- -
- 100%
- +
Илай аккуратно снял рамку и рассмотрел карту. Даже на первый взгляд было ясно, что на ней нарисован и обозначен путь к какому-то большому населенному пункту. И начинался он от храма. Еще одна деталь бросилась в глаза Илаю. Недалеко было озеро, из которого синяя линия реки выходила к побережью. Прямо из берега торчал длинный прямоугольник. Надписи были то ли на греческом языке, то ли на старославянском, решил он. В углу карты был изображен лик святого. «Николай чудотворец», – тихо сказал Фарадей. Осмотрев раму со всех сторон, Илай осторожно положил карту на стол, достал лист бумаги с карандашом и начал перерисовывать. Арти заскучала, рассматривая книги и бросая на них нетерпеливый взгляд.
– Предлагаю прогуляться к озеру, думаю, мы нашли больше, чем искали.
Воспользовавшись столом, он отметил на своей карте церковь и все новые детали, а потом проложил маршрут к побережью.
***
Озеро высохло. Но даже сквозь заросли кустарника было видно, в каком направлении текла река. Они молча шли вдоль русла реки. Запах моря чувствовался все сильнее, деревья редели и местами стали попадаться болотца, вода в которых стояла на самом дне. Когда уже совсем стемнело, ребята вышли к небольшому молу. Это была тихая гавань с маленьким причалом и несколькими полуразрушенными строениями. Рядом стояли лодки. Подняв чехлы с военной маркировкой и постучав по твердому пластику, Арти присвистнула.
– Композит, – с умным видом сказала она, спародировав серьезность Фарадея, и рассмеялась.
В темноте при свете фонарей лодочные бока поблескивали тем же шелковым отливом хрома, как и танк, который они видели утром.
Пока она осматривала лодки, Илай развел костер. Фарадей нарезал овощи и достал мясо с рыбой.
– ужин подан. Все к столу!
Они сели вокруг костра и поставили ковш с водой на угли. Пока они ели, никто не произнес ни слова. Все устали после долгого перехода и впечатлений. Илай опять погрузился в свои мысли. Усталость давала о себе знать, так как они не привыкли к таким дальним походам. Фарадей, обдумывал что-то: то ли решал, то ли советовался сам с собой. Его глаза загадочно блестели.
– я очень рад, что пошел с вами. Это удивительная находка. Вероятно, одна из самых важных за все мои путешествия.
– Видел такие церкви уже?
– точно таких нет. Многие христианские храмы стоят веками, так и осталось после вспышек. Для верующих все, что произошло, – это лишь подтверждение пророчеств.
Они еще немного посидели, глядя на пляшущий огонь.
Илай задумался и, словно вспомнив что-то, достал Книгу Серафа. Полистав ее, он торжественно сказал:
– вот, слушайте.
«Истинна древняя вера в то, что мир в конце шести тысяч лет погибнет в огне, – так мне сказали в Аду. Ибо, когда херувим с пламенеющим мечом оставит стражу у древа жизни, все творение испепелится и станет святым и вечным, как ныне греховно и тленно. Путь же к этому – через очищение радостей плоти. Для начала докажем, что душа и тело неразделимы; и я буду вытравливать мысли мои на металле кислотами, кои в Аду спасительны и целебны, ибо они разъедают поверхность предметов и обнажают скрытую в них бесконечность. Если б врата познания были открыты, людям открылась бы бесконечность. Но люди укрылись от мира и видят его лишь в узкие щели своих пещер». Уильям Блэйк, тысяча семьсот девяноста третий год. И вот еще, чуть ниже: «Бог существует и действует только в людях».
Книга Серафа, с. 34
Море было спокойно, небольшие волны перекатывались на поверхности воды. Путешественники чувствовали себя почти как дома. Тихо накатывая на берег, волны с бликами огня от их костра отступали и вновь возвращались. Чуть дальше растущая луна и яркие звезды отражались в чистой темной воде.
– А какие же еще карты есть в Книге Серафа? – Арти зевнула и потерла глаза, отгоняя сон.
– они складываются в одну большую карту. Но для этого надо знать, как их соединить вместе. Я уже думал об этом. Может быть, теперь, с привязкой к точному месту и сравнив с другими картами, по контрольным точкам на карте картина прояснится. А главное, теперь есть исходная точка отсчета, которую, возможно, получится найти и на других картах.
– в Гильдии торговцев есть свои карты не только местности, но и магистралей, железных дорог. Хотя и обозначены на них в основном современные поселения и наши места торговли. Я мог бы скопировать их. Если вы готовы, мы можем в ближайшее время отправиться в Централию, в нашу Торговую Палату. Это одна неделя ходу отсюда. Либо подождем следующего каравана через месяц и поедем с ними, – Фарадей вопросительно посмотрел на Илая, потом перевел взгляд на Арти.
– я согласен. Это может нам очень подсобить.
– и я тоже согласна. Всегда хотела увидеть Централию.
Огонь медленно догорал, и им казалось, что дым показывал картины прошлого, навеянные впечатлениями за день. Ребята уснули.
***
Проснувшись рано утром и быстро перекусив, Илай и Фарадей расчехлили лодки. Их было четыре, все были как новые и выглядели так, словно никто ими ни разу не воспользовался. Столкнув две лодки в воду и связав их, они сели на весла и отправились в обратный путь. Расстояние по морю до маяка вдоль береговой линии было намного короче, чем через лес. Уже на закате показался сам маяк, а к ночи они были у себя дома.
Шли дни, было принято решение не торопиться и подождать, пока придет следующий караван Гильдии, чтобы отправиться с ним на юг, в Централию. Так называли городок, выросший вокруг большого центрального вокзала, от которого караваны и поезда отправлялись повсюду, где у Гильдии велась торговля. За это время Илай перерисовал заново карту и как следует изучил ту, что он скопировал в церкви. По карте нельзя было сказать, куда именно вел обозначенный на ней путь. Кроме того, что это был какой-то населенный пункт, все остальные знаки и надписи ничего им не говорили. В городке не было опытных путешественников, которые умели читать карты лучше, чем они, а книг, которые могли бы объяснить знаки на карте, они не нашли.
Другие карты Серафа были такими же загадочными, да и, ко всему прочему, содержали разные печати («ангельские печати, сигилы», – упорно твердил Фарадей) и магические знаки с пояснениями. Илай хотел поискать книги в библиотеке Гильдии, чтобы расшифровать хоть что-то для себя и попытаться сопоставить разрозненные и непонятные знания. Ясно, что книга хранила в себе секреты более значительные, чем казалось на первый взгляд.
В деревню было отправлено несколько человек для очистки и подготовки территории для дальнейшего заселения. Городской совет решил, что небольшое расширение территории не повредит, да и в городке при маяке становилось уже тесновато, чтобы уместить всех подросших детей с семьями. К сожалению, строить новые дома никто из живших в Серафе или близлежащих поселениях не умел.
Фарадей попросил не трогать церковь, так как собирался отправить туда трудников из староверов для ремонта, освящения и подготовки храма к продолжению службы.
Чтобы разобраться и подготовиться к предстоящей миссии, Илай заново пересмотрел книги религиозной и военной тематики в надежде увидеть знакомые знаки, встречавшиеся на карте. Но карта молчала. Нужен был ключ, чтобы прочитать ее. Либо тот, кто умел читать старые карты.
Максвелл порадовался находке ребят, но, будучи киберинженером, не умел читать карты и не мог как-то помочь с расшифровкой. Его знания были более техническими и относились к тому периоду времени, когда кибертехнологии все еще работали. Он всегда был рад протянуть ребятам руку помощи или поддержать их дельным советом.
– Вам нужен настоящий книжный червь. Такие дотошливые и любознательные исследователи есть у священников. Вам надо будет найти семинарию большого города. Или монастырскую библиотеку. Эти живут по старинке уже несколько веков, да… Только там они и остались. Хотя… ваш друг Фарадей, похоже, из таких же, как мне кажется, хоть и не ходит в рясе. Дело воспитания, да.
Месяц проходил медленно и размеренно за ежедневными занятиями. Арти выпросила у отца настоящую военную форму для всех и вдобавок получила бронежилет для себя. Все в городке очень гордились ими, и ни у кого не возникало никаких беспокойств об их предстоящем путешествии. Фарадей прижился в городе, как свой, и подружился с дочерью Максвелла, Клер, несмотря на хмурый взгляд отца.
Большую часть времени они проводили за Книгой Серафа вместе с Илаем. Правда, его интерес был несколько другим, он, часто прищурившись, тщательно изучал каждую страницу книги, делая выписки и пометки в своем дневнике.
«…Прямой нейронный интерфейс обратной биологической связи позволяет создать расширенный интеллект, превосходящий и человека, и машину одновременно. Как вероятный вариант, можно рассматривать взаимосвязь в цепочке нескольких соединенных мозговых интерфейсов между людьми и машинами… для создания сверхсознания…»
Книга Серафа, с. 144, комментарий № 2
Фарадей еще раз внимательно перечитал и задумался, когда была сделана эта запись. Почерк в комментариях и заметках различался, но нигде не были проставлены даты. Только по описываемым технологиям можно было догадаться, о каком времени шла речь. Тем не менее возникал контраст между стилем, содержанием и временным периодом. Фарадей решил, что Книга Серафа требует более досконального штудирования и научного анализа. Многие из названий в описываемых технологиях не были известны ему. Оставалось только додумывать назначение этих фантастических изобретений прошлого.
И вот наконец настало время отправляться в путь. Небольшой караван прибыл, как всегда, четко по расписанию, ведь торговцы славились своей пунктуальностью и надежностью. Их мулы проявляли себя лучше всего на дневных перегонах, а лошади использовались только охранниками. Фарадей быстро обсудил что-то с вожаком каравана от Гильдии и договорился о трех местах в повозке. Представитель Гильдии был рад такой большой удаче своего ученика. Он также был старовером, и это сыграло им на руку. После заключения всех сделок и обмена товарами все легли спать для того, чтобы рано утром, в полусне, отправиться в путь.
Глава 4
«…нейрокомпьютер и связная работа между отдельными блоками системы по принципу работы мозга живых существ стали одним из центральных подходов в создании искусственного интеллекта. С середины двадцатого века многие ученые стремились к тому, чтобы распределить нагрузку расчетов в нейропроцессорах с помощью специальной архитектуры между простыми блоками с памятью, в отличие от комбинации блоков памяти и обработки в цифровых системах. Только с расцветом нанобиоэлектроники появились решения, доступные для обучения и адаптации систем, основанных на новых принципах… Многопроцессорная модель параллельных расчетов транспьютерных кристаллов оправдала себя больше всего в космической области… (примечание Фарадея № 1) зародилась на базе нейрокибернетики, на стыке психологии, биологии и информационных технологий… а также привела к созданию полноценного нейрокомпьютерного интерфейса».
Дневник Фарадея № 18
// помощник архивариуса при Гильдии торговцев
// Библиотека
Запись № 7.2
// дата не известна (предположительно, 2082 год)
***
Их долгий путь лежал через те края, где Арти и Илай никогда не были, поэтому им было нескучно в дороге и они с восторгом смотрели на широкие расчищенные дороги, бывшие когда-то скоростными автомагистралями. Металлическое серое покрытие было необычно ровным и рассохшимся, с глубокими и длинными трещинами, сквозь которые пробивалась невысокая трава. Часто встречались выбоины, как будто от сильного удара чего-то тяжелого, упавшего сверху. Многие машины, особенно те, что были на странных, как будто положенных плашмя колесах, которые Фарадей назвал антигравами, были просто нагромождены и завалены на обочинах. Жители городка редко выбирались так далеко, и все, что встречалось им по пути, было удивительным и новым. Фарадей ловил их восторженные взгляды и старался давать исчерпывающие ответы на их вопросы. Даже охрана каравана невольно заслушивалась его повествованием об окружающем мире, добавляя свои замечания.
Их сопровождала странная, величественная атмосфера ожидания чего-то великого, каких-то важных перемен. Это ощущалось в наэлектризованном их воодушевлением воздухе, и каждый участник каравана почувствовал себя частью этого, общаясь с загадочной группой молодых ребят в военной форме.
Караван уверенно двигался по знакомому пути, иногда сворачивая на заросшие просеки или пыльные дороги в каменистой, утрамбованной земле. Несколько раз в пути они видели обломки военной техники, взорванной и покореженной, а также упавшие летательные аппараты и опять же останки сгоревших спутников. Время от времени им встречались разрушенные деревни и поселения, а в некоторых они проезжали рядом с небольшими заросшими кладбищами с покошенными крестами и заборами, где торговцы по традиции отдавали дань и честь умершим, снимая головные уборы. Продвигаясь все дальше на юг, можно было видеть, что пожары и засуха бушевали здесь намного чаще. На побережье им редко приходилось видеть такое проявление огненной стихии.
Через три дня они свернули внутрь большого и неглубокого, почти круглого кратера, бывшего когда-то озером, которое то ли высохло, то ли утекло под землю. На краю озера был обвалившийся причал и несколько поломанных деревянных лодок. Они валялись рядом со сваями, на вершине которых птицы свели гнездо. Зверей и птиц практически не было видно – они старательно прятались и избегали людей. На первый взгляд, все выглядело очень безжизненным и покинутым. Только скрип колес, глухой цокот копыт по сухой земле и разговоры караванщиков с охраной. Изредка слышались хлопки крыльев редкой птицы, смело пролетавшей рядом с ними.
Путешественники затеяли разговор с одним из охранников, ехавшим рядом с повозкой.
– Не верю, что где-то остались роботы или андроиды, ведь вспышки все еще продолжаются. Я слышал от военных, что электромагнитные волны проникали даже в глубокие бункеры, – Илай достал яблоко, протер о плечо и откусил от него большой кусок.
Один из охранников, едущий на коне рядом с их повозкой, старый и седой, с волосами, собранными в длинный, как конский хвост, пучок, делающий его тень от солнца похожей на своего коня, возразил:
– Не веришь? Я точно знаю, что везде были очень глубокие и защищенные военные бункеры. Говорят, на несколько километров вглубь. Тогда бы радиация и волны не смогли бы проникнуть туда. Мне рассказывали о целых подземных городах, построенных как раз на этот случай.
– Гильдия торговцев знала бы о таких, – Фарадей рассматривал свой новый знак отличия, похожий на морскую волну. Этот знак он получил от вожака каравана перед отъездом из Серафа. – А потом, что насчет ответной магматической волны от ядра Земли? В книгах пишут, что есть такая теория, когда, достигнув ядра, часть возвращается на поверхность.
– Я не ученый, хоть и хотел им быть. Исследователем или кибертехнологом… до вспышек. Это бы позволило общаться с университетским ИскИном напрямую… Была у меня такая мечта… А волны… Может, и были обратные волны изнутри Земли, кто же теперь это изучит, – он покосился на знак Фарадея, потом посмотрел ему в глаза. – Вот только скажу еще насчет Гильдии и подземных городов… Они знают. Ваши главные, старейшины. Бывают секретные экспедиции, а уж про военных я вообще молчу. Только это тайна. Подумайте сами. Зачем рассказывать все о технологиях, которыми можно воспользоваться самим и иметь преимущество? Пусть остальные подыхают тут, на поверхности, без шансов на дальнейший прогресс, – он, прищурив глаза, поглядел на гильдийца впереди каравана, потом снова перевел взгляд на знак Фарадея. – Кто знает, глядишь, и тебе что-нибудь расскажут. Смотри, какой ты молодой, зеленый, а уже со знаком отличия. Видно, что-то важное отыскал.
– Мы нашли Церковь староверов.
– А, эти. Сам я нерелигиозный, но уважаю. Всякого навидался. Еще до вспышек.
У ребят сразу загорелись глаза. Арти зевнула и прикрыла глаза кепкой. Увидев, что он теперь владеет их вниманием, охранник прищурился в даль и провел рукой по волосам.
– Конечно, сейчас легко говорить, но до вспышек были странные времена. Тогда я был чуть постарше вас, только освободился из армии. Готовился к поступлению на обучение, занимался, копил деньги, работал. Прошло пару лет, и начались вспышки. Вот, смотрите, – он задрал рукав и показал шрам восьмиугольной формы, – там был чип. Мне повезло, я не увлекался модификациями, и, как оказалось, это спасло мне жизнь. Рассказывали, что наноботы, вживленные в людей, чтобы спасать от болезней, отключались и убивали людей, мгновенно превращаясь в безжизненные куски чужеродной субстанции внутри тела. Чипы биоинтерфейсов и киберподключений сгорали. Если они были просто для опознания, как мой, то их закоротило, хотя они и были пассивными, рассчитанными на беспроводные технологии считывания информации и сами не вырабатывали энергию. Но они фокусировали сильные электромагнитные волны на себе, которые оставляли ожоги, похожие на небольшие разряды молнии. Накопленные в чипах волны разбегались по телу изнутри в поисках выхода. Те же люди, кто подключал чипы зеркального мира к спинному мозгу для виртуальной реальности или же непосредственно в мозг, глаза, нервную систему для спорта или усилений функций тела… этим повезло меньше всего. Особенно тем, кто были с Атлантами.
– Атланты? Что это?
– чипы модели «Атлант» устанавливались на соединении спинного и головного мозга. Они были частью человека, как еще один дублирующий все функции человека орган. Через него проходили импульсы и информация со всего тела. Он был связан со всем организмом, обеспечивал полную связь с квантовой сетью и с Зеркальным Миром. Используя технологию «Атлант», многие могли легко и просто погрузиться в виртуальность, в полное забвение… в небытие. А когда начались вспышки… Хорошо, если чип просто сгорал, превращая носителя в обездвиженного инвалида или убивая его мгновенно. Тем лучше для него… Ведь могло быть так, что, перед тем как сгореть, он посылал импульс всем клеткам тела, причиняя адскую боль носителю… Те же, кто делал цифровые сенсорные татуировки… Они выгорали в виде рисунков на коже, раз за разом причиняя дикую боль с каждой вспышкой. Это было страшное время, полное боли и страданий, – он замолчал и посмотрел на шрам.
– А что случилось с биороботами? Биокомпьютерами?
Он, прищурившись, посмотрел на них.
– Какие вы продвинутые, хорошо вас подковали на маяке, я смотрю. Я сам не биотехнолог и только в армии видел эти штуки, несколько раз в жизни. Биотехнологии требуют биологических источников энергии и очень хрупки сами по себе. Они никогда не были так развиты, как мы, люди. Как биосфера планеты. Хотя и та пострадала довольно сильно. Они не умели адаптироваться. То, что нам кажется естественным и легким, для них было недоступно и непонятно. Созданные человеком искусственно биокомпьютеры требовали биологической подпитки, энергии. Они были полностью зависимы. А кому же их кормить, кроме других машин? Да вот так вот и получилось. Машины зависели от людей, как и люди от них, а биомашины, как и мы от других машин. Полный круг. Биороботы, хотя и были поживучей, чем остальные роботы, и сами могли поддерживать свой жизненный цикл, но смесь синтетики и белка также требует ухода и ремонта… А обычные андроиды были как и те обычные киберботы на службе у человека в разных комбинациях технологий. Но те, кто имели синтетический мозг и биологическое тело, сгорели, а те, кто был в синтетическом теле с биологическим мозгом, остались обездвижены… Ужасный конец, особенно для осознающего себя робота. Ведь их уже не могли починить, а они все еще осознавали себя. Без Глобальной Сети они даже не могли выгрузиться из своих тел и переместиться в хранилище. Впрочем, как и те люди, кто пребывал в виртуальности или Зеркальном Мире. Так и оставались запертые там, пока не вырубались окончательно. Хотя, вот еще что… виртуальность могла быть создана на биокомпьютере, то есть сознание подключенных тел оставалось внутри все еще живой симуляции. Вот уж не знаю, что с ними происходило дальше, когда физическое тело умирало. Вообще это очень странная обстановка, не уравновешенная ничем, словно технологии просто стирали с поверхности Земли. А биосфера, посмотрите, приходит в баланс, как видите… Досталось ей, конечно, от разных стихий. Но она живучая, все возвращается постепенно. Даже дикие люди, которые вернулись в животную форму…
Он достал табачную жвачку и закинул в рот.
– Да, вот тут я вам хочу рассказать одну интересную штуку. Биокомпьютеры были синтетически белковыми и выглядели как грибы или как плесень. Как биомасса, споры прорастали на специальном растворе. Но для увеличения своей вычислительной мощности они умели размножаться. Синтетические биоспоры. Биоинженерные и бессмертные создания человеческого гения, по своей сути. И вот они-то, – и тут он загадочно улыбнулся и осмотрел на каждого из них по очереди. Арти приподняла край кепки и бросила взор на него в ответ, – возможно, они-то и сейчас где-то в подземных бункерах в состоянии сна ждут своего часа. При определенных условиях, температурных и энергетических, такая масса быстро становилась ИскИном.
***
Центральная Торговая Палата располагалась в здании железнодорожного вокзала, вокруг которого вырос небольшой городок, чаще называемый Централией. Они приехали рано утром и, кроме часовых и патрульных, людей еще не было видно. Где-то на путях слышался стук молотов. А рядом с конюшней в ангаре горел огонь в кузнице, разнося запах паленой кожи и смолы, который перемешивался с запахом свежего хлеба. Над кузницей вился дымок, а кузнец осматривал подковы лошадей.
От вокзала полукругом отходили пять или шесть веток в разных направлениях, и видно было, что сами станции были расчищены и готовы, как и подъезды к ним. Большой черный паровоз стоял на запасном пути, поблескивая свежей краской. Вокруг сновал чумазый механик с большой масленкой и кистью, осматривая колеса и перекрикиваясь с кем-то. Все были заняты работой, и, свыкшись с постоянным движением разных людей на площади, никто не обращал на них внимания.
Илай знал, что паровозов у Гильдии было немного. Однажды он даже слышал, что у торговцев были и пароходы. Но к ним на маяк они не заплывали. Где-то восточней были большие реки, и там Торговая Палата осуществляла передвижение по воде. Рельсы и пути, где возможно, были восстановлены и переведены на ручное управление.
Их высадили на площади, и караван с обозом пошел дальше на разгрузку. Фарадей был здесь своим и, поскольку было рано, отвел всех на кухню, где уже вовсю кипела будничная работа пекарни и вкусно пахло свежим хлебом. Там они плотно позавтракали и напились сладкого чая. Главный архив и по совместительству библиотека находился в здании старого склада за ремонтным депо. Ребята следовали за Фарадеем, перешагивая через рельсы и с удивлением рассматривая разобранные части машин вокруг.
По дороге навстречу им прошли два монаха в рясах со знаками Братства Огня. Адепты вежливо кивнули им, проходя мимо по направлению к вокзалу.
Преклонного возраста архивариус, сам похожий на старинную книгу, сидел за большим дубовым столом на входе. Внутри стояли бесконечные ряды стеллажей. Увидев их, архивариус широко улыбнулся беззубым ртом.
– А, Фарадей, поздравляю, поздравляю! А это, должно быть, твои друзья, путешественники с маяка.
Голос архивариуса был как шелест бумаги, сухой и текучий, как песок.
– Я наслышан про ваши подвиги, слухи опережают вас. Представишь мне своих друзей?
– Илай и Арти. Архивариус.
Они кивнули.
– очень приятно, очень приятно. Вы молодцы, – его яркие зеленые глаза смотрели им прямо в душу. Казалось, он знал о них и жизни вокруг все на свете. – Я знаю, зачем вы пришли, и вы получите мою полную поддержку в этом важном деле. Гильдия торговцев давно собирает все, что имеет практическую ценность для дальнейшего расширения и процветания. Карты… сейчас очень непросто читать их. Илай, ты ведь учился у отца Адрона? Он научил тебя многому, не сомневаюсь, но вряд ли он сам сумел бы разобраться в картах, – он посмотрел Илаю прямо в глаза. – Могу я взглянуть на них?
Илай на секунду замешкался, пронзенный его ярким взглядом, но взял себя в руки и достал копию, перерисованную из Книги Серафа, и копию с церковной карты. Он положил их рядом. Теперь они были частью единого целого, и масштабирование было размечено на них, как положено.
– интересно, интересно… – Архивариус поводил заскорузлым пальцем по линиям. – Да, очень интересно, – его глаза блеснули, словно он что-то понял, и сразу потухли.
– ваша находка довольна необычна тем, что вы обнаружили это сейчас. Ведь она может сыграть решающую роль для некоторых из нас в скором времени, – он загадочно оглядел их и продолжил: – Вы ведь знаете, что Гильдия – это империя, и она раскинулась на многие километры железнодорожных путей и магистралей во все стороны света. От стеклянных песков на юге до северных морских путей. Также, как вы знаете, на востоке непроходимые леса и Запределье, а на западе одичавшие остатки цивилизации посреди покинутых и разрушенных городов прошлого. Пустоши, земли дикарей и мутантов, там мы не торгуем. По крайней мере, не в таких количествах, как хотелось бы. Но это удел военных – исследовать эти края. С ними у нас свои, особые соглашения. Эта карта… она может помочь нам всем. В нашем общем деле воссоздания цивилизации… Воскрешению ее былого могущества. Как вы думаете, у нас же все получится? – он провел одной рукой по небритым старческие щекам. – Илай, сейчас ты ориентируешься по звездам? Теням? Восходящему солнцу? – Илай кивнул. – Да, многое изменилось в мире после катастрофы. Реки поменяли свой ход, озера исчезли, берега размыло цунами. Оползни и вулканы сменили рельеф, одним словом, природа взяла свое обратно. Мы много путешествуем и видим эти проявления природы. Мы видели все еще действующие вулканы, гигантские провалы в земле, обрушенные землетрясениями горы, которые теперь закрывают дороги и ущелья, не оставляя места для прохода, – он посмотрел вдаль, словно припоминая что-то. – Животные и птицы возвращаются, но медленно, и они справедливо держатся подальше от людей. Хотя… Пожалуй, это очень важно. Остерегайтесь волков и особенно шакалов, которые воюют с ними за территорию. Леса и степи к востоку от нас снова полны ими. Именно туда и ведет ваша карта. Но, пожалуй, я вас заболтал. Фарадей, ты решил, какие карты хочешь скопировать?