Звездная Кровь – 2. Фригольд

Глава 2

Если встать к фригольду лицом, справа от него начинались густые заросли синих хвойников, карабкающихся по крутым склонам. Туда шла утоптанная пешеходная тропинка, приводящая на скрытую от посторонних глаз ухоженную площадку. Там находился колумбарий колонии – длинная П-образная конструкция, представляющая собой толстую стену из шестиугольных блоков инопланетного лиора, в которой зияли многочисленные ниши. Многие были закрыты плитами с металлическими табличками, хранившими имена умерших, но большая часть – пустовала. Фригольд не хоронил своих погибших в земле, ее на плато было и так мало – тела сжигали, а прах приносили в колумбарий, чтобы у родственников и друзей была возможность проститься и сохранить память об умерших. Цифровые надгробия, модные на Земле, здесь не использовались – то ли не было технической возможности, то ли потребности в этом. Скорее всего, и первое, и второе.

Народу на церемонию прощания собралось изрядно, толпа окружила колумбарий, многие расположились поблизости, на склонах и в хвойниках возле скал. Присутствовали все главы поселения: Вероника, Трейв, Майкл. Я заметил и Говорящую-с-Травами в надвинутом капюшоне, и Мрака с женой поодаль, и Травинку, тихой тенью замершую за матерью. Вероника произнесла короткую речь, смысл которой заключался в том, что произошла трагедия, люди фригольда понесли огромную утрату, но нужно собраться с силами, не опускать руки и жить дальше. Затем началась церемония похорон. Она по очереди повторила имя каждого погибшего, перечисляя их достоинства и заслуги, а родственники помещали урны с прахом в ниши, закрывали их плитами со свежими табличками и украшали живыми цветами. На небольших выступах под каждой ячейкой замерцали огни зажженных свечей, хорошо заметные в подступающих сумерках.

Среди прочих прозвучало и имя Гая Флоу. Его прах положила в нишу высокая белокурая девушка – Келли Флоу, его дочь. Лэндо, стоявший на церемонии рядом, неожиданно шепнул мне:

– Видеть Келли? Я слышать, она хотеть заслужить стигмат. Хотеть увидеть отца в Вечности. Если Келли стать Восходящая, я хотеть взять ее в жены, Сигурд. Красивые дети быть…

Я скептически хмыкнул – матримониальные планы аборигена казались утопией, хотя кто его знает, какие там намерения у лидеров колонии насчет родства с племенной верхушкой Моря Трав. Да и сама Келли – красивая девушка и чистокровная землянка, хоть и выросшая здесь, – вряд ли захочет уехать в варварское племя. Но говорить об этом Лэндо не стал, наоборот, до рези в глазах вглядывался в далекий силуэт Травинки. Когда люди начали расходиться, я намеренно замешкался, чтобы оказаться возле нее и перекинуться парой слов. Не очень удачный момент, люди шли сплошным потоком, девушка следовала за матерью, закутанной в темный балахон. Однако Травинка заметила меня, улыбнулась и незаметно помахала ладошкой на ходу. А затем намеренно замедлила шаг, чуть отстала, оказавшись совсем рядом.

– Привет, Травинка, – выдохнул я.

– Привет, Сигурд, – улыбнулась она, поправляя волну черных с серебряными прядями волос, – как ты? Ничего больше не болит?

– Нет, все хорошо, – я тоже улыбнулся, поедая девушку глазами. Все-таки она действительно хороша – пусть и не так экзотично-резко, как Говорящая, но правильные черты лица, огромные миндалевидные глаза и высокие скулы наделяли ее очень своеобразной красотой. Метисы, смешение двух рас, в первом поколении всегда берут лучшее от обоих родителей, и Травинка полностью подтверждала это правило.

Сейчас она выглядела уставшей, под глазами залегли темные круги, но тем менее явно обрадовалась мне. Смущенно отвела взгляд, пошла рядом, мимоходом касаясь меня рукой.

– Уже освоился во фригольде?

– Ну, не совсем, – ответил я. – Все надеюсь, что ты поможешь. Помнишь, ты обещала рассказать про Восходящих?

– А почему не написал мне? – негромко спросила девушка, искоса взглянув на меня. – Я уже подумала, ты испугался…

– Испугался? Чего?

– Ну, не знаю, – она неопределенно повела плечами, – многие ведь почему-то боятся ко мне подходить.

– Нет… просто дел в эти дни было полно, сама понимаешь. Да и у тебя медкоме, наверное, тоже.

– Да, раненых очень много, – вздохнула Травинка, – но вроде бы сейчас большинство дел сделано… будет полегче.

Она снова загадочно улыбнулась, тронула меня рукой:

– А ты вспомнил что-нибудь о своем прошлом, о Земле?

– Кое-что вспомнил, да.

– Расскажешь?

– Расскажу.

– Напиши мне вечером, – одними губами прошептала девушка, снова взглянув на меня и выразительно постучав пальцем по кружку вокса на мраморно-белом виске, – поболтаем.

– Травинка? – впереди мелькнул черный плащ Говорящей, и девушка без слов внезапно ускорила шаг, быстро загораживая меня, потерялась среди людских спин. Я неспешно пошел следом, прислушиваясь к незнакомой сладкой истоме в груди, и вновь столкнулся с Лэндо, который явно поджидал меня на повороте.

– Травинка быть красивый, – оскалил белые зубы наблюдательный абориген, – но она есть Восходящая и быть дочь фламиники, а у Сигурд даже не иметь стигмат. Плохо. Говорящая-с-Травами не любить, когда к ее дочь подходить. Она может вредить, если видеть. Понимать?

– Ничего, разберемся, – я слегка стиснул челюсти. Сейчас моя сущность Восходящего работала против меня, но ничего поделать с этим было нельзя.

– Разберемся, кано, – подтвердил принц. – Лэндо помогать разберемся.

На обратном пути народ растянулся длинной цепочкой, мы с Лэндо оказались в самом конце. Уже темнело, все вокруг тонуло в глубоких тенях, отбрасываемых горными склонами. Мягкое свечение Небесного Трона перекрывало угасающее Древо, на горизонте мерцали ореолы далеких Кругов. Что скрывается там, за Расколотыми Равнинами, Тенью и Тьмой, где начинается следующий обитаемый Круг? Никто не знал – возможно, нам и предстояло это выяснить.

– Эй, Сигурд! – когда я шел мимо, из прогала среди хвойников внезапно выступил силуэт. – Иди сюда! Разговор есть.

По голосу, фигуре и взлохмаченным рыжим волосам я узнал Рэнди. Кольнуло нехорошее ощущение – он явно тут поджидал и высматривал именно меня. Ну что ж, это даже хорошо, расставим все точки…

– Не ходить один, – сказал Лэндо чуть встревоженно.

Принц оказался прав. В десяти шагах от тропинки на полянке за хвойниками ждало еще несколько человек. Трое, не считая Рэнди. Одну фигуру я узнал сразу – издевательски улыбаясь, мне помахала Свирель. Двое же были абсолютно незнакомыми, хотя один из парней смахивал на более брутальную копию Рэнди.

– Ты иди своей дорогой, Лэндо, – глухо брякнул один из тех, которого я не знал, – к тебе у нас вопросов нет. А к нему есть…

– Я не уходить, – начал было принц, но я прервал его, выходя вперед и становясь лицом к лицу с Рэнди:

– Вопросы ко мне? Ну, слушаю внимательно.

– Как же это получается, котеночек, мы тебя спасли, выручили, накормили-напоили, сюда живым привезли, а ты взял и нас Веронике заложил? – пропела Свирель. – Теперь мы дерьмо камнеедов из-за тебя таскаем. Нехорошо получается, котеночек…

– Гай из-за тебя погиб! – добавил Рэнди, сжимая кулаки. – Лучше бы сразу тебя тухлорыбым отдали!

– Мне жаль, что так вышло. Но Гай Флоу сам вышел на поединок, – медленно ответил я, – он сам так решил и знал, на что идет. Я не просил его об этом, а вас – не заставлял мне помогать.

– Тс-си! Нахрен ты сдал нас Веронике? – прошипел Рэнди. – Кто тебя вообще за язык тянул?

– От нее ничего не скроешь, сами должны понимать, – ответил я спокойно, но при этом внимательно следя за движениями Рэнди и его компаньонов; становилось понятно, что просто воспитательной беседой они не собирались ограничиваться, не для этого меня сюда позвали.

– Тебя кто за руки тянул той ночью? – продолжил я. – Сам виноват, не стоило тебе лезть в мой криптор!

– Тебе показалось, котеночек, – злобно усмехнулась Свирель. – Никто не хотел тебя обокрасть. Хотели бы – взяли бы все и выкинули тебя тигрексам, никто бы и не узнал, что ты такой жил на свете. Так что подставил ты нас очень зря…

– Я тебе не котеночек! – резко ответил я, сжав челюсти так, что на скулах заиграли желваки. – И я не слепой, так что можете засунуть свои претензии себе в задницу.

– Ах ты тс-си, – из уст Рэнди вырвалось грязное ругательство. – Я сейчас тебе их туда засуну!

Было понятно, что дело идет к драке, поэтому я ожидал удара и даже успел его заблокировать, но Рэнди врезал так, будто у него не кулак, а увесистая кувалда. Попади он, мог бы вырубить меня сразу. Я слегка пошатнулся, левая рука мгновенно онемела, но от следующего удара успел уклониться и встретил Рэнди неожиданным прямым в челюсть, который заставил его отлететь в сторону. Тоже не очень хорошо попал – заныли костяшки пальцев, а противник, кажется, не особо пострадал. Одновременно я видел, что двое друзей Рэнди смещаются в стороны, а Свирель загораживает дорогу Лэндо. Черт его знает, чем бы это все закончилось, однако заросли хвойника с хрустом разошлись, и из них показался громадный Толя Грохот, на ходу засучивающий рукава.

– Чо, наших бьют? – осклабился он, с неприкрытым вызовом глядя на компанию Рэнди. – Это дело, на! Раз на раз сойдемся или кучей меситься будем?!

Если Лэндо не испугал четверку противников, то появление Грохота, хоть и не Восходящего, но явно известного во фригольде бойца, явно склонило чашу весов в нашу пользу. Друзья Рэнди мгновенно сдулись, Свирель отступила в сторону, только Рэнди сплюнул кровью и злобно прошипел:

– Не лезьте, я сам с ним разберусь!

– Раз на раз, значит, – одобрил Грохот. – Ну давайте! Врежь ему, Звездный Флот!

Рэнди, несомненно, учили драться – и учили на славу, то есть грязно и без правил. Несмотря на молодость и общую худощавость, парень казался злым и очень быстрым зверем. Отвлекая меня ложным джебом, он прицельно пнул в лодыжку чуть повыше подъема ступни – очень неприятное место, где кость почти не прикрывается мышцами и можно мгновенно сделать противника хромым. Однако просчитался – по той простой причине, что я не защищался, а атаковал.

Поднырнув под выпад, я оказался совсем близко и почти без замаха выбил из него воздух сдвоенным ударом в солнечное сплетение и челюсть. Движения и удары легли так хорошо, как будто я отрабатывал их несколько лет на тренировках и спаррингах – скорее всего, то была ранее скрытая, а сейчас проявившаяся моторика «Боя-Без-Оружия». Рэнди рухнул, сбитый с ног, но почти сразу же поднялся, ошеломленно потряхивая головой. Не поплыл, крепкий паренек, битый не раз и не два, да и с характером.

– Еще хочешь? – поинтересовался я, ощущая нарастающую злость. – Ну давай!

Долго ждать не пришлось. На этот раз досталось и мне, хорошим боковым в скулу. Ничего себе у него ударчик! Половина лица заныла, перед глазами мелькнули звезды, но, не обращая внимания, я перехватил руку Рэнди и с размаху бросил паренька лицом в землю. Не давая ему освободиться, тут же прижал сверху, жестоко выламывая руку. Рэнди бешено пытался освободиться, лягался как лошадь, и пришлось его немного успокоить, еще раз познакомив морду с каменистой землей. На этот раз я действовал жестче, что-то хрустнуло, а Рэнди глухо вскрикнул от боли. Я воткнул ему колено в лопатку и до предела выгнул захваченную руку. Парень завыл, как зверь, попавший в капкан, судорожно забил свободной рукой по земле. Из нее выпала тусклая блямба скрытого кастета. Так вот в чем дело, вот почему его удары были так тяжелы!

Разъяренный этим обстоятельством, я немного повозил Рэнди мордой по земле, как нашкодившего котенка. Он пытался сопротивляться, но при любой попытке освободиться только трещали суставы, а рыжий орал от боли. Ничего, так тебе и надо!

– Хватит с тебя или еще? – спросил я наконец.

– Отпустил его! – крикнула Свирель яростно. – Быстро!

– Не свисти, Свиристелька! – осадил ее Толя, хищно ухмыляясь. – Он же сказал, сам разберется!

Я усилил нажим. Еще немного – и затрещат кости. Рэнди застонал, несколько раз стукнул ладонью по земле, просипел полузадушенно:

– Хватит! Я… отпусти! Хватит!

Я отпустил его. Подобрал кастет как законный трофей. Противник с трудом встал на ноги, пошатываясь и придерживая повисшую правую руку. Пару дней он ей пользоваться точно не сможет. На разбитом, испачканном землей лице Рэнди выделялся вновь искривившийся нос. Похоже, я повторно освежил недавний перелом – но никаких терзаний по этому поводу не было: он сам нарывался и отхватил, пусть благодарит, что легко отделался. Плохо то, что я обзавелся врагом, – но тут уже ничего не поделаешь.

– Есть еще ко мне вопросы? – спросил я.

Вопросов у них больше не было. Вдвоем подхватив Рэнди, они с ругательствами пропали в сумерках.

– Неплохо ты его размотал, – одобрительно прогудел Грохот на обратном пути, – в академии научился? Надо будет с тобой спарринг провести…

Я промолчал – было слегка хреново, мне тоже досталось, слегка кружилась голова, болела ушибленная рука, саднило правую скулу – там расплывался здоровенный лиловый синяк. В очистителе жилмодуля я привел себя в относительный порядок и даже улыбнулся в зеркало – ты победил, парень! Но особой радости не было – потому что умом я понимал, что это было маленькое сражение большой войны. Да, меня вряд ли тронут теперь, потому что знают, что могу за себя постоять, но и не забудут унижения, а значит, можно ожидать любой подлости…

В спальне, как и ожидалось, вовсю обсуждали мою драку – даже Кыш присоединился, азартно попискивая из своей переноски. Грохот живописал все в красках и жестах, немного преувеличив, а Лэндо с важным видом подтвердил:

– Сигурд хорошо драться. Он победить честно! Тот-Кто-Сражается видеть!

Можно было не сомневаться – вскоре эта история разойдется по всему фригольду, и подтверждением тому стала еще одна, пятая единичка Славы, через несколько часов капнувшая на мой счет. Но я почти не обратил на нее внимания, потому что был увлечен другим – полуночной перепиской с Травинкой по личному вокс-каналу. Девушка уже все знала – Рэнди привели в медком, и она очень переживала, что драка состоялась из-за нее. Она ругала и себя, и меня, и Рэнди, хотя реально была тут совершенно ни при чем. Выглядело ее возмущение немного комично, у меня почему-то сложилось впечатление, что Травинка не очень-то и сердится, скорее для вида, а в глубине души ей, как и любой женщине, очень лестно, что кто-то дерется из-за нее. Поэтому я не стал прилагать больших усилий, чтобы убедить ее в обратном – ведь тогда пришлось бы рассказывать и о воровстве Рэнди, и о конфликте с копьем ее брата, а это сейчас было совершенно лишним. В общем, мы болтали долго, закончив глубоко за полночь, и Травинка оказалась очень приятной и легкой собеседницей, понимавшей практически с полуслова. Мы договорились списаться и встретиться на следующий день после моего возвращения, и я заснул совершенно счастливый, хоть и слегка в синяках.

А на утро нас ждал мой первый рейд за пределы фригольда.

Глава 3

Поднялись мы очень рано, задолго до общего подъема, и на выдаче снаряжения наша команда была первой. Зевающий сменщик Наива отгрузил нам груду всякого барахла, в которой угадывались альпинистские прибамбасы, мощную кинетическую винтовку неизвестной, но явно древней модификации, четыре подержанных «Суворова» (пять спаренных магазинов к каждому), а также несколько тяжелых копий. Самых натуральных, вроде того, что я метнул в бронзового дрейка в теплицах. Кроме того, группе выдали два мультиключа с виброинструментом из Набора Колониста, а кому не повезло – обычные кирки, кувалды и лопаты, явно изготовленные на местном Репликаторе и уже многократно «побывавшие в бою». И кучу толстых тканевых мешков. К счастью, не нужно было тащить все это на себе – я в очередной раз порадовался, что у меня есть криптор, они имелись отнюдь не у всех в нашем копье.

– А пулемет, на? – недовольно пробасил Толя. – Где моя игрушка, командир? Какого хрена?

– Не надо тебе пулемета, Толя, мы за хладокамнем идем, – урезонил его Дмитрий. – Не настрелялся за два дня, что ли?

– А если опять, копать-хоронить, вылезет какой-нибудь гребаный йети? – насупился десантник.

– Не видели там никаких обезьян уже год, – хмуро ответил Воронин. – Вылезет кто, Рунами угомоним. Да, Лэндо?

Принц кивнул. Единственный из всех, помимо огнестрела, он экипировал еще и лук, но не земной, блочный, а явно работы аборигенов – красивое полудужье из ребристой голубоватой кости, звенящая струна тетивы. Как и клинок Лэндо, лук был Руной-Предметом – судя по всему, он таскал в своей Скрижали целый арсенал. Каждое оружие имело индивидуальное имя и некие необычные свойства, подобные подаренному кинжалу, однако какие именно – я пока не знал. Лэндо доставал их второй раз на моей памяти, что, в принципе, было вполне объяснимо – любая активация требовала затрат Звездной Крови.

Я уже знал, что у каждого в копье Динамита своя роль. Лохмач – незаменимый следопыт и разведчик, Грохот отвечает за тяжелое вооружение, глазастый Инь – снайпер, Янь – обученный медик и оператор дронов, Лэндо – лучник, умелый наездник и вдобавок Восходящий. Сам же Дима-Динамит, вооруженный импульсным «Янтарем», помимо командования был главным козырем группы – у него имелось несколько ударных бронзовых Рун. В деле мне их видеть пока не доводилось, однако ребята поговаривали, что в его распоряжении имеются «Громовой Разрыв» и «Живой Побег», способные вырубить практически любого врага. Ну и по мелочи всякого.

Конкретно мне достался неполноценный «Скаут» – легкая полуброня без шлема, просто толстый комбинезон с локтевой-коленной защитой и анатомической кирасой. Таких здесь было много – вероятно, Схема не требовала каких-то особенных ресурсов, и состояние в целом – приличное, хотя и со следами эксплуатации. Кроме него и оружия, выдали шапку-балаклаву, защитные очки и длинную меховую куртку ручной работы из лохматой и тяжелой шкуры тауро, а также плотные прорезиненные рукавицы, назначение которых было пока непонятно. Выглядело все так, будто отправляемся мы в место, где, вполне вероятно, придется померзнуть.

Динамит тщательно оглядел нас – сам он имел хорошо подогнанную экипировку, явно собранную из нескольких комплектов, и не получал ее на складе, а вытащил из своего криптора в раздевалке, поругался на мою обувь и неряшливое снаряжение близнецов-азио, после чего неожиданно выдал всем, кроме Лохмача, по наручному криптору. Таким образом их у меня оказалось два – вероятно, планировалось забить пространственные хранилища под завязку.

Игг-Древо только начинало золотиться на горизонте, когда мы вышли из главных ворот фригольда – пешком, без транспорта и животных – и отправились той же дорогой, по которой меня привезли во фригольд, только уже не вверх, а вниз. Почему пошли налегке, я понял очень скоро – после приметного моста через пропасть группа свернула с нахоженной тропы и двинулась через совершенно дикие распадки, где сам черт мог сломать ногу, а то и обе. Приходилось ежеминутно преодолевать препятствия, прыгать и карабкаться по скалам, протискиваться в расщелины и идти руслами неглубоких ручьев – верховые тауро только замедлили бы наше продвижение. Зато Кыш, выбравшийся на свободу, был очень рад смене обстановки – он возбужденно свистел, то убегая исследовать местность, то вновь занимая законное место на моем загривке.

Выданная во фригольде походная обувь не очень подходила для такого путешествия, я вскоре промок и на ходу переобулся в свои старые ботинки, но они тоже не особо предназначались для горных прогулок. На ногах остальных парней были высокие шнурованные ботинки с толстой ребристой подошвой, разные, но примерно одинакового фасона. К счастью, один из азио, увидев мои мучения, поделился своим вторым комплектом – немного потрепанным и чуть не подходящим по размеру, но гораздо более практичным для горной местности. Он же посоветовал:

– Вернемся, возьми за бонусы комплект «Альпик» или «Эмплаер», как у меня. Всегда пригодится.

– Или от «Фокса», они вообще неубиваемые…

Я на ходу открыл таблицу репликации, но выбор там был небогатым, и те наименования, которые они предлагали, были отмечены алым статусом «для репликации недоступно».

– Нет в наличии, – нахмурился я.

– В таблице нет, а договориться можно… – подмигнул мне Инь. – Вернемся, напомни, отведу…

Я вспомнил слова Трейва о «черном рынке» среди колонистов. Похоже, он цвел и пах – действительно ценные реплики можно было раздобыть только наполовину нелегально, и стоить они наверняка будут дороже, чем официальный ценник в таблице репликации. М-да, везде свои законы – но никуда не денешься, уже стало ясно, что качественную экипировку придется собирать самостоятельно. Фригольд обеспечивал всем необходимым – но качество зачастую оставляло желать лучшего. Почти у всех ребят нашей группы большая часть снаряжения была личной, на выход они получали только необходимые расходники и оружие с боеприпасами. Да и его, как я слышал, тоже можно было вполне законно приобрести – только открыто носить и применять во фригольде строжайше запрещено.

Через час пути по диким скалам отряд вышел к почти отвесной скальной стене, казавшейся непреодолимой. Она возносила ступенчатые, изборожденные террасами откосы на сотню метров – не перелезть, ни обойти. Ну и куда мы дальше?

– Ну что, парни, передохнем немного и полезли? – буднично сказал Динамит. – Лохмач, ты первый, Грохот замыкает. Сигурд в серединке, подстрахуйте его, если что. Вяжитесь…

Он протянул связку веревок с карабинами, а я, глядя ввысь на казавшуюся недостижимой высоту, осознал, что день перестает быть добрым. Склон казался серьезным препятствием даже для опытных скалолазов, трудно было представить, что я вообще смогу взобраться туда. Однако никто даже не собирался спрашивать, умею или не умею, – полезли, и все.