- -
- 100%
- +
Прохладное утро летнего дня обладает своим шармом. Это время, когда просыпается вдохновение…
К яркой афише-голограмме, размещенной возле здания Большого театра в Москве, подошел худощавый мужчина в светлой рубашке. Он внимательно изучил информацию о предстоящем событии. На афише сообщалось о предстоящем оперном представлении, которое пройдет 28 июня 2050 года. Закончив рассматривать, немолодой мужчина, с уже седеющими волосами, поправил удобнее прижав мольберт, который держал под рукой и направился в Большой театр. Во второй руке он нес чемоданчик с набором для рисования.
Художник подошел ко входу и на миг остановился, ожидая одобрения сканера, который в это время изучал его своим лучом. Не обнаружив ничего опасного при посетителе, компьютерная программа охраны автоматически открыла перед ним дверь.
Мужчина вошел внутрь.
Величественная памятка истории все еще сохранила свой первозданный вид. Но все же, если внимательно присмотреться, были заметны дополнения современными новшествами. Множество мини кондиционеров смотрелись на стенах почти незаметно. Их дизайн напоминал цвет и очертания мест расположения. При этом климат в помещении был идеальным. На потолке помимо громадных старинных люстр были пристроены пластины мини подсветки. Они создавали удобный свет для глаз.
– Вы снова здесь?! – такими словами удивления встретила незваного посетителя молодая девушка, лет 30.
– Здравствуйте! Да, привлеченный страстью к этому величному творению, я снова здесь, – учтиво ответил художник.
– Хотите рисовать в зале? – попробовала угадать она.
– Сегодня хочу рисовать в гримерке, если позволите.
– Хорошо, – согласилась девушка и не теряя времени повела мужчину за собой.
Вскоре художник разместился в желаемой комнате и принялся за рисование. А управляющая Большого театра ушла по своим делам, оставив его наедине со своим вдохновением.
Мужчина перерисовывал реальную обстановку комнаты, сторону, где были расположены зеркало, столик, стул и разные пренадлежности для гримма. А потом стал добавлять два образа, актрису и гримершу за работой.
Художник долго трудился виртуозно реализуя свой задум.
– Красиво получается, – заметила вошедшая снова девушка. Но уже вечер, пора закрываться. А завтра, как вы знаете, будет оперное представление. Дорисуете свою картину через день.
– Да, знаю. Я купил билет. Благодарю, Виолетта Александровна.
На следующий день, в назначенное вечернее время возле Большого театра начали собираться зрители.
Люди традиционно были изысканно одеты в вечерние наряды.
Летний ветерок ласково прикасался к их лицам и открытым участкам тела. Только не все это замечали будучи погружены в разговоры и размышления. А вот пришедший к шумной толпе художник с восхищением уловил мгновения блаженства.
Вскоре пришло время заходить в театр.
Люди стали по очереди подходить к двери и пройдя быструю проверку сканером, заходили внутрь.
Через несколько минут и художник Станислав зашел у фойе и направился за остальными в направлении зала.
Постоянным посетителям Большого театра было уже не в новинку садится на кресла у входа, которые быстро отвозили их по местам в зависимости от купленных билетов. Одно из таких кресел доставило мужчину в седьмой ряд на крайнее место возле стены справа от сцены.
Для удобного просмотра выступлений, на обратной стороне спинки каждого кресла был монитор. По нему можно было видеть все происходящее на сцене и читать субтитры арий. Ниже, под экраном, можно было открыть небольшой отсек в котором лежали очки выполняющие функции бинокля.
И вот началось долгожданное представление.
Актеры пели и играли роли на фоне голограмм вместо обычных старых декораций. Во время сцен на природе, зрители ощущали, как настоящие, ароматы трав и цветов. А они на самом деле создавались специальными приборами незаметно размещенными в зале.
Все шло отлично, как вдруг очередную ноту исполнительницы подхватило эхо и стало долго повторять мешая слушать продолжение песни.
Такие случаи были несколько раз и до этого раньше, но Станислав был свидетелем этому впервые. Он стал оглядываться по сторонам и даже прикоснулся к стене. От этого в руке он ощутил дребезжание, которое можно сравнить с тем, которое бывает от переполнения эмоциями.
Через минуту эхо стихло и на замену ему пришел гул стен с отталкивающими потоками прохлады.
Художник снова осмотрелся по сторонам. Казалось люди не обращали на эти странности внимания считая их частью представления.
И снова через минуту все затихло. Станислав снова постарался погрузиться в атмосферу оперного выступления.
Представление уже подходило к концу. Станислав вдруг почувствовал давление, как будто бы стена хотела столкнуть его с места.
– Это уж слишком! – в этот раз он не смог удержать возмущения и поднялся со своего места.
Сидящая рядом женщина вопросительно посмотрела на него.
– Разве Вы не заметили, что стена вот-вот надвинется на всех?! – с нескрываемым удивлением ответил ей художник.
– Вы очень впечатлительны, – улыбнулась в ответ женщина и тут все начали аплодировать, выступление закончилось.
Как только опустился занавес на сцене, Станислав снова сел на свое место, потому что кресла по рядам стали отвозить к выходу сидящих в них людей.
– Я тоже это замечала, – встретила Станислава такими словами управляющая театром на следующий день, когда он пришел, чтобы продолжить работу над начатой картиной. – Это не похоже на сбои в работе устройств. Я намерена направить специалистов разных сфер, чтобы решить эту проблему, – добавила она.
– Правильное решение, – поддержал ее Станислав. И чувствуя, что ему больше нечего сказать, он добавил, – пойду продолжать, – имея в виду работу над картиной.
– Хорошо, – одобрила Виолетта и они разошлись в разные стороны по коридору.
Станислав отправился в гримерку и продолжил сосредоточенно работать над своей картиной. Через несколько часов такого напряжения, он почувствовал, что пора отдохнуть и присел в удобное кресло. К его удивлению, кресло плавно подстроилось обеспечивая максимальный комфорт для сидящего в нем мужчины. Художнику стало очень уютно и он быстро расслабившись не заметил как уснул.
Во сне его воображение перенесло в события вчерашнего вечера, снова напомнив о всех странностях, которые произошли во время просмотра оперы. И вдруг, из сна пропали все зрители и артисты, мужчина остался сам сидеть на своем месте.
Стены издали дребезжание и шум, который получил очертание знакомого слова – "приветствую".
"Кто ты? Призрак? Дух?" – спросил взволнованно художник поднявшись на ноги.
"Я Большой Театр" – протяжно последовало в ответ.
"Здание?"
"Это мое тело. Я атмосфера этого места" – слова ответа прозвучали размыто, но Станислав смог уловить их значение.
"Ты умеешь говорить?!" – удивился он.
"Да, мне есть что сказать", – подхваченные эхом прозвучали слова в ответ.
"Ну что же, тогда поговорим, – Станислав сел обратно в кресло.
"Мой рассказ будет без слов, но полон вдохновения", – предупредила его атмосфера театра.
"Я готов" – дал согласие мужчина.
После этого он начал ощущать, как легкий ветер нежности приблизился к нему показывая дружелюбие.
Через минуту пришла волна глубокой печали. Потом начало светлеть на душе от появления ноток радости и веселья. Он переживал разные душевные состояния в ответ на изменения настроений окружающей его атмосферы. Казалось Большой театр передал ему весь спектр эмоций, который когда-либо был отыгран на сцене.
Не известно, как бежало время, тут вдруг ото сна Станислава разбудил молодой мужчина.
– Атмосфера театра живая, она обладает чем-то, наподобие интеллекта, – отзыв глаза сказал негромко художник, чтобы не забыть дивный сон.
– Что? – переспросил его разбудивший парень.
– Алексей, мне приснился очень удивительный сон, – коротко ответил он и перевел взгляд на свою картину. – О Боже! Что это?! – воскликнул Станислав от шока.
Алексей тоже перевел взгляд на холст.
Поверх почти законченной картины черными красками, тонкою кистью были написаны схемы и формулы.
– Атмосфера театра обещала мне вдохновение, но что оно выльется так…
– Ты нарисовал это во сне? – решил уточнить младший брат.
– Да, – подтвердил Станислав. – Жаль картину не закончу, – вздохнул он, а потом с энтузиазмом добавил, – интересно, что эти схемы значат? Может что-то ценное, если я не пожалел испортить свою работу ради их?
– Похоже на какой-то технический прибор. Дай мне взглянуть и познакомиться поближе в спокойной обстановке, – попросил заинтересованный парень.
– Бери, смотри, дома вернешь, – согласился Станислав зная насколько ответственный его брат профессиональный ученый – изобретатель.
Через два дня Алексею удалось расшифровать значения информации на картине.
– Это будет удивительное открытие, большой шаг вперед! – загорелся желанием осуществить в реальности это открытие Алексей. – Как только мне удастся получить финансирование я удивлю мир! Мы сможем вести беседы с атмосферой любого здания, которое захочет пойти на контакт. – восторженно заявил молодой изобретатель. – Спасибо, Станислав! – добавил он не забывая, что это идея и ее решение заслуга старшего брата.
– Помогу тебе всем чем смогу, – поддержал его художник, – пусть люди знают, что помещения тоже живые и иногда им хочется поговорить, – улыбнулся он.
Дальше шло время, проходили встречи и звонки изматывая много энергии и нервов. Алексей очень старался объяснить необходимость реализации идеи. Но постоянно он сталкивался с непониманием и слушал шутки в ответ на просьбу о финансировании покупки необходимых материалов для изготовления нового прибора.
"Вы бы еще с тумбочкой поговорили".
"Бессмысленная выдумка! Что может сказать вам здание без ума?"
Все это временами вызывало в него уныние и даже иногда апатию. Но Станислав был рядом, чтобы поддержать брата в трудную минуту и вернуть веру в себя.
Однажды Алексей обратился со своей просьбой к ценителю искусства, который собирал коллекции картин и других работ известных древних мастеров.
Вадим Дмитриевич внимательно выслушав его, согласился дать финансовую помощь, как инвестицию.
Алексей был очень счастлив, что теперь будет возможность реализовать проект.
Дальше последовали несколько месяцев тщательной работы по изготовлению нового высокочувствительного прибора.
В период работы над изобретением в Большом театре продолжали принимать зрителей, показывали выступления известный оперных трупп и давали восхитительный балет. Но это были уже новые представления современных писателей. И на сцене использовали все больше технологий.
Время от времени снова происходили странные случаи во время спектаклей.
А приглашенные Виолеттой Александровной специалисты, все еще не могли найти их причины и устранить.
В один осенний прохладный день, гуляющего в парке Станислава быстрым шагом догнал счастливый брат.
– Я это сделал! Думаю прибор готов, идем скорее на проверку! – возбуждено сообщил Алексей.
– Прямо сейчас?! – ощущая волнение переспросил художник.
– Да, зачем откладывать? Все необходимое со мной, – Алексей показал небольшой чемоданчик в руке.
– Хорошо, идем, – наконец согласился Станислав и они вместе пошли в Большой театр.
Охранник – сканер у двери, в этот раз долго изучал Алексея, в особенности содержимое чемоданчика. Но в конце концов определил предмет, как безопасный и позволил войти.
В фойе их уже ожидала Виолетта Александровна, которая увидев мужчин на мониторе возле входа, поспешила узнать о причине их визита в это время.
– Здравствуйте, Виолетта Александровна, – поздоровался первым Станислав.
– Здравствуйте! Опять рисовать? – спросила девушка, и перевела взгляд на незнакомого парня.
– Нет. – заметив ее вопрошающий взгляд он продолжил, – разрешите представить, это мой брат Алексей.
Он технический изобретатель. Последние три месяца Алексей работал над устройством, которое может помочь определить причину странностей происходящих в театре.
– Очень интересно, а почему не обратился ко мне раньше? Устройство готово? – поинтересовалась управляющая.
– Устройство требует проверки. Прошу разрешить нам разместится для работы в зале возле сцены, – ответил Алексей уверенным тоном.
– Хорошо… Потом с отчетом жду вас у себя в кабинете, – согласились Виолетта, – проходите, – добавила она.
Братья зашли в главный зал. Алексей принялся готовить к работе прибор. Он положил чемоданчик на сцену. Открыл и достал из него что-то по виду напоминающее WiFi роутер, затем поднял две тонкие антенны вверх, отвел в свою сторону небольшой микрофон, присоединил высокочувствительный датчик к полу сцены и нажал белую кнопку.
Братья затаив дыхание ожидали, что произойдет. Но ничего не изменилось, если не считать нескольких небольших волн, которые отобразились на узком мониторе прибора.
Подождав еще две минуты Алексей отключил датчик и перенес устройство на пол зала. И снова никакой реакции не последовало.
– Подключи к стене, – посоветовал Станислав.
Алексей все так же молча последовал его совету.
"Невыносимая печать", – вдруг прозвучало от прибора. От этого в братьев, как мурашки по коже пробежали, настолько густым был тембр звучания произносимого и глубина значения слов.
Братья заговорили с живой атмосферой Большого театра.
Театр сообщил им, что он невыносимо скучает по былым временам, когда музыка, и голоса актеров наполняла его чистотой и блаженством. Современные изменения истощают его, ненужные технологии вредят атмосфере…
Беседа продолжалась всего несколько минут, потом внезапно все затихло.
Не теряя времени, художник с братом отправились на разговор с управляющей Большого театра, чтобы передать пожелания живой атмосферы.
Выслушав весь рассказ, Виолетта засомневалась верить им или нет.
Алексей включил запись, которую сделал во время их разговора.
Девушка была потрясена, но как будто на автомате стояла на своем:
– Нам нужно двигаться вперед, технологии приносят много пользы, удобства зрителям и выступающим… Мы не можем позволить себе отстать от прогресса и впасть в прошедшие века. – К тому же, у нас есть готовый разработанный проект усовершенствования сцены и добавления мест для зрителей. На днях будет все готово, чтобы приступить к работе. Все оплачено и есть договора.
В этот день им не удалось договориться. И братья и управляющая были под действием большого впечатления, что не позволяло им мыслить ясно и достаточно хорошо подбирать аргументы в свою пользу.
После долгого противостояния, спустя неделю, они нашли и согласовали компромиссный вариант – один день в неделю, а точнее по пятницам, все технологии стали отключать, а зрителям предоставлялись наряды царских времен и на сцене воспроизводились старинные оперы и балет.
После просмотра люди выходили полны воодушевления и эмоционально переполненными от новых впечатлений.
Большинству молодых людей понравилось такое нововведение. А тем, кому это было не по вкусу, стали посещать Большой Театр в другие дни.
А самое главное, теперь все желающие, за определенную плату, могли побеседовать с атмосферой Большого Театра и узнать о многих исторических моментах, память о которых запечатлилась в ее присутствие.