Биология в фокусе. Естественные отделения университетов Российской империи (1830–1900)

Введение

Роль университета в культурной и научной жизни общества общеизвестна. В отношении Российской империи XIX – начала XX в., где число университетов не было велико, эта роль представляется значительной. Университеты культивировали и приумножали знания, воспитывали новые поколения чиновников, учителей, врачей, ученых, необходимых для модернизации общества, его движения вперед. Преподаватели университетов организовали корпорацию, которая представляла собой внушительную силу, имевшую механизмы влияния на различные процессы, протекавшие в обществе. Одним из них – и важнейшим – был процесс обучения и производства новых знаний, идей, выпуск специалистов, необходимых как государству, так и обществу.

Университет – это совокупность корпорации профессоров и корпорации студентов. Это не замкнутое пространство, так как университет вписан в городскую среду. Это не замкнутые корпорации, так как профессора и студенты взаимодействуют с внешней средой и между собой. По этой причине достаточно популярны исследования, рассматривающие профессоров и студентов в контексте социально-политической истории страны, влияние корпораций на внешние события, внеуниверситетские процессы. Эти процессы внеуниверситетские только условно, так как они являются двусторонними: изменения внешней среды приводят к изменениям в университете, а изменения в университете приводят к изменениям внешней среды.

Книга фокусируется на точках соприкосновения представителей двух корпораций – профессоров и студентов – внутри университета, в его аудиториях и лабораториях. В центре исследования – организация учебного и научного процесса, выявление механизмов взаимодействия в поиске ответов на вопросы как учить? чему учить? кто должен учить? с помощью чего учить? и кого учить? Ответы на эти вопросы актуальны и теперь.

Дробление наук – это процесс, который невозможно остановить, потому что открытия совершаются постоянно и появляются новые отрасли и дисциплины, существование которых ранее невозможно было представить. Процесс накопления научного знания неразрывно связан с процессом обучения, при этом они оказывают влияние друг на друга. Развитие образования невозможно без развития науки, и при изучении истории образования мы должны это учитывать. В этой связи особенно важными аспектами истории образования представляются аспекты специализации и профессионализации, связанные как с развитием науки, так и с развитием образования и являющиеся выражением взаимовлияния науки и образования.

Университетское пространство можно рассматривать как микрокопию общества Российской империи, в котором происходили трансформации, влиявшие на его структуру. При этом в каждом университете действовали свои законы, но преобладающими были законы империи и постановления министерства, которые должны были исполняться. Анализируя события университетской истории, можно выделить частное и общее, региональное и имперское, а фокусировка на естественных отделениях и биологическом образовании позволяет провести сравнение более детально, потому что каждый факультет имел свои особенности.

В университетах Российской империи, за некоторым исключением1, было четыре основных факультета – историко-филологический, физико-математический, юридический и медицинский. Реформы начала XIX в. сформировали концепт университета с четырьмя равными факультетами, без объявления одних главными, а других подготовительными, как это было в XVIII в. Исходя из этого, одинаково важной была подготовка выпускников всех факультетов. Как и двести лет назад, мы не имеем права считать, что подготовка специалистов в одной профессиональной области важнее, чем подготовка специалистов в другой профессиональной области. Тем не менее необходимо отметить, что некоторые области научного знания в современном мире являются приоритетными, а образование в этих областях, как и развитие науки, поддерживается на государственном уровне. К одной из таких областей относится биология – наука о жизни.

Процесс выделения биологического образования из медицинского был длительным. Потребовалось немало времени для того, чтобы биологические дисциплины вышли из подчинения медицине и заняли соответствующее место в системе научного знания. Это, в свою очередь, определило положение биологического образования в университетах и потребность государства в специалистах-биологах – не учителях естественных наук, не врачах, а биологах, занимающихся изучением многообразия живого на нашей планете, озабоченных его сохранением, без чего невозможно существование самого человека. И в этой связи все озвученные выше вопросы, касающиеся организации учебного процесса, тесно связанного с научным, приобретают особое значение.

Не менее важной является проблема организации науки и научных исследований. Российская наука начиналась с основания Академии наук с университетом при ней для подготовки собственных ученых, но в XIX в. научными центрами стали университеты, в которых не только проводились исследования, но и готовились сами исследователи, создавались научные школы. Образовательные реформы, проведенные после смены власти в стране в 1917 г., привели к усилению просветительского, а не научного значения университета, к развороту от университетской науки к академической. В стране было огромное количество институтов и очень мало университетов, а наука сосредоточилась в НИИ и академических институтах. В 1990‑е гг., на волне апелляции к досоветскому прошлому, произошло массовое переименование институтов в университеты, за счет чего в глазах общества повышался статус этих учебных заведений, однако это не привело к росту научной составляющей таких университетов. Начало XXI в. принесло новые образовательные реформы и попытки разворота к университетской науке, возврата к модели исследовательского университета. В этой связи особенно актуальным является изучение опыта организации науки и образования в университетах Российской империи.

Образование и наука – это стороны одной медали: без успешного развития одной невозможно успешное развитие другой. Эта мысль лежит в основе исследовательского университета, базирующегося на идеях В. Гумбольдта о единстве преподавания и исследований2 (Einheit von Lehre und Forschung). Успех внедрения данной модели подтверждается российским опытом, в результате чего российская биология достигла впечатляющих результатов. Процесс «пробуждения естествознания»3 во второй половине XIX в. затронул все отрасли естественных наук не только в России, но и в Европе, что привело к успехам в таких научных областях биологии, как сравнительная анатомия, гистология, физиология растений и животных, микробиология, цитология, и труды российских ученых имели здесь большое значение. Причем большинство этих ученых были представителями университетской науки.

Многие проблемы высшего образования, стоящие сегодня на повестке дня, имеют длительную историю и актуальны поныне. Важную роль играет исторический опыт организации учебного процесса в соответствии с особенностями российской образовательной системы. Изучение проблем переноса европейских образовательных традиций на русскую почву и анализ неуспешности некоторых начинаний актуальны и сейчас, в отношении как всей образовательной системы, так и развития специального образования. Говоря о специальном образовании, мы имеем в виду биологическое образование на естественных отделениях университетов Российской империи.

Естественные отделения – это подразделения физико-математического факультета, на которых изучались естественные науки (биология, химия, геология, физика, минералогия) в наиболее полном объеме, а не в составе ознакомительных курсов, как это было на медицинских факультетах. Несмотря на то что формально естественные отделения оставались частью физико-математических факультетов с момента их появления в 1830‑е гг., за счет изучения специфического набора дисциплин естественно-научного цикла они были значительно обособлены от математических отделений того же факультета.

История университетов Российской империи за все время их существования неоднократно становилась темой для исследований. Особенную популярность она обрела в конце прошлого века, когда после относительного периода «затишья», непопулярности дореволюционной университетской истории в советское время началась ревизия прошлого, поиск новых подходов и концепций в истории отечественного университетского образования и истории отдельных университетов. Этот методологический поиск продолжается и в настоящее время, рождая большое число самобытных и интересных исследований по университетской проблематике.

Изучение такого сложного вопроса, как организация естественно-научного образования в российских университетах на протяжении более чем ста лет, затрагивает различные аспекты, каждый из которых имеет обширную историографию. Это и университетские уставы, университетское образование в целом и история отдельных университетов, профессора и студенты как представители университетской корпорации, университетская наука и история повседневности.

Поиск особенностей формирования и развития естественно-научного образования в университетах Российской империи, которое неизменно зависело от образовательной политики государства, традиций каждого университета, самих профессоров и было тесно связано с научной работой преподавателей и студентов, ставит перед исследователем сложную задачу формирования историографического обзора. В первую очередь следует отметить тот факт, что в отечественной историографии нет исследования, которое было бы посвящено истории естественно-научного образования в университетах Российской империи, но в то же время каждый труд по истории университетского образования или по истории отдельных университетов затрагивает вопросы, связанные с развитием естественно-научного образования. Это связано с тем, что история университетов Российской империи представляет собой единый процесс, когда те или иные события общей образовательной политики и частное их отражение в различных учебных заведениях влияли и на функционирование университетов в целом, и на деятельность естественных отделений.

Дореволюционный этап развития историографии характеризуется значительным преобладанием числа работ по истории отдельных университетов, написанных к их юбилеям. Все они освещают историю университетов с позиции официальной историографии – история университета рассматривается как смена событий, без фокусировки на социально-политических причинах реформ и их последствиях. История университета в них – это преимущественно история профессоров, нежели история студентов. Несмотря на то что в той или иной степени все эти работы касаются отдельных аспектов организации учебного процесса, сведения даны в виде нарратива, а концептуальная оценка исторических условий чаще всего отсутствует. Речь идет о работах С. П. Шевырева, В. В. Григорьева, М. Ф. Владимирского-Буданова, А. И. Маркевича, Д. И. Багалея, Н. П. Загоскина, Е. В. Петухова, Н. Н. Булича4.

Помимо истории отдельных университетов в 60‑е гг. XIX столетия зарождается обобщающее историческое направление по истории высшего образования. Это исследования М. И. Сухомлинова, В. С. Иконникова, П. И. Ферлюдина, Б. Б. Глинского, П. Н. Милюкова5, которые сформировали так называемую «либеральную концепцию» истории университетского образования в России, согласно которой оно рассматривалось как чередование прогресса и реакции. Наиболее четко оформлена эта концепция оказалась в статье известного либерала В. Е. Якушкина6.

Наиболее фундаментальными трудами дореволюционной историографии университетского образования в России стали работы С. В. Рождественского7 по истории Министерства народного просвещения. Его «Исторический обзор деятельности Министерства народного просвещения», будучи официальным изданием министерства, по отношению к наиболее острым вопросам, касающимся университетской истории конца XIX в., проявляет определенную безоценочность и описательность.

В начале XX в. появились исторические обзоры развития университетского образования, которые отличались от обличительно-публицистических и либеральных. Это очерки по истории университетов И. П. Бороздина8 и В. М. Фриче9, отражавшие марксистский взгляд на исторический процесс.

Важным пластом дореволюционной университетской истории, особенно необходимым для создания данного исследования, являются работы по истории отдельных учебно-вспомогательных учреждений. Традиция публиковать такие работы наряду с юбилейными «историями» университетов также зародилась в дореволюционный период. Наиболее информативны отдельные публикации по истории кафедр и учебно-вспомогательных учреждений10. С одной стороны, написание подробных очерков истории кабинетов и лабораторий является большим достижением дореволюционной историографии, с другой стороны, это привело к довольно раннему разделению истории университета и истории университетской науки. Дореволюционный период отмечен также появлением нескольких работ историко-научной направленности, в которых авторы пытались анализировать развитие университетской науки11.

В советский период публикации работ, приуроченных к юбилеям различных университетов, продолжились. Однако все они чаще всего значительно проигрывали дореволюционным изданиям, так как помимо некритического подхода характеризовались еще и меньшим фактологическим базисом. Труды советского периода, посвященные истории отдельных университетов, малочисленны и чаще всего фокусируются на роли студенчества в революционном движении12. Несмотря на то что в советский период было опубликовано большое число юбилейных работ, касающихся разных университетов, можно отметить, что именно тогда произошло их обесценивание с научной точки зрения. Научные исследования по истории университетов и университетского образования Российской империи малочисленны и относятся к позднесоветскому времени (1970–1980-е)13. Прорывом советской историографии можно считать монографии Г. И. Щетининой, Р. Г. Эймонтовой и В. Р. Лейкиной-Свирской14. В совокупности с работами Г. Е. Павловой15 и Е. В. Соболевой16 они дают представление о развитии университетской науки и образования в России в XIX – начале XX в. Завершающим трудом советского периода следует назвать монографию А. Е. Иванова «Высшая школа России в конце XIX – начале XX в.»17, в которой автор рассматривает особенности организации высших учебных заведений, управление ими и финансирование высших школ, раскрывает этапы подготовки преподавателей высшей школы. Более детально последний вопрос описан в другой монографии автора, вышедшей позднее18.

В советский период продолжилась традиция юбилейных публикаций, посвященных истории науки в отдельных университетах. Это обусловило их несколько претенциозный стиль, построенный либо на контраверсии – противопоставлении достижений дореволюционного и советского периода, либо на отрицании научных достижений в дореволюционный период, что связывалось с отсутствием материалистического мировоззрения у ученых. Наиболее ценными из них являются исторические очерки зоологического19 и ботанического20 кабинетов Казанского университета. Начиная с 1930‑х гг. публикации, касающиеся учебно-вспомогательных учреждений и развития в них научных исследований, все более следуют юбилейным трекам21 и характеризуются низкой научной ценностью. Именно советский период ответственен за переход к биографическому формату изложения истории научных исследований и учебно-вспомогательных учреждений.

В советский период также активно используется понятие «научная школа». Описание деятельности научных школ и личности их основателей – наиболее популярный формат историко-научных исследований советского времени. При этом отличительной чертой можно назвать то, что высокие личностные качества известных ученых не подвергались сомнению.

Существенные изменения подходов в описании истории отдельных университетов Российской империи обозначились только в постсоветский период. Эти изменения хорошо продемонстрированы в четырехтомном труде по истории Московского университета под редакцией В. В. Пономаревой и Л. Б. Хорошиловой22, отличающемся историко-культурным подходом, а также в работах Н. Я. Олесич о студенчестве Петербургского университета23, Е. А. Вишленковой, С. Ю. Малышевой, А. А. Сальниковой о мире Казанского университета24, И. П. Кулаковой об университетском пространстве Московского университета25, С. И. Посохова по истории Харьковского университета в городском пространстве26, коллективной монографии «Университет и город в России»27.

В начале XXI в. появились работы, в основу которых был положен историко-культурный подход, переплетенный с историей повседневности. Это исследования К. С. Казаковой и Т. Н. Жуковской по истории Петербургского университета28, московских историков А. Ю. Андреева29, П. В. Гришунина30, А. М. Феофанова31, Д. А. Цыганкова32, казанских историков Т. В. Костиной и Л. А. Сазоновой по истории казанской профессуры33. Рассмотрение истории Санкт-Петербургского университета в контексте социально-политической истории России было проведено Е. А. Ростовцевым34. Истории московской профессуры второй половины XIX – начала XX в. с точки зрения социокультурного подхода посвящено исследование Н. Н. Никс35.

1990‑е и начало 2000‑х гг. являют собой продолжение исследовательского интереса к теме взаимоотношения университетов и власти, к рассмотрению университетской проблематики с точки зрения внутренней политики государства, что было характерно еще для советской историографии. Заметно преобладание работ, описывающих политическую историю образования и историю образовательных реформ. К таким работам можно отнести монографии А. Е. Иванова о системе научной аттестации36, которая положила начало целому направлению, связанному с изучением ученых степеней в университетах37; монографии Е. С. Ляхович и А. С. Ревушкина, А. И. Авруса, В. А. Змеева, Ф. А. Петрова38, коллективную монографию «Очерки истории образования и научной политики в Российской империи – СССР»39. Среди работ начала XX в., посвященных этому направлению университетских штудий, можно назвать исследования образовательной политики государства40 в разные периоды, а также обобщающие исследования по истории отдельных отраслей образования41.

Работы А. Е. Иванова к концу 1990-х – началу 2000‑х гг. эволюционировали от формата социально-политической истории высших учебных заведений к истории студенчества42.

Еще одним направлением университетской истории является изучение профессорской корпорации. О работах, посвященных казанским, петербургским и московским профессорам, уже было сказано выше. Обобщающим исследованием, касающимся профессорско-преподавательского корпуса императорских университетов конца XIX – начала XX в., является работа М. В. Грибовского43, который рассматривает профессуру как социально-профессиональную группу, а обстановку в университетах в качестве метафоры общероссийских политических процессов. Отдельной нишей университетской истории являются работы А. Ю. Андреева, которые посвящены истории трансфера университетских идей44.

Современный этап развития историографии изменил и подходы к написанию истории науки: акцент переместился в область социальной истории и социально-политической истории45. В отношении исследований, касающихся истории науки в университетах, следует отметить работы А. М. Корзухиной по истории физико-математических факультетов Московского и Санкт-Петербургского университетов46, Ч. С. Гаджиевой по истории гистологии на медицинском факультете Московского университета47.

Несмотря на то что периодически публикуются работы по истории учебно-вспомогательных учреждений и кафедр старейших университетов48, история многих учебно-вспомогательных учреждений и кафедр биологического профиля на сегодняшний день не написана и существует только в виде отрывочных журнальных публикаций.

Современный этап историографии характеризуется использованием методологических подходов зарубежной историографии49: истории культуры, повседневности, социальной истории студенчества и профессорской корпорации, трансфера идеи университета, истории университета в городском пространстве.

В отношении социальной истории науки следует обязательно упомянуть американского историка А. Вучинича50, основателя социокультурного изучения истории российской науки. Важным направлением зарубежной историографии в отношении истории образования и науки является история профессий и профессионализации, отличающаяся в том числе дисциплинарным подходом51. Развитие этого направления в России восходит к исследованиям по истории русской интеллигенции, которая, впрочем, довольно далека от истории профессионализации как таковой. Тенденции последних лет в сфере университетской истории – это профессионализация в профессорской среде52, которая в той или иной степени является продолжением более обширной темы социальной истории профессорской корпорации. Тем не менее существуют направления исследований, базирующиеся на дисциплинарном подходе в отдельных отраслях наук53.

Источниковая база исследования представлена несколькими группами источников:

1) нормативные акты;

2) делопроизводственные материалы университетов;

3) справочные издания;

4) источники личного происхождения;

5) научные труды;

6) публицистика.

Нормативные акты – сборники документов, нормативно-правовые акты, отражающие политику Министерства народного просвещения в области высшего образования. Они собраны в Полном собрании законов Российской империи, Сборниках постановлений по Министерству народного просвещения и в Сборниках распоряжений по Министерству народного просвещения. Кроме того, постановления публиковались в официальной части «Журнала Министерства народного просвещения» (ЖМНП).

Дополняют законодательные акты источники второй группы – делопроизводственные материалы университетов, позволяющие выявить состояние научной и учебной базы университетов Российской империи. По отношению к источнику производства материалы этой группы можно разделить на две части: 1) создаваемые университетами и 2) создаваемые надуниверситетскими органами управления – канцелярией попечителя учебного округа, Министерством народного просвещения.

К делопроизводственной документации примыкает третья группа исторических источников – справочные издания, среди которых целесообразно выделить две большие группы: статистические материалы и биографические словари.

Следующую группу источников составляют источники личного происхождения. В первую очередь это опубликованные и неопубликованные воспоминания, дневники и письма, к которым относится такой довольно специфический источник, как конспекты профессорских лекций. Наряду с конспектами лекций важным источником являются научные труды биологов, составляющие отдельную группу исторических источников. Они помогают понять направления научных исследований, их содержание, а также соответствие господствовавшим научным направлениям в тот или иной период времени.

Последняя группа источников – это публицистика. Наиболее информативны для воссоздания картины развития образования и науки в Российской империи мнения и мысли непосредственных участников ключевых событий, предназначавшиеся для открытой печати.

Весь комплекс источников дополняется данными историографических источников. Подобный комплексный подход позволяет воссоздать целостную картину развития биологического образования на естественных отделениях университетов Российской империи.

Глава 1. От отделения к отделению: когда, как и почему в университетах появились естественные отделения

Для ответа на вопросы, вынесенные в заголовок, необходимо вернуться к началу XIX в. и объяснить появление физико-математических факультетов – именно тех структур, в составе которых и находились естественные отделения. Зарождение естественно-научного образования в российских университетах, как и начало формирования системы университетского образования, связано с образовательной реформой 1802–1804 гг. Несмотря на существование учебных заведений, в том числе Московского университета, во второй половине XVIII в. университетское образование Российской империи представляло собой, по меткому выражению Ф. А. Петрова, «зародыш университетского образования»54. В связи с этим университетский вопрос, нерешенный в екатерининское царствование, требовал урегулирования, а на заседаниях Негласного комитета, организованного после вступления на престол Александра I, ему уделялось немало времени.

После основания Министерства народного просвещения в 1802 г. и принятия «Предварительных правил народного просвещения» в 1803 г. важнейшим событием начала XIX в. стало принятие университетских уставов 1803–1804 гг. Во время их подготовки появлялись различные идеи, касающиеся устройства университетов, среди которых особенно интересны те, что рассматривали факультетскую структуру, так как именно новые уставы в итоге ввели физико-математические отделения. В период действия устава 1804 г. факультеты официально именовались отделениями, слово «факультет» фигурировало лишь в уставе 1835 г., однако в научной литературе распространено употребление слова «факультет» применительно к университетам первой трети XIX в.