- -
- 100%
- +
– Даю разрешение, собирай совет, с предложениями подойдешь лично ко мне. Следующий!
К Зевсу зашли ещё более двадцати собак и всех он внимательно выслушал, дал советы или поручения. Район был под контролем. Единственные, кто не ходил на доклад, были семейные собаки, самочки, самцы и их щенята, а также многочисленные бойцы, составляющие немалую часть стаи. Три мощных пса, личные охранники Зевса, ежедневно оставались на территории дома, чтобы охранять покой стаи от незваных гостей. Они тоже не делали доклад, но выполняли при этом немаловажные функции.
Наконец, подошла очередь Рыжего. Он несмело подошёл к распахнутой двери дома и робко оглянулся на Чернушку, а та в свою очередь весело хихикнула:
– Да не переживай ты так, в конце то концов, не убьет же он тебя! Хотя, кто его знает…
Рыжий тяжело вздохнул и с трудом переступил через порог.
– Ну, рассказывай. – Низким и спокойным голосом сказал Зевс, когда переместил свой вес на другую лапу. – Ты ведь у нас ходил на территорию северных?
– Да, я и Чернушка. – Дрожащим голосом ответил Рыжий. – Мы встретили там собак, они точно не из северных, но на их территории разгуливают как у себя дома. Все знают, что северные не позволят чужакам такой смелости, значит они с ними заодно. Чернушка считает, что их там намного больше, чем три.
– Хорошая новость. – Похвалил его Зевс. – Мы были бы не готовы к этому в завтрашнем походе, но теперь я учту это и внесу изменения в план рейда. Что-то ещё?
Рыжий переминался с ноги на ногу, его взгляд бегал по старым полусгнившим доскам, пока наконец не остановился на свой левой лапе.
– Рыжий, ты хочешь мне ещё что-то сказать? – Настойчиво повторил Зевс, пристально глядя в его глаза своим прожигающим взглядом.
Рыжий готов был провалиться сквозь землю, но, собравшись с мыслями, он всё-таки решился, подумав, что смерть, даже если она его настигнет, будет быстрой и лёгкой.
– Прости меня, Зевс, но они знают о нашем завтрашнем походе, я проболтался от страха.
Рыжий приготовился к разгромной речи и дальнейшему изгнанию из стаи, что уже случалось один раз. Без стаи голодному псу могла грозить мучительная и медленная смерть. Изгнанному за проступок псу откусывали кончик левого уха, что автоматически делало его изгоем, и ни одна стая не решалась взять такого пса к себе, а иногда его и вовсе могли загрызть до смерти. Чаще всего такие собаки уходили в лес к волкам, где погибали.
Секунды после признания длились целую вечность, во всяком случае, Рыжему так казалось. Наконец Зевс выдохнул:
– Ты принёс полезную информацию, и мы хорошо подготовимся к предстоящему походу. А о том, что мы идём, уже давно всем известно, так что сильно не переживай. Но впредь постарайся без моего разрешения не говорить лишнего чужакам. Всё, ступай, и помоги Мохнатому с ужином. Следующий!
Солнце, ослепительно светившее в глаза, казалось таким красивым и таким тёплым после прохладного, несмотря на испепеляющую жару, дома.
– Ну, что я тебе говорила! – Сказала Чернушка и легонько ударила Рыжего в бок своей маленькой головой. Рыжему это не понравилось и он, отскочив в сторону, и едва не сбив с ног бульдога, спешащего на доклад, зарычал. Чернушка покачала головой и махнула на него лапой. – Но, но, ладно, недотрога! Указания то хоть были?
– Ты прекрасно знаешь, что я не люблю, когда ты так делаешь! – Недовольным голосом ответил Рыжий. – Я буду помогать Мохнатому готовить ужин, а ты… Ну, займись чем-нибудь.
– Ой, какие мы важные стали! Зевс похвалил, теперь ниже головы никого не замечаем?! Ладно, ладно!
Рыжий виновато опустил голову:
– Ладно, извини, если хочешь, можешь помочь нам с ужином.
– Я подумаю. – Важно сказала Чернушка и демонстративно отвернулась.
В это время на пороге сарая появился сам Зевс. Он внимательно осмотрел всю стаю и взгляд его остановился на Рыжем.
– Рыжий, Чернушка, зайдите ко мне! – Повелительным голосом сказал он и скрылся в темноте дверного проема, из которого только что вышел бульдог и растворился в стае.
– Что-то случилось. – Едва слышно пробормотала Чернушка.
– Не каркай! – Гавкнул Рыжий, думая о том же. – Идём.
Зевс не любил долго говорить о важных делах, поэтому и сейчас сказал коротко и ясно.
– Итак, у вас новое задание. Сегодня ночью умер продавец мясной лавки, старик Лаврентий. Наша стая обязана жизнью этому человеку, он долгие годы снабжал нас свежим мясом, хотя кому я это говорю. В общем, теперь его нет. Разведка доложила, что его пса похитили неизвестные. Нужно найти. Мы должны сделать хоть что-то для старика, в последний раз. Можете приступать прямо сейчас. Когда найдёте пса, сразу приведите его сюда.
– Поняли тебя, Зевс, мы найдём его. – Уверенно сказала Чернушка.
Они поклонились и вышли на улицу, где Мохнатый уже разложил на деревянных настилах вкусные и лакомые кусочки.
Глава четвертая
У невысокого здания, заимствовавшего у рассветного неба взамен своего белоснежного совсем иные, жёлтые и оранжевые цвета, переливающиеся, словно морские волны по незамысловатому, но богато выглядевшему фасаду, остановилась черная иномарка представительского класса, и из неё вышел прилично одетый человек в дорогом чёрном костюме. Он поправил галстук, проверил, всё ли на месте, посмотрел на часы, и уверенным шагом направился к большим деревянным дверям, ведущим внутрь этого грандиозного, благодаря удивительной природной игре света, сооружения.
Когда его путь преградил пожилой мужичок крепкого телосложения с длинной и густой белой бородой, в деревенской одежде и весьма дурно пахнущий, он поморщился, как всегда это делал при встрече с людьми не соответствующими его высокому уровню жизни.
– Фу, Аркадий, опять ты ко мне в этих лохмотьях пришёл? – Зажав нос свободной рукой, сказал человек, которого все звали Романом Валерьевичем, являвшимся действующим мэром этого маленького города. – И что это за запах? Я же просил перед тем как приезжать ко мне хотя бы элементарно мыться! И неплохо было бы обзавестись тебе хоть каким-нибудь парфюмом, необязательно очень дорогим. Попросил бы что ли взаймы в конце концов.
– Да не люблю я эти вещи. – Ответил Аркадий, добродушно глядя на Романа своим неизменно хитрым взглядом. – Да и дело то минутное, правда важное очень. Не хотелось бы откладывать на потом.
– Ладно! – Вздохнув, согласился Роман Валерьевич, взял папку подмышку, сложил руки в замок на большом и толстом животе, выпирающем вперёд на добрые полметра, выпрямился и исподлобья посмотрел на лесника. – Приглашать в кабинет не буду, давай прямо здесь, в двух словах и я пошёл – у меня чрезвычайно важное совещание.
– Э… Буду краток. – Аркадий развёл руками, а потом в процессе повествования активно ими жестикулировал, стараясь при этом выглядеть как можно более убедительным. – Тут такое дело, звери как-то странно начали себя вести – птицы улетают, зайца в округе теперь днём с огнём не сыщешь, а я ведь люблю иногда пострелять вне рабочего времени, разумеется. Вы не думайте, у меня все по закону, и лицензия и паспорт на оружие, все имеется…
– Так, давай ближе к делу! – Нервно стуча пальцами правой руки по запястью левой сказал Роман Валерьевич.
– Так вот, о чём я хотел сказать, так звери ведут себя либо при пожаре, или если… – Аркадий Львович замолчал и, теребя пальцы, посматривал то на Романа Валерьевича, то на свои старые изношенные ботинки.
– Или что? Я каждое слово должен из тебя вытягивать?
– Или если ожидается нашествие голодных диких зверей, например волков. В истории такое случалось и не раз, много бед было от них. Это достоверно известно.
Роман Валерьевич выхватил дипломат правой рукой, а левой утёр пот со лба, при этом его раскрасневшееся от гнева лицо не предвещало ничего хорошего.
– Знаете что, Аркадий, как вас там? Что за чушь вы опять придумали? Хватит мешать мне работать, у меня сегодня столько важных встреч, что пусть хоть динозавры оживают, я что вам резиновый? Или железный? Одних совещаний только!.. Да мне только бумаг подписать не одну сотню надо, а я должен твои сказки выслушивать?
Аркадию показалось, что от криков Романа Валерьевича сейчас полопаются оконные стёкла и всерьёз обеспокоился о здоровье мэра.
– Не обижайтесь так, Роман Валерьевич, поберегите сердце. – Виновато произнес Аркадий. – Простите меня, главное что я доложил, а дальше решайте сами, когда найдётся свободная минутка, но я бы сообщил в район, нам бы охотников сюда направить, чтобы быть наготове. Беда сможет случиться!
– Нормально всё с моим сердцем! А наша беда – это ты, Аркадий… Да тьфу тебя! Работай иди! И не забудь заглянуть как-нибудь насчёт вырубки, мне уже все телефоны оборвали.
Лесник печально покачал головой:
– Я больше сорока лет уже как охотник, ещё с отцом в этих лесах охотился, знаю их наизусть. – Продолжал Аркадий и с надеждой взглянул на мэра пронзительным взглядом. – Что-то недоброе приближается. Надо охотников собирать и готовить к эвакуации женщин и детей.
– Ай! – Махнул рукой Роман Валерьевич и, громко и демонстративно топая, скрылся за деревянной дверью, которая скрипнув вернулась на своё законное место.
– Львович я. – Обиженно сказал Аркадий. – Эх, Лаврентий Палыч, был бы ты жив, ты бы меня поддержал. – Печальным голосом произнёс Аркадий в пустоту. – Завтра девять дней уже, и прийти то некому, вот беда то. И Джек куда-то запропастился. Эх! – Старик махнул рукой, погладил бороду, с горяча плюнул на асфальт и собрался уходить, когда прямо у его ног со свистом остановился полицейский автомобиль. Из него вышел высокий молодой полицейский.
– Аркадий Львович, какими судьбами? – Радостным голосом спросил блюститель закона, шевеля своими густыми черными усами. – Прости, тороплюсь, даже на пару слов времени нет.
– Здравствуй, Миша. Да вот, пришёл сообщить главному органу власти важную новость, а этот даже слушать не стал, рукой махнул и ушёл – дела у него, видите ли! А случись беда – когда помощь то подойдёт? Сколько людей может пострадать?
– Так ладно, дела подождут. Успокойся и спокойно расскажи мне всё, со всеми подробностями. – Сказал полицейский Миша и приготовил свой фирменный полицейский блокнот и ручку для записи показаний.
– Вот, смотри, я сорок лет охочусь в этих лесах, знаю каждую тропинку, где какой зверь водится, и даже численность поголовно могу сказать в каком районе леса сколько какого зверя примерно есть. Но вот какое дело, Миша! Малый зверь из лесов ушёл, птицы тоже улетают, как перед пожаром.
– Ну, на пожар не похоже, из области бы сразу сообщили. – Серьезным и озабоченным голосом заметил Миша, задумчиво почёсывая успевший поседеть за годы нелёгкой службы висок тупым концом ручки с патриотической надписью: «Служба в полиции – дело храбрых. Вступай в ряды хранителей закона». Номер телефона был настолько мелким, что его Аркадий попросту не увидел, и снова сконцентрировался на разговоре:
– Так вот и я говорю, что стягивается вокруг нас кольцо диких животных, по моему мнению, волков, и думаю, счёт идёт на тысячи особей. Вот эта твоя «Пукалка». – Аркадий указал на пистолет, скромно выглядывавший из кобуры за поясом полицейского. – Нас точно не спасёт. И даже весь ваш арсенал будет бесполезен.
– Это очень серьезное заявление. – Тем же задумчивым голосом пробормотал полицейский, глядя на пустой листок, на котором он так и не оставил ни одной записи. – Но ты бы ерунду говорить не стал, я то тебя с пелёнок знаю.
– Спасибо, Миша, уж разберись с этим. Если бы стая волков собралась, малый зверь бы не ушёл, а тут лес опустел и птиц не слышно. Страшно. Сам знаешь, вокруг на сотни километров – ни души. А голодный волк в любой дом проберется, никакие двери не помогут. Готовить надо город к обороне, пока не поздно, окна заколачивать, провизию собирать.
– Спасибо за информацию, обязательно разберёмся с этим вопросом. – Миша подал руку старику и уверенным шагом направился в мэрию.
– Что там с делом Лаврентия? – Окликнул его Аркадий.
– Работаем над этим, не волнуйся. Это точно не убийство. Ограбление было, но умер он сам. Ещё раз мои соболезнования. Жаль вашего друга. А воров мы поймаем, это дело времени. Обещаю!
– Спасибо. А Джека… Джека то найдёте? Я бы его приютил у себя. Один ведь совсем.
– Извини, мы этим не занимаемся, времени и так не хватает. Но если объявится или попадётся по дороге, завезу тебе обязательно.
– Ладно, Миша, спасибо и на этом. Пока!
И Аркадий Львович со спокойной душой отправился домой – готовится к поминкам лучшего друга.
Глава пятая
– У тебя пёс то не подохнет? Зачем ты его оставил вообще? А если кто-нибудь его узнает? Проблем не оберёшься потом.
– Не переживай ты так, никто его здесь не увидит! Схожу в магазин, возьму ему собачьей еды, а то и правда откинется.
– Молодец, самое время светиться! Можешь придумать что-нибудь такое, что не навлечёт на нас никаких лишних подозрений?
– Ладно, не ворчи, сам разберусь!
Джек открыл глаза и устало высунул язык – было жарко и хотелось пить. В нос ударил резкий запах табака. Такой запах исходил от друга хозяина, но этот принадлежал совершенно чужому и злому человеку. Толстая верёвка была туго затянута на его шее. Перегрызть её не получалось – он уже пробовал два дня назад, когда ещё были силы и он мог сражаться за жизнь, но проклятая верёвка оказалась намного крепче его зубов.
Худой человек в синих спортивных штанах выбросил вонючую сигарету на землю, растоптал её и зашёл в дом. Толстый и приятный на вид парень подошёл к Джеку и протянул ему кусок сушёной рыбы. Вкусный запах оживил Джека, он приподнял голову и взял протянутую ему вкуснятину.
– Знаешь, а я ведь не хотел туда идти. – Начал вдруг толстяк после недолгой паузы, и Джек невольно почувствовал в его голосе глубочайшую печаль. – Это всё он – лёгкая нажива, заработаем на достойную старость! Какое там, теперь приходится прятаться и пугаться каждого шороха. Разве это жизнь? А я ведь не преступник! Просто у меня сестра болеет, а где я деньги возьму на лечение? И мать уже не та, её пенсии едва хватает на еду. Да и работы в этом городе нет совсем, а бросить я их не могу, понимаешь?! Что мне было делать? Да, если удастся всё это продать…
Парень с досадой почесал затылок и Джек едва слышно заскулил. Не все люди знают, что собаки отлично понимают человеческий язык. Хозяин знал об этом. И друг хозяина тоже. Они часто разговаривали втроём, сидя у костра где-нибудь в лесу у реки, и в лучах закатного солнца эти разговоры становились такими незабываемым. Джек понимал каждое слово и старался ответить, но сказать получалось только обычное собачье «Гав». Вспомнив полные радостных воспоминаний дни, Джек заскулил, прекрасно понимая, что эти моменты так и останутся частью его памяти, но ничем больше.
– А ты то ведь здесь и не при чём вроде как. – Продолжил толстяк, с жалостью глядя на несчастное животное. Джек вздрогнул и вернулся из своих далёких и тёплых воспоминаний на грязный двор, усыпанный окурками и раздавленными банками из-под пива. – Давай-ка ты уходи отсюда, тебе с нами не по пути. Только найди себе хорошего хозяина, он тебе сейчас пригодится. Да и ты ему, думаю, тоже.
И толстяк развязал сложный узел, сдавливающий шею Джека, а потом направился к воротам и открыл их настежь.
– Давай, беги! – Повторил толстяк.
Джек устало поднялся и, собрав все свои оставшиеся силы, побрёл к выходу. Выйдя за ворота, Джек поднял глаза на толстяка и подумал про себя: «У меня есть хозяин».
А потом он побежал. Он бежал так, как не бегал никогда в жизни, забыв про усталость и голод, про боль и невыносимую склонность ко сну. Наконец, Джек остановился. Он тяжело дышал и сквозь помутнённое сознание слабо соображал, где сейчас находится. Район города был ему не знаком, они никогда не ходили сюда с хозяином раньше. Друг хозяина как-то рассказывал, что в городе есть один такой опасный район, где свирепствуют бездомные собаки.
Кажется, он забрёл именно сюда, ведь они со стариком часто ходили по всему городу, но к тому опасному району хозяин старался даже не приближаться. Надо было что-то делать, пока его не заметили. Развернувшись, Джек медленно побрёл обратно, стараясь казаться как можно более незаметнее. Но незаметным быть не так просто, когда ты находишься в северной части города. Почти сразу к нему из подворотни подбежали четыре огромных чёрных пса и окружили его, заблокировав все ходы к отступлению.
– Кто ты такой и куда направляешься? – Грубым голосом спросил один из них.
– Я Джек, и я заблудился, но уже ухожу домой. Меня ждёт хозяин…
Договорить он не успел, так как получил сильный удар лапой в бок. Удар был такой силы, что его буквально сбило с ног.
– Что ты с ним разговариваешь, Брюс?! – Сказал другой такой же большой и черный пёс, ударивший Джека. – Он же засланный, и наверняка от Зевса! Помнишь, что они устроили здесь в прошлый раз? Они знали, что нас стало больше!
Услышав знакомое имя, Джек навострил уши.
– Ничего, скоро мы отомстим, – сказал пёс, стоявший справа от Брюса. – Волки с Зевсом церемониться не станут!
– Не кипятись, Боб. – Спокойным голосом сказал Брюс, – у тебя правда есть хозяин? Что-то по тебе не очень то скажешь.
Джек и правда за эти девять дней сильно исхудал, и стал грязным как настоящая дворняжка. Местами даже была выдернута шерсть.
– Нет, он умер, и я не знаю куда мне теперь идти. – Грустно рассказал Джек всю правду и повесил голову.
– Так ты теперь бездомный!? – Расхохоталась одна из собак, захлёбываясь в собственной же слюне.
– Давай к нам, мы многому тебя научим! – Лаяла другая, и когда из её горла вырывался клокочущий взрыв лая, глаза расширялись, разрываясь на множество треугольников, окаймлённых красными капиллярами.
Вскоре вокруг Джека лаяли и ревели почти все псы, но вдруг как гром с неба прогремела команда «Тихо!» Мгновенно все собаки замолкли, а Брюс отошёл в сторону со словами:
– Уходи, и больше никогда не приходи сюда. Не место тебе среди нас!
Другие собаки начали возмущаться, но Брюс грозно зарычал и возмущения прекратились.
– От этого молокососа никакой пользы, как и опасности. Толку ноль. А убьем его, могут быть проблемы. Зевс не любит, когда трогают беззащитных. Лишний повод наведаться к нам в гости. Сейчас это совершенно ни к чему. Пусть идёт!
Джек несмело прошёл мимо огромных собак и вскоре отдалился от них довольно далеко, покинув враждебную территорию. Темнело. Джек брёл мимо невысоких домов, стоящих рядами и уходящих вдаль на многие сотни метров вниз. В одном из таких домов Джек нашел себе приют – под балконом была ниша, и только там бедный пёс наконец-то смог спокойно заснуть. Во сне ему приснился хозяин. Он трепал Джека по голове и улыбался. Они стояли на старом мосту и о чём-то говорили.
Глава шестая
Огромный серый волк приближался к Чернушке и уже готов был разорвать её на мелкие кусочки, когда вдруг из кустов выскочил Рыжий и закричал:
– Эй, ты! А ну, отойди от неё!
Волк испуганно оглянулся на внезапно возникшего «защитника» и вдруг расхохотался:
– Маленький, грязный, облезлый пёс смеет мне указывать?! Готовься к смерти, глупыш!
Волк оскалил свои белоснежные, чрезвычайно острые зубы, и бросился на рыжего, но тут случилась неожиданность. Рыжий одним мощным ударом уложил Волка на лопатки.
Пока тот лежал без сознания, из леса вышло ещё пятеро матёрых волков и рыча бросились на несчастных собак. Рыжий по очереди отлупил своей лапой всех до единого хищников, и те разлетелись по сторонам, словно плюшевые игрушки. Рыжий тяжело дышал, было видно, что он сильно устал. Чернушка смотрела на всё это с большим удивлением – она и не думала, что её друг способен на такие подвиги ради неё.
В эту секунду задрожала земля, зашевелились высокие деревья и из темной чащи величаво вышел волк просто гигантских размеров. Он был ростом с автобус и стремительно приближался к ним. Когда расстояние сократилось до нескольких метров, Рыжий вдруг странно захрипел, широко раскрыл пасть, усыпанную смешными клыками, и проглотил Волка целиком, при этом громко рыгнув.
Облизнувшись, Рыжий посмотрел на Чернушку и с серьёзным видом произнёс:
– Просыпайся давай, нам ещё «Потеряшку» искать.
– Чего? – Не поняла ошарашенная недавним сновидением Чернушка.
– Вставай говорю!
Чернушка открыла один глаз и обнаружила себя лежащей на грязной деревянной доске в своём родном дворе. Над ней склонился Рыжий и приветливо махал хвостом.
– Пора идти. – Сказал напарник и, приветливо виляя хвостом, направился к воротам. От вчерашней ярости у него не осталось и следа.
Довольная Чернушка встала, лениво потянулась, попила воды из миски и побежала следом за Рыжим, который уже успел уйти довольно далеко.
– Если он за всё это время не появился у нас, его скорее всего уже нет в живых. – Уверенно предположила Чернушка, когда поравнялась с Рыжим. – Сам знаешь, какие у нас тут районы вокруг. Самим ходить боязно.
– Да, неспокойные. – Подтвердил Рыжий, приближаясь к дороге. – Но это вовсе не значит, что он мёртв. В городе есть все шансы выжить, было бы желание и мозги. К тому же, у нас приказ доставить его в стаю живым, чего бы это ни стоило.
– Как мы заговорили! – Усмехнулась Чернушка. – Помогли бы тебе мозги, если бы не Зевс?!
– И то верно. – Кивнул Рыжий, когда они перешли через дорогу и завернули в одну из подворотен, заполненную всевозможными запахами. – Но нам всё равно нужно его найти. Живым.
Они прошли ещё пару домов, когда Рыжий насторожился, поднял нос и внимательно принюхался. Чернушка тотчас же последовала его примеру.
– Ты тоже это чувствуешь? – Спросил Рыжий и испытующим взглядом посмотрел на свою напарницу.
– Что именно? – Спросила Чернушка и усиленно понюхала воздух, едва не засосав ноздри внутрь носа.
– Он был здесь.
Рыжий заглянул в нишу под балконом и глубоко вдохнул находящийся там воздух.
– Он точно был здесь. – Повторил Рыжий, высунув голову и посмотрел на Чернушку. – Три часа назад.
– Куда же он направился? – С любопытством спросила Чернушка, сама пытаясь ответить на свой вопрос, но крутившиеся в голове беспорядочные мысли мешали появиться чёткому и структурированному ответу.
– Одно знаю точно, что он пришел с севера. – Заключил Рыжий и с тревогой посмотрел на Чернушку. – За мной!
Глава седьмая
Старый полусгнивший вагон, находившийся на пустыре ещё со времён царя Гороха, с наступлением темноты приобретал вполне щадящий вид. Закат, который был отлично виден с крутого склона, каждый вечер окрашивал его в разные тона. Белла лежала на своем неизменном ложе в виде пухового матраса и размышляла, наблюдая за интересной игрой красок и тени, создававшей шедевры, на которые была способна только природа.
Широкое море лесного царства создавало иллюзию бесконечности, но мир Беллы был сильно ограничен крутым обрывом, по периметру которого высился прочный забор из металлической сетки, который вряд ли кому-нибудь пришло бы в голову покорить. За живой изгородью начиналась промышленная часть города. На пустырь никто и никогда не заглядывал. Это было идеальным местом для проживания огромной стаи собак, и только здесь Белла могла предаться своим мыслям, прокручивавшимся в её голове с невероятной скоростью, и в поисках правильно решения достигавших самых потаённых глубин её бесподобного мышления.
«С одной стороны, предложение Зевса имеет немало плюсов», – подумала она и вспомнила про те далёкие времена, когда большая и могущественная стая держала в страхе целый город. Она тогда имела невероятную власть. Но с другой стороны, управлять такой стаей удавалось не всегда эффективно. Белла понимала, что именно это и стало основной причиной её распада.
«Борзой с огромной вероятностью потеряет свой незыблемый авторитет, когда станет известно о воссоединении…» – Продолжала думать Белла, совсем забыв, что она здесь не одна.
– О чём задумалась, Белла? – Спросил вожака чёрно-белый пёс, которого в стае все звали Чемпионом.
Белла не повела и носом, лишь поудобнее устроилась на своём мягком месте, наслаждаясь последними, но ещё тёплыми лучами уходящего солнца. Ласковый ветер приносил из леса множество запахов, нежно обдувая её острую мордочку, которая время от времени подрагивала, когда ноздреватый нос улавливал из мощного воздушного потока ту самую вкусную воздушную струю, которая приводила мышцы её головы в движение, рисуя в утомлённом воображении объемные картинки, соответствующие попавшему в плен запаху.
Собаки занимались каждая своими делами, и даже не смотрели на вожака, это считалось дурным тоном. Каждая из них прекрасно знала, что занимать этот матрас могла только Белла, и даже взгляд, брошенный в её сторону, мог расцениваться как покушение на королевские покои. Это был её трон, и даже Чемпиону, с которым Белла, в силу его ума и находчивости, общалась по-дружески и доверяла ему все свои тайны и секреты, не разрешалось залезать на это ложе.