Алень – благородное животное. Жена

За барной стойкой Елизавета оказалась, оторвавшись от коллег по работе. Сегодня они праздновали в своем женском коллективе День рождения главного бухгалтера. Хорошенько поднабравшись спиртным в офисе, женщины решили ехать все вместе в караоке. Все пошли наверх в зал, где играла музыка и доносилось пение, а Лиза спустилась вниз в полуподвальное помещение. Тут звучал расслабляющий блюз, пахло кальяном и дорогим алкоголем. Елизавете за сегодня надоел бабский коллектив и хотелось пообщаться с мужчинами. Усевшись на высокий стул, женщина посмотрела раскосыми глазами на бармена.

– Текилы, – сделала она заказ и принялась рассматривать бармена.

«Вот он стоит целый вечер за стойкой, – думала Лиза. – Люди вокруг выпивают, отдыхают, а для него это работа – смотреть на чужой праздник жизни».

Бармен в свою очередь рассматривал посетительницу. Маленькая худенькая красотка лет под тридцать в нарядном платье с блестками, которое было по колени, а сидя, поднялось еще выше, оголив красивые ноги.

«Такая быстро найдет себе хахаля», – размышлял он, наливая текилу.

– Что празднуем? – спросил бармен, решив изменить своим принципам, не заговаривать первым с посетителями.

– Днюха у главбухши, – звонко зазвучал ее голос. – Девчонки пошли петь, а я…

– А ты решила накидаться.

– Просто промочить горлышко, – рассмеялась Елизавета. – Это помогает брать верхние ноты.

– Занималась вокалом?

– По молодости даже звали солисткой в группу «Поющая секвойя». Ты же знаешь, они у нас в городе начинали.

– Помню таких. Сейчас они вроде в Москве, гастроли по России. Почему у тебя не срослось?

– Замуж вышла, родила ребенка, какие теперь гастроли, – грустно сказала Лиза, закрыла глаза и ей вспомнилось, как все начиналось.

Сентябрь первого курса в университете. Восемнадцатилетняя Лиза Калинина робко подходит к аудитории.

– Какая красивая стрекоза!

Елизавета сначала даже не поняла, что говорят про нее, но обернулась на возглас. От группы молодых людей отделился высокий красивый длинноволосый парень.

– Никогда не видел тебя в стенах нашего альма-матер, – приблизился к ней красавчик. – Откуда ты, прекрасное создание?

– Я первокурсница, – ответила Лиза, почему-то почувствовав дрожь в коленках.

Девушка неотрывно смотрела на лицо парня: у него был длинный породистый нос, волевой подбородок и тонкие губы. Из его рта вылетали примитивные банальности, но девушка млела под его взглядом.

– Значит, я угадал, что ты стрекоза.

– Причем тут стрекоза?

– Так в нашем универе называют первокурсниц. Забей, это необидно. Тебя как зовут?

– Лиза Калинина.

– А меня – Антон Луцкий, можно просто Тоха. Ты с какого факультета?

– Лесотехнического.

– Как такое хрупкое прекрасное создание угораздило попасть в лесники? Может, ты думала, что на лестехе готовят лесных фей?

– Ничего я не думала, просто там проходной бал был ниже. Больше я нигде на бюджет не проходила.

– Все правильно, вышка есть вышка, а по какой специальности, без разницы. Я вообще на теплотехническом на третьем курсе учусь, ничего не понимаю, а мечтаю взять бас-гитару и порвать зал. Мы сейчас в универе собрали свою группу. Приходи в актовый зал после трех, у нас будет репетиция. Придешь?

У Елизаветы вновь затряслись коленки, и она с трудом вымолвила:

– Да.

Антон действовал на нее как гипнотизер. Сидя в актовом зале, Лиза безотрывно смотрела на него. На сцене было еще три парня, но они сливались с занавесом и были просто фоном для него. Песни, которые пел Луцкий, вводили молодую девушку в транс.

Особенно, когда солист смотрел на нее, а губы в микрофон произносили:

Ты вошла, и мир вдруг изменился,

Лишь увидел я твое лицо.

Почему твоя улыбка манит

И зовет, зовет так далеко?

Твое лицо, твое лицо.

Без глаз твоих мне уж не жить.

Хочу смотреть, хочу смотреть

В твое лицо, твое лицо.

– Пошли за кулисы, – позвал ее Тоха после репетиции.

Заведя Калинину в какой-то закуток, парень начал ее целовать, и она потекла, как мороженое на тридцатиградусной жаре. Как легко Елизавета отказывала одноклассникам в школе, что все считали ее Снежной королевой. А тут парень, с которым она познакомилась только утром, после пары поцелуев в засос, подсадил ее попой на пыльный стол, задрал юбку и снял трусики. Ошарашенная Лиза не сумела произнести ни одного слова «нет», которыми раньше легко отшивала назойливых ухажеров. Антон легко задрал ее ноги, прижал их своей грудью к груди девушки. Чтобы не потерять равновесие, Лиза вцепилась руками сзади себя в крышку стола.

– Хорошая растяжка, – произнес парень и ввел член в ее раскрывшееся лоно.

Елизавета ойкнула от боли, но затем ходящее в ней мужское достоинство начало распространять по всему телу приятную дрожь. Через пару минут ее влагалище обхватило фаллос, а тело сотряслось от оргазма. Антон остановился и подождал, когда пройдет спазм.

– Ты горячая штучка, – произнес он и продолжил соитие.

Они вскоре достигли совместного удовольствия, и парень, натянув джинсы, подобрал с пола женские трусики и вышел на сцену.

– Йо-хо-хо! – прокричал он, размахивая ими над головой. – Учитесь!

Выглянувшая из-за кулис Лиза увидела, что музыкальная группа никуда не разошлась, а сидя в зале, ждет своего предводителя. Ее трусики улетели куда-то в междурядье. Девушке стало стыдно, ее только что выставили шлюхой перед остальными ребятами. Пунцовые пятна выступили на щеках Елизаветы.

– Калинина, ты что расцвела как калина? – весело спросил Антон, увидев ее замешательство. – Все норм?!

– Да, – обретая уверенность, ответила девушка, только что потерявшая невинность.

– Пошли с нами, – позвал Луцкий.

Радостная волна наполнила грудь Елизаветы. Ее звали с собой, а не бросали, как дешевку. Она выбежала на сцену и прижалась к своему первому мужчине. По ее ногам стекала перемешанная с кровью сперма, но девушка этого не замечала.

– Куда идем? – спросила Лиза.

– Сбегай подмойся, мы подождем, – почувствовав исходивший от девушки запах, тихо произнес Тоха. – Нам нужен хит, нам нужен хит! – громко обратился он к своим музыкантам.

Все равнодушно посмотрели на убегающую со сцены Калинину, один только клавишник смотрел на нее с сожалением. Еще утром в коридоре, увидев красивую стрекозу, он хотел подойти к ней, но Луцкий как всегда опередил. Клавишник вышел за девушкой в коридор.

– Тебе понравились наши песни? – окликнул он ее.

– Да, – остановилась Елизавета.

– Это я стихи написал, – приблизился к ней парень. – Меня Константином зовут, Костя Галошин. И название нашей группы «Поющая секвойя» тоже придумал я.

– А почему секвойя?

– Это дерево растет высотой более ста метров и живет по четыре тысячи лет. Наша группа должна существовать также долго и расти высоко-высоко.

Лиза улыбнулась, оценивающе посмотрела на парня. Он был высок, как Антон, с такими же длинными волосами, лицо его было добрым, застенчивая улыбка была детской и какой-то наивной. Обычный рохля, сделала она вывод.

– Я сейчас, мне нужно кое-куда сходить, – произнесла Калинина и дотронулась пальцами до груди Кости.

Девушка убежала в туалет смывать следы совокупления с другим мужчиной, а Галошин все стоял в коридоре и чувствовал прикосновение ее пальцев на своей груди. Через пять минут Лиза вышла из туалета и увидела Константина, стоявшего как зачарованный.

– Галошин, отомри! – весело крикнула она и рассмеялась.

С этого дня Калинина начала видеться с Антоном и музыкантами его группы каждый день.

– Я теперь твоя девушка? – спросила Елизавета Луцкого через два дня после обалденного секса в комнате общежития, где проживал парень.

– Конечно. Ты с первого дня моя.

В приступе радости Лиза начала целовать тело Антона, а после задала терзавший ее все эти дни вопрос:

– Ты меня любишь?

– Знаешь, стрекоза, мне все эти сантименты чужды. Я с тобой, и этим все сказано.

– А я тебя люблю и могу закричать об этом на весь свет.

– Кричи, если хочешь, только не забывай предохраняться. Этот вопрос на тебе, я такими мелочами не заморачиваюсь.

Луцкий вообще ничем не заморачивался, жил как хотел, на полную катушку: репетиции, концерты, пьянки на всю ночь, но Елизавета, находясь с ним, испытывала постоянный драйв. Группа «Поющая секвойя» через несколько месяцев начала набирать популярность. Они давали концерты не только в университете, но и на других площадках города, а за тем и области. У Луцкого, который и раньше не пропускал ни одной симпатичной мордашки, появилось куча поклонниц. Калинина старалась всеми силами не допустить, чтобы любимый спал с другими женщинами.

– Где ты был вчера после концерта? – спрашивала она Антона на первых гастролях в гостинице районного городка.

– Я не должен давать тебе никаких отчетов, – спокойно отвечал Луцкий, лежа голым после душа на двуспальной кровати.

– Ты уехал с ней?! – повысила голос до визга Калинина. – С той, что притащила на сцену огромный букет, похожий на веник, которым дворники подметают дворы?!

– Тебе нужно было поступать в театральный, а не на лесотехнический факультет, – смеялся в ответ парень. – Или это звуки циркулярной пилы. Только учти, я не позволю себя пилить!

– Тебя не было всю ночь! Ты был с ней?!

– Думай, что хочешь, мне все равно, – лицо Антона изобразило полное равнодушие.

– Любимый, чем она лучше меня? – мягко заговорила Лиза и скинула с себя халатик, под которым было голое тело. – Я же красивей ее и моложе, – повернулась она вокруг своей оси. – Зачем тебе еще кто-то кроме меня, – провела девушка пальцами по своим губам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.