Да будет лед – остудит пламень. Политический детектив

– К вылету готов, – донес по радиосвязи готовность выполнить боевую задачу пилот первого вертолета до старшего сегодняшней авиагруппы.

– Это что еще за новости из внешнего мира? – настороженный неожиданным пульсированием индикации сигнала связи с аэродромными службами не ответил на отчет своего подчинённого командир авиагруппы.

– Отложить взлет, – коротко бросил командир пилотов, переключаясь на внешнюю связь с аэродромными службами.

– Вас понял – в районе полета метеоусловия препятствуют работе, – повторил он указания метеорологов.

– Услышал всевышний наши мольбы, увидел наши страдания в здешней адской кухне: в песке да на солнышке, – обрадованно поздравляли себя служащие службы технического подразделения военного аэродрома, увидев замерший на последнем шаге в небо строй авиатехники.

– Я свяжусь с командованием, – командир авиагруппы включил радиопередатчик секретной связи.

– Слушаюсь, – командир авиагруппы принял к исполнению начальственное руководство, полученное по секретному радиоканалу.

– Слушай мою команду! – это он обратился уже к своему подчиненному авиаподразделению.

– В нашем оперативном районе сложная метеобстановка. Метеорологи считают ее несовместимой с выполнением нашего задания, – продолжал информировать он ждавших его разъяснений авиаэкипажи.

– В связи с важностью поставленной перед нами задачи командование вынесло решение вылететь нам для выполнения разведывательных мероприятий, – вынес постановление для дальнейших действий авиасоединения его командир.

– Не заслужили манны небесной, – огорчил своих сослуживцев шедший позади их техник, направляясь в насиженные за время службы уютные уголки в спасительной от сжигающего солнца тени построек авиабазы.

– А заслужили мы геенны огненного солнца в этих песках, – поддержал его приятель вместе с остальными из группы обеспечения, наблюдавшими, как в небесную безоблачность поочередно погружались вертолеты, разгребая ее своими размашистыми лопастями.

– И этот день не стал исключением в испытании твердости нашего служебного духа и выносливости тела, мобилизованного секретной миссией, – с усмешкой поддержал его другой сослуживец, провожая взглядом группу вертолетов, облетаемых, как овцы на пастбище, овчаркой истребителями сопровождения.

– Вольно, расслабиться, – командир авиасоединения успокоил своих подчиненных, настороженных предстоящей встречей с фронтом непогоды в пустыне, переведя полет в режим автопилота.

– Пока все как на курортном пляже, – отозвался его помощник, оглядывая с высоты полета в оптические приборы усиления видимости, как на горизонте безоблачное небо уходит в песок пустыни.

– Курортный сезон закрывается, – командир воздушного соединения обратил внимание помощника на приближающуюся к ним со встречной скоростью мутную дымку из-за линии горизонта безбрежного песчаного моря пустыни.

– Приготовились – скоро грянет буря, – напутствовал авиаэскадрилью помощник командира, истолковав как руководящее начинание слова своего командира.

– Мы на подступах к объекту, – штурман вывел на компьютеры бортовые координаты их в воздухе относительно наземной цели секретной миссии.

– Придётся работать в напряженном режиме. Может, успеем, пока ураганный фронт не окреп, – командир авиагруппы обнадежил на удачный исход разведывательного вылета своих подчиненных.

– Тогда на самом бреющем – лучше будет видимость, – предложил его помощник, регулируя качество изображения приборов аэрофотосъемки.

– Пристегнуться, молиться, кто может, пусть не курит» – бросил вниз к пескам ведомое им авиасоединение командир.

– Да тут целый день надо утюжить, – помощник командира авиасоединения рассматривал в бортовую оптику объем работ, производимый землеройной техникой, расставленной по схеме производства выполняемых работ.

– Да, конца и края не видно, – согласился с ним командир эскадрильи, впечатленный размахом преобразований человеком пустынных просторов.

Люди вторглись нарушить тысячелетний покой здешних песков, чтобы отвоевать скрытое под ними народное достояние, распределив полки своей армии технических средств, разбросанных и за линию горизонта.

– Тут не целый день, а много таких дней от рассвета до заката надо провисеть в воздухе, чтобы заснять полную панораму текущих событий, – усмехнулся помощник, облетая на истребителе сопровождения очередной круг наблюдения за безопасной работой вертолетов, ведущих аэрофотосъемку.

– Труженики песчаной нивы приветствуют нас, – улыбнулся помощник начальника разведывательной эскадрильи, показав вниз на корпуса руководства строительством, из которого выбежали, укрываясь от усиливающихся порывов песчаной бури, несколько человек, принявшихся фотографировать пролетающее над ними на небольшой высоте авиасоединение.

– Вот и обменялись любезностями, – усмехнулся в ответ командир эскадрильи, обратив внимание на ответное фотографирование с земли полета их авиатехники над рассеянной внизу, куда хватало глаз, наземной техникой, ползающей в песчаной пыли по производственной программе.

– Пора уходить, – помощник командира эскадрильи указал своему шефу на очередной всплеск тучи песка, поднятого высоко в воздух усиливающимся порывами ветра.

Усиливающийся ветер загнал внутрь укрытия под крышей корпуса строительного руководства и наземных фотографов пролетающего разведывательного аваиэскорта.

– Уносим крылья, – мобилизовал кратким призывом своих подчинённых командир авиасоединения, уводя вверх и увеличивая скорость своей авиагруппы в попытке перегнать наступление фронта песчаного ненастья.

– Они, наверное, решили всю пустыню целиком отодвинуть в сторону, – обратил внимание своего помощника командир авиасоединения на количество наземной земляной техники под ними, стянутой на объект их разведывательных интересов.

Даже со значительно увеличившейся высоты полета движение механизмов по смещению песчаных масс пустыни уходило за горизонт.

– Чуть не унесло ветром в плен к врагам, – улыбнулся один из фотографировавших с земли отступавших перед натиском взволнованных ветром туч песчаной массы.

Они укрылись в штаб-квартире развернувшихся строительных преобразований этой пустынной поверхности планеты.

– Не вышло ли из строя наше оружие кинохроники? – фотографировавшие внимательно осматривали свою кинофототехнику, аккуратно удаляя настигшие их песчинки.

– Теперь пойдемте сохраним наши улики против нечестивых козней, чинимых нашей стране капиталистическими угнетателями, – старший группы повел за собой остальных верных последователей в отстаивании национальных интересов.

– Отсюда мы покажем сжатый в решительном протесте кулак посягнувшим на наши всенародные достижения, – отворяя тяжелую дверь сейфа, обжег взглядом, исполненным осознанием величия национального достояния, руководитель группы противодействия вражеской разведке.

– Уничтожим гадину, проникающую в наши пески!.. Сразим посягнувших на надежду народных чаяний, – все громче и стройнее становился хор его подчиненных, вторящих за своим начальником заклятия, должные поразить недругов их государственности.

– Да поразит их скорпион в самое сердце! – К ним постепенно присоединялись остальные сотрудники строительной администрации, привлеченные звучанием первоначальных выкриков в адрес врага их государства в раскаленных песках пустыни.

– Пусть захлебнутся песком, а не нашим народным достоянием!» – сила звука громогласной анафемы, поносящей противников благосостояния этого народа, переросла в спонтанный митинг, звякнув стеклами дверей и окон административного корпуса.

– Да здравствует национальное единство! – эта хрустальная нота, выжатая уже изрядно потерявшими в громкости голосами из конструкции остекления легкого здания строительной администрации, стала заключительной в сопровождении хоровых и сольных выпадов против притеснения здешней государственности.

– Воздадим хвалу всевышнему, ибо пусть не оставит он бесплодными труды наши! – вздел к небу глаза главный из присутствующих, затеявших дать стихийный массовый отпор заглотчикам их всенародной собственности.

Это он заслышал над крышей корпуса, послужившим ему и его соотечественникам храмом молитв о народном благе, стрекотание легкого вертолета и бросился из помещения наружу, забыв в своем порыве о разраставшейся песчаной буре.

– Слава богу… слава богу… – буря уже улеглась, и он, размахивая руками в ещё не остывшем пыле закончившейся патриотической сходки сотрудников строительной администрации, ожидал его посадки.

– Старались до последнего, боялись, что песчаная бури испортит съемочную технику! – сопровождал встречавший прибывшего с небес, с более высокого иерархического уровня, с подобострастным стремлением кинувшись открывать перед ним входную дверь.

– Здравия желаю, ваше превосходительство!» – согнулась отбивать поклоны оставшаяся группа кинофотосъемщиков, после чего разбрелась по рабочим местам, утомленная напряжением голосовых связок в адрес вражеской вылазки.