Любовь на грани

Неожиданная встреча

Утреннее солнце купало в своих ласковых лучах, обещая тёплый день. Хотя был совсем ранний час, город уже проснулся, люди оживлённо неслись по улицам. Такси остановилось возле бизнес-центра, Анна вышла, устало передвигая ноги, поднималась по ступенькам. За ночь удалось поспать пять часов на маленьком диване в скрюченном состоянии. Ей осталось отстоять этот рабочий день, и можно будет отдохнуть и расслабиться.

Предложенная Катькой подработка хоть и выматывала, но давала довольно приличные деньги, если постараться, то к сроку можно будет закрыть сумму, потраченную на костюм, а остальное она надеялась получить сегодня в бухгалтерии, в конце концов не для себя оплачивала услуги типографии, а значит, нужно настоять на возврате денежных средств.

До нового офиса поднималась на лифте, полностью стеклянный, он плавно ехал на самый последний этаж, бесшумно остановился и открыл двери. Как и обычно, ещё никого не было, до начала рабочего дня есть целый час, она сможет позавтракать и немного вздремнуть.

Щёлкнула замком, открыла стеклянную дверь, глубоко вдохнула, по сравнению с прошлым местом тут было намного просторнее и непривычно светло. Ресепшен, как и полагается, вблизи от входа, рядом с ним обустроили уголок ожидания, куда поставили мягкие диванчики и горшки с высокими цветами, дальше расположили места для менеджеров. Как и в прошлом офисе, маркетинг, логистов и бухгалтерию расселили по отдельным кабинетам. Для Анны мало что изменилось, ей выделили угол рядом с кабинетом начальника, напротив туалета. Одно было плюсом, большие панорамные окна даже в её уголке и просторная кухня с вместительным холодильником, большим столом и стильным гарнитуром, где можно сложить посуду и прочую утварь.

Включив чайник, достала привезённый из кафе завтрак, им обеспечивали на подработке, принялась за трапезу. Наскоро запихнув в себя, села на своё рабочее место, стала просматривать оставленные с вечера задачи, разбирая на привычные кучки срочности и важности. Рядом со столом стопками стояли неразобранные коробки из архива. Решив начать с них рабочий день, занялась раскладкой, в который раз поблагодарив себя за самостоятельную упаковку, ей не приходилось досконально разбирать содержимое, только выставить на полки в нужном порядке.

Управилась довольно быстро, даже сонливость немного спала, привычным обходом отправилась по офису. Открыв дверь директорского кабинета, чтобы занести подготовленные данные, остановилась. Это было самое просторное помещение, ещё вчера вечером тут стоял только стол, сейчас же полностью преобразился. Появилось место для совещаний и переговоров, небольшой кожаный диван и жалюзи на окнах.

Слева заметила дверь, она сливалась со стеной и была полностью незаметной, только сейчас чуть приоткрытой. Съедаемая любопытством тихо подошла и заглянула внутрь. В помещении царил полумрак, на окнах висели плотные шторы, не пропускающие свет, посередине стояла большая кровать, вдоль стены шкаф, комод и телевизор. Убедившись, что никого нет, зашла.

— Он тут жить собрался? — сама у себя спросила Анна.

Поправила и без того аккуратно застеленное покрывало, вспомнила о найденном недавно медальоне, собралась его положить на комод, но передумала. Он ей нравился, хотя понимала, это чужая вещь, но, когда держала его в руках, тот согревал теплом. Да и обнаруживать своё присутствие здесь не хотелось. Снова подошла к кровати, не удержалась, села на край, скинула кроссовки, прилегла, расслабляя тело.

— Такой удобный матрац, словно лежу на облаке… — блаженно улыбнулась, прикрыла глаза.

Представляя, как живёт в своей квартире с огромной творческой мастерской, ей не нужно заботиться о долгах, о бабушке, о постоянных обязательствах на работе. Есть только мольберт, полотно, и она смешивала краски, наносила мазки, уверенная — это будет шедевр. Эмоции стихли, тяжело дыша, окинула взглядом творение, чёрные волосы, твёрдые губы, сжатые в одну линию, скрещённые руки на груди и серость, пробирающая до костей. Портрет ожил, лицо искривилось презрением и проговорило:

— Лисова, вы совсем обалдели?

Портрет снова требовательно повторил вопрос, сонный дурман рассеялся, приоткрыв веки, увидела нависающее гневное лицо начальника. Когда поняла, что натворила, резко соскочила, схватила свои кроссовки и выбежала из кабинета. Не зная, куда себя деть от переполняющего стыда, рванула в архив. Присев на корточки, спиной прислонилась к стене, прислушивалась к шагам в коридоре. Сердце гулко стучало в голове, глубоко вдыхая, старалась его успокоить. Дверь резко открылась, отчего девушка напугалась и дёрнулась, обувь с грохотом выпала из рук.

— Вы… Мало того забрались в мою кровать, так ещё и прячетесь… — хлёстко с хрипотцой произнёс мужчина.

Девушка нерешительно поднялась, не осмеливаясь посмотреть ему в глаза, одной ногой попыталась надеть кроссовок, тот никак не поддавался.

— Я просто чуть-чуть попробовать хотела, — еле слышно шептала, пытаясь объясниться. — И сама не заметила, как уснула.

Константин пристально наблюдал за ней, буравя своим взглядом. Чувствовала его злость, как она несётся по его венам, разжигает огонь ненависти в глазах. Пытаясь сдержаться, сжимал кулаки, Анна же всеми силами продолжала бороться с обувью, которая совершенно не хотела одеваться, уже стоптав все запятники, так и не смогла их надеть.

— Да перестаньте вы! — резко рявкнул мужчина.

Дёрнулась, словно её ударили, и совершенно затихла, боясь не то, что пошевелиться, а просто вдохнуть.

— Если хоть кто-то в коллективе узнает про комнату… — процедил он. — А тем более о том, что вы там спали… Вышвырну с работы и глазом не моргну. — замолчал, всматриваясь в её испуганное лицо.

Аня, как нашкодивший ребёнок, втягивала голову, поднимая плечи, как и в детстве. Воспоминания встали перед глазами, вот её ругают за позднее возвращение со школы, она тогда с девочками согласилась поиграть на площадке. А вот ей попало за порванное платье, соседская собака бросилась на неё, и каким чудом ей удалось запрыгнуть на забор, она не помнила, а вот когда хозяин убрал пса, спускаясь зацепилась за торчащий прут и порвала. В груди колыхнулась обида и злость, она всю жизнь старается быть удобной, и раз за разом это удобство бьёт её по голове.

— Я никому не скажу… — подняла на него свой испуганный взгляд, от волнения рукава кофты натянула на пальцы и теребила их.

Он просто кивнул, развернулся и ушёл в свою обитель, оставив девушку в полном одиночестве, на глазах которой блестели горошины слёз. Она ненавидела себя за трусость и завидовала тем, кто мог открыто возразить, громко возмутиться и устроить скандал. Отдышавшись, пошла к своему столу, в офисе уже появились некоторые коллеги, они с интересом смотрели на неё, но ничего не говорили. Анна же принялась за работу, стараясь не думать об утреннем происшествии, хотя всё её тщедушное тельце дребезжало, отдавая дрожью в руках.

На собрании сообщили о начале подготовки к ежегодному конкурсу на лучший дизайн новой серии мебели. За выигрыш причитается внушительная премия, и этого события все ждали, плюс можно выделиться и попасть на заметку, тогда есть возможность перевода в центральный офис. В прошлом году их филиалу удалось заполучить это место, и директор даже выписал надбавку за добросовестный труд, сообщив, что это общая работа и ни о каком личном поощрении речи быть не может. Константин Николаевич же, напротив, несколько раз акцентировал внимание на индивидуальном участии и оговорил сроки для подготовки проектов.

Напоследок напомнил о предстоящей презентации дизайна для развивающего центра и желании провести её в ближайшие дни. Данил заверил его, что всё для неё готово, посмотрел на Аню и подмигнул. Девушка же с ужасом понимала, материал совершенно сырой, распечатанных макетов нет, да и выступление не отрепетировано. Как только совещание закончилось, она бросилась к нему, нашла его на кухне возле кофейной машины.

— Ты зачем сказал, что всё сделано? Там же ещё дня четыре работы! — возмущённо шипела она, оглядываясь по сторонам.

— Ты чего завелась? Анют, свою часть работы я выполнил, а ты же у нас умничка, быстро всё подготовишь, — широко улыбнулся, приобнял за плечи, стараясь прижать к себе. — Предлагаю сегодня задержаться подольше, поработать вместе, а если сильно устанем, тут и диванчики есть удобные…

Девушка вывернулась из его объятий, уж что-что, а оставаться с ним наедине в офисе не собиралась, тем более у неё сегодня выходной и она планировала отоспаться. Поняв, что ругаться с Данилом бесполезно, бросилась к своему столу, очнулась от работы только когда её живот возмущённо заурчал. Напомнив себе о законном перерыве, убежала на кухню, разогрела макароны с сосиской и налила горячий чай.

Когда она сидела за столом и с аппетитом поглощала обед, зашёл Саблин, при виде девушки улыбнулся, как фокусник достал из кармана конфету и протянул ей.

— Держи, прожора, везёт вам, офисному планктону, сидите себе за столами да кофе пьёте. А мы, водители, в это время по городу колесим, ваши заказы развозим. Всё на нас, на простых работягах держится…

— Ну работы и у меня хватает, — тихо ответила девушка.

Радость от подаренной конфеты пропала, она не причисляла себя к работникам высшего ранга, скорее наоборот, её должность была ниже уровня уборщицы, которую, к слову сказать, наняли в новый офис. И сейчас она не понимала высказанной претензии со стороны Жени, тот, заметив перемену, обаятельно улыбнулся, накрыл её руку своей, чуть сжав.

— Ты у нас вообще пчёлка, кажется, что живёшь на работе. Я хочу тебя пригласить вечером прогуляться, ты же не откажешь?

Анна затаила дыхание, почувствовала, как сердце от неожиданности замерло в прыжке, а потом, когда смысл слов окончательно дошёл, запрыгало от радости. Злость на его неосмотрительное замечание испарилась, она тут же нашла миллион оправданий. Да и усталость как рукой смело. Собиралась согласно кивнуть, в кухню зашёл Константин Николаевич, окинул суровым взглядом, остановился на ней.

— Лисова, как не увижу вас, вы то спите, то едите, вам заняться нечем?

Память услужливо подкинула девушке утренний инцидент, Аня тут же покрылась краской стыда, опустила голову, даже не пытаясь оправдаться. Молча убрала посуду и убежала к своему рабочему месту. Женька переводил взгляд с одного на другого, прикидывая, где же их начальник мог видеть девушку спящей и почему она так на него реагирует. Раздосадованно понимая, их обскакали, причём не объявляя о своём участии.

Вернувшись к работе, вспомнила про разговор с бухгалтерией, дата платежа приближалась, и попадать на проценты не хотелось. В голове подготавливая разговор, двинулась к кабинету. Альбина Маратовна оторвала взгляд от компьютера, посмотрела поверх очков.

— Чего тебе?

— Я хотела узнать, когда вы типографию оплатите, — неуверенно начала девушка.

— Какую ещё типографию, мы же всё оплатили, — резко ответила женщина, потеряв к разговору интерес, продолжила работать.

— Я свои деньги внесла как залог, а счёт так и не оплачен, — попробовала объяснить Аня, чувствуя, как внутри уже зарождается злость и раздражение.

— Ну ты же сама, деточка, деньги отдала, теперь какой с нас спрос, иди у нашего бывшего начальника проси.

— Я их с кредитной карты взяла, срок подходит, надо гасить, я же не для себя распечатывала, для компании, — тело било мелкой дрожью, она всеми силами старалась не заплакать и добиться возврата потраченной суммы.

— Анюта, ну как мы сейчас тебе можем что-то отдать, у тебя ни чека нет, ни акта выполненных работ.

— Я же вам принесла документы, — растерянно ответила девушка.

Бухгалтер вздохнула, водила мышкой и щёлкала по клавиатуре наманикюренными пальчиками.

— Ну вот, у нас с ними в расчётах всё по нулям, никаких расхождений, так что не знаю, за что ты деньги отдавала.

— Так за рекламные баннеры, их же срочно надо было распечатать, а оплатить вы не могли, — Аня уже поняла, она снова осталась в минусах из-за своей нерешительности. Подстёгивает только одно, кредит и большие проценты за просрочку, это было страшнее надменности и насмешливости коллег. — Документ я вам приносила, но раз у вас его нет, у меня есть дубликат, и сейчас запрошу акт от типографии, там будет видно расхождение, — зло проговорила девушка, сама удивляясь откуда-то взявшемуся резкому тону.

— А что ты нервничаешь, я ведь просто разобраться хочу, а то может ты себе заказывала и на компанию хочешь повесить, — с наглой улыбкой проговорила Альбина, посматривая на своих помощниц, те поддерживающе загудели и, не скрываясь, смеялись над Анной.

— Я не так давно к вам подходила с просьбой об оплате, и вы знаете, для чего была эта распечатка, как можно так быстро забыть, — продолжала настаивать на своём девушка.

— Это у тебя работы кот наплакал, а мы сидим тут целый день по уши в документах! — начала кричать бухгалтер, она не ожидала такой настойчивости и уже не понимала, как отвязаться от этой девушки. — Иди делом займись, без тебя разберёмся, кому и куда надо платить! Приходят тут деловые, накосячат, а нам разгребай! Иди-иди, нечего тут топтаться!

Перед глазами Ани появилась пелена, сдерживать слёзы не удалось, они потекли по щекам, отчаяние перемешалось с отвращением к себе, разрывая внутри мир, который казался стабильным. Дверь открылась, в кабинет вошёл Константин, окинул ставшим уже привычным строгим взглядом, вопросительно поднял бровь, ожидая объяснения. Бухгалтерия замолчала, уткнувшись в мониторы, оставляя Аню саму разъяснять ситуацию. Та же, подняв на него свой переполненный злостью взгляд, выкрикнула:

— Я отдала за рекламу свои деньги и теперь просто хочу их вернуть! Почему я осталась виновата?! — казалось, она уложила все свои чувства в эти слова, каждая клеточка тела вибрировала, и хотя желание спрятаться становилось сильнее, продолжала смотреть в его серые глаза, даже не надеясь найти в них понимания.

Константин перевёл взгляд на Альбину, та, не отрываясь от компьютера, проговорила:

— Надо вовремя счета приносить, теперь придётся перекраивать финансовый план, выкраивать средства.

Мужчина нахмурился, Аня выскочила из кабинета, хлопнув дверью, убежала в архив, это единственное место, где она могла спрятаться и дать волю своим эмоциям. Плакала тихо, бесшумно, коря себя за эмоциональность и несдержанность. Когда вернулась к рабочему столу, обнаружила листок с ровным мелким почерком и списком поручений от директора. Он просил подготовить всю документацию по компаниям, с которыми они работали, внушительный перечень из десятка названий. Не откладывая в долгий ящик, вернулась в архив, подбирала нужные папки, подписывала и наклеивала на каждую стикеры, те самые, в клеточку с нарисованным бумажным самолётом.

Остальное время потратила на презентацию, ей очень понравился проект, и она с гордостью пересматривала слайды, подшила распечатанные буклеты и составила текст выступления, несколько раз его перечитала, подправила, убирая лишние слова. В выступлении главное — говорить по существу, без лишней воды, только самую суть. Текст отдала Данилу, попросив хорошо подготовиться.

— Ну вот, а ты говорила, не успеешь, цену себе набиваешь, Лисова, — подошёл ближе, снова пытаясь обнять, девушка отстранилась, лицо Куцына перекосило. — Говорят, уже нашёлся ценитель.

Анна подняла на него изумлённый взгляд, не понимая, к чему тот клонит, сил на выяснение не осталось, она покачала головой и ушла к себе. В самом конце рабочего дня пришла Данна, с восторгом осматривая уголок Ани.

— Почему именно тебя тут разместили? Я же секретарь, должна рядом с кабинетом директора сидеть, нам нужно поменяться.

— Ну, Константину Николаевичу виднее, кто где должен быть, я не собираюсь оспаривать его решение, — устало ответила девушка, сонливость вернулась, и она считала минуты до завершения рабочего дня.

— Повезло тебе, окна вон какие панорамные, к руководству поближе. Только стол совсем не вписывается, надо было его там оставить, весь вид в офисе портит.

Мебель действительно выбивалась из общей картины, но он стал очень родным, и выкидывать было жалко. Аня уже придумала, как можно его преобразить, и даже закупилась материалами, осталось найти время. Рассказывать о своей задумке не стала, хотелось сначала сделать.

— Чем вечером занимаешься? Мы в клуб с ребятами собрались, не хочешь с нами?

Устало соображая, пыталась понять, сможет ли продержаться вечер. Такого предложения она может и не получить, но и отдохнуть хотелось. Договорившись созвониться часов в девять, стала собираться домой.

До конца рабочего дня пять минут, хотя дел осталось ещё много, новый директор ждал от неё документы, которые нужно было достать из архивных папок и скомплектовать по каждой фирме отдельно. Груда бумаг немым укором стояла на столе. Презентация к завтрашнему дню ещё требовала доработки, а также необходимо подготовить документы в случае утвердительного ответа. А ещё на столе лежала кучка флешек со стикерами от Ирека и список бракованных товаров от логистов.

Решив, что отдых важнее, как только часы показали пять вечера, собралась уходить, на полпути к ней подошла Луиза Исакова, одна из ведущих менеджеров отдела. Они редко с ней общались, только если той нужно было озадачить новым поручением. Девушка редко меняла свой стиль, светлые волосы собраны в тонкий хвост, обтягивающие джинсы, широкая футболка и кроссовки.

— Аня, ты помнишь, в прошлом году подбирала нам варианты для разработки новой серии? Ну, изучала стили и тренды, что будет актуально?

— Ну да, — устало ответила девушка.

— Надо изучить и снова дать нам информацию, а мы уж займёмся разработкой и проектированием. Завтра утром жду, — бескомпромиссно закончила и ушла со своей подругой Настей Ситдиковой, которая была полной её противоположностью и напоминала Барби.

Расстроиться новому заданию она не успела, из кабинета выглянул Константин Николаевич, удивлённый её отсутствием на рабочем месте, пробежался глазами по офису, когда увидел стоящую на выходе девушку, направился к ней.

— Где документы, о которых я вас просил?

— Я всё из архива достала, осталось скомплектовать по компаниям, завтра утром планировала положить их вам на стол.

— Если бы срок был завтра, я бы указал, а так они мне нужны срочно.

Деваться было некуда, Аня развернулась и пошла обратно, перелопачивая стопку бумаг, скомплектовала необходимую информацию. Когда занесла подготовленную пачку в кабинет, там никого не оказалось, тихо положила её на стол, хотела уже постучать в скрытую дверь, но передумала, директор не просто так хочет скрыть существование комнаты, а значит, не стоит и ей об этом помнить.

На цыпочках вышла, села за стол, часы показывали семь вечера, ехать домой не имело смысла, если в девять она собралась в клуб. Так будет даже лучше, не придётся врать и объяснять бабушке, куда она уходит так поздно. Хорошо, та с уважением относилась к переработкам, и Аня в последнее время использовала этот аргумент для прикрытия. Сон морил, девушка положила голову на руку, блаженно прикрыла глаза, моментально уснула.

Телефон настойчиво звонил, полусонная посмотрела на экран, вспомнила, что из-за поломки он заплыл и теперь не видно, кто звонит, ответила:

— Аня, нужно выйти на смену, Катя себя плохо чувствует, сказала, что ты можешь подменить.

Звонила администратор клуба, где она подрабатывала. Сославшись на усталость и планы на вечер, отказывалась, но женщина смогла её уговорить, пообещав прибавить за выход. Сумма оказалась внушительная, и девушка согласилась. Кредит никто не отменял, и чем быстрее она его закроет, тем быстрее сможет купить себе телефон. Окончательно проснулась, поняв, что в офисе совершенно одна, собралась и вышла ко входу, ожидая машины из клуба. Долго ждать не пришлось, уже через пятнадцать минут в раздевалке натягивала униформу.

— Так, приехала, — вбежала администратор, — пошли выдам тебе костюм.

— Какой костюм, у меня уже есть униформа.

— Ты же в нём не будешь танцевать, давай быстрее, скоро надо выходить! — подталкивала её в спину в направлении гримёрок танцовщиц.

— Я же официантка, танцевать вообще не умею, — пыталась остановить её девушка, — вы же просили Катю подменить!

— Так подруга твоя сегодня и должна была танцевать, только недавно позвонила, сказала, что не может, — администратор остановилась, осматривая Аню. — Тело у тебя нормальное, худощавое, конечно, но ничего. Выйдешь на сцену, немного покрутишься и всё, делов на несколько минут.

— Но я не могу! Я не умею!

— Хватит ныть, все мы танцуем, в той или иной степени, откажешься — обоих уволим, и тебя, и подругу твою! — впихнула её в гримёрку.

Подошла к стойке с одеждой, перебирала вешалки с костюмами, выуживая один откровеннее другого. Аня в ступоре наблюдала за ней, даже не представляя, как будет в этом двигаться на сцене. Набрала Катькин номер, но та не брала трубку.

— Так, вот тебе костюм, он более-менее по размеру подходит, — кинула ей маленькую черную тряпочку с верёвочками, переливающуюся стразами. — Пять минут и будь готова, и косу свою распусти, как школьница!

Трясущими руками пыталась понять, что это за костюм и как его надевать, не в силах поверить в реальность происходящего. Вся эта конструкция оказалась купальником. Посмотрела на себя в зеркало, худощавая, белая кожа с синими прожилками вен, усталое лицо с круглыми распахнутыми глазами, в которых собирались слёзы, спутанные взлохмаченные волосы.

Взгляд упал на белую мужскую рубашку на стуле, накинула её сверху и застегнула пуговицы, с прикрытым телом чувствовала себя увереннее. В гримёрку вбежала администратор, уже собралась высказать недовольство о внешнем виде, но остановилась, задумчиво посмотрела.

— А что, так даже лучше, только надо немного подправить, — резко дёрнула за полы рубашки, отрывая верхние пуговицы. — Так хорошо, и босиком, правильно, тут туфли не нужны, ножка у тебя маленькая, аккуратная, — большим и указательным пальцем зажала подбородок. — Из макияжа, пожалуй, только это…

Нанесла на губы девушки ярко-алую помаду, схватила за руку и потащила в направлении сцены. Аня упиралась, просила оставить её в покое, уверяя, что совершенно не умеет танцевать. Администратор остановилась, резко повернулась и строго проговорила:

— Вы с подругой думаете, можно вот так легко отказаться, подставить нашего шефа? Да он от вас мокрого места не оставит… — угрожающе шептала она. — Прикидываетесь овечками невинными… Ты сейчас выйдешь на сцену и будешь крутить своей жопой, иначе сама будешь объясняться с начальством… — произнесла и толкнула под самый свет софитов.