Декада. Столетие разрушения
- -
- 100%
- +
– Боже, что это за прелесть, – Гера улыбнулась, – какая пушистая! Прямо бархатная.
– Есть целая планета с такими.
– Я бы завела такую дома.
– Гера! Это не домашнее животное. Хотя и похожа. Это разумная раса.
Лорел засмеялась:
– Хватит вам. У этой девочки трудности. Кстати, Дрейк. Надо будет ей комнату подготовить.
– Я думал поселить ее в отеле. Да и разве твой папа не будет против, что мы все тут поселимся?
– Ни в коем случае. Ты сам сказал, Таулерр по зеркалам может ее достать где угодно.
– Знаете что, – Гера встала, – поехали. Я соберу всех пораньше. Надо, чтоб Дрейк рассказал, что узнал.
***
Дрейк вызвал такси и ждал на улице, пока девушки собирались. Кимми написала ему, что прямого рейса на Декаду нет. И она взяла билет с пересадкой. Итого ее дорога составит около четырех суток.
Наконец, девушки собрались и вышли. Они быстро доехали к дому Джеймса. Дрейку очень хотелось с ним поругаться, потому что Джеймс пытался соблазнить Лорел, но он держал себя в руках.
Почти все приехали одновременно с ними. Дрейку вновь пришлось рассказывать историю, как его обокрали и он не мог позвонить и как остался на пятимесячное обучение. В этот момент он наблюдал за ними. Рауль был необычно тихий по своим меркам. Дрейку даже показалось, что его волосы стали на тон светлее и что он похудел. Даниель не особо изменился. Он был все так же одет в черное и увлеченно слушал рассказ Дрейка. Джеймс тоже, казалось, был рад его возвращению, хотя, в свою очередь, внимательно рассматривал Дрейка. Лицо Даны, к удивлению Дрейка, было необычайно бледным. Ее рыжие волосы снова завивались в кудри. Она не улыбалась, как обычно. Как и Рауль, она сидела понурая и уставшая.
Дрейк во всех подробностях рассказал им дело Кимми и немного осветил жизнь в научном центре.
– Значит, этот Таулерр колдун, – подвел итог Рауль. – И он охотится на разных планетах, перемещаясь по зеркалам? Как же его убить?
– Этого я не знаю… Рауль, можно тебя на минутку?
– В доме Джеймса все друг друга выводят на минутку. Ну идем.
Он вывел его на улицу.
– Что с рукой?
– Ты что, сквозь рубашку видишь?
– Гера сегодня утром приходила к Лорел и рассказала. Она переживает, что у тебя роман.
– А ты что делал утром у Лорел? – он оживился. – Вчерашняя встреча прошла как нельзя лучше?
– О да, – Дрейк улыбнулся, – еще как. Так, не сбивай меня! Расскажи мне хотя бы. Я все равно в курсе.
– Все паршиво. Я сам не знаю, – он закатал рукав, снял бинт и показал Дрейку три символа, идущие по предплечью от запястья к локтю. Первый знак – перечеркнутый косой линией параграф. Второй знак незавершенной бесконечности. Его также перечеркивала вертикальная линия. И третий – трикветр с расходящимися концами. Вокруг знаков кожа на руке была красная и местами кровила.
– Рауль, это ты разодрал так? Когда оно появилось?
– Не я. Они сами по себе кровят и болят. Знаешь, я понятия не имею, что это. Появилось, когда Лорел и ребята возвращались из леса.
– Мы можем поехать к тебе домой? Когда не будет Геры? Например, в понедельник.
– Что? Зачем это?
– Затем, что я демонолог. Теперь я много знаю о демонах и их символике. Мне надо проверить дом. И еще. Я знаю, что это за символы.
Глава 37. Сын профессора Виллеруа
Огни прожекторов освещали душную арену в огромной зале. Публика ликовала и выкрикивала фанатские лозунги. Женщины поднимали вверх плакаты с написанными именами.
На арене сражались двое молодых людей. Из одежды на них были только военные штаны.
Удар – один из мужчин пробил блок противника. В голове он просчитывал, каким будет его следующий шаг. Снова удар. Соперник сотворил на руку энергетическую перчатку и ударил его по лицу. Оглушенный ударом, он упал. Но быстро пришел в себя и снова встал на ноги. В голове шумело. Соперник снова набросился на него, он пригнулся. Захват. Подсечка. Он сел на противника и стал бить его что есть сил. Брызги крови окропили арену.
Гонг. Мужчина отошел. Судья досчитал до десяти. Противник не встал.
Публика затихла в ожидании провозглашения победителя.
«Победил Нилл Нортон!» – воскликнул судья и поднял руку Нилла вверх.
Восторженные люди повскакивали со своих мест. Ажиотаж достиг своего пика. Нилл уже плохо различал, что кричат с фанатских мест. Он помахал рукой и улыбнулся, а потом спрыгнул с арены и пошел одеваться. Сегодня ему хотелось завершить все дела поскорее и лечь спать.
Он принял душ в своей гримерке, вышел, включил телевизор. Блондинка с перекаченными губами рассказывала про свою «гламурную жизнь» противным голосом. Нилл поморщился и переключил. Новостной канал не работал. В его распоряжении были лишь изобилие однообразных шоу, с совершенно глупыми сюжетами и неинтересными персонажами, сериалы с плохой актерской игрой и исторические фильмы, режиссеры коих надругались над историей в полной мере. Он выключил телевизор. Оделся, расчесал темные волосы, провел рукой по аккуратной щетине, пытаясь вспомнить, когда он брился. Нилл налил себе воды в стакан и сел в кресло. В этот момент в дверь гримерки постучали.
– Войдите.
Зашел мужчина в длинном плаще.
– Нилл Нортон, здравствуйте. Я Эйдан Уэйд. Галактическая Федерация, – он подошел и протянул Ниллу удостоверение.
Нилл весьма удивился такому визиту. Он внимательно осмотрел документ и молча отдал офицеру обратно, вопросительно смотря.
– Сэмуэль Виллеруа ваш отец?
– Да.
– Нилл Нортон, ваш отец погиб.
– То есть? Что вы такое несете?
– Пять дней назад он был убит ведьмой.
– Убит? Вы что? Зачем кому-то его убивать?
– Обстоятельства дела выясняют. Пока предположительно целью ведьмы был не ваш отец, а темный, приехавший учиться к вашему отцу. Сэмуэля она убила, чтоб достать его.
– Приехал, откуда? Темный этот, – он встал с кресла. – Кто он? Как его имя?
– Он с Декады. Дрейк Райтон. Знаете его?
– Нет, – медленно он подошел к стене, прислонился к ней головой и закрылся локтями. – Может, это был не мой отец? Скажите, вы могли ошибиться? – В его голосе звучала слабая надежда.
– Мне очень жаль. Вам лучше поехать со мной на опознание.
– У меня свой корабль.
– На моем будет быстрее. Ваш корабль мы можем пристыковать и взять на буксир.
– Хорошо… Давайте так, встретимся у вашего корабля. Я вас найду. Быстро только вещи соберу и отменю завтрашний бой.
***
Нилл сделал все очень быстро. Он все еще не верил в происходящее и надеялся, что это чья-то очень глупая и злая шутка.
По приезде в морг, Ниллу стало не по себе. Он ненавидел морги. Это место всегда напоминало о том, что дарованное им магией бессмертие спасало только от старения и смерти по причине старения. И то не всех. Ведь было множество магов-старцев. Людей, которые за свою жизнь пережили ужасные воздействия магии, воздействия обстоятельств, доведенные до отчаяния. У таких людей внутри что-то ломалось. И они начинали стареть. Мудрость никому не давалась даром. Природа поражала Нилла. Как она была прекрасна в своей жестокости. Она подчиняла их одному из законов физике. Сила действия равна силе противодействия. Одарив магов бессмертием, она тут же в противовес придумала убийц, войны, страшные болезни, несчастные случаи. Неведомая сила следила за балансом во вселенной.
Из холодильной камеры выкатили тело. Толстый сотрудник морга безучастно сообщил:
– Сэмуэль Виллеруа. Триста пятнадцать лет. Причина смерти – множественные колотые раны и связь с другой жертвой. Британи Элорэс, умершей от воздействия темной магии, приведшей к разрыву легочной артерии, асфиксии и ускоренному летальному исходу. Последние минут пятнадцать жизнь Сэмуэля Виллеруа поддерживалась по связи с Британи Элорэс. Он чувствовал то же, что чувствовала и она перед смертью. С ее гибелью его сердце остановилось.
Нилл смотрел на тело отца. Худое, бледное, изрезанное хирургическим ножом, оно было изменено природными процессами почти до неузнаваемости. Еще недавно он видал отца здоровым, полным сил. Нилл выиграл очередной бой. Отец поздравлял его, а потом они спорили, о том, что изучать магию и стремиться узнавать свои корни необходимо. Нилл нагрубил отцу, сказав, что маму не спасло то, как он навязывал ей изучение магии. С тех пор они не виделись. Нилл столько раз собирался позвонить, извиниться, ведь на самом деле он никак не хотел обидеть отца. И восхищался тем, как трепетно отец относится к культуре, истории и искусству магии, даже после всего, что с ним случилось. Но всякий раз он откладывал разговор на потом. И это было последнее, что услышал от него отец.
По щекам Нилла потекли слезы.
– Вы не могли бы оставить меня на некоторое время наедине с отцом. Я бы хотел с ним попрощаться.
Сотрудник морга пожал плечами, взял трубку и вместе с офицером Уэйдом вышел.
Нилл вытер непрошеные слезы, но они снова и снова наворачивались и застилали своей пеленой глаза.
– Отец… – он наклонился к телу, – что ж ты мне не позвонил? Я понимаю, как все мамины видения были для тебя важны. Темный с Декады… Почему, пап? Одно видение об этом убило маму. Но ты! Как ты мог меня оставить?! – Он снова стер слезы. Ком горечи и тоски сдавил его грудь. – И как мне прикажешь трактовать все произошедшее? Неужели на наш век выпадет война с Богом тьмы и весь мир погрузится в хаос? Я не был хорошим… Нет. Я был плохим сыном. Я не оправдал ни одну твою надежду. – Он посмотрел на свои стертые от постоянных драк костяшки на руках. – Я найду всех, кто виновен в твоей смерти. – Он поцеловал отца в лоб. – Прости меня, отец. Я всегда восхищался тобой.
Нилл взял его руку. Она была холодная и застывшая. Неописуемое чувство пустоты охватило Нилла. Он отпустил руку и вышел к офицеру.
– Когда я могу забрать тело?
– Мы с вами свяжемся. Пока еще судмедэксперты не закончили.
– Понятно. Примерно, скоординируйте меня по времени. Понимаете, все-таки космос – не самый ближний край.
– Еще два—три дня.
– Ясно. Три дня, значит. Я поеду на Вианту-1, где он работал. Скажите, а что с тем Дрейком Райтоном? Где он?
– Простите, я вам не могу этого пока сказать.
– Надеюсь, вы посадите его.
Он посмотрел следователю в глаза. Сжал кулаки и пошел вперед.
***
Перелет до Вианты-1 составил сутки и десять часов. Нилл вышел из корабля. Его охватило легкое чувство ностальгии. Так давно он тут не был. Наверное, ему было лет восемнадцать, когда он прилетал к отцу на работу. Это был его первый самостоятельный полет. Тогда отец был очень горд. Он показывал сыну космическую станцию. Показывал рынок. Тогда еще он был чуть поменьше, и цены были не настолько взвинчены. Отец купил ему книгу по устройству и ремонту космических кораблей. Это был самый лучший день в тот год для Нилла. Отец рассказывал про учебу. Тогда он был только преподавателем. А после стал председателем научного центра. Он был уверен, что Нилл пойдет учиться к нему.
Нилл касался стен, пока шел. Воспоминания нахлынули на него так, что он не понимал, просто ли это воспоминания или видения о прошлом. Отчасти именно поэтому он выбрал себе род занятий, не связанный с утонченными искусствами высшей магии. Он боялся, что от матери ему перешел дар видеть. И не хотел его принимать. Но это был не единственный дар, перешедший ему по крови. Нилл отрицал все свои способности. Он очень хорошо помнил, какова цена за магию.
В коридоре ему встретился профессор по боевым искусствам.
– Привет, Эштон, – обратился к нему Нилл.
Эштон непонимающе посмотрел:
– Привет.
– Я Нилл. Помнишь меня? Я сын профессора Виллеруа. Мы виделись, когда я приезжал сюда. Давно.
– Точно… Нилл! Я тогда еще был ассистентом преподавателя по боевым искусствам, а теперь я сам преподаю. Ничего себе! Что же ты раньше не приезжал?
– Не мог. Скажи, где кабинет моего отца? Я бы хотел побыть там.
– Да… Седьмой уровень. Большая такая дубовая дверь. Только там криминалисты Федерации побывали. Небось, поперекладывали все.
– Ничего. Эштон, ты знаешь, кто такой Дрейк Райтон?
Эштон усмехнулся:
– Да, – он поднял брови и опустил голову, – наш лучший ученик.
– Говорят, он связан с убийством моего отца.
– Сложно сказать, что там было, Нилл. Выглядело, конечно, скверно. Его арестовали в день убийства. Но никто из нас не понимает, какие у него могли быть мотивы. Они с профессором Виллеруа, твоим отцом, были очень близки. Райтон даже мой предмет освоил великолепно. А как он дело по демонологии раскрыл! Хоть на доску почета вешай. Их два друга было. Он и Рэне Лантер. Настоящие напарники. Лантер вроде как в ГРУ подал документы. А что с Райтоном, я так и не знаю.
– Вот как… Спасибо, Эштон. Я поднимусь к отцу в кабинет, если можно. Там не заперто?
– Заперто. Я принесу тебе ключ.
– Спасибо еще раз. А после сходим с тобой еще поговорим, хорошо? Расскажешь мне про отца. Если, конечно, у тебя есть время.
– Есть. Отдать дань уважения Сэмуэлю Виллеруа у каждого из нас время найдется, – он пошел за ключами.
***
Нилл поднялся в кабинет. Он зашел и медленно закрыл дверь. Круглое уютное помещение с прозрачным потолком, через который был виден космос. По его периметру располагались полки с книгами, уходящие к высоченному потолку. Посередине кабинета стоял стол. А за ним находилось большое окно с красивыми синими шторами. Нилл сразу узнал их. Мама всегда любила синие шторы.
Он подошел к столу и сел в кресло. Кабинет был пропитан энергией отца. Нилл снова стер слезы и стал открывать ящики. В одном из них он нашел фотографию. На ней он был совсем маленький. Они с отцом были на корабле и смотрели на восход. Их фотографировала мама. Такие счастливые лица. Отец выглядел намного моложе. У Нилла не было переднего зуба. Он невольно улыбнулся, смотря на фотографию. В ящике лежало много бумаг. Информация о студентах. В одном из ящиков Нилл увидел толстенную книгу. Он достал ее и открыл. На пол выпало письмо. Нилл положил книгу на стол и поднял упавший конверт. «Моему дорогому Дрейку Райтону», – было написано на лицевой стороне конверта.
Внутри у Нилла все похолодело. Дрожащими руками он открыл конверт, достал письмо и стал читать.
Глава 38. Подвал отчего дома
Время до понедельника пролетело быстро. Лорел показала Дрейку свои новоприобретенные умения полета на корабле. Они веселились и наслаждались проводимым вместе временем. Дрейк даже начал забывать обо всем плохом, произошедшем с ним. Но вот выходные кончились, а с ними кончилась и спокойная жизнь. Утром Лорел поехала на работу, а Дрейк приехал к Раулю.
Рауль жил в одноэтажном доме с большой пристройкой, оборудованной всем необходимым для занятия магией. Дом стоял четвертым на линии, а между дорогой и участком по воздуху протекала небольшая речушка.
– Красиво, однако, – оценил Дрейк и позвонил в дверь.
Рауль открыл. Дрейк обратил внимание, что сегодня он даже причесался. На нем была красная клетчатая рубашка и джинсы.
– Заходи.
– Это ты марафет навел к моем приходу? Ты поразил меня в самое сердце!
– А ну не умничай давай, – Рауль закрыл дверь. – Я на работе сказал, что приболел. Если Гера узнает, что ты тут был, у меня будут проблемы. Так что рассказывай все, что тебе известно.
– Я расскажу. Но сначала ты. Почему ты не рассказал Гере ничего о себе?
– Не хочу ничего рассказывать. Что мне ей сказать? «Извини, любовь моя, когда я брал тебя в жены, забыл упомянуть, что я наполовину демон?»
– Но ты как минимум, наверное, обещал не врать ей. Лучше поздно, чем никогда.
– Ты сам бы следовал своим советам.
– Я плохой пример, – он снял пальто и осмотрелся. – Я проверю дом на энергию. Давно вы тут живете?
– Три года. До этого у нашей с Даной тетки жили.
Дрейк закрыл глаза, выставил руки вперед ладонями и стал сканировать энергию.
Рауль скрестил руки и наблюдал за ним.
– В доме, как ни странно, ничего необычного, – Дрейк задумался. – Я думал, на тебя кто-то влияет.
Он направил руки на Рауля и поднял бровь:
– Вот это да.
– Что?
– Такая сильная демоническая энергия. Рауль, от тебя буквально жарит адом!
– Отлично, я жаркий. Что дальше?
– Нет, ты не понимаешь, – он положил руки Раулю на плечи. – Ты не чувствуешь в себе никаких изменений? Агрессию? Я имею в виду, более сильную, чем обычно?
– Постоянно. А еще усталость и желание подраться с кем-нибудь.
– А физически? Твоя магия конфронтирует с демонической силой. Внутри тебя суровая борьба, – он отошел от Рауля. – Послушай. Ты сказал, эти знаки появились, когда нашли жезл и ребята возвращались домой. А что было, когда появился первый символ?
– Да я уж и не вспомню. Летом, я же рассказывал. Никаких памятных событий не было. Так что это за знаки? Ты сказал, что знаешь.
– Да. На твоей руке не хватает только четвертого символа для полной картины. Это знаки всадников или, как еще их называют, вестников конца света и восхождения тьмы. По легенде в столетие разрушения, когда падет первая печать, мир узрит вестника на черном драконе. Ты говорил, что первый из твоих знаков – знак Зорна. Три брата, создавшие этот город, тоже были вестниками. Это один из самых древних видов демонов. Восходящих к легенде первородного греха. К легенде об Аридэе. Когда все люди и существа жили в мире и гармонии, но вдруг одному из людей захотелось получить власть над живыми существами. Он убивал и добавлял в свой большой котел сердца разных существ, обладающих мощными способностями. Последней, кого он убил, была юная девушка. Он бросил ее сердце в кипящий котел, проговорил заклинание, рассчитывая, что сила придет в него. Но вместо этого его заклинание породило сильнейшего демона. Аридэю. У нее были хищные глаза, видящие во тьме, длинные мощные когти, каждый из которых обладал мощными убивающими или заставляющими мучиться ядами, клыками, раздирающими мясо, ее кожа была бела и непробиваема, а местами на ней проглядывала драконья чешуя. От запястья до локтя по боку руки расходились лезвия. Она обладала невероятной силой. Повелевала временем. Могла убивать одним взглядом и подчинять себе так же. Она стала первым высшим демоном. Убила своего создателя, вырвав его сердце. И впитала в себя последнее качество – хладнокровие. Она сковала народы страхом. А потом просто исчезла. Все решили, что она умерла. И через столетия ее вновь увидели. Верхом на черном драконе. Она принесла с собой бурю. А вскоре началась война с Богом тьмы. Эти три знака изначально были выжжены на ее руке. Как на твоей. А с началом войны на ее руке появился и четвертый знак. Вот этот – он закатал свой рукав и показал знак Бога тьмы.
– И что с ней стало? – Рауль слушал очень серьезно.
– Считается, что ее убили, но это не доказано. Перед мнимой смертью она успела родить потомков. Потомки сотворили город Зорн как храм Бога тьмы и сделали его гербом символ меча, – он открыл блокнот и нарисовал знак перечеркнутого параграфа. – И у нас остались еще знак власти над временем, – он нарисовал символ незавершенной бесконечности с проходящей по нему вертикальной чертой, – и знак непобедимости. – Он нарисовал трикветр с расходящимися линиями на конце.
Рауль молча смотрел на блокнот Дрейка. Наконец, он проговорил:
– Так вот чему вас там учат…
– Это была внеклассная литература, – кивнул Дрейк. – Рауль, не отчаивайся. Ты можешь этому противостоять.
– Да? Я, оказывается, потомок сильнейшего высшего демона! Как ты предлагаешь мне чему-то противостоять?! И как, по-твоему, на это Гера отреагирует?! Она будет явно вне себя от счастья!
– Не ори. Да, все очень паршиво, но можно лечь и умереть, а можно постараться взять себя в руки! Рауль, нам бы съездить на самом деле в дом твоей матери. Это был родовой дом?
– Да, вроде. Зачем нам туда ехать? Он, наверное, уже с молотка ушел.
– Если она потомок Аридэи, там могут быть книги, которые помогут нам. Как ты понимаешь, у нас есть книги, как бороться с демонами и изгонять их. Но у нас ни одной книги, написанной демоном.
– Этот дом в другом городе! Как ты предлагаешь провернуть это без лишнего шума?
– Может, скажем, что мы на рыбалку?
– Прикалываешься? Кто в это поверит?!
– Прикалываюсь, конечно. Проще, если ты всем расскажешь.
– Ни за что!
– Это все плохо кончится. Ты уверен, что это никак не отразилось на Дане? Что-то она бледная.
– Я спрашивал ее. Она говорит, что все нормально.
– Может, она, как ты, замалчивает. Сколько ехать до родового дома твоей матери?
– Если на машине лететь, то семь часов.
– А если на корабле?
Рауль оценивающе посмотрел на Дрейка:
– Тогда явно быстрее, но полететь на «Очарованном страннике…» Это же заметят.
– Скажу, что взял полетать. Это никого не удивит. Все-таки, Рауль, следи за Даной. Может, расскажем всем хотя бы в общих чертах?
– Не представляю, как рассказать это в общих чертах. Дрейк, давай не будем тратить времени. Поехали. Нам, полагаю, сначала к Лорел? Корабль там?
– Да.
– Итак, сейчас девять утра, до дома Лорел доедем за пятнадцать минут, у меня есть служебная машина. Все транспортные пути сейчас свободны. Люди на работах. Идем, – он схватил куртку, и они вышли на улицу. На заднем дворе стояла служебная черная большая машина.
– Ого! Дашь порулить? – Дрейк с любопытством подошел к машине.
– Нет, – отрезал Рауль и сел на водительское место.
Дрейк сел назад:
– Я пока посплю! Тут целый диван вместо сиденья. Это вам не дешевое такси.
Рауль усмехнулся и завел машину. Мягко заработал двигатель. Машина приподнялась в воздух.
Они выехали с участка, вылетели в воздушное пространство и направились к дому Лорел.
Дрейк подумал, что надо бы заехать к себе домой и вообще, переманить Лорел жить к нему.
За окном мелькали заснеженные пейзажи. Дорога, как и предсказал Рауль, была свободна. Вскоре они вылетели на кольцевую трассу вокруг леса. За ними перестроилась еще одна машина.
Дрейк внезапно замер. В лесу он снова увидел маленькую девочку лет восьми. Как и в первый день, когда летел на встречу выпускников. Ее кожа была потемневшая. Волосы спутались. Она стояла в белой ночнушке и следила за ним горящими огнем глазами. По спине Дрейка прошел холод. Внезапно девочка исчезла. Он недоуменно обернулся, чтоб рассказать Раулю. Но внезапно лицо девочки нависло прямо над ним. Она оказалась на заднем сидении вместе с Дрейком и заползала на него. Дрейк вскрикнул, вжимаясь в дверь.
– Что у тебя там… Ох, черт! – Рауль от неожиданности крутанул руль.
Машина потеряла равновесие и начала кружиться вокруг оси. С громким сигналом их задела машина, летевшая сзади. Машину снесло с транспортного коридора и с силой ударило о дорогу. Подушка безопасности выстрелила Раулю в лицо. Он еле-еле отстегнулся, выбрался из-под подушки и повернулся к Дрейку.
– Дрейк! Дрейк! Что с тобой? – он проверил пульс. – Паршиво как…
***
Дрейк стоял на обочине леса. Он не понимал, что произошло. Все краски мира потускнели. Звуки слышались в замедлении.
К нему подошла девочка. Она молча смотрела на него, словно чего-то ждала.
– Что ты со мной сделала? – на выдохе произнес Дрейк. Он почувствовал во всем теле невероятную легкость и холодок. Посмотрел сквозь свои полупрозрачные руки. – Я умер?
– Пока нет. У тебя есть час, чтобы вернуться в тело.
– Но кто ты?
Девочка медленно повернулась и пошла вперед в чащу:
– Иди за мной.
Дрейк нехотя пошел. Под ногами девочки расцветали и погибали травы и цветы. Она проходила сквозь пересекающиеся реальности леса и проводила за собой Дрейка. Взмах рук – по обеим сторонам от них снизу вверх начали расходиться потоки воды. Они были подобно волнам, идущим к небу плотной стеной. Вокруг них поднялся туман, и они внезапно оказались на навесном мосту из земли, над огромной раскинувшейся пропастью.
Девочка дошла до середины моста, повернулась к Дрейку и села в позу медитации.
Дрейк осторожно последовал ее примеру.
– Кто ты? – наконец решился он повторить свой вопрос. – Почему ты преследуешь меня?
– Мое имя Беатриче. Я жила на этой планете несколько тысячелетий назад. Я была хранителем леса и погибла здесь в первую космическую войну. Когда не оставалось надежды, я активировала в сердце леса магическую защиту. Защита использовала всю силу и мощь планеты и мою жизнь. Такой обмен. Я отдала свою жизнь, чтобы защитить Декаду. С тех пор я заперта тут во веки веков. Я стала частью леса. Я – это лес. Лес – это я. Мы видим время. Мы существуем вне времени. И мы хотим предупредить тебя, Дрейк.
– Меня? Почему меня? Подожди-ка. Ты активировала защиту? Я думал, лес сам это сделал.
– Нет. У каждого магического леса есть свой хранитель, с которым он неразрывно связан. Светлая душа, без темных помыслов, и без страха готовая держаться света даже перед лицом смерти. В этом времени это очень большая редкость.