Хоббит и Саруман

За первой песней последовала следующая, потом еще одна, и так почти до рассвета, не прекращался удивительный ночной концерт. Бильбо тоже спел эльфам несколько хоббитских популярных песен, которые отличались от эльфийских баллад более дробным и маршевым ритмом и текстом, в которых были преимущественно веселые и забавные истории из жизни хоббитов. Эльфы посмеялись над приключениями старика Булкинса, когда он был молодым, и похвалили Бильбо, после чего хоббит заснул, крепко, как пышущий здоровьем младенец.

Утром он проснулся опять позже всех и, сладко зевая, доел оставшихся раков. Потом достал из кармана рыболовные снасти, смастерил себе удочку и отправился рыбачить. Солнце оранжевой свеклой висело у него за спиной и отражалось в воде Андуина у самого противоположного берега, который терялся вдали, показываясь лишь кусками, так широка была в этом месте река. Вниз по течению она и вовсе казалась морем, и глядя на эту водную ширь да гладь, Бильбо восхищался столь грандиозным зрелищем и размышлял о том, что такую широкую реку не перейдут даже странствующие эльфы.

А те и не собирались переходить ее и мастерили лодку. На острове, где они оказались, не росло деревьев. Только заросли ивняка спускались к воде, и Радринор велел нарубить лозы. Эльфы быстро нарезали целую гору ивовой лозы еще до того, как проснулся хоббит, и теперь плели из нее большую корзину.

– Как же вы собираетесь в ней плыть? – удивлялся Бильбо, переводя взгляд с поплавка на творение эльфов. – Никогда не слыхивал, чтобы плавали в корзинах. Там же сплошные дырки. Или вы решили замазать их глиной?

– Мысль неплохая насчет глины, – ответил Солнцедар, – но судно выйдет слишком тяжелым и неповоротливым. Такая лодка может быть и выдержит шестерых эльфов с собакою, но когда к ним прибавится хоббит, сразу пойдет ко дну.

Бильбо не обиделся на веселую шутку, потому что и сам любил пошутить, а что касается своей упитанности и тяжеловесности, то хоббиты этим только гордятся. Поэтому он ответил:

– Ну плетите свою корзину, а только я в нее все равно не полезу. Сколько можно испытывать судьбу? Оно конечно, на бочках я уже плавал. Почему бы не попробовать в корзине. А только с детства помню, рассказывала мне мать историю про трех старых хоббитов, которые отправились по Брендидуиму в медном тазу для стирки, да еще ночью и к тому же в сильную грозу. С тех пор их уже никто и не видел. Что-то мне не хочется, чтобы появилась еще одна история про хоббита, который поплыл в корзине.

Эльфы только посмеивались, слушая рассуждения Бильбо по поводу предстоящего плавания. Да и сам хоббит знал, что никуда он не денется, а поплывет вместе со всеми не то что в корзине, а и в решете, если придется. Не оставаться же здесь на этом островке навечно! Тут хоть и рыбы вдоволь, и раки по ночам по берегу стаями шастают, а домой возвращаться надо. И как можно скорее, потому что в последнее время, Бильбо стал особенно сильно скучать по дому. И может быть даже ни столько по дому, сколько по тому, что он там оставил.

Кольцо. Вот что волновало и тревожило Бильбо. Он стал вдруг сильно беспокоиться о нем. Ему все казалось, что кольцо, оставшись без присмотра хозяина, может исчезнуть. А вдруг кто-нибудь украдет его из ящика письменного стола? От такой мысли Бильбо пробирала дрожь, и волосы вставали дыбом на его голове.

Целый день эльфы плели корзину, и к вечеру она была готова. Глянув на нее, Бильбо решил, что не так уж он был и прав, когда сомневался в мастерстве эльфов. Перед ним стояла самая настоящая ладья, легкая и просторная. И все же это была корзина. Хоть большая и очень совершенная, но все же корзина.

– Ага, – вдруг догадался Бильбо, – вы ее заколдуете, и она не будет пропускать воду?

– Не знаю, что подразумеваешь под словом колдовство, – сказал ему Лунолик, – мы эльфы этим не занимаемся. Мы просто живем в соответствии и полном согласии с тем миром, который нас окружает.

– И поэтому корзина не утонет, когда мы все в нее влезем, так что ли?

– Увидишь утром, – уверил хоббита Лунолик.

Этим вечером раки почему-то не появились. Бильбо пришлось довольствоваться тем, что предложили ему эльфы, да и рыбы за день он наловил немало, и вечер прошел так же чудесно и весело, как и накануне.

А ночью Бильбо приснился ужасный сон. Такой ужасный, что он проснулся весь в холодном поту со вставшими дыбом волосами и с громким криком, застрявшим в глотке. Чтобы не закричать, хоббит заткнул себе рот рукой, и хлопая глазами смотрел по сторонам. Долго ему пришлось приходить в себя. И долго он не мог решить, что это было правда, или всего лишь сон. Биинор подошел к хоббиту и ласково потерся об него своими тремя головами. Потыкался ими, прося, чтобы Бильбо его погладил и приласкал. Только тогда Бильбо пришел в себя и немного успокоился. Но еще долго в его голове стоял ужасный сон, который был так схож с явью, что сомнения в душе Бильбо все равно остались и не давали покоя.

Ему приснился Горлум. Тот самый Горлум, у которого он отобрал волшебное колечко. Только во сне, который увидел Бильбо, Горлум был не в пещере, и не плавал в лодке по подземному озеру. Он осторожно крался по Хоббитауну, и никто его не замечал. Во тьме горели жадным желтым светом его глаза, круглые, как у совы, и слегка удивленные. Горлум полз с ловкостью змеи и сливался со стенами домов, с забором, ловко таился в высокой траве. И все ближе и ближе подкрадывался он к дому Бильбо. И вот он уже у него в саду, во дворе, заглядывает с любопытством в круглые окошки. Бильбо даже застонал во сне, когда это увидел. Застонал и задрожал крупной дрожью, потому что увидел, как Горлум незаметный как кошка, юркнул в дом и стал красться и бродить по его коридорам, заглядывая во все углы и закоулки.

Хоббит проснулся, когда увидел, что Горлум змеей вполз в его Бильбо кабинет и стал осматриваться по сторонам, а потом увидел письменный стол и пошел прямо к нему, протягивая свои длинные когтистые лапы. Он схватился за ручку того самого ящика, где лежала заветная вещь, и, победно оскалив пасть, потянул ящик к себе. Дальше смотреть и видеть это Бильбо был не в силах и поэтому проснулся. И не один раз еще за ближайшие месяцы увидит он этот сон, и ни разу не сможет досмотреть его до конца.

– Уж не проклятие ли это болотной ведьмы? – пробормотал Бильбо. – Она ведь обещала мне, что я потеряю покой. И кажется, так оно и случилось. Неудивительно. До сих пор я полагал, что только я знаю про мое кольцо, ну там еще Гэндальф или гномы. Оказывается, есть еще охотники заполучить его. Нет. Не отдам. Я его никому не отдам. Ни ведьме, ни Горлуму. Никто его не получит. Мою прелесть.

Только через час ему удалось заснуть на другом боку. И хоббит проспал до утра уже без всяких сновидений.

В тот самый час, когда ночь еще царила в Средиземье, и в небе над Андуином сияла Луна, и Бильбо видел свои ужасные сны, белая ворона Сарумана преодолела то огромное пространство, что разделяло волшебника и эльфов, и камнем приземлилась на подоконник его рабочего кабинета. От неожиданности Саруман вздрогнул, затем проворчал:

– Сколько раз тебе говорить, несносная птица! Надо предупреждать о своем прибытии. Трудно было каркнуть?

Ворона каркнула и стала оправдываться на своем птичьем языке, который Саруман прекрасно знал.

– Ладно, ладно, не оправдывайся, – погрозил ей пальцем волшебник. – Если ты сильно торопилась принести важные вести, то это меняет дело. Рассказывай.

И ворона торопливо и бестолково стала рассказывать магу о том, что она увидела, летая над Мертвой топью. Саруман очень внимательно ее выслушал, а потом стал задавать вопросы:

– Ты сказала, что там было шесть странствующих эльфов и еще кто-то? И кто же этот «кто-то»? Давай объясни поподробнее.

– Не знаю, – ответила на своем языке ворона. – Я таких никогда не видела. С виду похож на гнома, но еще меньше. Наверно вдвое.

– На гнома? Значит, у него есть борода?

– Нет, бороды у него нет.

– Тогда это точно не гном. Чтобы гном был без бороды? Да такого просто не может быть!

– Тогда это был урх, – неуверенно сказала ворона.

– Чтобы урх шастал с эльфами! – с сомнением покачал головой Саруман. – Такого не может быть. Это же гоблин.

– Точно, это маленький гоблин, – обрадовалась ворона. – Ноги у него покрыты шерстью. Именно так. Я еще удивилась. Вот думаю, сверху человечек, а снизу ну самый что ни на есть гоблин.

– Постой, постой! – оборвал птицу маг. – Ты говоришь сверху человечек, а ноги покрыты шерстью?

– Да. Так оно и есть. Еще эльфы между собой называли его невысокликом.

– Так ведь это же хоббит! – воскликнул Саруман и тут же призадумался. – Хоббит. Действительно хоббит. Что же он тут делает малыш хоббит? И что случилось с миром, если хоббиты, которых не вытащишь и со двора, вдруг стали путешествовать и совершать подвиги?!! Ведь ты сказала, что это он невысоклик уничтожил болотную владычицу?

– Да-да, зашел в ее замок, а через час ведьма так закричала, что все сразу поняли – ей конец. А эльфы кинулись на ведьминых гоблинов как коршуны на цыплят и всех перерезали.