Икона дождя (детектив)

Глава 1. Дождь по заказу

Дождь в Анапе – это всегда сюрприз. Особенно в октябре, когда курортный город готовится к зимней спячке, а последние туристы торопливо собирают чемоданы. Анна Доронцова стояла у окна своего офиса на втором этаже старого здания на Крепостной улице и наблюдала, как капли размывают неоновые вывески магазинов. Город менялся на глазах – из шумного курорта превращался в тихую провинцию, где каждый знает каждого, а самые громкие преступления – это кражи велосипедов и семейные драмы.

Три года назад, когда она только открыла частное детективное агентство «Истина», Анна думала, что будет скучать по московской суете и сложным делам. Оказалось – нет. После того, что произошло в столице, тишина анапских улиц действовала как бальзам на душу. Правда, иногда эта тишина становилась оглушительной.

Телефон зазвонил именно в тот момент, когда она подумала, что сегодня снова придётся заниматься только бумажной работой. Незнакомый номер.

– Агентство «Истина», Доронцова слушает.

– Добрый вечер. Меня зовут Валентин Кречетов. Мне нужна ваша помощь. – Голос был глубокий, с лёгким акцентом, который Анна не смогла сразу определить. – Это касается кражи.

– Обращались в полицию?

– Обращался. Но мне нужен… более деликатный подход. Можем встретиться? Сейчас?

Анна взглянула на часы. Половина девятого вечера. Дождь усиливался.

– Где?

– Мой магазин. «Византия», на Горького, 15. Знаете?

Конечно, знала. Антикварный магазин с витринами, заставленными старинными вещами, мимо которого невозможно пройти, не заглянув. Анна не раз любовалась выставленными там иконами и старинными украшениями, но цены кусались даже для простого любопытства.

– Буду через двадцать минут.

Она накинула плащ и вышла в дождливую анапскую ночь. Улицы блестели от воды, отражая свет редких фонарей. Город словно умывался, готовясь к новому дню, а может быть – к новым тайнам.

«Византия» располагалась в старинном особняке с высокими окнами и массивной дубовой дверью. Даже под дождём здание выглядело величественно, как будто время обошло его стороной. Анна нажала на звонок, и дверь открылась почти мгновенно.

Валентин Кречетов оказался мужчиной лет пятидесяти, с седеющими висками и внимательными карими глазами. Одет безупречно – тёмный костюм, белая рубашка, галстук с едва заметным узором. Но больше всего поразили руки – длинные пальцы с ухоженными ногтями, руки человека, который привык обращаться с хрупкими и ценными вещами.

– Анна Доронцова? Проходите, пожалуйста. – Он отступил в сторону, пропуская ее в магазин.

Внутри «Византии» царил особый мир. Высокие потолки, мягкое освещение, витрины с антиквариатом, расставленные так, чтобы каждый предмет был виден в самом выгодном свете. Пахло старым деревом, воском и чем-то еще – может быть, временем.

– Впечатляет, – сказала Анна, оглядываясь.

– Двадцать лет собирал. – Кречетов прошёл к небольшому столику в углу, где стояли два кресла и горел торшер с абажуром из цветного стекла. – Кофе? Чай?

– Кофе, спасибо. И сразу к делу – что украли?

Кречетов налил кофе из термоса в изящные фарфоровые чашки. Его движения были точными, отработанными.

– Икону. «Богоматерь Одигитрия», XVII век. Новгородская школа. – Он сел напротив, скрестив пальцы. – Стоимость… скажем так, достаточная для того, чтобы купить хороший дом в центре Москвы.

– Когда обнаружили пропажу?

– Сегодня утром. Вчера вечером закрывал магазин в половине седьмого, как обычно. Сегодня пришел к девяти – иконы нет.

Анна достала блокнот. Старая привычка – записывать все, даже если кажется незначительным.

– Сигнализация?

– Не сработала. Замки целы. Никаких следов взлома.

– Кто еще имеет доступ?

Кречетов помедлил с ответом. Совсем чуть-чуть, но Анна заметила.

– Только я. И уборщица, но она приходит по вторникам и пятницам, а сегодня понедельник.

– Покажете место, где висела икона?

Они прошли в дальний угол магазина, где на стене красовалась коллекция икон разных эпох. Пустое место между двумя образами бросалось в глаза – более светлый прямоугольник на обоях выдавал, что здесь долго что-то висело.

Анна внимательно осмотрела стену. Крепления были аккуратно отвинчены, винтики лежали на полочке под иконами. Никаких царапин, никаких следов спешки.

– Профессиональная работа, – пробормотала она. – Кто знал о том, что у вас есть эта икона?

– Узкий круг коллекционеров. Я не афиширую самые ценные экземпляры.

– Но кто-то же знал. Достаточно хорошо, чтобы знать, где именно она висит, как снимается, где отключается сигнализация.

Кречетов снова помедлил. Анна начинала понимать, что этот человек тщательно взвешивает каждое слово.

– Возможно. Но я предпочёл бы начать с… внешних версий.

– Внешних? – Анна повернулась к нему. – Господин Кречетов, если вы хотите, чтобы я нашла вашу икону, мне нужна полная информация. Кто еще знал о ней? Кто мог иметь мотив?

– Понимаете… – Он прошёл к витрине с серебряными украшениями, словно ища поддержку у знакомых предметов. – В мире антиквариата много… сложных отношений. Не все сделки проходят через официальные каналы. Не все коллекционеры готовы обсуждать происхождение своих экспонатов.

Анна почувствовала знакомое покалывание – интуиция, которая никогда ее не подводила. Кречетов что-то скрывал. Что-то важное.

– Эта икона – она была приобретена легально?

– Конечно! – Слишком быстро, слишком резко. – У меня есть все документы.

– Покажете?

– Они… в банковской ячейке. Для безопасности.

Анна сделала пометку в блокноте. Ложь. Или, в лучшем случае, полуправда.

– Хорошо. Давайте осмотрим весь магазин. Может быть, вор что-то еще взял или оставил следы.

Следующий час они провели, методично обходя каждый уголок «Византии». Анна проверила окна, двери, изучила систему сигнализации. Все было в порядке, слишком в порядке. Словно кто-то очень хорошо знал, что и как здесь устроено.

Но в кабинете Кречетова, за массивным дубовым столом, она заметила то, что искала. На столе лежала открытая записная книжка, а рядом – визитная карточка. Анна успела прочитать: «Игорь Самойлов, искусствовед-эксперт».

– Кто такой Самойлов? – спросила она, указывая на карточку.

Кречетов быстро закрыл записную книжку и убрал визитку в ящик.

– Эксперт. Иногда консультирует по атрибуции.

– Он видел украденную икону?

– Возможно. Не помню точно.

Еще одна ложь. Анна чувствовала, как дело обрастает тайнами, как луковица слоями. И это ей нравилось. Впервые за долгое время она чувствовала себя настоящим детективом, а не просто частным сыщиком, ловящим неверных супругов.

– Господин Кречетов, – сказала она, закрывая блокнот, – я возьмусь за ваше дело. Но у меня есть условие.

– Слушаю.

– Никакой лжи. Если я узнаю, что вы что-то скрываете, я прекращаю работу. Мне нужна правда, вся правда.

Он кивнул, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на страх.

– Конечно. Правда и только правда.

Анна знала, что он снова лжёт. Но это было частью игры. Каждое дело начинается с лжи клиента, а заканчивается истиной, которую никто не хотел знать.

Они договорились о гонораре – весьма щедром, что только подтвердило подозрения Анны о том, что дело гораздо сложнее, чем кажется. Кречетов проводил ее до двери, и она вышла в дождливую ночь, полная предвкушения.

Дождь почти прекратился, оставив на асфальте зеркальные лужи. Анна шла к машине, обдумывая услышанное. Профессиональная кража, отсутствие следов взлома, клиент, который явно что-то скрывает, и загадочный эксперт Самойлов. Все это складывалось в картину, которая ей не нравилась.

Она села в машину и достала телефон. Нужно было проверить несколько вещей. Во-первых, этого Самойлова. Во-вторых, саму «Византию» – когда открылась, кто владелец, были ли проблемы с законом.

Но когда она включила зажигание, в зеркале заднего вида мелькнула тень. Кто-то стоял в арке напротив магазина и наблюдал. Анна резко обернулась, но арка была пуста.

Может быть, показалось. А может быть – нет.

Она медленно выехала с парковки, все время поглядывая в зеркала. Никого. Но ощущение чужого взгляда не покидало ее всю дорогу домой.

Дома, в своей небольшой квартире с видом на море, Анна заварила чай и села за компьютер. Поиск по имени «Игорь Самойлов искусствовед» дал несколько результатов. Кандидат искусствоведения, специалист по древнерусской живописи, работал в нескольких московских музеях. Последнее место работы – Третьяковская галерея. Уволился три года назад при неясных обстоятельствах.

Три года назад. Как раз тогда, когда Анна сама покинула Москву и службу в ФСБ. Совпадение? Вряд ли.

Она потянулась за телефоном, чтобы позвонить старому знакомому в Москве, но остановилась. Некоторые мосты лучше не восстанавливать. Некоторые двери должны оставаться закрытыми.

Вместо этого она открыла новое дело в своей базе данных и начала печатать:

«Дело №47. Кража иконы "Богоматерь Одигитрия", XVII век. Клиент: Валентин Кречетов, владелец антикварного магазина "Византия". Подозреваемые: неизвестны. Особые обстоятельства: клиент скрывает информацию, возможна связь с искусствоведом Игорем Самойловым…»

Телефон зазвонил. Незнакомый номер. Анна взглянула на часы – половина двенадцатого ночи. Кто звонит в такое время?

– Алло?

Молчание. Потом тихий мужской голос:

– Не ищите икону. Это опасно.

– Кто это?

– Друг. Забудьте об этом деле.

Связь прервалась.

Анна медленно положила трубку. Сердце билось чаще обычного. Значит, она была права – дело действительно сложнее, чем казалось. И кто-то очень не хочет, чтобы она его расследовала.

Она подошла к окну и выглянула на улицу. Дождь снова усилился, превращая Анапу в размытую акварель. Где-то там, в этой дождливой ночи, скрывалась правда об украденной иконе. И Анна Доронцова собиралась ее найти, несмотря ни на что.

Даже если эта правда окажется опаснее, чем она думает.

Утром дождь прекратился, но небо оставалось серым и тяжелым, словно город накрыли свинцовым одеялом. Анна проснулась с головной болью – верный признак того, что подсознание всю ночь работало над делом. Она выпила кофе, стоя у окна, и наблюдала, как Анапа просыпается после дождливой ночи.

Ночной звонок не давал покоя. «Не ищите икону. Это опасно». Голос был незнакомый, но в нем слышалась искренняя тревога. Не угроза – предупреждение. А это означало, что кто-то знает о ее расследовании и беспокоится за ее безопасность.

В девять утра Анна была уже в офисе. Первым делом она позвонила в «Византию».

– Кречетов слушает, – ответил знакомый голос.

– Доброе утро. Это Доронцова. Скажите, вы кому-нибудь говорили о том, что наняли частного детектива?

Пауза. Слишком долгая.

– Нет, конечно. А что случилось?

– Ничего особенного. Просто хочу убедиться, что информация не утекает. Можем встретиться сегодня днём? Мне нужно задать еще несколько вопросов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.