
Болт с Пандой молча последовали его примеру. Образовался небольшой круг, где один видел лица двоих своих товарищей и контролировал что происходит за их спинами. Тут же подал голос Панда:
– А может ну его, Синица, этот Шланг.?! Заночуем в другом месте. Пара часов до темноты есть.
– А ты свою пипетку проволокой перетяни! До утра, глядишь, и продержишся. Ну а если проволоку вырвет, утром, на ветерке, обсохнешь. – вставил свои пол – копейки Болт и театрально мерзенько хихикнул.
– Твоим языком доски от занозок шкурить! Ни какой шлифмашины не надо. Или места интимные брить! В очередь встанут! – не остался в долгу Панда.
Болт и Панда не ссорились. Просто они привыкли так подшучивать друг над другом, но и другим подобного над собой не позволяли. Оба острые на язык, вдвоем, да и по одиночке тоже, могли словестной чушью вскипятить мозги кому угодно. И продолжение могло последовать
,но вмешался Синица:
– Хватит. Меня послушайте.
Панда снова не удержал и вставил свое:
– Даже если половина слухов правда, тут надо не пипетку скручивать, а в выхлопную трубу чопик забивать.
– А вот тут я поспорю. Мой милый, впечатлительный, китайский друг-Синица, если того требовала ситуация, легко переходил на манер речи оппонента. – Процент правды в этих слухах гораздо выше. Я думаю так девяносто. Мне здесь приходилось бывать. Вам нет. Будем слушать или дождёмся когда стемнеет?
Болт с Пандой сразу стали серьезными. Собрались, осознали неуместность шуток. Молча, почти синхронно, кивнули в знак согласия головами.
– Слухов ходит много. -начал рассказ Синица-. И многие правда. Уже потом ее приукрашивают, перекручивают, да и сочиняют всякую отсебятину. Про то что попав в Шланг, постоянно чувствуешь, что за тобой кто- то наблюдает, правда. Идешь, а чуйка так и шепчет, есть кто- то за спиной, уставился под лопатку, смотрит, ждет… Терпишь, знаешь, что никого там нет. Потом не выдерживаешся, разворачиваешся. Никого… пусто. Доли секунды и прилетает тоже самое по затылку, но уже с другой стороны. Волосы дыбом по всему телу. Пот этот противный, липкий, холодный…
Синица замолчал. Он словно заново проживал свой первый заход в кластер. Он пересказал парням довольно достоверно свои ощущения от эффекта присутствия взгляда. И парней проняло. Молчание затянулось на несколько секунд. Переварив воспоминания, Синица продолжил.
– Так только в первый раз. Потом привыкаешь. Просто знаешь, что вреда тебе от этого нет, и точка! И есть одна фишка.., – на лице Синицы заиграла улыбка-. Не надо держать в руках огнестрел. Любой. Будь то хоть пукалка пээмовская. Убираешь руки от ствола и сразу почти не свербит. Холодняком хоть замашись, до посинения, но руки от огнестрела прочь. Стоит положить на него пальцы, снова накатывает. Я, разок, ради интереса, цепанулся за курок… Е мае..! Как матерая вглядом обласкала!
Панда задумчиво почесывал коротко стриженую голову, словно выискивал в ней несуществующих насекомых. Была у него такая привычка при усиленной работе мозга. Болт казалось что-то расматривал за спинами напарников, но по глазам было видно, что смотрит он скорее внутрь себя-взвешивает, оценивает сказаное. Синица просто молчал и ждал. Первым принял решение Болт. Он быстро моргнул несколько раз, прогоняя мысли, и твердо заявил:
– Я за ночевку в Шланге. Панда?
– Будто есть выбор. В Улье ко всему привыкаешь. Нервные долго не живут. Вы не подумайте парни чего, я с вами! Да, кстати, а что по зараженым?
Вопрос адресовался Синице. Он ответил на него незамедлительно:
– После переноса все они сваливают кто куда. -ответил Синица. -Не грызут еще не успевших переродится. С чего бы это, незнаю. Просто ковыляют отсюда и все. Те, кто не могут выбратся из квартир или машин, дохнут от голода до следующей перезагрузки. С других кластеров заглядывают сюда"местные». Лотерейщики, топтуны, руберы, те кто потупее. Заскочит молодой да раний рубер, заметив движуху-сбылась мечта идиота-жрать завались, конкурентов ноль, приласкает его Шланг и рвёт он отсюда когти не вписываюсь в разворот аж асфальт из под когтей кусками летит!
Окрестная матерая элита сюда не ходит, знает уже про него, умная она, да и живет долго. Молодая может заглянуть. Любопытная она, зараза, бывает.
– За кошаками погонять от скуки. -перебил Синицу Панда. Об этой"внеземной», «кулинарной» любви зараженых к представителям семейство кошачьх в Стиксе знали все. Любой самый облезлый кот вызывал у них такое возбуждение, что даже, и вроде далеко неглупая, элита бросала самую легкую добычу и начинала игру в салки. Кот дико орал, уходя от погони, закладывал умопомрачительные «петли.» Паркурил так как ни одному французу в страшном сне не привидится. Догоняющий кота зараженый был просто не в состоянии повторять его кульбиты. Он летел снося все что мог на своем пути, исходил слюнями, злобно рычал не вписываясь и падая на поворотах, и все равно не догонял вертлявого кошака. А тот нырял в какую нибудь неприметную дыру и благополучно уходил от преследования. Вот и все догонялки.
– Пойди, пойми, что у элиты в башке творится. -неопределено сказал Синица. -Поднимаем пятые точки. Оружие за спины. Заходим метра на три. Будете привыкать.
Поднялись, встали на ноги. Практически несговориваясь, на автомате, отряхнули руками задницы. Болт, после секундного размышления, спросил Синицу
– Может мы хоть «тихари» зацепим?
– Да, да. -поддержал Панда. -На сотах, без ствола под рукой все равно, что без штанов стоять посреди стаба.
– Крутить обручь и прыгать через скакалку! -добавил Болт.
– Цепляйте. Но помните-не лапать без крайней нужды.
В Улье почти все носили вспомогательное, к основному, оружие. Мультиверсии матушки Земли закидывали на кластеры немало стволов ближнего боя. На любой вкус и цвет. Они имелось в продаже в каждом стабе.
Парни поснимали с себя рюкзаки песочного цвета, такого же как и вся их снаряга. Начали распаковыватся. Оба имели по пистолету с глушителем. Панда носил распостраненый Стечкина. Для него на бедре справа у него имелась кобура. В нее он и лег после присоединения глушителя. Болт собрал легендарный и мощный, мечта киллера,«ТТ». Почти все пистолеты этой модели нередко давали осечки, и Болту один раз крупно повезло. В одном из стабов, в оружейном магазине, ему попалась версия пистолета, который этим не грешил. Вместе с помошником из магазина Болт спустился в подвал-тир, отстрелял подряд три обоймы и остался доволен. Поднялся наверх, расчитался с продавцом. Позже, уже в другом стабе, ему сварганили на него глушитель. Кобуры под пистолет у Болта не имелось. Вместо нее, на его разгрузку, на животе, была нашита им же и придуманая система крепления. Рукоять пистолета входила в широкую брезентовую лямку, затворная рамка прижималась снизу широченым клапаном на «липучке», «липучка» цеплялась чуть выше пистолета на свою вторую половину. Вся эта конструкция не выглядела слишком надежно, но еще ни разу не подвела, оружие фиксировалось крепко. Зато пистолет из нее выхвативался мгновенно. Правая рука сбрасывала клапан вниз, левая бралась за раму и выдергивала пистолет из лямки, правая хватала рукоять. Взвод затвора просходил одновременно с наведением на цель.
Первым в кластер вошел Синица. Свой» винторез"он оставил висеть поперек груди. Даже руки с него не убрал, обьяснив это тем что ему не впервой. Парни двигались чуть позади и по сторонам, и незнали куда девать руки, привыкшие всегда держать оружие. Медленым шагом зашли на придомовую территорию. Остановились. Синица развернулся к парням лицом:
– Ну что мужики, как ощущения?
Ответил Болт:
– Чуйка свербит. Чешите типа отсюда.
– Примерно так же. -подтвердил Панда.
Синица знал, что Болт в стрессовой ситуации гораздо выдержнее Панды. Ему он и предложил эксперимент.
– Вон у тебя из под клапана глушак тэтэшихи слегка торчит. Прихвати его пальцами. Отпускай когда захочешь. Панде потом расскажешь.
Болт молча кивнул. Поправил на правой руке безпалцевую тактическую перчатку, быстро сглотнул слюну. Резко, словно нырнул в холодную воду, упер ладонь в глушитель и обхватил пальцами.
Перемена в парне произошла мгновенно. Болт вздрогнул, слегка побледнел, от внутреннего напряжения, на лбу выступил мелкий бисер пота. Зрачки из карих стали черными, как у зараженых.
Синица молча сделал шаг к нему и шлепнул несильно по руке.
– Отпускай. Хватит!
Болт тут же убрал руку и глубоко и облегчённо вздохнул. Повернул в право голову, довел поворот корпусом, секунды три что-то рассматривал у себя за спиной и вернулся в обратное положение. Синица пояснил:
– Нет там никого, морок…
– Да ну его… Словно из снайперки кто-то целится. Ждет, зараза! Панда, давай ты. Взбодрит…
Панда чуть наклонил голову. Хитро улыбнулся, приподняв многозначительно бровь:
– Спасибо дружище, я на обратном пути!
– Жук ты, китайский! – только и нашел, что сказать Болт.
– Ладно парни, шагаем дальше. – сказал Синица и поправил лямку» винтореза» в области шеи. – Надо искать место для ночевки.
Пошли. Под ногами тихо зашуршали пакеты, газеты, иногда негромко похрустывала всякая мелочевка. Панда некоторое время шагал молча. Чуть позже ему вдруг в голову взбрела одна мысль. Ее он озвучил в виде вопроса к Синице.
– А чего это здесь ни одной тачки нет? Так не должно быть.
Синица его услышал. Ответил, не поворачивая голову, продолжая идти вперед
– Подними газету и посмотри год.
Панда закрутил головой по сторонам. Присмотрел экземпляр, что почище и не сильно мятый, на ходу подхватил его с асфальта. Так же, на ходу, покрутил газету в руках, пока не взял ее как надо для удобства чтения.
– Нормально! Ордена, медали, картинки пиксельные! Читаю-комсомольская правда, четверг, двадцать пятое мая, семьдесят восьмой год. Да… У меня отцу тогда год был. Вот и попал я СССР.
– В кусок его копии ты попал охламон! -подтвердил Синица.-А машин в те времена было не так много и стояли они все по гаражам. И не ездили в них за хлебом. По выходным, на дачу, рыбалку, да в гости
– И какие ещё здесь странности? – спросил Болт. Вопрос, естественно, был к Синице.
– Дай подумаю… пару секунд… Есть. Электроника дурит. Не портится, нет, как на черноте, просто творится с ней всякая чешуя.
– Пример?
– Рация. В режиме сканера ловит и фиксирует пустые частоты. Гудит, трешит на все лады. Бывает, что и воет, как в трубе. Переговоры ловит, если где-то кто – то есть, но тоже с помехами.
– А я про загробные голоса слышал. -встрял в разговор Панда.
– Этого и на других кластерах хватает. -продолжил тему Синица. -Поймает какой нибудь придурок непонятное шипение или переговоры убитые в хлам помехами, вот и мерешятся ему загробные голоса. Здесь я ничего такого не слышал. А, вот, приборы ночного видения дурят по полной. Настоятельно не советую ими пользоваться. Как-то раз я это проверил. Обустроил себе рядышком место покемарить на ночь. Не здесь, заходил с другой стороны, да и приперся сюда в потемках. Достал комплекс, смотрю в «зелень» – пацан на велосипеде катит, малолетка какой то. Пригляделся-а велосипеда то под ним и нет… Чуть пээнвэ из рук не бросил. Ищу его глазами, не так темно было, нет ни кого, и тихо. Потряхивать перестало, еще раз глянул через комплекс. Тишь, да гладь. Вот такие пироги с котятами…
– Че, призраки? – даже как то через чур тихо спросил Панда.
– А ты когда нибудь слышал выражение: если ты чего-то не видишь или не слышишь это не означает что этого нет? – ответил вопросом на вопрос Синица.
– Может быть… – ответ Панды звучал неуверенно. – Тут, в Улье, каждый второй чего только по пьянке не городит.
– Звезды видел?
– Ну, и..?
– А, вот, ты представь себе. Вот, вроде, ты их видишь, даже сосчитать умудрился, а нескольких штук на самом деле нет, а ты их сосчитал. Как так?
Разговор оборвался. Панда искал ответ. На лбу появилсь складка. У него она свидетельствовала о напряженой работе мозга. Болт тоже о чем-то думал. Синица просто шел и отдыхал от разговора. И, еще, ему хотелось пить.
Таким образом они покинули двор. Вышли на двухсторонюю дорогу. Прямо за ней, сразу за обочиной, расположился маленький скверик. Типовая ландшафтная архитектура советского времени не имела ничего лишнего. Короткий кусок асфальтированой дорожки с белыми бордюрами был обставлен шестью скамейками. С одной стороны три, с другой три. Возле каждой скамейки стояла обязательная, толстостенная, алюминиевая урна в форме рюмки. Вдоль бардюров были высажены кусты акации. Они были стрижены на высоте полутора метров и в это время года пестрели небольшими, продолговатыми, бледно желтыми нераспустившихся бутонами цветков. Вот в этот сквер и повел свою команду Синица. Втроем они расположились на одной скамейке. Синица извлек из набедреного накладного кармана штанов поллитровую пластиковую бутылку чистой воды. Попил и передал по кругу. В половину опустевшая бутылка вернулась в карман.
– Вроде спокойно. Может покурить? – предложил Болт.
– Давай, -расслабленно согласился Синица. -Здесь можно.
Болт по быстрому вытянул из разгрузки пачку сигарет и безпламеную электрозажигалку. В воздухе поплыл сладковатый запах сигарет с шоколадным привкусом. Панда в команде являлся некурящим. Он чуть отсел в сторону, чтоб дым напрямую не шел на него, но запах вдыхал с видимым удовольствием. Предзакатное солнце Стикса окрашивало сквер в мягкие оранжевого розовые тона. Посреди мрачного и кровавого Стикса, со всеми его разрушениями, с его расстреляными и сожжеными сотами, со сгоревшими машинами, бронетехникой, где дома равнодушно глядят пустыми глазницами разбитых окон на льюшуюся как воду кровь, Мутный шланг походил на оазис в пустыне, даже со всеми своими непонятками.
– Сейчас бы кофе пивнуть. -мечтательно произнёс Панда.
– На ночлег устроимся и тогда. -заверил Синица, затянулся в очередной раз. – Ну и что там у тебя с ответом, счетовод?
– Вот мутишь ты под меня, Синица! Ну как можно видеть, то чего нет!?
Синица коротко усмехнулся:
– Обьясню попроще. Скорость света триста тысяч кэмэ в секунду или чуть больше миллиарда в час, получается двадцать четыре миллиарда в сутки. Правильно?
– Согласен
– Дальше. Множим это число на месяц и на год. Будешь считать?
– На калькуляторе места для нулей не хватит.
– Вот это число и есть световой год. Туева хуча нулей. До ближайшей звездной системы десять таких лет. И мы видим не сами звезды, а свет идущий от них. Свет. Наше Солнце по сравнению с ними ничто. И если звезда взорвется или погаснет, то вот это число земных лет будет еще идти свет до нас. Дошло?
Панда не ответил. Чуть рассеянно взглянул на Синицу. Осмысление шло туго. Проявил себя Болт:
– Получается, что мы видим только свет, а все звезды, возможно, давно взорвались и на небе одна чернота.
– Примерно так. Может в те времена когда и земли то еще и небыло.
– Звезд нет, земли нет… Жутко… – медленно произнес Панда. -А с призраками тогда, что?
– Схожая тема. Есть аура и с этим спорить никто не будет. Есть ноосфера, тоже факт. Еще ее зовут информационым полем планеты. Оно, как бы, все видит и слышит, и все помнит. Человек слышит и видит в одном диапазоне, электроника в другом, а ноосфере доступны все. И бывает, что в этом поле происходят всякие накладки, вот тебе и призраки и голоса загробные. Дары ведь тоже никто обьяснит не может, как и весь Стикс. Живем, пользуемся, и ладно. Покурили, поболтали, топаем дальше.
Параллельно скверику вытянулся бетонный забор более чем двухметровой высоты. Чуть далее сквера он кончался, и поворотом прямого угла уходил дальше. В другую сторону тянулся почти на квартал. За ним высилась громада производственого здания в три этажа с большущими окнами в металлических рамах. Три этажа этого здания по высоте не уступали пяти этажам жилого, в длину оно было вдоль всего забора. Рейдеры дошли до угла забора, повернули, и пошли по широкой асфальтированой дорожке вдоль него. Рядом шла подъездная дорога из разряда"не два не полтора». Такие дороги не городского значения обычно строили для своих нужд предприятия и ширина проезжей части их не особо волновала-грузовик проходит, значит хватает. За дорогой вообще творился сущий бедлам. Частные дома соседствовали с двухэтажными деревяными бараками, стояли непонятные кирпичные здания, гаражи всех видов и мастей разбросаные, как попало, клочки огородов, и везде торчали унылые «скворечники» уличных мест для нужды. На дороги без слез было смотреть невозможно-колеи, ухабы, ямы, да траншеи.
Первое время шагали молча. Болт с Пандой крутили по сторонам головами, рассматривая новую для себе местность. Синица здесь уже бывал и не проявлял к ней никакого интереса. И, как водилось в их компании, разговор опять затянул Панда. Ну не мог он, просто физически, долго молчать.
– А еще я слышал байку, может прикол, про ворону.
– Трави. -снисходительно разрешил Синица.
– Давай. -поддержал Болт. -А то нагнал на нас тут жути со своими загробными голосами!
– Зашли сюда как-то раз одни бродяги. Водят стволами по сторонам, чуйка давит, а все равно идут. Ходят по краю кластера, может чего попадется. И тут ворона на них пикирует. Чуть не пальнули сдуру. Здоровая такая, черная аж синевой отливает. Клюв огромный, чуть ли не в половину самой. Парни смотрят на ворону, ворона на них. И тут она исполняет: «Дай!» И голосом таким противным, скрипучим, как у Бабы Яги из мультика.
– Вот мужики охренели! – рассмеялся Болт. Этой истории он от Панды не слышал.
– Еще бы! Стоят и думают, а чего она просит то, что ей дать то, не патронов же… Пока остальные тупили, один парнишка и догадался. Он с собой на кластера постоянно носил сухарики, чипсы там всякие. Пересыплет их из упаковки в тонкий поэлитиленовый мешочек, чтоб шуршало меньше, и грызет по дороге. Ну и кинул он ей пару сухариков. Ворона шелкнула пару раз клювом и все, и нету сухариков! Потом наклонила бошку в бок, подмигнула, и нагло так выдает: «Мало!»
Синица с Болтом заржали как две голодные лошади при виде мешка овса. Во весь голос, одновременно, во всю мощь легких. Долго не могли отсмеятся, смахивая брызнувшие от натуги слезы. Дальше они, понятно, уже не шли. Панда смотрел на них и довольно улыбался. Свое ржание он исполнил не так давно в компании подвыпивщих рейдеров в стабе, слушая эту историю. Парни наконец то угомонились, и, пока еще стояли на месте, Болт спросил, какой был у истории конец.