Мир глазами святителя Николая Сербского

Введение

В эту жизнь ты послан не для того, чтобы иметь счастье, а для того, чтобы его заслужить.

Имя святителя Николая Сербского (Велимировича) хорошо известно не только у него на родине (в Сербии), но и в России. Жизнеописание святителя приведено в приложении, поэтому во введении ограничусь отдельными «мазками», дающими представление о масштабе фигуры Николая Сербского.

В истории христианства святых тысячи и тысячи. Но не так много святых, которые были бы почти нашими современниками и которые бы оставили нам богатое духовно-интеллектуальное наследие в виде книг, статей, проповедей. Именно к этой группе современных святых – духовных писателей относится Николай Сербский, годы его жизни: 1880–19561. Лично для меня он точно современник, поскольку я родился при жизни святителя, за несколько лет до его кончины.

Он пережил многие трагические события первой половины ХХ века: Первую мировую войну, мировой экономический кризис, Вторую мировую войну (в том числе заключение в лагере Дахау), создание Югославии, изгнание с родины после прихода к власти коммунистического диктатора Иосифа Броз Тито и жизнь на чужбине последние десять лет. Обладая особым духовным зрением, блестящим образованием (сначала учился в Сербии, потом в Швейцарии, Германии, Англии и России), незаурядными писательскими способностями, он успел многие свои мысли положить на бумагу. Про владыку Николая говорят, что он – самая крупная фигура в сербской духовной литературе XX столетия. Да и не только двадцатого. Со времен святого Саввы2 не было в сербском народе столь вдохновенного и глубокого проповедника и духовного автора. Но я думаю, что святитель Николай Сербский – одна из крупнейших фигур в духовной литературе ХХ века всего Православия. Его можно поставить вровень со священномучеником Иларионом (Троицким), святителем Иоанном (Максимовичем), святителем Лукой (Войно-Ясенецким), преподобным Силуаном Афонским, преподобным Паисием Святогорцем и другими подвижниками ушедшего века.

Святитель оставил нам ценное богословское, философское и литературное наследие. Про работы святителя можно сказать словами преподобного Амвросия Оптинского: «Где просто, там и ангелов до ста». Святитель умел говорить о главном просто, глубоко и лаконично, а главное – твердо придерживаясь не искаженного ересями христианского мировоззрения. Литературное наследие владыки Николая, богослова с мировым именем, насчитывает пятнадцать объемистых томов, содержащих самые разнообразные по жанру произведения, среди которых – жемчужины мировой православной книжности. Первые свои серьезные работы Николай Сербский опубликовал еще перед Первой мировой войной, когда преподавал в Белградской духовной семинарии: «Над грехом и смертью» (1911), «Беседы под горой» (1912), «Религия Негоша» (1912). В 1920 году иеромонах Николай был рукоположен во епископа Охридского. В Охриде, древнем граде Македонии, расположенном близ Охридского озера, одного из красивейших в мире, им был создан целый цикл литературных произведений: «Молитвы на озере» (1922), «Слова о Всечеловеке» (1920), «Мысли о добре и зле» (1923), «Охридский пролог» (1928), «Омилии» (1925), «Символы и сигналы» (1932), «Война и Библия» (1932) и другие.

Находясь в заточении у немцев в монастыре Любостыня (1941–1942), святитель написал «Феодул, или Раб Божий», «Индийские письма», «Любостыньский стослов», ряд других работ. Выйдя в 1945 году из лагеря Дахау, он вынес с собой написанный в застенках труд «Сквозь тюремную решетку»3. В годы послевоенной эмиграции им были написаны такие шедевры, как «Жатвы Господни» (1952), «Страна Недоходимая» (1950), «Единственный Человеколюбец» (издана уже после смерти святителя в 1958 году).

В разные годы (не всегда точно можно идентифицировать время) были написаны такие работы, как «Царев завет», «Агония Церкви», «Семь ключей к вечной жизни. Мысли о пути человека к Небу», «Житие свт. Саввы Сербского», «Наука закона (номология)», «Вера святых. Катехизис Восточной Православной Церкви», «Молитвы на озере», «Чудеса Божии», «Верую. Вера образованных людей», «Сербский народ как раб Божий», «Миссионерские письма» и многие другие. Жанры и формат работ святителя разнообразны: богословские трактаты, проповеди и духовные наставления, жития сербских святых, лекции, статьи по актуальным проблемам текущей политической и общественной жизни, притчи, письма.

Наиболее объемной из всех работ является «Охридский пролог» – жития избранных святых в четырех томах. Эта книга известна каждому православному сербу – так же как известны русским православным «Жития святых» Димитрия Ростовского. Также весьма внушительны по объему «Миссионерские письма». Это сборник писем, которые в течение нескольких лет святитель писал своим корреспондентам, вступавшим с ним в переписку. Всего получилось три части, в которые вошло 292 письма святителя.

Есть и небольшие книжечки, по сути брошюры, но стоящие иных толстых томов. Например, «Символы и сигналы». Ее объем – менее ста страниц, но без преувеличения можно сказать, что это основы христианской философии. В этом же ряду настоящие жемчужины православной мудрости – «Наука закона» («Слово о законе») и «Жатвы Господни».

Труды святителя Николая Сербского начали переводить на русский язык сравнительно недавно, и переведено еще далеко не все. Также, к сожалению, пока еще нет полного жизнеописания святителя – даже на сербском языке. Интерес к личности Николая Сербского стал возрастать после крушения социалистической Югославии, в которой имя святителя было табуировано. Дополнительный импульс росту этого интереса дало прославление Николая Сербского как святого Сербской Православной Церковью в 2003 году. С 80-х годов прошлого века ведется поиск документов, раскрывающих детали непростой жизни святителя, неизвестных ранее писем и публикаций, а также записываются воспоминания людей, знавших его.

Можно надеяться, что процесс знакомства русской аудитории со святителем Николаем Сербским и его творчеством продолжится по мере находок новых документов, писем и других материалов, по мере появления новых переводов на русский язык произведений святителя. Не секрет, что сегодня в России святитель Николай Сербский не менее популярен, чем многие наши чисто русские святые. Отчасти секрет этой популярности заключается в том, что святитель очень любил Россию. По сути, он считал ее своей второй родиной.

Хотя Николай Сербский родился и жил в Европе (географически Сербия – почти центр Европы), его отношение к ней было весьма неоднозначным. Некогда христианская Европа к началу ХХ века уже не только утратила свою горячую веру, но и стала атеистической, даже богоборческой. И этот вывод святителя касался не только простого народа, но и церковной иерархии западного христианства, представленного католицизмом и разными протестантскими конфессиями. Святитель назвал это «агонией Церкви».

Святитель немало времени провел в Америке (еще до того, как он там стал постоянно жить в качестве эмигранта после изгнания из Сербии). Надо сказать, что Николай Сербский питал определенные надежды на Новый Свет, считая его несомненно более «живым» в духовном плане по сравнению с умирающей Европой. Однако уже в последние годы своей жизни святитель увидел (тем более что жил в Америке), что Новый Свет также духовно деградирует, и уже не проявлял особого оптимизма касательно спасения из-за океана. Опять и опять его мысли возвращались к России. Святитель все более укреплялся в убеждении, что именно Россия будет последним надежным оплотом христианства.

О чем пишет святитель? – О главном. На мелочи и второстепенные вещи он не разменивается. Но при этом он умеет через какую-то, на первый взгляд, мелочь рассмотреть главное. А что главное? Главное – Бог, который выступает в разных ипостасях – как Истина, как Спаситель, как Учитель, как Жнец и т.д. Так, в своей работе «Жатвы Господни» Николай Сербский раскрывает суть Бога как Жнеца: Он взращивает нивы (человечество) и собирает с них «пшеницу» для Своей Житницы, под коей понимается Царство Небесное. Под «пшеницей» понимаются люди, которые удостаиваются звания гражданина Царства Небесного. А остальные, согласно евангельской притче о пшенице и плевелах, сжигаются.

Святитель – человек в высшей степени образованный, но он свое знание не выпячивает, оно делает его не надменным (как большинство современных интеллектуалов), а мудрым. Мудрость заключается и в том, чтобы свои знания донести до других так, чтобы их другие приняли с охотой, как жизненно важные. Все знания об окружающем мире святитель пропускает через Священное Писание и Священное Предание. Благодаря этому слушатели и читатели святителя начинают острее чувствовать глубочайшую мудрость и Ветхого, и Нового Заветов, а также другими глазами смотреть на то, что они до этого вроде бы видели, но до конца не понимали.

Святитель не столько дает читателю знания, сколько учит его понимать смысл событий, явлений, фактов, которые сегодня, к сожалению, проходят через человеческое сознание почти «непереваренными». Николай Сербский не столько рассказывает, сколько учит слушать и слышать. Он не столько показывает, сколько учит смотреть и видеть. Более того, он призывает читателя осторожно относиться к рациональному изучению мира (это метод для «слепых», которых учат передвигаться на ощупь), предлагая взамен то, что сегодня в гносеологии называется невнятным словом «интуиция». На самом деле это видение мира духовным зрением. И святитель «лечит» своих «слепых» читателей, которые стали жертвой европейской философии и материалистической науки, открывая им глаза и давая возможность напрямую созерцать Истину.

Мне приходится иметь дело со студенческой молодежью (преподаю в вузе). Видно, насколько у нее повреждено сознание. Вот некоторые «дефекты» сознания.

Во-первых, современный молодой человек способен концентрировать свое внимание лишь на каких-то фрагментах окружающего мира. Этот феномен сегодня называется «клиповым» сознанием. Человек не в состоянии видеть широкую панораму, а между отдельными фрагментами этой панорамы не усматривает никакой связи. Одним словом, у него напрочь отсутствует то, что называется «целостным восприятием» мира, «целостным мировоззрением» (то что еще в XIX веке в России называли «целомудрием»; сегодня, к сожалению, этому слову придали иное значение).

Во-вторых, он не может в потоке обрушивающейся на него информации отделить главное от второстепенного. Он абсолютно не чувствует иерархичности мира. Отсюда сплошь и рядом возникают ситуации, когда какое-то событие, явление, какой-то объект (или субъект) определяется первопричиной других событий, явлений и т.п. А на самом деле первопричина намного глубже (или, наоборот, намного выше), а то, что выдается за причину, – лишь одно из промежуточных звеньев длинной цепи причинно-следственных связей. Отсутствие способности отделения главного от второстепенного – следствие упомянутого выше первого «дефекта». Понятно, что второй «дефект» не позволяет человеку принять правильный план действий, который был бы нацелен на исправление или ликвидацию истинной первопричины тех неприятностей, с которыми человек собирается бороться. Второй «дефект» превращается сегодня в самую настоящую катастрофу, поскольку мир сегодня переживает информационный «взрыв», причем 99% всего информационного пространства заполняется откровенно ложной информацией (ее называют дезинформацией, «фейками», «информационным мусором», «токсичной информацией» и т.п.). Человек, как правило, не в состоянии отделить «зерна» от «плевел» (истинное от ложного), все более отравляясь «токсической информацией».

В-третьих, современный человек утрачивает (уже почти полностью утратил) такую способность, как целеполагание. Он в основном реагирует на текущую ситуацию – это не целеполагание, а скорее рефлексия, и это стирает грань между человеком и животным, потому что поведение животного основано на безусловных рефлексах и инстинктах. А между тем и этот дефект связан непосредственно с двумя вышеназванными. Достаточно сказать, что два понятия – «целостное мировоззрение» и «целеполагание» – имеют один корень – «цель». Без настоящего целеполагания не может быть и целостного мировоззрения, а без целостного мировоззрения человек не в состоянии увидеть цель, правильно ее сформулировать.

В-четвертых, современный человек утрачивает важнейший инструмент познания и практической деятельности, связанной с целеполаганием, – слово. Слово, как меня учили в институте почти полвека назад, – инструмент коммуникации между людьми. Это так, но этого недостаточно. Как позднее я выяснил, это еще и инструмент мышления. А еще позднее (когда прочитал Евангелие), понял, что это средство общения человека не только с другими людьми, но и с Богом. И более того, узнал, что Иисус Христос также называется Логосом по-гречески, а по-русски – Словом. Не вникая в смысл слов и тем более заменяя слова, имеющие божественное происхождение, на слова, придуманные падшим человеком (ложные, а иногда и грязные), наш современник окончательно теряет ориентацию в мире.

Это тема большого разговора о том, как человек из homo sapiens на наших глазах превращается в человекоподобное животное. Только в отличие от настоящего животного человекоподобное существо утрачивает ориентацию в пространстве и времени, теряет способность отличать полезное от отравы, а также начинает пожирать себе подобных (животные, за редким исключением, такого себе не позволяют).

Какое отношение это имеет к святителю Николаю Сербскому? – Самое непосредственное. Труды святителя, по моему мнению, хорошее лекарство, которое может помочь хотя бы некоторым из тех, кто подвергся «отравлению» материалистической философией, рационалистическим естествознанием, современными «теориями» типа дарвинизма, марксизма, ницшеанства и т.п. Они также помогут тем чудакам, которые тратят годы и десятилетия на поиски абсолютной истины, но безнадежно заблудились в «трех соснах» относительных истин тех или иных философских и научных теорий. Святитель поможет вывести их из этих «трех сосен» на ту дорогу, которая ведет к Истине с большой буквы.

Не скрою, что и мне святитель помог выбираться из тех философско-научных джунглей, в которые я в силу своего большого любопытства стремился с младых ногтей. Правда, издали они мне казались не джунглями, а чем-то наподобие Эдемского сада. Много позднее я ощутил в этом лесу холод и мрак вместо приятного тепла и света. Как я выбирался? – Читая потихоньку труды святителя. Сначала подчеркивая и делая закладки, а потом конспектируя и сопровождая записи своими комментариями и размышлениями по поводу прочитанного. И когда таких конспектов-комментариев набралось достаточно много, я их собрал воедино. И теперь в виде книги их предлагаю вам, уважаемый читатель. Значительная часть моих материалов (конспектов-комментариев) была опубликована в разных электронных изданиях. Предлагаемая книга составлена преимущественно из таких публикаций. Я почти ничего в них не менял4.

Также хочу обратить внимание на то, что у меня под рукой некоторые работы святителя имелись в разных переводах. Использовал, как правило, тот, который мне казался лучшим5.

Полного собрания сочинений Николая Сербского на русском языке до сих пор нет. Впрочем, как говорят знатоки, даже изданное в Сербии 15-томное собрание сочинений святителя не является полным. У нас в России издаются лишь отдельные работы или сборники работ6.

Конечно, мои конспекты-комментарии не охватывают всего многообразного творческого наследия Николая Сербского. Основное внимание в данной книге я уделяю следующим произведениям святителя: «Символы и сигналы», «Наука закона», «Война и Библия», «Жатвы Господни», «Агония Церкви», «Духовное возрождение Европы». При подготовке данной книги я активно пользовался третьим томом серии издательства «Паломник», который называется «Духовное возрождение Европы» (2006 год); в нем содержится довольно много небольших работ. Кроме того, в своих конспектах-комментариях я довольно часто ссылаюсь на «Миссионерские письма», «Мысли о добре и зле», «Любостыньский стослов», «Стослов», «Последние записи» и некоторые другие маленькие шедевры святителя.

Часть I. О «закате Европы» и «конце истории»

В XVIII столетии Европа перестала быть центром самой передовой мировой цивилизации. Сейчас она, качаясь и оступаясь, бредет по самой кромке пропасти, грозящей ей гибелью, жадно хватаясь то за одни, то за другие изменчивые ценности.

Сегодня Европа более, чем когда-либо, превратилась в фабрику смерти.