Хоббит и Саруман

Глава вторая БОЛОТНЫЕ ПРИЗРАКИ

После случая с Бильбо эльфы стали осторожнее. Им было очень неудобно перед своим другом, за то что они так нелепо его потеряли, и чуть было не потеряли навеки. Эльфы долго извинялись перед Бильбо и уверяли, что больше такого не случиться. Теперь они стали идти медленнее, подлаживаясь под шаг хоббита.

– Наконец-то! – обрадовался Бильбо. – Обязательно надо, чтобы тебя чуть не съели, чтобы привлечь к своей персоне хоть каплю внимания.

Они еще целых два дня шагали между холмов, двигаясь сначала по направлению к западу, потом резко повернули на юг и прошагали еще день. Постепенно воздух стал отдавать влажным смрадом, зазвенели комары, почва под ногами стала хлюпать и проваливаться.

– Кажется, мы подходим к болотам, – покачал головой Бильбо. – Ох, как я не люблю болота, просто сказать нельзя! Никогда не знаешь, кого там встретишь.

Биинор подошел к нему и ободряюще лизнул в щеку.

– Ты думаешь, с нами ничего не случится? – спросил его Бильбо.

Биинор тявкнул в три голоса.

– Положусь на твое слово, – вздохнул Бильбо.

Они прошли еще несколько часов. Холмы снижались с каждой пройденной милей. Если до этого это на их пути были достаточно высокие холмы, большей частью каменистые или меловые, то теперь они стали более пологими, все больше песчаными и со скудной растительностью. И постепенно они стали редеть. Теперь их можно было уже не обходить, а мысленно выбрать линию пути меж ними и идти чуть не прямым путем.

А потом в широких пространствах между ними показались топи. Черно-серая жижа с бесцветными кочками и низкорослым кустарником, тянулась до горизонта.

– Мертвая топь, – сообщил Радринор хоббиту.

– Гиблое местечко, – покачал головой Бильбо. – Неужели там далеко за болотами течет Андуин?

– Да, до Великой реки миль тридцать на запад и миль пятьдесят на юг.

– И куда мы пойдем, на запад или на юг? – поинтересовался мистер Бэггинс.

– Мы пойдем на юг, – ответил Радринор.

– Это почему?

– Ты хочешь спросить, почему мы выбираем более длинный путь? – спросил эльф.

– Я именно это и хочу узнать.

– Путь на юг длиннее, но он проходимый. Западным же путем еще никто не проходил Мертвые топи.

– Почему бы нам не стать первыми? – проворчал Бильбо, которому идея идти через болота нравилась все меньше и меньше.

– Кто знает, может и придется, – покачал головой эльф. – Трудно сказать, где сейчас находится ведьма.

– А что, мы пойдем прямо сейчас, на ночь глядя?

– Конечно нет. Ночью в болотах царствует нечисть. Мы же не самоубийцы.

– Что-то я в этом стал сомневаться, – почесал голову Бильбо. Радринор посмотрел на него виноватым взглядом.

– Прости, Бильбо, – сказал он, – конечно же по долгу дружбы мы должны в первую очередь проводить до дома тебя, а потом уже заниматься своими делами. Но причиной нашей поспешности является наше желание спасти Зелендила. Дело в том, что если с зачарованного эльфа не снять заклятие в течении одной лунной жизни, то он останется зачарованным навечно.

Теперь и Бильбо стало стыдно за свое поведение.

– Прости и ты меня, Радринор, – повинился он. – Я просто очень хочу домой, поэтому и веду себя подобным образом. Я такой же друг Зелендилу, как и вы все. Было время, когда он спасал мне жизнь, будучи даже заколдованным. И конечно же я не брошу его и всех вас, пока все не разрешится в лучшую сторону. Да в лучшую сторону.

Хоббит и эльф пожали друг другу руки, после чего пошли к костру, который разожгли их товарищи.

Чего было у эльфов в избытке, так это еды. И откуда они умудрялись ее доставать, было просто уму непостижимо. Впрочем последнее мало волновало нашего героя. Он садился за трапезу, потирал от удовольствия руки и принимался есть. Эльфы очень хлебосольны к своим друзьям, и всегда кормили Бильбо очень сытно и вкусно, правда не так часто, как это принято у хоббитов. Но таков походная жизнь. И несмотря на это, с тех пор, как хоббит путешествовал с ними, он даже несколько поправился. Лицо его слегка залоснилось, глазки довольно поблескивали, и если уж говорить по большому счету, то такая жизнь даже начала ему нравиться. И если бы не эти проклятые болота, Бильбо был бы счастлив. Ему было тепло и сытно.

Костер, который каждую ночь разводили странствующие эльфы, был большим и ярким. Ни хищные звери, ни птицы не осмеливались к нему приблизиться. Эльфы кидали в огонь какой-то порошок, от которого пламя становилось в два раза ярче и жарче. И топлива для него было нужно совсем немного – несколько засохших веток, старых корней и пучок травы. Таким образом, эльфийский костер не только хорошо согревал, но и был незаменимым охранником, потому что когда, к путешественникам приближался ближе, чем на двести футов кто-нибудь посторонний, огонь тут же начинал тревожно гудеть, потрескивать и стрелять искрами. А пища на нем приготовлялась мгновенно. Намного быстрее, чем в простом очаге. Бильбо не раз приставал к Радринору с расспросами об их удивительном огне. Просил открыть ему секрет, но эльф только плечами пожимал, и говорил, что никакого секрета нет, и что огонь просто послушен эльфам и их большой друг, вот и все. А каким образом все это происходит, то ему неизвестно. Также, как неизвестно почему эльфов так сильно не тянет к себе земля. Легкие эльфы, почти невесомые, хотя по виду их этого и не скажешь.

Итак, после ужина все легли спать. На страже остался только один эльф, тонкий и хрупкий, больше похожий на мальчика-подростка и с чистым чуть не девичьим лицом. Его звали Гилион. Однако, несмотря на свой вид, это был очень опытный и бесстрашный воин. Его лук стрелял дальше всех, а стрела била с такой силой, что пробивала рыцарский щит насквозь с расстояния в полмили. Так что эльфы были под надежной охраной.

Ночью Бильбо проснулся, потому что захотел пить. Это случалось с ним почти каждую ночь. Хоббит ничего не мог с этим поделать. После сладкого вина, которое не переводилось у эльфов во флягах, во рту у него быстро пересыхало и начинало гореть огнем. Сколько раз он обещал себе не пить на ночь больше одного большого глотка эльфийского напитка, да и то перед тем, разбавлять его водой, вечером за ужином всегда забывал о своих ночных клятвах, и все повторялось заново. Вот и сейчас он проснулся и, не открывая глаз и будучи наполовину в своих снах, потянулся за своей фляжкой, в которой у него была обыкновенная ключевая вода. Бильбо напился, утер губы, довольно ими причмокнул и уже хотел перевернуться на другой бок, как вдруг его что-то встревожило. Вернее даже не встревожило, просто хоббит почувствовал неудобство. Что-то было не так. Вдруг Бильбо понял. Он замерз! А раньше с ним такого не бывало. Мало того, он не только замерз, ему еще было сыро. Последнее вовсе никуда не годилось.

Бильбо открыл глаза и не увидел привычного света, который всегда шел от костра, который всегда горел всю ночь. Теперь же вокруг была непроглядная тьма. Хоббит посмотрел наверх, в надежде увидеть небо, пусть хоть заволоченное тучами и без звезд, но ничего не увидел. Все было словно покрыто серой ватой.

Туман! Болотный туман!

Бильбо всполошился. Он слыхал о болотном тумане много неприятных вещей, и теперь его сердце бешено забилось в груди от подкрадывающегося к нему противного липкого страха. Инстинктивно он схватился за рукоять кинжала и вскочил на ноги. Огляделся вокруг. Его самые нехорошие предчувствия оправдались. Все вокруг было укутано туманом. И костер погас. Эльфийский огонь не смог справиться с таким коварным противником, каким был болотный туман. Он просто подкрался к костру, невидимый и незаметный и тихо задушил его.

А где же Гилион? Где часовой? Где Биинор? Где преданный и надежный сторож?

Бильбо завертел головой, но Гилиона не увидел. Эльфа не было. Не было и альтасара. Хоббит посмотрел под ноги и облегченно вздохнул. К счастью все остальные были на месте. Они спали, и туман окутывал их своими серыми густыми волнами. Бильбо понял, что сейчас туман задушит и их. Он быстрее кинулся к Радринору и растолкал его. Эльф проснулся с трудом, чего с эльфами никогда не бывает. У них очень чуткий сон. Долго не мог разлепить глаза, а потом непонимающе глянул на хоббита.

– Беда! – заговорил ему в самое ухо Бильбо. – случилось что-то страшное. Гилион пропал. Биинор тоже! Огонь погас. Вокруг болотный туман. Просыпайся! Надо что-то делать.

Радринор встряхнул головой, протер лицо руками, стер с него влагу, которой его как инеем покрыл туман, откашлялся и осмотрелся вокруг. Он быстро смекнул, что к чему и кинулся к Зелендилу.

– Я разбужу принца, а ты буди остальных! – приказал он. – Ваше высочество! Ваше высочество! Проснитесь! Мой принц!

Бильбо быстро и бесшумно разбудил оставшихся трех эльфов: Солнцедара, Лунолика и Демиоласа. Они так же, как и Радринор, не сразу пришли в себя и поняли, что произошло. Затем, когда все эльфы окончательно проснулись и скинули с себя оцепенение, то конечно жеочень разволновались. Всех интересовало одно. Куда девался Гилион.

– Надо зажечь факелы! – сказал Радринор. – Наверно он заблудился в тумане, и не может нас найти. Что-то его выманило. Или кто-то.

Эльфы попытались зажечь факелы, но из этого у них ничего не вышло. Сырость вокруг была такая, что искры гасли едва, их высекали из кремня.

И тут Бильбо не выдержал.

– Гилион! – закричал он во все горло. – Гилион, ты где? Ответь нам! Мы здесь!

В ответ на его крик тишина взорвалась многочисленными звуками. Хлюпанье и чавканье, треск и хруст так и зазвучали за стеной густого тумана, преображаясь в самые непонятные и таинственные звуки. Где-то вдали жалобно закричала выпь. Гилион не ответил.

– Он там! – уверенно сказал Бильбо. – Надо его найти.

Эльфы были с ним согласны. Они натянули свои луки, потому что за стеной тумана явно был кто-то, от кого шла большая угроза. Радринор и Демиолас встали около Зелендила, закрыв его с двух сторон. Один вложил в лук стрелу, другой обнажил меч. Солцедар и Лунолик внимательно осматривали место, где сидел у костра Гилион. Эльфы очень хорошие следопыты.

– Его схватили прямо здесь, – сказал Лунолик. – Что-то очень длинное и гибкое, видимо болотный червь. Это произошло только что. Его поволокли в ту сторону. – Эльф показал рукой туда, где накануне были видны болота. – Я думаю, мы еще успеем его спасти. Ты разрешишь нам, Радринор?

Радринор, молча кивнул. Эльфы никогда не бросают своих друзей на произвол судьбы. Они всегда идут на выручку, как бы это не было опасно.

Два эльфа побежали в туман и в мгновение ока скрылись из виду. Не прошло и трех секунд, как в той стороне зазвенела спускаемая тетива лука, со свистом пролетела стрела. Во что-то воткнулась. Затем были выпущены еще две стрелы. Послышался хруст, гулкие удары о что-то твердое, зазвенели вынимаемые из ножен клинки. Затем раздались удары и чавкающее хлюпанье.

Бильбо, Радринор и Демиолас напряженно вслушивались в эти звуки, стараясь представить себе, что происходит там в тумане. Они очень переживали за тех, кто сейчас сражался в болотной тьме.

За спиной что-то хрюкнуло. Бильбо и Радринор повернулись одновременно и увидели два красных глаза, которые смотрели на них из тумана. Темный силуэт неведомого существа горой возвышался над землей. Эльф выстрелил. Стрела его была направлена прямо между глаз и послушно полетела в спрятавшегося в тумане врага. Гулко стукнула, видимо достигла цели. Громкий рев заглушил все остальные звуки. Затем все вокруг затрещало, и силуэт скрылся в тумане. Никто так и не успел разглядеть, кто это был.

После этого снова наступила тишина. Раздались шаги. Из тумана вышли Солнцедар и Лунолик. Солнцедар нес на руках Гилиона, руки которого безжизненно свисали вниз. Лунолик постоянно оглядывался и держал перед собой меч.

После этого болотный туман сразу стал таять и отступать. Не прошло и десяти минут, как путешественники могли отлично разглядеть друг друга с расстояния трех футов, а ведь до этого, чтобы узнать лицо друга, надо были приблизиться к нему вплотную. Туман недовольно шипел и уползал за холмы обратно в болота.

Эльфы разожгли снова костер и принялись осматривать Гилиона. Эльф был в плачевном состоянии. Глаза его были закрыты, губы плотно сжаты. От носа к губам тянулась тоненькая ниточка засохшей крови. Радринор положил ему на лоб руку и сказал:

– Он жив, но чем-то сильно оглушен. Его ударило по голове. Что это было?

– Как я и предполагал, – ответил Солнцедар, – болотный червь. Мерзкое существо! Он подкрался в тумане к Гилиону, обвил его кольцами и ударил о землю. Мы догнали его почти у самого болота, куда он волок Гилиона. Опоздай мы хоть на полминуты, все было бы кончено.

Бильбо вздрогнул и спросил, с удивлением оглядываясь вокруг:

– А куда смотрел Биинор?

И тут все вдруг вспомнили про альтасара. Только сейчас до путешественников дошло, что с ними нет их верного сторожа и защитника. Бильбо вскочил и забегал вокруг, он очень сильно встревожился.

– Биинор тоже пропал, – воскликнул он, – а мы, занятые Гилионом про него забыли в этой суматохе. Что же теперь делать? Неужели его тоже украли?

– Скорее всего, – вздохнул Радринор, который усиленно растирал виски Гилиону. – Однако, мы были в очень большой опасности. Ни Биинор, ни Гилион не успели дать нам знака, и если бы не господин Бэггинс, с нами со всеми бы уже было покончено.

Но не успели эльфы поблагодарить хоббита за спасение, как их отвлекли куда более важные дела. Гилион пришел в себя и оглядел друзей туманным взором.

– Где я? – простонал он. – Что со мной было?

Эльфы склонились над ним.

– Кто тебя оглушил? Куда делся Биинор? Почему ты не увидел болотный туман?

– Я ничего не помню, – ответил эльф.

Бильбо, которого била нервная дрожь, хихикнул:

– Еще один зачарованный эльф на нашу голову!

На него не обратили внимания. К губам Гилиона поднесли фляжку с вином. Он сделал глоток, похлопал замутневшими глазами и пришел в себя.

– Я действительно ничего не помню. Сидел у огня, рядом был Биинор, мы оба не спали. Вокруг была тишина. Альтасар не выказывал беспокойства. Все было как обычно.

– А потом? Что было потом? – спросил Радринор.

– Потом? – Гилион задумался. – Потом воздух вдруг стал сладким, а дальше я ничего не помню.

– Странно! – задумались эльфы.

– Болотные штучки, – проворчал Бильбо. – Лучше нам уйти отсюда подальше. Не дойдем мы до ведьмы, если на каждом привале будем терять по спутнику. Сейчас Биинор, потом я. Столько тут желающих пообедать нами! Если уж такой богатырь, как трехголовый пес и гавкнуть не успел. Что можно сказать про хоббита?

Радринор положил ему на плечо руку:

– Не так-то уж ты и прост, добрый друг Бильбо. Кто, как не ты поднял тревогу? Все спали, усыпленные болотным туманом. Один ты смог преодолеть его чары. И как это тебе удалось?

– Я просто захотел пить, – объяснил Бильбо. – И ничего сверхъестественного. Кстати, мы пойдем искать нашего трехголового друга?

– Конечно, – ответил Лунолик, оправляя на себе кожаную куртку и пряча под шапку длинные волосы, – эльфы не бросают друзей на произвол судьбы. Я пойду по его следам. Если хочешь, можешь отправиться со мной, ловкий хоббит. Твой маленький рост может пригодиться.

– Мой маленький рост? – удивился Бильбо. – Скорее всего я буду помехой. Ведь ни лук натянуть, ни как следует, махать мечом я не могу.

Лунолик засмеялся:

– Пойдем, пойдем! Нечего скромничать. Мы все хорошо знаем, как ты владеешь мечом.

Глава третья «В ГОСТЯХ» У УРХА-ПЕСЧАНИКА

Бильбо и Лунолик отправились искать альтасара. Эльф знал больше того, что говорил. Хоббита сильно удивило, что они пошли не к болоту, где чуть было не погиб Гилион, а в противоположную сторону.

– А разве Биинора утащил не болотный червь? – спросил хоббит эльфа, когда они отдалились от лагеря на полмили.

– Нет. Биинор ушел в другую сторону. Он побежал вон к тем трем холмам.

– Ушел? – удивился Бильбо. – Ушел сам? Бросил нас, так получается?

– А вот это нам предстоит выяснить, – ответил Лунолик. – Альтасар ничего не делает без команды. Что-то произошло такое, что заставило пса покинуть лагерь. Гилион говорит, что ничего не помнит, что было после того, как воздух вокруг стал сладким. А это очень плохо, когда воздух становится сладким. Ты никогда не слышал о дурман-траве?

– Дурман-трава? Та что веселит и печалит? И растет не на одном месте, а может передвигаться с места на место, как лесной зверь? Ты ее имеешь в виду?

– Да, именно так. Только она не только веселит и дурманит, но и заставляет делать то, чего ты не хочешь делать.

– Не понимаю.

– И не надо этого понимать. Но я знаю одно. Гилион, не сознавая, что делает, послал Биинора к холмам. После этого пес ушел и не вернулся. А нашего товарища утащил болотный червь. Гилиона мы вернули. Теперь надо найти пса, или… – Лунолик запнулся, потом с силой сжал меч и продолжил, – или его останки.

– Надеюсь, что мы найдем Биинора, – быстро сказал Бильбо. – Он слишком умен и силен, чтобы просто дать себя убить. Ведь он не погиб даже в подземном лабиринте. А ведь там кого только не было. Вспоминать жутко. Думаю и здесь он справится.

Громко хлопая крыльями, на высокий валун, мимо которого они проходили, села белая ворона и стала чистить клювом крыло.

– Странно, – сказал Лунолик, – почему эта птица летает по ночам? Разве вороны ночные птицы?

– Наверно ее разбудил устроенный нами шум, – предположил Бильбо. – Вороны ужасно любопытны. Если что-то происходит интересное, они обязательно полетят на это смотреть. Только вот почему она белая?

Лунолик ничего не ответил. Да и не до вороны им было.

Меж тем, холмы, к которым направлялись Лунолик и Бильбо, приближались. Эльф внимательно смотрел себе под ноги, изучая следы, которых хоббит, как ни старался, как ни вглядывался, заметить не мог.

– А ты уверен, что мы идем правильно? – один раз даже усомнился он. – Может, он все же побежал к болоту?

– Нет, хоббит, мы идем верной дорогой. То, что ты не видишь следов, правильно. Так и должно быть. Собаки странствующих эльфов не оставляют следов.

– Но ты же идешь по следу? Разве не так?

– Да я иду по следу, но след этот оставили не лапы альтасара, а его дух.

– Дух? Что за дух? Запах что ли?

– Нет, не запах. Дух. Именно дух. Дух дружбы и преданности ведет меня в эту сторону.

– Ясно, – сказал Бильбо, хотя ему все же было непонятно, как может какой-то там дух вести за собой. Как много странностей у этих эльфов.

Внезапно Лунолик остановился.

– Вот мы и на месте. Видишь эту трещину в склоне холма? – Хоббит кивнул. – Сюда он и пролез.

– Кто?

– Тот, кто пленил Биинора.

– Откуда ты знаешь, что его пленили?

– Я чувствую дух борьбы. Биинор шел сюда не по своей воле.

– Как ужасно! – воскликнул Бильбо. – И что мы будем делать?

– Ты взрослый хоббит, – ответил ему на это Лунолик, – а задаешь вопросы, словно несмышленый младенец.

– Это потому, что вокруг слишком много непонятного и таинственного, – ответил Бильбо. – И хотя в своей жизни я уже видел и испытал очень много такого подобного, а все равно каждый раз удивляюсь заново, а неизвестное и таинственное все равно страшит меня по прежнему. Вот и сейчас я весь трясусь от страха за нашего друга. Так ты говоришь, он там?

– Да, он там. И нам надо спуститься вниз и убедиться в этом.

Говоря это, Лунолик так выразительно посмотрел на Бильбо, что тот сразу сообразил, что лезть в эту расщелину придется не кому-либо, как ему. Она была слишком узка, чтобы в нее пролез Лунолик. Эльф хоть и был строен и на первый взгляд даже хрупок, однако ростом обладал знатным, а таким широким плечам мог бы позавидовать любой богатырь. И тут Бильбо осенило.

– Биинора там нет! – уверенно воскликнул он.

Пришла очередь удивиться Лунолику.

– Как же так? Почему ты так думаешь?

– Если ты не можешь туда пролезть, то уж Биинор и подавно бы там не прошел. Не так ли?

Лунолик грустно улыбнулся:

– Я бы согласился с тобой, если бы мы были где-нибудь в Эльфорте или в Мустангриме. Но это Прибрежные холмы.

– И что это значит?

– Это самое гиблое место во всем Средиземье – эти холмы и Мертвые топи. И нас угораздило здесь оказаться.

– Что-то я тебя все равно не пойму! – Бильбо и в самом деле упрямо не хотел вникать в ситуацию, хотя в глубине души и при воспоминаниях о событиях предыдущего дня, кое-какие подозрения у него имелись. – И уж больно много гиблых мест в Средиземье. И выгнала же меня судьба из Хоббитании!

– Так ты пойдешь?

Бильбо вздохнул:

– А куда деваться? Надо спасать старину Биинора. Только вот если он такой большой и сильный не смог справиться с тем, что его пленило, куда уж мне?

Лунолик снял с пояса моток веревки и обвязал один ее конец вокруг Бильбо.

– Я спущу тебя вниз. Если будет совсем плохо, дерни два раза, и я тебя вытяну.

– Ладно, – буркнул Бильбо. – Как только окажусь внизу, так сразу и дерну.

Расщелина была узкая, так что и Бильбо не сразу в нее протиснулся. Несколько футов он преодолевал с трудом. В одном месте, стены настолько сузились, что он чуть не застрял, и уже хотел было дернуть веревку Лунолика два раза, чтобы тот его выволок. Но тут стены вдруг совершенно неожиданно расступились, да так широко, что Бильбо повис словно ведро, которое опускают в колодец. Только в отличии от ведра хоббит вел себя не спокойно, он задергал руками и ногами, пытаясь найти опору. Но опору он не нашел. Вокруг была пустота и темнота. Ощущения, которые при этом ощущал хоббит были не из приятных. Опять захотелось дернуть веревку. И Бильбо схватился за нее двумя руками и вдруг понял, что нашел нужную ему опору. Сразу стало как-то спокойнее. Он продолжал спускаться, пытаясь что-нибудь увидеть в темноте. Ни фонаря ни факела у него при себе не было, и Бильбо решил воспользоваться кинжалом. Своим верным жалом, которое всегда светилось в темноте, если рядом была опасность. Этот кинжал Бильбо добыл во время своего первого знаменитого путешествия в пещеру троллей, которых Гэндальф так здорово одурачил и превратил в камни. Бильбо осторожно вынул оружие из ножен и увидел, что его клинок светится мягким голубоватым светом. Ага, значит, опасность все-таки была! У хоббита захватило дух от страха. Значит, Лунолик был прав!