Царство зверей

Старый Джек лежал возле развалин того, что когда-то было домом. Погода была на редкость отвратительной, и Джека обуревала ностальгия. В плохую погоду он почему-то всегда вспоминал прошлое. Наверное, из-за того, что его прошлая жизнь была не такой уж и плохой. Особенно, если сравнивать ее с нынешней.

Как-то сразу все случилось, сразу и вдруг. Кто бы мог предполагать, что жизнь в одночасье так изменится! Как всегда бывает в таких случаях, никто не думал о плохом. Но случилось даже не плохое, случилось худшее из всего, что могло случиться в этом мире. Хотя, возможно, что другие так вовсе не думают. Но, что и говорить, для Джека произошедшее было настоящей катастрофой. Он думал, что никогда не оправится от удара, а вот поди ж ты… выжил…

Джек устало вздохнул – и когда только кончится этот противный моросящий дождь! В принципе, там, где лежал Джек, было сухо и довольно тепло, но Джек уже был весь во власти хандры.

Как любил его хозяин! Джек даже вильнул по привычке хвостом. Он умер первым… за ним последовала хозяйка, за ней дети… это было ужасно! Так ужасно, что он выл от тоски день и ночь… потом услышал, как в других домах воют его товарищи, и понял, что там происходит тоже самое… Тогда он вышел за калитку и пошел бродить по городку.

В соседнем доме он услышал, как голосит Альма и зашел туда. Альма сидела на цепи. Он помог ей освободиться – перегрыз ошейник. Альма с испугом сообщила ему, что ее хозяева внезапно умерли… он сказал, что его тоже… Они погрустили вдвоем, доели из миски остатки еды, потом зашли в дом и поискали еду там. Их поиски увенчались успехом. Хозяева Альмы любили закупать все впрок, в том числе и еду для собак. Наверное, брали со скидками, чтобы было не так накладно.

Вдвоем стало веселее. Джек и Альма вышли за ворота и отправились дальше, посмотреть что происходит. Джек даже попробовал заигрывать с Альмой, на бегу покусывая ее за холку. Альма не возражала, видимо оценила его усилия по ее освобождению.

Они обследовали весь городок, и картина оказалась печальной… на редкость печальной… из людей никого не осталось. Они все умерли от неизвестного вируса, не успев даже вызвать врача. Как-будто их вдруг поразил гром… или еще какая-нибудь кара обрушилась им на головы. Точнее Джек не мог сказать.

Они с Альмой помогали собратьям в этот трудный момент. Кого-то нужно было освободить от цепи, кто-то просто был растерян… особенно это касалось малявок. Сейчас их спесь заметно поубавилась, они просто были на грани истерики. Но Джек всегда слыл великодушным псом. Он взял всю эту сопливо-слюнявую братию на свое попечение. Зачем ссориться? Они и так пострадали. Еды вокруг полно, а уж если считать трупы, так и вовсе обожраться можно! Так что перегрызать друг другу горло из-за старых обид не было никакой необходимости. Малявки еще могут пригодиться, убеждал Джек некоторых исходящих злобой товарищей. Они пролезут там, где крупной собаке и мечтать нечего. Они будут их глазами и ушами. Зачем бессмысленные убийства? Это глупо, особенно в такой момент. Мало ли с какими опасностями им придется столкнуться! Они не показывали нос дальше этого городка. Что там? Они не знают. Вот здесь и пригодятся малявки.

Странно, но его послушали. Немалую роль сыграло то, что он был крупной и сильной собакой, его уважали. Ну и разумеется, здравый смысл взял все-таки верх. Так у Джека в лапах оказались бразды правления.

Потом они, конечно, исследовали окрестности, но и там картина была не лучше. Люди вымерли и бросили их на произвол судьбы. Толпы бесхозных животных бродили по окрестностям, и с ними нужно было находить общий язык. Было трудно, особенно с котами, но в конце концов это удалось, и хрупкий мир восторжествовал. Джек был доволен. Альма стала его сукой, она родила ему щенят. Таких крошечных и забавных! Джек часами мог любоваться на них. Он оказался отличным отцом, а Альма отличной матерью.

Они жили в доме Джека, пока он был еще целым. Остальные тоже предпочли жить в своих домах. Постепенно стали осваивать лес, совершать небольшие вылазки группами для охоты. Это Джек опять же надоумил собратьев – он понимал, что жратва рано или поздно закончится, и нужно будет добывать ее самим. Чтобы это не свалилось как снег на голову, нужно потихоньку тренироваться, вытащить на поверхность дремлющий дикий ген.

Малявкам, конечно, охота была не под силу, поэтому они оставались охранять городок. В случае опасности они должны были предупредить ушедших в лес громким лаем. Кое-кто был очень недоволен таким раскладом, но Джек имел крепкие челюсти и острые зубы, поэтому недовольные быстро успокоились. После клыков Джека им еще долго пришлось зализывать раны.

Но, к чести малявок, некоторые из них не собирались ждать милостей от своих более сильных собратьев. Они тоже начали делать попытки охотиться, и у многих это увенчалось успехом. Разумеется, поймать крупную дичь они не могли, но с мышами они вполне справлялись. У них даже появились свои лидеры и свои стаи. Джек смотрел на это сквозь пальцы – больше дисциплины, меньше будут мельтешить под ногами и ныть. Истребление мышей – это неплохо, эти юркие твари уничтожают и портят еду. Охота на мышей, правда, была за котами, но на этих хитрых бестий надежда была небольшая. Свой брат собака все же надежнее.

А потом им пришлось испытать новый шок. Джеку в его прошлой жизни не приходилось бывать в городе, и он даже не догадывался, что в там, оказывается, был зоопарк.

Когда люди так внезапно вымерли, животные из зоопарка разбрелись кто куда. Шустрые мартышки открыли клетки и выпустили всех на свободу. Звери побродили по городу, сожрали все, что можно сожрать, в том числе и трупы, и двинулись изучать окрестности.

Первым в их городке показались лев по имени Кореш с подругой Кэти. Он известил округу о своем появлении мощным рыком. Некоторые псы из стаи Джека поджали хвосты от страха и завыли – неведомый зверь показался им ужасным. Но Джек не растерялся, он понимал – прояви слабость сейчас, и через минуту за твою жизнь никто гроша ломаного не даст. А у него жена и дети.

Джек собрал вокруг себя тех, кто не боялся, и они двинулись на Кореша, оскалив клыки и угрожающе рыча. Но Кореш был не робкого десятка, тем более, что за его спиной маячила Кэти. Он оскалился и встал в боевую позу. Джек решил, что или пан, или пропал. Лучше погибнуть в бою, чем жить униженным и оскорбленным.

Однако в этот момент случилось нечто непредвиденное. Откуда не возьмись, выскочил кот Бонапарт (что за нелепое имя!), подбежал к Корешу сзади, так, что тот ничего не успел даже сообразить, и вонзил свои мелкие, но острые зубы льву в хвост. Кореш взвыл от боли, и закружился на месте, пытаясь сбросить Бонапарта, но тот держался крепко. В довершении он вонзил в задницу Корешу свои саблеподобные когти и начал драть кожу льва мощными задними ногами. Лев кружился на месте, как ужаленный, но Бонапарт не сдавался. Кэти остолбенела от неожиданности. Бонапарт был настолько мал, что она никак не могла уловить его движений и помочь Корешу. В это самое время подзадоренные и осмелевшие псы набросились на нее и стали кусать ее ноги. Еще несколько отважных котов пришли на помощь Бонапарту и собакам, и вскоре Кореш и Кэти взмолись о пощаде.

Джек велел собратьям оставить свои жертвы. Бонапарт нехотя слез с Кореша, кожа на заднице и которого висела лоскутами. Кэти тоже изрядно потрепали.

Задыхаясь и стеная, Кореш сообщил Джеку, что он совершенно не собирался на них нападать, они, дескать, его не так поняли. Наоборот, он пришел заключить мир. Надо выживать вместе. Джек кивнул. Разумеется. Зачем враждовать? Они же не люди, чтобы убивать себе подобных. Теперь уважаемый Кореш убедился, что они могут за себя постоять. На их стороне мобильность и многочисленность. Кореш поспешно закивал. Да, да! Он все понял. Территория священна, с этим он не спорит. Кореш рассказал Джеку, что в городе сейчас живут обезьяны, медведи, удавы, гепарды, леопарды, лисы, еноты, волки и прочая шушера. Парнокопытные и волки сразу убежали в леса. В реке поселился крокодил. То есть фауна самая разнообразная. Джек кивал, слушая. Да-аа, народ разномастный… но ничего не поделаешь, придется приспосабливаться.

Расстались они с Корешем друзьями – лев уважал силу и ловкость. Он по дружбе сообщил Джеку, что из влиятельных в городе, пожалуй, кроме него еще медведь Бука и горилла Олли. Остальные так себе, ничего опасного, серая масса. Есть, правда, среди волков забойные ребята, но они сразу ушли в лес и держатся там особняком. Что и говорить, лес – это их родная стихия. Джек намотал это на ус. Полезная информация, пригодится. Потом Кореш и Кэти отправились зализывать раны.

После этого случая Бонапарт стал местным героем. Он важно расхаживал по заборам, подняв хвост, и победно мяукал. Благодарные собратья устроили ему пир. Каждый счел своим долгом поздравить Бонапарта, и принести ему что-нибудь вкусное.

Через неделю Бонапарт растолстел, как откормленный на убой боров, и Джек велел прекратить эти празднества, иначе в следующий раз Бонапарт даже убежать не сможет, не то, что отстаивать территорию. Бонапарт пошипел немного, но правоту Джека признал – у него появилась одышка.

И все же с тех самых пор Бонапарт и Джек стали лучшими друзьями. Скоро, к их немалому удивлению, у них появился еще один неожиданный друг.

Как-то после сытного ужина, Джек лежал во дворе своего дома, наблюдая за играми своих отпрысков, и вдруг увидел огромную жабу. Она выскочила из-под крыльца, и один из щенков – Бакс, названный так в честь бывших хозяев Джека, которые все время повторяли это странное слово, ударил ее лапой. Жаба выпучила глаза и жалобно квакнула. Бакс ткнул ее носом и опять ударил ее лапой будто по мячу. Жаба описала в воздухе дугу и приземлилась прямо перед мордой Джека. Джек не очень любил жаб и всяких там гадов, но он был в благодушном настроении, поэтому накрыл жабу лапой и велел Баксу убираться. Бакс не смел ослушаться отца, он нехотя оставил жабу и убежал к братьям гонять мяч.

Джек снова закрыл глаза, спасенная жаба его больше не интересовала. Но жаба проквакала прямо в ухо Джеку слова благодарности. Джек очень удивился, он и не знал, что жабы бывают такие вежливые. Он даже смутился. Жаба же, напротив, расчувствовалась. Она вовсе не собиралась уходить. Она скрипучим голосом поведала Джеку, что ее зовут Кукла. Да, такое вот имя… странно для жабы, но ей нравится. Так ее назвала одна девочка из этого дома, с которой они дружили. Милая была девочка! Джек даже привстал – так Кукла знала его хозяев?! Жаба закивала – знала, знала, а как же! Джек растаял. Они с Куклой предались совместным воспоминаниям, и немного погрустили. Кукла сказала, что живет здесь, в подвале и под лестницей. Тепло и мошкара – все, что ей нужно. Ночью ходит на пруд и в коллектор на окраине города. Там очень комфортно и сыро, много всяких тварей. Они много знают и много могут рассказать, поведала Кукла по секрету. Если Джек позволит, она будет иногда приходить к нему – всегда приятно побеседовать со старым другом. Джек позволил.

С тех пор Кукла частенько наведывалась к Джеку. Она выползала из своего укрытия и спокойно грелась на солнышке, зная, что никто ей не помешает. Они с Джеком вспоминали былое, Кукла рассказывала, что происходит в городе. Потом к их теплой компании присоединился Бонапарт. Он обожал сплетничать с Куклой, подробно выспрашивал ее, что носят коты в городе, какие там кошки, и тому подобную чушь. Под их разговоры Джек всегда засыпал, эти темы его мало интересовали.

Постепенно они перезнакомились почти со всей городской братией. Бука оказался хоть и громадным, но вполне добродушным гризли. Горилла Олли тоже был ничего, хотя чрезмерно вспыльчив и обидчив. Будучи в гостях у Джека он почему-то любил сидеть на крыше. Говорил, что нравится смотреть на звезды. Дескать, в зоопарке он только это и делал – смотрел на звезды. И так привык, что теперь без этого не может. Ну, звезды, так звезды, Джек не возражал.

Олли часто жаловался на Кореша за то, что тот берет себе лучше куски. Джек разводил лапами – имеет право, он же охотился! Если Олли хочет лучше куски, пусть идет на охоту сам. Олли дулся, забирался на крышу и сидел там пока Бука не бросал в него камень.

Вообще Олли и Бука имели одно очень полезное умение – они могли открывать банки с консервами, которые в великом множестве находили в магазине. Олли забирался па полки, брал открывалку и откупоривал банки. Бука не мог открывать банки там мастерски, как Олли, но вполне мог клыками проделать дырку в железной банке и пить из нее скажем, сгущенку.

Прошло несколько лет, зверье приспособилось к вольной жизни, и даже вошло во вкус. Многие одичали и ушли в лес, но многие остались в городе и прилегающих окрестностях. Джек потихоньку состарился и передал бразды правления Баксу – молодому прыткому псу, своему сыну.

Бонапарт тоже слегка обленился, хотя и держался молодцом. Своих отпрысков он уже и не помнил, настолько они были многочисленны. Да что там отпрыски! Бонапарт не помнил даже своих жен. Но дружбе это не мешало, и они по-прежнему охотно проводили время вместе.

Сенсация случилась несколько дней назад. Новость, как всегда, принесла Кукла. Новость была настолько ошеломляющей, что повергла Джека в ступор. Он даже не знал, что теперь с этой новостью делать, но делать что-то было нужно. Более того, Джек не знал, можно ли доверить эту новость кому-то еще. Он долго думал, и решил пока молчать, во избежание недоразумений.

А новость заключалась в следующем – у них в окрестностях, на кладбище, в старом склепе живет человек! Живой человек! Этим человеком была старая Соня. Джек знал эту Соню – она жила на отшибе, особняком от всех. Ее считали вроде как ведьмой или знахаркой… Когда все исчезли, никто не подумал, что Соня может выжить. А она, видимо, просто спряталась и прожила так несколько лет. Может, из ее дома есть ход в склеп? Но об этом Джек не брался судить. Важно было то, что Соня выжила.

Джек спросил Куклу, почему она раньше молчала? Неужели не знала? Кукла презрительно квакнула – откуда? Соня, видимо, искусно пряталась, да она, Кукла, на кладбище не ходит. Там свои обитатели – могильные черви, ну, может шакалы. Что ей там делать? Сожрут под шумок и недорого возьмут. Обитатели коллектора, особенно из отдаленных мест, неразговорчивы. Им нет ни до чего дела. Кстати, о Соне это ей сказали не они, она сама ее увидела как-то ночью – старуха брела в задумчивости по коллектору, по направлению к выходу. Потом очнулась и побрела назад. Кукла проследила за ней и рассекретила ее жилище в склепе. Оказывается, в коллекторе есть дверь, и она ведет по тайным ходам прямо в склеп. Тут Кукла понизила голос – там целая система подземных тоннелей! Кукла натерпелась страху – думала всё, конец, ей никогда не выбраться. Но Соня шла довольно уверенно, и привела Куклу прямо в склеп. Тут Кукла не выдержала и радостно заквакала, забыв об осторожности. Так Соня заметила ее. И еще, тут Кукла понизила голос, старая ведьма научилась понимать их язык! Адаптировалась, значит. Она просила Куклу передать, что хочет встретиться с Джеком. Да, да, так и просила. Только тайно, чтобы никто не знал. У нее есть важная информация. Настолько важная, что она даже решила раскрыть себя. Для этого, мол, и пришла в коллектор.

Такого Джек не ожидал, и растерялся. Он обещал Кукле подумать. Он боялся не за себя, за Соню. Если узнают, ее могут разорвать в момент. Хотя и не факт. Чем может помешать старуха? А если она знахарка, то сможет лечить их болезни… Джек обрадовался этой идее. От болезней многие умирали, а так есть перспектива вылечиться. Зачем отказываться от такой возможности? Джек воспрянул духом. Он позвал Куклу, и сказал, что готов встретиться с Соней. Кукла обещала организовать встречу.

На встречу Джек решил сходить один. В конце концов старуха могла просто выжить из ума и болтать всякую чепуху. Это вызовет определенное разочарование и сомнение в ее целительских способностях. А раз так, то ей точно конец. По непонятным для него самого причинам Джек не хотел, чтобы Соня умерла. Он боялся признаться сам себе, что очень хочет видеть живого человека… хочет чувствовать его запах, смотреть в его глаза и слушать его голос. Пусть даже это будет Соня. Какая, собственно, разница? Тем более, теперь.

Приняв окончательное решение, Джек вызвал Куклу и велел ей отвести его к Соне, настрого приказав ей никому ничего не говорить. Кукла квакнула в знак согласия и тут же отправилась к старухе. Такую прыть можно было объяснить только ее неутоленным любопытством. Через пару часов она вернулась и сообщила Джеку, что ночью Соня ждет его. Она, Кукла, проводит Джека до места.

И вот, когда все уснули, Кукла забралась Джеку на спину, чтобы не тормозить движение, и они оправились в путь. Джек и сам горел нетерпением, так что даже возле склепа немного запыхался. Жаба соскочила с него и проскользнула в склеп. Джек вошел следом. Было очень темно, и Джек ничегошеньки не видел. Он потянул носом воздух и уловил легкий запах человека. Он тихонько заскулил, давая понять, что настроен более чем дружелюбно. К его удивлению из темноты выступил силуэт и подошел к нему. Исхудавшая старушечья рука опустилась на голову Джека и ласково погладила его. Джек растаял. Он завилял хвостом, как щенок, выражая свой восторг. Кукла скромно сидела рядом, не вмешиваясь. Ностальгия Джека была ей понятна. Старуха всхлипнула и прижалась к собачей морде, заливаясь слезами. Они посидели немного рядом, вздыхая, пока старуха не спохватилась. Она принесла Джек миску с едой, и Джек галантно поел, чтобы не обижать хозяйку, хотя был не голоден. Соня умильно смотрела на него. Поев, Джек положил голову на лапы, приготовившись слушать.

– Что ты хотела мне сказать? – спросил он Соню.

Соня покосилась на Куклу. Джек перехватил ее взгляд.

– Не бойся. Это ведь она нашла тебя. Можно сказать, спасла от смерти. Ей можно доверять.

Старуха покачала головой.

– Смерти я не боюсь. Скоро и так умру. Совсем старая стала! Из-за этого и позвала тебя. Жаба сказала, что ты у них главный и что тебе можно доверять. Она сказала, что ты добрый и спас ее. Это правда?

– Наверное. Ей виднее. Но ты можешь довериться мне. Я ведь пришел один, никому не сказал.

– Это верно, – старуха улыбнулась, обнажив беззубые десны. – Хотя у меня нет особого выбора. Я не могу унести эту тайну в могилу. Ты должен поклясться мне, что не причинишь зла… никому…

– Ну что ты заладила? Что за тайны? Я никому еще не причинил зла в своей жизни! – Джек начал заводиться. – Говори, нам нужно успеть обратно, чтобы не задавали вопросов. У меня семья.

Старуха пожевала губами, очевидно все же не решаясь начать. Джек терпеливо ждал. Наконец она заговорила скрипучим голосом.

Она поведала Джеку, что несколько лет назад гуляя по кладбищу, забрела на опушку леса. Ее внимание привлекла женщина, которую она заметила вдалеке. Она хотела было окликнуть ее, но тут из глубины леса показался дикий гризли самого устрашающего вида. Он схватил женщину и утащил ее. Старуха ничего не смогла сделать, так силы были очень уж не равны. Она ушла, сокрушаясь о незавидной участи бедняжки.

Какового же было ее удивление, когда несколько месяцев спустя она обнаружила ту же самую женщину бесцельно бродящей среди могил. Она выглядела потерянной и не вполне нормальной. К слову сказать, впоследствии оказалось, что она была совершенно ненормальной. Женщина была вся в грязи и царапинах. Старуха привела ее к себе, накормила и залечила раны. Женщина, похоже, ничего толком не понимала. Она только стучала зубами и тихонько выла.

Соня начала ее выхаживать. Она старалась изо всех сил, надеясь, что разум вернется к бедняжке, но чуда не произошло. Женщина оставалась безумной. Она ела из миски, встав на четвереньки, словно животное, а поев тут же засыпала. Так продолжалось какое-то время и Соня смирилась с таким положением дел. Но тут она сделала неожиданное открытие – женщина оказалась беременна. Что и говорить, это застало Соню врасплох. С помощью трав она попыталась лишить Зару (так она назвала незнакомку) плода, но ничего не получилось – дело зашло слишком далеко.

В положенный срок Зара родила ребенка. Им оказалась девочка. Зара не хотела принимать дочь. Она кричала и закрывалась руками, когда Соня подносила малышку матери. В ее бормотаниях Соня смогла различить слова «медведь» и «зверь», как ей показалось. Соня не знала что делать. Чтобы малышка не умерла от голода, Соня сама сцеживала у Зары молоко и кормила кроху. Девочка была крупной и здоровой. Соня назвала ее Розой из-за красных тугих щечек.

В этом месте Соня сделала паузу, понизила голос и продолжила. Роза росла не по дням, а по часам. Как-то ночью Соня вышла по своему обыкновению на прогулку, а когда вернулась, застала Розу сидящей на животе Зары, и жадно сосущей молоко прямо из груди. Зара была в глубоком обмороке, но Розу это не смущало. Соня остолбенела. Наевшись, девочка отвалилась и заснула, засунув руку в рот.

– Мне показалось, – тут Соня вновь понизила голос, – хотя это и не подтверждено, и знать наверняка никто не может, что отец Розы – тот самый дикий гризли!

– Да ну! – Джек от удивления даже привстал. – Не может быть!

Соня вздохнула. Еще как может! У девочки имеется небольшой хвост… и шерсть коричневого цвета по всему телу… хотя она прехорошенькая! Очень милая и воспитанная. Соня пыталась сделать из нее человека. Она умеет говорить, Соня читала ей книги. Ее мать недавно умерла, теперь девочка сирота. Хотя какой толк от такой матери, прости Господи? Она, Соня, тоже чувствует приближение костлявой, поэтому и позвала Джека. Девочку нужно спасти. Ей семь лет, но она очень смышленая. И ловкая. Хотя несколько неуклюжая. Она должна понравиться Джеку.

Если бы мог, Джек бы присвистнул от удивления. Ну и дела! Соня скрылась в темноте и скоро вновь предстала перед очами Джека, держа за руку ребенка. Девочка выглядела слегка диковатой. Она исподлобья рассматривала Джека, посасывая палец на руке. Соня погладила ее по голове. Джек потянул носом воздух. Он не почувствовал запаха зверя… только запах человеческого дитя. Он сообщил об этом Соне. Та пожала плечами.

– Я же не утверждаю, что это так. Я говорю, такое может быть. Детка, покажи ручку! – Соня задрала тряпье, прикрывающее тельце девочки и показала Джеку ручку, покрытую коричневым пушком.

Джек не знал что и думать. Девочка засопела, очевидно запоздало испугавшись. Соня поспешила ее успокоить.

– Не плачь, деточка. Он хороший. Ты можешь погладить его, он тебя не укусит. Его зовут Джек. Ну, смелее! – Она подвела Розу прямо к морде Джека и, взяв ее ладонь в свою, провела ею по собачей голове. Девочка напряглась, но руки не отдернула. Джек мысленно похвалил ее за смелость.

После этого Соня увела девочку, и они договорились с Джеком, что Кукла будет наведываться к ним хотя бы через день, чтобы быть в курсе. Когда же придет Сонин смертный час, Джек заберет Розу.

Джек посадил Куклу на спину, и они удалились.

С тех пор Кукла стала завсегдатаем у Сони в склепе. Она каждый день докладывала Джеку о состоянии дел. Пару раз ночью Джек и сам навестил Соню. Роза перестала дичиться, она даже поиграла с Джеком, а он покатал ее на спине. Роза заливисто смеялась. Джек начал чувствовать привязанность к ребенку.

Весть о том, что Соня умирает, Кукла принесла через пару месяцев. Джек поспешил к ней. Он застал ее лежащей на кровати в одном из тайных помещений склепа. Она была еще жива. Джек подошел к ней, она погладила его. Джек лизнул ее руку. Старуха велела Джеку пообещать, что он зароет ее на кладбище. Джек пообещал, и Соня испустила дух. Джек столкнул тело на пол и потащил на улицу. В самой глубине кладбища он лапами вырыл могилу и положил туда тело Сони. Затем он засыпал его землей. Посидев немного возле могилы, Джек вернулся в склеп. Роза плакала, вытирая глаза кулачками. Джек облизал ей лицо, чтобы немного успокоить, а потом они отправились в путь.

Тайком от всех они проникли в дом, где обитала семья Джека. Джек велел Розе спрятаться в подвале. Туда никто никогда не ходил. В подвале было пыльно и пахло плесенью, но ничего лучше Джек пока придумать не мог. Он принес девочке еды – остатков мяса и воды. К сожалению, ничего другого в их обиталище просто не водилось. Джек велел Розе не высовываться и держать связь через Куклу. Роза кивнула. Она не маленькая, понимает.

Три дня Джек мучился вопросом – как ему быть дальше? В одиночку ему не справиться с ребенком, это ясно. Да и девочка не может сидеть все время в подвале, ей захочется выйти, подышать воздухом. Она может начать кричать и таким образом обнаружить себя. Да мало ли что может случиться, в конце концов!

На исходе третьего дня Джек призвал к себе своих друзей – Буку, Бонапарта и Олли. Джек сказал им, что собирается серьезно с ними поговорить. Дело настолько важное, что не требует отлагательства.