Послание, или Зов утомлённой Земли

Глава 1

Перегудов вышел из дома рано утром. Мела метель. Он запахнул пальто и направился к автобусной остановке. Автобуса долго не было. Очередь роптала. Наконец, автобус подошёл, и Максим Петрович протиснулся в середину салона.

Рослый и крепко сложенный Перегудов, зажатый пассажирами, смотрел на морозные узоры на стёклах автобуса и грустил. Не такой печальной представлял свою жизнь на пенсии майор Перегудов. Правда, за полгода до увольнения из части ему неслыханно повезло. Умерший дядя, проживавший в Москве, оставил ему свою квартиру. Не повезло майору в другом – он развёлся с женой. Она с двумя детьми уехала жить к своей матери в Нижний Новгород, где снова вышла замуж. Перегудов так и не получил обещанной квартиры в Петропавловске-Камчатском, где проходил службу, но теперь уже не жалел об этом.

Жизнь в Москве поначалу казалась ему простой и лёгкой. Пока у него оставались деньги, выплаченные ему при увольнении в запас, жилось хорошо. Но вскоре пенсии, назначенной ему за годы безупречной службы, стало не хватать, и он устроился охранником на склад. Его устраивал режим работы: сутки – через трое. Правда, ездить приходилось из Выхино, где он жил, – в Богородское. Дорога на работу утомляла его. В отличие от малолюдной Камчатки, где он прослужил два десятка лет, и природа которой придавала силы, Москва изматывала его. Люди, окружавшие его повсюду, отнимали у него жизненные силы. Приезжие и сами москвичи, озабоченные борьбой за выживание в шумном и пропитанном парами бензина мегаполисе, пребывали в состоянии постоянного раздражения. Перегудов с удивлением отмечал, как порой прилично одетые люди задевали прохожих, толкались локтями в тесных переходах метро, провоцируя в ответ раздражение. Такие упыри питались остатками первозданной чистой положительной энергии, которая сохранилась лишь в немногих москвичах.

Перегудов прошёл мимо шлагбаума и поста охраны на проходной базы и направился к складу, где работал охранником. Склад располагался в большом ангаре, каркас которого был обшит металлическими листами. Здесь хранились строительные материалы – доски, бруски, фанера, мешки с цементом, металлические листы для кровли и черепица. Максим Петрович обратил внимание, что у дальней стены появились сложенные штабелем брёвна.

Перегудов подошёл к небольшой будке, расположенной рядом с входом в ангар, и заглянул в маленькое окошко. В освещённой тусклой лампочкой дежурке, укрывшись серой телогрейкой, на кушетке спал Олег Морозов. Перегудов распахнул дверь и, подойдя к спавшему дежурному, стащил с него телогрейку. Одетый в спортивный синий трикотажный костюм светловолосый подтянутый молодой человек, вскочил на ноги.

– Ты что?! Поспать не дашь. Твоя смена ещё только через полчаса начинается, – проворчал он.

– А почему складские ворота распахнуты?

– Чтобы ты не звонил. Кто сюда полезет? Весь периметр под сигнализацией.

– Хочешь сказать, что мы с тобой тут не нужны?

– Нужны. Хотя бы для порядка. И потом, если не будет работы у таких, как мы, то это повысит социальную напряжённость в обществе, – философски изрёк Олег. – Куда, например, деться тебе или нашему сменщику Семёну Антоновичу, которому уже за шестьдесят перевалило? Да и ты только командовать солдатиками и умеешь.

– Сейчас схлопочешь! – пообещал Перегудов, сверкнув взглядом. – Честное слово, сейчас врежу тебе между глаз!

– Не советую со мной связываться.

– В твоём юном возрасте зазорно простым сторожем на складе дежурить.

– Да ты сам не такой уж и старый, Максим Петрович.

– Я-то своё отслужил.

– Отслужил – и хорошо… А ко мне в душу не лезь! – в голосе Олега послышалась угроза.

– Я и не лезу.

– Ладно, пойду я, раз ты уже пришёл, – лениво потянувшись, сказал быстро успокоившийся Олег. – Распишись в журнале.

Перегудов наклонился к столику и расписался.

– А что это нам за брёвна привезли?

– Это поставка из Бразилии. Восемь кубометров красного дерева вчера поздно вечером привезли. В накладной указана большая сумма. Я распорядился сложить брёвна возле дальней стены. Можешь полюбоваться…

– После схожу, посмотрю, – сказал Перегудов. – А сейчас подремлю, пока начальство не подошло.

– Во-во! Лучше поспать, чем дурацкие вопросы задавать. Ну, бывай! – Олег махнул рукой и вышел из дежурки.

Максим Петрович лёг на кушетку и поставил будильник на девять часов. Однако заснуть он никак не мог. Он долго ворочался, а потом поднялся и решил сделать обход.

Перегудов прошёл в дальний конец ангара. При слабом освещении он внимательно рассмотрел сложенные возле стены штабелем коричневатые брёвна.

– Почему бы сосну было не завезти? – пробормотал Максим Петрович. – Она хоть хвоей пахнет.

Перегудов решил вернуться, но ноги его словно одеревенели. Что-то заставило его ещё ближе подойти к штабелю брёвен. Он заметил между брёвнами тёмный комочек. Сначала ему показалось, что там прячется мышь. Потом он решил, что мышь дохлая, раздавленная брёвнами. Перегудов наклонился и присмотрелся.

Это оказалась не мышь, а потрёпанная детская игрушка. Перегудов слегка сдвинул крайнее бревно, взял вещицу в руку и внимательно рассмотрел свою находку. Вырезанная из дерева фигурка, похожая на кошку, была обклеена коротким чёрным мехом. На мордочке блестели глаза – маленькие золотистые бусинки.

Перегудов удивлённо хмыкнул и повертел фигурку в руках. Затем он запихнул находку в карман куртки и вернулся в свою будку, где поставил фигурку на столик.

Заведующий складом Савелий Андреевич пришёл на базу, как обычно, в пять минут десятого и проворчал по поводу завезённых вчера брёвен, доставленных по спецзаказу из Южной Америки. Он сообщил Перегудову, что брёвна завтра увезут на деревообрабатывающий комбинат.

День у отставного майора прошёл за отгадыванием кроссвордов. Максим Петрович изнывал от безделья.

Вечером он притворил ворота ангара, однако поленившись, как и предыдущий дежурный, не стал навешивать замок. Затем Перегудов снова вернулся в дежурку. На улице, несмотря на начало весны, стоял десятиградусный мороз. Лишь немного теплее было в ангаре. В дежурке тоже стало холодно, и Перегудов включил обогреватель на полную мощность. Затем он улёгся на кушетку, намереваясь хорошенько выспаться.

Перегудов проснулся посреди ночи от шума. Сначала он решил, что кто-то стучит в двери ангара, но потом понял, что это были тихие хлопки выстрелов. Максим Петрович пожалел, что не навесил на ворота замок, и у него не было оружия. Единственным оружием, по словам Савелия Андреевича, у дежурных должен быть телефон.

Перегудов выглянул из дежурки и увидел, как распахиваются двери ангара и в них вбегают три человека в чёрных масках с пистолетами в руках. Следом за ними в ангар въехал грузовик с потушенными фарами. Перегудов скрылся в дежурке, закрыл дверь на щеколду и рывком поднял телефонную трубку. Гудков не было.

– Ничего себе! Связи нет! – воскликнул Перегудов и лихорадочно выхватил из кармана мобильник.

Набрать номер он не успел. В тот же миг от сильного удара дверь распахнулась, и в дежурку ворвались два бандита, один из которых наставил на него пистолет с глушителем.

– Садись на стул, мужик! – хриплым голосом приказал бандит, державший сторожа под прицелом.

Перегудов понял, что сопротивление бесполезно, и сел на стул.

– Свяжи его, – приказал хриплый бандит своему подельнику.

Второй бандит ловко примотал руки Перегудову к спинке стула и связал ему ноги. Затем он привязал сторожа верёвкой к стулу столь крепко, что тот не мог пошевелиться. В довершение всего в рот Максиму Петровичу затолкали кляп.

– Пошли! – сказал бандит, опуская пистолет. – Пускай сторож здесь до утра посидит.

Второй злоумышленник заметил на столике фигурку, найденную Перегудовым, и принялся её рассматривать.

– Ну что ты уставился на эту ободранную игрушку? – недовольно прохрипел незнакомец с пистолетом в руке.

– Эта игрушечная кошечка довольно странная. Самодельная, что ли? – проговорил его подельник и ткнул фигурку дулом пистолета, после чего она свалилась под стол.

Бандит поддел её ногой, и фигурка отлетела в сторону.

– Дедушка до сих пор в игрушки играет или делает их для внуков. Дедушке нечего больше делать. Кроссворды, наверно, надоели, отец? Скучно? – спросил хриплоголосый грабитель у Перегудова.

Максим Петрович разозлился и замычал. Его взбесило, что его назвали дедушкой, хотя ему было всего сорок пять лет.

– Что его спрашиваешь? Как он ответит? Ведь я ему рот заткнул! – засмеявшись, сказал подручный хриплого злодея.

– Хватит ржать! Пора мужикам помочь, – сказал хриплоголосый.

Оба бандита выбежали из дежурки, в которой остался привязанный к стулу Перегудов. Он пытался понять, какой именно товар грабители собираются вывезти со склада. Сторож прислушался к крикам преступников, трудившимся в поте лица. Судя по их возгласам и грохоту, они грузили в нечто тяжёлое.

«Доски им понадобились, что ли?» – удивился Перегудов.

– Не оставляйте ни одного бревна! Всё грузите. Материал ценный, качественный. Эта древесина стоит столько же, сколько вся эта база со всем остальным товаром. Это редкая порода красного дерева. Выгодное дельце, говорю я вам! – подгонял своих подельников хриплоголосый, бывший, по всей видимости, их главарём.

«Брёвна грузят! – догадался Перегудов. – Олег сказал, что в накладной была указана крупная сумма. Начальство ведь об этом знало! Тогда почему же нас, сторожей не предупредили и мер не приняли для усиления охраны? Меня здесь на ночь одного и без оружия оставили!»

– Да что это с тобой, приятель? – спросил главарь.

– Игорь Евгеньевич, а ведь он помер! – послышался юношеский ломающийся голос.

– Не паникуй, Витёк! Димон просто в обмороке. Тяжестей натаскался, вот и всё. Не с чего ему было помирать – молодой ещё! Отнесите его в кабину на сиденье рядом с водилой. Пусть отдохнёт, – приказал главарь.

Хлопнула дверца, а потом стало тихо.

– Отъезжай потихоньку! – приказал водителю хриплоголосый бандит.

Завёлся двигатель. А вскоре раздался отчаянный вопль, сменившийся гнетущей тишиной.

– Ты что наделал?! Ты ж Витька придавил, урод! Племяша моего убил! Ведь совсем молодым Витёк был! Зачем я только его на дело взял?! Что я теперь своему брату скажу? – послышались крики бандита, который недавно привязывал Перегудова к стулу.

– Да я чуть назад подал! – оправдывался водитель, заглушивший двигатель. – Он же сам не смотрел на машину. У нас на восьмой автобазе тоже подобный случай как-то раз приключился, – оправдывался водитель.

– Не лебези! Ты ж Витюню раздавил, гад!

Бандит, племянник которого только что погиб под колёсами грузовика, озверел. Это понял Перегудов, услышав тихий хлопок выстрела, вскрик и звук падающего тела.

– Вот те раз! Ничего себе! Ты ж водилу порешил, Васька! Сколько сегодня трупов! И Димон, как сидел, так и сидит. И не дышит. Ведь он на самом деле помер! У него и пульс не прощупывается, – в голосе главаря слышалась растерянность.

– Слышь, старшой, а ведь теперь следователи этим делом всерьёз займутся, – сказал бандит, только что отомстивший водителю грузовика за смерть племянника. – Свидетелей нельзя оставлять.

Перегудов заподозрил неладное.

Тут послышался ужасающий грохот и отчаянный крик:

– Помоги! Помоги мне! Борт открылся!

– Держись, друган! – крикнул главарь. – Я сейчас попытаюсь брёвна сдвинуть!

Перегудов услышал, как пыхтел и матерился главарь и поскуливал убийца водителя, по всей видимости, придавленный брёвнами. А затем стало тихо…

В дежурку зашёл тяжело дышавший главарь и приставил дуло пистолета ко лбу сторожа.

– Прости, дядя! Четыре трупа на месте ограбления – это уже чересчур! К тому же, ты мой голос и имя с отчеством, поди, запомнил. И номер автобазы нашего кретина-водителя тоже теперь знаешь. В общем, понимаешь, вычислить меня теперь могут, – произнёс главарь.

Перегудов зажмурился и услышал щелчок. Спустя мгновение Максим Петрович понял, что ещё жив. Он приоткрыл глаза и увидел, что главарь с удивлением рассматривает пистолет, давший осечку. Затем грабитель перевёл взгляд на фигурку, валявшуюся у него под ногами, и поддел её мыском ботинка. Безделушка отлетела в угол дежурки.

– Не играть тебе больше в игрушки, дядя! Ладно, скажи, как тебя зовут? Может, когда-нибудь помолюсь за упокой твоей души, – пообещал бандит, извлекая кляп изо рта Перегудова.

– Ты лучше за свою душу молись, Игорь Евгеньевич! – предложил сторож.

– Я ж так и знал, что ты моё имя запомнишь! – воскликнул бандит и, снова приставив пистолет ко лбу Перегудова, нажал на спусковой крючок.

Выстрела вновь не последовало. Бандит осмотрел пистолет, а затем зачем-то заглянул в дуло и нажал на спусковой крючок. Грохнул выстрел.

Почему-то Перегудов не удивился, когда бандит завалился на пол, забрызгивая кровью стены и пол. Сторож попробовал передвинуться вместе со стулом поближе к двери, но зацепился за ногу мертвеца и упал на пол.

Он сильно ударился головой о ножку столика, и застонал от боли, а потом увидел перед собой лежавшую на полу чёрную фигурку. Ему показалось, что глазки-бусинки, словно изучая, пристально смотрят на него. Перегудову показалось, будто игрушечная кошечка оскалилась, словно улыбнулась ему, и у неё изогнулась спинка. Вблизи фигурка более походила не на домашнюю кошку, а на хищника отряда кошачьих, скорее всего, на чёрную пантеру.

Максим Петрович зажмурился, а потом снова открыл глаза. На этот раз перед ним предстала обычная безделушка. Перегудов вдруг ощутил ужас от того, что могло с ним произойти и неимоверный восторг от своего чудесного спасения. Он набрал в лёгкие как можно больше воздуха и сдавлено прокричал в распахнутую дверь:

– Кто-нибудь! Помогите!

Однако никто не отзывался. Лишь эхо пару раз отразилось от металлических стен ангара и стихло.

Глава 2

Максим Петрович, всё же, дождался помощи.

Теперь он лежал на кушетке в дежурке, а над ним хлопотала миловидная докторша. Перегудову было плохо. Ноги и руки затекли, голова раскалывалась от боли…

Только в половине десятого утра сторожа обнаружили и отвязали от стула. В это утро, как назло, опоздали на работу его сменщик и заведующий складом. Кроме того, Савелий Андреевич задержался возле шлагбаума. Там толпились люди, от которых он узнал, что оба охранника на проходной были обнаружены связанными на полу в углу патрульного помещения, где их увидели утром работники.

Пять трупов грабителей увезли в морг. Следователи изучали оружие, принадлежавшее бандитам, и осматривали грузовик. Савелий Андреевич благодарил Бога за чудесное спасение сторожа, а также за сохранность дорогостоящей древесины.

После краткого опроса и составления протокола, следователь попросил Максима Петровича завтра подъехать в районное отделение полиции для дачи подробных показаний о происшествии.

Сменщик Перегудова – Семён Антонович, – бывший инженер одного из московских научных институтов, страдающий лёгкой формой алкогольной зависимости, наотрез отказался оставаться на ночь один в том случае, если со склада не вывезут всю дорогую тропическую древесину. Впрочем, заведующий складом сам был готов избавиться от неё, как можно быстрее, и уже упросил начальство, чтобы за брёвнами прислали машину.

– Вот это размах! Грабители ведь огромный грузовик пригнали. Судя по всему, это были опытные злоумышленники. Как же они потом так оплошали? Надо же, все полегли! – удивлялся заведующий складом, и, похлопывая по плечу Перегудова, похвалил его:

– А ты, Петрович, молодец!

– Я у вас больше работать не буду, – сообщил Перегудов. – Я привык нести службу с оружием в руках и защищать родину, а не частный склад.

– Что же ты, дружок, устроился сторожем к нам работать? – ухмыльнулся, погладив себя по круглому животу, Савелий Андреевич. – Большую ли пенсию тебе положили за твою верную службу?

Перегудов сжал кулаки и двинулся на заведующего складом.

Стоявший поблизости лейтенант полиции встал между сторожем и Савелием Андреевичем. Перегудов отвернулся от лоснящегося лица заведующего и его взгляд упал на покрытую короткой чёрной шёрсткой деревянную фигурку. Он поднял её с пола, положил в карман и вышел, даже не посмотрев в сторону заведующего.

Семён Антонович, уже принявший с утра свою дозу сорокаградусного зелья, отдал честь покидавшему базу Перегудову, приложив ладонь к съехавшей на бок серо-голубой клетчатой кепке…

Вернувшись домой, Перегудов проспал почти сутки. Утром он направился в районное отделение внутренних дел. Дежурный проводил его к следователю, который вёл дело о нападении на склад.

– Здравствуйте, Максим Петрович! Присаживайтесь, – приветливо поздоровался с ним лейтенант. – Меня зовут Игорь Борисович.

– Зачем вы меня вызвали? Я вам ничего существенного рассказать не могу, – пожал плечами Перегудов.

– Вы слышали, как между собой общались грабители? Можете назвать их имена или клички?

– Могу. Их главаря звали Игорем Евгеньевичем. Того, которого задавил грузовик, звали Витюней. Убийцу водителя грузовика главарь называл Васькой. Его засыпало брёвнами, когда раскрылся борт грузовика. Ещё с ними был некий Димон, который умер от усталости во время погрузки брёвен. Имени водителя я не расслышал, но он сам проговорился, что работает на восьмой автобазе. Но ведь все грабители убиты, что о них спрашивать?

– Попытаемся установить их бывшие связи. Возможно, удастся выйти на их сообщников. Кстати, нам удалось установить личность водителя.

– Тогда чем я могу быть вам полезен?

– Этим делом и лично вами заинтересовался подполковник Белобородов.

В этот момент дверь отворилась, и в кабинет вошёл русоволосый с проседью подполковник с внимательными серыми глазами. Он протянул руку следователю, а затем – Перегудову.

– Подполковник полиции Белобородов, – представился вошедший.

– Майор Перегудов, сторож… то есть, майор в отставке Перегудов, – поправился Максим Петрович, стараясь вспомнить, где он мог видеть подполковника с внимательными серыми глазами.

Белобородов внимательно посмотрел на рослого кареглазого майора. Тот мало изменился со времени их последней встречи. Лишь седых волос стало больше.

– Да вы ничуть не изменились, майор! – воскликнул подполковник.

– Разве мы с вами раньше встречались? – удивился Перегудов.

– Не узнали? Это не удивительно. Ведь я уже начал седеть, хотя прошло всего три года после наших приключений на Камчатке.

– Так это ты, Алексей! Ты так поправился, что я тебя сразу не узнал! – вскочив со стула, воскликнул Перегудов.

– Это всё от нервов, Максим Петрович. Давай не будем мешать хозяину кабинета и выйдем в коридор, – предложил Белобородов.

Старые знакомые вышли из кабинета следователя и уселись в кресла.

– Помнишь, Максим Петрович, что случилось три года назад на Камчатке? Я до сих пор не могу понять, куда пропадали люди, попадая в туман? И до сих пор не могу вспомнить, что с нами случилось, когда мы оказались в том густом тумане? Ведь мы отсутствовали несколько дней и ничего не могли вспомнить, что мы делали всё это время, – задумался Белобородов.

– Для меня это тоже остаётся загадкой, – кивнул Перегудов. – Хорошо, что тогда всё прекратилось само собой.

– А как тебя забросила судьба в Москву, Максим?

– Мне в наследство досталась квартира.

– Это хорошо. А семья как?

– Я развёлся. Дети живут с матерью в другом городе. А ты как поживаешь?

– Мы с Анной поженились, у нас родился сын. Ты помнишь Анну?

– Смутно. Ведь мы тогда пробыли всего несколько часов в вертолёте, когда попали в туман. Хотя мне часто снятся странные сновидения. Я как сторожем устроился, так и вижу удивительные сны каждую ночь и на работе, и дома. Фантастика снится.

– Ты, офицер, а работаешь сторожем?!

– А что я мог найти в столице без связей? – развёл руками Перегудов. – Но сторожем я уже не работаю. Завтра напишу заявление об уходе.

– У тебя тоже прибавилось седых волос.

– Да, и я уже не брюнет, – вздохнул Перегудов.

– Тяжёлой выдалась прошедшая ночь?

– Тяжёлой… Только странно всё как-то получилось. Пятеро грабителей вроде бы как сами друг друга перебили по неосторожности и по причине невыдержанности характера.

– Меня в этом деле удивили два обстоятельства. Первое – это то, что все преступники друг друга убили, а второе – тот факт, что на складе мой родственник работает – троюродный брат Олег Морозов. Он недавно приехал из Петербурга и живёт на съёмной квартире. Ты ведь его в ту ночь сменил на складе?

– Он всего две недели охранником работает. Нормальный мужик. Правда, бывает, порой ершится.

– Так и жизнь у нас такая, ершистая.

– А почему твой родственник на этом складе работает? Места себе не может найти получше? Вроде, молодой он ещё.

– Он ко мне приехал в гости из Питера. Как он мне рассказал, у него там не сложилась личная жизнь. Решил в столице поработать. Тоже нигде устроиться долго не мог, вот и пошёл дежурить на этот злополучный склад. Ну, ладно. Это всё лирика. Главное, что бандиты поубивали друг друга, а ты жив остался, Максим Петрович!

– Так если бы мне оружие выдали, я бы сам с грабителями расправился! – потряс кулаком Перегудов.

– Не кипятись, лучше скажи, тебе ничего подозрительным не показалось, кроме того, что они перебили друг друга?

– Это было самое странное и непонятное… Впрочем, я там подобрал вот эту деревянную безделушку, – сказал Перегудов, доставая из кармана деревянную фигурку.

– Эта поделка явно не шедевр народного умельца, – заметил Белобородов.

– Эта штуковина лежала среди брёвен, которые завезли на склад из Бразилии.

– Это та самая дорогостоящая древесина, которую грабители собирались вывезти со склада?

– Да. Знаешь, я стал подозревать, что эта фигурка необычная. Кто на неё руку поднимет или ногу, тот сам погибнет и его приятели тоже к праотцам отправятся, – сказал с серьёзным видом Перегудов.

– Как это – «ногу поднимет»? – не понял Белобородов.

– Ту фигурку бандиты ногами шпыняли. Проявили к ней неуважение. Вещица эта, похоже, спасла меня в ту ночь. Теперь буду её носить с собой в качестве талисмана. Ведь пользуются же подобными талисманами дикари, живущие в Африке или в Южной Америке.