Звездная Кровь – 6. Тинг

Глава 3

Трэля?!

Явное оскорбление резануло слух – ведь я давно был полноправным членом Народа Земли, а не безымянным колонистом, только что упавшим с «Хельги», и рикс Народа Реки не мог не понимать этого! Значит – это намеренная провокация землян, но с какой целью? Речники откровенно пытаются нарваться на драку? Ведь абсолютно понятно, что вождь не отдаст своего человека другому племени – иначе какой он вообще вождь?

Я без труда сдержал эмоции – во-первых, «по легенде» не должен понимать Единое наречие, во-вторых – не дело рядового землянина, даже не Восходящего, лезть в разговор вождей. Но напряжение возрастало: Динамит шевельнулся, поза выдавала, что он готов в любую секунду открыть Скрижаль, а Толя Грохот с шипением опустил сервоприводы мио-конечностей, недвусмысленно направляя огромные гаусс-пулеметы на брод. Судя по зверской гримасе за забралом, десант, возвышающийся над нами в трофейном кидо, был уже готов к драке, однако Вероника осталась невозмутимой. Она совершенно спокойно, не меняя тона, ответила Аурваку:

– Он не трэль и никогда им не был. За этого человека уже дрались Восходящие на фионтаре. Победил мой танаан, и Люди Реки знают это.

– Мелкие брызги! Народ Воды не признает тот фионтар! – неожиданно взревел Аурвак. Реплика Вероники будто задела вождя за живое, и Люди Реки поддержали его дружными воплями. – Мой третий сын не проиграл Восходящему Народа Земли! Зирдин!

Один из Восходящих Речного Народа, стоящих по пояс в воде, легко поднялся на высокий камень. Он откинул длинные волосы на спину – и я узнал в мускулистом, покрытом синим чешуйчатым рисунком мужчине того самого поединщика, что сражался с Гаем Флоу! Зирдин Хвост Акулы – так его назвал Мрак… значит, Гай перед смертью все-таки не сломал ему хребет?

Зирдин гортанно выкрикнул несколько фраз – благодаря Навыку владения Языком Народа Реки я понял, что он говорит:

– Клятва была нарушена! В фионтар вмешались со стороны! А потом Народ Земли напал! Напал первым!

– О нарушенной Клятве и цене крови, рикс, я и хотела говорить с тобой, – ответила Вероника. – Наши Народы хотят стравить, как глупых зверей! Погиб мой танаан, погибли люди Реки. Кровь есть кровь, но разве Народ Реки хочет, чтобы ее стало больше?

– Хочешь, чтобы кровь не мутила воду – сначала отдай нам наше, – непреклонно повторил Аурвак. – Моя Восходящая говорит, что пленила этого трэля раньше, чем Люди Земли появились тут. Значит, он принадлежит нам!

Он откровенно осклабился, ожидая реакции Вероники – и тут, по этой наглой усмешке, по гримасам Людей Реки и многозначительным взглядам, которые Серебряная Форель бросала в мою сторону, я вдруг сообразил, в чем дело. Это не провокация конфликта между отрядами – как и мы, Народ Реки ведет своих новичков на тинг, им сейчас ни к чему массовая драка. По правилам этих варваров, это всего лишь проверка на прочность, «на вшивость», как выразился бы Толя Грохот – нас и нашего рикса. Пойдем на попятную – значит, можно прогибать и дальше в следующих, более важных переговорах, значит, с Народом Земли, его Восходящими и его риксом можно особо не считаться… Получается, мы должны ответить жестко, разрешить конфликт, но при этом не потеряв своего и не унизив чужого достоинства. Сложно – но Белый Дьявол недаром разговаривал в моем теле с вождями и воинами – и, кажется, я знал, как это сделать. Зирдин и Форель сказали свои слова – теперь пора сказать свое и мне!

– Это ложь! – шагнул я вперед. – Восходящая Народа Реки сама сбежала в реку, не сумев одолеть меня!

Это было правдой лишь наполовину – потому что мы действительно схватились с Серебряной Форелью, она пыталась пленить меня и почти добилась успеха, но именно что почти, отступив при появлении копья Гая Флоу. Однако свидетелей тому не было – кроме меня и самой Восходящей. Значит – мое слово против ее!

После перевода моих слов Серебряная Форель встряхнулась, как дикий зверь, и оскалилась, с вызовом глядя в мою сторону. Она с явной насмешкой бросила несколько слов, обращаясь к своему вождю.

– Серебряная Форель говорит, что может прямо сейчас показать, как все было, – Аурвак улыбался все шире, как будто происходящее забавляло его. – Если твой человек не боится!

– Он не Восходящий и это не будет равным боем! – жестко произнесла Вероника. – Если ты хочешь поединка, Аурвак, я готова выставить своего Восходящего!

– Зачем нам еще один фионтар, рикс? – пожал плечами Аурвак. – Если слова твоего человека – не брызги, пусть просто докажет, что смог одолеть мою бронзовую рыбку!

Серебряная Форель кивнула совершенно по-человечески, не сводя с меня прищуренных глаз. Около нее вдруг засветилась Скрижаль, а затем в руках Восходящей материализовались два знакомых предмета – длинный полупрозрачный гарпун и ловчая сеть, будто сотканная из зеленых водорослей.

– Твой человек не Восходящий, и Форель не будет использовать другие Руны, – ухмыльнувшись, оповестил Аурвак. – Проверим, чья глубина прозрачней… Если она сумеет пленить твоего человека – мы заберем его.

– Мисс Максвелл… – подал голос Динамит, и Вероника впервые оглянулась, но смотрела она не на него, а на меня. Мы оба были мощными менталами, поэтому не возникло нужды в словах. На секунду, не более, наши разумы соприкоснулись, а затем она, не задумываясь, ответила риксу Народа Реки:

– А если нет?

– Если он победит, сможет взять нашу рыбку в жены! – загрохотал смехом Аурвак, и Народ Реки поддержал его дружным гоготанием и звоном оружия. С нашей же стороны царило мрачное недоумение. Однако я не колебался. Надоело, когда решают за тебя; я давно мог сам постоять за свою свободу. Вероника же, сделав шаг вперед, о чем-то негромко торговалась с риксом Народа Реки, явно обсуждая условия поединка, но я не мог различить, что она говорит, слышал лишь отрывистые фразы Аурвака:

– Пусть сначала докажет, что не брызжет! И, клянусь Мертвой Рыбой, тогда я выслушаю тебя…

– Сигурд, она не будет использовать Руны, а ты – земное оружие, – сказала мисс Максвелл, вновь оказавшись возле нас. – Ты готов?

Думают, что схитрили? Хорошо… Кивнув, я сбросил с плеча ремень «Суворова», а затем – пояс с набитыми подсумками, оставшись в одном «Мангусе». Хорошая броня для схватки, где гораздо важнее подвижность, чем защита…

– Сигурд, ты с ума сошел? – тихо спросил Динамит. – Она же чистая бронза…

Проигнорировав реплику командира, я протянул ему сумку с пискнувшим йурром, открыл криптор и медленно вытянул оттуда тарн с иллиумовым наконечником. Уже использовал его на тренировках во фригольде, так что – не сюрприз, а самое главное – к земному оружию изделие Народа Теней отношения не имеет. Сказать, что ребята смотрели на меня с удивлением – не сказать ничего. Даже непроницаемая Фьюри, казалось, была слегка поражена моим поведением. Только Грохот прогудел:

– Надери ей задницу, Звездный Флот!

Люди Реки уже освободили импровизированную арену прямо перед бродом, и Серебряная Форель танцевала на ее границе, неуловимо крутя копьем. Она выглядела очень опасной – худощавая, гибкая и быстрая пантера. Как и большинство Людей Реки, Форель полностью пренебрегала одеждой, совершенно не смущаясь своей наготы. Атлетичное тело Восходящей наполовину покрывала синяя татуировка мелкой рыбьей чешуи, поэтому она не воспринималась обнаженной, хотя из одежды на девушке была только тонкая ниточка цветных ракушек на талии. Да и вообще, несмотря на женские атрибуты, я не видел в ней женщину – слишком чуждой казалась остроскулая дикарка с перепонками между пальцев. «Чистая бронза», как сказал Динамит, – с уклоном в Моторику, судя по опыту предыдущего поединка. Тогда она переиграла меня вчистую, но с той поры утекло немало воды. Сейчас я вряд ли уступал ей в Атрибутах и тем более – вряд ли у нее был подобный Белому Дьяволу учитель…

Мое необычное оружие явно притягивало взгляды Людей Реки, но плевать на их любопытство! Задача была проста – разделаться с противницей конвенциональными средствами, не проявляя себя как Восходящий. Форель тоже не могла применять Руны, и это значительно облегчало задачу. Что ж, придется удивить окружающих! Ведь человек, случайно поглотивший много Звездной Крови, вполне может поспорить с бронзовым Восходящим мастерством и физическими кондициями. Наш Толя Грохот, например, и безо всякой Звездной Крови может, и ничего, все привыкли!

Серебряная Форель ждала, полностью уверенная в собственном превосходстве – и я вошел в круг, нарочито небрежно царапая острием тарна камни. Как ни странно, волнения не было вообще. «Хищник не тот, кто хищник, а тот, кто хищник» – сказал вселенец, безрассудно входя в портал, где его ждал золотой Флекс Торий, и только сейчас я в полной мере понял смысл этой фразы. Серебряная Форель мнила себя охотником, а не жертвой, но охотником, поставившим западню, в данном случае был только я. Белый Дьявол молчал, но я ощущал его молчаливое присутствие и даже нечто вроде удовлетворения – сейчас наступил тот редкий случай, когда он полностью разделял мое решение принять бой.

Бой начался.

Серебряная Форель прыгнула первой, блеснул гарпун, но выпад был ложным, и я не стал даже реагировать на него, а вот последующий бросок сети оказался настоящим и очень опасным. Я быстро пригнулся, пропустив ее над головой, и мгновенно перечеркнул тарном размытую энергетическую нить, тянущуюся от девушки к ловчей снасти. Сеть была рунным предметом, и, похоже, управляемым дистанционно, но нейтральный к Звездной Крови иллиумовый шип прервал контакт, вновь обратив Предмет светящимся глифом. Что, не ожидала?

Разозленная неудачей, она яростно атаковала. Абсолютно по-настоящему, любой удар гарпуна мог бы стать смертельным. Копье – очень опасное оружие, а в руках мастера оно мгновенно удлиняется, жалит неуловимо, поймать и отразить быстрый тычок почти нереально. Возможно, убивать меня Форель не собиралась – но желание хорошенько проучить нахального землянина так и читалось в ее стремительных движениях.

Предсказуемая «верхняя змея», затем «удар хвостом» и, конечно, «клюв феникса»! Все ее действия благодаря поддержке вселенца не представляли для меня загадки, а мой тарн с отточенным шипом значительно длиннее и удобнее для подобных схваток. Вколоченные на тренировках и испытаниях рефлексы позволяли без труда предугадывать тактику и связки, явно основанные на примитивной технике Стиля Железа. Восходящая неплохо владела своим оружием, однако в подметки не годилась воинам вроде Серебряного Когтя из Народа Теней. Подстроившись, я подгадал нужный момент и отбил ее выпад с такой встречной энергией, что Форель на мгновение потеряла равновесие и едва удержалась на ногах.

Люди Реки дружно выдохнули, умолк звон оружия, которым они колотили, поддерживая свою Восходящую. Кажется, поняли, что бой пошел совсем по-другому сценарию!

В бою двух копейщиков критична скорость и контроль дистанции. В первом я не уступал Форели, а во втором значительно превосходил. Воспользовавшись шоком противницы, заставил ее перейти в оборону мощным рубящим ударом, а сам внезапно сократил дистанцию и обратным концом древка подсек ей ногу, опрокинув наземь. Падение вышло крайне неудачным из-за множества больших и малых валунов, усеявших берег, крюк гарпуна Форели неожиданно застрял между камнями, и тогда я жестоким пинком в локоть обезоружил ее. Очень болезненная штука, обычному человеку такой прием сломал бы руку, но кости Восходящих покрепче – Серебряная Форель отделалась возгласом боли и потерянным копьем. Выбитый гарпун по широкой дуге улетел в воды Бурной над головами пригнувшихся зрителей.

Зашипев разъяренной кошкой, противница попыталась вцепиться мне в глаза растопыренными пальцами с длинными ногтями, но это стало очередной ошибкой, ей требовалось срочно разрывать дистанцию, а не входить в клинч. Второй пинок, еще более подлый – в подъем голой лодыжки башмаком с металлическим носом, заставил Форель с криком рухнуть на колено, а беспощадный удар древка снова швырнул ее лицом на камни. Она успела перевернуться на спину, явно поплывшая, но еще пытающаяся защищаться, однако я не собирался давать ей какие-то шансы.

Прыгнул, наступая подошвой на левое запястье, с яростным возгласом ударил тарном сверху вниз, в татуированное лицо! Люди Реки заорали – со стороны могло показаться, что я убил Восходящую, пригвоздил ее к берегу, однако иллиумовый шип лишь вошел в землю рядом с трепещущей жаберной щелью на ее шее – так, что грань наконечника чуть рассекла кожу. Форель хрипло вскрикнула, на мгновение наши взгляды скрестились – и в злых голубых глазах я увидел свое отражение – и страх.

Она увидела смерть. Осталась жива только потому, что я не хотел ее убивать.

– Сдавайся! – потребовал я, выдергивая тарн, но поединок был еще не закончен. В следующий миг Восходящая изменилась, неуловимо обрастая черным блестящим мехом, мускусный запах ударил в ноздри, а еще через мгновение я оказался в объятиях дикого зверя! Энхидриодрон – так, кажется, называлось ее рунное обличье? Превратившись в гигантскую выдру, Серебряная Форель покатилась со мной по берегу.

Кто-то обещал не пользоваться Рунами?! Сейчас это не имело значения, потому что свирепая и очень сильная тварь вцепилась в меня, терзая когтями и клыками и явно пытаясь отгрызть голову. Однако я, к счастью, не выпустил из рук тарн и успел просунуть древко прямо в клацающую, брызгающую слюной пасть. Это позволило не дать перекусить себе глотку в первые секунды борьбы, а «Мангус» трещал, но держал удары когтей.

Тяжелая, злобная и рычащая бестия! Человек и зверь, мы боролись на обкатанных водой камнях, и никто не мог взять верх. Я напряг все силы, пытаясь разорвать ей пасть! Выдра-оборотень дико билась, полосуя многострадальный «Мангус» когтями всех четырех лап, рычала и шипела, однако я давил неумолимо, втискивая древко тарна между хрустящих клыков, и рык превратился в жалобный визг. Перестав атаковать, она задергалась, явно пытаясь вырваться и невероятным усилием смогла, однако я был начеку – подсек острием тарна ускользающего зверя. Кажется, угодил по задним лапам – взвизгнув от боли, Серебряная Форель вновь обернулась человеком.

И человеком не в лучшей форме. Восходящая с размаху упала, в очередной раз проехавшись лицом по булыжникам, попыталась встать, но тут же снова рухнула с криком боли. Ее правая рука висела плетью, а левая нога была алой от крови и не держала – кажется, я немного перестарался.

Давать ей третий раунд я не собирался, так что снова подскочил, приставил острие тарна к шее. А затем, не слушая воя, безжалостно поднял за волосы с камней и повернул к риксу и своему Народу – беспомощную, сломленную, с разбитым лицом, по которому градом катились злые слезы. Ничего, поделом – при другом исходе она запросто убила или искалечила бы меня, так что я ощущал только злое торжество победителя.

– Сдавайся! – приказал я. – Ну!

– Тс-си… – чуть слышно прохрипела Форель, а когда я безжалостно дернул ее за волосы, чуть выворачивая шею, выкрикнула громко: – Тс-си!

Ваша Слава повышена на 1.

Ваша Слава повышена на 1.

Ваша Слава повышена на 1.

Аурвак, скрестив здоровенные ручищи в серебряных наручах, хмурился, глядя на это зрелище, а сереброволосая русалка-фламиника что-то быстро говорила ему, указывая в мою сторону. Взгляд ее мне не понравился – проницательный, подозрительный, злой, но плевать – все уже сделано!

– Возьмешь кровь за кровь, рикс? – крикнул я ему.

– Возьму, если тебе не нужна, – вдруг широко ухмыльнулся рикс Народа Реки. – Но, клянусь Мертвой Рыбой, вы же понравились друг другу! Забирай эту никчемную рыбешку, и сможешь так обнимать ее каждую ночь!

Он буквально захрюкал, довольный собственной остротой, и Люди Реки поддержали его нестройными смешками. Поняв, что все закончено, я отпустил Форель, и она с глухим стоном поползла к своему Народу, оставляя на камнях кровавый след. Ее тут же подхватили двое, поднимая под руки, а серебряная Восходящая открыла Скрижаль, явно готовясь исцелить ее.

– Я уже обменялся дарами с другой Восходящей, – тяжело дыша, ответил я. – Что, если она не любит рыбу? Я не рискну испытывать судьбу!

Аурвак расхохотался пуще прежнего – похоже, что все происходящее здорово его развеселило, несмотря на поражение своей Восходящей, а может, вождь пытался таким образом сохранить лицо.

Интерфейс продолжал бомбардировать меня сообщениями – за победу в драке отсыпали сразу 12 единиц Славы! Это, видимо, потому что я внезапно получил кое-какой авторитет у Народа Реки. И, вероятно, когда известие о поединке распространится, Славы прибудет еще… Какова же она у легендарных личностей, которых знает весь Круг?

– Славу среди Восходящих, хейр, легко заработать, но легко и потерять, – прошептал голос. – Не стоит гнаться и охотиться за ней… Когда она велика, ты сам должен быть велик, иначе любое поражение низвергает в бездну…

Вероника, снова оказавшись рядом, тихо произнесла:

– Отлично, Сигурд. У тебя все в порядке? Медицинская помощь нужна?

– Да, мэм, – ответил я, пытаясь перевести дух. Поединок только с виду дался легко – бронзовая Восходящая неплохо поломала меня, отходящее от адреналина тело дрожало, начиная болеть в десятке мест сразу. Я коснулся бока и зашипел – на ладони отпечаталась кровь, незаметная на черном покрове “Мангуса”.

– Черт! Он ранен! – выругалась Вероника. – Помогите ему, Дмитрий. Тащите сюда и помогите снять комбинезон! Только осторожно!

– Вот это представление, Сигурд! – пробормотал Динамит, помогая расстегнуть броню. – Ну ты даешь!

Форель все-таки достала меня своими когтищами. Комбинезон состоял из армированного материала в палец толщиной, а в уязвимых местах наливался пластинами “жидкой брони”, спокойно останавливающих нож и даже пулю, однако в местах соединений оборотень все равно добралась до тела. Я истекал кровью из десятка глубоких царапин, и требовалось их срочно перевязать и обработать. Мало ли что на когтях у этой твари… Утешало только, что травмы, полученные Восходящей Народа Реки, были гораздо серьезнее.

У Вероники, к сожалению, не имелось исцеляющих Рун, а свои я не мог использовать по понятным причинам. Поэтому пришлось лечиться по старинке: кровоостанавливающий спрей, уколы антидота и регенератора, благо медпакеты были в наличии. Несколько мазков синтетической кожи и парочка тугих повязок – и вроде бы я в относительном порядке. Правда, при этом зоркий Грохот углядел явные изменения в моем телосложении и озадаченно проворчал:

– Эх ты и раскабанел, братка! Где, на, такими грибочками кормят?

– Да уж, – добавил Динамит. – А копьем где так научился махать?

– Всегда умел вроде, – проворчал я. – Ничего особенного…

– Да, скажешь тоже, ничего! Ты же бронзу просто порвал, без шансов, – ответил командир. – Да, интересно будет посмотреть твои Атрибуты после гвоздя…

В общем, кое-как отбрехался от подозрений товарищей. Народ Реки, конечно, тоже подметил странности, однако, как я и предполагал, они приняли самую очевидную версию.

– Твой человек выпил немало Звездной Крови, – сказал Аурвак при всех. – Народ Реки видит это! Ты правильно делаешь, рикс, что дашь ему гвоздь. Мертвая Рыба видит: у Народа Земли появится прозрачный Восходящий, и я рад, что первым дал ему Славу!

Он также поведал, что аномальная агрессивность животных коснулась и их:

– Будьте прозрачны, Люди Земли! Речные дороги бурлят. Прибрежные никсы нападают на всех, кого видят, а в глубинах Холодного Озера взбунтовался серебряный локи, что много циклов дремал под корнями! Озерные Восходящие убили его, но воды вкусили кровь многих, потому они не спешат на большой тинг…

– Когда это произошло? – спросила Вероника.

– В первый древодень нового знака! Наши фламины говорят, что это плохой знак, но даже отцы их отцов не помнят, о чем он журчит с небес. Народ Древа живет выше к небу и знает больше, их старое золото даст ответ…

А затем они с Вероникой долго беседовали наедине, прикрытые Сферой Тишины, пока наши группы разбили лагеря на разных берегах Бурной, настороженно приглядываясь друг к другу. Людей Реки оказалось две дюжины – причем ровно половину, как я верно догадался, составляли молодые воины обоих полов, которые должны были получить стигмат. Их сопровождало девять Восходящих, не считая рикса, фламинику и знаменосца, так что очень хорошо, что обошлось без столкновения. Никто из них не проявлял даже малейших признаков враждебности – словно поединок расставил все по своим местам. Ребята (особенно Грай и Инь) жадно разглядывали плещущихся в реке обнаженных татуированных девушек, а те, такое ощущение, специально подплывали поближе и демонстрировали свои формы, явно поддразнивая молодых землян. Подходили и мужчины, в основном глазея на меня, но нам не о чем было говорить – они не владели Единым Языком, а мы – Речным Наречием. Я краем глазом заметил, что Серебряная Форель, хоть и не хромает больше, держится ниже травы, не показываясь на глаза, а остальные речники предпочитают проводить время в воде, чувствуя себя там так же свободно, как на суше. Странные существа… почти как люди, но с перепонками на руках и ногах, чуть заметными жаберными щелями и немного отличной антропологией – явно один из генно-модифицированных младших Народов Единства, но кто и с какой целью их вывел?

– Кел в древности населяли младшими закрытые октагоны, чтобы вести путями Восхождения, – попытался объяснить Белый Дьявол. – Ты вряд ли поймешь, хейр, но путь можно пройти только с начала, а разным Народам нужны разные испытания. Были изумрудные, сапфировые, рубиновые и иные октагоны, разделенные щитами, и прежде их населяли разные Народы. Иные были созданы как жители рек и озер, иные – морских глубин, а некоторые имели крылья и могли населять горные выси. После того как разделяющие щиты пали, младшие смешались между собой и потомками Кел в Кругах Жизни… В этих младших течет кровь древних жителей золотого русла Великой Реки…

Если Кел пытались вывести некие породы людей, которые были более приспособлены к среде обитания, то это, наверное, имело смысл. Но внешний вид речников все-таки был неприятен! Мне, хоть и в шутку предлагали в жены Серебряную Форель, и было известно, что генетически скрещивание землян с местными аборигенами вполне реально, но в моей голове никак не укладывалось, как можно жить с подобным… существом. А один из сопровождающих молодежь Восходящих вообще был крайне странным – безволосый, очень мускулистый и длиннорукий, с плотной зеленоватой кожей и огромными белесыми глазами, он больше напоминал пугающее речное чудовище, чем человека. Он не подходил близко, но мне показалось, что у него на спине нечто вроде костяного гребня, а предплечья бугрятся складками плавников.