Любовь под абажуром

ровала, а если и отвечала, то никакого намёка на развитие закис‑

ших отношений в её голосе не сквозило. Похоже, проанонсиро‑

ванная интрига умерла в зародыше.

Перед майскими праздниками Эльза позвонила Эрику.

– Можешь найти квартиру? – щебетала она умоляющим

голосом. – Точнее, я и сама в состоянии подыскать жилплощадь.

Тут вопрос в другом. Я пока не осилю оплату. – Эльза драматич‑

но вздохнула. – Всё, ухожу от родителей. Больше с ними жить

не хочу.

Это было уже интересно. Если выполнить её просьбу, то в съём‑

ной квартире, смекнул Эрик, рядом со свободной девушкой обя‑

зательно найдётся место и спонсору. Оттуда она не погонит.

Возможно, эту идею Эльза и собиралась ранее озвучить.

– Хорошо, я тебе помогу, – сморозил Эрик, не подумав. —

Деньги есть.

По обыкновению он поделился свежей новостью с отцом. Борис

Францевич неоднозначно воспринял финт Эльзы.

– Это возрастное, пройдёт, – заверил он растерянного сына, согласившегося взвалить на студенческие плечи финансовый

груз. Вместе с тем Борис Францевич по‑отцовски понимал, что

28

Эрик и Эльза

парень основательно прикипел к неплохой девчушке и его сле‑

дует поддержать.

– Вот тебе деньги, – протянул он Эрику кипу перехваченных

резинкой пятисотруб лёвых купюр. – Сними на три месяца квар‑

тиру. Достаточный срок, чтобы довести дело до победы.

После беседы с отцом обладателя необходимого капитала

обуяла жажда действий. Эрик быстро нашёл подходящий вариант.

Чистая меблированная однушка в трёх остановках от салона: стеклопакеты, балкон, второй этаж. После разговора с арендода‑

телем Эрик позвонил Эльзе и, чуть не брызжа слюной, сообщил, что готов внести аванс за жильё.

Эльза не ожидала от Эрика такой прыти, однако желания не‑

медленно покинуть опостылевших домочадцев не проявила.

Скорее всего, противоборствующие стороны погасили конфликт, и вечерами за ужином в плохо освещённом зале воцарялась се‑

мейная идиллия. А может, она его разыгрывает, вновь испыты‑

вает на прочность, и это начало ещё одной забавы, развязки ко‑

торой не видно на горизонте их затянувшихся мытарств.

С момента переезда Эльзы на съёмную квартиру, если таковой

состоится, в распоряжении Эрика будет не более трёх месяцев

для создания семьи. В противном случае он навсегда вычеркнет

Эльзу из опрометчивых замыслов. Даже если непокорная барыш‑

ня вновь поманит его пальчиком, клянчить деньги у отца на оче‑

редную затею с непредсказуемым финалом он не дерзнёт.

Через две недели Эльза объявилась. Она окончательно разру‑

галась с матерью и жила у Алисы, пока её родители были в отпуске.

Визитку риэлтора Эрик вложил в учебник по криминологии.

С детства он боролся с дурацкой привычкой хранить ненужные

вещи, но в чистке жизненного пространства, сократившегося

в его комнате до неразумных пределов, не преуспел. Звонок

в агентство недвижимости Эрика разочаровал. Уютную квартиру

29

Сергей Миронов

заняли гости с Урала. Из предложенных вариантов поблизости

с «Янтарной леди» была лишь пара достойных, но сдавалось

более‑ менее просторное жильё совсем за другие деньги. Бюдже‑

та, выделенного Борисом Францевичем суетливому сыну, хвата‑

ло только на два месяца безмятежного существования Эльзы

вдали от дома.

Эрик взял день на раздумья и подписал договор аренды.

В новых житейских условиях скандальная беженка повела

себя с Эриком вполне демократично. Эльза отвечала на все звон‑

ки благодетеля, по‑доброму посмеивалась над ним, отпускала

шпильки в адрес надоедливых клиентов. Дважды в неделю Эрик

возил Эльзу на прогревание, съездил с ней к ортопеду. Вместе

с Эльзой он подкидывал продукты в подтекающий холодильник, помнил про шоколад и орехи.

«Все, теперь не уйдёт, – вдохновлял себя Эрик на боевые по‑

ступки. – Простым спасибо тут не отделаешься, а уж исчезнуть

пусть и не пробует».

Тёплым майским вечером Эрик нагрянул к Эльзе с пиццей. Шёл

последний месяц её вольной жизни. Обещанных слов он так

и не дождался.

Эльза встретила Эрика приветливо. Была улыбчива и любезна.

Выглядела отдохнувшей. Лицо её очистилось, посветлела кожа.

Она удачно оформила брови, навела порядок на голове. Её полные

губы под матовой бордовой помадой иногда пугали Эрика. Было

в них что‑то запретно сладкое, недоступное для его, по сути, ещё

мальчишеских представлений о женщине, а в самой Эльзе таилось

нечто из арсенала разящих наповал клубничных секретов, раску‑

шенных им в эротических журналах. Возможно, он всё это при‑

думал, вознес её на небеса запредельного совершенства и теперь

настраивался ниспровергнуть с адской высоты, поймав в широко

расставленные сети, натянутые поперёк арендованной квартиры.

30

Эрик и Эльза

Одно Эрик помнил точно. Эльза уже была у него в руках. Он

прижимал к груди её хрупкое тело, когда нёс к машине жалкое, залитое слезами существо, а после из травмпункта вёз домой

и снова нёс, сжимая Эльзу и щупая растопыренными проворными

пальцами, и от лифта опять нёс по длинному тёмному коридору

до входной двери, парируя неуместные высказывания Инессы

Самуэльевны о разгильдяйстве дочери в морозный вечер, а Эль‑

за, постанывая, засыпала у него на плече.

Тогда она была совсем рядом, а сейчас расстояние до её осле‑

пительных губ Эрику предстояло преодолеть. Он готовился по‑

бедить страх, отключить встревоженный разум и не думать, что

посвежевшая девушка отфутболит его ещё раз.

Весь дрожа, Эрик наконец дотронулся до губ Эльзы, ощутил их

неожиданную твёрдость и влажный, липкий рельеф. Эльза отодви‑

нулась от тяжело дышащего безумца, но Эрик притянул её к себе, обхватив за острые лопатки, и вновь прикоснулся к губам. Потом он

распробовал фруктовый химический привкус помады, убрал с груди

детские кулачки, которыми Эльза пыталась оттеснить его к спинке

дивана, и вдруг навалился на отпрянувшую подругу. Эрик осыпа́л её

шею частыми скользящими поцелуями, бороздил приоткрытым ртом

лоб и щёки, вскрывал маску тонального крема, из‑под которого за‑

пестрили точечные покраснения после косметических процедур. Он

дал волю правой руке, ползком добравшейся до её голого живота; левой, ухватив за плечо, он притиснул Эльзу к дивану. Под расстёгну‑

тым ремнём его пальцы попали в засаду – Эльза придавила их

к молнии горячей ладонью, но это Эрика не остановило, как впрочем, не подействовал на него и возглас: «Осторожно, нога!»

Домой Эрик вернулся после полуночи. В спальне родителей щёл‑

кнул выключатель торшера. Эрик снял обувь, накинул на стул ве‑

тровку, расстегнул рубашку. Странные, непонятные чувства боролись

в нем, пока он лежал в одежде на убранной кровати и потягивал

из бутылки пшеничное пиво. То, на что он настраивался полгода, 31

Сергей Миронов

к чему шёл через провалы, опустошенность и сомнения, сверши‑

лось за несколько минут. Эрик предстал перед девушкой неумелым

сопляком, ведомым в сбивчивой возне на скрипучем диване.

Эльза направляла его и указывала, как надо сделать, чтобы всё

получилось. Но главное, он был у неё не первым. С этим скверным

открытием придётся смириться, если в обозримом будущем стро‑

ить семью. Интересно, из чего сложится их быт, мучил себя Эрик

насущным вопросом: из ночных постельных баталий и решения

житейских проблем в светлое время суток? Наивно как‑то.

«Вот тебе и Караганда, – бормотал он, постепенно сваливаясь

в пучину глубокого сна. – А ещё говорят, Калининград спит в од‑

ной постели».

7

После страстного вечера, проведённого под диктовку подруги, Эрик ожидал стремительного развития дальнейших событий.

На пути к сердцу Эльзы он вышел на финишную прямую, вытер‑

пел все испытания, снёс мелкие занозистые издёвки, не бросил

больную в трудный момент и, что самое ценное, помог с поиском

и оплатой квартиры. Порядочные женщины такого не забывают, убеждал себя Эрик и нацеливался на скорый сеанс возбуждаю‑

щего общения. На этот раз он будет настойчивее, виртуознее, учтёт ошибки патриархальной юности, придёт с цветами и бу‑

тылкой дорогого вина из отцовского бара. Солидно оденется.

Но что‑то не срабатывало в прогнозах Эрика. Время летело, бли‑

зилась летняя сессия, а Эльза его избегала. Дважды Эрик напрасно

прождал её под дверью. В назначенный час Эльза не явилась. Дозво‑

ниться до пропавшей умелицы Эрик не смог. Эльза воскресила

обычай вечерами не отвечать на звонки. В первый раз, покружив

по лестничной клетке, Эрик засунул букет в узкий проем между

32

Эрик и Эльза

дверным полотном и облупленной ручкой, во второй – подарил

лилии пожилой соседке, что, впрочем, ничуть её не обрадовало.

– Это девицам с восьмой предназначалось? – крикнула вдо‑

гонку Эрику наблюдательная женщина. – Недостойны шалавы

такого подарка!

Но Эрик её не слышал. Он бежал по ступеням, на каждом этаже

награждая дверцы мусоропровода ударами каучуковой подошвы.

«Выселю мерзавку к чертям собачьим, – кипел он и развязывал

тугой узел стильного галстука. – Райские дни подходят к концу».

На улице Эрика охватил приступ дикого хохота. Он так и не по‑

нял, чего было больше в этом припадке: безудержного отчаяния

или торжества власти, которую он возымел над необузданной

переселенкой. «Все, отправляю её к родителям, – бесновался он, распираемый неохватной значимостью собственной личности. —

Не захочет мотать на Павлова, пусть скидывается на аренду жи‑

лья с салонными дивами».

На следующий день после лекций Эрик глотнул коньяка и от‑

правился в «Янтарную леди». Эльзы в салоне не было. В малень‑

кой комнате, увешанной рекламными плакатами, плавали тучные

облака косметических запахов, принятые им по дороге в травм‑

пункт за тонкий фимиам Эльзиных духов. Два мастера, лихо

орудуя пилками так, что над столами клубилась беловатая пыль, шлифовали ногти задумчивым клиенткам.

Эрик вышел на улицу, утопил горсть монет в кофейном аппа‑

рате и нажал на «вызов» в телефоне. Когда он вернулся в салон, знакомая мелодия убедила его в том, что Эльза где‑то рядом.

– Вы по записи? – спросила румяная женщина с оранжевым

сосульчатым взрывом на голове.

– По необходимости, – отрезал Эрик, смял в руке бумажный

стаканчик и тормознул дозвон.

– Эльза, молодой человек к тебе, – посмотрела в зеркало

фосфоресцирующая мастерица.

33

Сергей Миронов

Эрик обернулся. На пороге стояла Эльза. Из‑за нее выгляды‑

вала Алиса. Подруги переглянулись.

Эльза прошла мимо Эрика, словно это был не он, а залетевший

на стрижку случайный прохожий.

– Мне нужно с тобой поговорить, – сказал Эрик. – Он засу‑

нул руки в карманы и гордо, по‑петушиному выпятил грудь.

– Ну пошли, раз нужно, – сделала одолжение Эльза.

У витрины салона, заляпанной текстовыми аппликациями

и женскими головами, Эрик изрек:

– На съёмной квартире тебе осталось жить десять дней.

Оплату я внёс за два месяца.

Суровый вид Эрика сразу насторожил Эльзу. Таким взвинченным

она его никогда не видела. Последняя фраза прозвучала, как неиз‑

бежный приговор. Эльза привыкла к своей симпатичной квартир‑

ке с умеренным ремонтом и горячей водой, безотказно бившей

из кранов. Но главное, её не донимали родители. Она свыклась

с комфортным существованием так же быстро, как с причудами

балтийского города. В своём зашторенном королевстве Эльза хо‑

зяйничала больше месяца и впереди не видела угрозы. Будущее

на новом месте рисовалось ей светлыми весенними красками.

Она закурила.

– Я тогда не смогла тебя дождаться. Срочно вызвали на работу.

– Это к делу уже не относится. – Эрик был непреклонен. —

Можешь оставаться на Багратиона. Тебя оттуда никто не вышвы‑

ривает. Вноси своевременно квартплату и живи, сколько хо‑

чешь. – Он бросил в урну стаканчик. – Найди напарницу, платите равными частями.

Эльза скривила личико:

– Это невозможно.

– Тогда могу помочь с переездом, – озвучил Эрик домашнюю

заготовку. – Позвони за пару дней до выезда. Я попрошу у отца

машину.

34

Эрик и Эльза

– Хорошо, я согласна, – покорно тряхнула головой Эльза

и пристально взглянула на Эрика.

«В сё‑таки диковатые у неё глаза, – пришёл Эрик к запоздало‑

му выводу. – Холодные, как зимняя ночь».

Потом очнулся:

– Вот и отлично. Когда пакуем вещички?

– Ты меня не понял, – озадачила Эльза доброго друга. —

Я согласна расписаться. Ты же об этом мечтал с момента нашей

первой встречи. Отец привёл тебя к нам свататься.

У Эрика закололо в висках. Он отступил назад и ощутил, как

живот ему распёр грузный ватный ком. Такое с ним бывало на эк‑

заменах, когда упорхнувшая надежда на отличный балл вдруг

возвращалась, издали махая крыльями.

– Только давай без пышной церемонии, без всяких там фан‑

фар и свидетелей, – предложила Эльза. – Не хочу устраивать

пир для родителей и родственников.

– Давай, – с трудом выдавил Эрик и обомлел от счастья.

8

Виктор Гофман всё‑таки приехал с женой на свадьбу племян‑

ницы. Навестил калининградцев и старший брат Бориса Фран‑

цевича. Бауманы и Гофманы собрались отметить знаменательное

событие в немецком ресторане.

Шампанское стреляло пушечными залпами, шнапс шёл под

сочные рульки, пенилось пиво, приезжие уплетали баварские

колбаски с тушёной капустой и жареной картошкой. Молодожё‑

нам, как сейчас принято, вручили подарки в бумажных конвертах.

Звучали пространные речи и напутствия. Раскрасневшийся от вы‑

питого Виктор Гофман трижды брал слово. К концу последнего

выступления он скатился к назидательным повторам, муссируя

35

Сергей Миронов

темы верности, супружеского долга и продолжения рода. В заклю‑

чение Виктор пригласил супружескую пару в свадебное путешествие

по Нижней Саксонии, обещав молодым достойный прием.

«Это уже по‑нашему, по‑деловому», – подчеркнул широту

души дальнего родственника Борис Францевич и наполнил рю‑

мку ледяным «Егермайстером».

Поначалу Эрик скромничал. Он переваривал свершившийся

факт законного обладания Эльзой. Он упивался планетарной

мыслью о том, что Эльза теперь будет с ним рядом: днём и ночью, всегда. Эрик напрочь забыл о злоключениях под дверью съёмной

квартиры, в которой им предстояло жить. Его больше не смуща‑

ла сыпь на лице Эльзы, вновь выступившая к свадьбе. Её муляж‑

ные, в паутинках причудливых узоров губы были, наконец, заво‑

ёваны. На радостях Эрик не думал, что, собственно, это Эльза

привела его в ЗАГС и осуществила мечту затравленного юнца.

К полуночи возгордившийся покоренным олимпом Эрик пе‑

ребрал шнапса и пустился в азартные пляски на пару с Виктором

Гофманом. Вскоре к ним присоединилась компания поддатых

туристов из Мурманска.

– Браво мне! – выкрикивал разгорячённый Эрик и дергался, как ошпаренный, на все стороны отбивая развязные поклоны.

Этот лозунг эхом резонировал в его размаянном теле, и он под‑

бегал к Эльзе, сидевшей за столом рядом с Алисой и краснощёкой

дамой из салона. Счастливчик тащил Эльзу на танцпол, где она

награждала гостей каскадом пластичных телодвижений и спе‑

шила обратно к подругам, в домашнюю компанию, к вину, ликёрам

и фруктам. В паузах между танцами Эрик снова подлетал к де‑

вушкам, сжимал Эльзу и Алису за голые плечи, целовал жену

в аккуратно уложенные волосы и устремлялся в центр зала. Там, в надвигающемся забытье, он исполнял размашистые нелепые

пируэты под разудалые выкрики Виктора Гофмана и мурманчан.

Остановить Эрика было невозможно.

36

Эрик и Эльза

Борис Францевич дождался момента, когда сын дошёл до опас‑

ной стадии умопомрачения. Во избежание надвигающейся пота‑

совки с северянами семейную пару отвезли домой. Помогли обу‑

здать задиристого танцора коллеги Бориса Францевича по обществу

охотников и рыболовов.

Брачную ночь Эрик провёл на диване в дурном, кошмарном сне.

Периодически он склонялся над тазиком и орошал пластмассовую

емкость измельчёнными секретами немецкой кухни. Пиджак Эрик

уделал ликёром, брючину заляпал свечным воском. Швейцарские

часы, подаренные супругу Виктором Гофманом, Эльза случайно нашла

на резиновом коврике микроавтобуса, взятого Борисом Францевичем

напрокат у приятеля по автономии. Бумажник мужа она подобрала

с половика за порогом квартиры, когда провожала охотников, вы‑

грузивших невменяемого молодожёна из лифта; ну а конверт с день‑

гами Эльза предусмотрительно убрала в сумочку ещё в ресторане.

Эрик пробудился в двенадцатом часу дня. Последними кадра‑

ми, засевшими в его поврежденной памяти, были фрагменты

первобытных шаманских плясок, далее шли размазанные, иеро‑

глифические титры, вобравшие в себя едва заметные росчерки

приглашённых на свадьбу гостей. Потом его схватили, поволокли

на улицу; он отбивался, сопел, дрыгал ногами – и все: плёнка

оборвалась, свет погас. Наступила непроглядная тьма.

Эрик провёл ладонью по голове и с удовлетворением отметил, что она имеет округлую форму. Бетонная плита, слетевшая нака‑

нуне со строп свадебной вакханалии, больше не давила ему на за‑

тылок. Под диваном стоял чистый таз, костюм висел на спинке

стула. На кухне шипел чайник.

– Эльза! – позвал Эрик супругу. – Принеси холодной воды!

Свадебное путешествие Бауманы наметили на середину июля, после сессии Эрика. Эльза могла поехать в Ганновер в любой мо‑

мент. В «Янтарной леди» она пропадала шесть дней в неделю, 37

Сергей Миронов

иногда заменяла заболевших подруг, бежала в салон, когда кто‑то

увольнялся и на вакантное место требовался мастер. Ко всему

этому Эльза ещё работала на себя. Эрик встречал жену в восьмом

часу вечера, бывало, и после девяти. Он готовил ужин. Обычно

варил макароны и сосиски, жарил картофель, делал лёгкие овощ‑

ные салаты. Вспомнил о полуфабрикатах, тушёнке, рыбных кон‑

сервах и магазинных пельменях. Эльза была всеядна. Она погло‑

щала всё, что предлагал муж. По утрам брала с собой шоколад, фисташки или лукум. Стоять у плиты она не любила. Иногда

по выходным баловала мужа творожной запеканкой с изюмом.

В подобном сценарии семейной жизни Эрика устраивало всё

до тех пор, пока что‑то не стряслось с его избранницей. К акой‑то

вирус вдруг поразил её заумную головку. По ночам Эльза бунтовала

и отгоняла Эрика, льнувшего к ней, как голодная дворняга к свире‑

пому хозяину. С небес необъятного счастья Эрик спикировал в тря‑

сину мужских неудач. Когда же Эльза отдавалась ему целиком (в на‑

граду за ведение хозяйства), Эрик, привыкший к её непредсказуемым

кульбитам, утешал себя тем, что это он уже проходил: они ещё

притрутся друг к другу, и Эльза воспылает ответной страстью. Всё

у них наладится, а свадебное путешествие упрочит семью.

В конце мая началась зачётная неделя. Эрик играючи пере‑

щёлкал зачёты и настроился на сложную сессию. В Германию он

хотел поехать с чистой совестью. Эльза, как никогда, зависала

на работе. В салоне пустовало место маникюрши, к тому же в ава‑

рию попала её напарница, по совместительству косметолог и ви‑

зажист. Эльза пыхтела за двоих, да ещё тянула арендное место.

Домой она приходила совсем поздно, в одиннадцатом часу. Шла

в душ, быстро ужинала и валилась в постель, жалуясь на усталость

и головную боль.

Сначала Эрик ей сочувствовал. Думал, надо потерпеть. Труд‑

ности отступят, Эльза снова вой дёт в привычный график, вспом‑

нит про мужа и сама прильнёт к нему ночью.

38

Эрик и Эльза

В разгар сессии Эрик заподозрил жену в чём‑то неладном. Он

всполошился. С таким объёмом работы Эльза вряд ли бы справи‑

лась. Не такой уж выносливой и фанатичной она была, чтобы

ублажать клиентов с утра до позднего вечера.

Встрепенувшийся муж окинул семейную жизнь другим, реаль‑

ным взглядом. По сути, супруги сожительствовали в тесной хру‑

щёвке, как азиаты‑ строители, готовые разлететься по кишлакам

и забыть друг друга после сдачи объекта. Может, в Караганде так

принято строить семьи, задавался Эрик глупым вопросом. Он

пытался понять, что объединяло их, кроме совместных ночёвок

на продавленном диване и общего бюджета, сформированного

Эльзой после его выплясываний на свадьбе. Получалось, ничего.

Когда Эльза засыпала, Эрик осторожно пробирался под её

одеяло, гладил плечи и бёдра жены; боясь быть пойманным, трогал слабую, плоскую грудь. всё это он проделывал в высшей

степени осторожно. Добравшись до татуированного, в пупырыш‑

ках, живота, он останавливал руку на грани проникновения в са‑

мое интересное место – Эльза начинала ворочаться, шептала

сквозь сон: «Отстань – не сегодня». Или: «Уймись и спи». Эрик

унимался и впечатывал голову в подушку. Спустя какое‑то время

он снова подкрадывался к жене, терся о её ягодицы напряжённым

достоинством и отступал, услышав роковое: «Сказала же, сгинь

по‑хорошему!»

Глубокой ночью Эрик успокаивался: сон брал своё. Рядом по‑

храпывал злобный недоступный зверёк. «Неспроста её Эльзой

назвали, – вертелось на губах у Эрика. – Женщина с таким

именем не может быть душкой». Это он давно осознал, но лгал

себе, что рядом с ним распустился нежный цветок.

Утром Эрик вскакивал в семь и первым плёлся на кухню, по‑

тирая тяжёлую голову. На скорую руку он собирал завтрак. Эльза

ещё нежилась в постели, свесив до пола голую руку и обнажив

плечо, когда Эрик уезжал на консультацию в университет.

39

Сергей Миронов

Он очень быстро озлобился на неё. Ходил пришибленный но‑

ющим домыслом, что, живя с ним, она ведёт двой ную игру, ис‑

пользует в неких тайных целях. Оставалось выяснить, в каких.

Эрик перестал верить в её байки относительно адской загружен‑

ности на работе. Вечерние часы Эльза явно где‑то проводила.

И уж точно не в салоне красоты, накручивал себя Эрик. Меньше

всего ему хотелось начать слежку за скрытной женой. Он гнал

прочь эту затею всякий раз, когда чувствовал во сне руку Эльзы

на своём плече, но, получив тычок под рёбра за рассекреченную

попытку приблизиться к её телу, опять отворачивался и, готовый

придушить подушкой вздорную соседку, засыпал.

После работы, в тихой домашней обстановке, Эльза вела себя

вполне естественно. Интересовалась успехами мужа на факуль‑

тете, просматривала коллекцию открыток, спрашивала о рыбо‑

ловных достижениях Бориса Францевича. Порой Эрику мнилось, что ночами в Эльзу вселялось иное, гневное существо, но это

была она – его жена, замкнувшаяся в косметическом мирке

и бесившая равнодушием к мужскому вниманию. С каждым днём

Эльза отдалялась от него всё больше и больше.

Накануне начала расследовательской деятельности Эрик спросил:

– У нас с тобой всё закончилось?

– Что‑что? – машинально проронила Эльза и подцепила

вилкой кругляшок салями.

– Я имею в виду отношения мужчины и женщины, – пояснил Эрик.

Эльза накрутила на вилку проводок спагетти.

– Тебя что‑то не устраивает?

– Многое. У нас нет ничего: ни близости, ни планов, ни со‑

вместных интересов. – Эрик открыл банку пива. – Да и видим‑

ся мы два часа в день.

– Ты сам за мной увязался, – продолжала ужинать Эльза. —

Выхаживал, терпел, дрожал. Жди и снова терпи. Я – твоя. Этого

достаточно. Потянешь на себя одеяло, у нас ничего не получится.

40

Эрик и Эльза

– Пока что ты спишь в спальном мешке, – огрызнулся Эрик.

– Я – женщина. Мне можно. – Эльза встала из‑за стола и ковар‑

но ухмыльнулась: – Научись согревать душу ангела и тело ягненка.

9

В «Кебаб Кинг» Эрик захаживал регулярно. Три раза в неделю

после занятий он баловался фастфудом. В палатке, на остановке

около университета, его встречали улыбкой. Сухроб умело гото‑

вил панини и шаверму в лаваше. Для постоянных клиентов дей‑