Виго. Ведьма.

в которой Ламунар занимается государственными делами

Ламунар стоял у узкого окна, скрестив руки на груди. Внизу суетились люди: одни разбирали последствия пожара, другие стаскивали на костры тела людей. Кто был при жизни побогаче, тот заслужил персональное кострище. Бедные и мертвяки упокоевались вместе. Тела солдат, погибших при штурме, заслуженно были собраны на одном братском костре. Их живые собратья, свободные от караульной службы, стояли рядом, поминая погибших товарищей. На сжигании всех мертвецов настоял Ламунар, опасаясь продолжения ночных событий. Объяснять подобные действия не пришлось долго. Все ̶ и знать, и горожане, пережившие ночной кошмар, ̶ сразу согласились с мудрецом и сейчас работали не за страх, а за совесть. Посланные ранним утром инженеры нашли места прокопов, через которые нечисть ворвалась в город, и теперь работали над углублением рва и укреплением стен. Раненым оказывалась посильная помощь, и ретивые помощники старца стоптали себе ноги, обрабатывая даже малейшие раны серебряным порошком. Работа кипела. Ламунару даже нравилась эта суета. Тут он был главным, и все его указания быстро исполнялись. Даже строптивый наследник, без пяти минут новый повелитель Уве фон Шметерлинк, выслушивая рекомендации мудреца, кивал и соглашался. Последний торопился занять пустующий трон, но вынужден был ждать положенные три дня.

Сзади, за его спиной, на кровати лежало тело великого повелителя Готтии. По старинной традиции внутренние органы были удалены и места их были заполнены душистыми травами с широких полей родины. Гец был облачён в траурные одежды, на лице покоилась серебряная маска, руки были сложены на рукояти его верного меча. Это чудесное творение мастеров не последует вместе с хозяином в могилу, а будет торжественно вручено его наследнику. В головах стоял пустой прозрачный кувшинчик, справа ̶ запечатанный глиняный горшочек с чистой водой, слева ̶ небольшая шкатулка с огнивом и кремнем, в ногах ̶ мешочек с родной землёй. Эти предметы символизировали силу четырёх стихий, на которых держится мир. Кремация должна была состояться на третий день, на широком лугу, как раз за главной воротной башней, после того как погаснут другие погребальные костры, чтобы дым от тела повелителя не смог смешаться и душа спокойно растворилась во вселенной. Прах Геца фон Шметерлинка должен будет развеять с вершины башни Ротвойльского замка его наследник и новый повелитель Готтии, а по невозможности, первый советник и замковый мудрец. То есть он, Ламунар. Очень важно было, чтобы в этот печальный день погода была сухой и солнечной. Над этим как раз и трудился Ламунар, дважды в день карабкаясь на самый верх сторожевой башни и творя там, по многу часов, заклинания стихий воды и воздуха. А сейчас старец стоял, отдыхал и дожидался пока ещё не повелителя Уве фон Шметерлинка.

В дверь аккуратно постучали. Старец пересёк комнату и открыл тяжёлую дубовую дверь, окованную полосами тёмного железа. Но за ней оказался не сын повелителя, а начальник личной охраны Маркус Неллер. Шлем старый вояка держал в руках, на широком лбу блестели капельки пота. Видно, тяжело было подниматься по лестнице. Годы и одышка, делали своё дело.

– Заходи, старый друг, ̶ пригласил его Ламунар, отодвигаясь в сторону. ̶ Я жду нашего повелителя, и если что-то срочное, то не тяни, говори сразу.

– Только что получили голубиную почту с Шоймека.

– И что с того? ̶ спокойно спросил мудрец.

– Кто-то ночью атаковал сторожевые башни Пограничья, вырезал охрану, – ответил Маркус, справляясь с одышкой.

– И что с того? ̶ снова повторил мудрец. ̶ Нам-то какое дело, кто безобразничает у соседей по ночам?

– Нашли два тела нападавших. Судя по всему, это люди из личной охраны правителя Нейфера. К нам есть вопросы.

– Может, это дезертиры? И как они определили, что это люди разбойника Нейфера?

– Одного опознали. Видели раньше. У другого ̶ полный кошель золотых монет и татуировка на руке с гербом Круна Нейфера.

– Да, лихие люди с полными кошельками навряд ли станут нападать на солдат. И опять мёртвый человек Нейфера. А тело правителя Шоймека так и не нашли. Хотя мне утверждали, что он мёртв. Перестрахуемся. Хотя татуировка может быть и у дезертира.

– Что правда, то правда, ̶ ответил Маркус. – Но они требуют разговора. С наших башен видели ночью, как горела одна из Пограничных башен, и слышали какую-то возню на мосту. Больше ничего. С утра разъезд из Пограничья вызвал нашего офицера и передал ему претензии. Они ждут ответа до вечера. Как мне поступить?

– Возьми десяток людей и отправляйся на границу. Всё отрицай. Можешь сказать, что Крун Нейфер исчез и объявлен в розыск. Более подробно об инциденте мы сможем переговорить после похорон покойного Геца фон Шметерлинка. От них прибудет посланник, облечённый достаточными полномочиями. Скачи, не теряя времени, я вижу, что ты устал, но это необходимо сделать. Кстати, возьми с собой Мошона, пускай он всё запишет и зарисует, это может пригодиться.

Маркус кивнул, ударил себя кулаком в грудь и, тяжело ступая, вышел за порог. Ламунар вернулся на своё место у окна. «Вот и объявился беглец». То, что это было дело рук Нейфера, мудрец почти не сомневался. Наглости, хитрости и отваги бывшему правителю Шоймека было не занимать, но зачем надо было нападать на башни, Ламунар не понимал. Раньше он с лёгкостью заглянул бы за мглу времени, но с пропажей магической книги старик потерял много способностей и возможностей, а слабеющая память день за днём лишала его и других тёмных заклинаний. Ведь был отправлен Нейфер за доказательствами своей правоты, которая, кстати, частично подтвердилась с появлением ротвойльского оборотня в лице Карла. Этого было бы достаточно, чтобы сместить неудобного правителя и поставить на его место своё доверенное лицо. Но Нейфер пропал. Место освободилось. Хотя покойный повелитель Гец и не успел назначить преемника на пост правителя Шоймека, Ламунар не сомневался, что ему удастся убедить Уве в кандидатуре своего человека.

Внезапно дверь распахнулась, и в траурную залу вломился Уве со своими дружками.

– Приветствую тебя, мудрец! ̶ громко сказал вошедший. ̶ И тебя, отец, тоже!

От претендента явственно пахло алкоголем и лошадьми. Вошедшие следом друзья бесцеремонно разошлись по комнате. Кто-то развалился на стоящей вдоль стены скамье, другие дружно подпёрли стены.

– Приветствую тебя, мой господин! ̶ ответил Ламунар, почтенно склоняясь в полупоклоне.

– Зачем ты оторвал меня от моих дел? Может, что-нибудь еще случилось? – Уве, не мигая, смотрел на макушку старца.

Ламунар знал сыновей покойного повелителя с малых лет, имел к каждому собственный подход и неплохо манипулировал каждым. Сделав маленький шажок назад, старик поднял глаза, заглянул в светло-голубые глаза наследника и, извиняясь, сказал:

– Господин, мне необходимо получить от вас дальнейшие распоряжения и сообщить о неких государственных новостях, полученных мною утром.

– Так говори! Мы здесь одни! ̶ сказал Уве, дыша перегаром и разводя руками. Скучающие товарищи наследника заулыбались шутке, но, сообразив, неторопливо вышли из комнаты. Лишь только дверь захлопнулась за последним, старец уже твёрдым голосом продолжил:

– Господин, проявите хоть толику уважения к покойному отцу! Это он вас любил и сделал повелителем!

Уве смутился, искоса посмотрел на тело отца, подошёл к кровати, что-то поправил и шумно опустился на широкую скамью.

– Извините меня, мастер, столько произошло за последнее время, что я оказался несколько расстроен, ̶ сказал юноша, глядя в пол и запуская руки в свои прекрасные белокурые волосы, стриженные под горшок. ̶ Давайте обсудим наши дела.

Ламунар посмотрел на сутулую фигуру нового повелителя. «Как он похож на своего отца, единственный из троих братьев. Всем, кроме характера», ̶ подумал старец.

– Как вам будет угодно. – Мудрец аккуратно придвинул к юноше складной столик, раскрыл чернильницу, достал хорошо выправленное стило. В двух словах, чтобы не утомлять собеседника, Ламунар поведал о работах по восстановлению города, об укреплении подкопов, о выдаче населению продовольствия, о незначительном повышении налогов и о других мерах по наведению порядка. В конце своей речи он стал раскладывать перед Уве развёрнутые свитки с приказами.

– Это распоряжение о борьбе с мародёрами; о запрете передвигаться в ночное время; о поиске, аресте и немедленной доставке в Ротвойль преступников Круна Нейфера, Карла фон Вардена ̶ за награду; о назначении нового правителя города Шоймека мастера Кольма Видла; о поиске, аресте и немедленной доставке в Ротвойль лиц, практикующих колдовство, ̶ за награду. И ещё одно. Распоряжение в чёрный замок прислать на службу тридцать грюсгрисов на государственную службу, они нам помогут с перерасчётом налогов, содержание и защиту братьев мы гарантируем.

Уве старательно выводил своё имя под каждым документом. Это занятие ему явно нравилось. Впрочем, он умудрился оставить несколько помарок и один раз даже неправильно написать своё имя.

– Появление такого количества мертвяков ̶ не иначе как происки колдуний, ̶ подытожил мудрец. ̶ Я смогу их вывести на чистую воду и однозначно доказать их причастность к этому злодеянию. И вы, мой господин, тогда сурово их покараете.

В конце своей речи Ламунар сообщил о депеше с границы.

– С вашего позволения я отправил в Шоймек Маркуса с небольшой охраной. Пускай там разберётся на месте.

– Пускай. Я не против. Что-нибудь ещё?

– Практически всё, мой господин. Осталась одна маленькая проблема. Некоторые люди видели мертвяков и днём. Последние прячутся в укромных местах, брошенных домах, сараях. На людей вроде не нападают, видимо, ждут темноты. Хорошо бы выделить часть солдат и прочесать окрестности. Что вы посоветуете, мой господин?

– Пожалуй, эту охоту возглавлю я сам. Люди должны быть уверены, что их господин в состоянии защитить их. ̶ Уве бодро вскочил, но, покачнувшись, опёрся рукой о стену. ̶ Душно тут у тебя.

– Это ароматические свечи. А ваша идея просто превосходна. Но помните, в сумерках вы должны обязательно возвращаться в город, или другое защищенное место.

– Не волнуйтесь, мне не могут быть опасны мертвяки. Если удача будет со мной, то, возможно, и сбежавшего оборотня возьмём!

Молодой человек открыл дверь и, обернувшись, повторил:

– Удача всегда со мной.

– Несомненно, мой господин.

Дверь захлопнулась. Как только в коридоре затихли громкие голоса, Ламунар осторожно задул небольшой огарочек свечи, стоящий на подоконнике рядом с широкой скамьёй, и бережно опустил его в широкий карман плаща.

Глава 2,

в которой Крун Нейфер сбегает с места преступления и его выручают мертвяки

Проводив взглядом удаляющуюся ведьму с оборотнем, Нейфер склонился над Визером. Старый солдат лежал с закрытыми глазами и тихо постанывал. Дыхание у него было глубоким и спокойным. «Видать и впрямь сильна девка в своём черном искусстве. Немало славных парней, умерших от менее серьезных ран, она бы смогла исцелить», ̶ подумал Крун.

– Подожди немного, я быстро, ̶ сказал он и бросился в открытую дверь башни. Комната была вся затянута дымом, но горящие вязанки хвороста давали достаточно света. Набрав полные лёгкие воздуха и задержав дыхание, Нейфер бросился собирать в подвернувшийся под руки мешок всё, что могло пригодиться в дальнейшем: два каравая хлеба, походную деревянную флягу с плещущейся жидкостью, пару плащей, какие-то тряпки и короткий пехотный меч в потёртых ножнах. Напоследок он сорвал с пояса у одного из своих бывших солдат тяжёлый кошель с золотом, справедливо решив, что тот погибшему воину больше не пригодится. Вырвавшись на свободу, он с жадностью вдохнул прохладный, сырой воздух и подбежал к раненому товарищу. Тот уже полусидел, прислонившись к камню, и внимательно всматривался в ночную тьму.

– Давай поднимайся. Мы должны как можно дальше уйти отсюда. Утром явятся солдаты, и нам точно не поздоровится.

– Я готов, ̶ ответил Пап, пытаясь подняться. ̶ Помогите мне, господин.

– Запомни, отныне не называй меня господином, ̶ просипел Нейфер, помогая ему подняться. ̶ Идти сам сможешь?

– Похоже, смогу. Там есть тропинка вдоль кустов. Я пока сидел, заметил.

Крун, закинув на плечи мешок и взяв в правую руку меч, двинулся по тропинке, петляющей через кусты. Сзади, довольно бодро, захромал Визер Пап, опираясь на меч, как на палку. Когда горящая башня скрылась за высокими кустами и перестала освещать путь, ночная темнота плотно окутала беглецов, существенно снизив скорость. Крун двигался крайне осторожно, нащупывая тропинку и поводя из стороны в сторону мечом. Несколько раз он натыкался на ветви и проклинал кусты последними словами. Замедление темпа помогло разве что Визеру, он сопел совсем рядом и тоже проклинал непокорные ветки. Вдруг из темноты, со стороны башен, донёсся какой-то шум.

– Пап, не смотри назад, это ведьма что-то творит. Не нашего ума это дело. Не устал?

– Как скажете, ̶ ответил старый солдат, тяжело дыша. – Пока могу.

Вдруг как будто стало светлее. Они вышли из зарослей. Впереди, на пригорке, возвышался чёрный силуэт дома. Пройдя ещё немного, Нейфер определил, что это сарай.

– Давай к сараю. Передохнем немного, а то по такой темнотище далеко не уйдём.

Судя по сопению, Визер был явно не против этого предложения и в надежде на скорый отдых даже ускорил шаг.

– Постой здесь, я проверю. – Нейфер положил мешок к ногам спутника и осторожно двинулся в сторону возможного убежища. Пройдя с десяток шагов, он наткнулся на жердяной забор, осторожно перелез через него и двинулся к сараю. Подойдя вплотную, Крун понял, что перед ним стоял сенник, с гостеприимно распахнутыми воротами. В их положении трудно было представить лучшее укрытие на ночь. Постояв несколько минут и прислушавшись, Нейфер решил, что внутри никого нет – только сено и крестьянский инвентарь. Вернуться за Визером было делом одной минуты, и путники с наслаждением зарылись в пахучее сено с головой, решив подремать часик до восхода.

– Господин, господин. ̶ Услышал сквозь сон Нейфер. Он быстро открыл глаза и увидел встревоженную физиономию Визера Папа. Последний одним пальцем свободной руки прижимал губы и указывал на дальний угол сарая. Ночная мгла начинала развеиваться, и предметы стали проступать из темноты. Нейфер скосил взгляд в сторону, куда показывал старый вояка, и осторожно повернул голову. Вначале он ничего не увидел. Словно отвечая на его вопросительный взгляд, Визер тихо прошептал одними губами:

– Мертвяки. Там мертвяки.

Уже присмотревшись, Крун увидел в дальнем, ещё тёмном углу троих мертвяков, переминавшихся с ноги на ногу. И тут же услышал запах тлена. Осторожно повернувшись, бывший правитель осторожно вытащил меч и присел, готовясь вскочить, чтобы отразить нападение. Но последние никак не среагировали на движение, а продолжали мяться на своём месте и тихонько чем-то пощёлкивать. Нейфер внимательно осмотрел огромный сенник и увидел приставную лестницу, ведущую на второй этаж.

– Попробуем забраться выше. Там оглядимся и решим, что делать дальше, – сказал шёпотом Крун, подтягивая к себе поближе мешок. – Как только вскочу, поднимайся первым. Я в случае чего прикрою.

Визер кивнул и осторожно вытащил меч. Стараясь не шуметь, старый вояка медленно поднялся и сделал шаг по направлению к лестнице. Мертвяки не проявили никакого интереса. Тогда Нейфер осторожно встал и занял позицию между мертвяками и лестницей. Но троица продолжала топтаться в углу, поблёскивая белками огромных глаз. Через мгновенье беглецы взлетели на второй этаж и с более безопасного расстояния стали наблюдать за нечистью. Один из мертвяков, видимо, самый отважный, выбрался из своего угла и, нелепо помахивая руками, приблизился к месту ночёвки беглецов, понюхал воздух и вдруг ловко принялся зарываться в сено.

– Что будем делать? – спросил Пап.

– Им до нас нет никакого дела. Надо перекусить и двигаться дальше. Лестницу мы втянем наверх и спустим из окна. Так что они нам не помешают, а мы им, будем недоступны, – сказал Нейфер, убирая меч в ножны.

Второй этаж был тоже завален превосходным сеном, и, чтобы выглянуть в окно, Круну пришлось карабкаться вверх. Визер тем временем достал из мешка каравай и флягу, расстелил плащ и отрезал два шикарных куска ноздреватого, вкусно пахнущего хлеба.

– Проклятье! – воскликнул Нейфер. – Мы так долго тащились ночью, а отошли только метров на пятьдесят! Или мы сделали крюк!

И вправду, башня высилась совсем рядом, и, скорее всего, сенник был хранилищем фуража для лошадей пограничной стражи.

– Скоро совсем рассветёт, нам надо торопиться. Давай перекинем лестницу, – сказал Нейфер, съезжая по сену.

Но не успели они вытащить спасительную лестницу и наполовину, как со стороны башни раздался конский топот и ржанье лошадей. Пришлось все бросить, и Нейфер полез обратно, проверить, что случилось. Визер быстро собрал в мешок яства не случившегося пиршества.

– Проклятье, солдаты, – процедил Крун, наблюдая в щель между рассохшимися досками за группой гвардейцев, спешивавшихся у слабо-дымящейся башни. – Больно быстро прибыли. Пап, Пап, ̶ шёпотом окликнул он товарища.

– Да, господин, – ответил тот.

– Путь к отступлению отрезан. Придётся затаиться здесь и переждать, может, сарай они не будут тщательно обыскивать. Но если нас найдут, то живыми лучше не попадать в их лапы. Зарывайся в сено и прибери вокруг. Глаз не спускай с мертвяков.

Старый вояка разворошил притоптанное сено и ужом пробрался чуть ли не в середину стожка. Нейфер нагрёб на себя побольше сухой травы, но остался у своей наблюдательной щели. Уже практически рассвело, и происходящее было как на ладони. Он прекрасно видел, как с десяток солдат разбежались вокруг башен. Кто-то бросился внутрь. Один выскочил на дорогу и призывно замахал руками. Тут же к башне подъехал ещё один отряд уже в три десятка человек, во главе с двумя важными, судя по коням и одежде, людьми. Последним прибыл человек в сером плаще, таком же, что носят люди Ламунара. К его невысокой, но крепкой кобылке были привязаны ещё две лошадки с притороченными ящиками и тюками. Голоса были плохо слышны, но Нейфер и так прекрасно понимал происходящее. Пока одни солдаты выносили тела из башни, другие, передавая деревянные ведра по цепочке, быстро залили тлеющие уголья. И вот несколько групп солдат, на лошадях, отправились в разные стороны явно для прочёсывания местности. Одна тройка поскакала по тропинке в сторону сарая. Крун осторожно перевернулся на спину и достал меч из ножен. Краем уха он услышал, как Визер сделал то же самое. Гвардейцы резко остановились у сенника и спешились. Это были опытные бойцы, и они не стали сразу вламываться в сарай, а осторожно обошли его по кругу. Нейфер перевёл дух и возблагодарил небеса за то, что ночью они сразу наткнулись на вход, а не примяли траву с тыльной стороны сенника. Выставив вперёд мечи, двое солдат осторожно вошли внутрь. При этом третий остался на улице, на виду у конных солдат, находящихся у башни.

– Вот дерьмо!!! ̶ вдруг заорал один из вошедших. ̶ Тут мертвяки!!! Притаились, словно прыщи на заднице девственницы!!!

Стоящий на улице просигналил, что всё нормально, убрал меч в ножны, подошёл к лошади и взял копье.

– Давай вытаскивай их на волю, ̶ процедил сквозь гнилые зубы его приятель, крутанув мечом.

Копьеносец, ловко орудуя своим оружием, выгнал из сарая двоих цокающих мертвяков. Те жались к стене и косились на солдат своими белоснежными глазами. Остатки полусгнившей одежды болтались на гнилом теле, на месте вывалившегося живота зияла огромная дыра, в которой желтел позвоночник.

– Смотри, Малой! – заржал копьеносец, удерживая мертвяков на расстоянии. ̶ Один из них баба, не желаешь порезвиться? А то ты давеча жаловался, что соскучился по женской ласке!

– Иди в топь! Чтоб тебе пить и не напиться!

Мастерски действуя мечом, гвардеец в несколько ударов разрубил гнилые тела, отвалив головы и конечности в стороны. Мертвяки наконец успокоились, и их души, если такие имелись, окончательно покинули этот мир. Солдат брезгливо вытер меч пучком травы.

– Опять испоганил клинок, ̶ бормотал он. ̶ Придётся опять тащиться к грюсгрису и клянчить серебряный порошок для очистки. Всё, дальше идти бесполезно, следов никаких нет. С этой стороны злодеи не могли прийти. Возвращаемся.

– Может, подпалить сарай, мало ли что? ̶ спросил второй вояка.

– А сено для лошадей будешь сам косить?

Солдаты вскочили на лошадей.

– Ну, чего разнервничалась? Людей, что ли, чужих почуяла, – успокаивал лошадь поджигатель сараев.

– Остынь! Они так на мертвяков реагируют.

Гвардейцы, тронув поводья, взяли в галоп и через мгновенье спешивались уже у башен.

Нейфер снова перевернулся на живот и продолжил наблюдать за происходящим. За это время мало что произошло. Серая фигура в плаще стояла за раскладным столиком и что-то писала, периодически склоняясь к телам, лежащим на земле. Потом грюсгрис подошёл к лошадям, и из ящиков, притороченных к сёдлам, выпорхнули несколько голубей и серыми комочками растворились в небе. «Видимо, депеши», ̶ подумал Крун, устраиваясь поудобнее. Вскоре прибыл очередной отряд, сопровождавший подводы с работниками, и восстановление башен закипело с новой силой. Люди быстро включились в работу. Часть рубила деревья, другая ̶ таскала из леса брёвна, третья ̶ укрепляла башни. Вскоре тела убитых людьми Нейфера солдат были помещены на огромный похоронный костёр и сожжены. «Так они быстро наведут порядок и, может, более тщательно прочешут окрестности», ̶ завертелась в мозгу Круна неприятная мысль. А тут ещё, как назло, Визер начал похрапывать во сне. «Этого мне не хватало!». И Нейфер осторожно сполз к товарищу, и пинком ноги заставил замолчать разнежившегося вояку. По возвращении на своё место Крун не увидел ничего нового, разве что дым от погребального костра стал стелиться в его сторону. Мелькнула мысль сбежать под прикрытием дыма, но он отогнал её как слишком рискованную. Стоило ветру поменяться, и они окажутся как на ладони. Догнать их станет делом пары минут.

Так он и лежал, наблюдая за деловой суетой противника. Несколько раз дремал, несколько раз сползал, чтобы прерывать слишком сладкий сон соратника, благо зарывшийся внизу мертвяк вёл себя исключительно тихо. Один раз они чуть не оказались на грани провала, когда несколько крестьян зашли в сарай и набрали на вилы несколько охапок сена для корма лошадей. Но те были слишком заняты своей работой, да и вид порубленных мертвяков, лежащих у входа, не располагал к тому, чтобы торчать в неприятном месте. Но в целом день прошёл достаточно спокойно, и беглецы смогли отлично выспаться и отдохнуть в ожидании сумерек. И вот к вечеру большой отряд солдат под предводительством обоих офицеров отправился в обратный путь. Работники тут же прекратили работы, развели костёр и принялись готовить еду. Нейфер сполз к товарищу и, снова разбудив его толчком, поделился ближайшими планами.

– Просыпайся, хватит дрыхнуть. – И, дождавшись, пока с глаз дремавшего слетит сонная пелена, продолжил: ̶ Ещё час-другой и начнёт темнеть. Все явно запрутся в башнях, тогда и попробуем выскользнуть из сарая. Если нас заметят, то навряд ли бросятся догонять. Их осталось намного меньше, да и страх перед мертвяками останавливает не хуже стенки.

– А как там мертвяк, что зарылся внизу? ̶ поинтересовался Пап, извлекая из мешка уже порядком подсохшие ломти хлеба.

– Можешь спуститься и поинтересоваться у него сам. Может, он с нами соберётся? – пошутил Нейфер. ̶ А вот хлеб сейчас как раз кстати. Я голодный, как оборотень в полнолуние.

– Не шутили бы вы так, – укоризненно сказал Визер Пап, покачивая головой. ̶ Сколько нам ещё в темноте топать, неизвестно. Упаси святая сила, приманится какая-нибудь нечисть на нашу погибель. Вон вчера, сколько шли, а никуда и не отошли. Явно лешак водил.

– Всё может быть. Доберёмся до ярмарки, найду гриса, освящу свой амулет и куплю серебряное колечко какой-нибудь сироте. У тебя во фляге, случаем, не пиво? Дай глотнуть.

Визер с трудом откупорил крышку и понюхал содержимое.

– Нет, вода. Правда, хорошая, видать, родниковая. Пейте, господин, я не могу. Сам с трудом сдерживаюсь, чтобы штаны не намочить.

– Потерпи, осталось недолго. Как спустимся с лестницы, выходим за сарай и двигаемся так, чтобы сенник оставался между нами и башнями. Потом, за ивняком, забираем вправо, там точно найдём тропку к реке. Выйдем на берег, поищем лодку. Если не найдём, то придётся плыть. Кстати, ты плавать умеешь?

– Увы, не умею. Никак не умею.

– Плохо. Будем надеяться, что с лодкой нам повезёт.

– Я, пожалуй, тоже заново освящу свои амулеты, когда переберёмся на тот берег, – расстроено вздохнул Пап.