- -
- 100%
- +
Тряхнула головой, возвращаясь к зазубриванию текста, что меньше всего хотелось, так это получить гневный выговор нового директора. Тело дёрнулось от отвращения, губы непроизвольно скривились. Она и предположить не могла, что такой мужчина, серьёзный и деловой, настолько легкомыслен в своих оценках. Анна хоть и боялась его агрессивности, вместе с этим в ней вырастало неведомое ранее чувство отстаивания себя. Именно ему хотелось доказать, она хороший специалист, сильная девушка и не боится трудностей.
Снова вернулась к тексту, Константин Николаевич застал её за этим времяпровождением, нахмурившись, внимательно следил, потом двинулся к кофемашине. Анна отложила папку, резко встала и громко проговорила:
— Константин Николаевич, идите в кабинет, я сама вам всё принесу.
Мужчина оторопело на неё посмотрел, огляделся по сторонам, удостоверившись, что она говорит ему, жёстко и уверенно проговорил:
— Я сам в состоянии налить себе кофе, готовьтесь лучше к презентации.
— У меня уже всё готово, вы сегодня один или Илья Маратович приехал?
Ухмылка тронула лицо Константина, она видела, он снова поставил известную только ему галочку и сделал какие-то выводы. Как он не уволил её в первые дни работы, оставалось загадкой. Либо ему попросту удобно иметь под рукой человека на побегушках, которым он может управлять, либо у него своя игра и никто из коллектива не знает истинной причины появления его в их филиале.
— Тогда принесу две чашки, — мило улыбнувшись, составила на поднос подготовленный чайник, печенье и понеслась в кабинет.
Пока шла, пыталась понять, почему она вообще решила заботиться о нём, да ещё в такой странной форме. Однако где-то внутри была совершенно уверена, этого мужчину преследовали головные боли, что совершенно неудивительно с его образом жизни, и одной из причин может быть неограниченное, безмерное потребление кофе.
Лично она его вообще плохо переваривала, после выпитой чашки тело сотрясала мелкая дрожь, словно клокотали внутренности, отзываясь чувством тошноты. Голова становилась не яснее, а наоборот, при каждом повороте казалось, что мозг внутри опаздывает и доезжает через несколько секунд. Она пила его только из-за убеждения — так правильно, так должно быть. Счастливая жизнь именно та, где каждое утро начинается с кофе в красивом стаканчике.
В тот вечер, когда она ушла из дома, в дедовой квартире нашёлся только пакетик чая с бумажной биркой. Заварила и, сидя на подоконнике, всматривалась в спящий город, слушая мерное урчание кота. Это было вкусно. Именно тогда решила, больше никакого кофе, зачем пить то, что тебе не нравится и плохо переносится. Тогда впервые в полной тишине она услышала себя, и факт существования внутреннего «Я» поразил.
— Лисова, вы издеваетесь!? — рыкнул сердито Константин Николаевич, увидев в чашке светлую жижу. — Принесите кофе!
— Мне пора заняться подготовкой к презентации, — быстро пролепетала она и выскочила из кабинета.
Услышала звонкий смех его друга. Он был обаятельным молодым человеком, часто шутил и посмеивался над своим товарищем. Несколько раз подходил и приглашал сходить с ним на свидание, но ей сейчас нужно одиночество больше всего на свете. Последующий разговор она не слышала, закрыла дверь и снова села за повторение, к тому времени в офисе уже кипела жизнь, люди сновали от стола к столу, разговаривали, щелкали клавиатурами и мышками.
Аня чувствовала их напряжение и неприязнь, они приносили задания, высокомерно подняв подбородки, цедили сквозь зубы и смотрели с откровенным отвращением. Но отступать было некуда, если учесть, что и раньше не больно-то пользовалась уважением среди коллег, то ярость нового директора перевешивала всё остальное.
Дверь открылась, девушка моментально напряглась, старалась выглядеть максимально спокойной, растянула улыбку, лишь взглядом давая понять, что внимательно его слушает.
— С головного офиса прислали новые макеты рекламных баннеров, донесите информацию до маркетингового отдела, проконтролируйте смену рекламы.
— Что? — непонимающе переспросила, — Мне проще их сразу отправить, только в типографии за нашей компанией долг, и они не будут печатать.
Константин Николаевич от её слов нахмурился, он всегда так делал, когда злился.
— Лисова, вы меня сейчас хорошо поняли? — строго проговорил он. — Я просил вас заняться этим вопросом?
Аня в ступоре уставилась на него, она совершенно не понимала, что он от неё хочет. По телу уже пробежал знакомый холодок, поднимающий волосинки дыбом.
— Ваша задача — донести моё указание до отдела и проконтролировать выполнение, а не делать за них работу, — цедил он, делая между словами многозначительные паузы. — Мне совершенно плевать, что там с типографией, мне нужен результат, — начал поднимать голос. — И вы мне о нём доложите!
Нет она поняла смысл слов, но прекрасно знала, маркетинг в любом случае скинет на неё эту заботу и отчитается о выполнении.
— До презентации есть полтора часа, съездите в магазин, купите мне новую рубашку, — Аня кивнула головой, схватила сумку и куртку, пошла на выход. — Лисова, опять в кредит собрались залезть, а потом обвинять меня в безвыходном положении?!
Она обернулась, он держал в руках пластиковую карту, а в глазах, готова была поспорить, плясали искорки смеха, но они практически сразу спрятались за привычной серостью. Вернулась, взяла карту, торопливо выскочила из офиса, забежав по дороге в отдел маркетинга. Как и предполагалась, её никто не услышал.
Шла до остановки, подкатил мотоцикл, Илья, по обыкновению широко улыбаясь, остановился.
— Анечка, давайте я вас подвезу!
— Нет, что вы… — отказывалась она, посматривая на дорогу в поисках транспорта.
— Вы можете опоздать, не стесняйтесь, у меня и шлем есть, — вкрадчиво продолжал Илья. — Или вы не боитесь гнева моего друга?
Она смотрела на часы, на дорогу, автобуса не наблюдалось, а минуты текли всё меньше, оставляя шансы. Согласно кивнула, надела защитную каску, Илья бережно помог застегнуть, словно нарочно делая это медленно. Села сзади, пыталась не прикасаться к мужчине, уж больно интимной ей казалась эта ситуация. Тот рванул резко вперёд, девушка инстинктивно схватила его за талию.
В офисе Данна стояла возле окна, наблюдая за своей коллегой и её стремительным отъездом, да ещё и с таким красавчиком. Зависть пробирала, как эта замухрышка могла так легко привлекать к себе внимание мужчин. Рядом с ней, наблюдая за этим же самым действом, стоял Саблин.
— Уже перед его товарищем ноги расставила, не удивлюсь, если и с шефом уже спала, обскакали вас, — улыбаясь проговорила она.
Саблин с силой сжал пустой стаканчик из-под кофе и швырнул его в мусорную корзину. Зло зыркнул на неё, он столько времени потратил на ухаживания, а она уехала с этим столичным байкером. Он не оставит этого просто так, эта девушка нужна ему.
На мотоцикле действительно оказалось довольно быстро. Уже там, в магазине, Илья уговорил выпить по стаканчику чая в маленькой кофейне, уверяя, что небольшой перерыв только на пользу, особенно перед выступлением. Аня, привыкшая не тратить время зря, тут же достала планшет. Не обращая внимания на удивлённого молодого человека, углубилась в работу, разбирала почту, направляя письма по отделам. Вообще это была обязанность секретаря, но та всегда путала, какие вопросы куда распределять, и умело перекинула очередную обязанность. Когда стрелки подошли к максимально критическому значению, залпом выпила остывший чай, позвала официанта. Расплатилась и быстрым шагом направилась на стоянку.
— Вы страдаете трудоголизмом? — спросил Илья, догоняя девушку.
— Что? — выплыла из своих мыслей девушка, её телефон снова звонил, и она раздумывала брать или нет, — Я?
— Вы, конечно, не я же, — смеялся он, — Вы сидели в обществе такого обаятельного молодого человека, но так и не оторвались от планшета, — девушка почти не слушала его, снова смотря на экран телефона. — У меня осталась душевная травма, так что вы должны компенсацию.
Аня подняла на него ошарашенный взгляд, он всё-таки сумел привлечь внимание, её голова судорожно соображала, пытаясь восстановить весь диалог. Телефон снова зазвонил, собеседник на том конце провода явно не желал уступать. Ответила, из динамика полился истерический поток, девушка тут же нажала отбой. Потом посмотрела на часы и нахмурилась.
— Нам нужно поторапливаться, презентация через полчаса.
Илья широко улыбнулся, эта девушка именно то, что необходимо. Чуть свёрнутая на голову и непредсказуемая. Интуиция его явно не подвела, ему стоит остаться в этом городе подольше.
Приехав, Аня торопливо собирала нужные материалы, от волнения руки дрожали, из рук падало то одно, то другое. Поднимая очередную папку из-под стола, распрямилась и врезалась в мужскую грудь, подняла глаза.
— Лисова, ты так и не отказалась от проекта… — Куцын схватил её рукой за шею и притянул к себе, продолжил говорить в самое ухо. — Он наивно полагает, что ты пай-девочка, но я покажу всем, кто ты на самом деле.
Послышалось тактичное покашливание, Данил отпустил руку и отстранился, Данна встретила гостей и вела их в кабинет, где будет проходить презентация. Обратно она вышла, неся поднос с чайником и чашками, Аня тактично отодвинулась в сторону, но девушка запнулась, и содержимое вылилось, растеклось коричневым пятном по футболке.
— Анюта, ну как же так, видишь же, я с чашками иду, надо было пропустить… — приторно-сладко верещала Данна, даже не пытаясь выставить всё это как случайность.
Дверь открылась, выглянул Константин, он несколько секунд обдумывал произошедшее, закрыл дверь, а спустя некоторое время вышел, неся в руках свою новую рубашку. Стараясь не попасть под его горячий нрав, секретарь убежала, победно сверкая улыбкой.
— Переодевайтесь, — выхватил с рук папки и всучил рубашку.
— Она же мне будет большая… — неуверенно пролепетала девушка.
В его взгляде что-то мелькнуло, мимолётное, но он быстро взял себя в руки, положив вещи на стол, проговорил:
— Вам не впервой, так что поторопитесь, на кону большой контракт, — направился в свой кабинет.
Аня смотрела ему вслед, сжимая рубашку руками, ту самую, которую сегодня купила, белая в тонкую голубую полоску. Ей снова не оставили выбора, но сейчас она не может подвести заказчиков и себя. Слишком много труда вложено, остался завершающий штрих. Бросилась в архив, стянула мокрую футболку, надела рубашку, как и предполагалось, девушка в ней утонула, закатала рукава, две пуговицы сверху оставила расстёгнутой.
Вернулась к столу, увидела себя в отражении, собрала волосы в пучок, обернув их вокруг стягивающей резинки, осмотрела стол в поисках подходящего предмета, нашла лишь карандаш, воткнула его, закрепляя причёску. Взяла вещи и шумно выдохнув направилась к кабинету.
Раздала всем распечатанные макеты, вставила флешку в ноутбук, не успела она и глазом моргнуть как экран проектора загорелся, из динамиков полилась музыка. Руки девушки замерли, она боялась смотреть на экран, ибо хорошо помнила эту мелодию, она теперь преследует её кошмарным, навязчивым воспоминанием о самом большом своём позоре. Краска стыда залила лицо, в комнате висело полнейшее молчание, которое нарушали чьи-то шаги.
— Анна у нас очень стеснительная особа, но очень уверяла меня, что вполне справиться с работой в нашем отделе. Это задание было залогом её принятия на работу, — спокойно, расслабленно говорил Константин, то и дело поглядывая на экран. — Раз уж она смогла перебороть себя и выйти на такую сцену, то и защита проектов для неё посильная ноша. Конечно, всё это должно было остаться в тайне, но судьба внесла свои коррективы, и вы оказались вовлечены, именно поэтому я принял решение всё объяснить. — Нажал несколько кнопок, видео остановилось, вытащил флешку, достал другую и вставил её, на экране появилась презентация. — А теперь перейдём к тому, зачем мы все здесь и собрались.
Аня пыталась понять, что произошло и успокоить своё бешено рвущееся наружу сердце. Она подняла свой взгляд и встретилась с его серым нутром, в котором плескался океан ярости и гнева. Он с силой сжимал ручку, молча ждал, когда она начнёт. Девушка посмотрела на первый слайд, она не может сейчас вот так просто отступить.
— Добрый день, — неуверенно начала она. — Вы пришли к нам за комплектом мебели для обучающего центра. Мы же хотим вам предложить нечто большее. Это не просто мебель, это дополнение вашей задумки. Она не только будет функциональной, но и заинтересует ваших учеников, вызовет интерес и игровой азарт…
Слова лились, отточенные, заученные. Без запинки, без лишних пауз и заминок. Она знала всё: каждую мелочь, каждую деталь, каждое предназначение. Последний слайд, последние вопросы, подпись довольных клиентов на последнем листе договора, рукопожатие и прощание. Кабинет опустел. Аня стояла возле экрана невидящим взглядом смотря на него, слыша, как гулко бьётся её сердце, всё это время оно затаилось и даже боялось трепыхнуться. Дверь открылась:
— Лисова, вы вчера издевались надо мной?
Она повернула голову, метнула ненавидящий взгляд, молча вышла из кабинета, направилась в архив. Там за закрытой дверью дала волю накопившимся чувствам, беззвучно плакала, пряча лицо в скомканную футболку. В коридоре за стеной молча стоял Константин, сверлил дверь взглядом, но не торопился входить. Илья выглянул из кабинета, вертел головой в поисках своего друга, когда обнаружил, широко улыбнулся, направился к нему, уже собрался выложить очередной подкол, остановился, невысказанные слова так и застряли в горле. Лицо товарища светилось.
Одно радовало, тот тактично не трогал девушку, дав ей возможность восстановиться и прийти в себя. Но недолго, тот резко распахнул дверь, острыми, хлёсткими словами сделал выговор за отлынивание от работы, озадачив новыми задачами, развернулся и пошёл в кабинет.
Аня, после неожиданного врывания начальника, перестала рыдать, она чувствовала, как ненависть заполняла её. У него была точно такая же флешка, один в один, он даже не растерялся, словно был готов. И речь какую произнёс пламенную, даже она немного поверила в его слова. Сняла рубашку, скомкала и бросила на полку, натянула мятую мокрую футболку и пошла работать.
Каждый сотрудник считал своим долгом напомнить о ситуации, удивляясь, как она смогла добиться подписания контракта. Придумывались разные небылицы и пошлые шутки. Она ушла в работу, стараясь не слушать этот безумный гул, не заметила, как подошёл Женя. Тот поставил перед ней горячий кофе и шоколадный батончик.
— Ты теперь обязана сходить со мной на свидание… — мягко улыбнувшись, проговорил он.
Его улыбка согревала, неужели хоть один человек остался на её стороне, взяв чашку, уже поднесла ко рту, но остановилась. Аромат врезался в мозг, вызывая сопротивление, её внутреннее «Я», уже показав себя, не собиралось так просто сдаваться. В животе заурчало, поднимая чувство тошноты. Поставила на стол, до обеда осталось не так много времени, и лучше подождать. А что по свиданию, всё внутри верещало о необходимом одиночестве, и совершенно не хотелось менять планы.
— Столько работы много, конкурс, переезд, мне пока не до свиданий, — мягко ответила Аня.
— Переезд? Куда перебралась?
— Тут, недалеко от работы, — неопределённо ответила девушка, ей совершенно не хотелось рассказывать о своём месте обитания, оно было единственным, где можно чувствовать себя в безопасности.
— Так мы можем совместить приятное с полезным, давай вечером приду, помогу тебе с мебелью и вещами.
— Давай пока работой займёмся, а то снова от начальника получу, — отвернулась от Жени и продолжила печатать документ.
Из кабинета в это время вышел Константин Николаевич, внимательно посмотрел на молодых людей, остановил свой взгляд на Саблине.
— А почему вы тут? Работы нет?
— Так обед скоро, что толку сейчас ехать куда-то, — буркнул он в ответ, смотря на Аню.
С появлением этих москвичей всё заметно усложнилось, все его усилия сошли на нет, девушка заметно менялась, и он боялся потерять то, что так долго выстраивал.
— А погрузку завершили, документы все оформлены?
— Так это не моя работа, моя задача баранку крутить, — отмахнулся Женька.
— Вы два дня назад вернулись обратно с поставкой, так как документы были не в порядке, у вас отказались принимать. А на прошлой неделе вам пришлось довозить недостающие комплектующие, так как их забыли положить на складе, — спокойно, но твёрдо говорил Константин Николаевич.
Аня вся превратилась в слух, делая вид, что работает. У нового начальника были феноменальные аналитические способности и отличная память.
— Так это не мои косяки, я-то тут причём?! — возмутился Женька.
— В какой должности вы у нас числитесь?
— Водитель… — чуть насмешливо, но уже не так уверенно произнёс Саблин.
— Водитель-экспедитор, и если вы забыли, то можете повторить свои должностные обязанности. В них прописано, что вы обязаны принять загруженный товар и сверить с документами. В таком случае не было бы лишних поездок, приводящих к растрате бензина и амортизации автомобиля, — у Ани даже дыхание замерло, неужели он настолько глубоко изучает все договора и документы. — Следующий недосмотр будет за ваш счёт.
Женька понуро кивнул головой и отправился восвояси, вернее, в свой логистический кабинет, наверняка они сейчас всем отделом будут обсуждать выговор начальника. Константин смотрел вслед его удаляющейся фигуре, потом повернулся к Лисовой.
— Перепроверьте документ, который только что набирали. Наверняка вы наделали ошибок, — видя в глазах девушки немой вопрос, продолжил. — Слушать и печатать — несовместимые два дела, а опечатки в договоре не допускаются.
Ушёл в кабинет, Аня скривила губы, метнув в его спину ненавистный взгляд. Всё-то он видит, всё-то он замечает. Отодвинула чашку максимально далеко, даже от запаха подташнивало, шоколадку закинула в самый нижний ящик стола. Он всегда был пустым, лишь изредка она кидала туда то, что ей не нравилось: разноцветные скрепки, пестрящие стикеры, странной формы ручки и вот теперь сладости. Принялась перечитывать напечатанное, хотя совершенно не сомневалась, текст был идеальным. Она попросту не печатала, когда подслушивала их.
Снова зазвонил телефон, девушка уже догадывалась, кто это, но на всякий случай брала трубку, экран так и скрывал звонившего, а когда она купит новый телефон — неизвестно. Ответила.
— Если ты сейчас положишь трубку, я приеду к тебе на работу, — грозно проговорила Алла. — Ты сегодня во сколько приедешь, нам нужно серьёзно поговорить.
— Я не приеду, — твёрдо ответила Аня, ей необходимо разобраться в себе, а под одной крышей со своей роднёй это невозможно.
— В смысле?! Где ты живёшь?! — перешла на знакомые истеричные ноты бабушка.
— В прямом, мы с котом замечательно устроились, и к вам я не вернусь.
— А как же я?! Ты меня оставишь одну?! — пошла с козырей бабушка. — Мне лекарства нужны дорогие, санаторий.
— К тебе приехала дочь, она пусть и обеспечивает, а я буду жить самостоятельно, — через пять дней зарплата, вот она и переживает, догадалась Аня.
— Вся в мать! Такая же не благодарная! Я столько потратила сил на тебя, — Аня положила трубку, прервав воспитательную тираду женщины.
Ей не хотелось заниматься выяснением отношений, достаточно тех проблем, что у неё уже есть. Взять, к примеру, новое задание для маркетинга, они так и не удосужились пошевелить пальцем для выполнения задания, а время уже обед. Из кабинета вышел Константин и Илья, обычно новый директор не обедал, но его другу явно скучно в офисе, и он всячески вытаскивал его.
— Маркетинг уже отправил макеты в типографию?
Аня пожала плечами, так как совершенно не знала, что ему говорить. Илья стоял позади его и широко улыбался, корчил странные рожи, стараясь вызвать улыбку. Девушка отвела взгляд и старалась смотреть только на пульсирующую ямочку на шее Константина Николаевича.
— Мечтаете меня придушить?
Аня в недоумении подняла глаза, осмысливая его слова, когда он доехал, как поломанный поезд, опустила голову, щёки залила краска стыда. Он совершенно неправильно истолковал её взгляд, а теперь в его глазах бегали те самые странные огоньки, словно он специально выводит её на эмоции и ставит в неудобное положение, а потом наслаждается своим триумфом.
— Уточните по рекламе, на какой стадии поручение, — она кивнула головой, Константин уже собрался уходить, вдруг остановился. — И запомните, они должны сами заказать макет, не вы за них, если узнаю, лишитесь своего места. Я так понимаю, вам ещё кредит выплачивать и зарплата очень нужна, — Аня снова просто кивнула, боясь смотреть ему в глаза. — Когда вам поступит новая мебель?
— Поставка сегодня, — ответила девушка.
— Закажите вывоз на свалку для этого старого мамонта, — бросил слова небрежно, словно действительно говорил о мусоре, и ушёл.
Аня с тоской смотрела на стол, ей не хотелось с ним расставаться, казалось, он даже погрустнел от этой новости. Села на свой скрипучий стул, совершенно не понимая, что дальше делать. Вся её обычная собранность рассыпалась на глазах. Она раньше имела много задач, но понимала, что и когда надо сделать, а теперь выполнение зависит от других людей, и, если к вечеру не будет результата, чувствуется, получит именно она.
Вздохнула, словно собиралась силами перед новым боем, хотя почему словно, так оно и есть. Уже представляла пренебрежительные взгляды коллег, насмешки и разговоры, которых теперь будет ещё больше. Обед только начался, но застать на рабочем месте кого-то из рекламного отдела сказке подобно. Поэтому решила не упускать бесценное время перерыва. Разогрела тушёную картошку, стол вдоль окна был пустым, села, стараясь не обращать внимания на косые взгляды, начала кушать.
Позади неё, над самым ухом послышалось покашливание, Аня повернула голову, Настя и Луиза, смотря презрительным взглядом, криво ухмылялись.
— Лисова, ты подготовила нам подборку актуальных течений в интерьере? — нагло начала Исакова, в ней всегда было много мужского, вот и сейчас она стояла, широко расставив ноги, сложив руки на груди.
— Я не могу, это конкурс, каждый сам за себя, — возразила Аня.
— Тогда мы разместим видео в социальных сетях, о тебе узнают многие, — слащавым голосом проговорила Ситдикова, чуть надув губы, словно обиженный ребёнок.
Аня почувствовала, как внутри разрастается конфликт, одна её часть хотела моментально согласиться, а вторая яростно посылала всех, да так далеко и матёро, что от одних мыслей она стыдливо краснела. Эта раздвоенность приводила в ещё большее смятение, девушка совершенно не понимала, кто она, что на самом деле хочет и как ей выбраться из этого странного состояния.
— Ты чего застыла? — хлопнув по плечу с хорошим замахом, спросила Настя.
От неприятного физического контакта внутри стала закипать злость, словно на раскалённые угли плеснули горючего, моментально вспыхнуло пламенем. Снося все сомнения и раздвоенности.
— Да пошли вы к чёрту… — прохрипела она. — Вам надо делать проект, вы и ищите идеи самостоятельно, а ко мне больше не обращайтесь, — с грохотом положила ложку, встала и собралась уходить.
Инцидент привлёк внимание сотрудников, довольно улыбаясь следили за разговором. Вывести человека на эмоции, заставить проявлять агрессию на потеху всем остальным, это и есть цель. Из кабинета выплыла Орлана, грациозно виляя силиконовой пятой точкой, сомкнув пухлые искусственные губы.
— Анюта, а ты чего это разбушевалась, — говорила она, словно с капризным ребёнком, — Девочки же тебя попросили по-дружески помочь, — продолжала читать нотацию. — Мы в одном коллективе, можно сказать, одна семья.
Кто-то из толпы согласно загудел. Аня же смерила её прямым, уверенным взглядом, хитрая улыбка чуть коснулась губ, лишь намёком приподняв уголок. Она теперь поняла их общую тактику, и больше на неё не клюнет.
— Я их работу выполнять не обязана, как и вашу, — Орлана, открыв чуть шире глаза от удивления, натянула улыбку, — Вам к вечеру нужно доложить о поручении, которое получили в начале рабочего дня. И в этот раз договариваться придётся самим, без меня.
Схватила контейнер и направилась к туалету, стараясь держать осанку и не дать волю переполняющим чувствам. Только скрылась за поворотом, нырнула в архив, прислонилась спиной к двери, прислушиваясь к шуму. Сердце бешено стучало, не от страха, нет, от адреналина, который литрами влился в её тело, разносился по венам, питая каждую клеточку.
Она смогла, просто взяла и отстояла себя. Пусть это лишь маленькая победа, но шаг уже сделан. Улыбка растянулась на лице, напряжение медленно стало уходить. Странное чувство тепла, силы и огня наполняли её, медленно, лишь намёком показывая на своё существование.
Успокоившись, вышла, села за свой стол и принялась за работу. Обед закончился, все разошлись по местам, Аня слышала, как на гаджеты то и дело приходили сообщения, а активное щёлканье клавиатурой лишь подтвердило мысль. Они обсуждали её в общем чате, то, что он есть, известный факт, то, что её там нет, тоже, а теперь понятно почему. Ещё несколько недель назад она расстраивалась от этой мысли, но теперь безразличие, она ничего не чувствовала, и это тоже пугало.