Путь в никуда…

Введение

Автор данной повести длительное время работал начальником уголовного розыска небольшого провинциального города. Он участвовал в разработках значительного круга преступников, много общался с ними, вникал в то, что привело их на этот скользкий путь. Чтобы склонить взрослого и порой неглупого человека к признанию, надо найти с ним «общий язык», если хотите встать на его место, понять мотивацию его поступков, повод для совершения антиобщественного деяния. При этом нарушители закона, казалось бы, разные по своему характеру, темпераменту, уровню образования и воспитания, порой из разных слоев общества, тем не менее, имели что-то общее, что объединяло их в какие-то группы и подгруппы. Опытный оперативный сотрудник, участвующий в расследовании преступлений порой через полчаса общения с подозреваемым делал для себя вывод, мог или не мог этот конкретный человек быть причастным к тому или иному деянию. Очень большой процент серьезных правонарушений совершают лица ранее судимые, лица из неблагополучных и неполных семей, с низким уровнем интеллекта. Это – общеизвестно. В последнее время все чаще играет роль и крайняя бедность отдельных слоев населения, недостаточность воспитания подрастающего поколения родителями, которые день и ночь трудятся, заботясь о минимальном благополучии семьи. Социально – экономические условия всегда играли решающую роль в уровне преступности в регионах и стране в целом. Психологи – криминалисты в своих многочисленных работах пытаются понять и объяснить, что является причиной правонарушений, дают практические рекомендации, где и среди какой категории населения следует искать убийц, грабителей, насильников, воров и т.д. Но порой встречаются преступники, которые просто не укладываются в общеизвестные схемы, не попадают по своим признакам, ни в одну из групп и подгрупп нарушителей закона. Например, когда молодой человек из образованной, интеллигентной семьи, хорошо учащийся в школе, прошедший службу в армии, вдруг идет на совершение тяжкого или особо тяжкого преступления. При этом родители занимались воспитанием, любят свое чадо, стараются удовлетворять его потребности, вникнуть в его проблемы. Такие случаи, конечно, единичны, но они поражают своей нелогичностью, необъяснимостью с точки зрения человека разумного. Именно о такой истории данная книга. Автор при написании использовал многочисленную литературу по криминальной психологии, консультации профессиональных психологов, свои личные наблюдения и использовал их по ходу повествования. Некоторые его утверждения весьма спорны и не претендуют на истину в последней инстанции.

Пролог

Весна в этот год выдалась ранней и к началу июня установилась летняя жара. Солнце светило сквозь редкие светлые облака, ласковый южный ветер покачивал ветки деревьев, не принося никакой прохлады. Полдень…. Неприметная «Газель» синего цвета, принадлежащая кинешемскому психоневрологическому интернату «Новинки» не спеша направлялась из города к родному предприятию. Ее путь пролегал по улице Спортивной, мимо городского кладбища, которое оставалось с правой стороны. Здесь же возле центрального входа находится автобусное кольцо, конечная остановка маршрутного автобуса № 3 и заканчивается асфальтовая дорога. Дальше по грунтовке, оставляя после себя пыльное облако, машина еще больше сбавила скорость. Вскоре справа показалась общегородская свалка, на которой вечно что-то горит и от которой исходит весьма специфический неприятный запах. Но, ни водитель Петр Иванович, мужчина пятидесяти лет, невысокий и крепкий, ни кассир Инесса Павловна, полноватая женщина примерно такого, же возраста не обращали на него никакого внимания. Проезжать мимо этих мест приходилось довольно часто, и они настолько привыкли к данным ароматам, что даже не закрыли окон своего автомобиля. Слева просматривались садовые одноэтажные домики любителей поработать на земле ради скудного урожая овощей, в том числе картошки, и незамысловатых фруктов. Кстати сказать, если подходить строго, то картофель относится к ягодам, но по традиционному народному мнению, его почему-то причисляют к овощам. На огороженной территории садового сообщества то тут, то там виднелись цветущие яблони, кусты черной смородины, боярышника и шиповника, грядки декоративных цветов. Но запах и дым со свалки, когда ветер дул в сторону работающих на своих участках граждан портил райскую идиллию и гнал их в свои квартиры, подальше от этого места.

Резкая вонь осталась позади, по обе стороны от дороги стояли сплошные заросли ивняка, тонких стволов маленьких березок и клена, а прямо за ними просматривался вечнозеленый сосновый лес. Он словно щитом прикрывался кустообразными зарослями от пыли из-под колес проезжающих здесь автомобилей. «Газель» в Новинках ждали с нетерпением, ведь она везла пятьсот двадцать тысяч рублей – зарплату всему рабочему коллективу за май 2003года. По тем временам сумма довольно значительная. Однако обеспечивали их неприкосновенность, как и сказано выше, начинающие стареть женщина-кассир и водитель-охранник. Данный маршрут они преодолевали каждый месяц на протяжении целого ряда лет. Справедливости ради следует отметить, что Кинешма город небольшой и какие-то чрезвычайные происшествия в нем происходят крайне редко. Между делом, чтобы хоть как-то скоротать время, работники интерната неторопливо беседовали.

– Как у тебя внучок учится? – спросила кассирша.

– Санька или Витька? – Вопросом на вопрос ответил водитель, – у меня их два. Оба ничего, слава Богу. Старший Сашка передо мной все пятерками хвастает, а младший Витя учится тоже неплохо, но он какой-то скромный, стеснительный. У самой-то как? У тебя вроде все три девки?

– Да уж…Дочка мне одних девчонок нарожала. Старшие-то Лена с Вероникой в школе, учатся тоже хорошо, стараются. А младшая Танюшка еще в садик ходит, ласковая такая, с рук не слезает.

– Вот думаю, – продолжил Петр Иванович, – школу-то закончат, а дальше учиться где? В Кинешме институтов нет, в Иваново отпускать одних страшно. Работы путной и то не найти….

– Да рано ты задумался, Иваныч. Им еще учиться и учиться, да и филиалы от каких-то московских институтов у нас есть. Опять же областной центр не за горами, сто километров всего…. На выходные домой будут ездить. А на неделе им баловать и развлекаться совсем некогда.

Впереди показался небольшой поворот вправо. Чуть не доезжая его, на обочине припарковалась красная «копейка» без регистрационных номеров. Так ласково – «копейкой», традиционно называют отечественные «Жигули» ВАЗ 2101. В салоне находились двое молодых мужчин, двигатель они по какой-то причине не заглушили. Однако у сотрудников психоневрологического интерната незнакомая машина не вызвала никаких подозрений. Между тем водитель Газели сдал чуть левее, чтобы не накрыть пылевым туманом отечественный легковой автомобиль. «Кому же приятно дышать таким воздухом, – подумал Петр Иванович, – те, кто за рулем должны уважать друг друга»….

Неожиданно водитель «Жигулей» словно не видя машину с инкассаторами, задымив старым двигателем, резко сдал влево, вынудив Петра Ивановича непроизвольно выругаться матом и нажать на тормоза. А дальше события развивались как в крутом американском боевике…. Из «копейки» выскочили два крепких парня, одетые в камуфляжную форму с масками на лицах. В руках один из них привычно держал что-то похожее на автомат «Калашникова». Они бесцеремонно открыли дверь Газели. Тот, который повыше ростом, направил оружие в сторону водителя, другой залез вовнутрь и попытался выхватить кожаную сумку с деньгами из рук напуганной женщины. А она толи от страха непроизвольно, толи в силу чувства ответственности перед родным коллективом прижала саквояж к груди, и вырвать у нее из рук столь ценный груз никак не удавалось. Правда, после того, как ствол направился в ее голову, сама разжала руки, и грабители с добычей вскочили в свой автомобиль. Красная «копейка» рванула в сторону центра волжского города, отчаянно подпрыгивая на ямах проселочной дороги. Когда пыль улеглась, она уже исчезла из поля зрения.

У обоих работников психоневрологического интерната имелись новые мобильные телефоны «Нокиа 6610», которые им в качестве подарка к какому-то юбилею предприятия преподнесло его руководство. В те далекие времена это беспроводное чудо техники имелось далеко не у каждого жителя провинциального города. Несмотря на шок, вызванный неслыханным по дерзости преступлением, Петр Иванович дрожащими пальцами нажал на нужные кнопки мобильника и связался с дежурной частью милиции. Перед этим он попросил Инессу Павловну позвонить директору психоневрологического интерната Михаилу Константиновичу Ершову и доложить о происшествии. Чтобы не перекрикивать, друг друга, она дождалась окончания разговора своего напарника с правоохранительными органами, и только потом набрала знакомый номер. Однако интонация директора, по мнению кассира вовсе не соответствовала данной чрезвычайной ситуации. Мягко говоря, она ее крайне удивила….

– Алло, алло, Михаил Константинович, нас ограбили. Забрали все деньги, что мы везли на зарплату,– эмоционально кричала в трубку взволнованная женщина.

– Где и когда? – Спокойно, как показалось Инессе Павловне, спросил директор.

– Только что, в лесу в километре-полутора от предприятия.

– Сейчас подъеду. В милицию позвонили?

– Да, Петр Иванович позвонил. Сказали, выезжают….

«Вот это выдержка у нашего директора. Не запаниковал, даже голос не дрогнул»,– подумала работница бухгалтерии.

– Ну, чего он сказал? – спросил водитель Газели.

– Сказал, что сейчас подъедет.

– Не орал, не ругался? – допытывался Петр Иванович.

– Да нет, спокойно разговаривал, – ответила кассирша.

Глава первая. «Наша служба и опасна, и трудна»

В дежурную часть кинешемского центрального отдела милиции почти одновременно поступили два сообщения – об ограблении инкассаторов в лесу не доезжая Новинок и о том, что возле кладбища в Сокольниках горит машина. Дежурный офицер сразу же доложил о происшествиях начальнику уголовного розыска Владимиру Леонидовичу Колчину. Тот, взяв с собой двух подчиненных оперативников Гладышева и Горелова, на своей личной машине «Форд – фокус» направился к месту преступления, предварительно порекомендовав дежурному прислать следом эксперта-криминалиста и следователя. Именно по этой причине он не стал использовать автомобиль, закрепленный за дежурной частью. Через десять минут сыщики уже подъезжали к печальному месту последнего пристанища горожан. С правой стороны в лесу сразу за кладбищем они действительно увидели легковую машину объятую пламенем. Разглядеть его марку за дымом и огнем казалось невозможно.

Начальник остановил «Форд – фокус» и приказал одному из оперативников – Максиму Гладышеву проследовать к горящему транспортному средству:

– Ты сначала попробуй сам загасить огонь подручными средствами до приезда пожарных и тщательно осмотри все вокруг. Поищи хоть какие-то улики, а то тушители все затопчут. Да осторожнее там, горящие машины иногда взрываются.

– Все понял, Леонидыч, сделаю, – уважительно ответил Максим и направился к месту пожара, озираясь по сторонам в поисках этих самых «подручных средств».

Сам Владимир Леонидович со вторым оперуполномоченным Сергеем Гореловым проследовал дальше к месту ограбления инкассаторов. Уже не новый иностранный автомобиль то и дело подпрыгивал на ямах проселочной дороги, но скорости при этом не снижал. Надо спешить, опытный руководитель знал, что «горячая» информация зачастую является самой ценной. Со временем свидетели и потерпевшие что-то забывают, что-то умышленно искажают исходя из своих порой необъяснимых интересов. Наконец, проскочив мимо дурно пахнувшей помойки, въехали в сосновый лес. Перед поворотом дороги, возле старенькой «Газели», стояла черная «Волга» директора психоневрологического интерната Ершова. Колчин его немного знал лично, где-то пересекались, но по каким делам, сейчас уже и не вспомнить. Сам Михаил Константинович находился рядом с водителем, который вез зарплату на вверенное ему предприятие. При этом оба курили и о чем-то тихо беседовали. Женщина – кассир сидела в «Газели» на своем месте одна. В руках она мяла носовой платок, которым время от времени смахивала слезы. За время работы в интернате через ее руки прошли немалые суммы наличных денег, но никогда, ни рубля не пропадало, а тут в одночасье зарплата целого коллектива…. Инесса Павловна казалась неподдельно расстроенной, ведь ее репутация, как она думала, оказалась под большим вопросом.

Именно с кассиром Владимир Леонидович решил побеседовать сам, направив своего подчиненного опросить водителя и директора. Сквозь слезы и всхлипывания она рассказала о том, как произошло ограбление.

– Какие приметы нападавших преступников вам удалось запомнить? Рост, возраст, телосложение? Может особенности какие бросились в глаза – прихрамывал один из них или родинка на лице? Как были одеты? – завалил вопросами начальник уголовного розыска.

При этом он всем видом старался показать, что ни в чем Инессу Павловну не подозревает и интонацию для разговора выбрал доверительную. Только таким образом можно вывести человека на откровенность, не дать ему замкнуться.

– Бандиты здоровые такие, высокие и молодые, до тридцати лет, но лиц я не разглядела. Их закрывали маски. А одеты…одеты оба в зеленую форму типа военной с темными пятнами такая. Охранники в похожей форме часто ходят.

– Камуфляжная одежда, вы хотите сказать? – Спросил Колчин.

– Ну, наверное, она так называется, – ответила кассирша.

– Они что-то говорили между собой или к вам может быть обращались?– Продолжал допытываться начальник.

– Нет, не сказали ни слова, только автоматом размахивали. То на водителя, то на меня, я сильно напугалась. Вырвать из рук сумку с деньгами преступник не смог, я ее крепко держала. Но когда увидела ствол, направленный мне в голову, то сопротивляться перестала. А этот схватил сумку и оба быстро вскочили в машину и умчали.

– А машину вы разглядели? Номер может быть?

– Да красная легковая не новая уже, а номеров-то вроде и не было. Вы спросите у Петра Ивановича, он в машинах лучше разбирается.

– Сейчас подъедет следователь с экспертом, вы успокойтесь, пожалуйста, вас подробно допросят. И не переживайте, никто вас ни в чем не подозревает. А вон, кстати, пыль клубится, наверное, это наша машина.

Действительно вскоре показался милицейский Уазик, поднимающий за собой, целую тучу пыли. Из него вышли следователь Максимова, очень серьезная худая женщина, лет тридцати, одетая в строгую форму работника юстиции и эксперт Сергей Васильевич Сироткин, невысокий полненький, предпенсионного возраста, но по-прежнему довольно энергичный. Да и одет он в обычную гражданскую одежду. Серенькие брюки с ремнем на поясе, рубашка в клеточку с коротким рукавом, на голове летняя белая фуражка. Именно так чаще всего и одеваются пенсионеры. Владимир Леонидович обратился к подъехавшим коллегам:

–Вы после осмотра и оформления всех необходимых документов здесь, где произошло ограбление, проследуйте к месту горения автомашины. Там тоже надо как следует осмотреться и все оформить. Вероятно это машина преступников. Когда вы мимо ехали, она еще горела? – закончил вопросом свой монолог Колчин.

– Горит родимая, вовсю полыхает, – ответил эксперт. Он повидал за свою милицейскую жизнь столько всего, что к любому происшествию относился спокойно и с присущим ему юмором.

– А пожарные еще не подъехали? – спросил начальник розыска.

– Сзади нас догоняла их машина с сиреной, наверное, они уже на месте, – с серьезным видом, без малейшей улыбки, ответила Максимова.

Ей предстояла большая «бумажная работа» – оформить протокол осмотра места происшествия, допросить свидетелей преступления и директора психоневрологического интерната. При такой загрузке любому человеку не до шуток….

– Ну, я поеду туда, а вы без спешки работайте. Пожарные, наверное, огонь уже потушили. Сергей Васильевич, погляди там потом внимательно, может номерочек, какой найдешь на двигателе или кузове или отпечаток пальца. Впрочем, пожарные все пеной зальют – словно сам себе напомнил Колчин. – Да, чуть не забыл, моего оперативника с собой захватите.

– Русские своих не бросают, – попытался сострить Сироткин.

Когда Колчин подъехал к отворотке, ведущей влево от большака в густой лес, то увидел пожарную машину, закрывавшую обзор места происшествия. Он оставил свой безотказный «Форд – фокус» на центральной дороге у обочины и направился пешком вглубь леса. Впереди виднелся дым, который становился меньше и меньше и вскоре исчез совсем. Наблюдая это зрелище, начальник запнулся за корягу, смачно выругался и двинулся дальше. Рядом с потушенной легковушкой суетились пожарные, а оперуполномоченный Гладышев стоял чуть в стороне в гордом одиночестве и наслаждался любимой сигаретой. По его философскому выражению лица начальник понял, что подчиненный сделал все, что мог, и вполне готов к докладу.

– Ну, давай рассказывай, – спокойно попросил Колчин.

– Леонидыч, короче, это «копейка». Когда я подбежал, на крыше еще просматривалась красная краска. Уверен, что это машина принадлежит грабителям. По крайней мере, именно на ней они находились в момент совершения преступления. А вон там чуть дальше просматривается след кроссового мотоцикла, на нем, очевидно, грабители и скрылись. Тропинками отсюда можно проехать в район Дмитриевского химического завода. Не исключено, что там «залегли на дно», возможно, и живут где-то в этом районе. Вон тут справа след от подножки мотоцикла, видимо здесь он и стоял, ждал своего хозяина.

– Ладно, Максим, – обратился к подчиненному начальник, – ты дождись здесь приезда оперативной группы, все покажи им, пусть эксперт сфотографирует, может гипсовый слепок протектора мотоцикла получится. Потом вместе с Гореловым на машине дежурной части срочно ко мне в кабинет, будем разрабатывать версии, и намечать план работы. А я пока соберу сыщиков, прикажу информировать всю нашу агентуру. Вдруг где-то и засветятся бандиты. Да, чуть не забыл, скажи Сергею Васильевичу – кровь из носа, но чтобы нашел хоть один номер на машине – двигателя или кузова. …Впрочем, я ему это уже сказал. Ты все понял?

– Все понял, Леонидыч, сделаю, – ответил опер.

Начальник уголовного розыска поспешил к своей машине и через десять минут уже из своего кабинета стал названивать подчиненным, с требованием придти на срочную оперативку. Собрались довольно быстро и с интересом смотрели на Колчина, ожидая объяснений причин внепланового общего собрания. Начальник окинул взором сыскарей, убедился, что все на месте, кроме Гладышева и Горелова, и строго произнес:

– Я вас пригласил к себе по поводу сегодняшнего происшествия. Недалеко от психоневрологического интерната «Новинки» неизвестные ограбили инкассаторскую машину – обычную синюю «Газель», принадлежащую этому предприятию. Деньги перевозили водитель – мужчина и женщина-кассир. Обоим примерно по пятьдесят лет. Преступников двое на машине «копейка» красного цвета без регистрационных номеров. Оба молодые, высокие и здоровые, одеты, по-видимому, в «камуфляжку», маски на мордах. Один из них держал в руках «Калаш» или ружье «Сайга» – внешне они похожи. Со слов охранника привычно так держал оружие, непринужденно. Возможно, недавно служил в армии. До стрельбы не дошло, только угрожали. Всего взяли пятьсот двадцать тысяч рублей – месячную зарплату коллектива интерната. Машину бросили в лесу возле кладбища в «Сокольниках», сожгли ее и дальше на кроссовом мотоцикле двинулись в сторону Дмитриевского химического завода. Возможно, в этих краях и затаились, хотя бы на время…. Не исключено, что там и живут. От кладбища идет тропинка, соединяющая его с районом ДХЗ. Напомню, что на окраине города расположены частные садоводства с небольшими домиками. Их из виду тоже выпускать нельзя, преступники могут перекантоваться и там. Ну и выехав на центральную дорогу в том районе, они имеют возможность направиться, как в сторону деревень, так и в город. Впрочем, на спортивном байке они вряд ли в город попрут, слишком шумно. А шум привлекает излишнее внимание. В общем, сегодня – завтра информируйте всю вашу агентуру, пусть землю роют, ищут зацепки. У меня все, если ни у кого нет вопросов, давайте работать.

Вопросов ни у кого из оперативных сотрудников не оказалось. Сыщики понимали чрезвычайность ситуации и разъехались выполнять указания уважаемого ими Владимира Леонидовича. Личных транспортных средств ни у кого не имелось, или почти ни у кого…. Однако перемещаться по городу маршрутными автобусами, им не привыкать. Это только в кино показывают – сыщик вышел из отдела, а у входа его ждет служебная машина. Обычные места обитания своей агентуры опера прекрасно знали. Да и способ информирования о внеплановой встрече давно отработан. А строгий начальник, оставшись один, закурил возле открытой форточки свои любимые сигареты «Мальборо». Причем дымок выпускал колечками, один за другим, любуясь тем, как они меняют форму, прежде чем покинуть его кабинет. Такие визуальные наблюдения всегда помогали осмысливать сложную ситуацию и находить из нее правильный выход. Когда мысли обрели нужный порядок, начальник розыска взял чистый лист бумаги и стал набрасывать предварительный план работы по раскрытию тяжкого преступления:

«1) Прежде всего, отработать автомашину, на которой находились преступники. Если эксперт найдет номер двигателя или кузова, установить владельца. Выяснить, кто мог пользоваться автомобилем в день совершения преступления».

Немного задумался, крутя пальцами шариковую ручку, затем записал…. «Даже, если эксперт ничего не найдет, переговорить с сотрудниками ГАИ. Они многие машины и их владельцев знают по памяти». А вдруг? Но отражать последний вопрос на бумаге он, естественно, не стал и продолжил….

« 2) Кроссовый мотоцикл. Дать задания всем участковым инспекторам опросить жителей на подведомственных участках с целью выявления владельцев данной техники. Двигатель работает у нее довольно громко, кого-то, наверное, раздражает. Наиболее тщательно отработать район Дмитриевского химического завода. Опросить известных любителей транспорта на двух колесах с целью выявления владельцев кроссовых байков». Вспомнив разговор с кем-то из оперов по другому делу…, записал: «В районе «Автоагрегат» имеется неофициальный клуб байкеров. Там они занимаются ремонтом техники. Собираются и с целью общения…. Возможно, что-то подскажут». Между тем перед глазами Колчина возникла картина беседы водителя – охранника со своим директором, спокойная такая беседа, без ругани. На минуту задумался: «А ругань в данном случае, как раз была бы к месту. По крайней мере, никого бы не удивила. Все-таки потеряна зарплата целого коллектива, а это недовольство и возмущение отдельных его членов». Значит надо отработать и сотрудников предприятия. Начальник розыска отразил свою мысль на бумаге:

«3) Психоневрологический диспансер «Новинки». Выяснить, кто знал о времени привоза денег и машине, на которой их везли. Тщательно проверить ближайшие связи водителя «Газели» и кассира на причастность к преступлению».

Так дальше,… дальше…. Встал из-за стола, подошел к форточке и вновь закурил. Синие дымные колечки одно за другим, приобретая овальные очертания, вылетали на солнечную улицу. Мысли вновь приобретали логический порядок. «Бандюгаев развелось в городе, «как собак не резанных», и у каждой бригады свой лидер – интеллектуал, мать их», – без злобы выругался он. Так….

«4) Отработать организованные преступные группировки на предмет их причастности, особенно те, чьи лидеры склонны к разного рода авантюрам». Встал из-за стола, не спеша прошелся до двери и обратно. Ничего оригинального в голову не пришло: «Ну, дальше общие мероприятия, подходящие для любого уголовного правонарушения»….

«5) Проверить лиц, ранее судимых за аналогичные преступления и преступления против личности, которые освободились из мест лишения свободы в последние 3-4 месяца и подходящие по внешним приметам. В основном этот контингент мелкий какой-то, здоровых мужиков раз-два и обчелся, вычислить вполне реально».

«Так, – думал начальник розыска, – автомат…. Ну «Калаша» в принципе купить можно, но сложно. Наиболее вероятно, что это «Сайга», возможно официально зарегистрированная на владельца»…. Записал:

«6) Через разрешительную систему выявить всех владельцев гладкоствольного оружия типа «Сайги» в возрасте 23 – 35 лет. По месту их жительства провести оперативные установки с целью выявления их образа жизни и связей». Немного подумав, он возраст «тридцать пять» зачеркнул и записал «шестьдесят»: «Мог ведь кто-то взять оружие и у своего отца или родственника старшего по возрасту. Так дальше…деньги, деньги…. Там имелось достаточно много новых банковских упаковок»….