Жизнь – дорога

Гроза!

Гроза, еще весенний небосвод,

Вдруг потемнел, как будто в миг,

Еще не много чуть назад,

Казалось зной полит.

Но вот раздался грозный гром,

И свежий ветерок подул,

И эхом внутрь проскользнув,

Своим могуществом шагнул

.

Как будто грозный голос прозвучал,

На время как бы устрашив,

Как будто бы сейчас настал,

Тот миг, его нам восхитить.

И вот он ближе к нам гремит,

И темноту стрелою он рассек,

Шагами он могучими гремит,

И звук его, он в нас звучит.

И от могущества шагов,

И приближения его,

Дыханья ветер нам несет,

Свои порывы, в грозный миг.

И стрелы, рассекая темноту,

Прекрасным светом бьют,

Грядешь ты орошать траву,

И все живущие в миру.

Стихи – лозунг для спортзала

Будь сильным, победи себя,

Не отставай, на пол дороге,

Коль взялся ты по ней идти,

Иди, преодолев ты все невзгоды.

Стремись, взирая внутрь себя,

А нет ли там, лукавых мыслей?,

–Которые заставят бросить путь,

И принудят тебя остепениться.

Ты их гони, и не давай раздолья им,

И из последних сил тянись к победе,

Чтоб лучше стать, – ты к этому стремись,

Всегда, везде, старайся быть ты первым!

И снова поезд

И снова поезд, вновь на родину я еду,

Стакан гремит, – приятный стук колес.

На Дон, где песней вольные куплеты,

В душе казачьей родились.

Там бесконечные степей просторы,

Свободой пахнет не сравненной в них,

Там где татары и монголы,-

Сложили не один курган, что смотрит ввысь.

Там где, когда то Врангель,

С войсками вместе промышлял,

Там где Шукшин Василий умирая,

Свой фильм так до конца не снял.

Там где цыгане кочевали,

И в детстве мы завидовали им,

И где почти мы веру потеряли,

Но я надеюсь, возгоримся сим.

Что б возгорелось все то пламя,

Которое все чуждое полит,

Которое все только просвещает,

Любовь в нем только может быть.

И я надеюсь, что сию икринку,

Я до скорбящих сердец донесу,

Что б пламень, тот прекрасный не низменный,

Горел в степях без крайних на Дону.

Тот пламень, он не объяснимый,

Он все сжигает на своем пути,

Он то прекрасное явленье,

Что люди не могли бы сотворить, увы.

Он та любовь, что так нам страшна,

Ее осуществить стремимся мы,

На первый взгляд, она ужасна,

Но смерти в ней не вкусим мы.

В ней то о чем мы все мечтаем,

И нужно нам уйти от тяжкой суеты,

И до нее не шаг, ни то, что напрягая,

Взгляни, и этим загоришь и ты.

Ты будешь, тот палящий лучик,

Ты будешь частью света тем,

Что на своем пути все чуждое сжигая,

Любовь свобода имя ей!

И все мы вместе просветимся,

И воспылаем мы одним огнем,

И в миг, тот нам должно открыться,

Все то, что и не видим, и не слышим мы.

Там нет, не горя не страданья,

Там нет, не грусти, суеты,

Там есть любовь, она прекрасна,

Чем в детстве, когда цветут сады.

Чем то, когда ты в жизни встретил,

И это было в первый раз,

Чем то, что есть на белом свете,

Оно прекрасно и в любви сейчас.

И вместе мы, так все и будем,

И в прошлом в будущем и в сем,

Паря, и падая порхая,

Мы будем вместе в сем.

Гроза и молний гром дыханья,

Все это не сравниться в сим,

На этом как бы воздыханье,

Мы говорим любовь и прибываем в сим.

***

В сей день, святого Рождества,

Мы заново родились вместе с ним,

И жизнь, другую мы приобрели,

И призван, мир сей, преобразить.

О как прекрасна жизнь сия,

В не осужденье приобщаться с Ним,

Но как всем людям дать понять,

По-новому нам должно жить.

Как их призвать по-новому, служить,

Отречься от чуждых дел всех сих,

В благой же жизни вместе жить,

В Его любви чтоб познавать и в Нем творить!?!

Как просто же на первый взгляд,

Людей к Нему всех приобщить,

Но как же все же в церковь их позвать,

Чтоб в обновленном мире жить?

Об этом Господа прошу,

Как сделать это, дал Он мне понять,

Чтоб вместе нам в Едином быть,

К великой тайне приобщить!?!

Заполнены трибуны до придела

Заполнены трибуны до придела,

Охота людям зрелищ, ах как они чужды!

Как громко бьется в груди моей же сердце,

Но нужно людям зрелищ, в поединке не были они.

Минута наступает и она почти как вечность,

И это место, здесь жертве должно быть,

И поединок вовсе неизбежен,

Я должен буду жить или убить.

Как странно?,-я до безумия спокоен,

Пред поединком ночь была без сна,

Я чувствую, как что то на меня снисходит,

И этот поединок, не есть моя мечта

Какой то шум глухой, гремят трибуны,

Ах, эти лица, какие то безумные они?,

Зачем же столько им вина и зрелищ?,

Ведь этим так уродливы они!

Они готовы врать, как будто они любят,

О, Боже мой, они ведь даже не пьяны,

И не достойные вкусить они сегодня чудо,

О Боже, каким безумием они одурены.

Хотя из них, достоин каждый быть в прекрасном,

И думают они готовы жить и искренне любить?

И что находят же они в сем мерзком и ужасном?,

И посмотревши это, как дальше смогут они жить?

И раздается звон, и он пронзает сердце,

Горит огонь, здесь выбор жить, иль умирать?,

И бой смертельный, неизбежен,

И здесь я, не могу уже мечтать.

И говорю себе я-нет, сие не бесконечно,

Любовь должна здесь быть и с ней не совладать,

Ах, люди посмотрите вы сердечно,

Я сам иду на смерть, чтоб никогда не воевать.

Ах, как охота слово Бога донести!

Ах как охота слово Бога донести,

До тех кто в мире сем житейском!

Ведь что у каждого из нас внутри?

–И в этом ищет мы спасенья.

И забывает мы уже,

Как счастливы мы были в детстве,

И думаем себя спасти,

В миру мы ищем наслажденье.

А нужно лишь открытым стать,

Бросая от себя гримас оковы,

И в мире сем от сердца полюбить ,

Что нам даровано от Бога.

И солнце над тобой взойдет,

И станет мир светлей и краше,

Ведь в каждом сущем Бог живет,

И в каждом малом смысл счастья.

***

Как пасмурно бывает все, когда не знаешь,

Что нужно, в себе от части, что то поменять?,

Что сделать для того, что б жизнь в единое преображалась?

Еще мне не дано сие, наверное, понять?

Вот и молюсь с утра и каждый вечер,

Чтоб Бог ее скорее захотел мне дать,

И одинок и холоден мой каждый вечер,

А что поделать?,-с надеждою приходится мне это ждать.

***

Проснувшись рано утром, в бардаке,

По комнате моей, бумажки вижу я повсюду,

Ах, как приятно очень мне,

И нет жены, что говорит пора же мне работать.

На улицу свою я выхожу,

Толь дождь сегодня, иль зной, иль ветер,

И не дарю подарки не кому,

Один могу я сытно пообедать.

Иду я дальше по дороге ввысь,

Во круг меня угарный дым и копать,

Какой то пьяный появился в дрысь,

И что он себе под подбородок ропщет.

О ты же лето жаркая пора,

Пора очей очарований,

Проснувшись рано я с утра,

Московскую вдыхаю копать.

Рождественские

Пусть этот год, Вас полнотой наполнит,

И в Ваше сердце пусть любовь войдет,

Кто рядом с Вами пусть будет преисполнен,

Да Ваших центров пускай любовь он донесет.

Что б не когда небыли Вы оставлены и одиноки,

И если Вы от друга далеки сейчас,

Вы помнили, что кто то любит Вас на этом свете,

И встреча будет с ним, не долог этот час.

А Вы живите, слиясь в гармонии с прекрасным,

Откидывая все что есть плохое, чуждое для Вас,

И будьте счастливы в гармонии с прекрасным в этом мире,

Пуская скорей Любви настанет Вашей час.

Рождественские

Пусть в этот год осуществятся Ваши все заветные желанья,

А Рождество пускай любовью Ваше сердце больше пламени,

Пусть сбудутся прекрасные и добрых Ваших дел мечтанья,

И сердце Ваше пускай прекрасным страстным пламенем горит.

И в этом страстном пламени огня едином,

Соединенных двух любящих друг друга жаждущих сердец,

Стремленье было б достижения Любви что Свыше,

Дает любить до бесконечности и не когда не будет ей конец.

Что б Вам всегда гореть сией любовью чуждое все с ожигая

И зажигая тех вокруг чьи холодные еще пока сердца,

Тепло огня единого свое им, отдавая,

Чтоб вспыхнули быстрей и их потухшие сердца

Храни Вас Бог, и оставайтесь Вы всегда такою нежной,

Храните Вы сие, что Свыше Вам от Бога что дано,

Не забывайте Вы и тех, кто из дали Вас так же любит,

Кому увидеть Вас, увы, не как не суждено

***

Сегодня мне как будто было откровенье,

Что Боже не даешь ты мне ее,

Из за того, что не постигло искушенье,

И я совсем бы не творил бы не чего.

И время ты сие даешь, что б получил я знанье,

Что б не жил я только для нее,

Что б день пришел, и время то настало,

И я смог и жить и что то делать сверх того.

Но Господи пойми, ведь хочется ее мне,

Ведь хочется с мне с кем то вечер быть,

И для Тебя, день, – Тысячелетье,

А МНЕ ВЕСЬ ДЕЛЬ ЛИШЬ ТОЛЬКО ХОЧЕТСЯ О НЕЙ МЕЧТАТЬ.

Проходит день другой, я и чувствую себя я старше,

А так ведь хочется мне с нею быть,

Не хочется мне ждать тысячелетье,

И надоело только мне о ней мечтать.

И Говорю, я Господи помилуй,

Дай мне, пожалуйста, ее скорей,

Идет, проносится все время,

Его же мне не повернуть уж в спять.

И жду ее, и говорю я Господи помилуй,

Уж честно, надоело ждать,

Дай мне ее, пожалуйста, скорее,

И помоги, чтоб сбылось все, а я же перестал о ней мечтать.

Молитва

Глаголю,-Господи помилуй,

И тут же говорю я,Ты помогите мне,

Дай мне что б кто ни будь наполни весь мой вечер,

Дай ту, которая со делает компанью мне!?

И так глаголю я уже не вечер, не день не ночь,

О господи, – о сколько может продолжаться,

Мое препровождение не в бытие?!

Настанет вечер, и разойдутся многие по парам,

Опять, – а где же место мне?

Старушка что из триста десятой,

Рассказывать, начнет о все проблемах мне.

Но буду честен,-надоело это только слушать,

Охота встретить мне ее,

Устроить ей мне романтичный ужин,

Но где она,-опять мечтанья все сие.

И говорю я Господи,-Ты помоги мне,

И успокаивая я себя, – а значит не нужно сие,

Раз не дает мне Бог осуществить сей романтичный ужин,

Так значит это же не нужно мне.

И говорю я,-Господи когда же?

Когда Ты сотворишь сие?

И только в сердце, лишь надежда,

Что не дает поникнуть с головой всему же мне.

И так я каждый день глаголю,

Пожалуйста,-Ты господи мне помоги,

Пожалуйста дай мне ее скорее,

Дай мне ее порадует что сердце изнутри.

Диалог с другом

По бескрайним дорогам страны,

Возвращался с войны, ты солдат,

Как девицы, стояли березы, стройны,

Был прекрасен вечерний закат.

И в глубоких зелеными красками русских лесах,

Песнь красивую лил соловей,

Думал ты, что, приехав, домой,

Жизнь свою, преобразишь ты в ней.

Ты геройски служил и, приехав с войны,

Ты увидел иное, что чуждо, увы,

Ты увидел, не святость, не радость мечты,

И померкло вдруг солнце у тебя внутри.

Придя в храм, ты сказал;– братья, мои,

Сумасшедший, подумав, сказали они.

В кабаке, сказал ты; – друзья,

И подумал, сие, говорить здесь нельзя.

И любимой, сказал ты; – люблю,

Мир прекрасный я свой отдаю,

Я, дарю тебе сердце свое, что ценю,

Рай тебе в шалаше я дарю.

«Чудный»,– ты слышишь обратно в ответ,

Рай твой не нужен, – его уже нет,

Деньги мой рай, а его у тебя нет,

Рай свой засунь ты во старый штиблет.

Родине, глупо своей ты служил,

И в мире все ты совсем позабыл,

Террор ты в пахучем сортире мочил,

И мир прекрасных страстей ты забыл.

Нет, не хочу я кого то пленить,

Братья простите, я хочу просто жить,

Красить я землю родную хочу,

И убивать никого не хочу.

И в храме ты слышишь,-

–Женись и живи,

В дом свой ты только копейку неси,

И не глаголят, чтоб ты, что то творил,

А, только так вот ты скудно и жил.

Как же братья могу я так жить,

Я, ведь хочу, любит и творить,

Землю родную свою защищал,

И о любви я ведь только мечтал.

Видел я слезы, видел я кровь,

Но о любви я мечтать только мог,

И возвращаясь с войны я домой,

Думал о церкви и жизни другой.

Ехал и видел березы во круг,

Небо багряное, солнечный круг,

Видел, как кормит матерь птенцов,

И мир был без воин, а полон цветов.

Как же все чуждо, – где церковь, мой брат?

Ты говоришь мне, – я жизнь за нее, готов бы отдать

Где моя женщина, что будет ждать?

Где, это все, – скажи ты мой брат?

Много ты видел, и ты говоришь,

Страданьями своими, – как жить повелишь?

Я, отвечаю; – Брат ты страдал,

Ты больше меня брат на фронте видал,

Ты проходил, сквозь те слезы войны,

Жить мы месте с тобою должны.

Где нам быть вмести, скажешь ты мой брат?

И то, что осталось, кому бы отдать?

Отдать кому бы свои те мечты,

Что не сбылись, а в прошлом остались, увы.

Где ты прекрасная леди моя,

Что бы в едином с тобой быть всегда?

Песни с тобою друг другу нам петь,

Сердце, друг другу дарить и лететь.

Я, может, думаю не так все?

Все это общее чуждое мне,

И годы пополняли наш с тобою запас,

И в сердце моем десятый класс.

А, может, не вырос еще я пока?

Как нужно вырасти нам всем, что бы уж наверняка,

Но как же жизнь наша тогда вся грустна,

В ужасном мире, царит только тоска?!

Нет, отвечаю тебе я мой брат,

Есть мир другой, где все только творят,

Мир полон не сказок, а грез,

Мир, где царит доброта, все в серьез.

Там то, что видели, мы с тобою в кино,

То, что в сердцах, в нас горело все то,

То, что мы думали, как будто ушло,

Здесь та любовь и все не прошло.

Здесь все открыты, красивы сердца,

Здесь и те сестра, все те, как мечта,

Когда, ты и слезы и кровь проливал,

О них ты как раз в тот момент и мечтал.

Ну а возраст? – Ну что же браток,

Все это раньше найти я не мог,

Но это то место, где быть мы должны,

Где все сбываются наши мечты.

И я это место тебе покажу,

Всю ту церковь, где Богу служу.

Ты же братуха, приходи к нам быстрей,

С минных, страшных и чуждых полей.

***

Ты живи и твори на бело,

И пусть даже в округе черно,

Жизнь твоя, пусть будет светла,

С тобой Бог, и ты не одна!

***

Не хорошо быть человеку одному,

Сказал Господь прекрасное творя,

Ведь должен с кем то он творить мечту,

С прекрасным дал ему жену даря.

***

Лишь только Бог и Церковь, спасти от этой скудной жизни могут,

Но как к сему же человека, соизволить к Богу к Церкви приобщить?

Как быть?, ведь к сожаленью мир так жить не может,

И только человек, сам может выбирать, что б в Церкви быть или не быть.

***

Кто может, что то большое сказать об этом?

Кто может, что то большее нам написать?

Кто может дать нам что больше,

Дано нам чувствовать Сие и понимать!

***

Что даст все то подаренное мною?,

Оно не может дать, что Бог дает,

На расстоянии могу я быть с тобою,

Пусть Божество в тебе не престает.

Быть в Божестве, есть быть в прекрасном,

Всегда ты будь лишь только в Нем,

Пусть в твой незабываемый день рожденья,

Еще же больше, ты преобразишься в Нем.

И в Нем откроется тебе пусть больше мир прекрасный,

Не то в чем малом мы сейчас живем,

Пусть в твой прекрасный день рожденья,

Ты воспаришь, преобразишься, вознесешься ты во всем!

Стихи – Размышление – Сказал себе я

Сказал себе я, – женщин не ищу,

И как то вдруг мне полегчало,

Обязанность зачем мне брать,

Зачем дарить свое вниманье?

Сейчас же женщин ведь нормальных нет!

–Я в мыслях говорю себе и все гоняю,

–Сейчас на мир свалилось столько бед,

От куда ж взяться им во всем сием летая?

Пускай приснится поле Вам цветов

Пускай приснится поле Вам цветов,

Пускай с лугов повеет ароматом,

Пусть ангел, охраняет Вас и бережет,

И сон Ваш будет крепок, сладок.

Снова вечер

Снова вечер, и снова бессонница,

Снова опять оно, – одиночество,

Снова общения очень хочется,

Но в сердце одно одиночество.

Только Господь, позволяет надеяться,

Что это все же когда то закончится,

Но когда осуществится, то верее,-

Что скоро покинет меня одиночество?!

Но время идет, и любви очень хочется,

С кем то делиться, что в мире сем нажито,

Друг другу дарить свои ощущения,

Будь оно проклято! – мое одиночество.

В этом бушующем мире, скитаний и странсвией,

Есть та, – кого любить так захочется,

Та не с кем несравненна любимая,

Что называется половиною.

Где она, – счастье, что есть ненаглядное?,

Где она, – любить, кого так хочется?,

Но в этом мире бушующем страждущем?,

Есть только оно, – пока одиночество.

Только прошу я, – Господи смилуйся,

Ты помоги мне, любить, так ведь хочется!?,

Ты помоги душе моей грешника,

Пусть покинет меня одиночество.

Только тебя я Господи чувствую,

Ты не даешь мне удариться в пошлое,

Ты не даешь прильнуть к стакану горячему,

Тот, который, называем отеческим.

Только Ты даешь мне надеяться,

Что когда то закончится, – мое скитание,

Что когда то, прибьюсь я к берегу,

И закончится мое разочарование.

Не оставляешь Владыка быть брошенным,

Рядом Ты и сглаживаешь мое одиночество,

О Господи, пожалуйста, смилуйся,

О когда же это закончится?

И говорю я с утра, до вечера,

Господи, пожалуйста, ко мне ты смилуйся,

Дай мне ее, – кто сгладит мое одиночество,

Мне надоели мечтанья и странствия.

Ты не даешь мне впасть в депрессию,

Только Ты даешь с Тобою быть вместе мне,

Только Ты сглаживаешь одиночество,

Но Господи, ах как хочется!

Забыть человеческое двух сердец рассеянье,

И по сему с утра и до вечера,

Я остаюсь с Тобою в общении.

Я на Тебя продолжаю, надеется,

Что все таки скоро оно закончится.

И будет радость, – на что еще мне надеяться?!

И оно покинет меня,– одиночество.

Уже обедню отслужила церковь

Уже обедню отслужила церковь,

Палящий зной без жалостно печет,

В степи не угомонным солнцем,

Все жар живое во круг жжет.

Нагрелся воздух до предела,

Песок горяч, как будто вышел он из печь,

Жара сверх нормы оголтела,

Ожогов сильных не избечь

.

Но дальше лишь чуть-чуть, как будто,

Не много изменилось вдруг,

Под жарким и палящим солнцем,

Тихонько веет ветерок.

Не много дальше, сново слабо,

Он вдруг подул, как будто бы сильней,

На небе где то в атмосфере,

Вдруг появилась тучка в ней.

Не много дальше, ветерок играет,

И дует он уже сильней,

Из далека уже все ближе,

Огромные грядут к нам тучи в ней.

И слыша первый гром, к нам приближаясь,

Из глубины своей доносится сильней,

И ветер, будто в ураган преображаясь,

Он начинает дуть уже сильней.

С земли же в воздух поднимаясь,

Вдруг полетела пыль,

Перекати же поля, покатилось,

С степной травой, неся нам быль.

И солнце вдруг уже померкло,

Уже не жжет оно совсем,

Гроза затмила его сердце,

И с высока, раздался сильный гром.

И сотрясая землю с головы до пяток,

Все он разит на сквозь,

Разряды молнии сверкают,

Видны аж от земных краев.

И вдруг на землю чуть упала,

Небесная вода с горох,

Стихия степи настигая,

Небесная гроза грядет.

И ветер бурею играет,

Могуществом грядет сполна,

Уже темно по всей вселенной,

Вода вдруг прорвала затменья берега.

От одного конца до края,

Прекрасным светом прорвало завесу штор,

И содрогаясь от удара,

Водою напаяет землю он.

В степи за всем прекрасным наблюдая,

Внутри изящный страх разит царем.

Прекрасен он сверх восхищенья,

И передать не кто не может, что творится в нем.

На землю он в сверх совершенье,

В раскатах грома чуть живет,

И бьет вода из водоема,

Небесное хранилище, как будто рвет.

В степи же за потоком водным,

В близи не видно ни чего,

И так земля, всей жаждою скорбящей,

Вся напиваться стало в сверх того.

И каждый кустик, жаждою палящий,

Воздал ему всю славу в полноте,

А, он грохочет и моргает,

Метая молнию в грозе.

С высот живое напоя,

Давая всем, ту ждущую мечту,

И в мире все насытилось живое,

С избытком все оно приобрело.

Грозою, проходя большою,

Все сверх было дано,

Затишье к нам уже подходит,

И гром уходит, в даль ему же суждено.

Вечерне время уж подходит,

И затихает шторм,

Озоном начинает пахнуть,

И тишиною свет несет нам он.

И возгласом своим щебечет,

Трезвонит где то соловей,

Земля наполнилась вновь жизнью,

Несет же запад солнце свой красней.

Дослуживает храм вечерню,

И завтра утро настает,

День этот все по-своему начинает,

В нем как бы новый мир нас ждет.

И духом новое все он преображает,

И как бы песнь хвалебную поет,

О что на свете будет лучше,

Как не явление, что он несет.

Где все,– гроза и пекло,

Слились в единое одно,

Там жизнь нам снова приоткроет,

Что было от начало творено.

Где все в единое восходит,

И славою своею налито,

В преображенье этом дивном,

Уже сегодня быть дано.