Таюшкины сказки

Здравствуйте, мои любознательные!

Любите ли вы сказки? А истории волшебные?

Ну, раз открыли мою книжечку, значит, все же любите. Вот и я люблю. И Таюшка любит, даже сама их сочиняет. Вот такая фантазерка. И мне поведала, а я вам. А все потому, что и я в библиотеке работаю. Библиотек было в моей жизни много. Хотя произошло все случайно.

Не поступила в институт на художественно-графический факультет, аж три раза не поступила, вот и надо было где-то работу работать. Было-то мне после окончания десятого класса всего семнадцать, вот и не брали нигде на работу. Только в библиотеке и взяли. Ну пришлось поступать, чтобы закрепиться на рабочем месте. Вот так и прилипла профессия.

И первая сказочка для вас не Таюшкина, а моя. Вместо пролога.

Жила-была семья, обычная такая, приличная. Ни лучше, ни хуже других. Отец, мать, дочь и сын. Жили себе, поживали, в большом доме-муравейнике проживали.

Но пришла беда… В одну из зим морозных заболел и умер отец. И стала мать ещё больше работать. Уйдёт – темно, придёт – темно. Дочка-то была старшая. На учёбу далече каждый день добиралась. А морозы и метели в те зимы – сами знаете, какие стояли. Тоже вставать ей приходилось затемно, а обратно вернётся – дома холодно. Руки над огнём погреет и снова за уроки.

Прошло сколько-то лет, мало ли, много, вот и учёба к концу подошла. А дальше – сначала работа, потом, ежели хочешь – работай да учись себе, кто ж запретит.

Пошла девица работу искать. А где её найдёшь, ну не в лесу же, в самом-то деле. И туда постучится, и тому предложит – работать у вас хочу, ну очень мне надо работать у вас! А ей в ответ – подрасти ещё, тогда и приходи. Так и ходила девица – ни день, ни два, а несколько месяцев. Только ближе к морозам в избе-читальне согласились взять её.

Вот работает она, работает… ни хорошо, ни плохо, ни скучно, ни весело … Сама девица не понимает – то ли радостно ей, то ли нет. Вокруг все больше тётушки да старушки. Одни почитать приходят, другие книжки чудесатые и не очень целыми днями сначала раздают налево – направо, затем собирают да на полки расставляют. Так вот и просижу тут всю свою жизнь, – стала с грустью девица вздыхать.

Но судьба-то и в лесу дремучем и в избе-читальне найдёт. Но, как известно, скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается. Но и в этом деле Морозко помог. Прошло много ли, мало ли времени – никто не считал, хотя и посчитать нетрудно. Но нам того не надобно. А вот в одну зиму снежную да морозную позвали девицу в Феи-Крестные, вернее в крестные матери. Ну а у нас-то, по нашим традициям, фея не одна должна быть, а в паре с добрым молодцем. Иначе говоря, младенцу крестные родители полагаются. Стало быть, красна девица и добрый молодец требуются. А молодец надобен не только добрый, но и сознательный, надёжный.

Вот такого и встретила девица у ворот храма Божьего в самый что ни на есть день крестин в метель февральскую. Но никакой такой любви с первого взгляда и в помине не было. Прежде чем добрым пирком да за свадебку, как в хорошей сказке и положено – ещё три года минуло. Да и виделись девица с добрым молодцом раз в полгода. То там, то сям случай их сводил неожиданно, но, видать, неспроста. Видно, судьба проверяла, дорожку протаптывала, узелки связывала.

Только на третью зиму, в ясный морозный день, свадебку и сыграли. К вечеру даже воздух сверкал и хрустел, а градусник за окном к тридцати опускался. Вот так Морозко и обвенчал. И спустя время стали крестные родители младенца того – уже родителями для своих детей кровных.

В ближайший февраль уж три десятка лет минет с той свадебки морозной да трескучей, а сказочка все не кончается.

Глава 1

Давным-давно, несколько веков назад, когда человечество выкарабкалось из пелёнок, отряхнулось, встрепенулось, на ножки встало, читать, писать научилось, зародилась и эта профессия (одна из самых древнейших) – на букву Б начинается, на Ь заканчивается. И сегодня жива она ещё, но менее заметна.

Ну что, узнали древнейшую профессию? Между прочим, та древнейшая, что могла прийти вам на ум, все же сразу женской была. А вот другая – поначалу мужской, как и многое в этом мире.

Сегодня она у большинства вызывает ассоциацию с запахом пыли и археологических древностей. Но там, представьте, встречаются и нормальные барышни. Нет, есть ещё те, кто вот прямо в твёрдой памяти и по доброй воле, а не в силу непреодолимых обстоятельств выбрал эту тропинку жизненную для себя. Много и тех, кто с пути сбился или не было на дороге камешка указующего.

Вот среди таких и была Таюшка. Куда-то идти надо было, а куда – неизвестно. А тут тепло и светло, и ветер не дует, и снег не метёт. На двери надпись – «БИБЛИОТЕКА».

Вокруг, правда, одни дамы, или чаще тетки. Те, что дамы, обычно имели мужей с хорошим достатком, одевались красиво, на работу без нервов себя носили, разговоры светские вели, в день зарплаты были спокойны и улыбчивы. Те, которые тетки – часто рядились в бесформенные черно-серые юбки, свитера и тапки. В день зарплаты были мрачны и недовольны. Таких – большинство.

Вот и попала Таюшка в такой питомник для дам и тёток. Она-то, конечно, надеялась, что это ненадолго. Что обязательно должно произойти в её жизни что-то хорошее – и тогда все изменится.

Однажды, по велению сверху, отдали библиотеке помещение в старинном доме. Радость, конечно, но сначала надо было помочь освободить от старых предметов комнаты. Ну а кто, как не работницы книжного храма – бесплатная трудовая сила?

Несколько дней те дамы и тетки трудились, выносили на свалку старье да хламье. И Таюшка с ними. Среди всего этого великолепия попалась девчонке старая лампа керосиновая без керосина. Выбросить жалко, да и интересно ей стало, что это за предмет такой.

– Заберу-ка я её домой, почищу. Пусть стоит. Не светит, так хоть интерьер украсит, – решила девчонка и забрала домой раритет.

Дома поначалу лампа стояла себе на шкафу и Таюшка даже подзабыла о ней. Но выдались как-то выходные, да ещё праздничный день какой-то, одним словом – самое время провести праздники за домашней уборкой. Тут и попалась старинная лампа снова на глаза хозяйке. Сняла она не спеша её с высоты шкафа, да принялась рассматривать. На основании под слоем копоти угадывались какие-то интересные узоры да и стекло тоже было непростым.

– Тут одной тряпкой для пыли не обойдёшься, – подумала Таюшка, – почистить надобно. Взяла она порошок чистящий и принялась дарить старинной лампе вторую жизнь.

Не сразу металлические бока основания и изящное стеклянное тело стали поблескивать. Но девушка не жалела потраченного времени. Вскоре оттертую от пыли и многолетнего налёта забытья старинную лампу девушка поставила на стол.

– Вот ты какая красавица, однако, – прошептала Таюшка, рассматривая диковинный предмет, на котором стали явственно видны витиеватые узоры, отчего она выглядела волшебной.

– Интересно, а если бы лампа и вправду была волшебной, если бы можно было загадать ей самых-самых своих заветных три желания, – что бы я тогда попросила? – задумалась Таюшка, нежно поглаживая стройное стеклянное тело.

Тряпка, которой она терла пыль, выпала из руки, голова опустилась на стол, глаза медленно прикрылись, и девушка не заметила, как в лампе, в самой серединке, где обычно должен был быть фитилек, вдруг сам по себе появился маленький, робкий, но достаточно яркий огонёк. Он заплясал как живой и начал потихоньку расти и танцевать, разгораясь все ярче…

Глава 2

День обещал быть погожим. Солнышко уже заиграло на рассвете, освещая первыми своими лучами крыши и башенки замка. В светлой комнате на мягкой кровати, среди атласных подушек, спала юная принцесса. У неё с рождения было все, о чем только можно было мечтать: замок, красивая светлая комната, папа-падишах (или султан). За давностью столетий уж никто и не вспомнит. По любому её желанию осуществлялось все, что угодно, так как вокруг было слуг несчитано – немеряно. Они, может, и не нужны были принцессе, но куда деваться – положено.

Вот только глаза откроет девчонка с утра и хочет ещё спокойно в тишине понежиться в утренних лучах солнца, кофейку попить или фруктов поесть, слушая пение птиц и вдыхая аромат цветов, так нет же, куда там! Чуть только дрогнут её ресницы, с которых слетает морфей, тут же мамушки- нянюшки заботливые со всех сторон подбегут, под белы рученьки возьмут и давай: одни одевать-обувать кидаются, другие – умывать да причесывать. Ну совершенно никакой самостоятельной жизни! Уж сколько раз просила принцесса папу-султана своего не приставлять к ней прямо в покои всех этих сердобольно-услужливых. Ну хоть под дверью с той стороны пусть посидят! Так нет же! папа-султан пойти на такое нарушение вековых традиций никак не мог. А что люди скажут, а что прислуга подумает? Так что, хочешь не хочешь, а поддерживай традиции придворного этикета, даже вопреки детско-родительским отношениям с собственной дочерью-подростком. Тем более, что придворные психологи были страшные консерваторы. Вот и приходилось юной принцессе томиться под гнетом вековых традиций и придворных психологов-консерваторов. А куда деваться? Как говорится, положение обязывает!

Глава 3

Сколько прошло времени, Таюшка так и не поняла. Только, видимо, рука затекла от неудобного положения и девушка пробудилась. Подняла голову, сонно посмотрела на стоящую перед ней на столе старинную керосиновую лампу без керосина. В первые секунды пробуждения она даже не сразу восстановила события. Затем сознание медленно, словно рассеявшийся туман, вернуло последовательность происходящего.

– Ах да, я тут занялась уборкой, потом достала эту лампу, принялась её оттирать. Вот как она теперь блестит, – и Таюшка обняла ладонями металлическое основание находки.

– Удивительно, – подумала девушка, – лампа тёплая, как будто её только что погасили. А какой удивительный сон я видела, пока задремала! Дворец, солнце, восточная принцесса… Словно я попала в ту красивую книгу, которая стоит на выставке в читальном зале: "Тысяча и одна ночь. Арабские сказки". Давно у нас не было таких изданий, дорогая она, наверное. Большой фолиант, гладкая бумага… А какие иллюстрации! Не зря её запретили выносить из читального зала. Я её вчера листала, вот мне и приснился такой сон волшебный. Жаль, что я проснулась быстро и даже не узнала, как зовут эту восточную принцессу. А есть ли у неё подруги? Скорее всего нет, бедняжка она, – Таюшка даже вздохнула. Интересно, а смогли бы мы подружиться с этой принцессой, если бы встретились? Улыбнулась девчонка своим мыслям. Да ведь мы, кажется, даже похожи с этой восточной принцессой, у меня же тоже нет подруг. Не то чтобы я ни с кем совсем не дружу – просто чтобы вот прямо была такая подруга – преподруга, чтобы я бежала к ней делиться всем на свете, такой вот и нет. Странно, я раньше об этом и не задумывалась и не переживала по этому поводу. Я собственно и теперь не переживаю, но задумалась.

Размышляя так, Таюшка встала, подошла к окну. В окно смотрел яркий фонарь и от этого в комнате было светло. А ещё в комнате было светло от выпавшего белого снега. Ночной город был сказочно великолепен. Казалось, что совсем недавно промчались сани самой Снежной Королевы и укрыли белым покрывалом улицы, крыши домов, одели в снег ветви деревьев. Кстати, а сказка Андерсена " Снежная королева" у нас в библиотеке тоже есть. Правда, эта книга старая и иллюстрации там черно-белые, прямо как сейчас вид из окна. Тёмные, почти чёрные крыши, деревья и белый снег. И в этой сказочной истории вот как раз про зиму и про дружбу.

Вот интересно, а что, у Герды тоже, выходит, подружек не было. Только Кай – братец названый. Даже интересно, а если бы Герда в беду попала, он бросился бы её выручать? А что потом было? Ну спасла Герда пацана, а он что? Домой вернулся, а потом – бац! Прости, я встретил другую, давай останемся друзьями?

Даа, а про желания-то я и совсем забыла. Надо подумать, чего бы пожелать. А вдруг лампа и в самом деле волшебная? Не зря же мне такой удивительный сон приснился.

Да и за окном настоящее волшебство Снежной Королевы… но это уже совсем другая сказка.

Глава 4

Если долго всматриваться через окно в снежную зимнюю ночь, то непременно увидишь что-нибудь необычное. Например, северное сияние в городке Кандалакша, что в Мурманской области. Там метут метели, стоят трескучие морозы, работает Мурманское отделение Российского географического общества, геологоразведка и снимаются научно-популярные фильмы.

В один из таких морозных ветреных дней от своей группы отстал кинооператор. С непривычки попал в метель снежную. Стала она его убаюкивать, песни напевать и покрывалом укрывать. Сколько мог, сопротивлялся парень, но сугробы все выше, а ноги ступают все медленнее. И вот упал кинооператор, поддался вьюге снежной, глаза его закрылись и он впал в забытьё…

– Эй! Ты слышишь меня? Просыпайся! – кричала девушка что есть силы и трясла незнакомца за плечи. Глаза парня были закрыты, он не двигался. Девушка наклонилась, приблизила свое лицо почти вплотную, чтобы услышать дыхание незнакомца.

– Не спи, не спи!– продолжала кричать спасительница и сметала снег с незнакомца. Спустя некоторое время ресницы парня дрогнули, девушка принялась снова работать руками. Наконец замерзший мозг незнакомца дал ему понять, что это не галлюцинации, что он жив и помощь пришла вовремя. Парень собрал остатки своих сил, которые, как ни странно, еще нашлись в замерзшем теле. Он стал помогать девушке спасать себя. Спустя некоторое время по бесконечному простору царства Снежной Королевы мчал снегоход "Буран", за рулем которого была бесстрашная хозяйка, а на борту спасенный кинооператор.

Хорошо, что девушка была привычна к трескучим морозам и снежным вьюгам севера. Поэтому у нее оказался термос с горячим чаем, которым она напоила спасенного, чтобы придать ему сил добраться до жилья.

… Через пару недель усиленного наблюдения и лечения парень пошел на поправку. Он оказался веселым и интересным собеседником, неплохо разбирался в технике и помог настроить нужные программы на ноутбуке своей спасительницы. Девушка же, несмотря на то, что спасла парню жизнь, была, напротив, немногословна и сдержанна. Она была красива какой-то строгой, даже холодной красотой. До сих пор у них почему-то не возникало потребности знакомиться. Наверное, каждый не хотел связывать себя какими-то обязательствами. Поэтому, когда кинооператор решил, что пришло время познакомиться как положено, он протянул руку и сказал:

– Кир, полное имя Кирилл Сергеевич, но это только по паспорту. Спасибо, что спасла мне жизнь и вызволила из ледяного плена. Если бы не ты, меня бы, вероятно, уже не было и фильм о Мурманском отделении Российского географического общества остался бы незавершенным. При этом он искренне рассмеялся.

– Снежана Сергеевна, – ответила девушка, протянув свою руку. У Кира при этом широко раскрылись глаза.

–Я почему-то даже не удивлен. – ответил он.

– Я просто оказалась в нужное время в нужном месте, – продолжила говорить Снежана, – К тому же метель была сильной, но недолгой. Я поехала кататься, ну и обнаружила тебя.

– А я думал, что сама Снежная Королева решила спасти мне жизнь.

– Меня так и называют иногда. Наверное, потому, что после университета я одна осталась работать тут, в Мурманской области. Я полюбила Север еще с детства. Я родилась тут и уезжать не хочу.

– А что скажешь, если и я решу тут остаться? Вот свяжусь со своими, доснимем фильм и я останусь тут. Примет меня Снежная Королева в своем замке? – спросил Кир, широко улыбаясь

– Конечно, – ответила Снежана, – ведь я сама привезла тебя сюда и надеюсь, что никакая Герда не придет за тобой.

Глава 5

Север – удивительный мир. Если ты полюбишь его, то это навсегда. Он хранит много тайн и загадок, много легенд и преданий, которые открывает далеко не всем.

…Было это в те далёкие времена, когда рождались легенды и предания на далёком холодном Севере, где ровно полгода солнце стоит в зените и столько же, или немного меньше, длится полярная ночь. И порой небо освещается яркими всполохами волшебного северного сияния.

Жил в суровом северном краю Одинокий Волк. Был он стар и мудр. Много повидал на своём веку волков и людей. Знал он хитрых и справедливых, злобных и добросердечных, коварных и наивных. Одних наказывал, других выручал.

Вот как-то раз в суровый мороз отправились охотники в тайгу на охоту. Поднялась метель такая, что и не разберёшь – зверь или человек перед тобой. Метнулась тень, выстрелил один из охотников, услышал крик, подбежал… И оказалось, что не в добычу попал, а в товарища своего. Раненый стонал, просил не оставлять его в пургу без помощи. А трое других охотников решили, что без раненого они быстрее домой доберутся. Один из охотников даже навёл ружье и хотел добить товарища, но вдруг где-то совсем близко услышали они волчий вой и бросились уносить ноги.

Одинокий Волк вышел из-за кустов и подошёл ближе к раненому. Тот лежал не шевелясь. Он, похоже, уже готов был умереть или от пули бывших товарищей, или от хищных зубов волка… Одинокий Волк стал обнюхивать раненого, а затем лизнул его в лицо. Охотник открыл глаза. Шевелиться сил не было. Рана на плече ныла, кровь впиталась в одежду и остывала на морозе.

Одинокому Волку не составило бы никакого труда превратить человека в добычу. Они смотрели в глаза друг другу несколько минут. А, может, целую вечность…

Что было в этих глазах волка и человека? Какой разговор состоялся между ними?

…Вдруг Одинокий Волк, а был он молод, силен и довольно крупный, лёг вплотную рядом с раненым человеком, почти накрыв собою и положив переднюю лапу и голову к нему на плечо. Этого просто не могло быть, но это было.

… Никакие ветра не дуют вечно, никакие метели не метут бесконечно. Наступила тишина. Волк, все это время согревавший своим теплом человека, проснулся первым и открыл глаза. Он стал обнюхивать лицо, затем, как собака, лизнул нос человека. Охотник открыл глаза, удивляясь тому, что он жив.

Волк, как верный пес, радостно завилял хвостом. Затем он стал рыть снег и отгребать его в стороны. Охотник, наконец, понял, кто оказался врагом, а кто другом. Он с трудом встал на ноги. Волк по-собачьи немного повизгивал и ещё сильнее вилял хвостом, всем своим видом показывая, что ему можно доверять. Да, собственно, и ничего другого человеку не оставалось. Ведь перегрызть ему горло волк мог ещё вчера. Охотник стал разгребать снег, чтобы найти ружье…

После вчерашней метели в тайге стояла полная тишина, под ногами скрипел снег. Двое пробирались по тропе, которая скрылась под снегом. Одинокий Волк ступал не спеша, постоянно останавливаясь и оглядываясь, а человек, придерживая раненую руку здоровой, старался не отстать от своего спасителя. Их путь лежал в волчье логово.

Не будем рассказывать о том, как они вместе залечивали рану, как научились понимать друг друга, и, может, даже разговаривать, как наступило короткое полярное лето и человек, которого все считали погибшим, решил вернуться к людям. Одинокий Волк проводил его до границы своих владений. Дальше ему было нельзя. Ведь от людей можно было ожидать какой угодно опасности.

Одинокий Волк и Человек обнялись и расстались навсегда, сохранив в сердце самое важное....

Глава 6

Закончились выходные. Ведь как говорится: сколько веревочка не вейся, а кончик будет. Вышла Таюшка на работу в свой книжный храм, а по-простому, в старинное здание с вывеской «БИБЛИОТЕКА». А там, в сущности, ничего волшебного. Книжки раздавай, книжки собирай, пыль три, как Золушка. Ну теперь, конечно, ещё и новости в группу выкладывай, о мероприятиях разных пиши. И сначала, и потом.

В последнее время, правда, стали все чаще эти пляски с бубном проводить, развлекать читателей-посетителей. Статистику по массовым мероприятиям ронять никак нельзя. А тётки библиотечные, да и дамы тоже, не шибко любили это все. Все, кто любил, те другие специальности выбирали.

А для вот этих самых шаманских танцев, как называла подобные мероприятия Венера Михална из библиографического отдела, надо и фантазию богатую иметь, и некоторой тягой к публичности обладать, ну и артистизмом тоже владеть.

С фантазией у Таюшки было все очень неплохо, скорее даже очень хорошо. Голос звонкий, лицо приятное. Вот на неё и обратился перст указующий директрисы, на троне восседающей. А с тех пор, как у Таюшки поселилась лампа старинная, фантазия ее прямо оперилась и крылья расправила. Стала Таюшка замечать за собой, что и сны ей стали сниться чудесные и истории удивительные то ли во сне, то ли наяву мерещатся. То про принцессу восточную, то про Кирилла и Снежану.

Достанет Таюшка лампу, обнимет руками, и вдруг словно фильм какой посмотрит. Очнется и сама не понимает, откуда к ней такие истории волшебные приходят. Никому Таюшка не рассказывала об этом, но стала записывать их.

– Так хочется поделиться с кем-нибудь, – думала Таюшка, – да боюсь, не поверят, не поймут… Разве что расскажу Милочке. Она поймёт, пожалуй.

Милочка работала в библиотеке уже очень давно. Она была из тёток, немножко странная и добрая. Трудно было сказать на вид, сколько ей лет. Напоминала она добрую волшебную старушку. Внешность такая… ну, в общем, природа поскупилась. Носик у Милочки был остренький, губки узенькие, ушки оттопырены, седенькие волосы неаккуратно пытались держаться друг за друга в стрижке каре. А вот глаза были добрые. И никому никогда она слова худого не говорила, улыбалась только. Все всегда называли её Милочкой. Кое-кто даже знал, что Милочка читает романы в оригинале на французском языке и пишет свои переводы обычной шариковой ручкой в толстых тетрадях.

Вот с Милочкой Таюшка и решила поделиться своими неизвестно откуда взявшимися историями. И очень правильно сделала. Потому что именно от Милочки она узнала, что в сети ВК есть такие писательские марафоны, где никто не будет посмеиваться и крутить у виска пальцем. Сама Милочка, правда, не решилась на такие современные выкрутасы, ей милее ручка и тетрадка, но с Таюшкой поделилась этой секретной информацией. Вот с тех пор и решила Таюшка на марафоны подписаться и истории свои выкладывать.

А библиотека подождёт. Работа, она и в Африке работа. Надо же частичку души оставлять для себя и для чуда. И Таюшке вдруг интересная мысль пришла в голову. Теперь ей часто в голову приходили интересные мысли. Во всем она находила сказку и волшебство. Вот на какую сказку похожа библиотека? Да вот на Царя Салтана, что у Пушкина. Потому что все хотят замуж выйти за состоятельного и тут конкуренция похлеще сказочной будет. Там-то девиц три всего, а у нас с десяток,– размышляла Таюшка. Да вот вам и дружба туда же. Сначала три девицы под окном, а как одну из девиц царь замуж взял, так две другие сразу превратились в ткачиху с поварихой и дружба врозь. А все почему? А потому что себя презентовать с умом надо, чтобы в царицы взяли, а не в ткачихи да поварихи. Вот оно, как говорится, сказка ложь, да в ней намёк, юным девицам урок,– заулыбалась Таюшка своим мыслям и принялась писать сценарий к ближайшему мероприятию.

Глава 7

Думала, думала Таюшка над сценарием новогоднего праздника для женского царства. Весь рабочий день думала, но ничего так и не надумала.

Ну во-первых, сценарий новогодний для детей как пишется? Берется сказка совершенно любая, которая приглянулась, а потом все неминуемо заканчивается Дедом Морозом и тем, что побеждает добро, прощают злобных и нерадивых, потому что те обязательно просят прощения и обещают больше так не делать.

А тут не для детишек-ребятишек, а для вполне взрослых теток и дам. А они же тоже глубоко в душе чуда хотят, да и еще эта извечная проблема – сплошные женские персонажи. Так что сказка должна быть с женским началом и содержанием. Да еще вот эта мысль про конкуренцию. Как себя преподнести, чтобы замуж за царя Салтана выйти. Ну, допустим, царь этот есть, а вроде и нет его. Сначала три девицы под окном без царя в голове и в сценарии. Потом царь-батюшка то в походе, то на войне, недосуг ему в покоях сидеть. Можно, конечно, письма ему слать электронные, по ватсапу там, по вайберу разговаривать. А он будет о здоровье царицы справляться, звонить регулярно. Но вот без Деда Мороза сказке новогодней не бывать.