- -
- 100%
- +
От автора
Чтение – это соглашение о великодушии между автором и читателем. Оба доверяют друг другу и друг на друга рассчитывают…
Гийом Мюссо
Привет, дорогой читатель! В этой книге я хотел бы надеяться на твоё доверие, и всерьёз полагаю, что ты можешь на меня рассчитывать. Только вместе мы сможем прийти к единому мнению и сделать этот мир лучше. У меня будет единственная и очень маленькая просьба – перед тем, как начать читать эту книгу, наберись терпения и выслушай внимательно всё, что я хотел бы тебе сказать. Но если ты не захочешь читать моё вступительное слово, я не обижусь, так как и сам очень редко читаю подобные вещи у других авторов.
С самого детства, так получилось, я был не такой, как все. Помню, однажды, учась, наверное, в третьем классе, я потерял в школе целую папку с тетрадями. Мама так и сказала мне, что я не такой, как другие, нормальные ученики, и отправила искать пропажу. Да, я был совсем другим, я рано начал разговаривать, не как другие дети, читал книги от корки до корки, когда другие с трудом составляли слога, мог поддерживать беседы со взрослыми, когда другие дети такого же возраста произносили нечленораздельные звуки. Жизнь, видимо, решила, что негоже предавать традиции и мои отличия от других продолжились уже без моего участия. Я рано лишился речи и до сих пор испытываю трудности с общением. Единственные мои настоящие друзья, с которыми я мог чувствовать себя полноценным, отправляться с ними в невероятные приключения и быть тем, кем хочу быть на самом деле, были героями моих книг. До сих пор мне кажется, что они существовали всегда, а я лишь просто открыл ту неведомую дверь, ведущую в их мир, чтобы рассказать тебе, мой дорогой читатель, об их существовании.
Я начал писать "Бездомных" около полугода назад. За это время я так привязался к этим милым созданиям, нашим меньшим братьям, что с трудом верю в то, что когда-то их не существовало. Мне снова удалось открыть волшебную дверь и впустить на страницы этой книги полную приключений историю.
Любой писатель, начиная своё произведение, хочет донести до читателя своё видение проблемы, которая существует в обществе и способы её решения. Что я хотел сказать в этой книге? Всем нам знакомы ситуации, когда несправедливость требует вмешательства извне. Общество способно сплотиться, принять верные и действенные решения, но повернуть ход событий в нужное русло получается не всегда. И тогда в дело вступают те самые единицы, которые готовы идти до конца, не жалея себя, жертвуя своей жизнью на благо всех, кого они любят и ценят. Да, эта книга олицетворяет одного героя, сделавшего главный выбор в своей жизни, тот самый, который когда-нибудь предстоит сделать каждому из нас. В этой книге я хотел сделать акцент на таком давно забытым всеми моменте, что один в поле тоже может быть воином. В жизни каждого из тех, кто держит в руках эту книгу, происходит непрестанная борьба – борьба за справедливость, борьба за место в обществе, борьба с самим собой, со своими страхами, с ленью и невежеством. Каким бы ни был наш враг, мы всегда будем выходить с ним один на один, и исход такого сражения будет зависеть от состояния нашего внутреннего мира, нашего воспитания и способности принимать верные решения. Надеюсь, эта книга будет полезной для тех, кто хочет научиться поступать по совести, быть храбрым и бояться только своей трусости.
Предисловие
Джек уже чувствовал этот запах, и не раз. Так пахли опавшие листья, отдавшие себя на растерзание временем безжизненные комочки, бывшие раньше мелкими животными, или птицами. Такой же запах имел тот человек, к которому хозяин пришёл однажды, чтобы больше никогда к нему не возвращаться. Гуляя по лесу вдали от хозяина, Джек чувствовал, что запах смерти сопровождает его везде, он словно проклятие пронизывал каждую клеточку живого организма, время от времени забирая себе самые лакомые кусочки.
Джек часто задумывался, как собаки становятся бездомными, но не понимал своих собратьев, ведь у него был хозяин, да ещё какой! Правда, старик был уже не тем, каким его помнил Джек пару лет назад. Ежедневные многочасовые прогулки по полям и лесам превратились в небольшие вылазки на соседнюю улицу, где Джеку изредка удавалось попугать местных кошек и найти что-нибудь вкусненькое, когда они проходили мимо мусорных баков, но не больше того. Джек никогда не винил хозяина, он помнил полные приключениями дни, когда они вместе гоняли белок, ходили на рыбалку и даже часами могли охотиться на зайцев с другом хозяина. Джек ценил каждый день, проведённый вместе с ним.
Он лился, словно ручей, распространяя свой удушающий аромат и заполняя им каждую шёлку, каждый укромный уголок. Тот запах. Джек понял об этом сразу. И ещё он понял, что ему не нужен другой хозяин, каким бы хорошим и добрым он ни был. «Лучше уж быть бездомным», – подумал Джек, сам ещё не понимая, каково это. Потом посмотрел напоследок на старую, закрытую, обшарпанную дверь, за которой осталась вся его недолгая собачья жизнь, поднял голову вверх и затянулся в длинном, пронзительном и жалобном вое.
Джек спустился со скрипящего крыльца, покрашенного в жёлтую краску, которой хозяин красил дом, когда Джеку не было и пары месяцев. Джек надолго запомнил отвратительный запах краски, но сегодня он был настолько родным и близким, что Джек сделал бы всё, чтобы ещё раз вернуться в тот тёплый вечер и провести его со своим хозяином, рассказывающем свои небылицы, обновляя старое серое крыльцо в новый ярко жёлтый цвет. Джек обошёл такой же старый и такой же жёлтый как и крыльцо дом с левой стороны, где хозяин заготавливал дрова. Раньше Джек частенько забирался на низкий дровяник, а с него попадал на улицу, где целую ночь мог бродить в поисках приключений, никем не замеченный и никому не интересный пёс. Так он поступил и сейчас.
Джек бежал под начавшимся внезапно проливным дождём мимо высоких домов и маленьких магазинчиков, пересекая дороги, по которым мчались с бешеной скоростью автомобили. Острые капли воды пулями падали с ночного неба, звёзды которого скрылись за густыми тучами. Вскоре высокие дома стали встречаться всё реже, их заменили шикарные коттеджи, за заборами которых рвали металлические цепи гигантских размеров собаки.
– Стой, разорву! – Кричала одна из них, стараясь перекричать соседку, которая рвала своё горло не меньше её.
– Не подходи, а то пожалеешь! – Лаяла она.
При этом они бились своими массивными телами о заборы, казавшиеся при этом бумажными – от каждого удара по стальным листам проходили настоящие волны, словно море решило показать свою мощь вдалеке от морского берега..
– А ну, заткнись! – На крыльцо вышел хозяин одной из собак. – А ты проваливай отсюда! Ходят тут бездомные! – Крикнул он Джеку, и тот поспешил убраться от греха подальше.
Вскоре и шикарные дома остались позади. Джек подошёл к старому мосту, по которому иногда ещё проезжали автомобили, правда теперь всё реже и реже – даже от малого прикосновения мост начинал скрипеть и крениться. Скоро он тоже умрёт, как умирает все живое на планете. Джек считал, что мост живой, потому что он приносит пользу – по нему можно без труда перебраться через реку, не замочив лапы, а ещё так говорил его хозяин.
За рекой начинался настоящий тёмный, густой и непроходимый лес. Туда-то он и направился. Под густыми кронами высоких деревьев Джек вдруг стал таким маленьким и беззащитным, что казалось любая тень могла представлять смертельную угрозу для несмышлёного пса. Здесь он почувствовал себя маленьким щенком, и вдруг ему так захотелось оказаться дома, рядом с хозяином, заснуть под его протяжный храп, а на утро разбудить, стащить с него одеяло и под радостный смех доброго старика отправиться на улицу, дожидаясь своего самого верного и преданного друга с поводком в зубах.
Джек грустно опустил голову. С кончиков ушей и мордочки стекали капли дождя. Словно слёзы, оплакивающие тяжёлую утрату, они таяли в промокшей земле, унося с собой всё, кроме бесконечной боли, которая никак не могла закончиться. Раньше в дневное время они часто приходили сюда со стариком на рыбалку и по грибы, но ночью здесь всё выглядело совсем иначе. Джек ужасно устал и хотел спать. После недолгих поисков он нашёл себе убежище. Сон ему был просто необходим. Под одним из деревьев образовалось широкое отверстие. Пёс смог полностью залезть туда и, наконец-то отдохнуть.
Когда Джек открыл глаза, дождь уже перестал. Было ещё темно, как и прежде. Прямо перед Джеком стоял огромный белый волк и, не отрывая своего сосредоточенного взгляда, смотрел прямо на него.
Глава первая
Яркое послеобеденное солнце обнажило свои острые, обжигающие лучи. Легко пробиваясь сквозь расступившуюся пелену обессиленных долго идущим дождём туч, они постепенно превращали тёмную грозовую завесу в дырявые облака. И лишь немногим из лучей, которым повезло отразиться от поверхности земли, удалось настигнуть двух спешивших вдоль одной из улиц южной части города, и о чём-то переговаривающихся между собой собак.
Мимо с шумом пролетали автомобили, рассекая воздух, который плотной волной настигал идущих. Проходя мимо очередной огромной лужи, появившейся после недавнего ливня, впередиидущий рыжий пёс оказался с головы до ног обрызганным ехавшей на большой скорости машиной. Взвизгнув, он выругался на своем собачьем языке. Рыжая шёрстка потемнела и покрылась острыми шерстяными иглами, когда пёс, разбрызгивая вокруг себя мелкие грязные капли, отряхнулся.
– Ха-ха, так тебе и надо! – Рассмеялась чёрная самочка по кличке Чернушка, но тут же получила свою порцию холодного и освежающего душа из следующей лужи. Ошарашенная неожиданным поворотом вещей, она даже не успела взвизгнуть.
Рыжий, которого в стае все так и называли Рыжим, пролаял в ответ:
– Возвратилось тебе твоё злорадство, так то оно, смеяться над чужой бедой!
– Ладно, не учи! – Огрызнулась Чернушка, которая, по сравнению с лохматым и грязным напарником, выглядела вполне по-божески. – Подумай лучше, что теперь будешь говорить Зевсу. Говорила же я, да кто меня когда-нибудь слушал!
Зевс – крупный и самый сильный пёс породы Анатолийская овчарка, вожак большой собачьей стаи в южной части города. Когда-то давно одному богатому бизнесмену эту собаку привезли в подарок из Америки, и тот сделал из него настоящего бойца, не знавшего пощады. В клубе, где проходили собачьи бои, Зевс стал настоящей звездой. Поговаривают, что он оказался бездомным, когда сильно покусал своего хозяина. Дорогой, породистый, но бездомный Зевс собрал под собой больше сотни таких же мощных, как и он сам, псов, в буквальном смысле слова терроризировавших целый город до тех пор, пока в единой собачьей стае не воцарились законы, умерившие собачий пыл.
Со временем начали появляться другие стаи, каждая из которых заняла своё прочное место в городе. На западе была стая борзых – так их называли из-за клички их вожака – Борзого, который полностью оправдывал своё имя. Были времена, когда Борзой дружил с Зевсом, но никто не помнил тот день, когда каждый стал сам за себя. Единственный, с кем водил дружбу Зевс, была вожак восточной стаи – великолепная немецкая овчарка Белла. Её запах буквально сносил голову Зевса, когда проходили их редкие встречи.
Как раз сегодня Зевс гостил у Беллы и обсуждал важный вопрос, касающийся северной стаи. Там обитали настоящие отморозки, псы, не знающие совести и чести. Примерно один раз в три месяца объявлялось перемирие, и все три стаи навещали север. Во-первых, это нужно было для того, чтобы узнать, насколько сильной стала враждебная стая за эти месяцы, и исходит ли от них какая бы то ни было угроза. Во-вторых, это была отличная профилактическая работа и северные надолго запоминали, кто здесь хозяин. Ну, и в-третьих, это была личная причина многих собак, в том числе Борзого и Зевса.
Рыжий знал историю Зевса и создания им стаи не понаслышке. Практически с самого первого дня он был рядом, помогая во всём и заслуживая доверие, которое сегодня сделало его едва ли не второй рукой Зевса. Полученные им знания от своего первого наставника, славного пса Ричарда, пошли ему на пользу и сегодня он справлялся со всеми своими обязанностями сам. Именно Ричарду он был обязан всем, что знал сам, и именно поэтому Зевс доверял ему обучение новобранцев. Только вот иногда случались казусы, наподобие сегодняшнего, когда Рыжий немного плошал.
У него и Чернушки было стандартное, но очень ответственное задание – произвести лёгкую разведку, чтобы избежать непредвиденных ситуаций в предстоящем походе. Лёгкую – значит пробежаться по относительно безопасным кварталам, где встреча с особо опасными членами стаи исключена, или сведена к минимуму. Проходя мимо заброшенного детского сада, Чернушка сразу поняла, что что-то идёт не так. К ним через полуразвалившийся забор вышли три огромных чёрных пса и стали расспрашивать о том, кто они такие и что здесь делают. Никогда прежде в этом районе города северные не позволяли себе такой дерзости. С перепугу Рыжий и рассказал про готовящийся рейд, дабы припугнуть незнакомцев, а когда понял, что сделал, было уже поздно.
Чернушка бежала вдоль дороги и продолжала вздыхать:
– Лучше бы я с ними поговорила! Теперь они будут готовы, ты понимаешь? Зевс уже отобрал бойцов для похода, мы что, скажем ему, что все его труды напрасны? Нет, не мы – ты скажешь ему об этом!
– Да чего ты заладила! – Возмущался Рыжий. – Не в первый раз ходим, всё будет нормально!
– Было бы нормально, если бы для них это было неожиданностью. – Продолжала Чернушка. – А теперь они встретят нас очень горячо и крайне негостеприимно. Ты видел этих громил? Они точно не из северных, но с ними заодно, и таких там, думаю, точно уж больше трёх.
– Тогда мы ничего не скажем Зевсу. – Предложил Рыжий, но сразу понял, что этот вариант исключён.
– Хочешь отправить Зевса на верную смерть? Посмотрим как ты проживешь хотя бы одну неделю, когда здесь будут хозяйничать все, кому не лень. Пока Зевс жив, все мы в безопасности!
Дорога завернула в заброшенные сады, оттуда через двести метров узкая тропа привела к настоящему собачьему раю – широкому заброшенному участку со всевозможными постройками, начиная от дома, заканчивая сараем и погребом. В стае было достаточно собак, чтобы обеспечить её безопасность. Многие пришли со стороны, но основной костяк составляли те старые псы, которые ещё застали единую сильную стаю, которую боялись даже волки.
– Тебе повезло, Зевс ещё не пришёл, – сказала Чернушка, глядя на сторожевых псов, которые обычно в присутствии вожака не вели себя столь привольно, – надеюсь, он вернётся добрым от Беллы. Но я бы на твоём месте всё равно не расслаблялась.
– Если хочешь меня напугать, у тебя ничего не получится, – огрызнулся Рыжий, при этом его ещё не успевшая обсохнуть шёрстка на пару секунд встала дыбом. – И вообще – вместе ходили, вместе и отвечать.
– Да куда уж ты без меня! Мохнатый, что у нас на обед?
– Не заслужила ещё! – Выкрикнул из будки косматый пёс с чёлкой, полностью закрывающей его глаза, отчего казалось, что глаз у него и вовсе нет.
Глава вторая
Ночь продолжала своё эгоистическое правление, не давая свету ни малейшего шанса хоть как-то проявить себя. Днём темнота имела власть лишь в немногих укромных местах, но с наступлением ночи она старалась завоевать каждый уголок, и только в городе с ней могли бороться уличные фонари и одинокие окна домов, жители которых по какой-то неведомой причине не могли заснуть.
Джек осторожно вышел из норы, не сводя глаз с белого волка, в темноте не утратившего своего белоснежного вида, а тот в свою очередь продолжал сверлить его своим пронзительным взглядом. Немое молчание продолжалось не более десяти секунд, но они, как показалось Джеку, длились целую вечность. Он не видел Северного Ветра уже много лет.
– Не ожидал увидеть тебя здесь. – Начал говорить волк достаточно дружелюбным голосом, при этом он практически не двигался, что добавляло его грациозному виду ещё больше красоты. – Что привело тебя сюда?
– Здравствуй, Северный Ветер. Хозяин умер сегодня. – Ответил Джек отрешённым голосом и сел, грустно рассматривая свои лапы.
Волк опечаленно посмотрел на Джека и произвёл наполненный сожалением выдох.
– Он был добрым человеком. – Сказал он выждав пару мгновений. – И мне очень жаль. Я хорошо помню, как он относился ко мне и никогда этого не забуду. Что я могу сделать для тебя, Джек?
Пёс в надежде посмотрел на волка и задумался. Он уже решил, что не вернётся в город.
– Возьми меня к себе в стаю. – Джек посмотрел на волка вопрошающим взглядом, всем своим видом показывая, что это решение окончательное и бесповоротное. – Я буду приносить пользу!
Теперь пришло время задуматься Северному Ветру.
– Давай пройдемся. – Сказал волк, и они прошли вглубь соснового леса, предаваясь старым детским воспоминаниям, исходившим из самых глубин начала их жизненного пути. Наконец, волк серьезно посмотрел на Джека и сказал то, что тот прекрасно понимал и без всяких слов. – Ты же знаешь, что стая может тебя не принять? Тогда тебя ждёт мучительная смерть. Даже я не могу отменить вековые законы.
– Я не боюсь смерти! – Смело заявил Джек, окончательно решив для себя, что другой путь для него отрезан. – Тем более, что терять мне больше нечего…
– Зато я не хочу потерять тебя из-за твоей щенячьей глупости! – Строго отрезал Северный Ветер, остановившись около толстой многолетней сосны, являвшейся невидимой стеной между территориями волков и собак. – Тебе нужно будет выбрать свою стаю, и я помогу тебе в этом. Если захочешь встретиться, жди меня на том же месте, где и сегодня. Я почую твой запах и приду. Дальше территория волков, тебе туда нельзя. А пока иди в заброшенные сады, ты знаешь где это, вы с хозяином часто там гуляли. Найди там Зевса и скажи, что знаешь, как решить проблему с северной стаей. Когда станут расспрашивать, проси принять в стаю. Тебе устроят много испытаний, но ты выдержишь, я тебя знаю. Зевс хороший пёс, жаль, что мы с ним враги.
– Как же я решу их проблему? – Озадаченно спросил Джек.
– Когда станешь полноправным членом стаи, скажи Зевсу, что северные начали дружить с волками из леса, что за горой, а любой волк знает, что это запрещено кодексом. Мы можем принять собаку в стаю, но тогда она станет волком и будет жить по волчьим законам, но если стая собак сводится со стаей волков ради наживы, это нарушает все наши законы и Зевс знает об этом. Они уже не раз наводили беспорядки в деревне, что так же противоречит нашим принципам. Даже в голодные годы мы стараемся просто так не нападать на селения людей. Если Зевс узнает об этом, он обратится ко мне, тогда мы вместе сможем наказать и раз и навсегда поставить на место всех виновников этого преступления.
– Зачем же ты сам к нему не придешь? – Спросил Джек.
– Я не могу. – Ответил Волк. – Из моих уст эта информация покажется ему пустышкой. Он должен быть растерян и напуган, ведь рано или поздно такая дружба северных с волками обернется для него катастрофой.
– Хорошо, спасибо за помощь. – Потупив взгляд, сказал Джек и уже собрался уходить, когда Северный ветер окликнул его.
– До встречи! – Кивнул Волк и, боднув Джека своим внушительных размеров боком, ободряющим голосом произнёс, – приходи, если понадоблюсь.
Джек с трудом удержался на ногах от нехилого толчка, и, наблюдая, как белый силуэт его друга растворяется в тёмной непроглядной чаще, выждал минуту, чтобы направиться обратно в город по знакомому маршруту.
Задумавшись, Джек и не заметил, как оказался рядом со своим домом. Внезапно шерсть на его теле встала дыбом – в окнах горел свет. «Хозяин жив!?» – По телу пса пробежал холодок и приступ радости охватил всё его существо. Как же так, ведь он отчётливо слышал запах смерти, его ни с чем нельзя было перепутать! «Ошибся», – с досадой и нарастающей с каждой секундой радостью подумал Джек, переступив через порог, как вдруг эйфория куда-то улетучилась, освободив место ненависти и злобе, выражающейся в едва заметном рычании. Старая обшарпанная дверь была приоткрыта, через тонкую щель в узкий коридор крался лучик света.
В доме явно кто-то был. Чужие запахи двух незнакомых людей заставили Джека насторожиться ещё сильнее. Джек осторожно открыл носом дверь, которая не издала ни звука, тем самым никак не выдав его появление, и вошёл внутрь. В доме было какое-то движение, шум, шорох, разговоры, и даже тихий смех. Джек медленно дошёл до комнаты хозяина. Запах смерти с особой силой ударил в его нос. В комнате кроме хозяина были ещё двое. Один осматривал шкаф, а другой складывал в пакет военные награды, которые на черном рынке могли стоить целое состояние. Так сказал один из грабителей, гремя драгоценностями, которые они аккуратно складывали в мешок.
Джек зарычал и сразу обнаружил себя. Заметив на себе пристальные взгляды испуганных грабителей, сконцентрированные на его маленьком, ничем не примечательном теле, он издал три громких лая, которые внутри крохотной комнаты показались настоящим раскатом грома.
– Вот черт! – Воскликнул один из грабителей, от испуга едва удержавшись на ногах, и дрожащей рукой схватился за чёрную палку. – Про пса то я и не подумал.
– Вали его и уходим! – Сказал второй, продолжая складывать золотые и серебряные медали в ничем не примечательный мешок цвета хаки.
– Жалко, живой ведь. – Сказал первый полный человек с добрым лицом.
– Дай сюда! – Крикнул второй и, схватив палку, попытался ударить Джека, но тот извернулся и укусил его за руку. – Ай! Давай сюда мешок!
Вдвоем они с трудом затолкали Джека в старый картофельный мешок. Джек извивался как мог, стараясь выбраться из плена, как вдруг все его тело пронзила резкая, острая боль, и сознание покинуло его.
Глава третья
Сумерки только начинали зарождаться на еще не успевшем потемнеть голубом небе, края которого уже приобретали розоватые оттенки, скрывая в переливании разноцветных красок одинокое солнце, медленно поглощаемое ненасытным горизонтом.
Зевс вернулся когда уже невидимое солнце, съеденное далёкой полосой из гор, лесов и облаков, всё ещё хранящих память об ушедшем светиле, оставило о себе только приятные воспоминания. В те священные часы, когда вожак принимал пишу, ни одна собака не осмеливалась подать голоса. После трапезы Зевс в силу своей усталости объявил отбой, отложив доклад до утра, и зашёл в покосившийся дом, где он обычно предавался сну.
Наутро собаки по очереди встали перед глазами грозного руководителя, докладывая каждая о своих делах в городе. Благодаря этому ежедневному правилу Зевс был в курсе всего, что происходило в его районе. Разведчики приносили новости из соседних стай, обходчики сообщали сколько еды удалось собрать за день, сколько костей, мяса, сухого корма. Нередко люди делились с бездомными настоящими деликатесами, типа куриной ножки или ломтя ещё дымящегося мягкого и вкусного белого хлеба с тонкой сырной корочкой. Все эти вкусности собаки несли домой, и только вечером пёс по кличке «Мохнатый» равномерно распределял запасы между всеми членами стаи. Были в стае и военные псы, охраняющие территорию города от таких хулиганов, как лисы, хорьки и зайцы, которые кроме того, что причиняли вред хозяйству людей, забирали себе немалую долю съестного. Каждая собака выполняла свою функцию и вместе они работали как точный, отлаженный механизм.
Пёстрая собачонка ростом с ноготок по кличке Кнопка делала доклад по неучтённым бездомным собакам, которые не относились ни к одной из стай в городе.
– По моему мнению, это может быть просто небезопасно! – С умным видом и писклявым голосом, а также с полным пониманием своего дела говорила Кнопка. – Такие собаки могут с лёгкостью перейти в соседние, недружелюбно настроенные стаи, и тогда те будут становиться всё более могущественнее, а потом и вовсе попытаются захватить власть в городе!
– Хорошо, это очень важный момент. – Одобрительно кивнул головой Зевс, прекрасно понимая, что отношения со всеми стаями кроме северной на его личном контроле. – Завтра отбери двух бойцов и осмотрите весь периметр, всех неучтённых псов приглашайте в стаю. Следующий!
Дальше серая лайка по кличке Снежок поведала о сменившемся хозяине мясной лавки:
– Это просто возмутительно! – Лаяла лайка. – Нас с Бандитом прогнали откуда палками! Новый хозяин совершенно не любит собак! Теперь запасы свежего мяса уменьшатся в разы! Предлагаю по этому поводу собрать рабочее совещание и всё-таки найти выход из сложившейся затруднительной ситуации с пропитанием!
Зевс снова кивнул головой: