Фабрики мысли в условиях глобальных трансформаций
- -
- 100%
- +
Год спустя в Санкт-Петербурге СПб центром СТРАТЕГИЯ совместно с организацией «Фридом Хаус» была проведена международная конференция «Фабрики мысли» Балтийского региона: стратегии сотрудничества общественностью по проблемам безопасности», материалы который были вскоре изданы в следующем сборнике статей центра на эту тему[52]. В 2004 году этим же центром был начат выпуск ежегодного альманаха «Публичная политика», в каждом из выпусков которого существенное место отводилось и отводится фабрикам мысли различного вида[53].
В сентябре 2005 года в пригороде Санкт-Петербурге, г. Пушкине СПб центром СТРАТЕГИЯ при поддержке института «Открытое общество», Будапешт, состоялась международная конференция «Центры публичной политики и фабрики мысли в странах бывшего СССР и Восточной Европы», в которой участвовали более шестидесяти человек из России, Украины, Белоруссии, Латвии, Болгарии, Дании, Австрии, Израиля и Чехии. Ряд материалов и участников этой конференции был опубликован во втором и третьем выпусках альманаха «Публичная политика»[54]. В 2006 году этим же центром была опубликована третья книга, целиком посвященная анализу развития фабрик мысли[55].
В следующем, 2007 году, появилось сразу два издания обзорного характера, посвященных развитие фабрик мысли и аналитических центров. Это, прежде всего небольшая по объему, но весьма содержательная книга В. А. Филиппова «Аналитические центры – стратегический интеллектуальный ресурс»[56], и, во-вторых, существенно большее по объему учебное пособие «Сравнительный анализ российских и зарубежных аналитических центров: case-study», вышедшее под ред. Н. Ю. Беляевой и Д. Г. Зайцева. По поводу второго издания следует отметить, что если бы в его названии вместо слова «российских» стояло слово «московских», то к нему не было бы никаких замечаний, так как в нем анализируются и сравниваются с зарубежными исключительно московские аналитические центры[57].
Автор первой из этих книг продолжил свою работу, выпустив, уже в соавторстве, новую книгу об аналитических центрах, рассматривая их уже в контексте деятельности транснациональных корпораций[58], а далее пока не проявлял интереса к этой теме. Иная ситуация со вторым творческим коллективом, один из участников которого – Н. Ю. Беляева является не только заведующей кафедрой публичной политики НИУ-ВШЭ, первой кафедрой в стране под таким названием, но и основателем и лидером одной из первых в нашей стране фабрик мысли, или, точнее, центров публичной политики – основного еще в последние годы существования СССР Международного благотворительного фонда политико-правовых исследований “Интерлигал». В этом случае интерес к теме развития фабрик мысли и аналитических центров был достаточно глубоким и последовательным, что выразилось в целом ряде статей в ведущих российских журналах[59], а также к защите в 2009 г. Д. Г. Зайцевым кандидатской диссертации, ставшей, по-видимому, первой российской диссертацией на эту тему[60], а также к созданию на базе кафедры РЭНД-клуба[61]. В последнее время в рамках этого коллектива подготовлена целая серия книг, посвященных развитию аналитических центров (как предпочитают в последнее время называть обсуждаемые институты Н. Ю. Беляева, Д. Г. Зайцев и их соавторы) в ряде регионов России[62].
Два года спустя после первой защиты Н. А. Медушевский в РГГУ была успешно защищена вторая кандидатская диссертация по политологии по теме фабрик мысли, хотя в названии и фигурировал лишь «экспертное сообщество»[63]. Вслед за защитой последовали и ряд интересных публикаций, в которых в сравнительном аспекте анализировалось развитие фабрик мысли в различных странах, а также анализировалось отличие этих институтов в США и в странах Западной Европы[64], а также создание Н. А. Медушевским с коллегами интернет-портала, на базе Российского научно-исследовательского института экономики, политики и права в научно-технической сфере независимого экспертного обозрения «Фабрика мысли»[65].
Не ослабевает интерес к фабрикам мысли и в методологическом сообществе, о чем свидетельствует тема XVII Ежегодных чтений памяти Г. П. Щедровицкого, состоявшихся 23 февраля 2011 года – «История институтов мышления»[66]. Естественным образом продолжается и изучение фабрик мысли в СПб-центре СТРАТЕГИЯ, теперь эта работа ведется уже и в рамках кафедры прикладной политологии НИУ-ВШЭ, СПб[67].
Мы видим, таким образом, что и в современной России сформировались несколько исследовательских коллективов, последовательно работающих над исследованием развития фабрик мысли, и шире – форм организации и самоорганизации экспертного сообщества. Вместе с тем достаточно хорошо заметно, что этот интерес проявляют преимущественно представители творческих коллективов, которых и самих можно идентифицировать как фабрики мысли в том или ином варианте. К сожалению, тема появления и развития подобных институтов в чисто академическом сообществе интереса пока не вызывает.
1.3. Фабрики мысли как сообщество: типы и варианты
При рассмотрении деятельности фабрик мысли возможно использование нескольких подходов, к их типологии и классификации. Например, по отношению к процессу принятия властных решений; по ориентации на тех или иных потребителей – основных игроков поля политики; по наличию и степени идеологической направленности; по характеру важных для них проблем. Рассмотрим эти подходы подробнее.
Отношение к процессу принятия решений
Можно выделить несколько типов фабрик мысли, на основании их отношения к процессу принятия властных решений – одни влияют непосредственно, другие – косвенно. Так, некоторые фабрики мысли непосредственно нацелены на улучшение тех или иных сторон публичной политики (advocacy-oriented groups) Они критикуют существующие политики, дают рекомендации по улучшению ситуации, а затем различные рычаги для достижение решения, влияя на лица, ответственных за принятие таких решений. Такие фабрики мысли можно назвать реформаторскими, то есть нацеленными на те или иные реформы в конкретных сферах.
Другие фабрики мысли ориентированы на образование (educated-oriented groups) Они влияют на политику через организацию конференций и семинаров, издание книг и статей, взаимодействия со СМИ. Их деятельность не направлена на достижение конкретных решений, но скорее на определение повестки дня для общественных обсуждение и формирования представлений у будущих лидеров. Анализируя роль Фабрик мысли в развитии внешней политики Финляндии, Томас Форсберг (Thomas Forsberg), выделяет два типа фабрик мысли – “Forum think tank” and “Committed think tank”. Первый тип более ориентирован на развитие обсуждения в обществе, чем на поиск каких-либо определенных ответов. Так, во время обсуждений возможности вступления Финляндии в НАТО или во время Косовского кризиса, альтернативные позиции защищались различными представителями фабрик мысли.
По мнению Томаса Форсберга, существует три типа аналитических “выходов” фабрик мысли:
Первый – цель – поиск ответа на заранее сформулированные вопросы или на привнесение новых научных фактов.
Второй – развитие аргументов в дискуссии, уже ведущейся в обществе.
Третий – предлагать новые вопросы для общественного обсуждения, формирую тем самым повестку общественной дискуссии.
Идеологическая окраска
Еще одним критерием для классификации Фабрик мысли может служить наличие или отсутствие в их деятельности идеологической направленности, а также характер такой направленности.
В случае США фабрики мысли можно разделить на консервативные, либеральные и центристские (либо не имеющие идеологической направленности), такое разделение легко сделать на основе формулировок их миссии и ежегодных докладов, а также на основе их характеристик, используемых при описании их деятельности в СМИ.
Так, к консервативным Эндрю Рич относит фабрики мысли, которые сконцентрированы на развитии свободного рынка, ограничения влияния государства, на индивидуальных свободах, религиозном духе или на традиционных семейных ценностях.
Либеральными (в Американском понимании) являются фабрики мысли, которые, в частности, предлагают использовать правительственные программы для ликвидации экономического, социального и гендерного неравенства, бедности или стагна2ции цен, либо они призывают к увеличению социальной справедливости, к сохранению окружающей среды, либо снижению расходов на оборону.
Организации третьей группы, т. е. не имевшие ни либеральной, ни консервативной направленности, составляли в 1996 г 141 единицу – или 45 % от общего числа. В 1970 г. такие организации составляли 75 %.
Из оставшихся 165 идеологически окрашенных фабрик мысли примерно две трети – 65 % – можно отнести к консервативным, и, соответственно, 35 % – к либеральным. При этом наиболее быстро росла доля консервативных фабрик мысли на региональном и местном уровнях. При этом консервативные фабрики мысли оперировали в 3 раза большими ресурсами, чем либеральные – 28,4 миллиона; по сравнению с 8,8 млн[68].
Консервативные фабрики мысли, как правило, охватывают более широкий набор проблем, как международных, так и внутренних, чем либеральные, которые часто фокусируются на одной или нескольких проблемах – например, права женщин или обеспечение жильем лиц с низкими доходами. Кроме того, консервативные фабрики мысли характеризуются более агрессивной защитой интересов и маркетингом своих продуктов, чем либеральные. Так, консервативный фонд «Наследие», основанный в 1974 году, направляет около 20 % своего годового бюджета (28,6 млн $) на то, чтобы донести результаты своих исследований и концепции до конгрессменов или СМИ.
В то время, как небольшие консервативные фабрики мысли тяготеют к продвижению определенных концепций, в том числе и результатов, наработанных другими организациями, более чем к исследованиям, небольшие либеральные фабрики мысли скорее предпочитают исследования.
По отношению к основным акторам поля политики
Типологию Фабрик мысли можно строить также на основе того, на кого они преимущественно ориентируются в своей работе. Так, Иван Крастев, София, выделяет следующие типы Фабрик мысли:
1. Ориентированные на правительство, такие фабрики мысли тесно связаны с политическими партиями или с конкретными политиками. Они поднимаются вместе со своими политическими патронами и, как правило, разделяют их судьбу в случае ухода последних с политической сцены. Так, в Болгарии примером может служить Демократический Фонд, работавший исключительно на Союз Демократических Сил.
2. Ориентация на парламентариев. Как правило, такие фабрики мысли получают поддержку за счет интереса доноров в создании новых законов. Они стараются сохранять нейтральность, но, как правило подготовленные ими проекты законов не сильно отличаются от уже существующего законодательства. Отсутствие политической поддержки сводит результат их деятельности фактически к упражнением в политической корректности.
3. Ориентация на СМИ. Эта группа фабрик мысли базируется на популярности и авторитете СМИ и часто действует как автономный центр экспертизы. Отличительной чертой этого типа Фабрик мысли является готовность легко изменить программу своей работы на более актуальную. Но часто структуры этого типа скорее продуцируют высоко качественную журналистику, чем научные исследований в области публичной политики.
В работе Эрвина Джонсона фабрики мысли разделены по степени их аффилиированности с основными игроками политического поля:
1. Защита общественных интересов, (advocacy). Благодаря финансовой независимости, некоторые организации способные свободно проводить свои рекомендации без конфликта интересов, который часто сопровождает распределение государственных средств. Направления исследований в таких организациях определяются скорее предпочтением их руководства, чем политикой определенных партий. Организации, действующие только в этом поле, относительно редко встречаются за пределами США, так как в других странах сложно найти фонды, поддерживающие действительно независимые группы.
2. Аналитические центры при политических партиях. Партии часто основывают такие центры при себе – так, в Германии такие центры имеют все значимые партии. Естественно, в этом случае уже сложно говорить о независимом формировании программ исследований.
3. Правительственные исследовательские центры. Такие структуры, более или менее связанные с властью, существуют во многих странах. Степень их независимости ограничена, но они могут быть механизмом влияния на принятие решений.
4. Консультативные центры при корпорациях. Фабрики мысли могут также работать на экономический рынок – исследования рынка или конкретные задания корпораций. В этом случае есть свобода от власти, но и влияния на их решения также мало. Как правило, такие организации существуют в поле поиска и привлечения инвестиций
5. Научно-образовательные центры. Эти группы в основном ведут академические исследования. Главным достоинством является способность вести серьезные исследования независимо от власти, но это достоинство редко используется для разработки предложений по улучшению публичной политики. К таким группам принадлежат исследовательские центры при американских университетах, а также Академии наук в Восточной Европе и бывшем СССР.
Отметим, что на первое место в классификации Джонсона поставлены наиболее независимые мозговые центры, но их появление и развитие в Америке тесно связано с наличием большого количества фондов, готовых их финансировать.
«Поколения» фабрик мысли
Напомним здесь также предложенную в киевском докладе «Современные фабрики мысли» классификацию «поколений» американских фабрик мысли, так как в некоторых российских работах[69] уже используются выражения типа «фабрики мысли пятого поколения».
1. Фабрики мысли на службе у военной машины;
2. Фабрики мысли с проблематикой будущего, рожденной глобальной технологической взаимной зависимостью;
3. Фабрики мысли адвокатского действия (защита общественных интересов);
4. Локально ориентированные фабрики мысли (институты урбанистики и регионального развития);
5. Сетевые виртуальные сообщества высокоспециализированных профессионалов по проблемам развития.
На наш взгляд, все эти «поколения» существуют сегодня одновременно, и сам термин «поколения» использован здесь не вполне корректно. Выделение же сетевых фабрик мысли в отдельную группу вполне оправдано.
Виртуальные Фабрики мысли и Сетевые структуры
В первом ежегодном докладе недавно созданная Канадская фабрика мысли определяет себя как «виртуальный» институт, как фабрику мысли «без стен» в информационную эру. Что же представляют собой эти виртуальные фабрики мысли без стен на примере Канады? Эверт Линдквист отвечает на этот вопрос следующим образом:
– вариант первый: маленький головной офис заказывает работу исследователям в других городах;
– вариант второй: создание реальной сети отдельно спонсируемых центров, объединенных выработанной единой программой;
– вариант третий: фабрики мысли нанимают ученых на условиях частичной занятости;
– вариант четвертый – фабрика мысли является сердцевиной, основой международной сети практиков и ученых;
– вариант пятый – виртуальность понимается как широкое использование Интернета как инструмента для исследований и коммуникации. При этом широко используются возможности размещения материалов на веб-сайтах, что снижает потребность в публикациях на бумажных носителях.
Анализируя транснациональные аспекты развития Фабрик мысли, преподаватель Университета Варвика, Диана Стоун[70]пишет, что необходимо разделять такие понятия, как сами сети фабрик мысли, деятельность по созданию таких сетей, и влияние таких сетей на политику (в смысле policy). Сети Фабрик мысли состоят из исследовательских институтов и центров формирования политики (в смысле 2), которые организационно сходны по структуре и основным целям. В такие сети не входят другие негосударственные акторы, как например, НКО, частные фирмы и профессиональные ассоциации.
Деятельность по созданию таких сетей представляет собой различные формы взаимодействия отдельных фабрик мысли, в частности:
– межличностные взаимодействия,
– контакты организаций
– взаимодействие через Интернет.
Наконец, «сети влияния» представляют собой концептуальную категорию для описания скоординированных паттернов взаимодействия для оказания влияния на политику
Классификация по наличию миссии
На наш взгляд, все сообщество фабрик мысли может быть разделено по крайне мере на две основные группы по такому критерию, как наличие миссии у этих организаций, как наличие цели, видения образа тех изменений, которые создатели фабрики мысли хотят достичь в общественном или политическом устройстве страны, региона, или даже мира в целом.
Как показывает опыт, во всяком случае опыт современной России, такая миссия есть далеко не у всех фабрик мысли или аналитических центров. Многие из них просто позиционируют себя либо как клиенты определенных структур, например, правительства или губернаторов, которые высокопрофессионально выполняют полученную им работу по достижению цели, сформулированной сверху. Вариант – они предлагают на рынке свои услуги, и далее работают по заключенному контракту, по выполнению которого снова ищет контракты (чисто рыночный подход). Возможно, здесь можно говорить о фабриках мысли клиентского и контрактного типов.
Во втором случае, при наличии у лидеров фабрики мысли видения тех изменений, которые они хотят внести в то или иное сообщество и политию, это уже действительно не только фабрики мысли, но и субъекты генерации инноваций, реформаторских изменений в обществе и политике. Именно к этим организациям мы предлагали ранее использовать термин «Центры публичной политики», однако сегодня уже становится понятно, что далеко не у всех «ценностно нагруженных», как это сформулировал нижегородский исследователь Андрей Макарычев, целью их деятельности является развитие именно открытой, публичной политики и демократии участия (сегодня – скорее делиберативной демократии). Некоторые из них, напротив, направлены на усиление роли личности в принятии решений, и ставят своей целью, например, усиление закрытости власти или, например, восстановление империи.
В целом вторую группу можно условно назвать «ценностно нагруженными» фабриками мысли, которая может в свою очередь быть разделена на Центры публичной политики и консервативные фабрики мысли.
1.4. Взаимодействие Фабрик мысли с другими акторами политической жизни
Фабрики мысли и властные структуры
Как пишет Эрвин Джонсон, действуя независимо от правительства, фабрики мысли выявляют потребности граждан и предлагают формы их реализации в конкретных условиях ограниченных ресурсов – т. е. по сути делают работу правительства. Таким образом, фабрики мысли являются видом «интервенции во власть». Иначе говоря, фабрики мысли улучшают способности принятия решений правительством доставляя необходимую конкретную информацию (знание) прямо к ушам и глазам лиц, принимающих решение (власти). Эта деятельность повышает качество процесса принятия решений как проливая дополнительный свет на проблемы, так и предлагая альтернативные решения.
По мнению Эрвина Джонсона, главным потребителем продукции Фабрик мысли являются властные структуры. Что же они дают для власти:
1. Они расширяют спектр политических альтернатив при принятии решений
2. Они обычно высоко инновационны в их подходах к анализу и решению проблем, что позволяет ЛПР думать о старых проблемах с новых позиций.
3. Рекомендации Фабрик мысли позволяет перенести ответственность при принятии непопулярных решений в политических лидеров на предложившие такие решения Фабрики мысли.
4. Через конференции, семинары и специальные тренинги они позволяют представителям власти повышать свою квалификацию в широком и узком смысле.
5. Разработка законопроектов, что особенно важно, когда бюджетный дефицит не позволяет прямо нанимать высококвалифицированных юристов для разработки законопроектов.
6. Человеческие ресурсы. Фабрики мысли дают уникальные возможности для рекрутизации во власть лиц, обладающих уже всеми навыками для работы во власти
7. Резервные посадочные площадки. С учетом переменчивости политической коньюктуры, Фабрики мысли дают отличную возможность политиками продолжать свою деятельность в области влияние на процесс формирования публичной политики после покидания ими своих кабинетов во властных структурах.
Так как основной задачей населенных на реформы фабрик мысли является принятие и реализации властных решений, то властные структуры и органы естественным образом являются объектом и мишенью их внедренческих усилий. Однако, включаясь в процесс подготовки правительственных решений фабрики мысли и сами становятся в этом смысле часть власти, не случайно некоторые исследователи прямо называют фабрики мысли «пятой ветвью власти»
Фабрики мысли и общество
Не менее важен вклад фабрик мысли в развитие демократического общества. Они стимулируют общественную дискуссию и добавляют высоко качественные результаты исследования и анализа к голосу простых людей, усиливая их влияние на процесс принятия решений. Вместе с тем, деятельность Фабрик мысли мало известна широкой общественности, так как она направлена прежде всего на политическую элиту. Их деятельность направлена не только на парламентариев, но и на высокопоставленных чиновников исполнительной власти, а также на Масс-медиа, которые формируют общественное мнение.
Тем не менее, граждане демократического общества также получают пользу от работы Фабрик мысли, которые делают процесс формирования политики (Policy) менее политизированным. Снабжая лиц, принимающих решение, информацией, полученной с помощью легитимных исследований, Фабрики мысли дают им возможность принимать логически обоснованные решения. Используя эмпирические исследования, изучая общественное мнение, анализируя спрос и предложение, а также различные методы прогнозирования, Фабрики мысли развивают объективные предложения для улучшения публичной политики.
Попробуем выделить аспекты деятельности Фабрик мысли, которые нацелены именно на общество – на отдельных жителей и на их ассоциации. Итак, Фабрики мысли, ориентированные на общество:
– доносят потребности жителей до власти;
– информируют жителей о деятельности правительства (в этом смысле они являются одним из краеугольных камней гражданского общества);
– делают большой вклад в создание информированного электората, способного к ответственному принятию политических решений на выборах, а также эффективно лоббировать свои интересы.
– фабрики мысли могут также прямо помогать деятельности других НКО, в частности, через обучение и тренинги их лидеров;
– а также – через лоббирование улучшения нормативной базы гражданских организаций сектора в целом.
Фабрики мысли и бизнес
Большинство Фабрик мысли вне индустриальных стран тяготеют к фокусированию именно на экономических проблемах. В странах в процессе перехода к рынку рекомендации таких Фабрик особенно востребованы. Несмотря на финансирование со стороны бизнес-сообщества, фабрики мысли реализуют полученный в результате анализа продукт также и в собственных интересах, укрепляя свои позиции в обществе.
Многие Фабрики мысли организуют для бизнесменов важные встречи с представителями власти в рамках специальных семинаров или конференций. Существенными являются также аналитические комментарии по актуальным политическим событиям, а также прогнозы. Иногда Фабрики мысли работают также как консультативные агентства для бизнеса
Фабрики мысли и СМИ
СМИ часто приглашают представителей Фабрик мысли для объяснения сложных вопросов современной политики Часто эти представители способны дать краткий и точный комментарий существенно лучше, чем представители академической науки или люди из власти. Для СМИ также важны альтернативные точки зрения Фабрик мысли и их критика правительственных решений.
В свою очередь, СМИ важны для Фабрик мысли как важнейший инструмент влияния на общественное мнение, как механизм донесения своих идей и концепций как до активных представителей общества, так и до политической элиты. Как уже отмечалось ранее, именно через СМИ, мнением которых дорожили политики в странах Восточной Европы, экономическим Фабрикам мысли удалось сохранить либеральную повестку дня даже после прихода к власти относительно более левых политиков в середине 90-х годов.
Фабрики мысли как медиаторы
В этом кратком анализе представляется крайне важным подчеркнуть медиаторскую, посредническую функцию Фабрик мысли. Так, в только что приведенном примере о роли Фабрик мысли в сохранении либеральной тенденции экономической политики в странах Восточной Европы в середине 90-х годов, национальные Фабрики сыграли таким образом роль посредника между Международным валютным фондом и Всемирным банком, с одной стороны, и национальными правительствами, с другой. На национальном уровне, Фабрики мысли выполняют важнейшую роль медиаторов между властью и знанием, обеспечивая реализацию важных государственных задач наиболее эффективным способом.