Разведопрос. Трудно быть русским

Дмитрий Пучков: Словом, если ты не согласен с единственно верной точкой зрения, ты сразу объявляешься «титушкой», то есть проплаченным пособником режима Януковича, вне зависимости от того, что тебе, может быть, это просто не нравится. Потом тебя избивают. При этом я как бывший оперуполномоченный замечу, что есть методы гораздо более надежные – избиения не тебя лично, а твоих детей, угрозы твоей жене – на работе, в магазине, еще где-то.

Борис Юлин: Это если нужно запугать конкретного человека, а им нужно было запугать население. А для этого нужно бить не жену прокурора, а самого прокурора.

Дмитрий Пучков: Это, так сказать, точечная работа уже дальше – с наиболее буйными, наиболее ярко выраженными, и прочее, и прочее… Заниматься надо твоей семьей, а не тобой, тогда ты быстро замолчишь. Чем они, собственно, заняты сейчас в Днепропетровске и во всех остальных местах…

Борис Юлин: Да – когда они борются со своей реальной оппозицией. А когда они запугивали население, они били людей – будь то хоть директор рынка, хоть бойцы «Беркута», ставили на колени…

Дмитрий Пучков: Да, поставить на колени, облить водой, избить, приковать наручниками…

Борис Юлин: Вот через это унижение, позор и побои они планировали запугать остальных. Но такой метод либо запугивает, либо вызывает полнейшее отторжение. То есть он никого не оставляет равнодушным. И вот в Крыму как раз произошло отторжение. Туда приезжал Порошенко – как раз олигарх – он должен был стать губернатором Крыма. Но его оттуда вышвырнули. Крым просто понял, что под «этими» – жить нельзя.

Поэтому куда угодно, хоть на Марс – лишь бы от нацистов. На востоке происходит, собственно говоря, то же самое – то есть там не сепаратизм в духе «мы хотим отделяться от Украины», а – «нацисты пусть будут там, мы с ними не хотим».

Дмитрий Пучков: Таким образом, мы имеем умышленное впихивание страны в гражданскую войну.

Борис Юлин: Да.

Дмитрий Пучков: То есть – «мы хотим заставить вас подчиниться силой, вы не подчиняетесь, сейчас мы применим силу».

Борис Юлин: Да. Они же вообще в тупик попали. Дело в том, что если сейчас они не подавят сопротивление, то их власть, власть нацистов, рухнет. Ее же поддерживают несколько десятков тысяч активистов на всю страну, где население – сорок пять миллионов человек.

Дмитрий Пучков: Ну, этого достаточно.

Борис Юлин: Как мы видим, уже не совсем. То есть на всю территорию власть распространить не удалось. Но если они потеряют Юго-Восток, то им будет тяжело удержаться и в Киеве. Правительство, которое просохатило страну, явно поддержкой пользоваться не будет. И оно по-прежнему остается незаконным, по-прежнему остается просто кучкой узурпаторов, захвативших власть. Они ведь даже не выбирались тем же самым Майданом, теми же самыми нацистами. Они вообще самоназначенцы. Ну то есть как: они выбирались Западом. Это фигуры, которые Запад сразу же признал и объявил, что вот это – законные власти Киева, мы с ними имеем дело.

Дмитрий Пучков: Как тебе эти двойные стандарты?

Борис Юлин: Это же традиционная вещь. Косово может отделиться от Сербии, это демократично, Крым отделиться от Украины не может, это недемократично. Если помощник госсекретаря лазает по Майдану и провоцирует против местных властей толпу, накручивает ее – это не вмешательство во внутренние дела. Если из России говорят, что так делать нехорошо – это вмешательство во внутренние дела. Это даже не то что двойные стандарты, это вообще какое-то запредельное хамство. Но оно традиционное. Есть правильная точка зрения и неправильная. Правильная – это та, что у них в Валиноре.

Дмитрий Пучков: Я бы даже сказал, «есть моя точка зрения – и неправильная».

Борис Юлин: У них она консолидированная.

Дмитрий Пучков: Ну, конкретно для них она выгодна, поэтому их точка зрения правильна. А как ты считаешь – как следует противостоять подобному подходу?

Борис Юлин: Такому подходу можно противостоять только одним способом: нужно просто его игнорировать. То есть упирать на те нормы права, которые есть. Есть прецедент с Косово – значит, с Крымом всё нормально, всё справедливо. Переводить всё на юридические рельсы совершенно спокойно. А деятельность Запада просто игнорировать. В каком варианте: вот они признали власти Киева, да? С какой стати их должна признавать Россия? Нынешние руководители Украины не выбирались, не назначались, они даже не получили власть по наследству. Вот пока на Украине нету никаких выборов, это не власть Украины. То есть не субъект переговоров. Они – объект переговоров. То есть о них можно разговаривать с теми же самыми европейцами и американцами. С ними разговаривать не о чем. Как только мы с ними начинаем вести переговоры – с тем же Турчиновым, Яценюком, это автоматически превращает их из объектов в субъекты переговоров и, соответственно, ведет уже к определенному признанию. Хотя бы – к признанию договаривающейся стороной.

Дмитрий Пучков: Но этого делать не следует.

Борис Юлин: Ни в коем случае.

Дмитрий Пучков: Вот мы в настоящий момент имеем вооруженных людей на Юго-Востоке, захвативших административные здания, выставивших блок-посты, не желающих заезда нацистов в города на своей территории. К чему приведет развитие этой ситуации?

Борис Юлин: Зависит от самого населения этих областей. Во-первых, начнем с того, что они, если подходить юридически, здания не захватили – они их освободили. Потому что захватили власть, узурпировали ее как раз таки сторонники нацистов и олигархов. Турчинов, сам захвативший власть, назначая олигархов губернаторами, тоже отправляет на места людей, которых никто не выбирал – а там, кстати, были выбранные губернаторы, в регионах Украины. И вот вместо них назначаются эти олигархи. Назначаются незаконной властью, и сами совершенно незаконны. Поэтому выкинуть их из административных зданий – означает вернуть эти здания единственной законной системе власти. Есть такая формула «Глас народа – глас Божий». К этому, кстати, апеллировали сами собравшиеся на Майдане. Но в данном случае это касается большинства жителей юго-восточных регионов. Они считают, что те, кого к ним прислали, – это незаконная власть. Поэтому, пока нету законной власти в центре, они могут совершенно законно формировать органы власти на местах сами. Что, собственно, и произошло в Крыму. Поэтому сейчас на территории Украины, если разобраться, по-настоящему законная власть есть только в Крыму. Хотя Крым теперь уже не территория Украины, он территория России. Но в тот момент, когда они объявили о том, что будут проводить референдум, и так далее – там была единственная законная власть на всей территории Украины.

Дмитрий Пучков: Произошел государственный переворот. Власть захвачена. Юго-Восток подчиняться этой власти отказывается. Люди вооружились, встали на позиции и ждут. Переворотчики объявляют военный призыв. По военному призыву приходит один процент. Как мы знаем, нетрадиционно мыслящих в каждом обществе примерно до семи процентов, с различными ориентациями. Тут пришел один – это вообще какая-то математическая погрешность. Неких психов, по всей видимости. Отдаются приказы армии – армия никуда не идет. Туда отправляются, так сказать, идеологические сотрудники от «Правого сектора», которые должны запугать армейцев и заставить их воевать. Безрезультатно. Начинает формироваться какая-то Национальная гвардия, которая на картинках гранатометы не с той стороны заряжает. «Правый сектор»[1] – «не нацистская организация», как мы теперь знаем – присылает своих эмиссаров. Одно, другое, третье, пятое – какой-то компот, и при этом четко видно, что ни армия, ни министерство внутренних дел ни в чем этом участвовать не хотят. Вся подъезжающая бронетехника усажена так называемыми партизанами – это не солдаты, взрослые мужики, сдернутые, так сказать, с производств – «вот, идите их убивайте». Убивают как-то неохотно. Не хотят они туда идти, не хотят они воевать. Как считаешь, какие меры предпримут еще переворотчики, чтобы подавить сопротивление?

Борис Юлин: Сначала прокомментирую «один процент». Даже этот процент призывается под угрозой тюрьмы для тех, кто не явился. То есть если бы это было только из чувства патриотизма, я думаю, там речь уже шла бы о долях процента. А что будут делать – так они уже делают. Они реализуют единственно верный вариант. У них осталось одна опора – это деньги. Деньги захвативших власть олигархов. И они, во-первых, сейчас выплачивают большие деньги тем, кто все-таки согласен служить режиму, хунте, захватившей власть. Реально большие деньги, которых они военнослужащим и даже СБУшникам никогда не платили.

Дмитрий Пучков: Речь про десять тысяч долларов за пойманного русского, двести пятьдесят тысяч долларов за захваченное здание?

Борис Юлин: Да. И вообще большие суммы, если согласятся, например, двинуть свою технику на «сепаратистов» так называемых. Но есть и еще более решительный шаг, и самый решительный из олигархов, Коломойский, его уже применил. Он привлекает иностранных наемников, «диких гусей войны».

Дмитрий Пучков: По-моему, никого еще не поймали и не предъявили в качестве захваченных наемников…

Борис Юлин: Предъявляли, двух военных уже поймали, показали паспорта…

Дмитрий Пучков: Говорили, да, но покажите интервью, где он говорит по-английски и рассказывает, откуда он взялся…

Борис Юлин: А кто сказал, что иностранный наемник обязательно должен быть…

Дмитрий Пучков: Но должны быть какие-то следы, хвосты. Ну, пусть по-русски говорит.

Борис Юлин: По крайней мере, есть заявление самого Коломойского, где он говорит, что использует наемников. Есть сообщения о том, что сотрудники бывшей организации «Блэк Вотерс» прибывают на Украину. И, собственно, это самый логичный вариант, потому что наемники являются в таких случаях основной опорой подобных режимов. Есть страна, где население было как на Украине, даже больше – Конго. Бывшее Бельгийское Конго, потом Заир, сейчас это опять Конго. Там в свое время переворот осуществили пятьдесят наемников. Свергли законную власть, поставили незаконную, которая там успешно держится до сих пор, разваливая потихоньку страну, превращая ее в гниющую помойку. Здесь будет примерно то же самое. Если страна превратится из страны вот именно в такую кормушку для олигархов, она превратится в гниющую помойку. Сам факт использования наемников, объявления денежных призов показывает, что власти властями не являются. Власти Украины – просто кучка бандитов. У них действительно есть армия, есть МВД, есть их человек, который руководит этим МВД, есть СБУ. Но почему-то всех этих сил не хватает. Весь правоохранительный и военный механизм Украины почему-то в данном случае не срабатывает. Наверно, потому, что его пытаются применить для выполнения функций, которые не свойственны защитникам и правоохранителям Украины.

Дмитрий Пучков: Особенно прекрасно было обращение к бойцам «Беркута» – о том, что надо забыть обиды и идти сражаться за единую Украину. Мне вот интересно – это можно на полном серьезе говорить людям, которых обливали горящим бензином и сжигали заживо? Что вот сейчас они это забудут и пойдут? Это когда некоторые из них уже пойманы, обвинены в убийствах на Майдане, взяты под стражу и никуда не выпускаются – а остальные, значит, должна осознать великую миссию и пойти воевать?

Борис Юлин: Так это же банальная пропаганда, которой всегда пользовались нацисты. Они ею пользовались и в Германии, и в Италии. Они в самом деле призывают, говорят абсолютно всё, что угодно, но потом всё равно делают по-своему. А тех, кто хоть как-то ими недоволен, как-то пытается противостоять, хоть в чем-то их не устраивает – они будут уничтожать. В Германии, допустим, социал-демократы сдали коммунистов, поддержали Гитлера. В результате все социал-демократы закончили в концлагерях. Здесь будет, в принципе, то же самое. То есть если бойцы «Беркута» вернутся на службу и поддержат нацистов, то потом всё равно из них сделают козлов отпущения. Должны же быть козлы отпущения…

Дмитрий Пучков: Естественно.

Борис Юлин: Всё равно угробят и их, и их семьи. Но при этом сначала часть из них повяжут кровью, то есть заставят уничтожать «сепаратистов» так называемых – это всё будет.

Дмитрий Пучков: Зарекомендуй себя, покажи, что ты верен родной стране, убивай вот этих…

Борис Юлин: Ну разумеется. Методы нацистов давно известны, хорошо отработаны, более того – они даже действуют. Единственное, что может им противостоять – это хоть как-то объединившийся народ. Если люди против, то нацисты удержаться у власти не могут, потому что их всегда явное меньшинство. Они сгоняют толпы баранов, и эти толпы должны пробивать для них ворота и сокрушать крепостные стены.

Дмитрий Пучков: Обрати внимание: если в Крыму сразу были в наличии фигуры, способные взять на себя руководство и объединить людей, то на Юго-Востоке таких не видно. Там много людей, но в тоже время нет ярко выраженных лидеров.

Борис Юлин: Так не забывай: основная логика на Украине сейчас патриотическая. А людей двадцать пять лет – то есть четверть века, в общем-то, уже больше поколения получается – воспитывали на идеях «незалэжности». Эти идеи людям мозг и корежат. Они не понимают. То есть они видят, что такое нацисты, но как только возникает вопрос о том, чтобы нацистов свергать, сразу начинает звучать: ты – предатель Украины, ты за развал Украины. Мозги становятся на место только у тех, кто начинает понимать (а затем бороться, энергично, вроде того же Губарева), что предатели Украины – это как раз нацисты. Что на самом деле «незалэжная Украина» всегда будет антирусским проектом…

Дмитрий Пучков: Собственно, она для этого и создается.

Борис Юлин: …и что будущее великой державы может быть только у Украины и России, вместе взятых. Кстати, не знаю почему многие у нас резко против объединения. Я, например, не против, если Россия присоединится к Украине и столица будет в Киеве. Что украинцам в этом не нравится – непонятно. К тому же на Украине сорок пять миллионов населения, треть из них – русские. Получается, на Украине – порядка тридцати миллионов украинцев. Тринадцать миллионов находятся в России. Из них десять миллионов живут постоянно, а три миллиона из тех, что живут на Украине, здесь работают. Нужно просто объявить об этом единстве официально.

Дмитрий Пучков: Твое мнение: что надо делать людям на местах, чтобы противостоять этим уродам?

Борис Юлин: Просто противостоять этим уродам – то есть брать власть на местах в свои руки, объявлять властью власть народа. Губернатором может быть тот, кого выдвинул народ. По крайней мере, пока на Украине нет никакой законной власти.

Notes