Хоббит и Саруман

Глава первая СРАЖЕНИЕ В ХОЛМАХ

Бильбо шел, ничего не делал и никого не трогал. Да и кого он мог тронуть? Маленький безобидный хоббит. Он был совершенно один, и просто в голове не укладывалось, что может делать хоббит здесь в Прибрежных холмах в сотнях лигах от родной ему Хоббитании. И тем не менее хоббит Бильбо по фамилии Бэггинс действительно находился очень далеко от своего дома и сородичей. Что он здесь делал? Конечно же, путешествовал. Уж очень он непоседливый хоббит этот Бильбо Бэггинс. Не зря среди своих собратьев слывет чудаком. Вечно вляпается в какое-нибудь приключение. Да так уж повелось, с тех пор, как волшебник Гэндальф заглянул к нему в норку, житья спокойного хоббиту не стало. Стал он попадать из одного приключения в другое. Вот и сейчас оказался неизвестно где, совершенно один, без пони, без шляпы и без трости. Все это он давно потерял, потому что с тех пор, как во второй раз в жизни покинул родной дом, где только не успел побывать. А уж чего только с ним не случилось за это время, об этом и говорить не приходится! Одна история с драконшей Веннидеттой, где его чуть было не поджарили словно какой-нибудь бекон, чего стоит. Но теперь он твердо решил вернуться домой и никогда его больше не покидать. Одна только тут трудность была. Слишком далеко был его дом. Так далеко, что и сказать нельзя. Наверно об этом и думал Бильбо, когда читатель открыл эту повесть и бросил взгляд на первую страницу. И так глубоко он задумался, что совершенно ничего вокруг себя не замечал. Не видел он, что за ним вот уже несколько минут следует, странное существо, больше похожее на большую блестящую лягушку, чем на что-то другое. Только лягушка эта почему-то не прыгала, а ползла на четвереньках как собачонка, и размером она была с годовалого теленка. Ползла лягушка тихо, совершенно бесшумно, так что неудивительно, что Бильбо ее не заметил. И с каждой секундной она была к хоббиту все ближе и ближе. А Бильбо так погрузился в свои воспоминания, что просто спасу нет. Вспомнил он свой любимый медовый пудинг, который так замечательно готовит его кормилица Мунни там дома в Хоббитауне. В противном случае, я имею в виду, что если бы Бильбо думал о чем-нибудь другом, он бы обязательно услышал, что за ним крадутся, потому что у хоббитов исключительный слух. Но, повторяю, Бильбо был погружен в воспоминания о своих любимых домашних лакомствах, и не услышал даже, как открылась огромная губастая пасть, вся сплошь усеянная острыми, как кинжалы зубами, и толстый невероятно длинный язык с гулким шлепаньем выскочил наружу и прилепился к спине хоббита.

– Что такое? – удивился Бильбо и повернулся назад, наматывая вокруг себя язык так словно тот был резиновый.

И тут он увидел чудовище, которое смотрело на него выпученными глазами и шевелило надутым зобом. Бильбо не успел даже как следует испугаться, как почувствовал, что его потянуло к гигантской лягушке, и он понял, что его просто-напросто хотят съесть, как какого-нибудь комара, или стрекозу. Вот тогда-то он и испугался по-настоящему.

– Я не хочу! – воскликнул Бильбо. Но хотя он и был напуган, это был уже совсем не тот хоббит, которого когда-то вытащил из теплой постели Гэндальф. Это был уже совсем другой Бильбо Бэггинс. Это был победитель драконов, великий боец с гоблинами, пауками и демонами Дымного ущелья, и поэтому он выхватил свой кинжал, тот самый, что когда-то он нашел в пещере троллей и забрал себе и назвал Жалом, за острый эльфийский клинок и способность беспощадно и смертельно жалить врага. Одним ловким движением он отсек лягушачий язык. Лягушка обиженно заверещала.

– Поделом тебе! – поучительным тоном сказал лягушке Бильбо. – Будешь знать, как пугать честного хоббита.

В ответ на его слова, холмы в округе вдруг отозвались возмущенным верещанием. Бильбо не успел и глазом моргнуть, как холмы вокруг него зашевелились и покрылись шишками. Эти шишки были похожи на пузыри, которые образуются в жидком тесте, когда пекут блины. Раздалось громкое чавканье, срежет зубов, и Бильбо увидел, несколько десятков тварей, похожих на ту, что его чуть не сожрала. И все они, выпучив глаза, вразвалочку и неуклюже поднимая длиннющие задние лапы, пошли на хоббита. Бильбо испугался не на шутку.

– Не стоит так волноваться, – залепетал он. – По-моему ничего страшного с вашим товарищем не случилось. Я всего лишь укоротил ему язычок. От этого еще никто не умирал.

Однако его слова не произвели никакого впечатления на лягушенций (так их про себя прозвал мистер Бэггинс), зловеще моргая глазищами, они продолжали наступать на хоббита. И было их не меньше трех десятков. Бильбо не успел опомниться, как был окружен их плотным кольцом. Затем он увидел взгляд лягушенции, которой он отрубил язык. Ему даже показалось, в какой-то миг, что она смотрит на него с насмешкой и с каким-то внутренним удовлетворением, словно заранее радовалась, что ее обида будет отомщена. Она смотрела на Бильбо и остатком языка, который был все еще вполне длинным и боеспособным, облизывала толстые бородавчатые губы. Остальные лягушенции были все ближе и ближе.

– Только попробуйте, троньте меня, – опять попытался предупредить их Бильбо, – посмотрите, что тогда с вами будет. Однажды я в одиночку убил почти сто огромных пауков.

Бильбо умолчал о том, что в тот раз в Черном лесу во время битвы с пауками у него на пальце было волшебное кольцо, которое делало его невидимым. В этот же раз кольца у него при себе не было. Оно спокойненько лежало в кабинете мистера Бэггинса в ящике письменного стола, за которым он писал свои мемуары, и ничем ему сейчас помочь не могло.

Длинный, шершавый и мокрый от слюни язык стрельнул ему прямо в лицо. Хоббит едва успел наклониться. Еще два языка хлопнулись о его живот и стали тянуть в разные стороны. К счастью для Бильбо, лягушенции действовали совершенно не согласованно. Каждая, как говорится, тянула одеяло на себя.

Громко хлопнула пасть, прямо перед глазами хоббита, тот опять успел отпрянуть в сторону, иначе бы его голова, срезанная острейшими зубами, оказалась в животе чудовища. Лягушенция попыталась повторить попытку, но хоббит ловким ударом кинжала перерезал ей глотку. Зеленая жидкость, густая и вонючая брызнула во все стороны. Лягушенция опрокинулась на спину и задрыгала лапами.

– Ага! – обрадовался Бильбо. – Так у вас еще и кровушка есть. Подходи, кто следующий?

Лягушенции, увидев бесславный конец своей подруги сразу отступили. Они бешено вращали глазами и громко и возмущенно о чем-то верещали друг с другом. Однако свое кольцо они не расстроили, и Бильбо оставался в том же сложном положении. Он стал думать, где бы ему попытаться прорваться из столь неприятного окружения, как вдруг на него уверенно пошла самая большая лягушенция, из пасти которой торчали два огромных клыка. Она мотала головой, и Бильбо понял, что ему предлагают поединок.

– Я вижу, вы не успокоитесь, – пробормотал хоббит и приготовился к драке. – И угораздило меня оказаться здесь! А где, кстати говоря, остальные? Почему никто не спешит ко мне на помощь? Или только я всегда должен всех спасать. Когда же моя очередь?

Последний его вопрос остался без ответа. Никого кроме мерзких лягущенций рядом не было. Только пустынные холмы, покрытые густым мхом и редкими светло-серыми валунами на фоне унылого серого и совершенно безоблачного неба. Бильбо был совершенно один против отряда странных и агрессивно настроенных созданий. Что ж, он бывал и не в таких переделках и давно уже не страшился сражений.

– Подходи, приятель, – сказал он противнику, который топтался, выжидая удобного для нападения момента. – Что же ты? Я жду.

Лягушенция нагнула морду и стала рыть землю своими клыками. Видимо для устрашения. И зрелище это было и в самом деле не очень приятным. Глаза зверя постепенно стали наливаться кровью, с губ на траву закапала слюна. Бильбо в глубине души очень сильно пожелал оказаться как можно подальше от этого места. Ножки его подгибались от страха. Тем не менее он держался очень стойко, и если бы Гэндальф его сейчас увидел, он был бы горд за своего друга. Но Гэндальфа рядом не было. Оставалось только одно. Выпутываться самому.

Чудовище хлюпнуло и вдруг неожиданно резко прыгнуло на хоббита. Бильбо едва успел отскочить в сторону и не попасть на острый изогнутый клык. А лягушенция по инерции прыгнула еще раз вперед и врезалась в ряды своих собратьев и смяла их. Лягушенции с недоуменными звуками сиганули в разные стороны. Бильбо увидел это и побежал в освободившееся на мгновение пространство. Увидев, что есть путь к бегству, Бильбо решил не искушать судьбу.

– Не такой уж великий я герой, чтобы сражаться сразу с таким количеством врагов, – сказал он сам себе, перепрыгивая через кочки и камни, что попадались ему на пути.

Лягушенции не сразу поняли, что их жертва дала стрекача. Но когда до их примитивных мозгов дошло, что произошло, они бросились в погоню. И тут Бильбо понял, что неуклюжие на первый взгляд лягушки могут оказаться превосходными бегунами. Вернее не бегунами, а прыгунами. Впрочем, как оно и полагается лягушкам. Не прошло и половины минуты, как они догнали мистера Бэггинса и снова окружили его.

– Да что же это такое делается! – возмутился Бильбо. – Отчего бы вам не отправиться обратно в свое болото и не оставить меня в покое?

Сразу три лягушки прыгнули на Бильбо. Одновременно. От страха мистер Бэггинс даже присел. Это и спасло ему жизнь. Три лягушенции, вместо того, чтобы сбить его с ног, врезались друг в друга. А так как пасти у них были раскрыты для того, чтобы захлопнуться, то они и захлопнулись. И три красавицы стали пожирать друг друга. Бильбо едва успел вылезти из под них, ушибленный и придавленный, но с кинжалом в руке. Хорошо, что он не выпустил оружие из рук. Его прежний противник снова напал на хоббита, и тому пришлось не сладко. Если бы Бильбо не умел обращаться с мечом, он непременно погиб бы. Но хоббит смело встретил врага и стал фехтовать с его двумя клыками с поистине достойной для хоббита сноровкой и умением. Но и его противник был не лыком шит. Явно это был самец. И клыками он умел не только рыться в земле, но и драться. Очень нелегко пришлось Бильбо в этой схватке. Кинжал у него был один, а клыков у его противника два. И стал он теснить хоббита шаг за шагом. Сражается Бильбо и краем глаза видит, что сейчас наткнется он спиной на кого-нибудь из лягушенций, тут на него со всех сторон налетят, сомнут и разорвут на части. И даже слезы на глазах появились у гоподина Бэггинса. Так не хотелось ему погибать в расцвете лет.

Вдруг раздался громкий собачий лай. Он разлился над холмами, и лягушенции сразу все замерли на месте. Даже противник Бильбо и тот на секунду отвлекся от боя.

– Биинор! Миленький! – закричал радостным голосом Бильбо. – Ко мне, на помощь!

Из-за одного из холмов выскочил огромный пес. Очень необычный пес. Необычный, потому что у него было сразу три головы. Он стремительными скачками несся к Бильбо и грозно лаял во все три глотки. Не прошло и пяти секунд, как он ворвался в стаю лягушек, пробился к Бильбо и отогнал от него клыкастого самца.

– Ты очень вовремя! – похвалил его Бильбо и стал гладить по центральной голове.

Видимо новое нападение еще больше разозлило лягушенций, потому что они вместо того, чтобы разбежаться, вдруг начали новое наступление. Защелкали пасти, и стали выскакивать длинные языки. В этот раз они были направлены на Биинора. Пес жалобно заскулил, едва успевая отскакивать от летящих в него липких языков. Но два все-таки его поймали и стремительно поволокли к двум голодным тварям. Но тут уж Биинору пришел на помощь Бильбо со своим кинжалом. Он стал рубить языки, и пока рубил одни, в него полетели другие. И вот уже он не успевал отрубать их все. Не прошло и минуты, как оба они, и Биинор и Бильбо были со всех сторон облеплены и окручены языками, а лягушенции стремительно толпились вокруг них, жадно раскрывая рты. И Бильбо и Биинор решили, что пришел их конец и с тоской посмотрели друг на друга. Еще секунда и их раздерут на куски и проглотят по частям лягушенции.

И когда гибель казалась неминуемой, воздух вдруг наполнился свистом стрел. Пронзенные ими лягушенции одна за другой стали отскакивать прочь, забирая и свои смертельные языки-ловушки.

– А вот и помощь, – со вздохом облегчения произнес Бильбо. – Лучше поздно, чем никогда. Здорово, Радринор!

– Привет тебе, Бильбо, – ответил Радринор, высокий эльф с длинными до плеч серебристыми волосами.

Хоббиту на помощь пришел отряд эльфов во главе с Радринором. Это был небольшой отряд. Всего шесть эльфов. При чем, в сражении приняли участие только пятеро. Шестой эльф, самый красивый, большеглазый и золотоволосый стоял на месте и улыбался беспечной улыбкой. Увидев Бильбо, он помахал ему рукой.

– Смотри-ка, – удивился Бильбо, и покачал головой. – Он меня узнал.

Эльфы тем временем осыпали лягушенций стрелами, тыкали острыми длинными мечами, и в конце концов, те бросились наутек, оставив на поле сражения десяток своих собратьев.

– Вот и славно, – сказал Бильбо и спрятал в ножны свой кинжал.

Он посмотрел на Радринора и увидел, что тот совсем не разделяет его радости. Эльф выглядел озабоченным.

– Что это ты так хмуришься? – спросил его Бильбо. – Что-то не так?

– Посмотри куда они удирают, – ответил на это Радринор.

– Они удирают в сторону болот, – ответил Бильбо. – Куда же еще деваться лягушенциям?

– Это верно, – согласился Радринор. – Но ведь и наш путь тоже лежит через топи.

– Разве? – удивился Бильбо. – Я думал, что мы пойдем в обход.

– Увы, – вздохнул эльф, – нам надо найти в болоте болотную ведьму, королеву Мертвой топи.

– Зачем она нам нужна? – искренне удивился Бильбо.

– Это очень старая и древняя ведьма, – ответил Радринор. – А древние ведьмы очень хорошо разбираются в черном колдовстве. К тому же у нее в замке есть волшебный котел, посмотрев в который, можно узнать обо всем на свете. Правда еще никто и никогда не смог добраться до ее замка. И даже Черный властелин не смог подчинить ее своему могуществу ни в древности, ни сейчас. Она не подчиняется никому. А в своих владениях распоряжается полностью сама как настоящая королева. Как бы она не разгневалась на нас за то, что мы убили ее слуг.

До Бильбо стала доходить вся серьезность положения. Он немного поразмышлял, почесал голову, поморгал глазами, потер одной ногой о другую и произнес:

– Ты думаешь, что она знает, как снять заклятие с Зелендила?

– Если не знает она, то знает ее черный котел.

– Ты уверен?

– Очень надеюсь на это, – вздохнул Радринор. – Во всяком случае я сделаю все, чтобы спасти нашего повелителя. Это мой двойной долг. Долг друга и долг подданного.

Бильбо с сожалением и участием посмотрел на самого красивого из эльфов, того, который не принимал участие в сражении с лягушенциями. Эльф стоял и с любопытством рассматривал небольшой кустик, на котором росли синие ягоды голубики.

Глядя на него, вряд ли бы кто подумал, что перед ним самый настоящий принц. А между тем Зелендил был одним из семи правителей, которые повелевали странствующими эльфами.

В Средиземье много эльфов. Они живут там с самых древних времен, и заселили страну еще во время Первой эпохи. И все они делятся на множество самых разных и удивительных племен. Самые известные – это конечно лесные эльфы. Когда-то вся земля была покрыта лесами и все эльфы были лесными. Кроме тех, разумеется, кто жил в воде. Но это было так давно, что никто и не уверен, а было ли так на самом деле. Теперь же кроме лесных эльфов в Средиземье живут горные эльфы, речные эльфы, степные и даже подземные. В Горелых горах живут даже поющие эльфы, маленькие создания с крыльями, которые играют на всевозможных инструментах и поют удивительные по красоте песни и словно пчелы питаются нектаром цветов. Много лет назад они были заколдованы злыми драконами и превращены в камни, но недавно Бильбо побывал там и сумел их расколдовать – нашел подземный ручей с волшебной водой, которая снимала заклятье. Так что теперь они снова летают над цветами и поют свои замечательные песни и славят в них хоббита. Есть еще несколько удивительных народов среди эльфов, и у всех и них есть Родина. У всех, кроме странствующих эльфов, о которых следует рассказать поподробнее.

Когда-то давным-давно, на закате Второй эпохи, как раз когда отгремела война между объеденившимися королями людей, эльфов и гномов Средиземья и повелителем всех злых сил Черным Властелином Сауроном, и последний был побежден, пленен и увезен на прекрасный Нуменор, величественный остров прекрасным цветущимся садом возвышавшийся над океаном. И, обольщенный своим коварным пленником, возгордился правитель Нуменора, и решил, что стал он подобен богам и бессмертным повелителем земли, и решил покорить он Блаженные края, лежавшие за морем, и по преданиям дающие бессмертие. И была им создана могучая армада кораблей, готовившаяся поплыть туда и завоевать вечную жизнь. И уже она отплыла от берега, несмотря на предостережения мудрецов и оракулов. Но не пропали еще за кормой родные берега, как поднялся и вздыбился океан и словно горстку щепок поглотил всю могучую армаду, а заодно с ней и прекрасный Нуменор в наказание за чрезмерную гордыню его правителя. И канула дивная земля в пучине вод и во времени со всеми ее обитателями. И лишь немногочисленные оставшиеся в живых нуменорцы, те, кто не жаждал незаслуженного бессмертия, отправились искать себе новую землю. Были среди них люди и эльфы.

Люди быстро нашли себе пристанища. Храбрые витязи основали новые могучие королевства, из которых самыми обширными и богатыми, чуть ли не как сам Нуменор, стали княжества Арнор и Гондор, основанные легендарным рыцарем древности Элендилом. Но то были люди, которым не была ведома истинная красота жизни. Потеряв одну родину, они тут же приобрели себе новую и утешились этим, быстро забыв свое прошлое, которое осталось для них лишь в легендах, преданиях и песнях.

Совсем по другому было с Нуменорскими эльфами. Они не смогли обрести новую Родину, потому что не было земли столь прекрасной и чистой, каковой был северный Нуменор, где они обитали. Обошли они все земли на юге Средиземья и не нашли места, которое хотя бы немного напоминало бы им о потерянном крае. И тогда пошли они на север. С севера отправились на запад, с запада на восток. Жизнь их превратилась в сплошное странствие. Вот тогда они и стали странствующими эльфами. Было это почти три тысячи лет назад. Долгие бесконечные годы, десятилетия и века бродили они по свету в поисках новой Родины, но так ничего и не нашли. Тогда однажды повелитель эльфов Ламелиалас призвал всех своих подданных к себе и сказал им следующие слова:

– Дети мои, несчастные странники, лишенные Родины, и вынужденные скитаться в поисках пристанища! Мы уже две с половиной тысячи лет ищем новую Родину, и не можем ее найти. Нет такой земли, которая напомнила бы нам наш Нуменор. Но она должна быть. И мы ее найдем. Но мы будем блуждать по свету еще десять тысяч лет и потеряем на этом время. Многие поколения еще вырастут, не имея под ногами родной земли. И это очень прискорбно. Нам нужно хоть как-то ускорить наши поиски.

И Ламелиалас велел им разделиться на семь равных отрядов. Во главе каждого отряда был поставлен принц, сын или племенник главного нуменорского эльфа. И отправились они в разные стороны на поиски земли, которая смогла бы им стать новой Родиной.

– Я тоже отправлюсь на поиски, но один, – сказал Ламелиалас. – Если мне повезет, и я найду, то что мы ищем, то призову к себе и всех остальных. Если же нет, то буду искать, пока не найду я, или не найдет кто-либо из вас. Если же Родину найдет кто-нибудь из семи принцев, то он призовет всех остальных к себе, и станет верховным правителем над всеми. И я лично возложу на его голову царскую корону.

Так и разбрелись по всему свету странствующие эльфы, и до сих пор ищут и не могут найти свою новую Родину. А золотоволосый эльф Зелендил – один из семи принцев, младший сын Ламелиаласа. Только сейчас он не был командиром своего племени. Далеко от своих подданных отдалился принц Зелендил и попал в большую беду. В самую большую беду, какая только может случиться с эльфом.

Узнал он еще в детстве, что в Горелых горах находится Око Дракона. Это была волшебная вещь, которая видит все на свете и все на свете знает. И отправился Зелендил со своими самыми верными друзьями на его поиски, надеясь, что с помощью Ока он сможет найти вожделенную землю. Дошел до Горелых гор, и даже спустился в Лабиринт подземелий, где пряталось Око. Да только Око добыть оказалось делом очень не простым. Всякий, на кого оно взглянет, тут же каменел. Так обратились в камень все друзья Зелендила, а сам он заблудился в темных пещерах и мучимый нестерпимой жаждой напился из подземного ручья мертвой воды, после чего потерял память и разум.

Эльфы существа почти волшебные и сами могут творить волшебство. А уж о том, чтобы заколдовать эльфа, и речи быть не может. Но вот Зелендил оказался заколдован. Или, как говорят сами эльфы, зачарован.

На счастье странствующих эльфов в Лабиринте подземелий оказались хоббит Бильбо из далекой Хоббитании и его друг волшебник Гэндальф Серый. Им тоже, бывают такие совпадения, понадобилось Око Дракона. Для чего? Об этом как-нибудь в другой раз. Бильбо и Гэндальфу удалось не только Око добыть, но и расколдовать каменных эльфов – друзей принца. Только вот самого Зелендила они расколдовать не смогли. Даже Гэндальф оказался бессилен против силы черного ручья. Так и остался Зелендил зачарованным эльфом. Вот и отправились эльфы обратно к своим, не с победой и найденным Оком Дракона (оно, кстати говоря, погибло в битве с драконшей Веннидеттой), которое указало бы им правильный путь, а с зачарованным принцем. Большая беда для эльфов. Путь их был как раз в сторону Хоббитании, вот Бильбо и присоединился к ним. Не больно ему хотелось идти домой в одиночестве. Шастать по Средиземью в одиночку – занятие очень опасное. Для маленького хоббита просто гибельное. Только Гэндальф на такое способен, и другие всесильные и мудрые маги. Да и то не все.

Только, вот беда, уж больно легки и быстры в дороге странствующие эльфы. Идут по земле, почти ее не касаются, так словно и не идут вовсе, а летят. Быстро, легко, красиво. Куда там маленькому хоббиту с его коротенькими мохнатыми ножками! Еле поспевал за ними Бильбо. Хоббит он был упитанный, вкусной едой избалованный, и совершенно не приученный к быстрой ходьбе. И хотя путешественник он был известный, дальними странствиями достаточно закаленный, но ходить так быстро, как эльфы, он не мог. Да тут не только хоббит, тут и Большеногий не смог бы поспеть за стремительными существами.

Хорошо, что с эльфами альтасар был. Кто такой альтасар? Это пес эльфов. Так с древнего языка эльфов слово альтасар и переводится. Собаки у странствующих эльфов тоже необычные. Огромные, чуткие, быстрые, да вдобавок ко всему еще и с тремя головами. Биинор, так звали альтасара, очень хорошо относился к Бильбо, во время плутаний с ним по подземелью, даже к нему привязался, чуть не как к хозяину, поэтому частенько носил его на себе. Для него это было не в тягость. Но езда на собаке не особенно приятное занятие. Это ведь не пони. Существо вольное, к седлу не приученное, ни рысью скакать не умеет, ни галопом, ни тем более, шагом. Бильбо быстро уставал трястись на Бииноре, и особо не злоупотреблял его добротой. К тому же ни седла ни уздечки при собаке не было, а все время держаться за шерсть на загривке (за уши Биинор хвататься не позволял) – дело очень утомительное.

Так что чаще всего Бильбо шел пешком и конечно же постоянно отставал от своих спутников. Шел и ворчал, проклиная свою судьбу, а заодно и всех эльфов за то, что они ходить нормально не умеют. Эльфы за ним постоянно возвращались и ни сколько его не упрекали. Слишком многим они были ему обязаны. Но хоббит все равно чувствовал себя неудобно. Ему постоянно казалось, что он для всех помеха, и Бильбо очень переживал по этому поводу. А когда волнуешься или переживаешь, часто делаешься рассеянным. Чтобы взбодриться, Бильбо стал убеждать себя, что до дома осталось совсем немного, и что нечего попусту переживать. Такие увещевания помогли, и Бильбо воспрянул духом. Воспоминания о доме его бодрили и поддерживали, и поэтому хоббит стал погружаться в них все чаще и чаще. И вот сегодня он погрузился в них настолько глубоко, что не заметил, как отстал от основного отряда, да еще и сбился с пути и свернул в сторону, где и наткнулся на лягушенций и чуть не погиб бесславной смертью. Хорошо, что все кончилось благополучно. Вовремя подоспели эльфы и отбили нападение. А вот теперь еще оказалось, что эльфы собрались свернуть к болоту к какой-то там болотной ведьме. Бильбо совсем помрачнел.

– С каких это пор эльфы стали ходить по болотам? – спросил он Радринора.