Московский магический университет

Глава 1

– Женя поступил в Москву?! Наш Женя? – закричала Наталья Геннадьевна на весь второй этаж детдома.

Я услышал это сквозь сон, но не придал особого значения. Прошлым вечером я оторвался по полной, травя свой организм огромным количеством алкоголя. И пожалуй, ничто в этой жизни не могло меня побеспокоить.

Вернее, ничто кроме своры младших ребят…

Сначала они громко меня поздравляли, потом начали толкать, а когда дело дошло до кружки холодной воды, вылитой мне на голову, я всё-таки не выдержал.

– Мелкие засранцы! – вскочил я с кровати и, не открывая глаз, стал размахивать кулаками. – Вам жить надоело?!

– Женя! Женя! – загалдело множество голосов. – Ты в Москву поступил!

– Какая нахрен Москва! Дайте поспать!

Я рухнул на мокрую подушку, но через пару секунд похмельный мозг прогрузил информацию.

– Что? – вскочил я вновь – Поступил в Москву? Куда, в МВЛУ?

– Нет! Не в военный, а в МГУ на целителя.

Мои губы опустились дугой вниз, и я в недоумении стал прикидывать, как это получилось. На заработанные летом деньги я съездил в Москву и прошёл вступительные испытания в три университета. На военного лекаря, также по военке в КГБ и в МГУ на целителя. Первый вариант был вполне реальным, а два других чисто ради прикола.

– Женёк, тебе срочно надо подписать согласие на поступление!

– Вставай, вставай! Времени нет!

– На электронку! На электронку! Тебе письмо ещё неделю назад приходило!

Как же от них шумно…

– Да заткнитесь вы! Голова раскалывается! Дайте минуту, привести себя в порядок…

Я коснулся двумя пальцами правого виска. Навык снятия похмелья, безусловно, был одним из самых полезных в моём арсенале. Ясность мысли вернулась, и я встал с кровати. Тело слегка ныло после вчерашней пьяной драки.

Мои скомканные вещи переместились, в своём первозданном скомканном виде, ко мне на тумбу. Девочки отвернулись, когда я защеголял в трусах, чтобы переодеться в джинсы и майку.

Мелкие девчонки ещё пока скромные, а пройдёт года два… отворачиваться уже не будут. Детдомовское воспитание…

– Где письмо? – спросил я, застёгивая ремень.

– У Натальи Геннадьевны. Она сказала тебе проверить электронную почту и очень быстро!

– Да понял, понял…

Свою почту я открывал редко. Как у любого среднестатистического школьника, она служила только для восстановления пароля от аккаунтов в соцсетях или играх. Я выгнал всех из комнаты, удивляясь, почему это ещё не сделал Саня. Он ненавидел, когда его кто-то будит, но в этот раз Исаев напился просто мертвецки.

– Восемь новых писем, а вот и… Чёрт, телефон разрядился.

Я поставил смартфон на зарядку и сел за ноутбук. Среди восьми сообщений пять были спамом, а три – об успешной сдаче вступительных испытаний в московских вузах.

Здравствуйте, товарищ Калинин Евгений Владимирович!

Уведомляем Вас об успешной сдаче вступительных испытаний по дисциплине целительства. Просим направить оригинал аттестата до 15 августа, в случае, если Вы желаете учиться в Московском Государственном Университете.

– И зачем было поднимать такой шум?… У меня ещё три дня в запасе…

Кроме Москвы, я также подавал документы в вузы Нижнего Новгорода. Но там вступительных испытаний не было, только общий госэкзамен. Наверно, я прошёл и там, просто у них вузы попроще – уведомлений не присылают. Баллы у меня близки к максимальным.

Пробежав глазами по двум другим уведомлениям, закрыл почту. На военного лекаря меня брали без вопросов, а КГБ, который, по предварительной договорённости, звался в почте «Молокозавод № 8», хотел дополнительного собеседования.

Во рту был жуткий сушняк, и я пошёл попить к раковине в коридоре. Пионеротряд детдома уже меня там поджидал…

– Женя, надо тебя сфотографировать и вывесить на доску почёта! – сказал Соколов, самый идейный во всем детдоме. – Не каждый умудряется пробиться в Москву!

Не обращая внимания, я подставил черпаком ладонь и стал хлебать воду. Некоторая совесть у меня была, и через полминуты, утолив первичную жажду, я всё-таки ответил:

– Доска почёта? Я же только поступил, может, меня выгонят через день.

– Всё равно ты заслуживаешь быть примером для остальных. Год назад хулиганил, а теперь – первый по успеваемости! Так ещё и в Москву поступил!

– Нет, спасибо. Не хочу, чтобы люди пялились на мою рожу.

– Нет слова «хочу», есть слово «надо».

– Соколов, шмакодявка, учить меня вздумал?!

Три года назад Соколов никому не мог дать сдачи, но как принял бразды правления пионеротрядом, сразу в себя поверил. И ведь сколько раз я за него заступался? Получал от старших ребят из-за него, а теперь он на меня с превосходством смотрит… Вот и делай людям добро после этого.

– Не выражайся так… Я же как лучше хочу…

– Давай не будем выставлять меня на доску почёта авансом. Сначала поучусь в Москве годик или даже два, и тогда можно будет начинать такой разговор.

– Хорошо. Значит, ждём от тебя самых лучших результатов! И, конечно, про нас не забывай! Приезжай на каникулы в гости.

От ребят раздались одобрительные возгласы: «Женя, ждём!», «Будем скучать!», «Привози сувениры, фотки!». Даже сердце от такого заныло – как ни крути, а в детдоме меня почти все любят.

Хотя это не удивительно – я всегда защищал слабых, и если кто-то борзел, то сразу получал от меня по лицу. Поначалу, правда, влетало чаще мне, но постепенно я окреп, и со мной стали считаться. А когда во мне два года назад пробудилась магия… Тут уже вообще ни у кого шансов не было. Хулиганом, как сказал Соколов, я действительно был, однако, исключительно добрым.

– Да, ребят, я тоже буду скучать… Обязательно приеду на каникулах, – я неловко почесал затылок. – А времени сколько? Столовая ещё работает?

– Ещё работает, – ответил кто-то. – Только поторопись, последний этаж уже заканчивает кушать.

– Отлично!

Я утолил до конца жажду и пошёл завтракать. Кажется, у других людей аппетита после пьянки нет, но для меня день – не день, если с утра хорошенько не позавтракать.

Когда я пришёл, в столовой было шаром покати – кушали только четверо ребят, которых поставили на уборку этажей. Тётя Маша выскребла из кастрюли остатки каши и принесла откуда-то с кухни кофе вместо закончившегося чая – разумеется, я был только этому рад. Творога и сладкой плюшки мне не досталось, но кофейный напиток покрывал всё с лихвой.

В голове царили мысли о поступлении. МГУ или КГБ? Уже настроившись на военное направление, я склонялся ко второму варианту. Всё-таки у меня талант к магии, а значит, я должен служить на благо государству.

Только смущало, что на «молокозаводе» собеседование 16 августа, а оригинал аттестата в МГУ надо отдать до 15 августа… Если вдруг КГБ не возьмёт, то я рисковал остаться у разбитого корыта… Был ещё вариант поступить в МВЛУ, там до 22 августа, но с такими перспективами это кажется скромным выбором.

Хотя в Москву в любом случае стоило собираться уже сегодня – мало ли, какая накладка вылезет.

– Женя, булку не надо? – спросил меня парень с уборки.

– Давай.

Плюшку я решил взять для Исаева – вдруг проснётся и тоже пожевать захочет. Я занёс булку в комнату и пошёл к Наталье Геннадьевне. К счастью, она всё ещё была у себя в кабинете, а не где-то на территории детдома.

– Здравствуйте, Наталья Геннадьевна. Мне документы нужны…

– Привет, Женя. Поздравляю с поступлением в Москву! Очень за тебя рада. Ты – моя настоящая гордость!

– Спасибо… Но я только поступил… ещё и выучиться надо…

– Всё равно ты уже большой молодец! Да и если вдруг что-то с Москвой не получится, поступишь куда-нибудь ещё, например, в Нижний. Ты будешь моей гордостью в любом случае – из тебя вырос очень достойный человек. Я тебя иногда журила, но всё это пошло тебе только на пользу.

«Журила» – это не то слово… Постоянно получал нагоняи и отработки. Иногда, кажется, даже просто так.

– Да, я всё это понимаю… Спасибо вам.

Наталья Геннадьевна достала из картотеки выпускников мою папку и стала проверять содержимое.

– Так, всё на месте. Хорошо, что ты всё-таки решил не идти по стезе военного. Твои родные погибли в боевых действиях, и на этом хватит с твоей семьи. Как сын военного, погибшего при исполнении своих обязанностей, ты даже можешь не идти в армию.

Я робко отвел взгляд, и Наталья Геннадьевна сразу поняла мои планы.

– Женя, только не говори, что не будешь поступать в МГУ!… Это же лучший вуз страны! Туда каждый год мечтают поступить миллионы человек… А ты ещё и на магическое направление поступил!

– Я ещё до конца ничего не решил, но, сказать честно, склоняюсь к военке.

Воспитательница тяжело вздохнула.

– Твой дар пригодится как в военной сфере, так и в гражданской. Но однозначно развить его будет легче в МГУ.

– С чего бы это? В университете, кроме магии, будет куча ненужных предметов, а в военном вузе всё по существу.

– Женя, что за глупости. Ты думаешь, наши офицеры малообразованны? У тебя и в военном вузе будут, как ты выразился, «ненужные предметы».

– Я думаю, там их будет меньше… Да и не в этом дело, Наталья Геннадьевна. Раз у меня появился талант к магии, то я должен защищать Родину. Как говорится – кто, если не я?

– Ты имеешь дар в целительстве, а не в какой-нибудь разрушающей магии!

– С моим даром не всё так просто… Я могу быть полезен и в военном деле.

– Женя… Трудно с тобой спорить… Но ты всё-таки подумай дважды, прежде чем принимать окончательное решение – твой выбор будет очень много значить в твоей жизни.

– Да, Наталья Геннадьевна, я знаю. На сто процентов я ещё ничего не решил. Прежде хочу поехать в Москву.

– Рада слышать, – воспитательница протянула мне документы и, когда я начал их рассматривать, добавила: – Осторожнее в Москве. Там всё совсем по-другому.

– Так я уже был в Москве! В первый раз, конечно, поражает… как будто на другую планету попал. Но во второй-то раз всё будет привычнее!

– Я говорю не о развитости технологий, масштабе и архитектуре города с его небоскребами до небес… В Москве совсем другие люди. Они думают и живут совсем иными идеалами, чем мы.

– В смысле? Мы же все советские люди. Живём в равенстве.

– Но одни, к сожалению, всё же равнее других… Москвичи живут бок о бок с аристократами, и это их сильно развращает. Моя сестра долго работала в Москве и знает это не понаслышке.

Аристократы… Единственный привилегированный класс в стране: обычные жители союза «товарищи», а они лишь «граждане». У нас, в Дальнем Константинове, таких нет и в помине, в Нижнем парочка семей уже найдётся, всё-таки город-миллионник, но основное их засилье, конечно, в Москве и Санкт-Петербурге.

По итогам социалистической революции 1925 года, «белые» и «красные» договорились создать государство, в котором могли мирно существовать и аристократы, и обычный рабочий класс, без угнетения последнего. Правда сейчас, сто лет спустя, уже немного угнетаются первые. Даже есть особая уголовная статья «Разжигание ненависти к аристократическому классу».

– Не понимаю. В Москве десять миллионов жителей, а аристократов всего пара тысяч на весь Союз. Как они вообще могут на что-то влиять?

– Поверь, могут. Если ты покажешься им способным, то они захотят прибрать тебя в свои структуры.

– Ха. Пускай попробуют! Я их слугой ни за что в жизни не буду!

– И все-таки, Женя, будь осторожен.

– Хорошо. Спасибо, Наталья Геннадьевна!

Я взял папку с документами и вышел из кабинета. Переживают же женщины за всякое разное… Хотя в Москве, действительно, всё как-то не так… Или просто атмосфера мегаполиса… Все куда-то идут, несутся – самый настоящий человеческий муравейник…

Собирать вещи и бронировать билеты я решил без промедления. Железнодорожного вокзала в Дальнем Константинове не было, и поэтому надо было ехать на автобусе до Нижнего. Это недалеко – всего шестьдесят километров.

Когда я пришёл в комнату, Исаев уже проснулся, сидя на кровати с перекошенным лицом.

– Голова трещит? – улыбнулся я. – Давай помогу.

– Нет, голова не болит… Слышал, ты в Москву поступил. Поздравляю, но завидую…

– Саня, а ты никуда не прошёл? Я то думал, мы вместе будем учиться… Не в одном вузе, так хотя бы в одном городе.

– Москва оказалась мне не по зубам… Только в Нижний взяли. Я тащил нас туда, а поступил ты… Мои способности проявились с самого детства, но твоим и в подмётки не годятся.

– Да брось! Я думал, ты тоже поступишь – у тебя же такой талант к магии земли!

– Ага… Таких талантов пол союза. А мне только на стройку идти… Хотя и это неплохо… Просто, посмотришь на тебя и завидно становится. Я же был с тобой на вступительных – они там офигели от твоих способностей, а ты даже и половины не показал… Спрашивали, в какой школе обучался, кто твой учитель магии… Во сколько лет прорезался дар…

– Не знаю. Я не заметил, чтобы кто-то «офигел». Мне самые обычные вопросы задавали. Да и не самые крутые штуки я делал – ты же видел, что творили те, кто годами обучался магии.

– Женя, так они аристократы! Естественно, что они профи в магии! И ты составлял им конкуренцию!

– Наверно, на целительстве не самый сложный конкурс на поступление. Я слышал, маги огня сжигают по несколько полигонов на каждых вступительных.

– Ты слишком принижаешь свои способности. Тебе по силам делать вещи, которые не может кто-либо другой.

– Спорное утверждение. В открытых источниках о магии почти ничего не пишут. Можно сказать, о ней мы знаем лишь по слухам и тому, что видели сами.

Исаев развалился на кровати, раскинув руки по сторонам.

– Когда поедешь в Москву?

– Сейчас соберу вещи и пойду на ближайший автобусный рейс. Хочу немного погулять по Нижнему и вечером сесть на поезд.

– Понятно. Удачи тебе! Звони, пиши, как там.

– Да, хорошо, – я улыбнулся и решил немного подколоть друга: – Значит, ты так рьяно пил, потому что не поступил в Москву?

– Может быть, и так… Свои результаты я знал ещё неделю назад, но не хотел говорить. Как-то неприятно быть в отстающих…

Саня никогда не любил проигрывать, такой уж у него характер. Иногда это даже доходило до абсурда – как-то раз мы час спорили про происхождение слова «сланцы». Он, опираясь на шутку из одного фильма, говорил, что сланцы – это традиционная обувь исландцев. Причём, что самое смешное, находились ребята, которые с ним соглашались…

В действительности, слово «сланцы» появилось из-за одноименного города. Там, кроме добывающих предприятий, находился завод, на котором и делали столь незаменимую в жару обувь. Будь повод серьёзнее, я бы отстаивал свою позицию до конца, но в итоге каждый остался при своём мнении.

– В Нижний Новгород из наших поступили далеко не все – уже только это можно считать неплохим результатом. Если брать меня, то без магии можно было даже не думать о Москве. Мне просто повезло иметь хорошие способности.

– От везения в нашем мире зависит довольно много…

Я собрал вещи в сумку и отправился на автовокзал. Всё увезти, естественно, не получалось, но самое важное я забрал.

Студенческая жизнь – добро пожаловать!

Глава 2 – Портал в иной мир

11 августа 2038 года, СССР, закрытый город Вязь-4.

Профессор Баевский держался за голову. Ему не давало покоя, что изучение нового объекта забрало человеческую жизнь. Надежда ещё была, но по прошествии семи часов можно было сказать наверняка – разведчик из портала не вернётся. Задание предполагало только оценку обстановки по ту сторону, долгой миссии не планировалось.

Идея бомбардировки меланиса нейтронами урана-235 была украдена у вавилонских ученых. Разведка докладывала, что Вавилон смог открыть портал в иной мир, и это помогло улучшить их вооружение. О каких конкретно технологиях шла речь, оставалось неизвестным, но, исходя из косвенных источников, угроза даже превышала мощь ядерного оружия.

Естественно, советское руководство поставило задачу в кратчайшие сроки повторить эксперимент Вавилона. Были предположения, что врагу удалось раскрыть главный секрет меланиса, однако открытие портала не дало никаких ответов. Появились лишь новые вопросы.

– Дрон не вернулся… Было глупо считать, что с человеком будет иначе… – сказал профессор вслух самому себе. Любая электроника внутри портала ломалась на раз.

– Ничего глупого в этом не было, – отозвался полковник Гавриленко из глубин лаборатории. – Теперь мы знаем точно, что по ту сторону скрывается какая-то опасность.

– Ещё слишком много неизвестных… Но определённо, мы вступили на очень скользкую дорожку…

Полковник подошел к столу, за которым сидел Анатолий Павлович, и бегло посмотрел на лежащие бумаги.

– Профессор, зачем вы тратите своё драгоценное время на исследование атмосферы вокруг портала? Насколько я знаю, это могут сделать обычные лаборанты. Где они, кстати? Почему главный ответственный за эксперимент делает черновую работу, в то время как лаборанты прохлаждаются?

– Я отпустил их поесть. Обед мы пропустили, пускай хотя бы поужинают. А насчёт «драгоценности моего времени» – уже полчаса у меня полный ступор.

– Анатолий Павлович, вам надо соблюдать режим сна. Вы слишком много работаете, и это в конечном итоге скажется на вашей продуктивности. Под вашим руководством находится пятьдесят человек. Используйте их потенциал по полной.

– Все и так работают не покладая рук…

– Я не спорю, однако вы работаете ещё ночью. Почему подчиненные спят, в то время как начальник занимается делом?

– Людям положено ночью спать.

– Тогда вы что – не человек?

– Человек… Правда, немного страдающий от бессонницы… Полковник, не переживайте за меня. Я умею быть в тонусе даже при сне в пару часов.

– Хорошо, но всё-таки не забывайте за собой следить. Какие-то продвижения в исследованиях есть?

– Да, появилась пара мыслей. Я всё подробно отражу в отчёте. Как раз хотел этим заняться.

– Не надо. В пять часов нас ждут на видеоконференции с генеральным секретарём ЦК.

– Даже так… – профессор взглянул на часы и вдруг подскочил. – Что?! В пять часов? С главным секретарем! У нас всего четырнадцать минут осталось… А я даже не побрился!

– Генсек на вашу бороду смотреть не будет, ему главное узнать ситуацию.

– Это верно… Просто что-то в голову глупости лезут…

– Анатолий Павлович, не шутите так. В вашу голову дорога для глупости закрыта. Пойдемте в конференц-зал. Мало ли, совещание начнётся немного раньше.

– Да, только возьму нужные бумаги. Так… Нам понадобится отчёт по составу атмосферы и отчёт по содержанию меланиса вокруг портала…

По меркам всего комплекса, расстояние от лабораторного корпуса до конференц-зала было небольшим – всего лишь три минуты пути и две двери на ключ-картах.

– Вольно, – ответил полковник на воинское приветствие девушки-связистки. – Что передаёт центр?

– Генеральный секретарь Владимир Викторович будет через шесть минут.

– Отлично. Кто ещё ожидается?

– Министр обороны и министр магии.

– Ну, куда без них… Анатолий Павлович, чуть не забыл – о разведчике можете не докладывать. Москва уже в курсе.

– Так значит, по этому поводу собрание?

– Не знаю.

Перед началом видеоконференции полковник выпроводил связистку – лишние уши на подобного рода обсуждениях не допускались. Двое ответственных за эксперимент, стоя, поприветствовали министров и заняли свои места.

– Профессор Баевский, – обратился генсек, – рад поговорить с вами вживую, а не через сухие отчёты. Сегодняшним вечером вы и самые важные люди из вашего штата переезжаете в исследовательский центр под Тулой – будете работать на расстоянии. Во всяком случае, несколько ближайших недель.

– Товарищ генеральный секретарь, это из-за возможной угрозы портала? На данный момент серьезных происшествий не происходило…

– Возражения не принимаются. Поработаете на расстоянии – ничего с вами не случится. Распоряжение Геннадию Эдуардовичу я уже дал. Скоро Вязь-4 будет самым защищенным местом в Союзе, – генсек сделал пометку в своём журнале и параллельно с этим сказал: – Профессор, у вас есть предположения, как можно закрыть портал?

От вопроса Баевский немного опешил. Размышления на эту тему у него имелись, но он не думал, что руководство в столь скором времени увидит в портале проблему.

– Боюсь, любой мой ответ будет неверен. Хоть мы располагаем множеством данных, объект остаётся очень сложным в анализе.

– Доложите сразу, как появятся стоящие идеи и оценка возможных рисков. У вас на столе какие-то бумаги – появилась новая информация по порталу?

– Отчасти. Как я уже писал в отчете, атмосфера вокруг портала отравлена из-за большого содержания фосгена, а также большого, но не смертельного для магов, содержания меланиса. Кроме того, присутствует ряд других веществ, неблагоприятных для человека – если проводить сравнение, то без фосгена и меланиса воздух будет, как в очень грязном промышленном городе. И вот у меня встал вопрос: как должны выглядеть формы жизни, способные выжить при большом содержании фосгена. Вполне возможно, то, что ядовито для нас, совершенно не ядовито для существ по ту сторону.

– Эту идею надо развить. Соберите воедино все известные данные, и мы поставим задачу перед химиками и биологами.

– Товарищ генеральный секретарь, – произнес министр обороны Черданцев. – Разрешите сказать.

– Да, конечно.

– Я предлагаю отправить на разведку кого-то из числа магов. Возможно, прежний разведчик погиб из-за большого содержания меланиса, и с магом всё будет по-другому…

Для обычного человека меланис является ядом, но у магов он находится непосредственно в крови. Собственно это и позволяет людям колдовать.

– Профессор, что думаете по этому поводу? Это будет иметь смысл?

– Такая попытка необходима… – с трудом выдавил из себя Баевский.

– Полковник Гавриленко, объявите о поиске нового добровольца. Невосприимчивость к окружающему меланису у выбранного мага должна быть выше среднего.

– Так точно.

– Когда кандидат будет готов, передайте его досье нам. Ориентировочно, операцию надо будет провести завтра в 9:30 утра. Все защитные меры – скафандр, баллоны с газом – как и в прошлый раз.

– Будет сделано.

– Вам назвали причину объявления повышенной боеготовности?

– Никак нет.

– Тогда, думаю, вам стоит знать, хотя и информация очень двусмысленна. Передаю дословно фразу на открытке, подаренной вавилонским послом: «СССР пожалеет о том, что открыл портал».

Глава 3

На небе не было ни единого облачка. Асфальтную шкуру земли перегрело настолько, что жар создавал искажение в воздухе. Середина августа, но жарит, как в июне-июле… В автобусе с кондёром было находиться гораздо приятнее, чем на улице.

Отойдя немного от толпы пассажиров, я стал думать, на какую остановку пойти. Был вариант поехать к сестре матери, тёте Лене, или же направиться в центр города. Хотя выбора, по сути, не было – я обещал тёте заехать в гости, как буду в Нижнем.

Долго щурясь от солнца, я нашёл нужный контакт и набрал номер.

– Женя, привет, – раздался из динамика радостный голос. – Ну что, в университет поступил? Когда тебя в Нижнем ждать?

– Здравствуйте, да, собственно, я уже тут…

– Что?! А почему не предупредил? Я бы стол накрыла… Так ты в какой университет в итоге поступил?

– Пока ни в какой. Надо отдать оригинал аттестата, и меня зачислят.

– А в какие прошёл по баллам?

– Во все. Сейчас решаю, пойти учиться в МГУ или выбрать военку. Для этого как раз в Москву еду.

– Ну, ты даешь, Женя! Прошёл в МГУ и даже этим не хвастаешься! Да и какая, вообще, военка?! Сдурел, что ли? У вас по мужской линии, практически, проклятье – до тридцати ни один Калинин не доживает. Поступай в МГУ и даже не думай о военке!

– У меня способности, тёть Лен. Да и военная стезя, можно сказать, у меня в крови – два деда, отец, мать.

– И все в могилах… Разговор, конечно, не для телефона, но, Женя, прошу – поступай в МГУ. Или, хотя бы, найди себе жену и ребенка заделай. А после рискуй, как вздумается.

– А что мешает мне быть военным и искать параллельно женщину сердца?

– Так у тебя будет меньше свободы действий! Командируют тебя куда-нибудь на Чукотку и ищи там «женщину сердца» хоть до посинения.

– Ладно, разговор действительно не для телефона…

– К нам в гости приедешь? Раз поступил в Москву, уже точно надо устраивать праздничный стол!

– Тёть Лен, я ещё не поступил. Вот поступлю – отпразднуем.

– Ага, знаю тебя! Сейчас в Москву уедешь, и когда тебя потом ждать?!

– Всё равно рано или поздно приеду… Куда я денусь?