- -
- 100%
- +
– Все Кандидаты получили предложение? – механический скрежет из динамика царапал слух, пробуждал тревогу.
– Да, все четыре. – Поспешила ответить девушка, коготки опасности шевелили серебристо лунные волосы на затылке, неприятным холодком спускались вдоль позвоночника.
– Хорошо. Уточните: все будут вовремя? – отсутствие эмоций в голосе скрадывало личность звонящего, словно это был не человек, а некая разумная сущность.
– Конечно. – Тошнота подкатила и сжала горло. Схватилась за спинку кресла в зале конференций, костяшки побелели, показалось, что тонкая изящная кисть превратилась в белые чётки пальцев скелета.
Девушка одернула руку, замолчала на мгновение, набрала побольше воздуха, как перед нырком в омут, продолжила:
– Кандидат А., к сожалению, под вопросом. Нужно искать замену.
– Надеюсь, вы понимаете всю ответственность миссии? – визг металла по стеклу в динамике добавил децибелы, перепонки и нервы уже не выдерживали.
– Да. Конечно. Я решу этот вопрос. – Собралась. Она сама согласилась, значит можно потерпеть и такое руководство, ставки слишком высоки.
– Проследите, чтобы наши гости не встретились друг с другом раньше времени. Отбой. Следующий сеанс связи через пять часов.
Глава 1. Шёпот звёзд
Ольга выключила экран монитора, ещё раз проверила шкафчики стола на предмет личных вещей. Кроме фото наставника, все принадлежит лаборатории НИИ Нейробиологии. Сложно найти личное, когда последние три года живёшь лишь работой. Не заметила, как пронеслось время. Последний год стал самым сложным, но подтвердил всю теорию взаимосвязи частот головного мозга, мысли, речи, воображения, которую разработали с учителем. Григорий Борисович был не только научным и идейным руководителем, стал и другом, родным человеком. Ольга рано осталась без отца, и ласковое обращение «дочка» ещё больше сблизило. Профессор математики, физик-теоретик, увлеченный изучением квантовых явлений и теорией струн, неисправимый романтик и оптимист. Научная работа Ольги по изучению волн головного мозга заинтересовала профессора. Медицина во второй половине XXI века расшифровала почти все коды генома человека, искусственный интеллект пришел на помощь и стал ключом к ДНК. Генная инженерия семимильными сокращала количество болезней. А в познании мозга, человечество делало лишь первые робкие и пока слепые шаги. Работа Ольги Смирновой по изучению мозговой активности нашла практическое применение в программе коммуникации с парализованными и людьми в коме. Стала более глобально-значимой, перешла из плоскости медицины в инструмент общения с любым живым существом на планете. Это сейчас, а тогда в начале пути всё казалось бесперспективным. Научный совет не воспринял проект молодого кандидата. Ольга вспомнила первую встречу с профессором после позорного провала защиты работы на научный грант. «Не смогла… Упертая, и зачем я только ввязалась в спор, подловили на вопросе. Сама виновата!» Ольга стояла у окна, наблюдая как шершни настойчиво бьются в стекло, спасаясь от июльской жары. Мысли продолжали жалить в пустом коридоре Академии наук, кому-то аплодировали за закрытой для неё навсегда дверью. Колотил озноб нервного напряжения, не заметила, как подошёл он Григорий Борисович Грибанов, высокий крепкий здоровяк в широкополой шляпе, похожий на боровик, получивший в миру между сотрудниками прозвище ГриБ. Налил ледяной воды из кулера, выпил залпом и снял канотье, спасавшее от летнего пекла. Седина посеребрила инеем виски, наметившаяся лысина придавала трогательности, поправил очки, улыбаясь, пророкотал: «Припозднился, ну и ладно. Вы то мне и нужны. В каждом из нас есть частичка звёзд, мы способны понимать свет Вселенной, язык Создателя. Частота вибрации Земли, она же частота Шумана, частота молитв, медитации и творчества людей совпадают. Что-то в этом есть, не находите? Может нырнем глубже в волны разума? Не обещаю быстрого погружения, не уверен, что ваша докторская будет лёгкой и дописанной. Но почту за честь стать вашим научным руководителем. Одно могу обещать точно, будет чертовски интересно открывать двери подсознания. Готовы услышать Шёпот Звёзд? Решение за вами, Ольга Смирнова». Что-то было в улыбке, магия света, загадка и вызов. Ольга согласилась, и ни разу не пожалела. Ни тогда, ни сейчас. Работа закружила научный дуэт, в погоне за результатом, увлеченным всегда не хватает времени на себя. Головные боли все чаще беспокоили Григория Борисовича, он списывал на активность солнца, нагрузку, возраст, старался быть активным и энергичным. Несмотря на то, что и зрение быстро ухудшалось, отказывался от обследований или знал правду, молчал и спешил. Опухоль приковала к постели. Зона поражения – области мозга, ответственные за речь и двигательную активность. Циничная шутка судьбы. Хорошо, что успели доработать технически систему «Мыслеслова»: электроды на голову, искусственный интеллект сопоставляет волновую активность, как реакцию на предлагаемые фото и видео изображения, ситуации из прошлого конкретного человека, анализирует и формирует словарь. В дальнейшем, на заданный пациенту вопрос, ИИ считывает колебания волн мозга и переводит мыслеответ в звуковую имитацию речи человека. Можно разговаривать, тестировать и доводить до совершенства алгоритмы, добавляя эмоциональную окраску, фразы, привычки, шутки, сохраняя индивидуальность личности. Несмотря на болезнь, Григорий Борисович отдавал себя науке до последнего вздоха, удара сердца, угасающего лучика в синих глазах.
Ушёл. Навсегда. Месяц назад. Когда покидают друзья, пустоту в душе постепенно заменяет свет, но вакуум одиночества Ольга ощущала физически.
Положила фотографию наставника в сумку и кружку, подарок Макса, айтишник был рядом последний год, и Ольга была благодарна за поддержку в работе и просто за дружеское плечо. Чувствовала симпатию и взаимное притяжение, но сантименты сейчас ни к чему. Обоим.
Задумчиво оглядела ледяные стены лаборатории, усталость, которая приходит после потрясения, не отпускала.
«Ну что же, ты знала, что этот момент рано или поздно наступит.»
Двери лаборатории бесшумно разъехались в стороны. Макс замедлился на пороге, остановился. «Не верится, завтра её уже здесь не будет. А ты опять трусишь и не можешь найти повода, чтобы её удержать.»
Механический голос, проснувшейся вежливой и суетной Алисы, так некстати рассекретил тишину мыслей. Во второй половине XXI века умные помощники стали слишком мобильны, вот и сейчас коммуникатор пытался вырваться из рук ведущего научного сотрудника отдела IT: «Ольга, добрый вечер! Мы вернулись. Чайку, Максим Сергеевич?»
Макс вздохнул, разжал кисть и выпустил Алису, которая, радостно урча подлетела к хозяйке. Показалось, или его собственный дрон малютка всё же блеснул на запястье голубой капелькой индикатора грусти.
Макс решительно переступил порог:
– Ну, вот, кажется все ок. Обновил программное обеспечение твоей Лиски-Алиски. Ты точно уверена, что хочешь подписаться на эту сибирскую авантюру?
– Почему авантюру? Новая лаборатория, сейчас все новые направления исследований в наукоградах Сибири. – Ольга включила чайник.
– Здесь тебе светят шикарные финансовые зооконтракты, смотри как подхватили вашу с ГриБом идею ветеринары, – здраво рассуждал Макс.
– Ой, ладно. Люди в состоянии и без меня понять своих кошаков и псин. Это уже баловство и чудачество богатых. Ты то должен знать, что просто деньги мне не интересны. Лучше тайга, чем вшивание чипов и коммерческая заказуха. «Что хочет сказать ваш питомец?» – передразнила Оля рекламу ветеринарных клиник. – Я нейробиолог, а не зверовещатель.
– Купилась на «Шёпот звёзд»? – выпалил и смутился Макс.
– Ты. Ты смотрел мои сообщения?
– Просто должен был удостовериться, что отпускаю тебя в безопасную среду. Ты же совсем от жизни отбилась.
– Да ладно, если я игнорила твои предложения на ужин и тусовки в барах, то это ещё… – не успела договорить. Макс приложил палец к её губам «Тсс!» и обратился к коммуникатору Ольги:
– Алиса, выведи последнее сообщение.
Голограмма повисла в воздухе, замерцала, регулируя точность деталей последнего входящего е-mail.
– Тебя ничего не смущает в этом предложении о работе? – Макс ждал ответа.
– Логотип конторы «Ванавара» похож на нейронную сеть мозга, должность советник по науке, телефоны, оффер, билеты… Ну да, забавный слоган компании «Шёпот звёзд». И вообще это не твое дело!
Макс движением пальцев схлопнул сообщение, вывел общее меню. Папки «Входящие» и «Отправленные» повисли в воздухе с датами.
– Смотри на индикатор, у тебя нет сообщений со дня смерти ГриБа. Никто тебе не писал, и объявлений о работе ты не давала.
– Я не особо общительная, ты же знаешь. – Обида, липкой паутинкой коснулась щеки, Ольга отбросила прядь непослушных волос.
– А вчера пришло вот это, и ты готова сорваться? Кстати, сообщение из закрытого канала связи. Ты хоть пробовала звонить по этим телефонам?
– Нет. И что? – Девушку раздражал допрос Макса.
– А, я – да! Без ответа. – Айтишника уже не остановить, молчаливый обычно, разошёлся сейчас.
– Билет же есть, на месте разберусь. Все понятно. Новый проект, коммерческая научная тайна и прочее. – Ольга убеждала уже саму себя. «Может и поспешила, но неопределенность лучше, чем отказаться сейчас и жалеть потом, что упустила.»
Макс замолчал, словно сомневаясь, стоит ли продолжать, вздохнул и добавил:
– И ещё. Кто-то удалённо копался в мозгах Алисы. Поэтому она не выполняла твои приказы, но по ведущему протоколу исследования не отлетала от Григория Борисовича до последнего. Не нравится мне всё это. Да и ты отвыкла от цивилизации.
– Не такая уж я и беспомощная, и в тайге – природа, а не человейник. Проект окончен, нет смысла совершенствовать «Мыслеслов», пациентов с инсультом и повреждением мозга будет всё меньше с каждым годом. Да и без Григория Борисовича на новые исследования волновой структуры перспектив никаких.
Встала, решительно поймала волосы в хвост, закрутила туго резинкой.
– Разговор окончен, это моё решение. Буду рада, если проводишь. Самолёт через три часа.
– Я буду тоже скучать, Максим Сергеевич. – Прощебетала Алиса, голограмма алыми сердечками рассыпалась по белоснежной лаборатории. Индикаторы коммуникатора Макса тронул синий лёд грусти.
Закатные лучи золотили летнюю листву парков Москвы, солнечные зайчики отражались в стёклах небоскрёбов, оживляли причудливые калейдоскопы в металлическом молдинге салона беспилотного такси. Макс грустно-нежно смотрел, был молчалив, как обычно. В Шереметьево довёл до стойки регистрации. Пробормотал: «Звони» и долго стоял, провожая взглядом, пока Ольга проходила контроль. Последний луч заходящего светила скользнул по ступенькам отъезжающего трапа. Рейс Москва – Красноярск готовился к взлёту.
Глава 2. Шёпот детства.
Первые лучи солнца дразнили, разлетаясь лепестками жёлтой хризантемы во сне, уносили обрывки видений и слов.
«Будь мудрее. Только слушая, можно познать голос разума. Почувствовав – познать живое.»
«Дедушка, я не подведу. Буду достоин имени рода.»
Как же он любил играть с дедом в загадки. Поиск ответов, азарт открытий, возможно, и определили судьбу исследователя. Путь воина науки расплывался, разум пытался зацепиться за пригрезившуюся подсказку. Увы, 5.00. Механический голос будильника и персонального помощника разрушал нити сна Юри Накасаки. «Юрочка, вставай…» – мама в сновиденье была всё еще рядом, ласково звала по-русски, адаптируя японское кандзи. Так не хотелось просыпаться, детство не отпускало.
Мелодия звонка «Тихиро но варуцу» из ретро-мультика повышала децибелы, будила. Любили с дедом пересматривать «Унесенных призраком». Дрон-помощник подлетел ближе, перешёл на японский:
– Доброе утро, Ю-сан. Ваш напиток из ламинарии готов. Новый уровень тренировки загружен в спорткомплекс. Воздух в Приморском крае прогрелся выше средне июньских значений, точные параметры загружены. Владивосток в черте города +25, на побережье +24. За бортом нашего дома на Сахалине +20. В инкубаторе температурный режим для новых образцов мицелия из Африки +28.
Юри быстро смахнул тминовый шёлк лёгкого одеяла, выпил залпом зеленую жижу. Сдержал в себе рыбный дух водоросли. «Сейчас бы маминых блинчиков.» Перешёл на русский:
– Ю-Ю подготовь к вечеру сводные данные из глобальной базы исследований. Параметры…так… давай возьмем: первое – ключевой вывод и условия эксперимента, второе – нетипичные отклонения в развитии и поведении мицелия и тела гриба. И… И… Третье – найди и добавь психологические характеристики главных исследователей.
– Уточняю. Найти предполагаемые связи профайлинга исследователей с отклонением в развитии и поведении образцов? С какого года начинать? – Искусственный интеллект помощника связал три вводных параметра.
– С моего деда. Давай с 2000 года. Не знаю. Не уверен. Я в тупике.
Поиск фактов подтверждения эволюционной памяти и разумного поведения представителей царства грибов было личным делом и продолжение работы деда. Когда-то старший Накасаки практически доказал, что грибы разумны и совсем не зря считаются отдельным царством, не животные и не растения. Но хобби позволительно только вечером или в выходные, а сейчас основная работа – Дальневосточный институт океанологии и биологии. Порядок и долг превыше всего.
Час боевых и дыхательных практик, вернул юношу в стандартный ритм жизни, успокоил эмоции, изничтожил последние обрывки сна. Сообщение пришло перед самым выходом.
– Ю-сан, у вас входящая корреспонденция. – Дрон-помощник выжидательно завис за спиной.
– Позже. Не хочу опоздать, подгони мой флайер к выходу. – Оглядел придирчиво отражение в зеркале, поправил галстук, замер, увидев голограмму сообщения, принудительно выведенную дроном.
– Ю-сан, вам стоит сейчас ознакомиться с информацией. – Электронный помощник был настойчив.
Эмблема из мерцающих сплетенных нитей, напоминала мицелий грибов, слоган «Голос разума» напомнил о сне. Бегущей строкой предложение о работе, в качестве научного консультанта в исследовательском центре «Ванавара». Контактные номера коммуникаторов и билеты на рейс Владивосток – Красноярск.
Поскриптум: «Ты же хочешь узнать, о чём шепчутся грибы?»
Глава 3. Зов предков.
– В первозданный океан утка-мать отложила два яйца, из которых вылупились два брата – Харги (старший) и Сэвэки (младший). Харги нырнул на дно и достал глину, из которой Сэвэки создал Землю. Сэвэки изготовил из глины людей и полезных животных, а Харги – вредных.
Экскурсовод, доктор исторических наук и при этом еще и потомственная шаманка демонстративно замолчала на мгновение. Звонок телефона туристки в костюме расцветки леопарда, подобно иерихонским трубам убил атмосферу зала. Дама раздражала, сначала отказалась оставить бумажный стаканчик кофе на входе, сейчас чертыхаясь, в поисках коммуникатора, рылась в сумке, выплескивала содержимое на пятнистый бархат узких брюк. Отключила сигнал и усадила персонального помощника в форме стрекозы на плечо.
Дождавшись тишины, Аина продолжила:
– Сэвэки заснул, а Харги испортил его творения, дунув, по некоторой версии плюнув, на них. – Покосилась многозначительно на «леопердовую» туристку. – Именно поэтому люди подвержены болезням, старости и смерти. После этого, Сэвэки переселился на небеса, а Харги ушёл в подземное царство. И когда раскололось небо, мать Аина пришла на помощь смертным, одарив способностью сохранить и не разорвать нити судьбы, нити памяти предков. На этом всё, вы можете дальше сами осмотреть все экспонаты. – Экскурсовод попрощалась с группой и поспешила к выходу. Смотрительница зала с трудом сдерживала попытки спешащего курьера с конвертом, прорваться во время экскурсии.
– Профессор Аина Гантимурова? Надо же, такая молодая, думал, что вы старуха. Вам письмо, знаете, это редкость в современным мире. Всё общение через коммуникатор сейчас, ну или мейлы. А тут бумажное. – Затараторил посыльный.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.