Бильярдист

Пролог

Май 2017-го года. Сочи. Бильярдный клуб «Абриколь».

Рудин сидел за столиком неподалеку от барной стойки бильярдного клуба и неотрывно смотрел на опорожненную наполовину пивную кружку. Точнее, со стороны могло показаться, что внимательно изучает кружку. На самом деле, Алексей даже не видел ее. Непонятно отчего, но именно сегодня, сейчас на него волной нахлынули воспоминания. Возможно, так подействовало пиво, а это была уже четвертая кружка за последний час, а может быть – просто тихий весенний вечер за близким окном и негромкая музыка, льющаяся из развешанных по стенам динамиков, навеяли вдруг неожиданную ностальгию.

Рудин вспоминал, как такими же вот прекрасными вечерами много-много лет назад они со Светой гуляли по улицам Сочи, держались за руки, разговаривали о чем-то романтичном, мечтали вслух. Казалось, были едины в своих помыслах. И однажды прекрасным весенним днем поженились. И ощущали себя тогда счастливее всех на свете. Потом ругались, конечно, иногда, дулись друг на друга, но разве у кого-то обходится без этого? Сейчас Алексей не помнил причин тех глупых ссор, да и самих ссор, как таковых, не вспомнил бы, как ни старался, а вот самые прекрасные моменты их со Светланой жизни – сохранились в памяти отчетливо, словно происходили совсем недавно. Прекрасно помнил свои чувства, непередаваемое счастье, когда родилась первая дочка. И то же самое, когда на свет появилась вторая. Помнил совместные праздники, дни рождения, походы в театр и в кино, как выбирались всей семьей на пикники, или просто гуляли по городу, также теперь уже всей семьей…. Хранил в памяти все дни своего безудержного веселья.

И не мог вспомнить, когда и отчего в семье начались разлады. То есть, отчего – это понятно. Рудин сутками пропадал по бильярдным, старался заработать побольше денег для семьи. И ведь зарабатывал же! Благодаря азартному увлечению удалось купить прекрасную четырехкомнатную квартиру, новую «Тойоту Камри», много чего еще по мелочи. Пил Алексей много, конечно. С ранней молодости выпить всегда был не дурак, а как стал хорошо зарабатывать – вошло в привычку. Тем более, что играть практически не мешало, скорее, наоборот. Если попадались серьезные, денежные клиенты – сто пятьдесят граммов коньяка становились просто необходимым подспорьем. Исчезало напряжение, движения становились легкими, раскованными, шары просто сами залетали в лузы. Да и случайные лохи, видя, что предполагаемый соперник изрядно «под шофе», легче шли на «развод». А должную степень опьянения бильярдист изобразить умел. Но когда возвращался домой, зачастую под утро, с крепким запахом алкоголя, Светлана была отнюдь не в восторге. Раз за разом стали возникать скандалы, и жена слышать ничего не хотела об особенностях деятельности бильярдиста-каталы. И никак не могла понять, что только именно благодаря этой работе их семья неплохо живет. Случалось, и проигрывал, конечно. Непобедимых игроков не существует. Несколько раз даже так крупно, что не мог сразу расплатиться. Тогда он не появлялся в клубах иногда по нескольку дней, до тех пор, пока не удавалось найти требуемую сумму. В смысле, найти того, кто согласится ее одолжить. Долги, как и проигранные деньги, Рудин всегда своевременно отдавал. Потому что, это дело чести.

Однажды Алексей пришел домой не слишком даже и поздно, около двенадцати ночи, и принес очень крупный выигрыш. Удачный оказался вечер, и бильярдист не преминул отметить традиционным коньяком, к тому же в немалом количестве, зато потом – сразу домой. На такси, потому что права недавно в очередной раз отобрали, за езду в нетрезвом виде. Пришел довольный, в отличном настроении, думал – жена обрадуется таким деньгам. А Светлана закатила грандиозный скандал. Потому что ночь, потому что снова пьяный, потому что опять не сможет отвезти ее завтра на своей машине, и так далее. Накипело у женщины, бывает, что поделать. А Рудин так устал от ссор, и день у него оказался непростой, однако и заработок прекрасный – вот он, в руках. А жена – в крик. И он не выдержал. Выругался и ушел к старшей сестре. Перекантоваться, успокоиться, пожить хоть пару дней в тишине, без скандалов и ссор.

Сестра Елена после давнего развода с мужем жила одна в небольшой двухкомнатной «хрущовке». И без лишних разговоров пустила к себе брата. «Конечно, живи, сколько хочешь, хоть два дня, хоть два года. Меня не стеснишь, да и веселее мне будет». Как в воду глядела. И не на два года остался у нее Алексей, а навсегда. Как-то так получилось, что день за днем появлялись денежные клиенты, приходилось катать шары допоздна, и о возвращении в семью думать пока было некогда. Приехал к себе в квартиру лишь через месяц. Утром, пока жена еще на работе, а девочки – в школе. Купил цветы, торт, на лицо «приклеил» соответствующую улыбку,… сюрприз хотел сделать. Но настоящий сюрприз ждал дома – его собранные в три большие сумки вещи в одной из комнат, отсутствие личной зубной щетки и бритвенных принадлежностей в ванной, и совместных с женой фотографий на положенных местах. Вместо улыбки на лице отразилась растерянность и какая-то тяжелая, невыносимая грусть. Посидел немного в прихожей, пытаясь привести мысли в порядок. Потом аккуратно поставил цветы в вазу, торт – в холодильник, забрал сумки и вызвал такси. Больше он домой не возвращался. Спустя два месяца развелись со Светланой, по ее инициативе, а еще через полгода она вышла замуж за какого-то инженера. Наверняка чертовски положительного и совершенно не пьющего.

Страдал Алексей года полтора, хотя ни разу самому себе в этом факте не признавался. Все же он по-настоящему любил бывшую супругу, и долго не хотел осознавать, что вот и кончилось его семейное счастье. А потом как-то разом отлегло от сердца. То ли привык, то ли все же воспринял случившееся, как данность, и… – успокоился. Несмотря ни на что, продолжал большую часть времени жить той жизнью, которая нравится – играть в бильярд, «разводить лохов», пить коньяк и общаться с людьми, интересными и разными. А семья… «Что ж, Бог с ней, с семьей. – Думал Алексей, – пусть будут счастливы без меня. Тем более в довершение всего, подрастающие дочери совершенно перестали общаться. Не иначе, с подачи Светланы. И да Бог ей судья…».

Рудин глубоко вздохнул и оторвался наконец от созерцания пивной кружки. Сграбастал означенную тару крепкими пальцами, опустошил одним большим глотком и со стуком поставил на стол. В следующую секунду к его столику подошел невысокий худощавый мужчина, явно кавказской национальности, в дорогом черном костюме-двойке. Отодвинул стул, без приглашения уселся напротив. Высокий лоб, пронзительный взгляд темных глаз. Кого-то он Алексею смутно напомнил. Пару минут мужчина внимательно разглядывал бильярдиста из-под насупленных бровей.

– Что-то не помню, чтобы я вас приглашал за мой столик, – первым нарушил молчание Рудин.

– А меня приглашать не надо, – с характерным грузинским акцентом заявил незнакомец. – Я сам прихожу и ухожу, когда надо, понял, да?

– Ну, так и давай, уходи, – разозлился Алексей.

– Уйду, – неожиданно миролюбиво согласился кавказец. – Денег тебе дам, и уйду. Очень много денег.

Только сейчас Алексей обратил внимание на черный дипломат в руках собеседника, на который тот недвусмысленно указал кивком головы.

– Денег? – хмыкнул катала. – И за что, если не секрет?

– Какой секрет, да? Ты прошлый год в Нижний Новгород ездил, помнишь?

Ах, вот в чем дело! Рудина передернуло. Такое не забудешь.

– Вижу, помнишь. Ну, так ты же сам туда, по доброй воле ездил, да? И Гиви, брата моего, бильярд учил, тоже по доброй воле. И брат много денег тебе заплатил. За учебу. Так ФСБ и скажешь, да?

– В доме твоего брата оружие и наркотики нашли, – выдохнув воздух через нос, чтобы слегка успокоиться, напомнил бильярдист. – Ему и без меня большой срок светит….

– А, что оружие, наркотики, да? Это не его все, шестеркам его принадлежит. Разболтались совсем. Судья тоже живой человек, от денег не откажется, да?

При этом незнакомец поставил дипломат на пол возле своих ног и слегка подвинул его в сторону Рудина.

– Пошел вон отсюда, – сквозь зубы выговорил Алексей, наливаясь нешуточной злобой. – Брат твой в подвале меня гнобил, и кормил, как собаку. Шестерки его руку мне сломали. Денег, говоришь, дашь? Пошел вон отсюда!

– Я тебе только один раз еще скажу, – тоже зло и жестко прошипел кавказец. – Руку ты сам сломал, да? Когда во дворе нечаянно споткнулся. И сам Гиви учил. Никто тебя не заставлял. В подвале не держал. Так и скажешь. Деньги возьми, да?

Закончив говорить, резко толкнул ногой чемоданчик и тот аккуратно подъехал к ботинкам бильярдиста.

– Пошел вон отсюда! – в третий раз почти выкрикнул Рудин, вскакивая на ноги. На него стали оборачиваться немногочисленные в этот час посетители.

– Ну, как знаешь, – грузин неторопливо встал, наклонившись с показной небрежностью, взял в руки немалые деньги. – Смотри, пожалеешь, да?

И вразвалочку направился к выходу. Алексей уселся обратно, сделал знак бармену.

– Коньяку принеси…

«А может, ну его на хрен все, – мелькнула вдруг после второй выпитой рюмки мыслишка. – Взять «бабки», изменить показания, и свалить куда-нибудь, да хоть бы и за границу? Грузин этот сказал, что деньги очень большие. И если для Гиви «полтинник» за партию – это как бы норма и ерунда, то могут реально большими оказаться». Тут же вспомнился Сашка, его сочувствующие глаза, фраза: «Тебя вот спасаю…». «Ведь Александр тогда действительно меня спас. –Продолжал размышлять Алексей, – увидел, узнал кий и сообщил в ФСБ. Если б не он, как знать, может, до сей поры сидел бы я в плену у Гиви. Или, что скорей всего, убил бы меня грузин беспредельщик. Баран неадекватный…. Лишь благодаря другу я сейчас жив и на свободе. И как потом пришлось бы смотреть Сашке в глаза? С самим собой, положим, еще как-нибудь договорился бы, а что сказать Сашке? Да нет, и себя не обманешь. Не стоит разменивать на деньги самоуважение, как и уважение друзей». Выпил еще рюмку, закусывать уже не хотелось. «Да вот хрен вам всем до небес! – со стуком опустил на стол, едва не разбив хрупкую посудинку. – Хрен вы меня испугаете! И деньги ваши грязные засуньте себе… куда влезут! «Будет сидеть! Я сказал!»– так вроде Высоцкий говаривал в роли Жеглова».

…Следующий вечер выдался на редкость удачным. Лохи шли один за другим. Только девять вечера, а в кармане – уже почти «сотка». И вот – еще один желающий сыграть на «полтинник». Рудин сделал «пьяное» лицо, оглянулся по сторонам. И все хорошее настроение, весь кураж исчезли разом. Взгляд зацепился за смутно знакомую спину в черном пиджаке. И тотчас – узнавание. Брат Гиви. А напротив – двое молодых мужчин в обтягивающих футболках. Руки у обоих мускулистые, предплечья в наколках. Тюремных, похоже. Русские парни, вроде бы. Ну, славяне, по-любому. И старательно прячут глаза. От него, Рудина. Смотрят куда угодно, по сторонам, на собеседника в черном, но только не на каталу. Хотя, спинным мозгом ощущается, – именно о нем сейчас и разговаривают. Или он слишком много о себе возомнил? Думает, что всем присутствующим есть дело именно до него?

Когда разбивал пирамиду, руки заметно тряслись. Но постепенно «вошел в игру», тем более, соперник оказался не таким уж и лохом. Не одолеет Алексея, конечно, но попотеть придется. Появился азарт, захлестнул адреналин, и Рудин целиком окунулся в свою стихию. Закатил удачный шар, распрямился удовлетворенно, краем глаза уловил присутствие за спиной. Хотел повернуться, но чьи-то руки, как тиски, ухватили за предплечья и на секунду обездвижили. «Привет от Гиви», – раздался в ухе шелестящий шепот. И – острая боль где-то внизу спины…

Москва, несколькими днями позже.

Павел сидел на жесткой скамье инкассаторского фургона, уставившись в квадратик бронированного окошка. Смотреть на человека, которого вскоре предстоит убить, тем более, разговаривать с ним, совершенно не хотелось. Фургон не спеша катил по московским улицам, до назначенного в рассчетно-кассовом центре времени оставался еще час, и Павел, от нечего делать, предавался воспоминаниям.

Играть он любил с самого детства. Таким вот азартным уродился, похоже. Сначала – в безобидные детские игры с одноклассниками, типа «камень-ножницы-бумага», чуть позже – в карты, на мизерные в теперешнем понимании, но казавшиеся весьма солидными тогда деньги. Лет в пятнадцать «подсел» на игровые автоматы. Шел как-то по улице своего родного Ростова, размышлял, чем бы таким интересным заняться, увидел вывеску зала игровых автоматов и зашел. Побродил немного вдоль рядов переливающихся разноцветными огнями «одноруких бандитов», понаблюдал за играющими людьми. И решил попробовать. Ну, что такое – сто рублей, даже если и «сожрет» их автомат – ничего страшного. Вставил в прорезь купюру, понажимал на кнопки, как это делали другие игроки. И через пару минут выиграл триста рублей. «Надо же, как просто», – подумал с удивлением. Поиграл на соседнем автомате, и снова выигрыш. Теперь уже – семьсот пятьдесят. Павел забрал у администратора выигранные деньги и благоразумно покинул зал. Неплохой куш за десять минут игры…. Вот в тот момент, наверное, он и «подсел». Стал посещать различные залы игровых автоматов – а их в Ростове в то время было много – практически, каждый день. Но также просто и сразу, как в первый день, выигрывать почему-то не получалось. И даже если удавалось иногда выиграть тысячу рублей или чуть больше, на следующий день эти деньги непременно проигрывались.

Постепенно Павел влез в нешуточные долги. С возникшей проблемой разобрался довольно просто – угнал стоящий возле супермаркета дорогой мотоцикл. И продал знакомым байкерам на запчасти. Деньги оказались еще более легкими, чем в первый игровой день, но оставленные без присмотра мотоциклы на улицах попадались крайне редко. Павел продолжал играть в автоматы, и «просидел на игровой игле» почти три года. За деньги, которые занял у знакомого бизнесмена, и никак не мог отдать, Павла однажды чуть не убили. Спасло то, что его призвали в армию. Парень фактически сбежал от кредиторов. Правда, лишь на год. Оставаться на службу по контракту ему не хотелось.

Так получилось, что в армии научился играть на бильярде. Однажды, будучи в наряде, мыл пол в одной из комнат офицерского собрания, где стоял бильярдный стол. И командир роты, завзятый любитель погонять шары, от нечего делать предложил бойцу попробовать свои силы. Получалось у Павла поначалу не очень, однако через час капитан сообщил, что у бойца наличествует несомненный дар бильярдиста. И стал периодически вызывать его, чтобы составил компанию для игры. Через пару месяцев парень почувствовал, что действительно хорошо играет, потому что начал выигрывать у своего учителя – комроты.

Когда демобилизовался, вернулся в родной город лишь на пару дней. Обнялся с родителями, попил водки с приятелями и отправился искать счастья в Москву. Не то, не ровен час, отыщут его кредиторы и открутят голову за долги и набежавшие за год проценты. В столице устроился на работу охранником в ЧОП, поначалу на стройку. А через полгода, после прохождения курсов и получения удостоверения частного охранника, получил и разрешение на ношение служебного оружия. После чего стал сопровождать в качестве охраны бронированные машины одной из крупнейших инкассаторских компаний России. На тот момент в данной организации сложилась следующая практика: экипаж машин составлялся из совершенно незнакомых друг с другом сотрудников. Водитель работал собственно в компании, инкассатор – в банке, заказывавшем машину, а охранник – в ЧОПе, с которым у корпорации был заключен соответствующий договор. Возможно, делалось это для того, чтобы сотрудники не могли заранее договориться между собой и провернуть какую-нибудь криминальную комбинацию, вроде ограбления. Из всех троих вооружен служебным оружием почему-то только охранник. Однажды данная практика сослужила компании очень плохую службу….

График работы у Павла был достаточно удобный – два дня работы по двенадцать часов, затем два выходных. Жилье – койку в общежитии – фирма предоставляла бесплатно. Выходные парень обычно проводил в бильярдных клубах. Совершенствовал мастерство и играл на деньги. Не то, чтобы удавалось игрой много заработать, но обычно был «в плюсе», какой-никакой, а приработок. Однако однажды проиграл по-крупному. Тридцать тысяч рублей, всю свою месячную зарплату. Проиграл какому-то «залетному» игроку, молодому мужику, то ли профессиональному спортсмену, то ли катале. Сделал нелепейшую ошибку, после которой «залетный» Павла просто разгромил. И наотрез отказался дать возможность отыграться. А Павел был уверен, что следующую партию он бы точно выиграл. Ему казалось, что он уловил стиль игры «залетного», его тактику и стратегию, и больше не допустил бы ошибки. Однако этот кретин явно испугался, и играть не стал. Отчасти, Павел сам виноват, конечно, – заикнулся, что проиграл последние свои деньги. Ну, и что? Больше-то он не проиграл бы! А этот козел – не дал возможности отыграться.

И вновь – долги. На этот раз – просто, чтобы дотянуть до следующей зарплаты. А через пару недель после того досадного случая к Павлу в бильярдной подошел незнакомый внешне приятный тип. Пригласил поговорить, угостил выпивкой. И за рюмкой хорошей водки сделал шокирующее предложение – ограбить инкассаторский фургон. Сказал, что по достоверной информации через некоторое время в один из московских банков из рассчетно-кассового центра другого банка будет переправляться очень крупная сумма наличными. Около шестисот миллионов рублей. Перевозить деньги будет машина компании, пользующейся услугами ЧОПа, в котором трудится Павел. Благодаря кое-каким знакомствам, собеседник Павла может договориться, чтобы именно его отправили охранять тот фургон. И если охранник согласится, то его доля составит двести миллионов рублей. Парень мысленно присвистнул. Практически, он уже решил рискнуть.

Со слов незнакомца ему особо и напрягаться-то не придется – дел на копейку, а барыш на всю оставшуюся жизнь. В строго определенном месте Третьего транспортного кольца (маршрут движения фургона организаторам ограбления, якобы, заранее известен) застрелить инкассатора, затем – через переговорное окошко направить на водителя оружие и заставить остановиться у обочины. Как он выполнит требование, завалить и его. Там будет ждать машина с соучастниками. Вместе они выгрузят деньги из фургона и уедут на «секретную базу». Павел получит свою долю, и быстро свалит за границу, до объявления всероссийского розыска, мол, с такими деньгами документы сменить и даже внешность – не проблема. Павел после небольших сомнений и легкой борьбы с совестью «гривой кивнул» и руку искусителя в знак согласия крепко пожал. Вот только пошевелить мозгами о том, захотят ли с ним бандиты делиться, он не успел…или не захотел.

А сейчас в инкассаторском фургоне катил по московским улицам с двумя людьми, которых собирался лишить жизни. И жалости в душе почти не было. Хорошо все-таки, что увидел их сегодня впервые. Убивать постоянных напарников не в пример труднее.

– Николай, поверни вон за то здание, – наклонился к переговорному окошку инкассатор.

– Отлить надо. Не на обочине же.

– Ладно, – нехотя протянул водитель. – Время позволяет.

Павел по-прежнему смотрел в окно, стараясь ни о чем не думать. По пустынной в ночное время улице медленно шел какой-то прилично одетый мужчина. Машина обогнала его, и охранник не поверил глазам. Не может быть! Тот самый «залетный» бильярдист, что обыграл его на тридцатку. Вот это удача! Мгновенная неуправляемая ярость горячей волной ударила в голову. Павел ни секунды не раздумывал. Семь бед – один ответ. Через час с небольшим ему предстоит замочить инкассатора и водителя. Но сначала он прикончит этого недоумка. Из остановившейся за углом здания машины убивец выскочил на улицу вслед за инкассатором. «Покурю», – коротко бросил водителю. Почти бегом рванул на главную улицу, и уже быстрым шагом, чтобы не спугнуть, двинулся навстречу «залетному». Остановился напротив, посреди тротуара.

– Помнишь меня, козел? – медленно произнес, глядя прямо в глаза своей жертве. Увидел узнавание в глазах. Хотелось бы, конечно, чтобы испугался по-настоящему, осознал, как говорится, но время не позволяло. Выхватил ствол из кобуры, направил точно в лицо своей жертвы.

– Вижу, помнишь. А помнишь, что я обещал тебя найти? Вот и нашел.

И медленно, с наслаждением потянул спусковой крючок…

Глава 1. В городе Сочи темные ночи или щелчок по носу

Соболев вышел из высоких стеклянных дверей отеля на ярко освещенную предзакатным солнцем улицу и сделал глубокий вдох. Почти восемь вечера, и хоть температура воздуха где-то в районе 25 градусов, но с моря дует приятный бриз, и дышать полной грудью – одно удовольствие. Помедлив несколько секунд, повернул направо и не спеша направился вдоль причудливо извивающейся улицы Виноградной, тихонько мурлыкая под нос песенку Антонова: «пройду по Абрикосовой, сверну на Виноградную…». Многочисленные прохожие двигаются также неторопливо, в одиночку, парами и небольшими компаниями. То и дело то тут, то там слышен смех, лица у людей спокойные и доброжелательные, такая вот тут атмосфера, аура умиротворенности. Девушки в коротеньких юбках постреливают глазками, и Соболев улыбается в ответ. По обе стороны улицы призывно переливаются неоновыми огнями витрины и вывески разнообразных развлекательных заведений.

Повсюду столики, плетеные и пластмассовые кресла многочисленных уличных кафе, почти все заняты посетителями, музыка и веселые голоса. И буйство зелени вокруг – высокие каштаны, возможно, высаженные здесь «еще до исторического материализма», как выражался незабвенный Остап, стройные кипарисы, небольшие пальмы с шапками из огромных сочно-зеленых листьев. Совершеннейшая экзотика для Соболева, и экзотика чертовски радующая глаз. В родной Кинешме летом тоже, в общем, неплохо – Волга все-таки, и зелени хватает, но… Сочи – это Сочи. А впереди – целый месяц долгожданного отпуска. В кармане брюк – пластиковая карта, на которой восемьдесят пять тысяч кровно заработанных рублей, и он имеет полное право потратить их все до копейки на себя, любимого. И – ощущение совершенной и полной свободы, от всего и всех. Что еще нужно человеку для счастья?

Остановился возле одной из витрин, посмотрел на свое отражение. Молодой человек лет тридцати, чуть выше среднего роста, подтянутый, спортивный, с аккуратной короткой стрижкой. Легкие светло-серые брюки, белая рубашка с короткими рукавами, застегнутая на одну пуговицу. Ну, нормальный вид для отдыхающего. Правда, совсем не загорелый отпускник, и это заметно даже в нечетком отражении витрины, ну да ничего, наверстаем. А в целом – вполне себе симпатичный тип. Соболев подмигнул отражению и двинулся дальше.

«Кондитерская «Ваниль» – возвестила крупная вывеска над дверями заведения, расположенного в соседнем здании. «А не побаловать ли себя для начала чем-нибудь сладеньким?» – поинтересовался молодой человек у своего организма. Организм ненадолго задумался. А на его хозяина вдруг нахлынули воспоминания.

Мама каждый вечер после работы покупала что-нибудь вкусненькое для единственного сына – тортик, зефир, шоколадные конфеты…. Маленький Сашка Соболев думал, что так делают все мамы на свете. Соседи по коммунальной квартире, тетя Люда и дядя Вася, с ними жили очень дружно… На общей кухне тетя Люда делала сладкие вафельные сахарные трубочки и петушки на палочке, и всегда угощала маленького Сашу. Он до сих пор помнит тот разлитый по кухне одуряюще пряный запах…. А молчаливый и суровый с виду дядя Вася, добрейший на самом деле человек – частенько давал Сашке полезные советы по игре в футбол. Маленький Соболев очень увлекался футболом…

Соболев тряхнул головой, загнав ностальгию в самый дальний угол. И взгляд его зацепился за вывеску на противоположной стороне улицы. Сияющий рекламой комплекс зданий – «Торос-холл», гостиница, «Гастроном», сауна, ресторан «Тбилисо», «Торо Боулинг». И… – «Бильярдный клуб «Абриколь».

Теперь отпускник знал, где проведет этот вечер. Желудок попытался робко напомнить про кондитерскую, но Александр решительно пресек его поползновения. Перешел дорогу, вошел в здание и, следуя указателям, поднялся на лифте на шестой этаж. У двери с надписью «Абриколь» задержался на минуту. «Вот ведь прикол, – подумал он, – у нас в областном центре есть клуб с таким же названием…». Взялся за ручку двери, сердце заколотилось чуть чаще, реагируя на легкий выброс адреналина, решительно потянул на себя и вошел внутрь.

Пять столов для игры в русский бильярд и один – для американского пула, на нескольких играют. Барная стойка, с пяток столиков рядом, три из них заняты. Все очень тихо и спокойно, ну, так обычно в бильярдных и бывает. Из динамиков на стенах льется негромкая музыка. До боли знакомая и приятная атмосфера. Это в американских боевиках посетители подобных заведений регулярно и увлеченно лупят друг друга киями и пивными кружками, у нас же обычно люди заходят отдохнуть и поиграть. Все-таки интеллигентная игра для порядочных людей…