- -
- 100%
- +
Глава 1. Life is strange
Холод пробирал до самых костей. Ладонь скользнула по кафелю, гладкому и чертовски ледяному. Ощущения были настолько реальными, что сразу стало понятно – точно не сон. Глаза отказывались открываться, слиплись ресницы, вернее они примёрзли друг к другу. Я поднёс трясущиеся руки к векам и помог пальцами. Так-то лучше, хотя на сколько лучше? Тяжёлый выдох сопроводило облачко пара. Сейчас придёт снежная королева и накажет нерадивого Кая сосулькой. Сарказм и пошлость прочно засели в мыслях, значит я – это я. Жив!
Подняться с первого раза не получилось. В душе мерзким опарышом зашевелилась тревога: на месте ли мои ноги. Опершись на руки, приподнялся, прислонился спиной к чему-то твёрдому. Ощупал тело, ноги на месте, надеюсь, они просто затекли, а не отмёрзли. Вскоре почувствовал в конечностях приятное покалывание, худшее опасение не оправдалось, оно и к лучшему. Глаза привыкли к полумраку, получилось рассмотреть офисный стол в паре метров впереди. Из темноты выступили ряды подобной мебели, слева и справа от меня. Похоже на опен-спэйс какого-то офиса, а я валяюсь посередине. Центр мрачной вселенной, освещённой возвращавшимся сознанием. Интересно, как долго я провалялся на полу и как я здесь оказался? Ничего не помню. Вокруг царил беспорядок: сломанная оргтехника, стулья. Кто-то хорошенько выместил злобу на мебели. Ощущал я себя ничуть не лучше, чем детали интерьера, – разбитое корыто той самой старухи из сказки. Может, мне удалось пережить землетрясение? Или нападение Халка? Второй вариант вероятнее, плечо упиралось в панель стола, край которого явно кто-то пробовал на зубок. Часть деревянной панели оказалась откушенной. За широкими окнами от пола до потолка во всю стену напротив, царила темнота, подсвеченная мерцающим глазом луны, то и дело затягиваемым проплывающими мимо тучами. Одно окно оказалось разбитым, и ветер нанёс в помещение кучку снега. Теперь понятно отчего здесь холодно, как в могиле. От такого сравнения стало не по себе.
Раздался треск электричества, и одна из ламп на потолке метрах в пяти вспыхнула холодным светом, осыпая пол снопом искр. Твою мамашку! Перед глазами, только привыкшими к полумраку, заплясали радужные пятна, закружившие хороводом эпилептического припадка. Тут же ощутил себя персонажем дешёвого ужастика, полного клише и штампов. Дешёвых, простых, но неизменно действенных. Я попытался подняться, но ноги предательски подкосились. Схватившись за край стола, с усилием удержал равновесие. Постоял так некоторое время, привыкая к ощущениям. Нужно выбираться отсюда, найти какую-нибудь тёплую одежду или людей, способных объяснить какого лысого здесь происходит.
Внезапно шестое чувство подсказало: ты здесь не один. Странное ощущение, волосы на теле встали дыбом и по коже прошла волна едва ощутимого покалывания. Инстинктивно замер, мне казалось, что слишком шумно дышу, как паровоз, с гулким уханьем выталкивая из лёгких клубы пара. Затаив дыхание, прислушался. Сердце бешено заколотило в груди, отдаваясь эхом в висках. До меня донеслось тихое урчание. Едва заметное. Его источник прятался за одним из дальних столов. Вернее, в темноте, где как я полагал этот стол и должен находиться. Звуки явно издавал не ночной сторож, нажравшийся дешёвой водкой до беспамятства и внезапно вырвавшийся из хмельной полудрёмы. Звуки гортанные, сухие, нечеловеческие. Пошарил рукой на столе в поисках предмета потяжелее, нащупал что-то. Большой степлер. Везение уровня бог. Сейчас застеплерю незнакомца до потери пульса, если он раньше не умрёт от смеха. Если вообще способен смеяться. Окажись у него рот полный острых зубов, я вряд ли хочу видеть эту улыбку. В голове появился образ здоровенной, самодовольной рожицы чеширского кота с огромной клыкастой пастью. Такой подгон от подсознания оптимизма не прибавил.
Какое-то существо перемещалось вдоль рядов, неуклюже роняя предметы. Скрипнул стол, подвинутый массивным телом. С громким звоном разбилось что-то стеклянное. Гулкий стук чего-то пластмассового отразилось эхом от стен. Вещь отбарабанила дробью по кафелю и затихла. Он, она или оно приближалось.
Свет моргающей лампы выхватил из темноты треугольную морду, появившуюся в проходе между рядами столов. Шкура бугрилась чешуйками размером с мою ладонь каждая. Две пары красных глаз без зрачков злобно уставились в мою сторону. Тварь принюхалась. Из четырёх огромных ноздрей по краям верхней челюсти вырвались струйки пара. Монстр почуял меня и зашипел, широко раскрыв клыкастую пасть, топорща чешуи разъярённым дикобразом. Два ряда острых зубов намекали на не дюжий аппетит монстра. Такой челюсти и стальной трос ни по чём, а уж человеческая плоть и подавно. Тварь замерла на секунду, повела носом, словно убеждаясь в правильности выбранного направления, и молниеносно ринулась в атаку, царапая пол когтями.
Герои множества книг, оказавшись в такой ситуации, начинают просчитывать варианты действия, разбрызгивая свои размышления на пару страниц. У меня имелся лишь один вариант. Я среагировал на движение размашистым броском, швыряя степлер прямиком в быстро приближающуюся раскрытую пасть. Что-то громыхнуло. Голова чудовища разлетелась в стороны кровавым месивом. Я замер, ошалело глядя на дёргающееся в судорогах безголовое тело. Нечто похожее на ящера, размером с хорошего ротвейлера. Неужели я убил тварь обычным канцелярским предметом? А попадись в руки скотч? По наитию я дезинтегрировал бы половину комнаты?
– Пригнись!
Я услышал звонкий высокий голос и рухнул на пол как подкошенный, справедливо полагая, что источник крика если и не желает мне счастья до скончания веков, то хотя бы даёт надежду прожить чуть дольше. Боковым зрением уловил какую-то тень, накрывавшую меня сверху. Что-то в стремительном броске кинулось на меня с правой стороны. Снова ухнуло, и ещё одна массивная туша плюхнулась рядом с местом, где я распластался. На таком расстоянии я смог разглядеть ещё одну пугающую деталь. Лапа с когтями сантиметров двадцать в длину покрытая крупной чешуёй, лежала перед самым носом. Это был точно такой же монстр, как и предыдущий. И снова без головы. Я отпрянул от трупа и вскочил на ноги. Кажется, со мной только что разговаривал живой человек! Спаситель!
Из полумрака вышла девушка, невысокая, где-то метр шестьдесят. На вид лет восемнадцать – двадцать, одета в чёрную зимнюю куртку с капюшоном, подбитым мехом. На ногах – штаны-комбаты и армейские берцы. В руках уверенно зажат дробовик. Округлое лицо, большие карие или чёрные глаза, точно не разглядеть, чуть вздёрнутый носик, пухлые губки. Настоящая куколка из набора «Собери всю коллекцию».
Девчонка замерла, разглядывая меня. Взгляд – рентген, цепкий, внимательный. Мне показалось, что она меня узнала. Она несколько секунд сверлила меня взглядом, ожидая от меня определённой реакции.
– Привет, – я нерешительно поднялся и дружелюбно помахал рукой, как скромняга-ботаник на первом свидании. Вёл я себя, наверняка нелепо, но всё, что сейчас происходило, напоминало бредовый сон или кошмарный бред. Ущипнул себя за нос, больно. Не сплю.
– Можешь ещё и головой об стену долбануться, но делу это не поможет. «Ты не дремлешь», —девушка произнесла это столь обыденно, словно наблюдала подобную картину каждый день.
Она подошла к трупу монстра, достала из ножен на бедре здоровенный тесак и резким движением вспорола чешуйчатое брюхо. Движения умелые и отточенные, явно занимается подобным не впервой. Никакой брезгливости, присущей классическим представителям слабого пола. Сразу видно, девчонка к такому привыкшая, дочь мясника – не иначе. Ей палец в рот не клади. Вообще лучше держать их подальше. Откусит или отрежет. Из разреза вырвался пар, ударивший в нос запахом сероводорода. Вонь оказался настолько сильной, что меня чуть не стошнило. Я глубоко вздохнул, борясь с рвотным рефлексом, и отступил назад.
Несколько глубоких вдохов помогли унять желание организма вывернуть желудок наизнанку.
– Спасибо, что спасла. Как тебя зовут?
– Облезешь, – Куколка оказалась явно не из приветливых. Дружелюбие, которое, как мне показалось, я разглядел в её глазах, потухло.
Я, конечно, не ожидал обнимашек и душещипательных рассказов о родственниках до пятого колена, но всё же не понимал такого холодного обращения. Может, местный климат так влияет? Может, она – здесь самая дружелюбная. Остальные – вообще лютые машины убийства, не знающие добрых слов.
– Странное имя, – желание съязвить оказалось сильнее чувства самосохранения. Подтрунивать над вооружённой девушкой – дело рисковое, как потребление просроченного пива, можно вляпаться в последствия.
– Шутник, что ли? – девчонка развернулась ко мне, демонстративно перезарядила помповик и смерила меня ледяным взглядом, – Давай, стендапер, выступай, пока голова на плечах.
Такая точно способна пристрелить. И глазом не моргнёт, а потом выпотрошит. Из кишок сделает гирлянду, а из кожи сошьёт себе кигуруми единорога. Представил, что будет торчать на капюшоне вместо рога. На неделе высокой моды в Милане таким не удивишь, а вот на городской улице… Я едва заметно улыбнулся. Девушка положила оружие рядом, давая понять, что не чувствует с моей стороны угрозы и просунула руку в глубь распоротого брюха.
– Расслабься, в зоне респауна PvP не работает, хотя последнее время тут всё пошло по звезде, – она сосредоточенно шарила рукой, просовывая её всё глубже в нутро монстра.
– Какой звезде?
Куколка явно нерасположена к общению. А ещё говорят, что вооружённый человек – вежливый человек. Может, девушки не знакомы с такой прибауткой?
– Пятиконечной, в чёрной дыре где ты оказался, – моя спасительница вынула из монстра три светящихся кристалла, один чёрного цвета и два красного, и недовольно проворчала, – elgusto – негусто.
Она спрятала чёрный кристалл за пазухой, закинула дробовик на плечо и подошла ко второму поверженному монстру, опустилась на одно колено и увлечённо принялась потрошить тушу. Лампа под потолком, дававшая скудное освещение, несколько раз моргнула и потухла, помещение потонуло в полумраке. Лишь слабый свет луны из окон давал возможность всматриваться в силуэты, благо тучи опять разбежались по своим атмосферным делам. На полу возле туши монстра сияли красные кристаллы размером с ладонь, которые оставила девчонка.
– Дроп подбери, – Куколка закончила ковыряться в трупе и, не обращая на меня никакого внимания, направилась к разбитому окну.
– Что?
– Лут, кристаллы, – девчонка смерила меня оценивающим взглядом, – умственно отсталый? Раздавишь их, заберёшь предметы. Обязательно возьми нож, скрафтишь одежду из этих тушек, поторопись, пока не околел совсем.
– Что вообще происходит? Как я здесь оказался? – я подобрал мерцавшие красным светом предметы и приблизился к девчонке, освещая путь их сиянием.
– Спроси уродов, которые это говнище сделали, – девушка злобно сплюнула на пол.
Суровая фурия, я бы не удивился, если её плевок сейчас забился каплей масла на раскалённой сковороде и прожёг пол. Где-то я такое уже видел.
– Какое говнище?
Со стороны могло показаться, что я действительно тупой, но мне было плевать. Голова трещала от накопившихся вопросов. Выглядеть в глазах других идиотом – не страшно, гораздо хуже пытаться строить из себя умника, совершенно не разбираясь в теме разговора.
– То, в котором мы находимся, – девушка покрутила в воздухе указательным пальцем, направленным в потолок, – точных ответов пока никто не нашёл. Сейчас ты ничего о себе не помнишь. В твоей голове присутствует лишь общее понятие о том мире, где ты раньше жил. Жизненный опыт без личной информации, чьи-то шаловливые ручки стёрли её из твоей памяти. Вернее, заблокировали. Никто не знает зачем и почему. Знаешь, кто такой Чебурашка?
Куколка говорила со мной, словно делала одолжение, обычно так разговаривают с человеком, задающим одни и те же надоедливые вопросы. Не столько упёртым, сколько тупым.
– Зверёк такой мохнатый с большими ушами, жил в коробке с апельсинами, дружил с крокодилом.
– Мохнатый зверёк… – повторила мои слова девчонка и ехидно хихикнула, – Что-нибудь шевельнулось в твоей пустой голове?
– Нет.
Я совсем не понял вопроса, причём здесь герой мультфильма. Совершенно идиотская ситуация, меня только что чуть не сожрали два монстра, а Куколка задаёт вопросы о персонаже книги Успенского.
– А у меня в детстве была плюшевая игрушка с героем этой сказки, мне его мама подарила на день рождения. Воспоминания о прошлом срабатывают на уровне ассоциаций. Любой предмет или ситуация могут послужить катализатором для потерянной памяти. Со временем многое прояснится. Кем был, где жил, любил кофе или предпочитал чай. Что любил на завтрак, какие книги читал, где работал, с кем дружил. Не каждый всплывший в голове факт или имя способны дать тебе ответы. Но они будут. Не сразу, но появятся. Просто выживай, адаптируйся, нагибай. Сам скоро всё поймёшь, – секунду поколебавшись, решая говорить или нет, девушка добавила, – и никому не верь.
В хороший мирок меня забросило, во вселенную, живущую по законам уголовного мира «Не верь, не бойся, не проси». Хотя люди любой мир способны превратить или в помойку, или в тюрьму, даже особых усилий прилагать не придётся.
– А если я сейчас тебя, такую несговорчивую, приложу кулаком и отберу оружие? – фраза повисла в пустоте и не звучала угрожающе, я понял, что точно не абьюзер. Колотить женщин – не в моих правилах.
– Я же сказала, что PvP в зоне респауна не работает, – девушка направила в мою сторону помповое ружьё.
Дуло двенадцатого калибра – аргумент для быстрого решения любых споров, упёрлось мне в грудь. Куколка нажала на спусковой крючок, раздался щелчок и… ничего не произошло. Она резко взмахнула оружием, нанося удар прикладом, но я почувствовал лишь слабое прикосновение, воздушное, невесомое.
– Шмот и оружие можно поднять только с трупа, – девушка подошла к краю выбитого окна, – любой предмет, что ты однажды положил в инвентарь твой, пока не сдохнешь. Кинетическое воздействие в зонах с запретом на PvP отключено, толкнуть, ударить, пнуть другого игрока нельзя. В общем, добро пожаловать в новый чудный мир, извини, что встретила без хлеба, соли и кокошника.
– Игрока? – я вычленил ключевое слово, было странно слышать такое определение по отношению к себе, – я… мы… в игре?
– Типа того. Никто точно не знает. Говорят, что игрокам, достигшим тридцатого уровня, открывается эта тайна. Но здесь их нет, они все за вокзалом, – девушка ухватилась за край рамы и посмотрела вниз, ветер неистово трепал одинокую прядку волос, выбившеюся из-под капюшона.
– Подожди у меня столько вопросов!
– Я тебе не Гугл, чтобы ответы давать. Но по доброте душевной порекомендую отыскать фонарик или гирлянду. При появлении некоторых монстров лампочки начинают светиться, – девушка произнесла фразу с такой интонацией, словно уже объясняла мне устройство нового мира не первый раз, – зачем я вообще на тебя время трачу? Сам разберёшься.
– Можно с тобой? К людям? Другим людям? – я желал получить ответы и, как ни странно, хотел оказаться в компании, любой компании, где мне дадут внятные объяснения и где нет тех тварей, чьи останки валялись сейчас на полу.
– Адьёс! – девчонка по-военному отсалютовала и уверенно шагнула в пустоту перед собой.
– Стой, суицидница! – я бросился к ней, пытаясь схватить. Кто в здравом уме способен добровольно сигануть из окна? Хотя место, в котором я оказался зашкаливало уровнем бреда. Если бы кто-то изобрёл прибор бредо-метр, он сейчас захлёбывался треском, как счётчик Гейгера в районе эпицентра ядерного взрыва. Я схватился за край оконной рамы. Холодный ветер ударил в лицо, заставляя прищуриться. Голова закружилась. Под ногами зияла пропасть, здание оказалось настоящим небоскрёбом. Силуэт девушки терялся в полумраке, вскоре над ней раскрылся купол парашюта. В центре розового матерчатого круга белел кулак с вытянутым средним пальцем. Девчуля не так проста, боевитая – экстремалка, таких в обычной жизни я обходил стороной. Я опешил от того, что у меня появилось очередная информация о прошлом, о себе. Я попытался вспомнить хоть что-нибудь, хоть какую-то деталь, способную поведать о моей личности, но ни одного образа не всплыло из глубин памяти. Осторожно повернул голову и чуть наклонился вперёд, пытаясь рассмотреть высоту строения. Очертания здания скрывались за снегопадом. Интересно, сколько здесь этажей, на каком нахожусь я? Ответы на эти вопросы явно не входили в перечень жизненно важных. Посмотрел вверх, та же картина. Что Куколка говорила про кристаллы? Нужно добыть нож и одежду. Начну с малого, буду адаптироваться. Выживать, так выживать! Жизнь – странная штука, особенно в таком непонятном месте, где мне посчастливилось оказаться.
Глава 2. Alone in the dark
Я оказался в незавидном положении, неприветливый странный мир явно не претендовал на звание курорта. Не успел я здесь появиться, как два монстра попытались меня сожрать, вредная девчонка тоже без раздумий пустила бы мне пулю в лоб, если такая возможность существовала. И глазом бы не моргнула. Щелчок спускового крючка до сих пор звенел в ушах металлическим эхом. Мелкая засранка. Дерзкая, неприветливая, но весьма симпатичная. Я вспомнил милое личико Куколки, она должна пользоваться популярностью у мужчин или женщин. Действительно, может, она – лесбиянка мужененавистница, тогда становится понятным её холодное отношение ко мне. Пробей она мне голову, что произошло бы дальше? Смерть? Окончательная и бесповоротная, или перерождение на этом же месте – в «Зоне респауна»? Сколько жизней в моём запасе? Мной кто-нибудь управляет? Почему меня занесло в такое опасное место, а не в какой-нибудь платформер типа «Марио», давил бы сейчас черепах, выбивал головой монетки из кирпичиков, спасал бы принцессу…
Марио – итальянский водопроводчик в красной кепке. Я вспомнил, как играл на раритетной консоли. Благотворительный марафон под Новый год. Нас было десять игроков, в течение недели штурмовавших разнообразные классические игры, сменяя друг друга в студии. Трансляция в сети, сбор доната для детей больных раком. Вот только, организатор шоу оказался нечистоплотным, и деньги не дошли до адресатов. Воспоминания ускользали приятным сном, растворяющимся после пробуждения. Хотелось зацепиться за каждую деталь. Потянуть за тоненькую леску, на другом конце которой находились важные для меня факты, набор событий, способных объяснить кто я! На этот раз улов сорвался. Я блогер? Влогер? Летсплеер? Pro-геймер? Нет ответа. Память упорно молчала, как партизан, не выдавая дополнительной информации.
Я разжал кулак, в котором держал кристаллы, полученные от Куколки, положил один в карман. О! На мне брюки с карманами! Тут же перед глазами вспыхнула надпись: «Добро пожаловать в игровую систему «ДайнаМикс», и появилось окно интерфейса. В левой части, скрестив руки на груди, стоял парень в сером офисном костюме. Похоже, это я. С одинаковым успехом в такой наряд мог вырядиться студент, отправляясь на госэкзамен или стандартный представитель офисного планктона, мечтающий покорить вершину карьерной лестницы. Коротко выбритые виски, взлохмаченные волосы, словно я после дикой попойки пришёл на лекцию. Чисто выбритое лицо. Нос с горбинкой, судя по всему – след от перелома. На вид – не больше двадцати пяти.
Я спортсмен, боксёр, боец смешанных единоборств? Хоккеист? Открыл рот, мой аватар, как отражение в зеркале, повторил движение за мной. Зубы на месте. Хоккеем точно не занимался, по крайней мере на профессиональном уровне. Подсознание стыдливо молчало, не давая подсказок. Зелёные глаза смотрели с укоризной, будто обвиняли: «И как мы с тобой, братюнь, до такого докатились?» Над головой парила надпись: «Новый игрок. Уровень 1». С правой стороны – пустые окошечки, в одном находился кристалл, что я недавно положил в карман. Так, ясно – это инвентарь. Я потрогал пульсирующий в руке камень. Твёрдый. Схватил его за концы обеими руками и надавил.
Кристал с хрустом развалился, посыпавшись на пол миллионом осколков, сложившихся в форме клинка. На полу передо мной лежал самый настоящий нож, подобный я видел у своего деда-охотника. Часто просил показать его… В детстве, когда родители отправляли на лето в «деревенскую ссылку». Очередное воспоминание! Теперь я понял суть разговора с Куколкой о Чебурашке. Некоторые предметы и взаимодействие с ними могут будоражить память, выдавая фрагменты прошлого. Деда звали Артемий Викторович, крепкий, неразговорчивый мужик. Любил охоту, рыбалку, работал плотником. Свой дом построил сам, помогал отцу возводить дачу. В любую погоду ходил в старых кирзовых сапогах, забавно подтаскивая правую ногу. Помню, как в семь лет я подрался с деревенскими пацанами за то, что они назвали деда «Хромоножкой». Драку я проиграл, но с мальчишками подружился. Правда забыл их имена и как они выглядели… Отсутствие воспоминаний сейчас – неглавная проблема. Нужно поскорее выбраться отсюда, пока я окончательно не околел. Холод пробирал до самых костей, меня колотила крупная дрожь.
Сфокусировал взгляд на предмете, и над ним тут же загорелась надпись: «Нож обыкновенный. Уровень – 1. Урон – 1». Выглядит эффектно, а на деле… Гвоздь, а не оружие. Такой заточкой придётся долго тыкать во врага. И вообще можно ли подобным тесаком победить монстра, хотя бы одного из тех, с кем удалось встретиться? Вряд ли. А если здесь есть и другие твари? Ещё более страшные и опасные. Мысленно поблагодарив Куколку за чудесное спасение, я подошёл к трупу монстра. Что говорила девчонка? Скрафтить одежду. Как это сделать? Подняв нож, отметил, что он лежит в руке, как влитой. Взмахнул оружием пару раз. За лезвием оставался едва уловимый синий светящийся шлейф. Да, я почти джедай. Сейчас почувствую силу и перейду на тёмную сторону. Хотя куда уж темнее, и так ни черта не видно.
Присев возле обезглавленного трупа, я не знал с чего начать и не нашёл ничего умнее, чем просто воткнуть нож в плоть поверженного монстра. Над ней зажглась надпись, предлагавшая: «Создать одежду/Получить материалы». Выбрал первый вариант. Туша тут же стала оседать, как водяной матрас с пробоиной. Она сжималась и меняла форму, через мгновение на кафельном полу лежала «Кожаная куртка. Уровень – 1. Защита – 2». Ясно-понятно одежда крафтится рандомно, наверное, её ценность зависит от уровня монстра. Я быстро накинул на себя одеяние, снова выскочило окно интерфейса. Теперь я напоминал революционного комиссара, готового свергать мировой империализм, не хватало только кепки с красной звездой и Маузера, а ещё лучше броневика с парой пулемётов. Да, оружие сейчас оказалось бы не лишним и что-то помощнее, чем обыкновенный нож, желательно, огнестрельное, многоствольное с большим уроном.
Стало гораздо теплее. Ощущения приятные, сравнимые с возвращением в прогретый дом с мороза. Проблема с переохлаждением решена, можно продолжать осваиваться в новом мире. Я мысленно схватил красный кристалл из инвентаря и потянул его на своё изображение. Левая рука тут же почувствовала гладкую пульсирующую поверхность. Как это работает, разобрались. Мысленно свернул окно интерфейса, и оно тут же исчезло. Пальцы разломили кристалл, что там подкинет великий бог рандома? В кулаке материализовалась портупея с метательными ножами «Перья ласточки. Уровень – 1. Урон – 2».
«Нож – выбор мастеров», – из глубин памяти всплыла фраза, которую когда-то слышал или читал. По стечению обстоятельств, врождённому невезению, а может проискам судьбы, Галактика решила одарить меня набором холодного оружия. Не иначе в старой жизни работал хлеборезом. Если в следующий раз вместо огнестрела из кристалла выпадет мясницкий тесак, то назовусь «Мясником», а ещё лучше – в «Русским мясником». Вспомнил, что когда-то смотрел ролики на ютубе за авторством одноимённого блогера. Он неплохо играл, обладал чувством юмора и самоиронии. Самоирония нынче не в моде, балом правят пафос и завышенное самомнение.
А почему бы не выбрать имя прямо сейчас? Вызвав окно интерфейса, я протянул руку и коснулся надписи: «Новый игрок», что парила над головой моего персонажа. Чуть ниже замерцала клавиатура. Несколько манипуляций пальцами, и ник изменился. Я усмехнулся, глядя на новое имя. Пора испытать добытое оружие.
Накинул на себя портупею. Выхватил нож и метнул его в пузатый монитор, что стоял на ближайшем столе. Оружие вошло в экран по самую рукоятку, а на его месте в портупее образовался новый метательный снаряд. Неплохо! Нет необходимости собирать заточки по углам. Я всегда считал, что из любой ситуации можно найти выход, главное – выходить не ногами вперёд. Крепко сжал «Охотничий нож» в левой руке, правой достал «Перо ласточки», в случае опасности можно метнуть, не тратя лишнее время. Пора отправляться изучать мир, куда меня занесло, или искать неприятности. Шестое чувство подсказывало, что на мою долю их выпадет с избытком, с моим то везением. Добра, счастья, вселенской любви и розовых пони от этого места ожидать не приходилось.