Православное понимание экономики

Дополнительные сведения и размышления о городской «цивилизации» до Потопа

Появление городов и развитие городской экономики сопровождалось углублением общественного разделения труда, а оно, в свою очередь, порождало товарно-денежные отношения. Священник Даниил Сысоев обратил внимание на то, что Иавал создал рынок животных. Следовательно, были уже товарно-денежные отношения.

Кое-какие дополнительные сведения о том, как жили и чем занимались потомки Каина до Потопа, мы узнаем из «Келейного летописца» святителя Димитрия Ростовского: «Научилось племя Каиново и волхвованиям, чародейству и заговорам, а также и общению с бесами. И было сие племя богопротивно и богомерзко, почему впоследствии и подверглось истреблению Потопом»[11].

На некоторые особенности жизни каинитов, появившиеся еще до Потопа, обращает внимание древний еврейский историк Иосиф Флавий: «Свои владения он увеличивал грабежами и насилием, и, приглашая своих сотоварищей к совершению бесстыдства и разбойничанью, он становился руководителем и наставником их в разных гнусностях. Изобретением весов и мер он изменил ту простоту нравов, в которой дотоле жили между собою люди, так как жизнь их вследствие незнакомства со всем этим была бесхитростна, и ввел вместо прежней прямоты лукавство и хитрость. Он первый поставил на земле разграничительные столбы, построил город и, укрепив его стенами, принудил своих близких жить в одном определенном месте»[12]. Комментируя описание жизни Каина в книге Иосифа Флавия, священник Даниил Сысоев пишет: «…Каина можно считать родоначальником паспортной системы, торговли и частного землевладения»[13].

О разбойном образе потомства Каина пишет также Димитрий Ростовский: «Каков корень, таковы и ветви: каков отец, таковы и чада. Ибо Каин во всем зле для своих детей был пример и начало, и он первый со своим племенем начал определять землю, творить разбои, грабить и собирать богатство не только от труда рук своих, но и от хищения и насилия. И восстали отсюда среди людей войны»[14].

Каиниты перестали полагаться на свой труд, стали грабить и жить за чужой счет. Возникла первая, самая примитивная форма эксплуатации человека человеком. Много позднее появится более «усовершенствованная» форма в виде эксплуатации наемного труда капиталом.

О «цивилизации» и «цивилизованном мире»

В потомках Каина, как отмечал наш богослов В. Н. Лосский, возникла «цивилизация, – эта огромная попытка восполнить отсутствие Бога. В цивилизации люди стараются забыть Бога или заменить Его: забыть в ковке металлов, отдав себя в плен земной тяжести и сообщаемому ею непроницаемому могуществу, или же заменить Его праздником искусства, томительным утешением музыки»[15]. Авдеенко примерно так же определяет «цивилизацию»: «Цивилизация есть деятельность, изначально несущая в себе установку на созидание целостного рукотворного мира. Начало цивилизации – всегда “город”»[16].

«Цивилизация» как создание рукотворного мира, свободного от Бога, – это и безумный проект Вавилонской башни, который пытался реализовать один из далеких потомков Каина восточный деспот Нимрод (глава 10 Книги Бытия). Символом такой «цивилизации» является и новый Вавилон, «великая блудница», который должен пасть в последние времена (глава 18 Апокалипсиса).

Интересны замечания Ф. М. Достоевского по поводу «цивилизации»: «Цивилизация вырабатывает в человеке только многосторонность ощущений и решительно ничего более. А через развитие этой многосторонности человек еще, пожалуй, дойдет до того, что отыщет в крови наслаждение. По крайней мере, от цивилизации человек стал если не более кровожаден, то уж наверное хуже, гаже кровожаден, чем прежде»[17].

Впрочем, есть и другое понимание цивилизации – как определенного культурно-исторического типа, как модели общества с уникальным духовно-религиозным «кодом». Такое определение цивилизации дано в работах Н. Я. Данилевского, К. Н. Леонтьева, Л. А. Тихомирова и других отечественных мыслителей. Чтобы различать два понятия, я цивилизацию в вышеприведенном определении В. Лосского и Е. Авдеенко (то есть каинитскую цивилизацию) ставлю в кавычки или называю «цивилизованным миром» (тоже в кавычках).

Неотъемлемым атрибутом современной «цивилизации» является «прогресс». Это ключевое понятие современной каинитской идеологии. Любой прогресс: научный, технический, социальный, экономический, информационный и т. п. Понятие крайне невнятное, фактическим современным каинитам заменяет Бога. Чтобы «обосновать» прогресс, каиниты разрабатывают разного рода либеральные теории и учения[18]. В конце XX – начале XXI века особенно пышным цветом расцвели разные теории экономического либерализма.

В конце ХХ века, когда в России начались «реформы», нам предлагали стать частью цивилизованного мира. Не могли же нам прямо сказать, что за этим туманным термином скрывается каинитская «цивилизация».

Капитализм – новое название каинитской «цивилизации»

Итак, уже в главе 4 мы видим зачатки и контуры той «цивилизации», которая сегодня расцвела пышным цветом. Некоторые толкователи и святые отцы называли эту цивилизацию каиновой, или каинитской. Другие определяют ее как «городскую цивилизацию». Для этой цивилизации характерно то, что Каин и его потомки действительно стали изгнанниками и скитальцами на земле. По крайней мере, в трех смыслах. Во-первых, они удалились от Бога. Во-вторых, они стали бояться других людей (Сифа и его потомков). В-третьих, они стали ограждать себя от природы. Эта удаленность от Бога, эти фобии Каина и его потомков привели к тому, что каиниты «закрылись» в городах. Заметим, что слово «город» происходит от слов «ограда», «ограждение». Жизнь каинитов стали протекать в рамках городской цивилизации. Отличительными особенностями такой цивилизации стала безбожная культура, развитие ремесел и промышленности, появление извращенных (ложных) потребностей, нечестие и откровенный разврат, убийства и обман. Об этом мы узнаем дополнительные сведения из следующей, пятой главы.

Сегодня большая часть человечества на нашей планете проживает в условиях такого общественного порядка, который принято называть капитализмом. Но, кстати, термин «капитализм» вошел в широкий обиход лишь в конце XIX – начале XX века. Некоторые думают, что это произошло в результате появления фундаментального труда Карла Маркса, который назывался «Капитал». Однако удивительно, что «классик» предпочитал вместо терминов «капиталистический» и «капитализм» использовать слова «буржуазный», «буржуазный строй». Они происходят от слова «буржуа», которое в Европе понималось как городской житель. Что из этого следует? – Что современный капитализм – продолжение все той же городской, или каинитской, цивилизации, которая описана в главе четвертой Книги Бытия. Просто все свойства тогдашней цивилизации сегодня приобрели гипертрофированный характер.

Кстати, обращу внимание читателя на то, что Каин поселился в земле Нод. Толкуя главу четвертую Книги Бытия, Ефрем Сирин говорит, что земля Нод называлась так из-за сотрясений, которым она подвергалась при пребывании на ней Каина. Мне кажется, что сегодня уже вся планета населена потомками Каина и превратилась в сплошную землю Нод. Это проявляется во всех сферах жизни: политической, военной, финансовой, экономической. В сфере экономики и финансов – постоянные кризисы; колебания валютных курсов; мельтешение индексов, процентных ставок, рейтингов; взлеты и падения биржевых котировок; банкротства одних фирм и учреждение других; мгновенные состояния и не менее быстрые потери капиталов и т. д. и т. п. Все эти колебания и сотрясения в «умных» книжках по экономике называют таинственным словом «волатильность».

О «кризисе окружающей среды»

Сегодня, в XXI веке, принято говорить о «кризисе окружающей среды». А ведь сам термин «окружающая среда» передает настороженное отношение современного человека к окружающей его природе. Это отношение не только настороженное, но даже враждебное и агрессивное. Человек выстраивает свои отношения с природой через ее «покорение». Все это отзвуки той второй вселенской катастрофы, которую мы связываем с первым убийством человека. Процесс отчуждения человека от природы стал особенно ощутимым при переходе традиционного (основанного на сельском труде и сельской жизни) общества к капитализму, основанному на промышленности, торговле и ростовщичестве. Мир человека стал ограничиваться городской средой, что еще больше увеличило пропасть между Богом и человеком. Он перестал постигать Бога через рассматривание Его творений[19]. Сегодня отчуждение человека от мира, сотворенного Богом, вышло на новый уровень. Если в XIX–XX веках человек погрузился в рукотворный мир, который все-таки был материальным, то сегодня он большую часть своего времени проводит в виртуальном мире, который в значительной мере «эмансипировался» от «грубой материи». Человек добровольно запер себя в электронной клетке интернета, компьютерных игр и различных «сетей», стал беззащитной добычей для того, кто в свое время подвиг Каина на убийство Авеля.

Парадокс современной эпохи заключается в том, что погружение человека в виртуальную реальность сочетается с гигантскими масштабами эксплуатации вполне материальных природных ресурсов. Человечество близко к исчерпанию природных богатств планеты. Явно обозначились признаки глобального экологического кризиса. Все это является ярким выражением каинитской «цивилизации» и ее идеологии (фактически религии) экономического роста. Краеугольным камнем каинитской «экономики» (обратите внимание: слово «экономика» в данном случае я тоже беру в кавычки) является ростовщичество. В каинитской (ростовщической) «экономике» все перевернуто с ног на голову: производство товаров и услуг здесь осуществляется не для того, чтобы удовлетворять жизненно необходимые потребности человека. Оно (производство) становится средством получения денежного дохода для обслуживания долга товаропроизводителей перед ростовщиками (банкирами). А поскольку долговые обязательства перед ростовщиками растут по экспоненте, то и необходим так называемый «экономический рост». «Экономический рост» превращается в «дурную бесконечность». Эта «бесконечность» не только «дурная», но и опасная, так как она требует все новых и новых природных ресурсов, приближая человечество к экологической катастрофе.

В конце XVIII – начале XIX века в Европе и в России среди «образованной публики» популярными стали идеи французского писателя и философа Жан-Жака Руссо, которые выразились в коротком лозунге: «Назад к природе». Он лишь номинально оставался в рамках христианства, а фактически уже с ним порвал. Руссо называл себя деистом, то есть он признавал, что мир сотворен Богом, но затем, мол, Творец предоставил миру развиваться самостоятельно, без Его вмешательства. Иначе говоря, Руссо отрицал Промысл Божий. Некоторые исследователи полагают, что Руссо занимал даже враждебную по отношению христианству позицию, внося в него свои «усовершенствования», базировавшиеся на идеях «гуманизма». В России у нас был свой «Руссо» – писатель Лев Толстой, который также пытался «возвращаться к природе», при этом «конструируя» собственное «христианство». Ни Руссо, ни Толстой не могли понять того, что возвращение человека к более совершенной жизни, построенной на гармонии общества и природы, возможно лишь на путях покаяния за те каиновы грехи, которые человек совершил в прошлом и продолжал совершать в настоящем.

Каинитская «цивилизация» и христианство

Каинитская «цивилизация» никогда не была единственной в истории человечества. Промыслительно Бог ей противопоставил другую цивилизацию (без кавычек), которую можно назвать Авелевой – по имени Авеля, убитого Каином. Или Сифовой – по имени Сифа, родившегося у Адама и Евы уже после убийства Авеля. У святителя Димитрия Ростовского читаем: «Сиф получил и заповедь от отца Адама – оберегать свое потомство, чтобы оно не смешалось с богоненавистным племенем Каиновым. Ибо в те времена в поднебесной было только два племени, произошедших от двух праотцев: от Каина и Сифа. Племя праведного Сифа жило праведно и свято, угождая Богу, а племя Каиново было злое и развращенное, богопрогневающее и человеконенавистное»[20].

Вся человеческая история – борьба духовных потомков этих двух племен. После пришествия две тысячи лет назад к людям Спасителя потомки Сифа стали христианами, образовали христианскую цивилизацию. Борьба истинного (православного) христианства с «цивилизованным миром», выступающим под самыми разными «вывесками», все обостряется. Борьба продлится до последних времен, описанных в Апокалипсисе. Конечно, границы двух цивилизаций не проходят по государственным границам (как некоторые думают). Они проходят через сердца людей. Тем не менее можно смело сказать, что современный Запад – «сгусток», «концентрат» каинитской «цивилизации». Россия же – главный земной оплот авелевой цивилизации.

Мы начали наш разговор с экономики. Ею же и закончим. Для истинно верующего человека ключевыми являются слова Спасителя из Нагорной проповеди: «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам» (Мф. 6, 33).

К сожалению, у нас сегодня «ищущих Царства Божия» очень мало. Поэтому «остальное» у многих порой не «прикладывается». Люди удивляются, не могут понять причины своих скорбей и нищеты. Начинают даже роптать на Бога. Познание тайн экономики требует отхода от прямолинейного (протестантского, материалистического, рационального) мировосприятия. Сегодня это очень сложно, потому что значительная часть нашего взрослого населения прошла «промывку мозгов» в вузах, где раньше преподавалась политэкономия (марксистская версия каинитской идеологии), а ныне мозги «промываются» американской «economics» – протестантско-иудейской модификацией все той же каинитской идеологии.

В нашей стране ведутся активные дискуссии по поводу того, какая модель экономики нам нужна. Но если мы действительно рассматриваем Священное Писание (и Книгу Бытия) как Откровение Бога, как нравственный и духовный ориентир для христиан, то мы должны признать, что все обсуждаемые варианты модели (даже самые радикальные) все равно находятся в русле каинитской «цивилизации». Идеальной моделью для христиан может и должна быть экономика благодати, о которой мы упомянули в самом начале. В чистом виде она существовала в раю и в усеченном виде – за пределами рая, до первого в истории человечества убийства. Как человек свои физические, умственные и духовые силы получает через благодать Бога, так и экономика нуждается в благодати. Без благодати Божией вся экономика рассыпается в прах. Как сказал Спаситель, «без Мене не можете творити ничесоже» (Ин. 15, 5).

Еще хотел бы обратить внимание на то, что слишком много внимания мы (так называемые православные) уделяем вопросам потребления. Что ж, таков «дух времени», печать «общества потребления». Человек создан по образу и подобию Бога. А коль важнейшее свойство Бога – Творец, то истинно православный человек не может не быть творцом. А экономика – прежде всего не потребление, а создание, творчество, созидание. Православие, дающее наибольшие возможности человеку преобразить себя по образу и подобию Божию, обеспечивает истинно православному обществу несравненные преимущества в деле экономического строительства (домостроительства). Сегодня мы пребываем в экономической разрухе, при этом постоянно «стенаем», подобно потомкам Каина. Это явный признак того, что мы лишь номинально православные.

Наверное, мы не сможем сами себя вытянуть за волосы из болота каинитской «цивилизации». Слишком глубоко увязли. Строить дом (экономику) на болоте – занятие малопродуктивное. Нам остается лишь надеяться на помощь Бога, а она может прийти лишь через наше покаяние. Покаяние – это сердцевина христианства.

Посмотрел этимологию слова «покаяние» в разных словарях. Вариантов происхождения много. Один из них связан с именем Каина. Человек «окаянный» – тяготеющий к Каину или даже пребывающий в лоне каинитской «цивилизации». «Раскаяться», «покаяться» – признать свою окаянность и бороться с ней, вырваться из каинитской «цивилизации». Я не филолог и не могу сказать, насколько эта версия убедительна и законна. Но если смотреть на вопрос с точки зрения спасения, то понимание того, что через покаяние ты расторгаешь связи с миром первого убийцы Каина, может очень помочь в этом жизненно важном деле.

Об изгнании Христом торговцев и менял из храма

История изгнания Иисусом Христом торговцев и менял из Иерусалимского храма (история очищения храма) – одна из наиболее ярких и запоминающихся в Новом Завете. Об этой истории мы читаем в Новом Завете четырежды: в Евангелии от Иоанна (2, 13–17), в Евангелии от Матфея (21, 12–13), в Евангелии от Луки (19, 45–46), в Евангелии от Марка (11, стихи 15–17).

О сюжете очищения храма написано и сказано немало отцами Церкви, богословами, писателями, философами и прочими мыслителями за последние две тысячи лет.

В толкованиях на указанные места из Священного Писания подробно говорится: о пагубном влиянии страсти сребролюбия и стяжательства на душу человека; о том, что Христос в этот момент объявил напрямую о Своем Божественном происхождении (когда сказал про храм: «дом Отца Моего» – Ин. 2,16); о том, что изгнание Христом торгашей и менял из храма было той последней каплей, которая привела фарисеев и первосвященников к решению об убийстве Сына Божия; о том, что это был протест Христа против превращения дома молитвы в вертеп разбойников (Мф. 21, 13) и т. д.

Хотелось бы обратить внимание натри момента, которые мне показались важными, но исчерпывающих комментариев и объяснений по которым в трудах св. отцов, богословов, историков и философов найти не удалось.

Момент первый. Как известно, Христос в течение всех трех с половиной лет Своего земного служения не только учил, но часто обличал. Обличал Он прежде всего фарисеев, саддукеев, книжников. Обличал, то есть раскрывал их злые помыслы, давал оценку их злым поступкам, объяснял истинный смысл их лукавых речей. Обличал, то есть воздействовал словом. Обличал, но при этом проявлял смирение и терпение в отношении окружавших Его грешников. Еще в VII веке до Р. Х. пророк Исаия говорил о грядущем Христе: «Трости надломленной не переломит, и льна курящегося не угасит, будет производить суд по истине» (Ис. 42, 3); эти слова пророка в своем Евангелии воспроизвел св. Матфей (Мф. 12,20).

А вот в случае с торговцами и меновщиками Он действовал не только и не столько словом, сколько силой (перевернул скамьи торговцев, столы меновщиков, изгнал их из храма). Вполне вероятно, что этим Он дал понять, что бороться с таким злом, как торгашество и ростовщичество, следует не только словом, но также силой.

Если бы Он просто желал бы наказать торговцев и меновщиков, Он мог бы использовать для этого Свое слово. Вспомним, что именно словом Христос сделал так, что бесплодная смоковница засохла. Во многих случаях Христос имел возможность использовать и слово, и силу для борьбы с вполне реальным (можно сказать, физическим) злом. Вспомним, например, сцену ареста Христа, преданного Иудой. Люди от первосвященников и старейшин пришли для того, чтобы схватить Христа, а Петр вынул меч и отсек ухо рабу первосвященника. Христос тогда сказал Петру: «Возврати меч твой в его место, ибо все, взявшие меч, мечом погибнут; или ты думаешь, что Я не могу умолить Отца Моего, и Он представит Мне более, нежели двенадцать легионов ангелов?» (Мф. 26, 52–53).

А в случае с торгашами и меновщиками Он применил не слово, а силу, причем не силу бесплотных ангелов, а Свою собственную физическую силу, проявив Свою человеческую природу. Правда, вместо меча Он взял не меч, а хлыст, сплетенный из веревок. Вероятно, этим поступком Он дал нам понять, что в некоторых случаях со злом надо бороться не только уговорами и обличениями. Очевидно, именно зло торгашества и ростовщичества относится к таким случаям. Я не готов немедленно ответить на вопрос, какую силу и каким образом можно и нужно применять в современных условиях для борьбы с торгашами и ростовщиками. Но уходить от ответа на этот вопрос было бы неправильно.

Момент второй. Если в Евангелии от Иоанна речь идет об изгнании торговцев и меновщиков из храма в начале земного служения (первая Пасха, пришедшаяся на период служения Христа), то в остальных трех Евангелиях описывается изгнание Христом торговцев и меновщиков из того же храма через три года, в конце Его земного служения.

Существует, правда, мнение, что евангелист Иоанн говорило том же событии, что и другие евангелисты. Некоторые богословы обращают внимание, что св. Иоанн в своем повествовании не преследует цели последовательного, хронологического изложения евангельских событий, что, исходя из духовного замысла повествования, святой Иоанн поместил данный сюжет, относящийся к последним дням земной жизни Спасителя, в начало своего повествования. Однако большинство богословов все-таки придерживаются той точки зрения, что было два очищения храма от спекулянтов. Именно так толкуют евангельскую историю, например, св. Феофан Затворник и А. Лопухин («Библейская история Ветхого и Нового Завета»).

Итак, прошло три года. Грозная сцена изгнания из храма стала стираться в памяти меновщиков и торговцев, гневное предупреждение Христа не возымело должного эффекта. Все вернулось на круги своя. Тяга к барышам и процентам оказалась для этой публики сильнее слова Бога. О чем это говорит? Это говорит о том, что вирус торгашества и ростовщичества (а шире – вирус стяжательства) глубоко проник в организм человечества, что этот организм болен и этот вирус будет сидеть в этом организме до конца земной истории. У какого-то святого отца доводилось читать, что вирус стяжательства поселился в человеке в момент его грехопадения в раю…

Нынешний финансовый кризис – также яркое свидетельство стойкости вируса торгашества и ростовщичества в человеческом обществе. Осенью 2008 года, когда начали падать многие банковские гиганты на Уолл-стрит, некоторые духовно чуткие люди совершенно справедливо заметили, что это похоже на кару Божию. Целый ряд государственных деятелей и представителей бизнеса стали говорить правильные слова о духовно-нравственных причинах кризиса. Но вот прошло немногим более двух лет, возникла некоторая стабилизация (безусловно, временная, искусственная, обусловленная накачкой мировой финансовой системы дополнительными триллионами долларов; кризис не кончился, а лишь только прошел начальную свою фазу), и испуг мировых торгашей и ростовщиков стал испаряться как утренний туман. Некоторых среди них уже нет (обанкротились), но оставшиеся (а также некоторые новички, пришедшие на смену банкротам) опять расселись стройными рядами в притворе храма и принялись за прежнее ремесло.